52 армия волховского фронта

Боевые действия на ленинградском направлении (июль-декабрь 1941 г.)

Боевые действия советских войск на подступах к Ленинграду. 10 июля — 10 ноября 1941 г.

К 10 июля 1941 г. войска немецкой группы армий «Север» (18-я, 16-я армии, 4-я танковая группа; генерал-фельдмаршал В. фон Лееб), нанеся поражение армиям советского Северо-Западного фронта, овладели г. Остров и Псковом и создали угрозу прорыва к Ленинграду. Согласно директиве Верховного главнокомандования вермахта от 8 июля группа армий «Север» (810 тыс. человек, 5300 орудий и миномётов, 440 танков) должна была, продолжая наступление на Ленинград, разгромить войска Северо-Западного и Северного фронтов, отрезать город с востока и юго-востока от остальной территории СССР, во взаимодействии с финскими Карельской и Юго-Восточной армиями с ходу захватить Ленинград. Главный удар наносила 4-я танковая группа силами 41-го моторизованного корпуса по кратчайшему направлению через г. Луга, а 56-м моторизованным корпусом – на Порхов, Новгород с целью перерезать в районе Чудова железную дорогу Москва – Ленинград. Обеспечение правого крыла танковой группы и закрепление её успеха возлагались на 16-ю армию, а отсечение и уничтожение войск 8-й армии Северо-Западного фронта в Эстонии, захват Моонзундских островов и Таллинна – на 18-ю армию. Наступление группы армий «Север» поддерживал немецкий 1-й воздушный флот (760 самолетов), а войск, сосредоточенных в Финляндии, – часть сил 5-го воздушного флота (240 самолетов) и финская авиация (307 самолетов).

Руководство Северным и Северо-Западным фронтом согласно постановлению ГКО от 10 июля осуществлял Главнокомандующий войсками Северо-Западного направления маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов, которому с 14 июля был подчинен Краснознаменный Балтийский флот (вице-адмирал В.Ф. Трибуц). Всего Северный, Северо-Западный фронты и флот насчитывали 540 тыс. человек, 5000 орудий и миномётов, около 700 танков, 235 боевых самолетов и 19 боевых кораблей основных классов. Управление ВВС обоих фронтов, координацию действий авиации флота и 7-го авиационного корпуса ПВО было возложено на командующего ВВС Северо-Западного направления генерал-майора авиации А.А. Новикова. Для усиления защиты Ленинграда с моря и управления всеми морскими силами, дислоцировавшимися в городе, приказом наркома обороны от 5 июля было сформировано управление Морской обороны Ленинграда и Озёрного района. Противовоздушную оборону осуществлял 2-й корпус ПВО. По директиве Главного Командования намечалось к 15 июля завершить строительство оборонительного рубежа (иск.) Кингисепп, Толмачево, Огорели, Бабино, Кириши и далее по западному берегу р. Волхов, а также отсечной позиции Луга, Шимск. На строительстве оборонительных сооружений общей протяжённостью около 900 км, ежедневно работало до 500 тыс. человек. Вокруг Ленинграда система обороны включала несколько поясов. На ближних подступах к городу с юго-запада и юга строился Красногвардейский укрепрайон. Оборонительные сооружения с узлами сопротивления создавались и по линии Петергоф (Петродворец), Пулково.

10 июля войска группы армий «Север» перешли в наступление, положив начало боевым действиям на Ленинградском направлении (10 июля – 30 декабря 1941 г.). Они включали Ленинградскую стратегическую, Таллиннскую и Тихвинскую оборонительные, Тихвинскую наступательную операции, оборону военно-морской базы Ханко и Моонзундских островов.

Ленинградская стратегическая оборонительная операция
(10 июля – 30 сентября 1941 г.)

Под Лугой частям 41-го моторизованного корпуса упорное сопротивление оказали войска Лужской оперативной группы генерал-лейтенанта К.П. Пядышева. Это вынудило командующего 4-й танковой группой генерал-полковника Э. Гёпнера 12 июля повернуть корпус на северо-запад, чтобы прорвать оборону в нижнем течении Луги. Воспользовавшись тем, что на 250-километровом Лужском рубеже не было сплошной линии обороны, части корпуса 14 – 15 июля захватили плацдармы на правом берегу Луги у Ивановского и Большого Сабека, где были остановлены курсантами Ленинградского пехотного училища и 2-й дивизией народного ополчения. На Новгородском направлении 56-й моторизованный корпус генерала пехоты Э. фон Манштейна 13 июля овладел г. Сольцы и вышел передовыми частями к Лужскому оборонительному рубежу западнее села Шимск. Однако 14 – 18 июля Северная и Южная группы 11-й армии нанесли контрудар в районе Сольцы, создав угрозу окружения 56-го моторизованного корпуса. И только недостаток сил позволил ему избежать поражения. Немецкий 1-й армейский корпус был остановлен на рубеже р. Мшага частями Новгородской армейской оперативной группы. Войска 16-й армии вышли на рубеж Старая Русса, Холм, а соединения 18-й армии – к побережью Финского залива в районе Кунда. В результате 8-я армия Северо-Западного фронта оказалась рассечённой на две части. Несмотря на понесённые потери, она до конца июля удерживала рубеж Пярну, Тарту.

Контрудар под Сольцами и упорная оборона Лужской оперативной группы вынудили Верховное главнокомандование вермахта 19 июля издать директиву № 33, которая предусматривала возобновление наступления на Ленинград только после соединения 18-й армии с 4-й танковой группой и подхода отставших войск 16-й армии. Для обеспечения правого крыла группы армий «Север» и окружения советских войск в районе Ленинграда ей во временное подчинение приказом от 23 июля передавалась 3-я танковая группа группы армий «Центр». 30 июля Верховное главнокомандование вермахта директивой № 34 потребовало от группы армий «Север» нанести главный удар между озером Ильмень и Нарвой с целью окружить Ленинград и установить связь с финскими войсками. Для поддержки войск группы армий «Север» перебрасывался 8-й авиационный корпус из группы армий «Центр».

В свою очередь, Главнокомандующий Северо-Западным направлением 28 июля принял решение нанести 3 – 4 августа контрудар по группировке противника, действовавшей на Новгородском направлении. В районе Луги намечалось развернуть четыре-пять стрелковых и одну танковую дивизии для удара с севера на Струги Красные, а с востока на Сольцы должны были наступать 11-я и 34-я армии. 3 августа на базе управления 50-го стрелкового корпуса было сформировано управление 42-й армии. 6 августа в состав Северо-Западного фронта вошла вновь сформированная 34-я армия. Из-за того, что сосредоточение войск затягивалось, время перехода в наступление было перенесено на 12 августа.

Противник, упредив войска Северо-Западного фронта, 8 августа нанес удары на Красногвардейском (Гатчинском), Лужском и Новгородско-Чудовском направлениях. 12 августа в наступление южнее Старой Руссы перешли войска 11-й и 34-й армий. К 15 августа соединения 34-й армии, продвинувшись на 60 км в тыл новгородской группировки противника, во взаимодействии с 11-й армией охватили правый фланг его старорусской группировки (10-й армейский корпус). Это вынудило генерал-фельдмаршала фон Лееба остановить 4-ю танковую группу и направить 3-ю моторизованную и 8-ю танковую дивизии на помощь 10-му армейскому корпусу. В результате задача по овладению Ленинградом оказалась под угрозой срыва. В этой связи по приказу Гитлера на Новгородское направление в район Чудова началась переброска 39-го моторизованного корпуса 3-й танковой группы. 16 августа противник захватил г. Кингисепп, 19 августа – Новгород, а 20 августа – Чудово, перерезав шоссе и железную дорогу Москва – Ленинград.

Орудийный расчет старшего сержанта С. Е. Литвиненко ведет огонь по противнику. Ленинградский фронт. Сентябрь – октябрь 1941 г.

С целью улучшения управления войсками Ставка ВГК 23 августа разделила Северный фронт на два фронта: Карельский (14-я, 7-я армии) и Ленинградский (23, 8 и 48-я армии; генерал-лейтенант M.M. Попов). Вместо генерал-майора П.П. Собенникова командующим Северо-Западным фронтом был назначен генерал-лейтенант П.А. Курочкин. На рубеже Тихвин, Малая Вишера, Валдай развертывалась 52-я резервная армия.

Танкисты 3-й танковой дивизии РККА. Старший политрук Елкин (в центре) знакомит танкистов с положением дел на фронте. Северо-Западный фронт.

Войска группы армий «Север», развивая наступление, 24 августа заняли г. Луга, а 25-го – г. Любань. 26 августа в Ленинград была направлена группа уполномоченных ГКО: В.М. Молотов, Г.М. Маленков, Н.Г. Кузнецов, А.И. Косыгин, П.Ф. Жигарев и Н.Н. Воронов. Главное командование войск Северо-Западного направления 27 августа было расформировано, а Карельский, Ленинградский и Северо-Западный фронты подчинены Ставке ВГК. 28 августа противник овладел г. Тосно, а 30 августа вышел на р. Нева, перерезав железные дороги, связывающие Ленинград со страной. И только в районе Красногвардейска в ходе ожесточенных боев удалось остановить дальнейшее продвижение врага. На Карельском перешейке 23-я армия под натиском Юго-Восточной армии к 1 сентября отошла на государственную границу 1939 года. Войска Карельской армии в сентябре прорвали оборону войск Северного фронта на петрозаводском и олонецком направлениях.

С целью усиления обороны Ленинграда по решению Ставки ВГК Слуцко-Колпинский центр Красногвардейского укрепрайона 31 августа был переформирован в самостоятельный Слуцко-Колпинский укрепрайон, создано Управление начальника артиллерии морской обороны. 1 сентября на базе управления 19-го стрелкового корпуса и оперативной группы генерал-майора И.Г. Лазарева была сформирована 55-я армия, вошедшая в состав Ленинградского фронта. 2 сентября в районе Новая Ладога, Волховстрой, Городище, Тихвин начала сосредоточение вновь формируемая 54-я армия маршала Советского Союза Г.И. Кулика. 5 сентября командующий Ленинградским фронтом генерал-лейтенант М.М. Попов был отстранен от должности, а вместо него назначен маршал К.Е. Ворошилов.

Наступление немецкой группы армий «Север» на Ленинград 20 августа — 8 сентября 1941 г.

6 сентября Верховное главнокомандование вермахта своей директивой № 35 потребовала от группы армий «Север» совместно с финской Юго-Восточной армией окружить советские войска, действующие в районе Ленинграда, захватить Шлиссельбург (Петрокрепость) и блокировать Кронштадт. 8 сентября противник, прорвавшись через станцию Мга, овладел Шлиссельбургом и отрезал Ленинград с суши. Однако ему не удалось 9 сентября форсировать Неву и прорваться к городу с юга. В связи с ухудшением обстановки под Ленинградом 11 сентября командующим Ленинградским фронтом был назначен генерал армии Г.К. Жуков. Управление 48-й армии 12 сентября было расформировано, а ее соединения переданы в состав 54-й армии. В этот же день противник вынудил соединения 42-й армии оставить Красное Село и вышел на ближние подступы к Ленинграду. 13 сентября Ставка ВГК утвердила план «мероприятий по уничтожению флота на случай вынужденного отвода из Ленинграда». Задача по деблокаде Ленинграда с востока была возложена войска 54-й отдельной армии, которые предприняли активные действия только через несколько дней.

16 сентября противник между Стрельней и Урицком прорвался к Финскому заливу, отрезав части 8-й армии от основных сил Ленинградского фронта. Западнее города образовался Ораниенбаумский плацдарм. 17 сентября враг захватил Павловск и ворвался в центр г. Пушкин. В тот же день начался вывод 4-й танковой группы из сражения для ее переброски на Московское направление. Все войска, действовавшие под Ленинградом, перешли в подчинение командующего немецкой 18-й армией. С целью остановить противника генерал армии Жуков силами 8-й армии (не менее пяти дивизий) 18 сентября нанес удар на Красное Село. Однако противник, осуществив перегруппировку, 20 сентября силами до четырех дивизий начал ответное наступление. Он не только остановил продвижение войск 8-й армии, но и оттеснил ее. С 19 по 27 сентября немецкая авиация (более 400 бомбардировщиков) провела воздушную операцию с целью уничтожить базировавшиеся в Кронштадте морские силы. В результате были потоплены лидер «Минск», сторожевой корабль «Вихрь», подводная лодка «М-74» и транспорт, затонул поврежденный эсминец «Стерегущий», получили повреждения линкор «Октябрьская революция», крейсер «Киров», три эскадренных миноносца, ряд других кораблей и судов.

В конце сентября 1941 г. обстановка под Ленинградом стабилизировалась. В ходе Ленинградской стратегической оборонительной операции был сорван план противника по захвату города с ходу. Он не смог повернуть основные силы группы армий «Север» для наступления на Москву. Ее войска, потеряв около 60 тыс. человек, перешли к длительной обороне, пытаясь задушить Ленинград в тисках полной блокады. Для усиления группы армий «Север» началась переброска по воздуху 7-й парашютно-десантной дивизии, по железной дороге из Франции – 72-й пехотной дивизии, на север была повернута испанская 250-я пехотная «Голубая дивизия», направлявшаяся в состав группы армий «Центр». Потери войск Северного, Северо-Западного и Ленинградского фронтов, 52-й отдельной армии, а также Балтийского флота составили: безвозвратные – 214 078, санитарные – 130 848 человек, 1492 танка, 9885 орудий и минометов, 1702 боевых самолета.

Большую роль в обороне Ленинграда сыграла оборона Таллинна, полуострова Ханко и Моонзундских островах.

Таллиннская оборонительная операция (5 – 30 августа 1941 г.)

Оборона Таллинна. 1941 г. Схема боевых действий

Для захвата Таллинна командующий 18-й армией генерал-полковник Г. фон Кюхлер сосредоточил 4 пехотные дивизии (до 60 тыс. человек), усиленные артиллерией, танками и авиацией. Город обороняли 10-й стрелковый корпус 8-й армии, отошедший к Таллинну после тяжёлых боёв, отряды морской пехоты Краснознаменного Балтийского флота, полк эстонских и латышских рабочих (всего 27 тыс. человек), поддерживаемые кораблями, береговой артиллерией и авиацией флота (85 самолётов). Руководство обороной Таллинна осуществлял командующий Северным фронтом контр-адмирал А.Г. Головко. К началу августа 1941 г. не удалось полностью завершить строительство трех оборонительных рубежей на ближних подступах к городу.

Возведение оборонительных укреплений в окрестностях Таллина. Июль 1941 г.

5 августа войска немецкой 18-й армии вышли на дальние подступы к Таллинну, а 7 августа – к побережью Финского залива восточнее города и отрезали его с суши. Несмотря на превосходство противника в силах, защитники Таллинна к 10 августа остановили его продвижение. 14 августа руководство обороной города было возложено на военный совет КБФ. Противник, возобновив после перегруппировки своих сил наступление, вынудил защитников Таллинна отойти на главный рубеж обороны, а затем к пригородам. Ставка ВГК, учитывая тяжёлую обстановку в связи с прорывом противника к Ленинграду, а также необходимость сосредоточения всех сил для его обороны, 26 августа приказала перебазировать флот и гарнизон Таллинна в Кронштадт и Ленинград. 27 августа противник ворвался в Таллинн и на следующий день овладел городом. Основные силы флота под ударами вражеской авиации и в сложной минной обстановке с 28 по 30 августа совершили переход из Таллинна в Кронштадт и Ленинград. В нём участвовало более 100 кораблей и 67 транспортных и вспомогательных судов с войсками (20,5 тыс. человек) и грузами. Во время перехода погибли свыше 10 тыс. человек, затонуло 53 корабля и судна, в том числе 36 транспортов. В то же время удалось сохранить боевое ядро флота, что позволило усилить оборону Ленинграда.

Переход кораблей Краснознаменного Балтийского флота из Таллинна в Кронштадт, август 1941 года. Художник А. А. Блинков. 1946 г.

Оборона Ханко (22 июня – 5 декабря 1941 г.)

Страница из Памятного альбома «Оборона Ханко». 1942 г.

Для захвата военно-морской базы Ханко финское командование сформировало ударную группу «Xанко» (около 2 дивизий), поддерживаемую береговой и полевой артиллерией, авиацией и флотом. В состав военно-морской базы Ханко входили 8-я отдельная стрелковая бригада, погранотряд, инженерно-строительные части, дивизионы и батареи береговой и зенитной артиллерии (95 орудий калибром от 37 до 305 мм), авиагруппа (20 самолётов), охрана водного района (7 катеров-охотников и 16 вспомогательных судов). Общая численность гарнизона под командованием генерал-майора (16 сентября 1941 г. генерал-лейтенанта береговой службы) С.И. Кабанова составляла 25 тыс. человек.

С 22 июня 1941 г. военно-морская база подвергалась налётам авиации противника, а с 26 июня − и артиллерийскому обстрелу. Противник, не сумев 1 июля штурмом овладеть Ханко, начал длительную осаду. Гарнизон Ханко вёл активную оборону, применяя морские десанты, которые с 5 июля по 23 октября захватили 19 островов. Однако обострение обстановки под Ленинградом и приближение ледостава вынудили советское командование с 26 октября по 5 декабря эвакуировать силами флота (6 миноносцев, 53 корабля и судна) воинские части и вооружение с полуострова Ханко. В тяжёлых условиях (оба побережья Финского залива находились в руках противника, плотные минные заграждения) было вывезено 23 тыс. человек, 26 танков, 14 самолетов, 76 орудий, около 100 минометов, 1000 т боеприпасов, 1700 т продовольствия. В ходе эвакуации погибли почти 5 тыс. человек, подорвались на минах и затонули 14 боевых кораблей и судов, 3 подводные лодки.

Мемориальная доска в честь защитников о. Ханко. Санкт-Петербург, ул. Пестеля 11. Архитекторы В. В. Каменский, А. А. Лейман. 1946 г.

Оборона Моонзундских островов
(6 сентября – 22 октября 1941 г.)

Оборона Моонзундских островов 22 июня — 22 октября 1941 г.

После захвата противником 28 августа 1941 г. Таллинна гарнизон островов Моонзундского архипелага оказался в его глубоком тылу. Для их захвата командующий немецкой 18-й армией сосредоточил 61-ю, 217-ю пехотные дивизии, инженерные части, артиллерию и авиацию (всего свыше 50 тыс. человек). В переброске войск участвовало до 350 единиц десантно-высадочных средств. Действия наземных войск поддерживали с моря 3 крейсера и 6 миноносцев. Моонзундские острова обороняли 3-я отдельная стрелковая бригада 8-й армии и части береговой обороны Балтийского района (всего около 24 тыс. человек, 55 орудий калибра 100–180-мм). На островах базировались 6 торпедных катеров, 17 тральщиков и несколько мотоботов, а на аэродроме о. Сарема (Сааремаа) – 12 истребителей. Руководил обороной комендант береговой обороны Балтийского района генерал-майор А.Б. Елисеев. К началу сентября было сооружено более 260 дотов и дзотов, установлено 23,5 тыс. мин и фугасов, протянуто свыше 140 км проволочных заграждений, а на подходах к островам выставлено 180 мин.

6 сентября огнём береговых батарей была отражена попытка противника высадиться на остров Осмуссар (Осмуссаар). Однако к 11 сентября ему удалось после трёхдневных боёв овладеть островом Вормси. Защитники архипелага с 13 по 27 сентября разгромили десантные отряды врага в районах полуострова Сырве и южнее бухты Кийгусте. 14 сентября противник силами 61-й пехотной дивизии 42-го армейского корпуса при поддержке оперативной группы люфтваффе начал операцию «Беовульф». 17 сентября он овладел островом Муху. Защитники Моонзунда к 23 сентября отошли на полуостров Сырве (южная оконечность о. Сарема), а в ночь на 4 октября были эвакуированы на остров Хиума (Хийумаа). К исходу 5 октября противник полностью овладел островом Эзель, а 12 октября начал высадку в нескольких пунктах острова Хиума, где развернулись упорные бои. 18 октября командующий КБФ отдал приказ об эвакуации гарнизона на полуостров Ханко и остров Осмуссар, которая была завершена 22 октября. Потери советских войск составили более 23 тыс. человек, а противника – свыше 26 тыс. человек, более 20 кораблей и судов, 41 самолет.

Памятный знак защитникам островов Моонзундского архипелага. Санкт-Петербург, Курортный район, поселок Песочный, ул. Ленинградская, д.53.

Тихвинская оборонительная операция
(16 октября – 18 ноября 1941 г.).

Германское командование, стремясь ускорить захват Ленинграда и высвободить силы для действий на главном – Московском направлении, планировало силами 16-й армии (39-й моторизованный и 1-й армейский корпуса) группы армий «Север» захватить Тихвин, чтобы глубоко обойти Ленинград с востока, соединиться с финскими войсками на р. Свирь и полностью блокировать город. Главный удар наносился в направлении Грузино, Будогощь, Тихвин, Лодейное Поле, а вспомогательный удар – на Малую Вишеру, Бологое.

На рубеже Липка, Вороново, Кириши и далее по восточному берегу р. Волхов (протяжённостью около 200 км) оборонялись 54-я армия Ленинградского фронта, 4-я и 52-я отдельные армии, подчинявшиеся Ставке ВГК, а также Новгородская армейская группа (НАГ) Северо-Западного фронта. Им оказывала содействие Ладожская военная флотилии. До 70% всех сил было сосредоточено в полосе 54-й армии, которая готовилась к проведению Синявинской наступательной операции с целью прорыва блокады Ленинграда. В полосах же обороны 4-й и 52-й отдельных армий, против которых враг наносил главный удар, на 130-километровом фронте оборонялись всего 5 стрелковых и одна кавалерийская дивизии. Противник имел здесь превосходство в личном составе в 1,5 раза, а в танках и артиллерии более чем в 2 раза. Недостаток сил не дозволил войскам 54, 4 и 52-й армий создать необходимую глубину обороны. Кроме того, в распоряжении командующих армиями не было резервов.

16 октября противник перешел в наступление. Он, форсировав р. Волхов в полосе 52-й отдельной армии в районах Грузино и Селищенского Поселка, прорвал к 20 октября оборону на ее стыке с 4-й армией. 22 октября враг захватил Большую Вишеру, а 23-го – Будогощь, создав угрозу прорыва к Тихвину. Одновременно, стремясь обеспечить фланг своей тихвинской группировки с северо-запада, противник возобновил наступление на Волховском направлении на север. Для усиления 4-й армии по приказу Ставки ВГК в район Тихвина были направлены две стрелковые дивизии 54-й армии. С целью усиления обороны Тихвина и Волховской ГЭС с западного на восточный берег Ладожского озера силами Ладожской военной флотилии в штормовых условиях были переброшены две стрелковые дивизии и отдельная бригада морской пехоты, из резерва Ставки ВГК направлены три стрелковые дивизии, из резерва Северо-Западного фронта – одна стрелковая дивизия, а из 7-й отдельной армии – до двух стрелковых бригад. 26 октября командующим Ленинградским фронтом был назначен генерал-лейтенант М.С. Хозин, а командующим 54-й армией – генерал-майор И.И. Федюнинский. Командующим Ленинградским фронтом и Краснознаменным Балтийским флотом предписывалось эвакуировать войска с островов Гогланд, Лавенсари, Сейскари, Тютерс и Бьерке, используя их для удержания района Красной Горки, Ораниенбаума и Кронштадта.

Благодаря принятым мерам войска 4-й армии генерал-лейтенанта В.Ф. Яковлева 27 октября остановили наступление противника в 40 км юго-западнее Тихвина, а 52-я армия – восточнее Малой Вишеры. Но в последующем противнику удалось оттеснить части 4-й армии на направлении Грузино, Будогощь, создав угрозу не только Тихвину, но и коммуникациям 7-й отдельной и 54-й армий. Противник, отразив 1 ноября контрудар войск 4-й армии, 5 ноября возобновил наступление. Он 8 ноября захватил Тихвин, перерезав единственную железную дорогу, по которой шли грузы к Ладожскому озеру для снабжения Ленинграда. По решению И.В. Сталина 9 ноября командующим 4-й армией был назначен генерал армии К.А. Мерецков. Ее войска совместно с 52-й армией нанесли контрудары по противника и к исходу 18 ноября вынудили его перейти к обороне.

В результате Тихвинской оборонительной операции советские войска сорвали замысел германского командования соединиться на р. Свирь с финскими войсками, полностью блокировать Ленинград и использовать силы группы армий «Север» для наступления в обход Москвы с севера. Противнику не удалась также прорваться к Ладожскому озеру через Войбокало. Это создало благоприятные условия для перехода советских войск в контрнаступление.

Тихвинская наступательная операция
(10 ноября – 30 декабря 1941 г.)

В ходе Тихвинской оборонительной операции началась подготовка контрнаступления советских войск. Войска 54-й армии Ленинградского фронта, 4-й и 52-й отдельных армий, получив усиление, превосходили противника в личном составе в 1,3 раза, в артиллерии (от 76-мм и выше) в 1,4 раза, но уступали ему в танках в 1,3 раза и ещё больше в самолётах. Цель Тихвинской наступательной операции состояла в том, чтобы силами трех армий (54-я, 4-я и 52-я отдельные) при содействии Новгородской армейской группы Северо-Западного фронта перейти в контрнаступление на Тихвинском направлении, разгромить главную группировку противника, восстановить линию фронта по правому берегу р. Волхов и захватить плацдармы на её левом берегу. Главный удар из района Тихвина наносила 4-я армия с задачей соединиться в районе Киришей с войсками 54-й армии и в районе Грузино с войсками 52-й армии. Главные силы Новгородской армейской группы должны были наступать на Селище, поддерживая тесное взаимодействие с 52-й армией.

Войска переходили в наступление по мере их готовности, так как многие соединения и части понесли большие потери в ходе оборонительной операции. Наступление 10 ноября Новгородской армейской группы и 11 ноября войск 4-й армии успеха не имело. Отряд генерал-майора П.А. Иванова (подразделения 44-й стрелковой, 60-й танковой дивизий и стрелкового полка, запасной стрелковый полк), усиленный 191-й стрелковой дивизией и двумя танковыми батальонами, к 19 ноября подошел на 5 – 6 км с востока к Тихвину, где перешел к обороне. Войска 52-й армии генерал-лейтенанта Н.К. Клыкова, начав 12 ноября наступление, овладели 20 ноября Малой Вишерой.

После перехода к обороне советские войска начали подготовку к новому наступлению, осуществляя перегруппировку сил и средств. На правом фланге 4-й армии на базе отряда генерала Иванова была развернута Северная оперативная группа. Левее этой группы на юго-восточных подступах к Тихвину сосредоточилась прибывшая из резерва Ставки ВГК 65-я стрелковая дивизия. На южных подступах к городу оборону занимала Оперативная группа генерал-майора А.А. Павловича (подразделения 27-й кавалерийской и 60-й танковой дивизий), а левее ее – Южная оперативная группа генерал-лейтенанта В.Ф. Яковлева (части 92-й стрелковой дивизии, подразделения 4-й гвардейской стрелковой дивизии, танковый полк 60-й танковой дивизии). В резерве командующего армией находилась одна стрелковая бригада.

Противник, воспользовавшись оперативной паузой, создал сильно укрепленную оборону в Тихвине и на его подступах. По замыслу командующего 4-й армией Северная оперативная группа и Оперативная группа генерала Павловича должны были нанести удары по сходящимся направлениям и замкнуть кольцо вокруг Тихвина. С юго-востока по городу фронтальный удар наносила 65-я стрелковая дивизия. Южной оперативной группе предстояло наступать в общем направлении на Будогощь с целью перерезать коммуникации и пути отхода противника на дальних подступах к Тихвину. Войска 54-й армии Ленинградского фронта должны были наступать вдоль р. Волхов на Кириши.

19 ноября войска 4-й армии возобновили наступление. Однако противник, опираясь на заблаговременно созданную оборону, сумел остановить их продвижение. Не имело успеха и наступление 3 декабря войск 54-й армии. 5 декабря войска 4-й армии возобновили наступление. Ее Северная оперативная группа очистила от врага правый берег р. Тихвинка и вышла на шоссейную дорогу Тихвин – Волхов. Оперативная группа генерала Павловича к исходу дня перехватила грунтовую дорогу из Тихвина на Будогощь и начала продвигаться в сторону Липной Горки. В результате создалась угроза окружения тихвинской группировки противника. Это вынудило командующего группой армий «Север» начать ее отвод за р. Волхов. 9 декабря войска 4-й армии при поддержке 2-й смешанной авиационной дивизии и части сил 3-й резервной авиагруппы оперативной группы ВВС Ленинградского фронта освободили Тихвин. Однако основные силы тихвинской группировки врага сумели отойти на юго-запад, на Будогощь и на запад, в сторону Волхова. Войска 52-й армии, разгромив 16 декабря противника в Большой Вишере, стали продвигаться к р. Волхов. 17 декабря директивой Ставки ВГК был создан Волховский фронт (4-я и 52-я армии) под командованием генерала армии К.А. Мерецкова. Его войска к концу декабря вышли к р. Волхов, захватили несколько плацдармов на её левом берегу, отбросив врага на рубеж, с которого он начал наступление на Тихвин.

В полосе 54-й армии силами двух стрелковых дивизий (115-я и 198-я), прибывших из Ленинграда, 15 декабря был нанесен удар из района Рабочих поселков № 4 и 5 во фланг и в тыл основной группировке противника, действовавшей юго-восточнее Войбокало. Это вынудило Гитлера 16 декабря разрешить командующему группой армий «Север» отвести внутренние фланги 16-й и 18-й армий на рубеж р. Волхов и линию железной дороги, проходящей от станции Волхов на северо-запад. На следующий день части 115-й и 198-й стрелковых дивизий охватили левый фланг волховской группировки врага, а соединения 4-й армии – её правый фланг. 19 декабря войска 54-й армии освободили железную дорогу Волхов – Тихвин. 21 декабря 310-я стрелковая дивизия 54-й армии соединилась в районе р. Лынка с войсками 4-й армии. К 28 декабря соединения 54-й армии отбросили врага на железную дорогу Мга – Кириши, где встретив сильное сопротивление, перешли к обороне.

Тихвинская операция была одной из первых крупных наступательных операций Красной армии в Великой Отечественной войне. Советские войска, продвинувшись на 100 – 120 км, освободили значительную территорию, обеспечили сквозное движение по железной дороге до станции Войбокало, нанесли тяжёлый урон 10 дивизиям противника (в том числе 2 танковым и 2 моторизованным) и вынудили его перебросить на Тихвинское направление дополнительно 5 дивизий. Потери войск 54-й армии Ленинградского фронта, 4-й и 52-й отдельных армий, Новгородской армейской группы Северо-Западного фронта составили: безвозвратные – 17 924, санитарные – 30 977 человек.

***

В ходе боевых действий на Ленинградском направлении получило дальнейшее развитие советское военное искусство. Характерными чертами Ленинградской стратегической оборонительной операции являлись: сочетание обороны с контрударами и наступательными действиями; проведение артиллерийской и авиационной контрподготовки; ведение контрбатарейной борьбы. Однако в ходе операции были допущены серьёзные просчёты: распыление сил и средств при организации и проведении контрударов; отсутствие сильных и подвижных резервов; неумение командиров и штабов управлять войсками в сложной боевой обстановке; недостаточное внимание уделялось обеспечению флангов и стыков, а также инженерному оборудованию занимаемых позиций. Особенностями Тихвинской оборонительной операции являлись активное проведение контрударов и контратак, широкий манёвр силами и средствами на угрожаемые направления. Для Тихвинской наступательной операции характерны правильное определение времени перехода в контрнаступление и главной цели операции – разгрома наиболее сильной группировки противника, наступавшей на Тихвинском направлении. В то же время в ходе наступления выявились и недостатки: неумение осуществлять энергичный маневр для обхода и охвата опорных пунктов противника.

Владимир Дайнес,
ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского
института Военной истории Военной академии
Генерального штаба ВС РФ, кандидат исторических наук

Наверх

10 декабря 2020

Илья Абрамович Левин родился 10 декабря 1910 г. Являлся одним из первых пионеров г. Арзамаса. Трудовую деятельность начал в 1934 г. в должности заведующего отделом областной газеты «Арзамасская правда», продолжил работу журналиста в редакции газеты «Горьковская коммуна» («Горьковская правда»). В 1937 г. избирался секретарем Арзамасского райкома комсомола.

Во время Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.) И.А. Левин участвовал в боях на Волховском фронте. В период разгрома немцев под Ленинградом был начальником штаба отдельного лыжного батальона, затем — первым помощником начальника штаба 1242-го стрелкового полка.

В послевоенное время И.А. Левин активно занимался выявлением сведений об однополчанах, был избран председателем Горьковского Совета ветеранов Волховского фронта. К 35-летию Победы в Великой Отечественной войне в школе № 173 г. Горького при активном его участии был создан Музей Боевой Славы горьковчан-волховчан.

В личном фонде И.А. Левина (ГОПАНО, фонд № Р-7873) хранятся документы его служебной и общественной деятельности, в том числе списки членов Горьковского Совета ветеранов Волховского фронта, переписка с Московским Советом ветеранов Волховского фронта; нагрудный знак «Ветеран Волховского фронта», которым был награжден И.А. Левин, и удостоверение к нему; переписка И.А. Левина с ветеранами Великой Отечественной войны, участниками обороны г. Ленинграда, ветеранами ледовой трассы «Дорога жизни»; фотографии И.А. Левина с участниками Великой Отечественной войны, собранные им документы.

Особую ценность представляют собранные И.А. Левиным документы о горьковчанах — Героях Советского Союза: Н.М. Бровцеве, И.С. Ежкове, Н.В. Кроткове, Н.С. Моисееве, И.В. Фомичеве, М.К. Шестакове (воспоминания участников событий и однополчан, автобиографии, письма, фотографии военного времени, наградные листы, личные документы, газетные публикации об их подвигах и др.).

В переписке отложилось адресованное И.А. Левину письмо З.В. Блюхер — дочери репрессированного маршала Советского Союза В.К. Блюхера, блокадницы г. Ленинграда (1980 г.). К письму приложена фотокопия фотографии В.К. Блюхера — командующего Особой Краснознаменной Дальневосточной армии.

17 декабря 1941 года Cтавка Верховного Главнокомандования объявила о создании Волховского фронта, в который вошли действующие 4-я и 52-я армии, формируемые в Вологде, 59-я и резервная 26-я, вскоре переименованная во 2-ю Ударную. Волховским фронтом в ходе Любанской операции в 1942 году была предпринята третья, наиболее мощная попытка прорвать блокаду Ленинграда. Наступление Волховского фронта началось в январе 1942 года, и сразу же выявились сбои в реализации плана операции. Ленинградский фронт не смог оказать поддержку в той степени, как это предусматривалось указаниями Ставки. 7 января войска Волховского фронта, не закончив сосредоточения, не имея надежных средств связи и защиты от вражеской авиации, располагая лишь четвертью необходимых боеприпасов, перешли в наступление и попытались силами 2-й Ударной армии прорвать оборону противника на Волхове. «Артподготовка была явно недостаточной, – рассказывал бывший командир взвода управления 327-й стрелковой дивизии П.П. Дмитриев. – На каждую гаубицу у нас было всего по 20 снарядов. Расстреляв их, мы оказались безоружными и не могли подавить огневые точки врага. Пехота, беззащитная перед ураганным огнем немецкой артиллерии, бьющей с высокого западного берега, полегла на волховском льду густыми черными точками: маскхалатов стрелкам не полагалось…». Другие армии фронта не смогли выполнить поставленные перед ними задачи, но и 2-я Ударная армия не сумела прорваться к Любани. Не хватало резервов, боеприпасов, тактического опыта. 24 января 1942 года войска 2-й Ударной армии прорвали немецкую оборону у деревни Мясной Бор и устремились к блокированному Ленинграду. Они продвинулись на 75 км к западу, достигнув железнодорожной станции Рогавка, и на 40 км к северу, не дойдя шести километров до Любани. «Вперед, только вперед!» – гласил приказ, и части 2-й Ударной выполняли его самоотверженно.

Бездорожье, гиблые болота,
И кругом лесная глухомань…
Чтобы снять блокаду Ленинграда,
Прем по бурелому на Любань.

Из воспоминаний бывшего командира взвода управления 6-й батареи 2-го дивизиона 849-го артиллерийского полка 327-й стрелковой дивизии П.П. Дмитриева: «Путь пролегал по лесам и болотам, лишенным каких бы то ни было дорог. <…> Глубокий снег, под ним незамерзающие болота. Гаубицы массой 2400 кг тонули сразу на оба колеса. Лошади выбивались из сил. Люди – огневики и управленцы – надели лямки и совместно с помощью подручных материалов тащили через топи на себе орудия. Скорость продвижения отмечалась метрами». Приказ наступать все дальше и дальше, невзирая на фланги, привел к образованию «любанской бутыли» – территории площадью 3 тыс. км², с узкой горловиной в месте прорыва. Этот четырехкилометровый коридор от деревни Мясной Бор до деревни Кречно – единственный путь, обеспечивающий снабжение наступавших частей, – превратился в огнедышащий клапан, который немцы упорно пытались захлопнуть, а силы 52-й и 59-й армий – раскрыть. 19 марта 1942 года немецкие войска блокировали 2-ю Ударную армию. К 27 марта удалось очистить коридор в «котле», через который доставлялись продовольствие и боеприпасы для армии, но связь ее с фронтом становилась все более хрупкой. Борьба за горловину шла не на жизнь, а на смерть. В итоге образовался «котел», куда попали почти все наступающие соединения Волховского фронта. Из воспоминаний бывшего рядового 839-го гаубичного артиллерийского полка резерва главного командования И.И. Калабина: «Котлом мы называли клочок болот к западу от Мясного Бора, на котором находились окруженные подразделения 2-й Ударной армии, теснимые со всех сторон врагами – «голубыми», «зелеными» и «коричневыми». То, что там творилось, не вообразить и в самом жутком сне. Едва ли я смогу описать это. Июнь. Северные белые ночи. Целые сутки висели над нами немецкие самолеты, сбрасывая сверхтяжелые бомбы, поливая из пулеметов. Не смолкая, гудела орудийная канонада. Можно оглохнуть от треска ломающихся горящих деревьев, от грома и грохота артиллерийского огня, адской чечетки пулеметных очередей, надрывного воя мин. Каждая пуля – в цель, снаряд – в цель, бомба – тоже в цель, потому что скученность войск невероятная. То уже не армия, а толпа базарная. Полная неразбериха, связь между частями потеряна, управление нарушено. <…> Только задремлешь – чудится фашист, хватающий тебя за горло. Вскочишь – все тот же лес, гул и смрад… Часов почти ни у кого нет, счет времени давно потерян. День сейчас или ночь? Какой сегодня день, какое число? Что ждет нас – плен или попытка прорыва?».

Из воспоминаний бывшего командира 327-й стрелковой дивизии И.М. Антюфеева: «Находясь почти три месяца в окружении, мы съели все, что можно было есть: сначала резали живых лошадей, а потом и их трупы, вытаивавшие из-под снега, – все шло в питание. Также от голода спасали березовый сок и хвоя».

Из воспоминаний бывшего старшины 43-го отдельного лыжного батальона Г.И. Геродника: «Июнь 1942 года. В разгаре лето, а любанцы еще в зимнем обмундировании, вернее, в том, что осталось от него. Из изодранных ватников и ватных брюк торчали клочья почерневшей ваты. Ушанки, шинели были покрыты рыжими, бурыми и черными подпалинами от огня костров. Подошвы сапог и ботинок многим приходилось прикручивать проволокой. От длительного голодания у каждого второго воина цинга. Дистрофия. От многонедельного пребывания в воде ломило суставы. Руки и давно не мытые лица изъедены гнусом. Те, кто еще мог стоять на ногах, вели под руки или несли на самодельных носилках раненых и окончательно обессилевших товарищей… После очередного полного перекрытия мясноборской горловины узкий коридор ценой больших жертв был прорублен заново».

Долину смерти… страшный ад
В живых оставшийся запомнит.
Там было трудно умирать
В те двадцать лет, еще не полных.
Там наши сверстники тогда
Ползли по грязи и болотам,
Косила их войны страда
Огнем кинжальным пулеметов…

Русские называли коридор от деревни Мясной Бор до деревни Кречно Долиной смерти, а немцы поставили указатель с надписью: «HierbeginntderArschderWeit» («Здесь начинается ад»). Из воспоминаний бывшего командира взвода управления 6-й батареи 2-го дивизиона 849-го артиллерийского полка 327-й стрелковой дивизии П.П. Дмитриева: «Этот коридор недаром называли Долиной смерти, его можно было назвать адом, мясорубкой, огненными жерновами. Но никакими словами нельзя выразить того, что там творилось». В Долине смерти не было не одного целого дерева, торчат высокие пни, расщепленные осколками, все побито, валяются кверху колесами разбитые орудия, повозки, трупы солдат и лошадей. Кругом видны воронки от мин и снарядов. Чтобы лучше понять, как выходили из окружения изображенные Бажиновым солдаты, приведем отрывки из воспоминаний:
Из речи И.В. Зуева: «<…> Нам с вами предстоит вступить с фашистами в последний, решительный бой. Задача состоит в том, чтобы неожиданным ударом пробить брешь в обороне противника и вырваться к своим. Не хочу скрывать от вас, что драться придется не на жизнь, а на смерть. У немцев минометы, огнеметы, все виды стрелкового оружия с неограниченным количеством боеприпасов. У нас с вами семьдесят автоматов с минимальным количеством патронов, десяток гранат. Скажу честно, как коммунист, что шансы на успех у нас с вами невелики. Но лучше смерть в бою, чем позорный плен».

Из воспоминаний бывшего бойца 174-го отдельного дорожно-строительного батальона А.П. Брынских: «22 июня нам объявили приказ: «Двигаться к коридору!» Отовсюду: из траншей, из-за деревьев со срезанными снарядами верхушками – потянулись вереницы изможденных, шатающихся от голода и усталости людей. Они двигались к остаткам нашего бревенчатого настила, проложенного вдоль насыпи разбитой узкоколейки. С наступлением темноты раздалась команда идти на прорыв. Людская лавина хлынула в коридор, созданный нашими прорвавшимися частями. Со всех сторон раздавалась стрельба: проход был не более ста метров и простреливался из всех видов оружия. Люди падали, раненые продолжали ползти. Убитые скатывались с насыпи, и болотная вода приобретала от крови красноватый оттенок…».

Из воспоминаний бывшего рядового 839-го гаубичного артиллерийского полка резерва главного командования И.И. Калабина: «23 июня 1942 года лавина изможденных, отчаявшихся людей хлынула, как речной поток, в горловину Долины смерти. Раненые и истощенные шли без оружия, кто покрепче – с винтовками. Навстречу нам со стороны Волхова пробивались части 52-й и 59-й армий. Перемычка составляла всего четыре километра. Всего четыре, но каких?! Воины 52-й и 59-й дрались отчаянно, и в ночь с 23 на 24 пробили щель во вражеской обороне в какие-то двести-триста метров. В этот коридор и ринулись живой силой окруженцы. Раздосадованные фашисты встретили их сплошным огнем из всех видов оружия. Но что могло остановить людей, которые были обречены? Схватка перешла в рукопашный бой, ожесточенный до остервенения».

Из воспоминаний бывшего комиссара 100-го кавалерийского полка 25-й кавалерийской дивизии П.И. Сотникова: «23–24 июня 2-я Ударная с боем выходила из окружения. Через мои боевые порядки вышло около пятнадцати тысяч бойцов. Они были полуживые, еле двигались. Выходили под сильной бомбежкой и непрерывным артиллерийско-минометным огнем. Здесь погибло столько людей, что негде было встать ногой: вся земля была усеяна трупами, и никто не мог знать, кто и где погиб, где похоронен. 26 июня, когда я вышел из боя, в нашем полку осталось одиннадцать солдат».

После этого немцы окончательно захлопнули горлышко. Окруженными остались десятки тысяч солдат и командиров, а также штаб 2-й Ударной армии. Попытки Ленинградского и Волховского фронтов деблокировать окруженные войска не имели успеха. Остатки 2-й Ударной – голодные, изможденные бойцы – группами и поодиночке пытались прорваться из окружения. Выйти из окружения удалось немногим. Тысячи солдат попали в плен. И все же Любанская операция, начавшаяся 13 января 1942 года и продолжавшаяся до 25 июня 1942 года, сильно повлияла на события на всем советско-германском фронте. Войска Волховского фронта приняли на себя огонь, который предназначался Ленинграду. Прорвать блокаду тогда не удалось, но воины 2-й ударной армии стояли насмерть, и многие остались навечно в Волховских болотах.

Виктор Иванович Бажинов был в числе вышедших из окружения в Мясном Бору. Увиденное и пережитое во время войны он выразил в скульптуре и стихах. Данная композиция, посвященная трагедии бойцов, волею судьбы оказавшихся в огненном «волховском котле», была создана уже после войны. Выстраивая пятифигурную композицию на низком постаменте, скульптор добивается особой выразительности отдельных персонажей и в то же время слитности и цельности всей скульптуры. Помещая горизонтально в два ряда группу из пяти бойцов, скульптор разворачивает их фронтально так, чтобы были отчетливо видны сразу все лица, тем самым давая почувствовать всю безысходность положения персонажей. На их лицах нет ни скорби, ни обиды, они смотрят прямо перед собой, ничего не видя. Острая и пронзительная по звучанию композиция рассказывает о тяжелейшей цене победы в Великой Отечественной войне. Нет уже в живых скульптора, и мы никогда не узнаем, стали ли прообразами изображенных им персонажей выжившие и вышедшие из окружения люди, или эта небольшая группа из пяти человек только готовится прорваться из «огненного кольца», а может, это собирательный образ, призванный увековечить память павших в Долине смерти.

Бажинов Виктор Иванович (1925–2009).

Скульптор, поэт.

Из воспоминаний скульптора: «Мое детство прошло в деревне Шалово под Лугой, там меня застало начало войны. На моих глазах проходили ожесточенные бои на Лужском оборонительном рубеже. Потом мы оказались в оккупации». В январе 1942 года, когда дошли слухи о наступлении 2-й Ударной армии, Виктор Бажинов покинул родные места, чтобы попасть за линию фронта к своим. «У меня была тайная мысль, что я смогу на фронте встретить отца, которого взяли в армию в июле 1941 года. Он воевал в 54-й армии, которая наступала навстречу 2-й Ударной, чтобы прорвать блокадное кольцо. Но отец погиб <…> в Погостье, ставшем огромной братской могилой для тысяч солдат». Виктор Бажинов смог перейти линию фронта и попасть во 2-ю Ударную армию, которая весной 1942 года погибла в страшном «волховском котле». «История 2-й Ударной армии – страшная трагедия сотен тысяч людей, которая острой болью отзывается в моем сердце и сегодня. Мне никогда этого не забыть. Я никогда не писал воспоминаний, все мои переживания – в скульптуре и стихах. В конце 1990-х годов я впервые побывал на поисковых работах в Мясном Бору, где погибала 2-я Ударная. Для меня это святое место…». После гибели 2-й Ударной Бажинов партизанил в составе 11-й Волховской партизанской бригады. Пережить довелось многое – бои на Оредежи, на Мшинской, контузию, гибель друзей, сверстников-одноклассников, карательные экспедиции врага. Когда в начале 1944 года советские войска, освободив Ленинград от блокады, очистили от оккупантов Лужский район, Бажинов оказался в регулярной армии. Его направили сначала в запасной полк, а из него – в 372-ю новгородскую дивизию, он снова оказался в той же дивизии, в которой воевал в «волховском котле». Войну закончил в Германии на острове Рюгген. Увиденное и пережитое во время войны легло тяжелым бременем на всю последующую жизнь и подтолкнуло его к занятиям искусством.

В 1950–1955 годах учился в первом Ленинградском художественном училище. В 1955–1961 годах учился на скульптурном факультете Института живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина на скульптурном факультете в мастерской М.А. Керзина, а затем – в творческой мастерской Н.В. Томского. У Виктора Бажинова много работ, посвященных Великой Отечественной войне. Работ правдивых, показывающих не только подвиг, но и трагедию войны.