3 христианские церкви

Что происходило в Европе, Азии и Киевской Руси в рубежном 1054 году, когда умер Ярослав Мудрый, а христианская церковь разделилась на Западную и Восточную

Подготовила Анастасия Егорова

В Софийском соборе Константинополя произошло разделение христианской церкви — Великая схизма — на Западную (Римско-католическую) и Восточную (грекокафолическую). Во время богослужения папские легаты, прибывшие в столицу Византии для переговоров, прошли к алтарю и, прервав литургию, выступили с обличительной речью в адрес патриарха Михаила Кирулария. Затем они положили на престол папскую буллу на латинском языке, в которой говорилось об отлучении патриарха и его последователей от церкви. Ответ патриарха Михаила не заставил себя ждать: спустя несколько дней он созвал собор, на котором предал анафеме папу и его приверженцев. Так произошла Великая схизма, но глубокие непримиримые разногласия между римским папой и константинопольским патриархом назревали не одно столетие, а исторические предпосылки раскола берут свое начало еще в раннем Средневековье.

Оборотная сторона свинцовой печати Ярослава Мудрого для скрепления документов. Киев, XI век Надпись на греческом языке: «Господи, помоги рабу твоему Георгию». © В. Жидченко / РИА «Новости»

В Вышгороде скончался князь киевский Ярослав Мудрый. За 44 года своего правления (34 из которых он был великим князем киевским) он, как ни один из его предшествен­ников, сумел укрепить и повысить авторитет Древнерусского государства в глазах соседей. Европейские монархи почитали за честь породниться с Рюриковичами. Одна из дочерей Ярослава — Анна — стала женой французского короля Генриха I, а сын Всеволод был женат на дочери Константина Мономаха. Однако Ярослав прославился не столько мудрым ведением внешней политики, сколько заботой о внутригосударственных делах. Одной из главных заслуг князя было создание первого на Руси писаного свода законов под названием «Правда Ярослава». В 1282 году Правда Ярослава войдет в более полный и подробный свод законов — Русскую Правду. При нем Древнерусское государство переживает свой культурный расцвет: появляются первые монастыри, в киевских скрипториях начинают переписывать и переводить греческие рукописи. По инициативе Ярослава был возведен тринадцатиглавый Софийский собор в Киеве. На смертном одре великий князь завещал своим детям пребывать в любви и согласии между собою, но из-за нового порядка престолонаследия, им же и установленного, сыновьям не удалось исполнить наказ отца, и уже через несколько лет после смерти Ярослава Русь погрузится во мрак междоусобных войн.

Тихо Браге. Портет 1596 года © Skokloster Castle / Wikimedia Commons

В Китае в течение двадцати трех дней на небе можно было наблюдать яркую вспышку. Китайские астрономы зафиксировали появление «звезды-гостьи» — такое название дали ей наблюдатели — в созвездии Тельца. Эта новая звезда за несколько дней разгорелась настолько, что стала в четыре раза ярче Венеры. Один из пяти астрономов, чьи письменные наблюдения дошли до наших дней, — Янг Вэй-Ти записал, что она имела ярко-желтый цвет и была видна даже днем. Но спустя некоторое время «гостья» угасла, оставив после себя туманность, которую позднейшие исследователи назовут Крабовидной. Подобная ей звезда снова возникнет на небосводе только спустя полтысячелетия, и ее появление задокументирует великий астроном Тихо Браге.

Алп-Арслан унижает Романа IV Диогена. Миниатюра из иллюстрированной книги
«О несчастиях знаменитых людей» Джованни Боккаччо. XV век © Bibliothèque nationale de France

Пограничная византийская крепость Манцикерт была осаждена войсками сельджукского султана Тогрул-бека. В силу своего удачного расположе­ния — крепость Манцикерт (Маназкерт) была своеобразными «воротами» в Малую Азию — она была лакомым куском для завоевателей. За долгую историю своего существования она успела побывать под властью ассирийцев, римлян, Сасанидов, а в 986 году была завоевана византийцами. Войска сельджуков обстреливали осажденный город из трофейной метательной машины — требушета, некогда принадлежавшего византийцам. Один из жителей осажденного города прорвался к вражескому орудию и поджег его с помощью специальной горючей смеси — «греческого огня». Требушет был выведен из строя, а город спасен. Дальнейшая же судьба безымянного героя, как нетрудно догадаться, сложилась трагически. К сожалению, эта победа не была окончательной. Через 17 лет, в 1071 году, при Манцикерте состоялось сражение, имевшее фатальное значение для Византийской империи. Турки-сельджуки разбили византийскую армию и взяли в плен императора Романа IV Диогена, который был отпущен только при условии выплаты ежегодной дани. Победа сельджуков открыла тюркским племенам дорогу в глубь Малой Азии и ускорила установление власти турок на этой территории.

Лев IX. Фрагмент гравюры. XVI век © Bibliothèque nationale et universitaire de Strasbourg

В Риме скончался папа Лев IX. После смерти папы Дамаса II император Генрих III в присутствии римских легатов назначил тогда еще епископа Бруно папой римским. Однако Бруно пожелал быть избранным на Святой престол согласно древним обычаям. В столицу Западной Римской империи будущий папа прибыл как паломник — войдя в Рим, он снял сандалии и босиком, смиренно читая молитвы, направился к могиле святого Петра. Там он объявил римлянам, что прислан к ним императором в качестве нового папы, но не намерен оставаться, если они того не желают. Однако римляне приняли его, и тогда архидьякон Римской церкви произнес традиционную фразу: «Святой Петр избрал Бруно». За недолгие пять лет папства он провел крупную реформу церкви, осудил куплю и продажу церковных санов (симонию) и половую распущенность священников. В рамках реформаторской деятельности Лев IX много ездил по Европе и везде, где бы ни оказался, активно призывал к борьбе с этими пороками. Но взор папы был обращен не только на внутренние проблемы церкви. C 1050 года все его внимание было направлено на Южную Италию, находившуюся под церковной юрисдикцией константинопольского патриарха и властью норманнских племен. Желание Льва IX подчинить себе эти земли послужило толчком к острому конфликту с Византийской церковью и стало одним из поводов к Великому расколу. После нескольких лет безуспешных мирных переговоров с норманнами Лев IX попытался убедить Генриха III отложить войну с венграми и дать войска для борьбы с варварами, но получил отказ. Тогда Лев IX сам взял в руки меч и выступил в поход, но в битве при Чивителле папская армия, состоявшая из небольшого отряда наемников, была разбита, а папа сдался в плен. Почти год Лев IX содержался в норманнском плену и уже смертельно больной был отпущен на свободу и доставлен в Рим, где вскоре скончался, не дожив трех месяцев до Великой схизмы.

Фрагмент фриза Национальной портретной галереи Шотландии. Мозаика Уильяма Хоула. 1898 год © rampantscotland.com

В Шотландии недалеко от крепости Дунсинан состоялось сражение между шотландским королем Макбетом и графом Сивардом. Поводом послужило прикрытие Макбетом нормандцев, удаленных от двора Эдуарда Исповедника, причиной — конечно, корона. В интересах Сиварда было свергнуть неугодного ему и его клану Макбета и возвести на престол своего родственника Малькольма. Несмотря на победу в этой битве, Сиварду не удалось осуществить свой план — Макбет оставался королем Шотландии еще на протяжении трех лет, пока не был убит Малькольмом в битве при Лумфанане в Абердине. К концу XIV века жизнь Макбета превратилась в легенду, где шотландский король выставлен беспощадным кровавым тираном, каковым он, скорее всего, на самом деле не был. Макбет способствовал распространению христианства в Шотландии, а в 1050 году совершил паломническую поездку в Рим, где прославился щедрыми пожертвованиями в пользу католической церкви. Однако красивая легенда всегда привлекательнее и интереснее правды. Сказания шотландских трубадуров легли в основу знаменитой шекспировской пьесы «Макбет», из которой и сложилось наше представление об этом монархе.

Гарсия III. Фрагмент иллюстрации из манускрипта «Genealogia dos Reis de Portugal». Португалия, 1530–1534 годы © British Library

При Атапуэрке на территории современной Испании произошла битва между армиями Кастилии и Наварры, в ходе которой погиб король Гарсия Наваррский. Воевали, как это часто водится, два брата — Фердинанд I и Гарсия III. Один из братьев, а именно Гарсия, посчитал себя несправедливо обойденным при распределении земель после смерти отца Санчо III Великого и решил напасть на Кастилию. Поход против брата не увенчался успехом, а за желание присоединить себе дополнительные земли Гарсия III поплатился жизнью, не успев оставить в истории хоть сколько-нибудь значительный след.

Вильгельм I Завоеватель. Картина неизвестного художника. 1590–1620-е годы © National Portrait Gallery, London

В сражении при Мортимере французский король Генрих I потерпел поражение от Вильгельма (будущего Вильгельма Завоевателя). Это было одно из первых крупных и значимых для Вильгельма сражений. Предпосылкой к этой битве послужил целый ряд довольно запутанных обстоятельств, связанных с разделением земель и влияния. Участниками событий были короли, герцоги и их вассалы. В итоге в 1053 году произошло первое нападение армии Генриха I на норманнские владения, а уже через год он начал крупномасштабное вторжение на земли Вильгельма. На стороне Генриха I также выступили отряды герцога Аквитании и графов Бургундии и Анжу. Французский король решил разделить армию на две части. После того как одна из них была полностью разбита под Мортимером, Генрих I вынужден был отступить. Многие знатные рыцари попали в плен, а через некоторое время стали вассалами Вильгельма. 

Какой была христианская Церковь в самом начале? Как совершались первые литургии? О чем апостолы говорили в своей проповеди иудеям и язычникам? С какими трудностями столкнулись апостолы и первые христианские общины? Об этом ко дню рождения Церкви, празднику Пятидесятницы, — в материале «Фомы».

Христос вознесся на небо — получается, Он оставил учеников в  одиночестве?

На сороковой день после Воскресения Христос на глазах у Своей Матери, немногих учеников и последователей вознесся от этой видимой земли на невидимое для нас Небо (Деян 1:9–11). Оставляя своих учеников, Господь сказал им, что Он уходит не навсегда, что Он вернется, чтобы судить мир. Христос не бросил апостолов в одиночестве на этой земле. Он пообещал им, что к ним придет Святой Дух, который никогда их не оставит. Господь прямо называет Его Утешителем: И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек, Духа истины, Которого мир не может принять, потому что не видит Его и не знает Его; а вы знаете Его, ибо Он с вами пребывает и в вас будет (Ин 14:16–17).

Когда Он придет, то в этом мире появится нечто совершенно новое. Возникнет Церковь, которая будет жить Духом Святым и во главе которой будет стоять Сам Христос. Эту Церковь никто и никогда не сможет одолеть. Она будет существовать до самого конца, утешая всякого, кто захочет быть со Христом, помогая на его жизненном пути, преображая его душу и тело своими таинствами. Церковь — это самый драгоценный дар, данный человеку Богом. Это Тело, организм, в котором струится жизнь Христова. И этот организм созидается Святым Духом, как об этом прямо и пишет апостол Павел: Ибо, как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, — так и Христос. Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело, Иудеи или Еллины, рабы или свободные, и все напоены одним Духом (1 Кор 12:12–13).

Что делали апостолы после Вознесения Христа?

Ученики и последователи Христа вернулись в Иерусалим, ожидая исполнения того обещания, которое дал им Господь. О периоде между событиями Вознесения Господня и Сошествия Святого Духа апостол Лука рассказывает очень немного. Однако и этого достаточно, чтобы представить себе состояние последователей Богочеловека, разглядеть уже в этот период «ожидания» проступающие черты будущей Церкви. Все они, — сказано в Деяниях, — единодушно пребывали в молитве и молении, с некоторыми женами и Мариею, Материю Иисуса, и с братьями Его (Деян 1:14).

Именно общая соединенность, нерасторжимость первых христиан будет подчеркиваться апостолом Лукой и позднее — после Пятидесятницы. И это не случайно. Так, апостол постоянно направляет взгляд читателя на важнейшее условие и смысл жизни в Церкви: единодушием верующих преодолевается атомарность и «разбросанность» отдельных личностей. Именно внутри Церкви они обретают полноту взаимного общения.

Непреодолимые, казалось бы, границы эгоизма здесь разрушаются и человек, не утрачивая своей индивидуальности, становится частью единого организма, частью (внимание!) Тела Самого Христа. Таков высочайший статус того, кто входит в Церковь.

Тот же апостол Лука в последних стихах своего Евангелия замечает, что ученики Христа после Вознесения их Учителя пребывали всегда в храме, прославляя и благословляя Бога (Лк 24:53). Что же значит «прославляя» и «благословляя»? Это два особых типа служения Богу. Благословение — это традиционная еврейская молитва, которая начинается словами «Барух ата Адонай»; дословно они переводятся как «Благословен Ты, Господь Бог наш». А «прославления», которые ученики возносили Богу означает, что в храме они постоянно читали Псалтирь — с еврейского языка название этой книги так дословно и переводится — «хваления».

Кто
Сошествие Святого Духа. Эль Греко. Фрагмент. Ок. 1600 г.

Кроме того, до Пятидесятницы между учениками Христа по инициативе апостола Петра было принято решение бросить жребий и избрать нового, 12-го апостола вместо покончившего с собой Иуды. Сюжет восполнения числа апостолов особенно важен тем, что еще раз подчеркивает тот авторитет, которым они обладали уже тогда, как непосредственные свидетели воскресения Иисуса Христа и как те, кого лично избрал Сам Бог: Не вы Меня избрали, но Я вас избрал (Ин 15:16). Именно в этом раскрывался их совершенно особый, ни с чем не сравнимый статус, который поставил их впоследствии во главе Церкви. Избранные Самим Богом апостолы заложили в Церкви ее внутреннюю священническую иерархию: вся длинная череда последующих епископов непосредственно связана с учениками Христа через цепочку рукоположений. «И это значение Двенадцати, — пишет протоиерей Александр Шмеман, — как фундамента и средоточия Церкви, так бесспорно, так очевидно для первой общины, что еще до Пятидесятницы первым ее делом будет восполнение их числа: замена Иуды, оказавшегося Предателем». Избрание нового апостола воспринималось общиной как избрание Самим Богом: И помолились и сказали: Ты, Господи, Сердцеведец всех, покажи из сих твоих одного, которого Ты избрал принять жребий сего служения и апостольства (Деян 1:23).

Тем временем приближался иудейский праздник Пятидесятницы — Шавуот, посвященный памятным событиям древности, когда на пятидесятый день после исхода евреев из Египта Бог даровал им закон (Десять заповедей) на горе Синай (Исх 19). Накануне торжества огромные толпы паломников из разных уголков Римской империи наводнили Иерусалим. Однако никто, даже сами апостолы не подозревали, что как незадолго до этого ветхозаветная Пасха была упразднена Самим Христом и Им же была установлена новая, так и теперь «ветхий Шавуот» с восходом солнца должен будет упраздниться перед лицом нового.

Почему Пятидесятницу называют «днем рождения» Церкви?

Когда наступило утро, апостолы вместе с Богородицей собрались в Сионской горнице, где незадолго до этого Христос совершил последнюю ветхозаветную Пасху и установил таинство Евхаристии. Возможно, в этой уже привычной и дорогой для них комнате они хотели вместе встретить праздник Шавуот. Однако в девять часов утра произошло удивительное: И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились. И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать (Деян 2:2–4).

В тот же день после проповеди апостола Петра несколько тысяч человек, которые собрались в Иерусалиме на Шавуот, уверовали во Христа и приняли Крещение (Деян 2:41), образовав первую христианскую общину.

Итак, Пятидесятница — это день, когда родилась Церковь. Почему? Потому что все семь церковных таинств, установленные Христом, совершаются Духом Святым — Его таинственным действием. Апостолам была дарована новая сила, и по характеру своего действия она не имела земных аналогов. Она была дана не для властвования и устрашения, но для исправления искаженности человеческой природы, размыкания зацикленности на самом себе, преображения не только духовного, но и физического начала в человеке. Доказательством действенности этой особой силы Святого Духа, Который вот уже более двух тысяч лет действует в Церкви, являются тысячи и тысячи христианских святых.

Более того, внутри Церкви, образовавшейся на пятидесятый день после Воскресения Христова, снимаются границы, разделяющие человечество по национальной принадлежности. И говорящие на разных языках апостолы — символ того, что проповедь Евангелия касается каждого человека, где бы он ни жил и во что бы ни веровал. Отныне все искусственные стены, возведенные человеческими страхами, недоверием и ненавистью, оказались разрушены, как пишет об этом апостол Павел: А теперь вы отложите все: гнев, ярость, злобу, злоречие, сквернословие уст ваших; не говорите лжи друг другу, совлекшись ветхого человека с делами его и облекшись в нового, который обновляется в познании по образу Создавшего его, где нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос (Кол 3:8–11).

Такое бескомпромиссное снятие границ — как языковых и национальных, так и социальных — было совершенно немыслимым для тогдашнего мира. И проповедь, с которой апостолы впоследствии обратились к язычникам, в первую очередь поражала последних какой-то совершенно непривычной для них «нетерпимостью».

Ученики Христа с самого начала говорили об абсолютной уникальности той истины, которая им открылась. Они не пытались комфортно ужиться с окружающими их культами, наоборот, радикально отвергали их, готовы были идти на муку и на смерть, но не принимали — даже хотя бы просто ради видимости — заблуждения других людей.

Как же стало возможным принести настолько революционную проповедь всем народам в Римской империи и даже за ее пределами? Как ничтожно маленькая группа учеников Христа, помещавшаяся в одной комнате, сумела не раствориться в огромной массе всевозможных верований? Почему римским императорам — с их могуществом и силой! — так и не удалось стереть с лица земли христианство? Ответ на эти вопросы, дает апостол Лука: благодаря сошествию и действию Святого Духа.

Какой была Церковь сразу после «рождения»?

Церковь на начальном этапе своего существования внешне казалась скорее просто общиной друзей Иисуса, чем каким-то совершенно новым и уникальным религиозным явлением. По сути, только исповедание Иисуса распятого и воскресшего как Бога и Мессии было той отличительной чертой, которая выделяла тогдашних христиан среди множества внешне схожих религиозных ответвлений иудаизма. Более того, если внимательно читать первые главы книги Деяний, можно заметить, что иерусалимская община пока никак не отделяла себя от иудеев. Апостолы продолжали в положенные часы совершать все полагавшиеся молитвы, сохраняли весь ветхозаветный религиозный уклад жизни, а сами христиане каждый день единодушно пребывали в храме (Деян 2:46), то есть в том самом единственном у иудеев Иерусалимском храме. И в своей проповеди ученики Христа пока еще обращаются только к своим соотечественникам, надеясь, что они наконец примут Иисуса как Мессию и так же, как и они, войдут в установленную Богом Церковь.

Однако такая верность первых христиан иудаизму была совсем не пережитком прошлого, от которого Церковь потом постепенно освободится. Наоборот, христиане считали, что они-то как раз и понимают истинный смысл Ветхого Завета и всей обрядовой жизни иудеев. Что весь иудаизм только тогда имеет смысл, когда в центре него стоит вера в Иисуса Христа.

Ветхий Завет был тенью Нового, и только через боговоплощение он получил окончательный и полный смысл, а благая весть о Воскресении Христа — это необходимый ключ к дешифровке всей ветхозаветной истории.

Но только одним соблюдением ветхозаветных обрядов первые христиане, конечно, не ограничивались. Центром их религиозной жизни уже тогда — в самые первые дни — была евхаристия, которая совершалась каждый день и в которой участвовала вся община: преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца (Деян 2:46). Как совершались эти первые литургии, мы можем понять, если обратимся к одному раннехристианскому тексту — «Дидахе», датируемому концом I-го — началом II века по Рождеству Христову: «Что касается евхаристии, благодарите так. Прежде о чаше: благодарим Тебя, Отче наш, за святую лозу Давида, отрока Твоего, которую Ты явил нам через Иисуса, отрока Твоего. Тебе слава во веки! Что же касается преломляемого хлеба (благодарите так): благодарим Тебя, Отче наш, за жизнь и ведение, которое Ты открыл нам через Иисуса, Сына Твоего. Тебе слава во веки! Как этот преломляемый хлеб, быв рассеян по холмам и будучи собран, сделался единым, так да соберется Церковь Твоя от концов земли в Царствие Твое. Ибо Твоя есть слава и сила чрез Иисуса Христа во веки. Никто же да не ест и не пьет от вашей евхаристии, кроме крещенных во имя Господне».

Кто
Агапа — трапеза любви.
Фреска из катакомбы св. Присциллы, Рим, II век

Само слово «литургия» с греческого языка переводится как «служение», «общее дело». А совершалось это «общее дело» во время «экклесии» (ἐκκλησία). «Экклесия» же — это особый гражданский термин. Им обозначалось правомочное собрание граждан античного полиса, которое собиралось для решения важнейших экономических или политических задач. А для людей античности, как бы для нас сегодня это странно ни звучало, не было ничего важнее, чем участие в политической жизни полиса. Это была важнейшая привилегия, право и обязанность гражданина — прийти на собрание и сказать свое слово. И христиане, для того чтобы подчеркнуть огромную значимость для общины Церкви и литургии, стали использовать этот важнейший для тогдашнего гражданского сознания термин.

Таким образом, Церковь — это не какая-то структура, как думают сегодня некоторые люди. Нет, Церковь — это событие, которое случается во время «общего дела», то есть литургии. Ранние христиане воспринимали свое участие в евхаристии как нечто совершенно необходимое. Эта ответственность христианина перед Богом сродни ответственности гражданской: прийти и составить всем вместе экклесию, причаститься Тела и Крови Господа Иисуса Христа. Поэтому тот, кто не участвовал в литургии, не причащался вместе со всеми из общей Чаши, строго говоря, не являлся христианином. Потому что не выполнял свою главную обязанность и был вне экклесии, вне Церкви.

Именно такое чувство глубокой взаимоответственности среди христиан иерусалимской общины укрепляло их столь удивительное единодушие, о котором мы уже говорили выше и которое не устает подчеркивать апостол Лука: У множества уверовавших было одно сердце и одна душа (Деян 4:32). Идеал единства пронизывал общину во всем. Он распространялся не только на богослужебную жизнь, но и на повседневную: «Ни одно слово, — пишет Александр Шмеман, — не повторяется так часто в раннехристианской письменности, как слово «братья”, но в это братство христиане вкладывают весь его жизненный, деятельный смысл». И та общность имущества, которая была у ранних христиан, — это одно из проявлений их полного единства и взаимной любви.

Все же верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность и разделяли всем, смотря по нужде каждого <…> и никто ничего из имения своего не называл своим… Не было между ними никого нуждающегося, ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного и полагали к ногам Апостолов, и каждому давалось, в чем кто имел нужду (Деян 2:44–45, 4:32–35).

Важно понимать, что общность имущества первых христиан не была связана ни с какими внешними экономическими или социальными соображениями; и все потуги связать отказ от частной собственности в раннехристианской общине с каким-то «протокоммунизмом» бьют мимо цели. Сама повседневность в ее мелких бытовых деталях, с ее занудностью, мелочностью, монотонностью внутри ранней Церкви полностью преобразилась: все человеческие отношения были перенастроены здесь на совершенно новый лад — лад любви. Отсюда, в частности, и желание снять преграды частной собственности.

Конечно, позднéе это идеалистическое единство постепенно начинает подвергаться коррозии. В христианских общинах, основанных апостолами внутри и за пределами Палестины, разгорались споры, иногда и конфликты. Но образ иерусалимской общины первых лет ее существования навсегда останется эталоном евангельской жизни для всех последующих поколений христиан.

С какими трудностями столкнулись первые христиане?

Первая трудность, которая возникла перед христианами практически в самом начале и затем постоянно присутствовала в их жизни вплоть до IV века, исходила извне — от гонителей и врагов Церкви. Представители официальной иудейской религии настороженно следили за апостолами и последователями Иисуса. Первосвященники не могли решить, как относиться к этой, как они думали, новой «секте».

С одной стороны, как мы уже сказали, христиане последовательно и даже образцово исправляли все религиозные обряды, а с другой — проповедовали Иисуса Воскресшего, смерти Которого иудейское священноначалие так рьяно добивалось, а затем еще и хорошо заплатило воинам, стоявшим у гроба Иисуса, чтобы они никому не рассказывали о чуде Его Воскресения. В Синедрионе по этому поводу шли дебаты. На одном из таких собраний виднейший и всеми уважаемый фарисей Гамалиил призвал не начинать открытого преследования и терпеливо наблюдать за общиной христиан, ведь если это предприятие… от человеков, то оно разрушится, а если от Бога, то вы не можете разрушить его (Деян 5:38–39).

Но советам мудрого фарисея не вняли. Первым христианским мучеником, который погибнет от рук своих соотечественников станет Стефан — его забьют камнями. Сразу же после убийства, как пишет апостол Лука, произошло великое гонение на церковь в Иерусалиме; и все, кроме апостолов, рассеялись по разным местам Иудеи и Самарии… рассеявшиеся ходили и благовествовали слово (Деян 8:1,4).

Как раз в этот период поначалу ревностный гонитель Церкви, воспитанный в радикально-консервативной иудаистской традиции Савл, который известен нам как Павел, переживет коренную внутреннюю метаморфозу и станет величайшим апостолом, глубоким христианским мыслителем, автором 14 посланий, вошедших позднее в канон Нового Завета. Однако бегство последователей Иисуса из Иерусалима после начавшегося первого гонения (ориентировочная дата — 36 г. после Р. Х.) оказалось промыслительным. Ведь благодаря ему проповедь Благой Вести начала распространяться уже за пределами Палестины — на Ближнем Востоке и далее, на запад Средиземноморья.

Кто
Побиение святого Стефана камнями
Антонио Темпеста, XVII век

Крещение начинают принимать не только прозелиты, но и бывшие язычники. И как раз в связи с этим христиане столкнулись с новой трудностью — уже внутренней. Возник чрезвычайно сложный вопрос: необходимо ли образовавшимся христианским общинам, состоящим из бывших язычников (а таких в Церкви становилось все больше и больше), соблюдать все ритуальные предписания Ветхого Завета, в том числе проходить обряд обрезания? И первым, кто решительно отверг эту необходимость, был апостол Павел. Однако не все христиане были с ним согласны: Некоторые, пришедшие из Иудеи, учили братьев: если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись. Когда же произошло разногласие и немалое состязание у Павла и Варнавы с ними, то положили Павлу и Варнаве и некоторым другим из них отправиться по сему делу к апостолам и пресвитерам в Иерусалим (Деян 15:1–2).

На соблюдении язычниками закона Моисеева особенно настаивали христиане, вышедшие из фарисеев. И тогда было решено собрать первый церковный Собор, который состоялся в Иерусалиме в 48 году (Деян 15). В Соборе приняли участие не только ученики Христа, но и вся священническая иерархия местной общины, во главе которой стоял тогда апостол Иаков. В итоге законническая позиция поддержки не получила: ставшие христианами язычники были освобождены от исправления ветхозаветных обрядов. Вы знаете, — сказал тогда на Соборе апостол Петр, — что Бог от дней первых избрал из нас меня, чтобы из уст моих язычники услышали слово Евангелия и уверовали. И Сердцеведец Бог дал им свидетельство, даровав им Духа Святого, как и нам; и не положил никакого различия между нами и ими, верою очистив сердца их. Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы? Но мы веруем, что благодатию Господа Иисуса Христа спасемся, как и они (Деян 15: 7–11).

Однако впереди христиан ожидало долгое и в прямом смысле этого слова мучительное отстаивание своей веры: почти триста лет Церковь существовала, оставаясь вне закона. И чем более масштабной становилась проповедь христиан, тем с большей суровостью римская власть карала приверженцев политически опасной, как полагали чиновники, новой религии. Человек, принимавший крещение, понимал, что сознательно совершает противозаконное действие, потому что религия, исповедником которой он становился, была запрещена на территории Римской империи, и подвергал себя смертельной опасности. Ведь христиане, хоть и были образцовыми и законопослушными гражданами, наотрез отказывались почитать культ римского императора, а это в глазах императорской власти было открытой демонстрацией их нелояльности.

В ту эпоху тысячи и тысячи мучеников, претерпев ужасные пытки и унижения, засвидетельствуют всему тогдашнему миру безусловную истинность своей веры, а вся христианская жизнь, в том числе и богослужебная, долгое время будет проходить в тайне — по домам или в катакомбах — среди могил, откуда до наших дней дошли первые иконографические образы, оставленные верующими гонимой Церкви. И только в 313 году, после издания Миланского эдикта масштабные гонения прекратились. Громадный и, как казалось, бесперебойный механизм римской репрессивной машины, столкнувшись с Церковью, дал сбой. Чем жестче и беспощаднее действовали императоры, тем сильнее, громче и убедительнее звучала проповедь христианства.

О чем говорили в своей проповеди апостолы?

Проповедь Благой Вести началась с самого первого дня существования Церкви. Конечно, поначалу она была обращена только к иудеям, многие из которых уже что-то слышали об Иисусе Христе. С этим отчасти связан взрывной рост первой общины: за первый год количество уверовавших увеличилось с нескольких десятков до пяти-семи тысяч человек. Более того, сама изначальная проповедь апостолов, с которой они обратились к иудеям, была достаточно лаконичной. Вся она сводилась к простому, но важнейшему факту: Итак твердо знай, весь дом Израилев, что Бог соделал Господом и Христом Сего Иисуса, Которого вы распяли (Деян 2:36).

Все глубочайшее содержание веры ранних христиан связано именно с тем, что Иисус Христос умер на Кресте, а затем на третий день воскрес, и что в нем, как пишет апостол Павел, явлена вся полнота Божества телесно (Кол 2:9). Но уже во второй половине I века содержание проповеди апостолов меняется, вместе с той «аудиторией», к которой она теперь была обращена. Ведь для язычников ни Сам Иисус, ни то, что Он Мессия, ни то, что Бог Един, ничего не значило. Тем более, для них было неочевидно и то, что этот Бог дал ветхозаветным пророкам Откровение. И потому теперь главным содержанием Благой Вести становится доказательство и провозглашение монотеизма (то есть — единобожия).

Кроме того, помимо самого свидетельства воскресения Христа, апостолы должны были уже подробно и системно излагать язычникам и то, чему Иисус учил, какой была Его жизнь. И, судя по всему, этот устный рассказ апостолов был достаточно точным. Сохранилось очень важное для нас свидетельство священномученика Климента Римского, относящееся к концу I века. Он пишет, что его учитель, апостол Петр, как-то рассказал ему, что каждую ночь он просыпается и мысленно повторяет все, что говорил Господь во время Своей земной жизни. Такая практика была очень распространенной в иудейской культуре: ученики раввинов именно с помощью такого регулярного повторения поучений своих наставников с дотошной точностью их запоминали.

Кто
Апостол Павел в Афинах. Рафаэль, 1515

Позднее, для того чтобы воспоминания очевидцев жизни Иисуса Христа сохранились и передавались последующим поколениям христиан, эти устные рассказы апостолов были записаны в евангельские книги. Каждая из них — это самостоятельное произведение с конкретным адресатом. Так, например, Евангелие от Матфея было написано для иудеев на арамейском языке: в нем легко различается постоянно повторяющийся акцент на том, что Иисус Христос исполнил все пророчества, сказанные о нем в Ветхом Завете. Евангелие от Марка было адресовано к римлянам, о чем свидетельствует его краткость и компактность. Апостол Лука, написавший свое Евангелие для обращенных в христианство язычников, был учеником Павла, который, согласно Церковному Преданию, не раз приезжал в Иерусалим и общался с непосредственными свидетелями жизни Иисуса Христа, а также — с Пресвятой Богородицей. Поэтому только в этом тексте мы встречаем рассказ о детстве Иисуса Христа.

Самым последним написал свое Евангелие апостол Иоанн, который, как считают некоторые ученые, уже был знаком со всеми написанными ранее текстами и решил дополнить их своим рассказом. Этим объясняется особенность получившегося текста: в нем в наибольшей степени переданы слова и поучения Спасителя. Евсевий Кесарийский — древний историк Церкви, так пишет о том, что побудило апостола записать свой текст: «Когда первые три Евангелия разошлись повсюду и дошли до него, он (то есть апостол Иоанн. — Ред.), говорят, счел долгом засвидетельствовать их правдивость, но заметил, что в них недостает рассказа о первых деяниях Христовых, совершенных в самом начале Его проповеди. И это верно… Иоанна, говорят, стали поэтому упрашивать поведать в своем Евангелии о том времени, о котором молчат первые евангелисты, и о делах, совершенных Спасителем тогда, а именно — до заключения Крестителя».

Каково было нести бремя апостольского служения?

Во время проповеди апостолы постоянно сталкивались с различными трудностями — опасностями во время путешествий, агрессивной и нетерпимой реакцией иудеев или язычников, побоями, лишениями, болезнями. Обо всем этом красочно писал апостол Павел: Даже доныне терпим голод и жажду, и наготу и побои, и скитаемся, и трудимся, работая своими руками. Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим; хулят нас, мы молим; мы как сор для мира, как прах, всеми попираемый доныне (1 Кор 4:11–13).

Не стоит думать, что апостолы всеми возможными способами искали мученичества, что они «нарывались» на преследования — только бы пострадать и умереть за Христа. Они были людьми здравомыслящими, рассудительными, понимали, насколько велика их ответственность перед Церковью. Достаточно вспомнить апостола Павла, который при необходимости не гнушался пользоваться своим особым социальным статусом — римским гражданством. Так, например, во время своего четвертого миссионерского путешествия он был схвачен и оказался в руках местной римской власти. Чтобы получить от апостола необходимые показания, его решили пытать. Но когда Павла уже привязали к камню ремнями, он вдруг спросил сотника: Разве вам позволено бичевать римского гражданина, да и без суда? (Деян 22:22–25). Сотник, застигнутый врасплох, — ведь по законам империи римский гражданин не мог быть подвергнут никакому наказанию до обстоятельного судебного разбирательства, — тут же отправился к своему начальнику. Услышав о том, что арестованный по его приказу еврей обладает столь высоким юридическим статусом, тот незамедлительно отправился к Павлу: «Скажи мне, ты римский гражданин?» — спросил он апостола. «Да», — ответил Павел. Тогда тысяченачальник, не скрывая своего удивления, воскликнул: «Я за большие деньги приобрел это гражданство». На что апостол невозмутимо ответил: «А я и родился в нем». Так Павел оказался на свободе (Деян 22:27–29).

Сам он как-то раз признался в своем послании к филиппийцам: имею желание разрешиться и быть со Христом, потому что это несравненно лучше; а оставаться во плоти нужнее для вас (Фил 1:23–24). И в этом нужнее для вас — вся соль апостольского служения, причина их бесконечных путешествий, проповедей, наставлений, лишений и, в конце концов, их мученического подвига.

* * *

Из 12 апостолов лишь один Иоанн Богослов умер своей смертью, хотя и был подвергнут при жизни пыткам. Апостолы Петр, Андрей, Иаков Алфеев, Варфоломей, Филипп, Иуда, Матфий в разных частях света, претерпев мучения, были убиты. Апостола Иакова Заведеева казнили через отсечение головы. Апостола Матфея сожгли на костре в Египте. Апостол Фома в Индии во время пыток был пронзен копьями. Апостол Симон Зилот на Черноморском побережье Кавказа был заживо распилен пилой.

Однако заведомо невыполнимая задача, трудность которой невозможно даже представить, была выполнена — на территории Римской империи и даже за ее пределами появились первые христианские общины. Во главе каждой из них стояли рукоположенные апостолами епископы, которые совершали богослужения, крестили людей и укрепляли свою общину в вере и благочестии. Апостолы оставили после себя учеников, которые приняли от них учение, можно даже сказать, некоторую особую школу миссии и продолжили дело проповеди.

Впереди Церковь ждали новые вызовы и испытания: гонения, преследования, внутренние нестроения, полемика с античными интеллектуалами-язычниками. Церкви, как пишет Александр Шмеман, еще «надлежало принять весь зной, всю пыль своего длинного, земного, человеческого пути». Появятся внутренние расколы, ереси, в ответ на которые Церковь, опираясь на Священное Писание и Предание, начнет разрабатывать свое богословское учение. Но по прошествии уже почти двух тысяч лет Церковь, несмотря ни на что, остается той же, какой она возникла в день Пятидесятницы. Не исказилось содержание слов и подвига Богочеловека. Не пре­рвалась цепочка рукоположений епископов от апостолов. Не прекратилось совершение литургии. И с каждым веком святых становится все больше и больше. И Дух Святой все так же продолжает и будет продолжать действовать в Церкви.

…Итак, мы видим, чтохристианство того времени, еще не осознавшее само себя, как небо от землиотличалось от позднейшей, зафиксированной в догматах мировой религии Никейскогособора; оно до неузнаваемости не похоже на последнее. В нем нет нидогматики, ни этики позднейшего христианства; но зато есть ощущение того, чтоведется борьба против всего мира и что эта борьба увенчается победой; естьрадость борьбы и уверенность в победе, полностью утраченные современнымихристианами и существующие в наше время лишь на другом общественном полюсе – усоциалистов.

В самом деле, борьба свсесильным вначале миром и одновременно борьба новаторов между собой –одинаково присущи как первым христианам, так и социалистам. Оба великихдвижения созданы не вождями и пророками, – хотя у обоих имеется достаточнопророков; оба они — массовые движения. А массовые движения на первых порах понеобходимости сумбурны; сумбурны в силу того, что всякое мышление масс вначалепротиворечиво, неясно, бессвязно; сумбурны они, однако, и в силу той роли,какую на первых порах еще играют в них пророки. Эта сумбурность проявляется вобразовании многочисленных сект, борющихся друг с другом по меньшей мере стаким же ожесточением, как и с общим внешним врагом.

Так было во временапервоначального христианства, так было в ранний период социалистическогодвижения, как это ни удручало тех благомыслящих обывателей, которыепроповедовали единство там, где никакого единства не могло быть.

Разве сплоченность рядов Интернационаладостигалась посредством какой-либо единой догмы? Напротив. Там были коммунистыв духе французской традиции периода до 1848 г., да и те опять-таки различныхоттенков; коммунисты школы Вейтлинга и коммунисты другого рода, извозрожденного Союза коммунистов; прудонисты, преобладавшие во Франции иБельгии; бланкисты; германская рабочая партия; наконец, анархисты-бакунисты,взявшие на короткое время верх в Испании и Италии, – и это были только главныегруппировки. Со времени основания Интернационала потребовалась целая четвертьстолетия для того, чтобы окончательно и повсеместно произошло размежевание санархистами и могло установиться единство хотя бы в отношении самых общихэкономических точек зрения. И это при наших средствах сообщения, при железныхдорогах, телеграфе, гигантских промышленных городах, периодической печати иорганизованных народных собраниях.

Ф. Энгельс, К ИСТОРИИ ПЕРВОНАЧАЛЬНОГОХРИСТИАНСТВА, 1894 г. (т. 22, с. 478-479)

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.