Что такое ойкумена?

Примеры употребления слова ойкумена в литературе.

Во-вторых, с присоединением Уйгурии монголы вышли за границы своего этнического ареала и соприкоснулись с иными народами Ойкумены.

Получив гонорар за выполненную работу, Геллер не замедлил сообщить координаты Ойкумены Мастеру, рассчитывая получить еще одну, не менее крупную сумму.

Теоретически — частная организация, предоставляющая полицейским организациям Ойкумены специализированные консультации, криминологические лаборатории, централизованную информационную систему.

Это — Ойкумена, — опять сказал Грун, — по невидимым порам она бесшумно просачивается в мир и обволакивает тебя, засасывая в глухую полнощную топь, ты уже частично принадлежишь ей.

Этот предмет способен был в один миг переправить его куда угодно, в любое место ведомой и неведомой Ойкумены, притом Фессу не грозило очутиться в самом сердце скалы или напороться на дерево.

Чтобы узнать корни нашей веры, происхождение наших богов, понять, почему до сих пор эллины живут без понимания обязанностей и целей человека среди других людей и в окружающей Ойкумене.

Я выбрала Эль-Парадисо в качестве промежуточной остановки не только из-за отличных верфей, но еще и потому, что эта планета принадлежала к числу тех немногих миров густонаселенной области Ойкумены, которые имели регулярное беспересадочное сообщение с Дамограном.

Оставалось только стискивать зубы и вспоминать свои легкие, удобные, прочные, разношенные и в то же время — сносу не знающие башмаки, в которых он истоптал половину дорог Ойкумены, и которые Ильза еще в прошлом году выкинула на помойку.

Знаете ли вы, — поддразнил Гефестион, — что такое гетера высшего круга в самом высоком городе искусств и поэзии во всей Ойкумене?

Была середина мая, ранняя густая теплынь, незрелое солнце, клейкая зеленая опушь в кронах тополей, и мне странно было слушать про таинственную Ойкумену, лежащую на границе дня и ночи, про великое царство насекомых, все-таки разрушенное человеком, про загадочные часы на башне, в стрелках которых запутался ход времен, про яростного свирепого Экогаля, про Арлекина, изменника и борца за справедливость, про несчастного забытого Груна, который умер, потому что дочь Мариколя не смогла полюбить его.

Неусыпным наблюдением попечителей за дочерью Мариколя установлено, — загнусавила гусеница, упершись носом в пергамент, — что во время пребывания в человеческом мире, каковые пребывания были ей милостиво разрешены членами Тайного Верховного Совета, дочь Мариколя допускала нежелательные и вредные знакомства среди людей, каковые знакомства превосходили степень обязательности, милостиво разрешенной ей членами Тайного Верховного Совета, каковая дочь Мариколя скрытно сблизилась и многажды беседовала на неизвестные темы с неким Игнациусом, пребывающим здесь, каковой Игнациус по представлению Геральдической комиссии происходит из проклятого рода Знающих, каковой род был милостиво запрещен к проживанию в Ойкумене членами Тайного Верховного Совета и осужден на вечное изгнание, каковое знакомство перешло в преступное расположение и дружбу, нарушив тем самым закон о неприближении к дочери Мариколя, каковой Игнациус вероломно обманул попечителей Тайного Верховного Совета и вступил в злодейский заговор с вероотступником и

Но в свое время, да номинально и теперь, Кипр являлся частью Ойкумены, а Оловянные Земли к ней не относились никогда.

Бразраару были совершенно точно известны координаты поселка, однако он не имел ни малейшего представления о системах ПВО Ойкумены вообще и поселка в частности.

Бургомистр одобрительно покивал и Феликс продолжил: — Как вам известно, Ойкумена тогда делилась не на феоды непосредственно, а на феодальные королевства, и власть была сосредоточена в руках дворянского сословия.

Боги сделали меня непобедимым до самой смерти, а Ойкумена не столь уже необъятна, как я говорил тебе.

Источник: библиотека Максима Мошкова

Мальчик-антис Натху, его отец Гюнтер Сандерсон и брамайн Вьяса попадают на планету Шардуван, под купол загадочного объекта «Саркофаг», где встречают исчезнувшую много лет назад телепатку Регину Ван Фрассен. Беглецов ищут спецслужбы брамайнов и Ларгитаса. Ойкумена на грани войны. А в это время лидер-антис вудунов Папа Лусэро продолжает умирать…

Генри Лайон Олди «Блудный сын, или Ойкумена: двадцать лет спустя». Книга 3. «Сын ветра»

Жанр: космическая фантастика
Художники: Е. Деко, А. Семякин
Издательства: «Азбука», «Азбука-Аттикус», 2019
Серия: «Азбука-Фантастика»
Похоже на:
Иэн Бэнкс «Эксцессия»
Кэтрин Азаро «Инверсия Праймери»

Генри Лайон Олди

Вторая часть романа «Блудный сын» закончилась «на самом интересном месте», и всё указывало на то, что третья будет просто сногсшибательной и обозначит новый крутой поворот в судьбе целой Ойкумены. Ликуйте, поклонники Олди: все ваши ожидания можно смело умножить на десять.

Готовьтесь к бессонной ночи: оторваться от «Сына ветра» практически нереально.

Эффект магнита, «затягивания» в книгу с головой, как в чёрную дыру, достигается прежде всего тщательно выверенным ритмом повествования и продуманной композицией — и то, и другое Олди умеют. Лишний раз напоминая, порой даже слишком навязчиво, что «Блудный сын» носит подзаголовок «Космическая фуга», авторы делят космическое пространство текста между основной «темой» (пропавший антис Натху и хороводы, которые водят вокруг него спецслужбы двух рас) и «контрапунктом» (историей Папы Лусэро, который никак не может умереть и попутно собирает вокруг себя то коллантариев, то антисов — в основном наших старых знакомых).

— Мы его убьём, — прохрипел Кешаб. — Вот что я сказал: «Мы его убьём». Я не верил, что это ребёнок.

— Убьём, — повторил Папа Лусэро. — Ребёнок. Смерть и жизнь, жизнь и смерть. С этого начинаются все истории, Злюка. Если, конечно, это настоящие истории. Ничто не имеет значения, только они: жизнь и смерть.

В «теме» три голоса. Два из них поют в унисон: с одной стороны — генерал Бхимасена из антического центра брамайнов, с другой — генерал ларгитасской разведки Ян «Тиран» Бреслау. Оба роют носом планеты и их окрестности, чтобы отыскать сгинувшего антиса-полукровку, и у каждого из них собственная гипотеза на его счет. У третьего голоса своя мелодия — она сыграна на флейте Регины Ван Фрассен и свирели Гюнтера Сандерсона.

Уже не секрет, что героиня «Urbi et Orbi, или Городу и миру» действительно жива и наконец-то встретилась с мальчиком, который много лет назад уловил её слабеющий телепатический сигнал. Наконец-то мы узнаем, что случилось с Региной и всем ларгитасским посольством на планете Шадруван, и наконец-то её история получит завершение! Только ради этого Олди стоило написать новую книгу.

Контрапункт — история смерти престарелого антиса, который никак не может умереть (ранее Олди подробно объясняли, как уходят антисы), — поначалу кажется вовсе не связанным с историей Натху и Регины. Но опытные читатели знают, что у Олди не бывает ничего случайного. Контрапункт сплетётся с основной темой на последних страницах романа, снова изменив историю Ойкумены — всего через двадцать лет после того, как в просторы Вселенной взмыл первый коллант («коллективный антис»).

В нашем мире с момента, когда авторы начали работу над циклом, прошло десять лет — и юбилейная пятая книга стала одновременно подведением итогов и точкой отсчета для нового витка истории Ойкумены. Неслучайно «Сын ветра» заканчивается фразой, вынесенной на обложки всех трёх частей романа: «Вселенной никогда не быть прежней».

Но эта фраза будет сказана уже в эпилоге. До этого нас ждёт постоянно нарастающее эмоциональное крещендо, поддержанное на всех уровнях — от движения сюжета до диалогов. Диалоги, кстати, составляют едва ли не больше половины романа — словесное жонглирование профессиональных разведчиков, мучительные исповеди Регины, перепалки антисов и коллантариев у ложа всё ещё живого Папы Лусэро…

Читается «Сын ветра» легко и быстро, но без эмоциональных и интеллектуальных вложений здесь не обойтись. Пищи для ума предостаточно — не только мифологических аллюзий, которые всегда были дороги сердцам авторов, но и философских идей об устройстве Вселенной, о природе жизни и смерти, о перспективах эволюции человечества…

Поклонники «Ойкумены» будут счастливы — а «Блудный сын» рассчитан только на них.

Ударное завершение этапного романа «Ойкумены» — увлекательное, яркое, эмоциональное и умное. Настоящий подарок для поклонников. Стоит ли читать? Сто раз «да», если вы читали (и полюбили) предыдущие романы об Ойкумене. А вот для первого знакомства с этой вселенной «Блудный сын» не подходит.

Совсем другая история

«Блудный сын» продолжает историю Регины Ван Фрассен, хотя написан не только ради неё. Интересно, что ранее авторы не планировали напрямую продолжать «Urbi et Orbi»:

«Для нас роман «Городу и миру” вполне завершен. Дело в том, что мы понимаем финал как завершение идейных линий, а не как подробное изложение судьбы главного героя вплоть до похорон. Кроме того, мы вообще полагаем недосказанность одной из главных принципов эстетики произведения… Пожалуй, если мы когда-нибудь вернёмся в мир Ойкумены — это будет совсем другая история».

Что за Ойкумена?

Ойкумена: космическая вселенная Г. Л. Олди 9

Ойкумена: космическая вселенная Г. Л. Олди

Юрий Перебаев | 23.03.2019

Удивительный мир далёкого будущего, где наряду с наукой существуют сверхчеловеческие способности, а люди умеют превращаться в энергию и летать меж звёзд.

УДАЧНО
ответы на многие загадки мира
старые и новые любимые герои
затягивающий ритм повествования

НЕУДАЧНО
интересен только для поклонников «Ойкумены»

9
ОТЛИЧНО

В город-резиденцию переродился и Рим, после овладения западным Средиземноморьем (201 г. до н.э.) развернув экспансию на восток вплоть до охвата эллинизированного Плодородного Полумесяца. Сформировалась величайшая кольцеобразная система могущественного территориального владения, охватившая важнейший торговый путь – средиземноморский. Но ни ей, ни мир-империям «от моря до моря» не удалось целиком охватить другие дальние торговые пути ойкумены: Янтарный с севера Европы, «царский» – египетско-центрально- азиатский через Сирию, Месопотамию и Персию, Ладанный с юга Аравийского п-ва (Йемена). Благодаря открытию сезонности муссонных ветров, приписанному некоему греку Гиппалу, современнику какого-то из египетских Птолемеев, ладанный путь удлинился до Дороги ароматов (специй), которая вела через Аравийское море к берегам Индии.

Примерно в те же века удлинился и караванный «царский путь», сомкнувшийся с появившейся дорогой шелка из Китая.

Она проходила через межгорную впадину, откуда проникает в Центральную Азию р. Тарим, обогнув окраину пустыни Такла-Малан. Оазисы на притоках Тарима (одноименные с ними) Хотин, Яркенд и Кашгар были издревле поставщиками в Китай золотого песка и нефрита («нефритовый путь»), а стали Таримским регионом- проводником па Великом шелковом пути.

Кочевое племя скотоводов-тохаров, прозванных китайцами «мясоеды» (юэчжи), завладев Таримским регионом, далее к югу от него распространило свое господство до п-ва Гуджарат на Аравийском море и, усвоив оседлый образ жизни с обширным градостроительством, создало Кушанское царство. Оно развернуло выгодную торговлю на четыре стороны света: на восток с Китаем, на север со Средней Азией, на запад с Парфией, на юг с Индией. Возникли новые города: Пурушапура (Пешавар) близ Хайберского горного прохода между Пенджабом и Центральной Азией; Кабул (на одноименной реке – притоке Инда); Бхаруч (Бхригукачха, порт в Камбейском заливе, отделяющем Гуджарат от остального западного побережья Индостана).

Две восточные сети мировых торговых маршрутов расширили границы ойкумены; мировое городское население продолжало расти до II в. н.э. (100 г. н.э. – 20 млн), хотя уже медленнее, чем в 800–200 гг. до н.э.

На карте мира александрийца Эратосфена (III в. до н.э.), автора первого труда под названием «География», восточные окраины ойкумены (с юга на север) – остров Тапробана (Шри Ланка), долина Ганга и Скифия. О Китае еще неизвестно. Но уже величайший астроном и географ древности Клавдий Птолемей (И в.) помещает за Индией на своей карте мира «Сер-Индию» – страну, откуда идет дорога шелка («серика»), а также страну «синов» – жителей мест, откуда через моря Индийского океана до Александрии стали доходить ароматные пряности и благовония – гвоздика, мускатный орех, мускатный цвет. Клавдий Птолемей – современник императоров Адриана, Антонина Пия и Марка Аврелия, при которых узнали друг о друге западный и восточный края ойкумены, ее крупнейшие мир-империи – Ханьская («страна Серов» для римлян) и Римская («Дацинь» для китайцев).

Географический атлас Птолемея отразил это знание о дальнем Востоке и очертил границы ойкумены, раздвинувшейся до побережий двух средиземных морей Афроевразии. Птолемей, создатель геоцентрической системы мироздания, установил четкое понятие 24-часовых суток и снабдил купцов-путешественников для ориентировки на суше и на морс таблицами вычислений положения светил на небосводе и географической сеткой меридианов и параллелей.

  • От имени Пуруши – по индийскому мифу, существо, из тела которого возникла вселенная.