Герцен славянофил или западник?

Взгляды славянофилов сложились в идейных спорах, обострившихся после напечатания «Философского письма» Чаадаева. Славянофилы выступали с обоснованием самобытного пути исторического развития России, принципиально отличного от пути западноевропейского. Самобытность России, по мнению славянофилов, в отсутствии в ее истории классовой борьбы, в русской поземельной общине и артелях, в православии как единственно истинном христианстве.

Главную роль в выработке взглядов славянофилов сыграли литераторы, поэты и ученые Хомяков, Кириевский, Аксаков, Самарин. Видными славянофилами были Кошелев, Валуев, Чижов, Беляев, Гильфердинг, Ламанский, Черкасский. Близкими к славянофилам по общественно идейным позициям были писатели Даль, Островский, Григорьев, Тютчев, Языков. Большую дань взглядам славянофилов отдали историки и языковеды Буслаев, Бодянский, Григорович.

Средоточием славянофилов в 1840-х гг. была Москва, литературные салоны Елагиных, Свербеевых, Павловых, где славянофилы общались и вели споры с западниками. Произведения славянофилов подвергались цензурным притеснениям, некоторые из славянофилов состояли под надзором полиции, подвергались арестам. Из-за цензурных препон славянофилы долгое время не имели постоянного печатного органа, печатались преимущественно в журнале «Москвитянин». После некоторого смягчения цензуры в конце 1850-х гг. они издавали журнал «Русская беседа», «Сельское благоустройство» и газеты «Молва» и «Парус».

По вопросу о пути исторического развития России славянофилы выступали, в противовес западникам, против усвоения Россией форм западноевропейской политической жизни. В то же время они считали необходимым развитие торговли и промышленности, акционерного и банковского дела, строительства железных дорог и применения машин в сельском хозяйстве. Славянофилы выступали за отмену крепостного права «сверху» с предоставлением крестьянским общинам земельных наделов.

Философские воззрения славянофилов разрабатывались главным образом Хомяковым, Киреевским, а позже Самариным и представляли собой своеобразное религиозно-философское учение. Истинная вера, пришедшая на Русь из восточной церкви, обуславливает, по мнению славянофилов, особую историческую миссию русского народа. Начало «соборности» (свободной общности), характеризующее жизнь восточной церкви, усматривалось славянофилами в русском обществе. Православие и традиция общинного уклада сформировали глубинные основы русской души.

Идеализируя патриархальность и принципы традиционализма, славянофилы понимали народ в духе консервативного романтизма. В то же время славянофилы призывали интеллигенцию к сближению с народом, к изучению его жизни и быта, культуры и языка.
Идеи славянофилов своеобразно преломились в религиозно-философских концепциях конца XIX-начала XX века (Соловьев, Бердяев, Булгаков, Карсавин, Флоренский и др.).

Западники — направление русской антифеодальной общественной мысли 40-х годов XIX века, противостоящие славянофилам. Первоначальной организационной базой западников являлись Московские литературные салоны. Идейные споры в московских салонах изображены Герценом в «Былом и думах». В московский кружок западников входили Герцен, Грановский, Огарев, Боткин, Кетчер, Корш, Кавелин и др. Тесную связь с кружком имел живший в Петербурге Белинский, к западникам относился также Тургенев.

К общим чертам идеологии западников относятся неприятие феодально-крепостнических порядков в экономике, политике и культуре; требование социально-экономических реформ по западному образцу. Представители западников считали возможным установить буржуазно-демократический строй мирным путем – посредством просвещения и пропаганды сформировать общественное мнение и вынудить монархию на буржуазные реформы; они высоко оценивали преобразования Петра I.

Западники выступали за преодоление социальной и экономической отсталости России не на базе развития самобытных элементов культуры (как предлагали славянофилы), а за счет опыта ушедшей вперед Европы. Они акцентировали внимание не на различиях России и Запада, а на общем в их исторической и культурной судьбе.

В середине 1840-х гг. в среде западников произошел принципиальный раскол – после диспута Герцена с Грановским западники разделилось на либеральное (Анненков, Грановский, Кавелин и др.) и революционно-демократическое крыло (Герцен, Огарев, Белинский). Разногласия касались отношения к религии (Грановский и Корш отстаивали догмат о бессмертии души, демократы и Боткин выступали с позиций атеизма и материализма) и вопроса о методах реформ и пореформенного развития России (демократы выдвигали идеи революционной борьбы и построения социализма). Эти разногласия были перенесены и в сферу эстетики и философии.

На философские изыскания западников оказали влияние: на ранних этапах – Шиллер, Гегель, Шеллинг; позже Фейербах, Конт и Сен-Симон.

В пореформенное время, в условиях капиталистического развития западничество как особое направление в общественной мысли перестало существовать.

Взгляды западников получили развитие в русской либеральной мысли конца XIX-начала XX века.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

Западники и славянофилы – две ведущие противоборствующие силы в идеологии и философии России в середине XIX в.

Основное расхождение в их взглядах касалось судьбы России. Западники считали, что существует единый общечеловеческий путь развития, при этом западные народы здесь опередили все остальные. Россия идет но тому же пути, но несколько отстает.

Поэтому Россия должна учиться у Запада. Славянофилы же полагали, что у России свой собственный путь развития, связанный, в частности, с влиянием православия на русский народ (табл. 122).

Таблица 122

Западники и славянофилы

Вопросы полемики

Западники

Славянофилы

Философские предпосылки

идеализм Шеллинга и Гегеля

восточная (православная) патристика

Концепция мирового развития

существует единый общечеловеческий путь развития; (концепция глобального развития культуры)

у разных народов возможны различные пути развития; (концепция локальных культур)

Исторический путь России

Россия идет по тому же пути, что и Запад, но несколько отстает

у России свой особый путь развития, отличный от западного

Отношение к петровским преобразованиям

положительное: они ускорили общее развитие России

отрицательное: они «столкнули» Россию с ее собственного пути развития в сторону западного пути

Отношение к религии и церкви

в целом равнодушное

позитивное

Отношение к православию

критическое

положительное: видели в нем основу духовной и социальной жизни

Отношение к крепостному праву

негативное: избавиться от него можно, идя по пути просвещения и нравственного совершенствования дворян

негативное: избавиться от него можно благодаря освобождению крестьян «сверху», т.е. царской властью

Славянофилы

К числу виднейших славянофилов относились Алексей Степанович Хомяков (1804–1869), Иван Васильевич Киреевский (1806–1856), Константин Сергеевич Аксаков (1817–1860), Юрий Федорович Самарии (1819–1876).

Философские воззрения. По своим философским взглядам славянофилы были идеалистами-мистиками, сторонниками примирения религии и философии, разума и веры – но на базе христианско-православных воззрений. Соответственно, высшей формой познания они считали Откровение. Поэтому некоторые из них для подтверждения своих взглядов обращались к философии

Шеллинга (особенно последнего этапа – см. табл. 81) и выступали с критикой философии Гегеля. Важное место в их творчестве заняла и критика позитивизма – за его бездуховность и атеизм.

Социально-политические воззрения. Славянофилы критиковали отдельные стороны общественно-политической жизни России, высказывались за свободу слова и гласный суд, за освобождение крестьян «сверху» (с выкупом и небольшим наделом земли) и т.д. Но при этом они считали самодержавие исконной формой правления в России и наиболее подходящей для нее.

Для славянофилов характерна была идеализация исторического прошлого России (и в частности, допетровской Руси). Они полагали, что русская культура и политическая жизнь развиваются по собственному пути, отличному от западного. Особенность исторического пути России они связывали со спецификой «русского характера» (включающего в себя религиозность и аскетизм, смирение и покорность царю) и влиянием православия, основанного на учении восточных отцов церкви. Поэтому в своих работах они много внимания уделяли проблемам религии.

Они видели историческую миссию России в том, чтобы оздоровить Запад духом православия и русских общественных идеалов, помочь Европе в разрешении ее внутренних и внешних политических проблем в соответствии с христианскими принципами, т.е. мирным путем, без всяких революций.

Западники

К числу виднейших западников можно отнести того же П. Я. Чаадаева, а также Николая Владимировича Станкевича (1813–1840) и Тимофея Николаевича Грановского (1813–1855). Кроме того, идеи западников в определенном смысле нашли свое выражение в творчестве Виссариона Григорьевича Белинского (1811–1848) и, с определенными оговорками, Александра Ивановича Герцена (1812–1870).

В развитии русской философии XIX в. большую роль сыграл литературно-философский кружок, созданный Станкевичем в 1832 г. («кружок Станкевича») еще в бытность его студентом. Кружок просуществовал до 1837 г. В разное время в него входили Аксаков, Бакунин, Белинский и др. Основное внимание в этом кружке уделялось изучению немецкой классической философии.

Полагая, что Россия отстает от западноевропейских народов на общем для всего человечества пути развития, западники считали, что России необходимо усвоить европейскую науку и плоды просвещения, и в первую очередь западную философию, которая указывает человеку как цель жизни, так и путь к достижению этой цели. При этом Чаадаеву, Станкевичу, Грановскому и Белинскому в его молодые годы был ближе объективный идеализм Шеллинга и Гегеля, а Белинскому в зрелые годы и Герцену – материализм Фейербаха.

Западники мало интересовались религией и по ряду вопросов критиковали русскую православную церковь.

Все они высоко ценили политическую свободу, но при этом Чаадаев, Станкевич и Грановский были противниками революционных преобразований, и надежду на «смягчение нравов», отмену крепостного права, улучшение социальной жизни они связывали с распространением просвещения и реформами.

Белинский и Герцен считали, что преобразование социальной действительности должно идти революционным путем. Им были близки идеи утопического социализма, а Герцен в последние годы своей жизни развивал еще особую форму социализма – «крестьянского» (см. с. 606). Оба они оказали большое влияние на развитие революционных идей в России: Белинский – прежде всего своими статьями в журналах «Отечественные записки» и «Современник», а Герцен – деятельностью «Вольной русской типографии» в Лондоне.

Герцен А. И.

Биографические сведения. Александр Иванович Герцен (1812–1870) – писатель, революционер и философ. Незаконный сын богатого русского помещика И. Я. Яковлева, он рано осознал несправедливость этой жизни и, в частности, крепостного права. Уже в 14-летнем возрасте после казни декабристов вместе со своим другом II. П. Огаревым поклялся отомстить за казненных и вести борьбу с царизмом. В 1829–1833 гг. учился на физико-математическом отделении Московского университета, где познакомился с учениями социалистов. Вокруг Герцена и Огарева образовался кружок революционно настроенных студентов. В 1834 г. Герцен вместе с Огаревым был арестован и отправлен в ссылку, в 1840 г. вернулся в Москву, затем переехал в Петербург, в 1841 г. – новая ссылка (в Новгород). В 1842–1847 гг. жил и работал в Москве, где написал целый ряд острых публицистических статей, художественных и философских произведений. В это время он сблизился с западниками, особенно с Белинским и Грановским, участвовал в спорах со славянофилами.

В 1847 г. уехал за границу, где решил остаться для борьбы с царским правительством с помощью «вольного» слова. В 1853 г. в Лондоне основал «Вольную русскую типографию», в которой в 1855–1869 гг. издавал обозрение «Полярная звезда», а в 1857– 1867 гг. в сотрудничестве с Огаревым – политическую газету «Колокол», сыгравшую огромную роль в развитии революционных идей в России. В начале 1860-х гг. участвовал в создании революционной организации «Земля и воля».

Основные труды. «Дилетантизм в науке» (1843); «Письма об изучении природы» (1844–1846); «С того берега» (1848–1849); «Опыт бесед с молодыми людьми» (1858).

Философские воззрения. Воззрения на природу и историю. Философские воззрения Герцена па природу могут быть охарактеризованы как материализм с элементами диалектики. Познакомившись с учением Гегеля (еще в период первой ссылки), Герцен попытался «прочитать» Гегеля с материалистических позиций. Высоко оценивая гегелевскую диалектику как «алгебру революции», как философское обоснование необходимости революционного преобразования жизни, он критиковал Гегеля за идеализм, за то, что мысль или идея ставится над природой и историей.

Герцен считал, что философия призвана играть роль гармонизирующего начала жизни, но это возможно только в том случае, если она опирается на данные естествознания. В свою очередь, естественные науки, если не хотят оставаться набором разрозненных фактов, должны опираться на философию как свою методологическую и мировоззренческую основу.

Вслед за Гегелем историю философии Герцен рассматривал как закономерный процесс, но в отличие от Гегеля не считал этот процесс подготовкой к появлению гегелевской философии.

Социально-политические воззрения. В молодости Герцен по своим социально-политическим воззрения был близок к западникам, считая, что Россия идет по тому же общему пути развития, что и Европа. Но в годы эмиграции близкое знакомство с реальным положением дел на Западе, с ужасами капиталистического пути развития изменило его точку зрения. Особое влияние на него оказало при этом поражение революции в Европе 1848 г. Герцен пришел к выводу, что для России не обязателен капиталистический путь развития, да и не имеет смысла преодолевать все трудности этого пути для того, чтобы прийти к тем уродливым формам общественной жизни, которые воцарились на Западе.

Герцен: истоки и влияние

Схема 194. Герцен: истоки и влияние

Он считал, что Россия может миновать эти трудности и прямо прийти к социализму – благодаря тому, что в России в народном быту сохранилось больше черт, соответствующих социалистическим идеалам, чем в Европе. И самое главное, в России сохранилась крестьянская община и, соответственно, общинное землевладение. Если устранить государственный гнет над ней и помещичье землевладение, община получит свободное развитие, ведущее к справедливому устройству жизни, воплощающему социалистические идеалы («крестьянский социализм»), В таком переустройстве русской жизни важную роль может сыграть социалистическая идеология, получившая глубокую философскую разработку у мыслителей Запада.

Герцен допускал, что социалистические преобразования могут раньше произойти на Западе, и только вслед за этим и под их влиянием – в России. Но все-таки наиболее вероятным полагал, что они сначала произойдут в России.

Судьба учения. Революционная деятельность и социально- политическое учение Герцена оказали значительное влияние па воззрения всей русской интеллигенции второй половины XIX – начала XX в. и особенно на формирование всех русских революционеров, даже тех, кто не принял его концепцию «крестьянского социализма» (схема 194).

  • В XIX в. явными стали ужасы капиталистического развития (16-часовой рабочий день, тяжелые условия труда, эксплуатация детского труда, низкая заработная плата и т.д.). Все это привело к восстаниям и революциям (в частности, к революции 1848 г.). Именно поэтому многие русские мыслители, хорошо знакомые с положением дел на Западе, не хотели для России такого пути развития.
  • До отъезда Станкевича за границу для лечения.
  • Матерью Λ. И. Герцена была немецкая простолюдинка Луиза Гааг, увезенная Яковлевым из Штутгарта; прожив с Луизой до конца своей жизни, он так и не женился на ней.
  • Сначала в Пермь, Вятку, затем во Владимир.

ЗАПАДНИЧЕСТВО – течение русской общественно-политической мысли, окончательно оформившееся в 40-х гг. 19 в. в полемике со славянофильством. Выступая за преодоление исторической отсталости России от стран Западной Европы, сторонники западничества отстаивали необходимость развития России в направлении, пройденном или указанном западной цивилизацией.

Западничество с момента своего возникновения не представляло собой цельного мировоззрения, а разделялось на несколько потоков в рамках единого течения общественно-политической мысли. Родоначальником западничества явился П.Я.Чаадаев, как никто другой ясно сформулировавший в 30-х гг. 19 в. антитезу России и Запада. По своим убеждениям Чаадаев времен «Философических писем» был консервативным романтиком. Отсюда его пессимизм в отношении возможностей догоняющего типа развития, возможностей наверстать упущенное и утраченное в рамках цивилизационного выбора (в пользу восточного христианства, восточного деспотизма и т.д.), совершенного в свое время Россией. Проблема состояла в том, что гонка, по мысли Чаадаева, разворачивалась на поле культуры и простое заимствование чуждых отечественной почве идей, моделей поведения, а тем более технологических инноваций в целом не решало проблемы. Развитие, по Чаадаеву, предполагает наличие элемента органичности, преемственности, о котором в подобной ситуации не могло быть и речи. Во втором из «Философических писем» Чаадаев как бы мимоходом замечает: «…Если допустить, что мы смогли бы… добыть себе недостающие нам знания, откуда нам взять живые традиции, обширный опыт, глубокое осознание прошлого, прочные умственные навыки – все эти последствия огромного напряжения всех человеческих способностей, а они-то и составляют нравственную природу народов Европы и дают им подлинное превосходство». Парадоксальность воззрений Чаадаева состояла в том, что, будучи апологетом европейской истории и культуры (именно истории, поскольку современная ему Европа мало походила на созданный им идеальный образ Европы строгой иерархии, католического универсума и т.д.), он с явным пренебрежением относился к истории собственной страны. К парадоксам его мировоззрения можно отнести консерватизм без консервации (в России в институциональном и духовном планах просто нечего консервировать), органицизм без органичности и т.д. Все эти противоречия не могли быть устранены в рамках западнического мировоззрения. Не случайно поэтому Чаадаев оказался одинокой фигурой в ряду отечественных западников, а консервативный романтизм стал вскоре после издания его «Философического письма» отличительной особенностью противостоящего западничеству идейного течения – славянофильства.

Подлинной «лабораторией» западничества стал организованный в 30-х гг. 19 в. Н.В.Станкевичем философский кружок, объединивший в своем составе такие фигуры, как В.Г.Белинский, М.А.Бакунин, А.И.Герцен, Т.Н.Грановский, В.П.Боткин и др. Однако в полный голос западничество заявило о себе в 1840 с выходом в свет статей Белинского под общим заглавием «Россия до Петра Великого», ставших своего рода манифестом российского западничества. Другими работами, которые с полным правом могут быть отнесены к числу программных для всего западнического направления общественно-политической мысли, стали магистерская диссертация К.Д.Кавелина «Взгляд на юридический быт Древней России» (1847), а также статьи Грановского и Боткина. Западники резко (и не всегда обоснованно) критиковали славянофилов за противопоставление исторических путей Западной Европы и России, за идеализацию ими старых порядков, патриархальных устоев и общинного быта, выступая при этом в качестве поборников идеалов европейского просвещения – индивидуальной свободы и общественного прогресса. По их мнению, реформы Петра не прервали русской исторической традиции, но способствовали принятию Россией «плодов гражданственности и просвещения» (Кавелин), перенесли на русскую почву идеалы европейской цивилизации – «живую веру в прогресс… сознание человеческого достоинства» (Белинский).

Философскую основу западничества составляло левое гегельянство. При этом, однако, западниками решительно отвергался гегелевский объективизм и панлогизм. Признавая объективный характер естественноисторического процесса, западники подчеркивали его векторный характер, однонаправленность. История в этом свете становилась своего рода воплощением идеи прогресса. Конечной целью истории провозглашалось создание таких общественных отношений, которые обеспечат свободу и гармоничное развитие человеческой личности. Отсюда вытекали негативные оценки российского самодержавия как препятствия на пути социального прогресса, осуждение крепостничества, неприятие идеологии «официальной народности» и т.д.

Вместе с тем уже в начале 1840-х гг. выявилась неоднородность российского западничества. В среде западников возникает полемика по целому ряду социально-политических проблем, вокруг вопросов эстетики, философии. В результате внутри западничества оказались довольно четко очерчены два основных потока – революционно-демократический и либеральный. К числу представителей первого в отечественной историографии относят Белинского, Герцена и Н.П.Огарева, ко второму, более многочисленному, причисляют Грановского, В.Ф.Корша, Кавелина, Боткина, Н.X.Кетчера, П.В.Анненкова, И.С.Тургенева и др. Окончательный разрыв произошел на рубеже 40–50-х гг. 19 в. Смерть Белинского означала потерю того связующего звена, которое объединяло различные группы западников, а поражение революций 1848–49 гг. в Европе, сопровождавшееся попранием демократических принципов и торжеством буржуазного «мещанства», заметно поколебало оптимистическую веру западников в разумность и поступательность хода истории. Десятилетие спустя западничество как самостоятельное направление общественно-политической мысли России себя практически полностью исчерпало.

Наследниками западников с равным на то основанием стали считать себя в 1860-х гг. и революционные демократы, исходившие из необходимости построения социализма на развалинах существующего строя, и представители либерального лагеря, идеалом которых стали общедемократические реформы и построение правового государства. В последней трети 19 в. понятие «западничество» приобретает более широкое толкование – с одной стороны, как характерная черта мировоззрения ряда российских государственных и общественных деятелей либерального толка, с другой – как специфический элемент мировоззренческой ориентации представителей российской социал-демократии. Значение этого понятия как характерной черты мировоззрения отечественных либералов сохраняется по сей день.

Литература:

1. Западники 40-х гг.: Н.В.Станкевич, В.Г.Белинский, А.И.Герцен, Т.Н.Грановский и др. М., 1910;

2. Кошелев В.А. Общественно-литературная борьба в России 40-х гг. 19 в. Вологда, 1982;

3. Щукин В.Г. Русское западничество 40-х гг. 19 в. как общественно-литературное явление. Краков, 1987;

4. Кара Мурза А.А. Что такое российское западничество? – «Полис», 1993, № 4;

5. Западники

К западникам относятся выдающиеся мыслители — В.Г. Белинский (1811 1848), Н.Г. Чернышевский (1828–1889), Н.А. Добролюбов (1836–1864), Д.И. Писарев (1840–1868), А.И. Герцен (1812–1870). Это талантливые литературные критики, философствующие публицисты, общественные деятели. Западники прошли поучительную школу немецкой классической философии и французского Просвещения. После глубокого увлечения гегельянством русские философы, не без влияния Л. Фейербаха, повернулись к материализму, стремясь, однако, сохранить диалектический метод Г. Гегеля . Они полагали, что сознание есть свойство не всей, а лишь высокоорганизованной материи — мозга. (Выдающаяся роль в исследовании функций мозга принадлежит русскому физиологу И.М. Сеченову, на труды которого опирался, в частности, Н.Г. Чернышевский.) Среди западников в философском отношении особо выделяются Герцен и Чернышевский. Николай Гаврилович Чернышевский, испытавший сильное влияние воззрений Л. Фейербаха, уделял большое внимание антропологической философии, дополняя ее социальными, этическими и, что очень важно, экономическими аспектами: для человека очень существенны реальные условия его бытия. В области этики Чернышевский проповедовал знаменитую идею «разумного эгоизма», и поныне рождающую споры. В области эстетики (о чем он написал свой труд «Об эстетическом отношении к действительности») Чернышевский рассматривал художественное творчество и категории прекрасного. Согласно Чернышевскому, «прекрасное — это жизнь». Поэтизация самого факта жизни во всем ее разнообразии — существенный аспект в философских воззрениях мыслителя. Чернышевский жестоко пострадал на каторге за свои политические убеждения и выступления.

Александр Иванович Герцен в своем мировоззрении прошел сложный и внутренне противоречивый путь. Его идейное развитие — это духовная драма, процесс очарований и глубоких разочарований вплоть до пессимизма. Он был не согласен с идеологией славянофилов, увлекался западноевропейскими философскими концепциями. В своих изданиях — альманахе «Полярная звезда» и газете «Колокол» — он выступал против крепостничества и царизма, выдвигая общедемократические требования — освобождение крестьян с землей, общинное землевладение и уничтожение цензуры. Провозглашая идеалом не какой-либо абстрактно-логический момент в жизни абсолютной идеи, но справедливо устроенную жизнь, Герцен, например, отмечал, что природа и человеческая история вечно и непрерывно изменяются, что они «течение, перелив, движение», причем движение происходит посредством борьбы двух противоположных тенденций (или стремлений) — возникновения и разрушения. Касаясь проблемы личности, Герцен утверждал, что она теперь становится центральной: личность — вершина исторического мира, к ней все примыкает, ею все живет.

Общефилософские проблемы, занимавшие интересы Герцена, — это единство бытия и мышления, жизни и идеала, поиски метода, в котором гармонично сочетались бы эмпирический и рациональные приемы человеческого ума. Он стремился обосновать закономерность движения человечества по пути к свободному от антагонизмов обществу. По Герцену, грядущий мир есть царство разума, он как бы подытожит и воплотит разумные начала всей предшествующей истории: реалистическое преклонение перед природой и принципы суверенности личности, свободы духа, развитые в первоначальном христианстве. Он ратовал за снятие крайностей материализма и идеализма. В молодости он был глубоко верующим, впоследствии разделял идеи атеизма, говоря точнее, находился в поисках и колебаниях в этом вопросе. Герцен уделил особое внимание взаимоотношению личности и общества; он критиковал как буржуазный индивидуализм, так и уравнительные коммунистические утопии. Размышляя над проблемой свободы и необходимости, он стремился избежать крайностей и фатализма, и волюнтаризма, пытался осмыслить историю как «свободное и необходимое дело», развивал идею единства среды и личности, исторических обстоятельств и человеческой воли.

Герцен с глубоким интересом воспринимал идеи социализма, например, высоко ценил труды К.А. Сен-Симона, П.Ж. Прудона и др. Он исходил из того, что пути к социализму многообразны и зависят от исторически сложившихся форм общественной жизни и культуры. Относительно России он считал, что для нее наиболее приемлем крестьянский социализм, так как русская деревенская община содержит его зачатки. Хотя Герцен верил в идеи социализма, но не рассматривал его как окончательную и совершенную форму общественного устройства, при этом от методов революционного преобразования он склонялся все же к реформистским путям совершенствования общества. В своем произведении «С того берега» он поставил резонный и мудрый вопрос: «Где лежит необходимость, чтобы будущее разыгрывало нами придуманную программу?» Другими словами, какие существуют объективного характера ручательства в том, что идеалы социализма осуществимы?

В области философии истории в фокусе его внимания была проблема сущности социальных законов, которые осмысливались как переплетение стихийного хода истории, т. е. бессознательного начала в историческом потоке, и сознательной деятельности индивидов и общества в целом в виде развития научного знания. Герцен боролся за просвещение масс, подготавливающее их к социальному перевороту. Но после поражения революции 1848 г. он существенно пересмотрел некоторые основные положения своих социально-философских воззрениях, в частности, отказался от идеи разумности хода истории, подверг резкой критике различного рода социальные утопии и романтические иллюзии. В своей критике западноевропейской цивилизации Герцен дошел до скептицизма, ставя под сомнение способность человеческого разума понять и предвидеть направление исторического развития. Он пришел к выводу о возможности для России иного, отличного от западноевропейского пути развития, рассматривая общину как основу для такого развития, видя в мирской сходке эмбрион, из которого должна произойти самая широкая общественность. Он возвел фундамент для позднейшего русского народничества. Но чем дальше, тем все больше он чувствовал, что Россия заражается «буржуазной оспой».

Последним словом социально-философских воззрений Герцена явились письма к М.А. Бакунину, направленные против крайностей его революционной теории: призывов к уничтожению государства, немедленному социальному перевороту, требований не «учить народ», а «бунтовать его». Герцен говорит теперь уже так: нельзя звать массы к такому социальному перевороту, потому что насилием и террором можно только расчищать место для будущего, но не создавать новое. Для социального созидания необходимы «идеи построяющие», нужна сила, нужно народное сознание. «Нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены внутри» .

По мнению С.Н. Булгакова, все сознаваемые страдания Герцена имели источником позитивизм и атеизм. Но при всех своих позитивно-атеистических воззрениях, Герцен был постоянно занят вопросами религиозного сознания — о смысле жизни, истории и т. д. — карамазовскими вопросами. Но, как и Карамазову, Герцену суждено было испытать не радость положительного разрешения этих великих и страшных вопросов, а горечь сознания их неразрешимости. Он искал и не нашел; однако истинная религиозность состоит именно в искании. Со всепобеждающей силой внутреннего переживания значение религии на русской почве было показано Ф.М. Достоевским, а позднее Вл. Соловьевым с помощью логической аргументации, опирающейся на философию идеализма. Поэтому можно сказать, что Герцен, хотя и кружным путем, более отрицательным, чем положительным, ведет к… Достоевскому и Соловьеву. В нем дорог нам не только народный трибун, герой освободительной борьбы, но и один их провозвестников грядущего религиозного возрождения . Отношение к христианству у Герцена было противоречиво-поисковым. Заслуживает упоминания, что к Евангелию он всегда сохранял необычайно теплое чувство.

Влияние его личности на движение русской интеллигенции сказывалось десятки лет.