Архаическая Греция

Дорийцы против ахейцев

Множество конфликтов древнегреческой истории заложено в тайне ее начала – в дорийском завоевании. Почему так сильны были дорийские племена, почему они столь легко заняли пространство, освоенное ахейцами – победителями Трои?

Гомер в своем эпосе перечисляет множество городов Лаконии, каждым из которых правил свой царь, но троянская экспедиция прошла под началом «спартанского» царя Менелая, на какое-то время объединившего ахейские племена. Позднее Лакония также будет «страной городов» – в ней будет более сотни городских поселений. Куда же подевалась доблесть ахейцев, каждый город которых снарядил несколько кораблей (всего, согласно Гомеру более тысячи кораблей, но это явно завышенная цифра) и отряд для покорения Трои? Археологи нашли следы городов ахейцев, окруженные оборонительными стенами. Позднее спартанцы откажутся от строительства стен, считая, что лучшая защита спартанских городов – воины. Вероятно, они знали цену стен Трои, разрушенных землетрясениями и предпочитали не испытывать на себе гнева богов. Возможно, они помнили не только землетрясение, подорвавшее могущество Трои (стены шлимановской Трои были сильно повреждены землетрясением), но и подобные катаклизмы, подорвавшие могущество Микен. Спарта также испытывала на себе удары землетрясений, которые заметно влияли на ее историю.

Не только Лакония, занятая спартиатами, была до дорийского нашествия (в микенскую эпоху) густонаселенной страной. Крупными городами были Пилос в Мессении, Фивы в Беотии, Тиринф в Арголиде. От этой эпохи остались лишь гомеровские поэмы, микенские черепки да воспоминание о божественном быке – критском Минотавре. Вместе с людьми в войне цивилизаций сталкивались и боги – звероморфные боги ахейцев были побеждены антропоморфными богами дорийцев. Но прежние боги были включены в эпос – без них герои не получили бы достойных соперников и не превратились бы в богов. Например, Персей не нашел бы Медузы с головой, увенчанной змеями (при раскопках Амикл в Лаконии найдена статуя богини микенского периода с головой, оплетенной змеями, – аналог критского изваяния).

Раскопки дворца в Пилосе.

План дворца в Пилосе, 13 в. до н. э.

Крепостная стена в Тиринфе.

План дворца в Тиринфе.

Если от XV века до н. э. сохранились микенские гробницы с богатыми дарами и изящным оружием, то в XI веке до н. э. от прежней роскоши не осталось и следа. Была утрачена даже письменность. Лишь потом она возродилась, но уже не на базе слогового письма, а на базе алфавита. Как возможен был кризис сразу после триумфального захвата Трои?

Образец линейного письма из Пилоса. Напоминает изображения геометрического периода вазописи. Возможно, утраченная письменность оставила свой след в ранней вазописи.

Еще один вопрос, на который нужно дать ответ. Что искали дорийцы на Пелопоннесе – в земле неуютной, испепеленной жарой, небогатой для ведения земледелия и лишенной просторных пастбищ для скота? Почему им, кочевникам-скотоводам, понадобилось пройти без остановки более пригодные для жизни северные территории?

Уже сама постановка этих вопросов высвечивает неочевидную, но весьма вероятную причинную связь между Троянской войной и дорийским нашествием. Она прослеживается как во времени, так и в пространстве. Близость по времени двух событий и общее для ахейцев и дорийцев пространство Пелопоннеса побуждают выдвинуть гипотезу о причинной связи: экспансия дорийцев была ответом на взятие и разрушение Трои.

Богатства разграбленной Трои, вероятно, стали поводом для раздоров и войн среди победителей, а затем слабость ахейцев спровоцировала нашествие племен, знавших о сокровищах Трои и, возможно, возглавляемых потомками спасшейся троянской знати. Не случайно столица спартанцев возникла в землях, некогда управляемых вождем антитроянской коалиции Менелаем. Завоеватели разрушили города ахейцев с той же жестокостью, с которой была разрушена Троя.

Завоевание Пелопоннеса было не столь стремительным, как кажется через три десятка веков. Первоначально спартиаты, представлявшие союз трех племен (на основе их затем образуются территориальные общности – филы): диманы, памфилы, гиллеи. Они захватили северную часть долины реки Эврот, расположенную между двумя горными массивами. Ахейцы постепенно превратились в илотов – крепостных сельских тружеников. Ахейская знать не смогла оказать сопротивления нашествию и, возможно, вела разорительные междоусобицы (как впоследствии сильные и богатые этрусские города, так и не сплотившиеся в коалицию, не смогли остановить римлян). Остатки отрядов ахейцев, укрывшиеся в горах, постепенно получили статус периеков («живущих вокруг») – формально свободных, но лишенных права участвовать в управлении страной и народных собраниях.

Завершение завоевания долины Эврота стало возможным только после взятия древней крепости Амиклы в первой половине VIII века до н. э. Теперь новая знать, поддержанная местным населением, уставшим от войн и разорения от теперь разбежавшихся покорителей Трои, смогла установить здесь свои порядки – начался процесс этнообразования. Базой спартиатов так и остался север Лаконии, где их городами стали прежние военные лагеря. Юг страны населяли периеки, обложенные данью, и илоты, арендующие земельные наделы.

Аналогичным образом события развивались в Фессалии, Арголиде, на Крите, в других странах Греции. Греция и сама была лишь страной, но не государством. Государствами становились общности, занявшие ландшафтные ниши, пригодные для хозяйственной жизни и отделенные от соседей естественными преградами. Десятилетия и столетия обособленного существования превращали некогда единый народ в родственные, но разные народы. Ландшафт диктовал дорийцам ту же историю, которую до них здесь же прошли ахейцы.

Сближает спартиатов с троянцами множество признаков. Спарта унаследовала от Трои гражданина-патриота, воина-солдата. Спартанцы имели внешний вид, продиктованный традицией – длинные волосы и длинная борода без усов. Такой облик имели народы Малой Азии, в частности, ассирийцы. Как и ассирийских царей, спартанцы хоронили своих царей в медовых ваннах, препятствующих тлению. Спартанцы, как и троянцы, не имели большого желания совершать морские путешествия и завоевания. Троянцы не создали флота, способного отразить нашествие ахейцев, а спартанцы основали лишь одну заморскую колонию – Тарент.

Характерен облик спартанцев, отличающий их от классических греков, запечатленных в скульптурных формах. Маски и бронзовые фигурки спартанцев иногда демонстрируют своеобразное строение лица – крупный нос и рельефный профиль. «Классические» греки (идеализированные скульптурные образы) имели более изящный и прямой нос, менее выраженное выступание надбровий. Это обстоятельство побудило некоторых исследователей предполагать семитское происхождение спартанцев, что не подтверждается никакими доводами. Подобные же абсурдные умозаключения должны были бы выводить некоторые племена американских индейцев также от семитов.

Культ Аполлона, принесенный дорийцами на Пелопоннес, надежно фиксируется как троянский. Даже сами стены Трои считались возведенными Аполлоном. Далее вглубь Азии этот культ прослеживается в ассиро-вавилонской цивилизации, а еще ранее – у хеттов, где один из богов именуется Апулунас. На древность культа указывает его символ – привратный кумир в виде суженного кверху столба. Лишь со временем дорийские греки начали снабжать столб антропоморфными (иногда – звероморфными) деталями – ступнями, кистями рук, изображением головы или лица.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Архаический период в греческой истории занимает особое место. В это время заложились основы культуры и развития общества, которые на протяжении следующих столетий непрерывно совершенствовались. Греция периода архаики — это совершенствование ремёсел и кораблестроение, появление настоящих денег и широкое распространение железа. О временных рамках архаического периода ведутся споры. Принято рассматривать его в пределах 8-5 веков до н.э.

Культура и ремёсла

В архаический период обновилась культура Греции. Центром новой системы ценностей стала человеческая личность, появились новые литературные жанры. На смену эпосу пришла лирическая поэзия, которая описывала радость, горе и чувства. Философия зародилась как наука в результате попыток греческих мыслителей понять, какое место в этом мире отведено человеку.

В Греции тех времён развивалась живопись, и лучший пример — керамика, сохранившая удивительную по красоте роспись. В эпоху архаики получили широкое развитие главные виды древнегреческих ваз: гидрии для ношения воды, объёмные кратеры для смешивания вина с водой, овальные амфоры с двумя ручками и узкой шейкой, в которых хранили зерно, масло, вино и мёд. Форма сосудов полностью соответствовала их назначению, а роспись приобрела гибкие линии. На керамике всё чаще изображали сюжетные сцены и растительные мотивы.

Особенно развитие живописи на вазах заметно в период поздней архаики, когда получает распространение чернофигурный стиль, а бессюжетный орнамент полностью утрачивает значение. Постепенно усложняется техника исполнения — она требует от художника большего мастерства.

Греческая скульптура и архитектура

Архитектура в архаический период развивалась стремительно. Больше внимания стали уделять декорированию храмов и общественных зданий. Храмы строили на самых видных местах, поскольку они являлись центром не только духовной, но и политической деятельности. Именно в это время создали ордерную систему, которая предопределила развитие греческой архитектуры. В период архаики выделились два ордера: ионический и дорический. Последний характерен для греческих колоний в Южной Италии и на Пелопоннесе, а его происхождение связывают с городами Ионии.

Храмы эпохи архаики украшены скульптурами мифологических героев и богов. В них греки воплощали свои представления о физическом совершенстве. В качестве средств выразительности использовалась так называемая архаическая улыбка — ограниченная мимика, игривая и не совсем естественная улыбка. Поэтому скульптуры стали напоминать живого человека. Художники в тот период стремились одухотворить образ и наполнить его содержанием. Реализм усиливался благодаря яркой раскраске — дошедшие до нас скульптуры архаики сохранили только следы краски.

Экономика и общество

Перемены во всех сферах были обусловлены экономическим подъёмом. Использование железа позволило развить виноградарство и увеличить количество оливковой продукции. В результате излишки стали вывозить за пределы Греции, а получение прибыли стимулировало сельское хозяйство. Между полисами укреплялись связи, экономические преобразования заметно изменили Грецию. Как закономерный результат — появление денег, а количество земли уже не является показателем богатства. Во всех греческих полисах увеличилось количество ремесленников, торговцев, владельцев мастерских, крестьяне реализовывали продукцию на народных собраниях — города Греции начали формировать культурно, политически и экономически полноценное общество.

Темпы экономики росли быстро, и так же стремительно росло расслоение в обществе. В греческих полисах появились социальные группы и классы. Где-то такие процессы протекали интенсивнее, где-то медленнее — например, в зонах, где большее значение имело сельское хозяйство. Самым первым выделился класс торговцев и ремесленников. Эта прослойка породила «тиранию» — приход к власти с применением силы. Но среди тиранов было много тех, кто всячески поддерживал развитие торговли, ремёсел, кораблестроения. И только потом появились настоящие деспоты, и явление приобрело отрицательный оттенок.

Особый этап архаического периода — Великая греческая колонизация. Бедняки, не смирившиеся с расслоением, искали лучшей жизни в новых греческих колониях. Правителям такое положение дел было выгодно: так проще было распространить влияние на новые земли. Наиболее распространена была колонизация южного направления: восток Испании, Сицилия, часть Италии, Корсика и Сардиния. На юго-восточном направлении заселялись Северная Африка и Финикия, а на северо-восточном — берега Чёрного и Мраморного морей. Событием, впоследствии повлиявшим на ход истории, стало основание Византия — города-прародителя великого Константинополя. Но его развитие и рост относятся уже к другим, последующим эпохам.

Архаический период – это время наиболее интенсивного развития античного общества, когда оно приобретает определенную специфику по сравнению с другими рабовладельческими обществами. Именно тогда формируются классическое рабство, полис как основная форма политической организации, демократическая форма правления. Вырабатывается этническое самосознание: греки начинают осознавать себя единым народом. Рождаются понятия эллины, Эллада – с одной стороны, и варвары – с другой. Тогда же закладываются основы античной культуры.

Эпоха архаики – время становления греческой архитектуры, основные достижения которой связаны со строительством храмов. Греческие храмы были центрами общественной и деловой жизни полиса. Первоначально они строились на акрополях – укрепленных возвышенностях города, позднее стали возводиться на главных городских площадях. В отличие от христианских храмов, древнегреческие святилища не предназначались для собрания верующих. Народ во время культовых действий оставался вне помещения храма, видя его только снаружи. Это вызвало особое внимание к внешнему облику здания.

Основной тип древнегреческого храма – периптер («оперенный»), храм прямоугольной формы, окруженный со всех сторон колоннадой. Уже в ранних постройках отчетливо выражено стремление к гармонии, соразмерности всех элементов архитектурного целого. Строительство храма было подчинено определенным правилам, обеспечивающим равновесие частей конструкции. Так складывается греческий архитектурный ордер (от латинского «ordo» – «порядок») – система пропорционального соотношения между несущими и несомыми частями постройки. Ордерное знание имеет ступенчатое основание, ряд вертикальных опор – колонн (несущие элементы) и балочное перекрытие – антамблемент (несомая часть).

В эпоху архаики ордер сложился в двух вариантах – дорическом и ионическом. Дорический стиль более мужественный, простой и мощный, ионический наряднее, легче и изящнее. Дорическая колонна тяжеловесна, ниже середины немного утолщена. Верхняя часть колонны – капитель – состоит из двух каменных плит, круглой нижней и квадратной верхней. Впоследствии колонны дорических храмов нередко заменялись мужскими фигурами (атлантами).

По сравнению с дорический, колонна ионического ордера более стройна и нарядна. Она имеет основание – базу, капитель украшена двумя изящными завитками – волютами. Карниз – горизонтальный выступ на стене, поддерживающий крышу здания, – богато декорирован.

В эпоху эллинизма, когда архитектура стала стремиться к большей пышности, широкое распространение получил коринфский стиль, щедро украшенный растительными мотивами.

В эпоху архаики было возведено множество храмов дорического и ионического стилей в различных греческих городах. Постройками дорического оредара являются храмы Геры и Олимпии, Аполлона в Коринфе, Деметры в Посейдонии (2-я половина 6 в. до н.э.). Ионические храмы – Артемиды в Эфесе, Геры на о-ве Самос. Все древнегреческие храмы покрывались многоцветными росписями, блистая на солнце множеством красок.

В архаический период возникает и монументальная скульптура – новый вид искусства, ранее неизвестный Греции. Наиболее типичными образцами архаической монументальной скульптуры были куросы и коры. Курос – статуя обнаженного юноши-атлета, кора – статуя стройной девушки в длинных одеждах. Так изображались и простые смертные, и боги, при этом создавался не индивидуализированный, а обобщенный образ. В мужских фигурах подчеркивалось атлетическое сложение, сила, мужество, в женских – благородная сдержанность и мягкость. Все куросы и коры стоят прямо, руки плотно прижаты к телу. Глаза широко открыты, уголки губ слегка приподняты (так называемая «архаическая улыбка»).

В эпоху архаики высочайшего уровня достигло искусство художников, которые занимались росписью глиняных ваз. Эти рисунки исполнялись в различной технике, например, чернофигурной или краснофигурной. В чернофигурных вазах на красноватый фон глины наносился рисунок, выполненный густым черным лаком. В краснофигурных, наоборот, черным лаком покрывался фон, фигуры же сохраняли естественный цвет глины, что позволяло более детально прорисовывать формы. Мастера с помощью линий намечали складки одежды, мускулы, черты лица. Содержание росписей обычно связано с мифологией, гомеровским эпосом, с изображением бытовых сцен.

Самыми значительными мастерами чернофигурной вазописи были Клитий и Эксекий (среди наиболее знаменитых его работ – амфора с изображением играющих в кости Ахилла и Аякса). Крупнейшим представителем краснофигурного стиля был Евфроний.

Формы сосудов столь же различны, как и их функции: в амфорах и кратерах хранили и смешивали вино с водой, килики и ритоны предназначались для питья, лекифы служили для культовых целей и так далее.

Основным достижением архаической эпохи в области литературы стало создание лирической поэзии (7 век до н.э.), которая пришла на смену героическому эпосу. Впервые в истории античной культуры поэзия заговорила о личных переживаниях человека.

Термин лирика связан с лирой: древнегреческие поэты не просто читали, а пели свои стихи, аккомпанируя себе на лире или кифаре. Вероятно поэтому лира стала символом поэзии и музыкального искусства. Другое название поэзии, исполнявшейся под музыкальный аккомпанемент, – мелика, от греческого слова «melos» – песня, мелодия.

Центром лирики стал остров Лесбос. Здесь рано возникли свои музыкально-поэтические студии, куда приезжали учиться из разных областей эллинского мира. Одну из таких школ, для знатных девушек, возглавляла Сапфо (Сафо), жившая в 6 веке до н.э. – гениально одарённая поэтесса античности, умная, прекрасная собой. Ее творчество может считаться классическим образцом поэзии любви.

Другим замечательным представителем музыкально-поэтической школы Лесбоса был Алкей, современник Сапфо. Излюбленные темы его творчества – политическая борьба, изгнание, пиршественное застолье, любовь.

Славу античной лирики составили также произведения Архилоха, который вместо гекзаметра ввел в литературу новые стихотворные размеры (ямб, трохей), Анакреонта – певца мирских наслаждений, Тиртея, ставшего символом поэзии, воодушевляющей воинов на битву, Пиндара – создателя торжественных од-гимнов в честь родного отечества, победителей общегреческих спортивных игр.

К величайшим культурным достижениям греческой архаики относятся также рождение драмы, которая стала синтезом ранее сложившихся родов литературы, и появление «науки всех наук» – философии. Наконец, с архаической эпохой связано создание алфавитного письма: дополнив и преобразив финикийскую слоговую систему, греки изобрели всем доступный способ фиксации информации, который лег в основу европейских алфавитов.

О древнейшем периоде эллинского зодчества — эпохе архаики, охватывающей VII — VI вв. до н. э., мы можем судить почти исключительно по постройкам культового назначения, так как от этого времени до нас дошли, главным образом, храмы и сокровищницы.

Храм дорийского ордера, по-видимому, происходит от жилого дома микенского типа и отличается лишь большим размером. Характерной особенностью многих из эллинских храмов была обрамлявшая постройку колоннада. Эта колоннада была греческим нововведением, и возможно, что возникновение ее связано со стоявшей перед зодчими задачей: создать из обычного строительного материала для жилищ того времени — непрочного кирпича-сырца — монументальный храм, который должен был в течение долгого времени служить помещением для идола божества. Обнесение постройки колоннадой позволяло строителю далеко отодвинуть края крыши от стен здания, в силу чего сырцовые кладки становились более надежными и долговечными.

Древнейший эллинский архитектурный ордер — дорийский; характерные особенности его настолько детально описаны у Шуази, что нам совершенно нет необходимости на них останавливаться.

Обратимся к рассмотрению древнейшего из дошедших до нас памятников, исполненных в этом ордере: храма Геры в Олимпии, сооруженного в начале VII в. до н. э. и дающего нам представление о начальной фазе развития эллинского зодчества.

Храм представлял собой сильно вытянутый перипетр длиной в 49 и шириной в 17 м. С фасадных сторон храма было по шести, с длинных — по шестнадцати колонн. Симметрично расположенные пронаос и описфодом были обрамлены антами и заключали каждый по две колонны. Удлиненная, первоначально однонефная, целла имела вдоль каждой из длинных сторон по четыре небольших выступа.

Стены храма были сложены из кирпича-сырца и стояли на каменном цоколе. Колонны первоначально были деревянными. Со временем колонны ветшали и постепенно заменялись каменными, исполненными в стиле того времени, к которому относилась заново вытесанная колонна. Еще в эпоху Павсания (II в. н. э.) одна из колонн храма была деревянной. Перекрытие было из дерева, крыша была выстлана глиняной черепицей и украшена большими (2,25 м в диаметре) акротерия-ми из терракоты. Храм Геры представляет собой тот тип постройки со стенами из сырца и деревянными колоннами и перекрытием, дальнейшим развитием которого является каменный храм дорийского ордера. Преемственность форм, отражающих первоначальную деревянную конструкцию в каменных дорийских храмах, убедительно прослежена у Шуази.

Весьма близок храму Геры в отношении техники сооружения храм Аполлона в Ферме. Этот храм был построен в VII в., но подвергся некоторым переделкам в следующем столетии. Стены храма были сложены из сырца, колонны сделаны из дерева. Архитрав был тоже деревянный, но метопы представляли собой расписные терракотовые плиты. Наличие деревянного архитрава позволило сделать расстановку колонн в храме Аполлона (так же, как и в Герайоне) довольно свободной.

Весьма своеобразен был план этого храма: еще более вытянутый, чем олимпийский храм Геры, он представлял собой периптер, имевший вдоль длинной стороны пятнадцать, а с фасадов — по пяти колонн.

Но этим необычным для фасада эллинского храма нечетным количеством колонн не исчерпывалась оригинальность рассматриваемого нами памятника. Он не имел пронаоса, и целла непосредственно сообщалась с колоннадой храма. Целла, очень узкая и сильно вытянутая, была разделена на два равных нефа продольным рядом десяти колонн. Примыкавший к целле и не сообщавшийся с нею описфодом отличался значительной глубиной; в нем были две колонны, расположенные по продольной оси храма и в силу этого как бы делившие его на два нефа.

Колонны целлы и описфодома лежали на одной линии со средними колоннами обоих фасадов храма. Это обстоятельство еще более подчеркивало продольное членение внутреннего пространства храма Аполлона, резко отличая его в этом отношении от Герайона в Олимпии. В храме Геры внутреннее пространство гораздо более изолировано, и вместе с тем оно представляется нам нерасчлененным, ибо небольшие выступы стен в первоначальном плане храма почти не разбивали единства однонефной целлы.

Реконструкция Гекатомпедона Реконструкция храма Артемиды в Эфесе
Реконструкция Гекатомпедона Реконструкция храма Артемиды в Эфесе

Строительная техника, отмеченная нами для рассмотренных храмов VII в., весьма широко применялась в эллинском зодчестве эпохи архаики. Один из примеров ее применения был обнаружен на юге России. В Ольвии (древнегреческая колония на Бугском лимане) во время раскопок 1903 г. была найдена, а в 1926 г. дополнительно расчищена относящаяся к концу VII в. полигональная кладка, состоявшая из двух рядов камня, на которых лежало несколько слоев сырцовых кирпичей. Здание, к которому принадлежала эта стена, до сего времени, к сожалению, осталось недоисследованным.

Сырцовые кладки описанного нами типа сохраняются обычно лишь в нижних частях. Судя по изображению дома Пелея на аттической черно-фигурной вазе (расписанном около 560 г. кротэре Клития и Эрготима) для укрепления таких сырцовых стен употреблялись деревянные прокладки в виде горизонтально клавшихся досок.
Если для храмового зодчества VII в., судя по доступным нам материалам, характерным является сильно вытянутый в плане периптер, сооруженный из сырца и дерева, то аналогичное место в VI в. занимает дорийский периптер, выстроенный из мягких пород камня. Эти постройки обычно покрывались штукатуркой, что, нужно думать, находилось в связи с дефектами, нередко встречающимися в мягком камне (например в раковистом известняке); вместе с тем широко применялась полихромия, снаружи сосредоточивавшаяся, главным образом, на верхних частях здания (метопы, триглифы, карниз, сима), а также покрывавшая скульптурные украшения.

В непосредственной связи с заменой легкого и прочного архитрава из деревянных балок значительно более тяжелыми, гораздо более подверженными опасности разрыва каменными блоками, находится более тесная расстановка колонн в древнейших каменных храмах. Особенно резко заметно это, если сопоставить уже упоминавшийся нами храм в Ферме, с относящимся, может быть, даже еще к концу VII в., храмом Аполлона на острове Ортигии, около Сиракуз, где расстояние между колоннами меньше нижних диаметров последних.

К началу VI в. относится храм Аполлона в Коринфе. Он представлял собой вытянутый периптер, имевший в длину 51 м, а в ширину 19 м. Вдоль узких сторон храма было по шести, а вдоль длинных — по пятнадцати колонн. В восточной части храма находилась большая трехнефная целла, в западной — небольшой описфодом, внутреннее пространство которого ничем не было расчленено; оба помещения были снабжены открытыми портиками. Семь колонн Коринфского храма стоят до сего времени, а на пяти из них сохранилось перекрытие архитрава.

Блоки архитрава очень высоки. Подушкообразные эхины капителей колонн отличаются большой припухлостью, что еще более подчеркивает колоссальную тяжесть, которую несут колонны.

Эта припухлость, придающая капители колонны крепкий, монументальный, несколько тяжеловесный характер, свойственна не только оформлению архитектурных деталей в эпоху архаики: такие же сочные, раздутые формы мы находим и в других разделах прикладного искусства, например в керамике того же времени. Отметим, что в дальнейшем процессе развития искусства формы дорийской колонны и капители в частности, а также и формы ваз станут более сухими, стройными и легкими.
Значительно больше дорийских периптеров VI в. сохранилось не на греческом востоке, а на западе — в Южной Италии и Сицилии.

Для всех храмов греческого запада свойственно отсутствие описфодома, на месте которого находится отделенный сплошной стеной от заднего фасада и сообщающийся с целлой адитон. Другим характерным признаком рассматриваемой группы памятников являются сравнительно небольшие размеры обнесенной стеной части храма, распланировка которой не связана какими-либо определенными нормами с распланировкой колоннады.
В остальном планы западных периптеров весьма разнообразны и имеют целый ряд индивидуальных различий.

Так, сооруженный между 580 и 570 гг. Селинунтский храм, обозначаемый обычно литерой С, имеет пронаос, сильно отодвинутый к заднему фасаду храма. В силу этого, между колоннадой переднего фасада и пронаосом находится большое свободное пространство, пересеченное вторым рядом колонн.

За небольшим пронаосом располагается длинная однонефная целла, а за ней — адитон. Храм сильно вытянут: длина его около 62 м, ширина 22 м, с фасадов храм имеет по шести, с длинных сторон по семнадцати колонн. Часть метоп была украшена рельефами, материалом для которых служил известняк.

Наконец, в наружном облике храма С нельзя не отметить одной своеобразной особенности, не свойственной каноническому дорийскому ордеру: основание треугольного поля фронтона у него несколько меньше длины антаблемента, в силу чего контуры линии крыши с фасадов образуют у нижних углов небольшие изломы.

От храма С довольно сильно отличается распланировкой и пропорциями другой Селинунтский храм — D, сооруженный около 560 г. Этот храм шире по пропорциям рассмотренных нами ранее: количество колонн равняется на фасадных сторонах по шести, на длинных — по тринадцати. Такое отношение колонн впоследствии стало для эллинского храма каноническим. Длина храма достигала 66 м.

Обнесенная стенами часть храма расположена почти посредине здания. Она состоит из трех помещений: пронаоса, снабженного двумя колоннами и антами, заканчивающимися неполными колоннами, однонефной целлы и адитона. Из портика в пронаос и из целлы в адитон ведут небольшие лестницы. По сравнению с храмом С площадь внутренних помещений в храме D возрастает, хотя и расстояние между стенами и наружной колоннадой остается еще весьма значительным.

Храм Деметры в Пестуме Храм Цереры в Посейдонии (Пестуме)
Храм Деметры в Пестуме Храм Цереры в Посейдонии (Пестуме)

Еще больших размеров достигает внутреннее помещение энеастильного храма второй четверти VI в. в Посейдонии (Пестуме), обычно именуемого Базиликой. Этот храм по пропорциям шире D в Селинунте, но, подобно последнему, в нем обнесенная стенами часть здания расположена в центре постройки. Длина храма 52 м, ширина 23 м. По фасадным сторонам он имеет до девяти, по длинным — по восемнадцати колонн.
Нечетному количеству колонн переднего фасада соответствует распланировка пронаоса, снабженного тремя колоннами и обрамленного антами; из пронаоса две двери ведут в целлу, разделенную колоннадой (из шести полных и двух примыкающих к стенам неполных колонн) на два нефа; в глубине каждого из нефов — по двери, ведущей в адитон. Колоннада и значительная часть антаблемента «Базилики» сохранились довольно хорошо. Исполненные из твердого известняка колонны отличаются сильной припухлостью стволов (энтазис) и мягкими очертаниями подушкообразных эхинов.
Последний из подлежащих нашему рассмотрению архаических храмов Запада — сооруженный во второй половине VI в. (после 540 г.) гексастильный храм в Посейдонии, обычно называемый храмом Цереры. Размеры его невелики: длина 31,5 м, ширина 13 м. В этом храме — каноническое отношение между числом колонн на фасадных и длинных сторонах (6 и 13).

Внутреннее помещение храма сильно отодвинуто к заднему фасаду подобно тому, как это имело место в Селинунтском храме С; но пространство между пронаосом и колоннадой переднего фасада заполнено не посредством второго ряда колонн наружной колоннады, а путем вынесения вперед колоннады пронаоса. Снабженный антами пронаос обрамлен снаружи шестью колоннами. Целла в описываемом нами храме — однонефная, адитон отсутствует.

От храма Цереры сохранились не только колоннада и архитрав, но и значительные части фронтонов. Фриз и фронтоны храма имеют ряд своеобразных особенностей: фриз обрамлен снизу и сверху орнаментальным поясом; линия контура фронтона имеет такие же надломы в углах, как в Селинунтском храме С, и, кроме того, поле фронтона не имеет обычного пола, а потолок его украшен кассетами. В храме можно отметить некоторые черты, свойственные, как мы увидим из дальнейшего, ионийскому зодчеству (например постановка колонн на особых, выдвинутых вперед плитах).

Мы рассмотрели ряд архаических дорийских периптеров эллинского запада и метрополии. На всех этих памятниках резко заметно наличие индивидуальных особенностей, присущих различным постройкам. В эпоху архаики канонический тип дорийского ордера не был еще выработан, и мы можем наблюдать ряд локальных особенностей в храмах этого времени, чему, несомненно, способствовала сильнейшая кантональная раздробленность Греции, представлявшей собой множество обособленных одна от другой общин.

Статуя Аполлона Тенейского Кора у Парфенона. VI в. до н. э. Мрамор. Афины. Музей Акрополя
Статуя Аполлона Тенейского Кора у Парфенона. VI в. до н. э. Мрамор. Афины. Музей Акрополя

Но вместе с тем нельзя не отметить некоторые общие моменты, присущие стилю дорийских храмов рассматриваемого нами периода. Таковым прежде всего является особый масштаб этих памятников, который создают большие ступени, как бы служащие им постаментами. Убедительный пример такого своеобразного постамента дает храм С в Селинунте. Большому размеру ступеней соответствуют высокие и широкие двери храма и отвечающие им по размерам колонны и другие части. Таким образом, весь храм, имеющий вид постройки, доступной для человека и для него предназначенной, оказывается исполненным в масштабах, далеко превосходящих человеческие, т. е. отвечающих эллинским представлениям об их антропоморфных богах или героях. Эти формы в архитектуре, эти «героические пропорции», возникают и развиваются в ту эпоху (VIII — V вв.), когда в идеологии эллинского общества господствует мифологическое миросозерцание, проявляющееся в литературе, изобразительном искусстве, философии (вплоть до Аристофана, Праксителя и Платона).

Построение дорийского периптера отличается изумительной простотой и ясностью. Горизонтальное расположение ступеней храма подчеркивает их функциональное назначение — служить опорой колоннам, вертикаль которых выражает их функцию несущих частей. Несомые части — антаблемент — снова дают горизонталь, вполне отвечающую балочному покрытию.

Внимание сосредоточивается не на проблеме построения внутреннего пространства здания, а на организации его снаружи: прежде всего — на разрешении тектонической задачи соотношения несомых частей и ритмического ряда несущих их колонн.

Эта задача разрешалась в торжественно-монументальных, впадающих иногда в тяжеловесность, простых и строгих формах, которые в рамках эллинского зодчества нельзя не признать предельно математичными.

Таким тенденциям в зодчестве дорийских общин Великой Греции и Пелопоннеса соответствуют следующие явления в области эллинской философии и скульптуры. По учению Пифагора, пользовавшемуся особым распространением в дорийских общинах Южной Италии, число господствует над Вселенной, все образовано согласно числам, число является причиной всего; другими словами, мы имеем попытку математического подхода к пониманию мира, отвечающую математизации художественного образа в зодчестве.

В скульптуре эпохи архаики аргосский мастер Полимед создает статуи атлетов, ставя себе основной художественной задачей соотношение несомых и несущих частей в человеческой фигуре, т. е. ту же проблему тектоники, о которой мы уже говорили.
Другой дорийский мастер, работавший в V в., Поликлет из Аргоса, стремится к разрешению проблемы канона, т. е. построения человеческого тела на основе определенных числовых отношений.

Остановимся теперь еще на одном периптере конца VI в., построенном на афинском Акрополе в честь богини Афины,— храме, известном под наименованием Гекатомпедон. Этот храм принадлежал к числу широких периптеров, он имел по шести колонн с фасадных и по двенадцати— с длинных сторон. Колоннада и в основном антаблемент храма были сооружены из пороса, отдельные части (метопы, водосточные желоба) были исполнены из мрамора. Мрамор послужил также материалом для фронтонных скульптур.

Этот памятник дает нам возможность в некоторой мере проследить принципы распланировки и, если можно так выразиться, показа памятника архитектуры в эпоху архаики.

Наши сведения о распланировке афинского Акрополя архаического времени очень скудны, но то немногое, что мы знаем о ней, именно выбор места для Гекатомпедона, стоявшего прямо против входа и почти в центре холма, заставляет предположить некоторое стремление продиктовать зрителю фронтальное восприятие памятника архитектуры и стремление подчеркнуть его симметричность.
Это явление совершенно аналогично фронтальности, присущей архаической скульптуре, которая также диктует восприятие любой статуи, например так называемого Аполлона Тенейского, с одной лишь точки зрения, а именно спереди, чем еще более подчеркивается симметризм построения скульптуры.

Периптеральные храмы ярче всего выражают стиль дорийской архитектуры эпохи архаики, но наряду с ними существуют и иные постройки, к которым мы теперь перейдем. Это — небольшие сооружения (так называемый templum in antis — храм в антах), служившие храмом или сокровищницей, где хранились приношения божествам, в местах их особенного почитания (святилище Аполлона в Дельфах, Зевса — в Олимпии). Такая постройка состояла из целлы и пронаоса, обрамленного с боков антами, а спереди двумя колоннами. Внешний облик колонн и несомых частей фасада не отличался от таковых у периптера; во фронтоне иногда помещались скульптурные украшения. Примером такой постройки может служить сооруженная во второй половине VI в. сокровищница мегарян в Олимпии.

Окруженная с трех сторон стеной и открытая лишь с фасада, сокровищница гораздо более замкнута и изолирована от окружающего ее пространства, чем периптер, что вполне отвечает основной идее, вложенной в это сооружение.

Значительно скуднее, чем о дорийском зодчестве, наши сведения об архитектуре ионийского ордера архаической эпохи. Давать характеристику особенностей этого ордера в настоящем очерке мы не будем и отошлем читателя к работе Шуази.

Постройки, исполненные в ионийском ордере, появляются, возможно, еще в конце VII в. и получают развитие в VI столетии. Центральное место в ионийской архитектуре этого времени (отвечающее роли периптера в дорийском зодчестве) занимают три огромных диптера — храмы: Геры — на острове Самосе, Артемиды — в Эфесе и Аполлона — в Дидимейоне (около Милета).

В основном перечисленные храмы сконструированы по образцу периптера, хотя во многом и отличаются от последнего. Все три диптера построены из мрамора, их многочисленные колонны более тонки и реже расставлены, чем колонны дорийских периптеров. Употребление мрамора открывало более широкие возможности для применения рельефных украшений в декорации храма, и эти возможности, наряду с обильной полихромией, были весьма умело использованы.

Подобно дорийским периптерам, ионийские диптеры эпохи архаики не были подчинены единому каноническому типу, и каждый из них имел известные индивидуальные отличия.

Храм Геры на острове Самосе, постройка которого была начата еще, возможно, в VII в. Ройком и продолжена Феодором, имел неравное число колонн на фасадах: с востока их было восемь, а с запада — девять. При этом первые три от углов колонны на каждой стороне имели равные интерколюмнии на обоих фасадах, промежутки же между остальными двумя на восточной и тремя на западной стороне, естественным образом, были различные. В целлу Герайона вели две двери, открывавшие в нее доступ как с востока, так и с запада.

Храм Артемиды в Эфесе, построенный критянином Херсифроном и его сыном Метагеном, имел по восьми колонн с фасадных и по двадцати с длинных сторон в наружной колоннаде. Интервалы между средними колоннами по фасадным сторонам были несколько шире, чем расстояния между другими колоннами. Эта особенность усиливала продольную ось храма.

Длинная и узкая, обнесенная стенами часть храма отстояла на расстоянии одного интерколюмния от колонн и была тесно увязана с последними. Открытая с востока и запада целла была разделена на три нефа двумя рядами колонн (по девяти в каждом). Средний неф был значительно шире боковых. Очень глубокий, обрамленный с боков антами пронаос был разделен на три нефа двумя рядами колонн (по четыре в каждом). Значительно меньше был описфодом; в нем стояло тоже два ряда колонн (по две в каждом). Декоративные украшения храма были сосредоточены не на фризе, как это обычно бывало в последующих ионийских постройках, а на грандиозных базах колонн. Украшения этих частей колонн состояли не только из профилировки и орнаментов, но и из исполненных рельефами больших человеческих фигур.

Третий из упомянутых нами ионийских диптеров — Дидимейон, храм Аполлона Филесия около Милета, в отличие от других имел целлу, открытую лишь с передней стороны.

Наряду с грандиозными диптерами в ионийском ордере сооружались и небольшие постройки типа templum in antis, материалом для которых обычно также служил мрамор. К числу их принадлежала сокровищница массилийцев в Дельфах. Сопоставление этого памятника с аналогичными постройками дорийского ордера дает наглядное представление о большой легкости ионийских построек. Более узкие анты и тонкие колонны, покрытые, кроме того, рабдами (каннелюрами) с дорожками, усиливающими эффект светотени, подчеркивают вертикали, усиливая тем самым устремленность вверх ионийской постройки.

Своеобразной особенностью сокровищницы массилийцев являются ее колонны, увенчанные капителями не обычного ионийского типа (с волютами), а украшенными пальмовидным орнаментом.

Другая находящаяся в Дельфах сокровищница, сооруженная сифнийцами в последней четверти VI в., представляет собой тоже templum in antis, с тем, однако, различием, что обе колонны заменены фигурами кариатид; фриз и фронтон сокровищницы были покрыты скульптурными изображениями.

Это обилие скульптурных украшений придает постройке нарядный, праздничный характер, внимание зрителя прежде всего приковывает богатство и изящество декоративной отделки сокровищницы, перед которыми как бы отступает на второй план решение тектонических задач, занимавшее столь видное место в постройках дорийского ордера.

В сокровищнице сифнийцев антаблемент не производит впечатления колоссальной тяжести, ложащейся на могучие, способные ее вынести колонны, как это имело место в постройках дорийского ордера (например в Коринфском храме). Наоборот, фигуры девушек-кариатид и узкие анты легко и свободно несут совсем не кажущийся тяжелым антаблемент.

В полном соответствии с этой легкостью постройки находится исключительное обилие скульптурных декораций, доходящее до замены колонн фигурами кариатид.

Отмеченные нами особенности сокровищницы сифнийцев в равной мере свойственны и другим памятникам ионийского зодчества. В них, в противоположность произведениям дорийской архитектуры, акцентирующим разрешение проблемы тектоники, уделяется особое внимание декоративной отделке. Это сказывается не только на обилии скульптурных украшений: сопоставление капителей, колонн дорийского и ионийского ордеров наглядно свидетельствует о том же.

Дорийская капитель представляет собой очень простое сочетание стереометрических фигур и вместе с тем прекрасно выражает мысль о несении тяжести антаблемента колонной. В ионийской капители голый геометризм заменен более близкими органически и сложными формами волют и орнаментов; эта капитель в большей мере отвечает задаче декорировать здание, чем выражать его тектонику.

Отмеченным нами особенностям ионийской архитектуры соответствуют и другие явления в области ионийской идеологии. В отличие от дорийской скульптуры, где господствовавшей темой было обнаженное тело атлета и где проблема построения статуи разрешалась как чисто тектоническая задача, ионийская скульптура с особенной любовью останавливается на создании художественного образа задрапированной в праздничную одежду девушки, где пышные складки драпировок и их пестрая расцветка дают чисто декоративный эффект.

Здесь полное отсутствие свойственной идеологии дорийских консервативных общин абстрагирующей и стремящейся свести все к математическим формулам мысли, в противовес которой более прогрессивные общины Ионии развивают иную идеологию.
И в архитектуре, и в скульптуре мы видим стремление выдвинуть декоративный момент на первое место, дать не геометрическую фигуру, а приближающуюся к очертаниям живого организма форму, подчеркнуть конкретность изображенного предмета, что в полной мере отвечает основным положениям ионийской философии, которая в лице Милетской школы выдвинула ряд натурфилософских систем, стремившихся найти некую материальную субстанцию, в которой они видели сущность всего мира.

Мы рассмотрели главнейшие течения в архитектуре архаической эпохи. Нам надлежит еще остановиться на небольшой группе памятников, которую мы выделяем особо, ввиду ее исключительного своеобразия. Эти памятники связаны с эолийской северо-западной частью Малой Азии.

Первый из них, сооруженный в VII в. небольшой храм в Неандрии, представляет собой продолговатую постройку, не обнесенную колоннадой, без пронаоса и описфодома.

Входная дверь ведет непосредственно в целлу храма, разделенную продольным рядом колонн на два нефа. Эти колонны, числом семь, отличаются исключительным своеобразием формы. Гладкие стволы колонн увенчаны сложной капителью, нижняя часть которой украшена рядом свободно свешивающихся вниз лепестков лилии, над которыми — другой ряд лепестков, обрамленный валиками; в верхней части — две большие широко расставленные волюты, не соединяющиеся между собой, как это обычно присуще ионийской капители, горизонтальной полосой, а выходящие из нижней части капители, идя вначале параллельно одна другой.

Эта капитель обычно именуется эолийской; в отличие от строго конструктивной дорийской капители и декорированной орнаментами ионийской, она вносит чисто органические растительные формы в тектоническую часть колонны.

Другой храм был построен в VI в. в Ассосе. Он представляет собой периптер, имеющий вдоль фасадных сторон по шести, а вдоль длинных по тринадцати довольно широко расставленных колонн.

Внутри колоннады помещались небольшой, обрамленный антами, снабженный двумя колоннами пронаос и большая однонефная целла. Этот храм был построен в дорийском ордере, но имел одну своеобразную особенность, резко отличавшую его от других дорийских храмов эпохи архаики: помимо украшенных скульптурой метоп на нем был рельефный зофор на архитраве.

Такая переработка форм дорийского храма находится в полном противоречии с основным свойством построек этого ордера — тектоничностью. Это явление, а особенно рассмотренные нами ранее капители из Неандрии, ярко выражают особые тенденции, намечающиеся в зодчестве Эолии. Акцентирование органических форм, в противовес дорийской геометризации их, находится в известном соответствии со стилем рельефных скульптур, украшающих Ассосский храм.

В этих рельефах изумительно передано движение полных жизни нервно-напряженных фигур. В связи с этими памятниками напомним об эолийской лирике Алкея и Сапфо, нервно-напряженная поэзия которых насыщена эмоциями и постоянно обращается к изображению жизни природы.

В. Д. Блаватский

Архаический период в греческой истории занимает особое место. В это время заложились основы культуры и развития общества, которые на протяжении следующих столетий непрерывно совершенствовались. Греция периода архаики — это совершенствование ремёсел и кораблестроение, появление настоящих денег и широкое распространение железа. О временных рамках архаического периода ведутся споры. Принято рассматривать его в пределах 8-5 веков до н.э.

Перемены во всех сферах были обусловлены экономическим подъёмом. Использование железа позволило развить виноградарство и увеличить количество оливковой продукции. В результате излишки стали вывозить за пределы Греции, а получение прибыли стимулировало сельское хозяйство. Между полисами укреплялись связи, экономические преобразования заметно изменили Грецию. Как закономерный результат — появление денег, а количество земли уже не является показателем богатства. Во всех греческих полисах увеличилось количество ремесленников, торговцев, владельцев мастерских, крестьяне реализовывали продукцию на народных собраниях — города Греции начали формировать культурно, политически и экономически полноценное общество.

Темпы экономики росли быстро, и так же стремительно росло расслоение в обществе. В греческих полисах появились социальные группы и классы. Где-то такие процессы протекали интенсивнее, где-то медленнее — например, в зонах, где большее значение имело сельское хозяйство. Самым первым выделился класс торговцев и ремесленников. Эта прослойка породила «тиранию» — приход к власти с применением силы. Но среди тиранов было много тех, кто всячески поддерживал развитие торговли, ремёсел, кораблестроения. И только потом появились настоящие деспоты, и явление приобрело отрицательный оттенок.

Особый этап архаического периода — Великая греческая колонизация. Бедняки, не смирившиеся с расслоением, искали лучшей жизни в новых греческих колониях. Правителям такое положение дел было выгодно: так проще было распространить влияние на новые земли. Наиболее распространена была колонизация южного направления: восток Испании, Сицилия, часть Италии, Корсика и Сардиния. На юго-восточном направлении заселялись Северная Африка и Финикия, а на северо-восточном — берега Чёрного и Мраморного морей. Событием, впоследствии повлиявшим на ход истории, стало основание Византия — города-прародителя великого Константинополя. Но его развитие и рост относятся уже к другим, последующим эпохам.

Гомеровская Греция

Приблизительно с конца XI в. до н.э. все Средиземноморье было заселено племенами Древней Эллады. Дорийцы заняли весь Пелопонесский полуостров, остров Крит и другие острова. Ахейцы были оттеснены на острова Эгейского моря, в Малую Азию и на остров Кипр, в Среднюю Грецию, Аттику, где уже жили ионийцы, которые селились также на Кикладах, на западном берегу Малой Азии. В VIII в. до н.э. греки колонизировали юг Италии, Сицилию, основали города Кумы и Неаполь, а коринфяне — город Сиракузы на Сицилии, и все это называлось Великая Греция. Таким образом, вместе с Малой Азией и Северным Причерноморьем под влиянием греческого искусства были огромные территории.

Период истории эллинов XI-VIII вв. до н.э. называется гомеровским, поскольку мы знаем о нем в основном из двух поэм, написанных в конце IX — начале VIII в. до н.э. и приписываемых одному великому поэту, жившему в каком-то из этих веков, — Гомеру. Именно в этот период постепенного перехода от родового строя к раннему рабовладельческому классовому обществу и складываются греческая мифология и эпос. Греки были язычниками. Они поклонялись многим богам, во главе которых стоял Зевс, и наделяли их чертами, свойственными человеческой натуре. Уже в греческой религии было заложено то, что так характерно для искусства греков: мерой всего видеть человека, его совершенство, красоту. В мифах греки выразили свое представление о мироздании, в мифы они вложили свое поэтическое образное восприятие мира. Мифология не только питала греческое искусство, оно выросло на ее почве.

К сожалению, от гомеровского периода почти не сохранилось памятников зодчества или монументальной скульптуры, однако мы имеем представление о гончарном ремесле, близком микенской керамике. Самые ранние глиняные сосуды были украшены геометрическим узором из горизонтальных полос коричневого лака, вероятно, имевшим символическое значение (X-VII вв. до н.э.), позже появились фигуры зверей и птиц.

Амфора. Афины, Национальный археологический музей

Сосуды многообразны по форме: амфоры — для хранения вина и масла, кратеры — для смешивания вина с водой, пиксиды с крышками в виде фигурок животных или птиц — для благовоний, кувшины с фигурным венчиком — ойнохои (энохои) — для разливания вина во время трапезы и т.д. С конца IX — начала VIII в. до н.э. на вазах появляется изображение человеческих фигурок: изображение предельно плоскостное, условное, с головами и ногами в профиль, а верхней частью торса — в фас, как в египетском искусстве. О монументальной скульптуре мы знаем только по описаниям древних: это так называемые ксоаны — статуи из дерева и камня. Время совершенных созданий пластики еще впереди.

Греческая архаика

Период VII-VI вв. до н.э. — время складывания и укрепления античных рабовладельческих городов-государств, греческих полисов — называется архаическим (от греч. archaios — древний). Усиленно строятся и укрепляются города, прокладываются дороги, мосты, водопроводы. Складывается общегреческий рынок, чеканится монета. В это время уже четко прослеживается социальное неравенство и борьба демоса с аристократами, эвиатридами. Греки быстро расселяются в бассейне Средиземноморья. Из Сицилии, Египта, с Апеннинского полуострова, из Северного Причерноморья они ввозят рабов и хлеб, вывозят же в провинции в основном произведения художественного ремесла, керамики.

Период архаики — время возникновения греческой письменности (на основе финикийской), медицины, астрономии, истории, географии, математики, натурфилософии, лирической поэзии, театра и, конечно, изобразительных искусств. Греки, умело используя достижения прежних культур Вавилона, Египта, создали свое собственное искусство, оказавшее огромное влияние на все последующие этапы европейской культуры. Зодчие этого периода уже пользовались не деревом и кирпичом на каменной основе, как раньше, а камнем. На главной площади города, где происходили собрания и религиозные празднества, возвышался храм, посвященный обычно божеству — покровителю города.

В период архаики постепенно была создана продуманная и ясная система архитектурных форм, которая стала основой для всего дальнейшего развития греческого зодчества. Греческий храм, хранилище казны и художественных сокровищ, место поклонения главному богу или богам, был центром всей общественной жизни граждан греческого полиса. Как правило, он не подавлял человека своими размерами. Размещение храма в центре акрополя или на городской площади уже определяло его роль в общественной жизни. Простейший тип архаического храма — храм в антах, состоящий из одного небольшого помещения — наоса, открытого на восток. Между выступами боковых стен — антами — на фасаде были помещены две колонны. Простиль (от греч. pro — впереди и stylos — колонна) — более сложный тип храма, на его фасаде уже не две, а четыре колонны. Амфипростиль (от греч. amphi — с обеих сторон) имел колоннаду как с переднего, так и с заднего фасада, где был вход в сокровищницу. Но основным типом храма явился периптер — храм прямоугольной формы, окруженный со всех сторон колоннадой. Периптер сложился во второй половине VII в. до н.э., и дальнейшая эволюция храмовой архитектуры шла по линии совершенствования его конструкции и пропорций.

В основе греческого зодчества уже в архаический период лежала определенная система соотношения, равновесия несомых и несущих частей — ордер (от лат. ordo — ряд, порядок). Первые ордера назывались дорическим и ионическим (по местам их возникновения), затем появился коринфский ордер, близкий к ионическому.

Классические виды ордера:

а, б — дорический; в — ионический; г — коринфский

Ордер был общей системой правил, никак не исключающей индивидуальности творческого решения в вопросах соотношения храма с ландшафтом, с другими сооружениями.

Каменное основание дорического храма-периптера — обычно трехступенчатое, называемое стереобатом, с его верхней ступенькой — стилобатом — служило как бы постаментом храма. В наос, из которого, собственно, и состоял храм, вел вход со стороны главного фасада (в некоторых храмах был еще опистодом — помещение позади наоса с выходом в сторону заднего фасада). Нaoc освещался или через двери, или через световые люки в потолке. Дорические колонны архаического периода не имели базы и создавали впечатление приземистых и мощных. Ствол их прорезали желобки — каннелюры, на высоте одной трети ствол утолщался (это утолщение носит название энтазиса). Капитель колонны состояла из эхина — круглой каменной подушки и абака (абаки) — квадратной плиты, на которую опиралось перекрытие — так называемый антаблемент. В свою очередь, антаблемент складывался из архитрава — балки, лежащей непосредственно на колоннах, фриза и карниза. В дорическом ордере архитрав гладкий, фриз делится на прямоугольные плиты — метопы и триглифы, имеющие на плоскости три вертикальных желобка. Антаблемент завершался карнизом. Двускатная крыша, покрытая черепицей или мраморными плитками, на переднем и заднем фасадах образовывала треугольники — так называемые фронтоны. Метопы и фронтоны заполнялись скульптурой. Скульптурными украшениями (акротериями) завершались углы крыши и ее щипец (который в русской архитектуре называется коньком). Классическим примером дорического ордера может служить храм Посейдона в Пестуме (Италия, VI в. до н.э.).

Канитель ионического ордера, сложившегося к концу VII в. до н.э., имела эхин из двух изящных завитков — волют. Архитрав ионического ордера разделен по горизонтали на три полосы, отчего кажется более легким, чем гладкий дорический. Фриз идет по антаблементу сплошной лентой; его характер более легкий, изящный, «женственный». Фриз был часто раскрашен, детали золотились. В ионической колонне энтазис менее заметен, чем в дорической, или вовсе отсутствует. Карниз богато декорирован.

Храм Посейдона. Пестум

Уже в эпоху классики сложился коринфский ордер, колонны которого более стройные, чем ионические, и завершаются пышной капителью, составленной из стилизованных листьев аканфа. Изобретение коринфской капители приписывают золотых дел мастеру Каллимаху (конец V в. до н.э.), который сделал ее сначала из металла. Пример коринфского ордера — храм Аполлона в Бассах (ок. 430 до н.э.). Но следует отметить, что греки употребляли коринфский ордер реже, чем дорический и ионический.

Греческие храмы архаического периода подкрашивались: тимпаны фронтонов (т.е. их внутреннее поле) и триглифы — обычно синим, метопы — красным. Раскрашивалась и скульптура. Краска подчеркивала архитектонику здания, усиливала праздничность образа. Белый с цветными деталями храм, для которого греческие зодчие всегда умели найти удачное расположение на холме, на возвышении, легко «читался» силуэтом на фоне неба.

Дорический ордер явился выражением самых передовых художественных идей своего времени, и строгий тип периптера продолжал развиваться и совершенствоваться в эпоху классики как ведущий тип храма.

Курос. Афины, Национальный археологический музей

Сложным путем шло развитие архаической скульптуры. Можно сказать, что греческая скульптура родилась на стадионах, в гимнасиях, на олимпиадах. Победители олимпийских игр всенародно прославлялись, в их честь воздвигались статуи. Поскольку на состязаниях юноши выступали обнаженными, то скульптура с первых шагов стала решать проблемы пластики обнаженного юношеского тела. Так появились в период греческой архаики скульптурные изображения юношей — куросы, которые долго называли архаическими аполлонами. Иногда такие статуи достигали нескольких метров высоты. Фигура монументальна, моделирована обобщенно, в ее нерасчлененности отчетливо подчеркивается связь с блоком. Руки прижаты к туловищу, одна нога выставлена вперед. Подчеркнуто атлетическое сложение: широкие плечи, узкие бедра. Углы губ чуть приподняты, что позволило исследователям ввести термин «архаическая улыбка»; глаза широко открыты. Четкая фронтальность, подчеркнутые плоскости фаса и профиля, статика позы, разработка волос напоминают древнеегипетские статуи, но улыбка, устремленный вдаль взгляд создают впечатление жизнерадостности, открытости человека перед миром, счастья познания его, что составляет глубокую гуманистическую идею греческого искусства.

Куросы посвящались богам, ставились в храмах и святилищах, изображения атлетов воздвигались на площадях городов. Рельефные изображения исполнялись на надгробных плитах — стелах. Материалом служили камень, дерево, мрамор, терракота, со второй половины VI в. до н.э. — бронза. Камень и глину раскрашивали. Раскраска была условной: борода могла быть синей или зеленой, глаза — красными, но это лишь усиливало общую декоративность.

Если в скульптурном изображении мужской фигуры решалась проблема обнаженного тела, то в изображении женской фигуры — проблема задрапированного. Такие фигуры назывались корами (от греч. kore — дева). Чаще всего их находят около Афин, так как обычно коры изображали жриц богини Афины. Уже в ранних архаических корах видно, как скульптор стремился под их одеждой — хитонами и пеплосом — возможно точнее промоделировать тело. Глаза удлиненные, широко раскрытые, «архаическая улыбка» еле обозначена.

Как правило, коры раскрашивались: при розовато-красных волосах брови и ресницы могли быть черными, одежда яркая, очень нарядная. Лица куросов и кор не индивидуализировались, моделировались обобщенно. В мужских фигурах подчеркнуты статикой позы сдержанность, мужество, сила. Сдержанность, благородство при подчеркнутой женственности, нежности мы наблюдаем в образах кор. Все это выражало нравственный идеал греков в период архаики, а в искусстве той эпохи эстетический и этический идеалы сливались.

О монументальной живописи архаического периода ничего не известно. Очевидно, она существовала, но не сохранилась до нашего времени. Зато мы можем судить о вазописи VII-VI вв. до н.э. В VII в. до н.э. живопись заполняет поверхность сосуда, как ковром. Подобный стиль обычно называется ориентализирующим, поскольку многое, особенно в орнаменте, греки восприняли от искусства Востока: пальметты, цветы лотоса, многие мотивы животного мира. Все это переработано живой фантазией греков и обогащено их собственной мифологией. Узор, подчеркнутый контуром, наносился темно-коричневым лаком по светлой глине, детали процарапывались, выделялись белой и пурпурной красками.

В конце VII в. до н.э. ковровый стиль в вазописи уступает место чернофигурному: черным лаком стали наносить узор на чуть подкрашенную охрой глину сосуда, фигуры располагались уже не «ковром», горизонтальными полосами, а свободно размещались на поверхности стенок. Помимо мотивов растительного и животного мира в керамике Афин, особенно в VI в. до н.э., появляется множество сцен сражений, пиров, охоты, эпизодов из гомеровских поэм. Мастера гончарного искусства с этого времени стали подписывать свои сосуды. «Эксекий сделал» — написано на знаменитом килике, днище которого украшает изображение ладьи Диониса, превратившего в дельфинов захвативших его в плен пиратов. Возможно, гончар и живописец иногда объединялись в одном лице.

С последней трети VI в. до н.э. чернофигурную вазопись сменила краснофигурная: фигуры естественного цвета глины выступали на фоне, сплошь покрытом лаком. Традиционно мифологические сцены все чаще сменяются более живописными, «живыми», динамичными жанровыми сценами (мастера Евфимид, Бриг, Евфроний). Знаменитая «Ваза с ласточкой» Евфрония конца VI в. до н.э. хранится в Эрмитаже (см. цветную вклейку).

Создав тип храма-периптера, решив проблемы пластики обнаженной мужской и задрапированной женской фигуры, разработав многофигурные композиции в вазописи, все более тяготеющие к изображению реального мира, искусство архаики заложило основы всей художественной системы следующего периода — греческой классики.