Эко и церковь

Проблема искусственного и экстракорпорального оплодотворения продолжает быть предметом многочисленных дискуссий – как медицинских, так и богословских.

Что Церковь говорит об ЭКО?

Если муж или жена неспособны к зачатию ребенка, а терапевтические и хирургические методы лечения бесплодия не помогают супругам, им следует со смирением принять свое бесчадие как особое жизненное призвание. Пастырские рекомендации в подобных случаях должны учитывать возможность усыновления ребенка по обоюдному согласию супругов. К допустимым средствам медицинской помощи может быть отнесено искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений.

Манипуляции же, связанные с донорством половых клеток, нарушают целостность личности и исключительность брачных отношений, допуская вторжение в них третьей стороны. Кроме того, такая практика поощряет безответственное отцовство или материнство, заведомо освобожденное от всяких обязательств по отношению к тем, кто является «плотью от плоти» анонимных доноров. Использование донорского материала подрывает основы семейных взаимосвязей, поскольку предполагает наличие у ребенка, помимо «социальных», еще и так называемых биологических родителей. «Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейсяся между матерью и младенцем уже во время беременности.

«Суррогатное материнство» травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания. Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения, предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов. Именно на признании человеческого достоинства даже за эмбрионом основана моральная оценка аборта, осуждаемого Церковью (см. ХII.2).

Оплодотворение одиноких женщин с использованием донорских половых клеток или реализация «репродуктивных прав» одиноких мужчин, а также лиц с так называемой нестандартной сексуальной ориентацией, лишает будущего ребенка права иметь мать и отца. Употребление репродуктивных методов вне контекста благословенной Богом семьи становится формой богоборчества, осуществляемого под прикрытием защиты автономии человека и превратно понимаемой свободы личности.

Дискуссия об ЭКО

Священник Алексий Кнутов, студент Московской духовной академии в недавней публикации о проблеме церковного отношения к искусственному и экстракорпоральному оплодотворению, высказал мнение о том что формулировка в текст Основ социальной концепции Русской Православной Церкви не точна:

Искусственное оплодотворение в современном мире приобретает всё большую популярность. Связано это не с любопытством к последним достижениям в области медицины, но прежде всего со все более распространяющейся проблемой бесплодия. Согласно статистике каждая седьмая супружеская пара в мире сталкивается сегодня с этой проблемой. Но как относится к искусственному оплодотворению Русская Православная Церковь? Может ли православный христианин прибегать к такому способу зачатия ребенка?

Хотелось бы сделать уточнения к 4-му пункту XII-ой главы Основ Социальной концепции РПЦ, в котором идёт речь о христианском отношении к разным аспектам искусственного оплодотворения. К сожалению, пункт 4-ый XII-ой главы Основ Социальной концепции РПЦ (ниже — Концепция) не излагает эту тему с той ясностью и чёткостью, которая требуется для раскрытия вопросов, касающихся человеческой жизни.

Если внимательно читать этот пункт, то получается, что сегодня согласно Концепции существует два метода репродуктивных технологий: искусственное и экстракорпоральное (т.е. внетелесное) оплодотворение. Первый из них, согласно Концепции, допустим с нравственной точки зрения, второй — в целом нет. Но здесь изначально присутствует серьёзная терминологическая ошибка: искусственное оплодотворение — это не обозначение какого-то конкретного метода, а наименование вообще явления, отличного от естественного зачатия. А экстракорпоральное оплодотворение (ниже — ЭКО) — это уже обозначение конкретного метода искусственного оплодотворения.

Поэтому ЭКО и искусственное оплодотворение соотносятся как частное и общее, в то время как Концепция настраивает читателя, несведущего в вопросах репродуктивных технологий, на то, что это обозначение двух разных методов. Результатом такой неточной терминологии Концепции могут быть и являются ошибки в пастырском душепопечении -— цена которым человеческая жизнь.

Но что же подразумевается под этим неопределённым выражением «искусственное оплодотворение» в Концепции? А подразумевается там как раз не явление, а совершенно конкретный метод искусственного внутрикорпорпорального (т.е. внутрителесного) оплодотворения — искусственная инсеминация. Суть этого метода заключается в следующем: сперматозоиды искусственным образом вводятся в полость матки. Через маточную трубу они проникают в брюшную полость и оплодотворяют одну наиболее созревшую яйцеклетку. Затем она имплантируется (приживляется) и продолжает свое развитие.

Как пишет С.Л. Болховитинова, сотрудник кафедры биомедицинской этики Российского государственного медицинского университета им. Н. И. Пирогова, «в целом, этот метод искусственного оплодотворения для супружеской пары не содержит в себе противопоказаний и трудностей морального порядка, поскольку речь идет о врачебной вспомогательной помощи для того, чтобы супружеский акт деторождения, целостный во всех своих компонентах (физических, психических, духовных) сохранился».

Поэтому это двусмысленное место в Концепции необходимо понимать следующим образом:

К допустимым средствам медицинской помощи может быть отнесён метод искусственной инсеминации — искусственного введения в матку жены половых клеток мужа, поскольку этот метод не нарушает целостности брачного союза и не отличается принципиальным образом от естественного зачатия.

Я глубоко убеждён, что в Концепции, как в документе, носящем юридический характер, должны отсутствовать всякие двусмысленности, чтобы священник, мирянин, не сведущие в каких-то специальных областях знания (в данном случае в репродуктивных технологиях), прочитав Концепцию, могли ясно, чётко уяснить для себя позицию Церкви по тому или иному вопросу.

Здесь нелишним будет отметить, что при применении этого метода возникает щекотливый вопрос о способе получения половых клеток мужчины. Обычно здесь предлагается порочное рукоблудие. Но этот греховный способ может быть заменён на нормальную супружескую близость, при которой мужское семя может быть собрано в медицинский презерватив. Ведь здесь при бесплодии супругов презерватив будет как раз не средством предохранения от беременности, а способом для её возможного наступления.

Кроме того, есть способ получения половых клеток через пункцию половых органов мужчины (она проводится под наркозом).

Концепция об ЭКО говорит следующее: «Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения, предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов. Именно на признании человеческого достоинства даже за эмбрионом основана моральная оценка аборта, осуждаемого Церковью» (п. XII.4 Концепции).

Согласно Концепции заготовление, консервация и разрушение «избыточных» эмбрионов является тяжким грехом. С этим всё ясно. Но Концепция не даёт чёткого ответа на другой вопрос: а является ли нравственно допустимым формирование в «пробирке» ограниченного числа эмбрионов (например двух) с последующей пересадкой всех их в полость матки, при учёте того, что обратившаяся к ЭКО женщина имеет решимость вынашивать в том числе и многоплодную беременность, если таковая возникнет?

Игумен Мелхиседек (Артюхин), член Церковно-общественного совета по биомедицинской этике Московского Патриархата, считает, что человек несёт нравственную ответственность не только за «избыточные» эмбрионы, но также и за пересаженные в матку эмбрионы, если беременность не возникнет и они погибнут. Почему? Одним из классических принципов медицины является принцип «не навреди». А риск гибели в матке эмбрионов, пересаженных туда при ЭКО, выше, чем у эмбрионов, появившихся в результате естественного зачатия.

Внешне пересадка эмбрионов в матку является ничем иным как научным экспериментом: повезёт — не повезёт. Но чем рискуют здесь врачи и родители? Это уже не просто какие-то половые клетки, а живые эмбрионы, малюсенькие человечки, которые хотя и являются пока одной клеткой, но они уже — люди.

Итак, ЭКО экспериментирует на людях. Цена эксперимента — человеческая жизнь.

На основании вышесказанного христианское отношение к ЭКО следует выразить следующим образом:

Нравственно недопустимым с христианской точки зрения является экстракорпоральный (внетелесный) метод искусственного оплодотворения, поскольку предполагает заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов, а также несёт риск ненаступления беременности, из-за чего пересаженный(ые) в организм женщины эмбрион(ы) погибнет(ут).

Протоиерей Николай Балашов,

заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата, член Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви, принимавший активное участие в разработке Основ социальной концепции, убежден, что «Основы социальной концепции» достаточно ясно передают церковное отношение к проблеме:

— Конечно, «Основы социальной концепции» — это именно основы. Документ не претендует на исчерпывающее объяснение всех вопросов. Однако выраженная в нем позиция Церкви мне представляется обоснованной. Едва ли следует говорить о «неточной терминологии концепции».

Над документом работали не только пастыри и богословы. К участию в разработке главы XII привлекались и врачи, и генетики, и специалисты в области биотехнологий, известные не только в нашей стране. Однако, хотя автор статьи считает ОСК «юридическим документом» , в действительности это — документ пастырский и богословский, а не юридический, не политический и не гинекологический. Поэтому я не думаю, что он должен был изобиловать формулировками специально-медицинского характера: к ним разработчики старались прибегать лишь в случаях необходимости. Участники процесса подготовки документа также не считали уместным вдаваться в детализированное описание подробностей интимной жизни человека.

Понимая, что по многим вопросам в Церкви могут существовать разные точки зрения, создатели ОСК старались включить в документ лишь те утверждения, которые могут быть убедительно обоснованы исходя из нравственных и богословских норм Предания Церкви. Из текста упомянутого раздела вовсе не вытекает положительное отношение к ЭКО. В нем указаны те аспекты соответствующей технологии, которые признаются нравственно недопустимыми. И ничего не сказано о том, что без намеренного разрушения эмбрионов метод хорош, приемлем и рекомендован православным. Думаю, это именно то, что Церковь могла и должна была сказать по данному вопросу. Не более и не менее.

Что же касается повышенного риска гибели эмбрионов — да, он существует (как и в случае одобряемой или во всяком случае неосуждаемой автором техники инкорпоральной инсеминации), но насколько он выше «естественного риска» – измерить трудно. Хотя бы потому, что мы до сих пор точно не знаем, как много уже оплодотворенных клеток погибает «естественным путем». Сегодня ученые склонны полагать, что — большая их часть. Это не может служить оправданием для тех, кто готов уничтожать эмбрионы намеренно. Но и не может быть основанием для обвинения всех брачных женщин фертильного возраста в едва ли не ежемесячном (хоть и не запланированном) убийстве эмбрионов. С обязательством «покаяться батюшке».

Тут все же важна именно нравственная мотивация.

Напомню, что в цитируемом отцом Алексием разделе «Основ…» в первую очередь говорится о том, что «пути к деторождению, не согласные с замыслом Творца жизни, Церковь не может считать нравственно оправданными». В случае неизлечимого обычными способами бесплодия пастырские рекомендации включают как смиренное восприятие бесчадия в качестве особого жизненного призвания, так и возможность усыновления ребенка. Далее речь идет о допустимых с нравственной точки зрения (но не рекомендованных) средствах медицинской помощи, а затем – о недопустимых, среди которых упоминается ЭКО. В каждом случае указаны основания, по которым Церковь находит морально неприемлемыми эти средства.

Однако если в будущем – кто знает? – когда-либо появится такая модификация ЭКО, которая исключала бы имеющиеся ныне основания для этического неприятия – нам не придется созывать Собор для срочного пересмотра «Основ социальной концепции».

Полина Дудченко,

педиатр, неонатолог, супруга священника, мать четверых детей призывает осторожно относиться к своим желаниям и ожиданиям

Про ЭКО я не могу высказаться однозначно, не могу сказать, что вижу большой процент патологий.
Однажды я спросила отца Михаила Бойко, как относиться к проведению реанимации. И он ответил, что если не будет воли Господней, не удастся ни одна реанимация. Если переложить это на ЭКО, то я скажу то же самое. Вопрос в принятии того, что посылается Богом и веру в то, что без Господа не происходит ничего.

Очень часто люди, которые не имели детей много лет, когда ребенок появился (не обязательно в результате ЭКО, иногда в результате обычного лечения), не знают что с этим ребенком делать. Они хотели быть беременными, а не родить ребенка, ребенок не представляется им чем-то таким, во что нужно вкладывать силы каждый день. Они видели лубочную картинку с улыбающимся карапузом. Но семейных проблем часто больше, чем ожидалось, эти дети чаще и своеобразнее болеют.
Эти дети другие.

Дети ЭКО лишены, возможно, чего-то сокровенного, моментов, когда они втайне двигались по трубам, и мы не знаем, что происходит в эти моменты. С такой же позиции можно рассматривать и кесарево: это неестественный путь, но он дает возможность выжить ребенку и женщине. Да, эти дети имеют ряд незначительных отличий, но ведь все в руках Божих.

После ЭКО ряд женщин смогли забеременеть самостоятельно. Это как трактовать?

Я бы советовала быть осторожной и в вопросе усыновления: это благое христианское дело, которое, к сожалению, может обернуться очень сильно против детей и против родителей.

Родители как бы отказываются от того, что послал им Господь. Как бездетные они могли бы возможно, послужить людям чем-то другим, они как бы получают новое неожиданное испытание.

Осудить проще, чем понять. Но сформулировать, что точно бездетные семьи хотят, им не всегда удается.

Роман ГЕТМАНОВ,

акушер-гинеколог родильного дома при ГКБ № 70 в комментарии журналу Нескучный сад:

Даже без редукции при современных методиках ЭКО часто происходит убийство эмбрионов на первой стадии, когда они еще не в матке, а в «пробирке». Ситуация, когда женщина придет и скажет — возьмите у меня две яйцеклетки, оплодотворите только их и подсадите, чтобы мне избежать не только редукции, но и «лишних» эмбрионов, вряд ли возможна — какой врач возьмется это делать, если вероятность наступления беременности в таком случае практически равна нулю?

Что же касается того, как ЭКО сказывается на родившихся таким методом детях, то в медицине одним из главных методов проверки любой методики или лекарства является катамнез, т.е. сводка информации о больном, собираемая в течении определенного времени, позволяющая проследить судьбу пациента после применения лечения. Потому что главный критерий применения любой методики устанавливает время.

Первый ребенок, зачатый с помощью ЭКО, родился в 1978 году. И мне всегда было любопытно, какие результаты мы можем видеть за эти 30 лет? То, что по телевизору демонстрируют детишек, рожденных методом ЭКО, меня не убеждает — должна быть официальная статистика по всем детям «из пробирки», а не выборочная реклама. Необходимы данные о том, какие семьи создают ЭКО-дети, чем они болеют или, наоборот, не болеют, каких они рожают детей и т.п. Я тщательно пытался в течении длительного времени найти именно медицинскую, а не просто популярную литературу по этому вопросу. И обнаружил, что никакой медицинской статистики по детям, зачатым методом ЭКО, не опубликовано. Для меня это признак того, что здесь не все благополучно. Нет уверенности, что после ЭКО рождаются совершенно обычные дети. И еще я хотел бы сказать всем сторонникам ЭКО, чтобы они хорошо понимали, что ЭКО — это очень большие деньги. Плати, и получишь, был бы спрос, а предложение будет. ЭКО — это бизнес.

Часто проблема бесплодия — духовная проблема. Бывает, когда у женщины собираешь анамнез и задаешь вопрос о количестве половых партнеров, то многие из них смотрят с удивлением и говорят — а я не помню, сколько их у меня было… И это типичная ситуация сегодня.

Я не хочу говорить про всех, но очень многие случаи бесплодия, с которыми мы сталкиваемся, нажиты самими женщинами. Например, непроходимость труб, при которой многие прибегают к ЭКО, возникает, как правило — а по этому поводу как раз существует официальная статистика — если у женщины за жизнь было более пяти половых партнеров. За этим почти всегда следуют хронические воспалительные заболевания придатков и непроходимость труб. Это, повторюсь, не обязательно характерно для каждой женщины, это средняя статистика. А еще многие из бесплодных женщин неоднократно делали аборты. А потом они говорят — мы страдаем без детей, сделайте нам ЭКО.

Законы духовной жизни существуют независимо от того, принимаем мы их или нет. А многие женщины не хотят слышать про эти законы. И когда священник говорит: опомнитесь, нельзя хотеть детей любой ценой, то кто-то, вместо того, чтобы задуматься о своей жизни, обижается и говорит — священник нас не понимает, он всего это не проходил, он не представляет, как мы хотим сейчас ребенка… Но они думают о себе, а не о ребенке. Можно очень сильно чего-то добиваться и хотеть, только что потом?

Вице-президент РАМН, главный педиатр Минздравсоцразвития РФ Александр Баранов считает, что российское правительство делает ошибку, оказывая на государственном уровне финансовую поддержку технологии экстракорпорального оплодотворения.

«Сейчас мы столкнулись с неожиданными явлениями: появилось очень много детей «из пробирки». Даже на уровне правительства акушеры пролоббировали финансовую поддержку искусственного оплодотворения, якобы за счет этого можно решить демографическую проблему в России. Ничего подобного», – заявил А.Баранов в понедельник на пресс-конференции в «Интерфакса» в Томске.

По данным главного педиатра России, 75% детей, рожденных в результате ЭКО, являются инвалидами. «Я выступал в Думе и прямо сказал: если вы увеличиваете финансирование на эту технологию, вы сразу закладывайте деньги и на увеличение детей-инвалидов», – сказал А.Баранов.

По его словам, только в России государство выделило деньги на внедрение данной технологии. «Везде идет коммерческое осуществление (ЭКО – «ИФ»)», – подчеркнул он. «Более того, Всемирная организация здравоохранения не рекомендует для внедрения эту технологию. Мы, конечно, не имеем права запретить, но я считаю, что государство делает ошибку, оказывая поддержку этой технологии. Надо быть честным. Если мы знаем про то, чем это грозит, мы обязаны информировать», – сказал А.Баранов, добавив, что вред при ЭКО наносится и здоровью женщин. «Они находятся на колоссальных дозах гормонов. И матери, как правило, в возрасте», – отметил вице-президент РАМН.

Иеромонах Димитрий (Першин):

Поэтапная классификация негативных последствий ЭКО позволяет получить следующую схему (мы пропускаем те этапы лечения, которые не содержат негативных последствий ЭКО):

Негативные последствия для женщины.

— На этапе переноса эмбриона в полость матки, диагностики и ведения беременности и родоразрешения:

1. Многоплодная беременность. По данным исследователей, «индукция суперовуляции увеличила количество многоплодных беременностей более чем в 10 раз»

Чаще всего эта индуцированная многоплодная беременность «протекает на фоне медикаментозной коррекции, хронической бактериально-вирусной инфекции, аутоиммунных нарушений, нарушений в системе гемостаза. Другие исследователи подчеркивают, что беременность у этих пациенток осложняется преждевременными родами, внутриутробной задержкой развития плодов, гестозом, гестационным сахарным диабетом».

2. Редукция эмбрионов при многоплодной беременности. Уничтожение созданных с таким трудом человеческих жизней производится, исходя либо из евгенического принципа селективной выбраковки человеческих эмбрионов «с подтвержденными структурными, хромосомными или генетическими аномалиями», либо из соображений удобства «для выполнения манипуляции». После редукции «всего лишь половина (51%) пациенток донашивали беременность до 38 недель и более. Помимо негативных последствий для материнского здоровья редукция эмбрионов влечет за собой нравственные мучения матери, допустившей уничтожение своего ребенка.

Таким образом, ЭКО не приносит пользы здоровью женщин, а вероятность осложнений достаточно велика. Вот почему здесь возникает вопрос соотношения цели и средства: не слишком ли большую цену платят женщины за право получить своего ребенка? Нам могут возразить: но ведь и при обычном зачатии женщина идет на риск, вынашивая беременность. Это было бы так, если бы в случае ЭКО мы заранее не знали, насколько возрастает этот риск. И, кроме того, в случае ЭКО этим рискам женщин подвергают врачи.

Негативные последствия для ребенка.

— аномалии и патологии

Резко возрастает вероятность аномалий и патологий внутриутробного развития. Ученые из американских Центров по контролю и профилактике заболеваний (CDC) под руководством Дженниты Рифхьюз (Jennita Reefhuis) сравнили распространенность 30 наиболее частых врожденных дефектов у детей, зачатых естественным путем, и у детей, появившихся на свет с помощью искусственного оплодотворения (ЭКО или ИКСИ). Выяснилось, что дети, зачатые «в пробирке» в 2,4 раза чаще рождались с заячьей губой. Дефекты межпредсердной или межжелудочковой перегородки сердца отмечались у них в 2,1 раза чаще, чем у детей, зачатых естественным путем. Кроме того, у таких детей чаще возникали пороки развития желудочно-кишечного тракта: атрезия пищевода – в 4,5 раза чаще, атрезия прямой кишки – в 3,7 раза чаще.

Таким образом, абсолютный риск возникновения пороков развития у ребенка, зачатого с помощью ЭКО, выше, чем при обычном течении беременности. Следовательно, люди, которые планируют прибегнуть к ЭКО, должны быть осведомлены обо всех потенциальных рисках этого метода..

— уничтожение человеческой жизни на эмбриональной стадии развития

1. Уничтожение «избыточных» эмбрионов. В большинстве случаев существующие технологии ЭКО предполагают оплодотворение нескольких эмбрионов, большая часть которых подвергается криоконсервации.

2. Гибель при криоконсервации. При технологии криоконсервации погибает 20% эмбрионов, а последующая частота наступления беременности и рождения живых детей составляет 28% и 22% случаев соответственно (английская клиника Bourn Hall)22. Выделяют два основных типа физического стресса, которому подвергаются человеческие эмбрионы в процессе заморозки:

— прямое влияние понижения температуры;

— физические изменения, связанные с образованием льда23.

3. Уничтожение эмбрионов с генетическими аномалиями, обусловленное результатами пренатальной и предымплантационной диагностики.

4. Уничтожение эмбрионов в случае их редукции при многоплодной беременности.

— проблема самоидентичности

Технология ЭКО позволяет вовлечь в процесс создания новой жизни до 5 человек: двое заказчиков, двое доноров и суррогатная мать. При этом учитывается стремление «заказчиков» получить ребенка, но не учитывается право самого ребенка быть ребенком своих родителей, быть ими зачатым и выношенным. В том случае, если ребенок узнаёт об истории своего появления на свет, возможны тяжелые переживания и депрессии, связанные с кризисом самоидентичности. Чьих родителей он ребенок — биологических, социальных или суррогатной матери? У таких детей часто возникает желание найти тех, чьи гены они восприняли и чья любовь хранила их под сердцем во время их внутриутробного развития. Поскольку эта информация относится к области врачебной тайны, данная ситуация может обернуться для детей «из пробирки» серьезными нравственными и душевными страданиями. Кто дал нам право обрекать их на эти страдания?

— проблема «детей загробного мира»

Технология криоконсервации эмбрионов порождает еще одну очень сложную и трудноразрешимую проблему — проблему эмбрионов, которые имплантируются «после смерти отца-донора (в случае гомологичного оплодотворения) или после того, как заказчики, как это не раз случалось, погибали в результате несчастного случая, возможно, уже оставив большое наследство будущему ребенку»24. В результате появляются так называемые «дети загробного мира», что происходит тогда, когда донор-отец умирает еще до имплантации или эмбрионы становятся «сиротами» еще до своей имплантации в матку, или же тогда, когда вдова выражает желание родить ребенка от семени умершего супруга после того, как его сперма была специально взята у него во время терминальной болезни25.

2.4. Негативные последствия для человеческой популяции

— генетический груз

Как мы видели выше, технология ЭКО увеличивает риск рождения детей с теми или иными генетическими аберрациями. В случае массового применения ЭКО возрастает генетическая нагрузка на человечество в целом.

— риск близкородственных связей

Одним из негативных последствий ЭКО является проблема генетической анонимности детей, появившихся в его результате использования донорских клеток и особенно спермы. Поскольку с помощью эякуляции только одного мужчины можно оплодотворить множество яйцеклеток, имплантируя полученные таким образом эмбрионы различным женщинам, и поскольку «отцовство» донора должно оставаться неизвестным, то теоретически возможно получение своеобразной популяции единокровных братьев и сестер, которые не будут подозревать о своем родстве. В этом случае возможно заключение браков между единокровными родственниками, что не только имеет юридические последствия, но и напрямую затрагивает здравоохранение: кровнородственные браки увеличивают вероятность генетических заболеваний.

Тем самым, здесь речь идет уже об отдаленных негативных последствиях ЭКО для людей, ни в коей мере неповинных в своих страданиях, что опять же вновь актуализирует вопрос о соблюдении принципа «не навреди».

Таким образом, мы вынуждены констатировать:

1) К сожалению, ВРТ ЭКО является зоной риска для пациентов, прибегающих к ней;

2) Современная медицина не располагает такими методами ЭКО, которые позволяли бы полностью исключить все его негативные последствия для здоровья человека, тем самым, проводя ЭКО, врач сознательно подвергает здоровье обратившихся к нему пациентов вышеперечисленным рискам;

3) Так как проведение процедуры ЭКО не диктуется медицинской необходимостью, в случае причинения вреда врач несет за это нравственную ответственность.

Несоблюдение в случае ЭКО принципа «не навреди» ставит под вопрос нравственную вменяемость этого направления ВРТ, что, в свою очередь, ставит перед медициной задачу, во-первых, минимизировать как медицинские риски, так и нравственные страдания, причиняемые ЭКО, а во-вторых, со всей строгостью осуществлять процедуру информированного согласия.

Откуда берутся дети? Социологи утверждают — из головы

Размышления бездетной — Честно говоря, я никогда не боялась, что в браке у меня не будет детей…

ЭКО – неоправданный риск? Главный педиатр России о последствиях «зачатия в пробирке»

Семейная проблема —Молодой женский голос попросил о встрече. – Вы нас венчали, батюшка. Три года назад. Помните?

Бездетный брак. Часть 1. Цель брака – спасение

Бездетный брак. Часть 2. Бездетность – дар Божий

Чудеса святой блаженной Ксении

Святая из нашего города

Мы поехали к святой блаженной Ксении…

Акафист святой блаженной Ксении Петербургской mp3

В современном обществе доля бесплодных браков достигает 30%. По России этот показатель в среднем равен 15%. Экстракорпоральное оплодотворение — один из самых перспективных методов для терапии бесплодия. Однако его использование в современном виде сопряжено с рядом этических проблем, не совместимых с нравственным чувством христианина. Целью данной статьи стали обзор современных достижений вспомогательных репродуктивных технологий, богословский анализ этических проблем этих технологий, обсуждение возможности применения некоторых методик с православной точки зрения.

ХХ век ознаменован многими открытиями, в том числе и в медицинской области. Некоторые из них дают возможность вмешиваться в сферы жизни, ранее недоступные человеку. Например, реанимация дает возможность отодвинуть время смерти. Пересадка органов, в том числе сердца, легких, стирает понятие принадлежности тела человека только одному субъекту. Коррекция пола по желанию человека изменяет генетическое определение о его способе существования с теми или иными гендерными признаками. Для лечения бесплодия в конце XX в. была разработана методика экстракорпорального оплодотворения. Ее применение меняет представление человека о способе воспроизведения потомства.

Возникает вопрос: насколько допустимо вмешательство медицины в такие сферы человеческой жизнедеятельности? Будет ли новая медицинская методика соответствовать словам Писания: «Дай место врачу, ибо и его создал Господь» (Сир. 39:12)?

Для ответа на этот вопрос невозможно формально обратиться к Церковному Преданию, поскольку подобных аналогов в прошлом не существовало. В связи с этим для выработки церковной позиции по рассматриваемому вопросу необходимо пользоваться современными исследованиями богословских наук.

К 2000 г. совместными усилиями православных богословов, врачей, биологов и прочих специалистов была сформулирована позиция, включенная в «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви» и выражающая церковное отношение к различным медико-социальным проблемам современности. Однако, принимая во внимание довольно значительный период истекшего времени, оказывается, что в настоящий момент церковная позиция по вопросу допустимости ЭКО в этом документе сформулирована не совсем однозначно. С одной стороны, декларируется, что «…пути к деторождению, не согласные с замыслом Творца жизни, Церковь не может считать нравственно оправданными»1. С другой стороны, из «Основ социальной концепции» следует, что использование не всякого метода вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) является греховным: «Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения, предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов»2.

Таким образом, существует потребность рассмотреть этические проблемы метода ЭКО и разделить их на те, которые принципиально не дают возможности христианину использовать этот метод, и те, которые в рамках икономии при рассмотрении Священноначалием, возможно, могут быть приняты православным сознанием.

Поскольку метод ЭКО подразумевает множество вариантов, то выделение несущественных проблем может дать возможность применять некоторые модификации метода ЭКО, а также использовать для лечения бесплодия другие варианты вспомогательных репродуктивных технологий.

Этические проблемы, возникающие при применении метода ЭКО, связаны с несколькими его составляющими:

  • получение половых клеток,
  • отсутствие связи зачатия с естественным представлением о супружеской близости,
  • получение избыточного количества эмбрионов и манипуляции с ними (элиминация, редукция, замораживание эмбрионов, преимплантационная диагностика),
  • использование половых клеток третьих лиц.

Кроме того, у ЭКО существуют дополнительные проблемы, которые относятся к последствиям метода: влияние на здоровье женщины, на здоровье рождающихся ЭКО-детей и влияние на общество в целом.

Этические проблемы ЭКО

1. Убийство лишних эмбрионов

Современный метод ЭКО осуществляется в так называемых стимулированных циклах, при этом у женщины забирается множество яйцеклеток, все из которых участвуют в дальнейшем оплодотворении. Следовательно, в руках эмбриолога оказываются множество человеческих эмбрионов, одних из которых он переносит женщине, другие же должны быть или уничтожены (элиминированы), или заморожены.

Православная антропология, основываясь на Священном Писании и святоотеческом предании, утверждает, что личность человека появляется с момента зачатия человека. Поэтому любые манипуляции с эмбрионами, намеренно приводящие к их гибели, являются убийством.

Как убийство может быть определен процесс заморозки излишних эмбрионов, т. к. вероятность рождения ребенка после заморозки эмбрионов уменьшается в 3 раза (Lin et al, 1995)3. Таким образом, современная техника ЭКО даже если не прямо уничтожает эмбрионы, то целенаправленно подвергает их опосредованной гибели.

Кроме того, при наступлении многоплодной беременности в результате ЭКО врачи настойчиво предлагают провести «редукцию лишних эмбрионов», находящихся в матке беременной женщины.

2. Получение половых клеток

Следующая ЭКО-ассоциированная этическая проблема связана со способом получения мужских половых клеток. Наиболее простым, дешевым методом является извлечение семени при помощи рукоблудия. Это является грехом и не может быть допустимо для православного человека.

Однако способы получения мужских половых клеток не ограничиваются вышеприведенным. В литературе описаны как врачебные манипуляции для получения семени, так и сбор семени в результате супружеского общения4.

3. Вмешательство в процесс оплодотворения третьей стороны

На особой значимости данной этической проблемы настаивает Римско-Католическая церковь. Одно из основных этических требований деторождения с ее стороны является то, что оно должно быть «результатом союза и личностных отношений супругов»5. Поэтому «акт деторождения, — пишет Э.Сгречча, — не имеющий телесного выражения, остается лишенным не биологического фактора (который воссоздается технологически при переносе гамет), а межличностного общения, которое во всей полноте и единстве можно выразить лишь в теле»6. Таким образом, Католическая церковь отвергает ЭКО, т. к. в процесс зачатия вторгаются третьи лица — эмбриолог, гинеколог и др.

Однако вышеприведенное понимание метафизической сущности зачатия отрывает богослова от реальных условий, в которых реализуются эти межличностные отношения. Эти условия есть те болезненные состояния, которые сопровождают супружескую пару и которые являются причиной бесплодия. Вмешательство третьей стороны — врача — является лишь воздействием на эти условия.

Поэтому недопустимость ЭКО на основании вторжения в межличностные отношения третьего лица не может считаться оправданной.

4. Донорство половых клеток. Суррогатное материнство

Понятие вмешательства в процесс оплодотворения третьих лиц может подразумевать и суррогатное материнство, а также использование половых клеток человека, не являющегося супругом или супругой.

Поэтому здесь необходимо указать, что данные разновидности вспомогательных репродуктивных технологий этически совершенно неприемлемы.

Использование сторонних половых клеток фактически разрушает брачный союз, давая возможность интимного соединения с посторонним человеком на уровне клеток.

Отрицательное отношение к донорству половых клеток и суррогатному материнству отражено в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви»7.

5. ЭКО как метод, который был разработан на многочисленных экспериментах, проводимых на эмбрионах

Данная этическая проблема ЭКО связана с историческим развитием метода. В 1934 г. было высказано предположение, что эмбрионы млекопитающих и человека способны нормально развиваться в условиях вне организма матери. После этого осуществлялись попытки зачатия «в пробирке» сначала животных, а затем и человека. Были проведены многочисленные эксперименты на человеческих зародышах, которые сопровождались смертью последних. Представить себе масштабы экспериментов можно, указав на тот факт, что рождение первого ЭКО-ребенка Луизы Браун удалось добиться только после 102 неудачных попыток переноса эмбрионов спустя десять лет исследований. Следует только предполагать о количестве принесенных в жертву человеческих эмбрионов, над которыми были проведены эксперименты, чтобы достичь первого успеха.

Возникает вопрос: этично ли для приобретения блага одной личностью пользоваться теми достижениями, которые получены при страдании другой личности?

Ответить на этот вопрос помогает латинское высказывание: «Non sunt facienda mala ut veniant bona»8. Еще большее значение оно получает применительно к человеку, который составляет максимальную ценность, здоровье и жизнь которого не могут быть принесены в жертву обществу без добровольного согласия самого человека9.

Однако в этом высказывании идет речь скорее о предполагающемся действии, ради которого надо в будущем нарушить принципы морали. Но если же результаты уже получены, и их получение никак не было связано с обществом, которое собирается их использовать (исследование не провоцировалось, не поощрялось, не было молчаливого согласия), т. е. результаты есть состоявшийся факт, то этически приемлемо использовать данные, способные улучшить жизнь других людей.

Стоит предполагать, что наличие в истории подобных прецедентов подтверждает этот тезис. Первый пример связан с нацистской Германией, где в концентрационных лагерях проводились опыты над людьми. Среди всех прочих заслуживают внимание опыты с гипотермией, когда человека погружали в холодную воду, а затем пытались его реанимировать. Было установлено, что шансы спасти человека резко увеличиваются, если в воду не погружается затылочная часть головы (отсутствие охлаждения ствола мозга и мозжечка). Зигмунд Рашер разработал на основании этого конструкцию спасательного жилета с воротником. При использовании его человек, находящийся в воде, держит голову на поверхности воды. Эту разработку используют сейчас во всем мире.

Следующий пример касается применения в нашей стране вакцин (против краснухи, гепатита, А, ветряной оспы), для изготовления которых используются ткани абортированного эмбриона. К примеру, вирус краснухи выращивается на эмбриональных клетках, полученных в результате аборта, произведенного в 1962 г. Недопустимость такого использования эмбриональных тканей подтверждено «Основами социальной концепции»10.

Неприемлемость с этической точки зрения применения таких вакцин увеличивается в связи с тем, что в ряде стран появились альтернативные вакцины, полученные на клеточных линиях животных (например, от краснухи — клетки кролика (производство Япония), против гепатита, А — клетке обезьяны (Япония)). Однако в России они не зарегистрированы и не закупаются. В связи с этим перед православным человеком встает непростая дилемма: проводить вакцинацию своих детей, избавляя их от тяжелых заболеваний, или отвергать все вышеперечисленные прививки из-за того, что когда-то они явились следствием греха какого-то человека.

Обсуждая этот вопрос, Церковно-общественный совет по биомедицинской этике Московского Патриархата и Общество православных врачей России приняли следующее положение. «Отказ от вакцинации против этих заболеваний может привести к возникновению эпидемий, угрожающих как отдельным гражданам, так и обществу в целом. В связи с этим при отсутствии альтернативы применение вакцин, изготовленных с использованием диплоидных клеток человека, полученных из абортированных плодов, следует рассматривать как меньшее зло, чем инфекции, от которых эти вакцины защищают. <…> Осознавая трагичность и противоречивость создавшейся ситуации, мы не можем не учитывать также и следующих положений: 1. Для вакцинации используются не сами эмбриональные ткани, а вирусы; 2. Греховные действия, в результате которых были получены диплоидные клетки человека, использующиеся сейчас для изготовления вакцин, были совершены несколько десятков лет назад и не носят повторяющегося систематического характера. При этом надо учесть также, что не было совершено преднамеренного умерщвления плода с целью получения диплоидных клеток»11.

Если перенести данную аргументацию на рассматриваемую этическую проблему, то можно провести определенную параллель. Как и культура диплоидных клеток, ЭКО был разработан много лет назад, его техника отработана и в настоящее время эксперименты на эмбрионах запрещены в большинстве странах. Кроме того, методика оплодотворения in vitro использует только результаты предыдущих экспериментов, но не сами абортивные ткани.

В связи с этим, несмотря на этическую небезупречность применения результатов экспериментов с эмбрионами, использование техники ЭКО и переноса эмбрионов может иметь место, т. к. служит для блага других людей.

6. Иные проблемы, ассоциированные с ЭКО

У метода ЭКО существуют дополнительные проблемы, которые относятся к последствиям метода: влияние на здоровье женщины, на здоровье рождающихся ЭКО-детей и влияние на общество в целом. Данные проблемы относятся как к этической области, так и к юридической, и к социальной. Их можно рассматривать как второстепенные, т. к. при надлежащем контроле и воздействии они могут быть скорректированы и устранены.

Исходя из рассмотренных этических проблем, абсолютно неприемлемыми, с точки зрения православной биоэтики, являются те методы вспомогательных репродуктивных технологий, которые связаны с убийством «лишних» эмбрионов:

  • элиминация и редукция (уничтожение) эмбрионов;
  • заморозка эмбрионов;
  • преимплантационная диагностика;
  • а также те, которые разрушают связь супругов «в единой плоти»: суррогатное материнство и донорство половых клеток.

Остальные этические проблемы (например, вмешательство третьей стороны — врача) могут быть расценены как врачебная помощь деторождению, модифицированы (например, сбор мужского семени не в результате рукоблудия, а при помощи других методов) или же взяты под надлежащий контроль (врачебное воздействие на последствия влияния процедуры на организм рождающегося ребенка, организм матери; государственный контроль недопустимости реализации ЭКО людям, не состоящим в браке и т. д.).

Отношение Православных Церквей к рассматриваемому вопросу

Одобрение ЭКО Православной Церковью следует из контекста применения «Основ Социальной Концепции Русской Православной Церкви» в рамках выработки отношения нашей Церкви к суррогатному материнству, а также из решения Синода Элладской Православной Церкви 2006 г.

1. Русская Православная Церковь

Несмотря на отсутствие конкретной позиции нашей Церкви по ЭКО в «Основах Социальной Концепции», на основании контекста применения XII главы «Основ…» можно видеть отсутствие категоричного запрета Русской Православной Церкви на ЭКО.

Это подтверждается следующим фактом. На заседании Священного Синода Русской Православной Церкви 25—26 декабря 2013 года велось обсуждение практики суррогатного материнства и возможности крещения детей, родившихся в результате него. Был принят документ «О крещении младенцев, родившихся при помощи «суррогатной матери»», в котором говорится следующее: «Допустимым средством медицинской помощи бездетным супругам Церковь считает искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, если это не сопровождается уничтожением оплодотворенных яйцеклеток, «поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений» (ОСК XII.4). Что же касается практики так называемого «суррогатного материнства», то она однозначно осуждается Церковью»12. Таким образом, Священный Синод осудил практику ЭКО не саму по себе, но лишь потому, что она связана с образованием и уничтожением «избыточных» эмбрионов.

Этот вывод подтверждает прот. Максим Козлов, член Библейско-богословской комиссии. В своем комментарии на указанный Синодальный документ он говорит: «При этом ЭКО Церковь не запрещает — за исключением случаев, когда речь идет о редукции, то есть об избавлении от «лишних» оплодотворенных яйцеклеток»13.

2. Элладская Православная Церковь

Элладская Православная Церковь при нежелании супругов смириться с бесчадием допускает возможность ЭКО и ПЭ при отсутствии производства лишних эмбрионов, их элиминации и донорства гамет. В рамках икономии сформулировано следующее положение документа Священного Синода: «Церковь должна усердно предлагать усыновление в качестве альтернативы для тех супружеских пар, которые по различным причинам не готовы смириться с бесплодием. Если это невозможно, то Церковь могла бы, в духе икономии, принять те методики оплодотворения, при которых не создаются лишние эмбрионы, не используются донорские гаметы и не уничтожаются эмбрионы. Например, Церковь могла бы принять соответствующее внутриматочное оплодотворение, таким образом рассматривая супружескую пару как страдающую общим заболеванием, при том условии, что оба супруга согласны и что вся процедура проводится в рамках вышеуказанных принципов. Церковь могла бы также принять вспомогательные репродуктивные технологии при использовании исключительно родительских гамет, оплодотворение стольких эмбрионов, сколько будет их перенесено в утробу матери»14.

3. Предварительные выводы

Экстракорпоральное оплодотворение может быть нравственно оправданным и допустимым методом терапии бесплодия для православного христианина, если не происходит убийства эмбрионов и не нарушается связь супругов «в единой плоти» даже на уровне половых клеток.

Тем не менее ЭКО меняет представление человека о способе воспроизведения потомства, позволяет производить выбор детей для беременности с желаемыми качествами. Этим открывается дорога к различным злоупотреблениям, начиная от выбора пола ребенка и цвета его глаз и заканчивая получением потомства одинокими матерями и однополыми парами. Данные последствия должны быть взяты под контроль государства. Однако не всегда законы следуют нормам морали. В связи с этим возникает опасность широкого использования ЭКО и его популяризации.

Поэтому было бы правильным в ходе плодотворной дискуссии вокруг текста XII раздела «Основ Социальной Концепции Русской Православной Церкви» квалифицированно с медицинской и нравственно-богословской точек зрения определить допустимые для православных христиан случаи применения технологии ЭКО.

Священник Роман Тарабрин

    1 Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. М.: Отдел внешних церковных связей Московского Патриархата, 2008. С. 135.

    2 Там же. С. 136.

    3 Цит. по D.Royere. Embryo characteristics and cryopreservation outcome // ESHRE Campus symposium Cryobiology & Cryopreservation of Human Gametes & Embryos Brussels, Belgium, 2004, p. 28. Электр. ресурс: http://www.eshre.eu/~/media/emagic%20files/SIGs/Embryology/Archive/Syllabus%20Brussels%202004.pdf. Дата обращения 03.04.14.

    4 Подробнее данный вопрос см. в статье: Тарабрин Р., свящ. К вопросу об этической оценке метода ЭКО с православной точки зрения в контексте последних достижений биомедицины. Электр. ресурс: http://www.bogoslov.ru/text/4007414.html. Дата обращения 18.06.14; а также в работе: Тарабрин Р., свящ. Репродуктивная технология ЭКО и ее оценки с позиций православной биоэтики в начале XXI в. Дипломная работа. Научный руководитель иерей Олег Мумриков, преподаватель МДАиС. На правах рукописи. Московская духовная академия. Сергиев Посад, 2014. С. 60–63.

    5 Э.Сгречча, В.Тамбоне. Биоэтика. Учебник. Перевод с итальянского, 2001. Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2002. С. 239.

    6 Там же. С. 241.

    7 Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. М.: Отдел внешних церковных связей Московского Патриархата, 2008. С. 134–135.

    8 С лат. «Нельзя творить зло, из которого бы выходило добро».

    9 Рассуждения по поводу проведения экспериментов на человеке см. в работе Э.Сгречча, В.Тамбоне. Биоэтика… Глава «Этика экспериментирования на человеке». С. 293–302.

    10 Основы социальной концепции… Глава XII, 7. С. 134–135.

    11 Совместное заявление Совета и Общества православных врачей России о проблемах вакцинации в России. http://bioethics.orthodoxy.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=109&Itemid=14. Дата обращения 23.04.14.

    12 Документ «О крещении младенцев, родившихся при помощи «суррогатной матери»»/

    Журнал заседания Священного Синода Русской Православной Церкви 25—26 декабря 2013 года (№ 158) / Электронный ресурс http://www.patriarchia.ru/db/text/3481024.html. Дата обращения 15.04.14.

    13 Максим Козлов, прот. Почему нужно каяться за суррогатное материнство? / Электронный ресурс: http://www.mpda.ru/site_pub/2021507.html Дата обращения 15.04.14.

    14 Перевод мой по англ. изданию документа на официальном сайте Элладской Православной Церкви. http://www.bioethics.org.gr/en/03_b.html#. Дата обращения 14.04.14.

АННОТАЦИЯ

В данной статье приводится обзор различных позиций относительно этичности проведения процедуры экстракорпорального оплодотворения, рассматриваются основные противоречия и моральные аспекты.

Ключевые слова: экстракорпоральное оплодотворение, ЭКО, моральные аспекты ЭКО, этические аспекты ЭКО.

Keywords: in vitro fertilization, IVF, moral aspects of IVF, ethical aspects of IVF.

Вопрос этичности экстракорпорального оплодотворения изучается уже несколько десятков лет, однако до сих пор нет единого мнения относительно всех аспектов процедуры ЭКО. Противоречия касаются как самой возможности зарождения новой жизни искусственным путем, так и дальнейшего развития и существования такого ребенка. Рассмотрим каждый из вопросов подробнее.

Этично ли давать начало новой жизни путем ЭКО? С одной стороны, право каждой женщины – родить ребенка, а право каждой семьи – воспитывать этого ребенка и быть счастливыми. Основанием этого права в рамках либеральной идеологии является естественно-биологическая функция деторождения. Создание новой жизни, каким бы то ни было путем, не столь порицается обществом и религией, как аборт, стерилизация или контрацепция. Это борьба не против человеческой жизни, а борьба за возможность ее возникновения .

С другой стороны, нельзя забывать и о последствиях такой процедуры: развитие получает лишь один эмбрион, остальные же подвергаются криоконсервации. Такие эмбрионы сохраняются на срок от 5 до 10 лет. Как поступать по истечении «срока хранения»? Обычная практика – уничтожение «лишних» эмбрионов, но иногда допускается их исследование в научных целях. На сегодняшний день принято прекращать развитие эмбриона на 14 дне .

Такой срок выбран неслучайно. По-прежнему ведется спор о сроке, на котором эмбрион можно считать человеком, и большинство исследователей сходятся во мнении, что это период до 14 дня развития (когда появляются элементы нервной системы). Другие же ученые считают, что эмбрион является человеком с самого первого этапа его развития: от момента оплодотворения.

Спор вокруг срока появления «человеческого» в зародыше продолжается до сих пор, ведь многие исследователи придерживаются мнения, что особенностью человека является способность чувствовать, его личностные и эмоциональные характеристики, а их появление возможно только при наличии мозга и нервной системы, которые развиваются ближе к 30 дню от момента оплодотворения.

Этично ли проводить манипуляции с эмбрионами на 14 или 30 день, если учесть тот факт, что даже естественная беременность не всегда заканчивается родами? Довольно большой процент беременностей, произошедших естественным путем, прерывается на ранней стадии. Означает ли это, что все прервавшиеся беременности обязательно были связаны с возникновением новой личности из каждого раннего эмбриона?

Следующий этический аспект – оценка жизнеспособности эмбриона. Безусловно, предимплантационная диагностика (проводится перед подсадкой в полость матки полученного «в пробирке» эмбриона) полезна с медицинской точки зрения, т.к. позволяет снизить риск неудачной имплантации и последующего рождения ребенка с генетическими отклонениями. Однако в ходе такого анализа устанавливаются не только серьезные, несовместимые с жизнью патологии, но и менее серьезные заболевания, а также пол ребенка. Это позволяет «выбирать» будущего ребенка по набору признаков, а в некоторых случаях и корректировать их .

Интересно, что несколько лет назад, во многих странах было распространено убеждение, что данная технология со временем приведет к обострению евгенических идей и дискредитирует людей с ограниченными возможностями .

В процедуре ЭКО немало спорных моральных аспектов. Так, обсуждается моральная сторона появления детей в бесплодной паре. С позиции многих религиозных деятелей, брак не всегда имеет целью рождение детей. В таком случае, необходимо смириться и не заводить детей при помощи ЭКО, а усыновить из приюта .

Еще большее отторжение вызывает идея проведения ЭКО незамужней женщиной – ребенок обрекается на проживание в неполноценной семье, что не может не повлиять на его психологическое состояние. Также спорным остается момент ЭКО при использовании донорского материала (например, при бесплодии мужа). В этом случае моральная сторона вопроса касается будущих взаимоотношений генетически не родных детей и родителей .

Более того, возможность зачатия ребенка от донора, освобождает самих доноров от какой-либо моральной ответственности за своих будущих детей. Возможное отношение таких детей к этому аспекту отношений тоже остается под вопросом.

Список литературы:
1. Бондаренко, В.В. Проблема ценностного статуса эмбриона в свете религиозно-философской парадигмы/ В.В. Бондаренко// Теология. Философия. Право. – 2017. — № 2. – С.23-43.
2. Гнатик, Е.Н. Генетическая инженерия человека: вызовы, проблемы, риски/ Е.Н. Гнатик. — М., 2009.
3. Харченко, Т.В. Морально-этические проблемы эмбриологии и перинатальной медицины. Взгляд врача/ Т.В. Харченко, М.А. Мурзакматов // Журнал акушерства и женских болезней. – 2004.- Т.LIII, № 3. – С.42-46.
4. Саввина, О.В. Дискурс о моральной оправданности и регулировании медицинских биотехнологий (на примере экстракорпорального оплодотворения)/ О.В. Саввина// Этическая мысль. – 2019. – Т. 19, № 1. – С.104-117.
5. Киященко, Л.П. Status praesens: проблема духовного, религиозного и этического в биомедицинских технологиях помощи пациентам с бесплодием/ Л.П. Киященко, Ф.Г. Майленова// Вестник Русской христианской гуманитарной академии. – 2018. – Т. 19, № 4. – С.145-157.
6. Церковь и мир. Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. — М.: Даниловский благовестник, 2000. — 188 с.
7. Вишев, И.В. Проблема жизнеутверждения: мировоззренческие альтернативы и естественнонаучные решения/ И.В. Вишев// Челябинский гуманитарий. – 2010. — № 4 (13). – С.79-84.

Москва. 20 сентября. INTERFAX.RU — В Русской православной церкви (РПЦ) призвали государство вывести экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО) из программы обязательного медицинского страхования (ОМС), назвав заявления о пересмотре позиции церкви в отношении этой процедуры преждевременными.

«Я надеюсь, что государство все-таки уберет ЭКО из финансирования по линии ОМС, и ЭКО перестанет быть таким средством, которое используется вместо лечения бесплодия», — сказал глава патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства священник Федор Лукьянов в эфире телеканала «Спас».

Он также напомнил, что церковь давно просит власти вывести аборты из программы ОМС, но встречает отказ.

«Мы видим совершенно четкую попытку сохранить это ужасное количество абортов в нашей стране. Почему? Ведь аборт — это причина бесплодия, а бесплодный человек — это клиент ЭКО», — считает отец Федор.

По его мнению, ЭКО — бизнес, который продвигается через медицинскую систему. «А мы знаем, что куда влезают интересы бизнеса, к сожалению, там часто забота о здоровье человека отходит на второй план», — отметил священник.

Рассуждая о «безабортивном ЭКО», он заявил, что вне зависимости от технологии процедуры лишь 7% подсадок оплодотворенных яйцеклеток успешны, а в 93% случаев эмбрион погибнет. В случае оплодотворения нескольких яйцеклеток остальные замораживаются, но, по словам главы патриаршей комиссии, «срок хранения детей заканчивается, и за хранение надо платить деньги». По его утверждению, сегодня в мире 20 млн таких «замороженных детей», и дальнейшая их судьба неизвестна.

«Что касается выступлений представителей духовенства на эту тему, я считаю, что любые заявления о пересмотре «Основ социальной концепции Русской православной церкви» преждевременны именно в области биотехнологий, в области, касающейся ЭКО и суррогатного материнства, потому что любая манипуляция медицинская должна иметь так называемый катамнез, то есть наблюдения в течение длительного времени истории этих рожденных с помощью ЭКО детей», — убежден отец Федор.

Также он рассказал об опасениях педиатров относительно детей, рожденных после процедуры ЭКО, и свидетельствах «многих медиков» о том, что такие дети — «другие по течению заболеваний, по психологии, у них есть серьезные отличия, не всем родителям это хочется признавать».

«В конце концов, надо понимать, что только после того, как мы будем иметь картину в течение 50 лет, можно будет что-то говорить», — заключил священник.