И кант философия

Введение

ИммануилКант (1724-1804 гг.) — родоначальник немецкойклассической философии, великий немецкийфилософ, внесший неоценимый вклад вразвитие мировой философской мысли. Вцентре внимания философского творчестваИ.Канта — человек с его сущностнымиспособностями. «Чтоя могу знать, что я должен делать, на чтоя могу надеяться?»- такформулирует философскую триаду впознании человека сам И.Кант.

Вфилософском творчестве И.Канта можновыделить два основных этапа:

«докритический»период(1746-1781);

«критический»период(1781-1804).

В»докритический»происходитстановление И.Канта как мыслителя.Принципиальной особенностью данногопериода является обращение И.Канта кестествознанию, что являлось новациейдля немецкой философии XVIII в. Крупнейшейработой этого периода является «Всеобщаяестественная история и теория неба»(1755), вкоторой И.Кант обосновывает происхождениеСолнечной системы из холодной туманности.Идея И.Канта затем в наиболее разработанномвиде предстала как теория Канта-Лапласа.

Втечение этого периода И.Кант пишетбольшое число работ, посвященныхразличным вопросам, в том числе «Грезыдуховидца, поясненные грезами метафизика»(1766), вкоторой с позиций рационализма критикуетшведского философа-иррационалистаЭ.Сведенборга. К этому же периодуотносятся: работа о лиссабонскомземлетрясении (1765), «Наблюдениенад чувством прекрасного и возвышенного(1764), три диссертации, защищенные И.Кантом(первая посвящена проблеме огня, втораяназывалась «Опринципах метафизического познания»,атретья, профессорская, «Офизической монадологии»).

Однаконе эти работы создали И.Канту мировуюизвестность и репутацию одного изсветлейших умов человечества, а работы»критического»периодаи прежде всего «Критикачистого разума»(1781) вкоторой рассматривается способностьчеловека к теоретическому познанию,»Критикапрактического разума»(1788(, решающаяпроблемы этического действия и «Критикаспособности суждения»(1790), рассматривающаяпроблемы целесообразности, сужденийвкуса.

«Критикачистого разума»

Вцентре внимания «Критикичистого разума»человекв его одной из основных способностей -способности к познанию, к теоретическомумышлению. И задача первой критики состоитв исследовании этой способности. Тоесть «Критикойчистого разума»И.Кантотвечает на первый вопрос своей известнойтриады — «Чтоя могу знать?»

Чтоже представляет собой панорамафилософского знания времен И.Канта,рассмотренная глазами уже «критическогофилософа»?

Этопрежде всего «догматические»учения,пытающиеся представить картинумироздания, исходя из достаточнопроизвольно взятых постулатов (Декарт,Спиноза, Лейбниц, Вольф и др. и «скептики»влице Давида Юма, обосновывающегоневозможность научного познания в связис невозможностью ни интуитивного, нилогического, доказательного обоснованияпричинности.

И.Кантв «Критикечистого разума»пытаетсярассмотреть саму возможность теоретическогопознания, рассмотреть мыслительныйинструментарий познания, а не полученныес его помощью результаты, истинностькоторых по И.Канту проблематична до техпор, пока мы не исследуем сами познавательныеакты. И.Кант ставит принципиальныйвопрос, резко меняющий само направлениефилософского поиска: «Каквозможна философия как строгая наука?»,чтопозволяет философии вводить и оперироватьтакими метафизическими сущностями как»Бог»,»душа»,»вечность»,»свобода»идр. как истинными?

Вэтом плане он анализирует способностичистого, теоретического разума, т.е.наука есть прежде всего теоретическоезнание: разум должен взяться «засамое трудное из своих занятий — засамопознание и учредил бы суд, которыйбы подтвердил справедливое требованиеразума, а с другой стороны, был бы всостоянии устранить все неосновательныепритязания — не путем приказания, аопираясь на вечные и неизменные законысамого разума. Такой суд есть не чтоиное, как критика самого разума».

Побудительныммоментом к изысканиям И.Канта послужилскептицизм Давида Юма. Не многообразиеметафизических систем, а гносеологическоезатруднение, присущее всем им и вскрытоеЮмом послужило точкой дальнейшегоразвития философского знания. Реализовалсяодин из конституирующих моментов всегофилософского знания немецкой классическойфилософии в частности: философиявыступила как критика, в данном случаекак критика самой себя и тем самым тойдействительности, которую она представляла.»Яохотно признаюсь, — писал И.Кант в»Пролегоменахво всякой будущей метафизике, могущейвозникнуть в качестве науки»,вышедшихв свет в 1783 г. — указание Давида Юма былоименно тем побуждением, которое впервые- много лет назад — прервало моюдогматическую прямоту и дало моимизысканиям в области умозрительнойфилософии совершенно иное направление,но я далеко не за ним в его заключениях,явившихся только вследствие того, чтоон не представил себе своей задачи в еецелостности, а попал лишь на одну еечасть, отдельное исследование которойне может привести ни к какому результату.Когда начинаешь с основательной, хотяне выполненной мысли, доставшейся намот другого, то можно надеяться припродолженном размышлении довести делодальше, чем докуда дошел проницательныйчеловек, которому мы обязаны первойискрой этого света».

Обозреваяобразцы человеческого духа, И.Кант видитлишь несколько способных претендоватьна всеобщность и достоверность своегознания, то есть претендовать на статуснаучности: это математика и теоретическоеестествознание. Следовательно, мыслитИ.Кант, нужно вскрыть ту основу, котораяделает математическое знание всеобщими достоверным, а затем применитьполученное знание в качестве критериянаучности метафизики, то есть философии.

Всвязи с этим И.Кант формулирует основныевопросы своего исследования:

1.Как возможна чистая математика?

2.Как возможно чистое естествознание?

3.Как возможна метафизика вообще?

4.Как возможна метафизика как наука?

Прежде,чем приступить к изложению аргументацииИ.Канта, следует охарактеризовать тусистему понятий, которой пользуетсяИ.Кант в своем анализе и которые благодаряИ.Канту вошли в философский инструментарийкак необходимые и используемые какбазисные современной философскоймыслью.

1.Априорный от apriori — доопытный, существующийдо всякого опыта. Знание, предшествующееопыту и независящее от него.

2.Апостериорный от aposteriori — черпаемый изопыта, получаемый вследствие опыта.Знание, получаемое в результате опыта.

3.Трансцендентальный — относящийся ксфере априорного, доопытного. Относящийсяк априорным условиям опыта.

4.Трансцендентный — находящийся вне сферытрансцендентального, то, что находитсяза границей возможного опыта.

Обосновываясвою концепцию, И.Кант прежде всегоставит естественный вопрос: в какойформе возможно человеческое теоретическоезнание? И отвечает на этот вопрос так:конечно же в форме понятий, образующихв связи между собой суждение. Суждениеесть такая связь понятий, по отношениюк которой может быть определена истинностьили ложность. Например, знание о том,что снег бел фиксируется в суждении:»снегбел»иэто суждение является истинным.

И.Кантвслед за Г.Лейбницем, выделяет два типасуждений, в которых и существует знание:

1.аналитические суждения — только поясняющиеи не прибавляющие ничего к содержаниюпознания, то есть суждения содержащиев предикате то, что уже содержится всубъекте. Кантовский пример: «всетела протяженные»,тоесть понятие «протяженность»включаетсякак неотъемлемое в понятие «тело».

2.синтетическиесуждения, то есть суждения, расширяющиенаши познания, когда предикат не можетбыть выведен непосредственно из субъекта,а расширяет, дополняет наше знание осубъекте: например, «некоторыетела имеют тяжесть».

Суждениямогут быть охарактеризованы и поисточнику их происхождения:

-априорные суждения имеют своим источникомсам разум человека и не связаны с опытом,например: «всеимеет свою причину».Знаниео том, что все и каждое явление имеетсвою причину по И.Канту не может возникатьиз опыта, так как в опыте нам даны не всеявления, а лишь некоторая их часть и,следовательно, данное обобщение имеетлишь вероятностую характеристику, еслионо делается в результате опоры наопытные данные, либо оно опирается навсеобщие структуры, находящиеся внечувственного опыта, то есть в самомразуме, и тем самым однозначно имеетхарактеристики истинности и всеобщности.

-апостериорные суждения, возникающие врезультате чувственного опыта. Знаниео том, что снег бел не содержится ни вусловиях нашего опыта, ни в самом понятии»снег».Следовательнооно может быть получено только врезультате опыта и суждение «снегбел»являетсяапостериорным синтетическим суждением.

Подводянекоторые итоги, можно сказать, чтоцелью «Критикичистого разума»являетсяпопытка доказать, что 1) наше познаниеявляется единством эмпирического иаприорного, 2) хотя никакое наше знаниене может войти за пределы опыта, тем неменее оно частично априорно, не выводитсяиндуктивно из опыта и именно априорная»часть»познанияявляется гарантом всеобщности идостоверности нашего знания.

Врезультате, по И.Канту, любое теоретическоезнание, претендующее на статус научностидолжно состоять из априорных синтетическихсуждений, и метафизика (философия), еслихочет быть наукой, должна строитьсяименно так, по аналогии с «образцаминаучности»- математикойи чистым естествознанием.

Какже И.Кант доказывает синтетическийхарактер суждений в арифметике? «Сначаламожно подумать, что положение 7 + 5 = 12есть простое аналитическое положение,следующее из понятия суммы семи и пятипо закону противоречия. Но при ближайшемрассмотрении оказывается, что понятиесуммы 7 и 5 не содержится ничего, кромесоединения этих двух чисел в одноединственное, причем вовсе не мыслится,какое именно это единственное число,обнимающее собою оба два… Нужно выйтиза предел этих понятий и взять в помощьсозерцание, соответствующее одному изобоих чисел, хотя бы свои пять пальцевили пять точек…, и затем прибавлятьпоследовательно единицы данных всозерцании пяти к понятию семи. Такимобразом наше понятие действительнорасширяется этим положением 7 + 5 = 12, и кпервому понятию прибавляется другоеновое, которое в нем вовсе не мыслилось,другими словами, арифметическое положениевсегда синтетично…»

Иматематическое и любое другое научноепознание из чистого разума предполагаетналичие синтетических априорныхсуждений. И Кант прямо формулирует этуосновную проблему своей философии:»Итак,настоящая задача, от которой все зависитс школьной точностью, такова: Как возможнысинтетические положения apriori?»

Первойчастью «Критикичистого разума»,посвященнойдоказательству возможности чистойматематики, является: «Трансцендентальнаяэстетика».

И.Кантсчитает, что математическое знаниеосновывается на чистом созерцанииаприори. Но как можно, созерцать, напримертреугольник или число 5 в виде пяти точекдо опыта с реальными треугольникамиили пятью предметами? И.Кант отвечаетна этот вопрос так: «еслииз эмпирических созерцаний тел и ихизменений (движения) исключить всеэмпирическое, именно, принадлежащее кощущению, то останутся только пространствои время, которые суть таким образомчистые созерцания, лежащие apriori восновании эмпирических, и поэтому самиони не могут никогда быть исключены; ноименно то, что они суть чистые созерцанияapriori, доказывает, что они суть голыеформы нашей чувственности, которыедолжны предшествовать всякомуэмпирическому созерцанию».

Тоесть пространство и время по И.Канту -это не характеристики самих предметов,а присущие нам, нашему сознанию,внутренние, доопытные формы их чувственноговосприятия, через которое мы только иможем чувственно воспринимать мир,которые присутствуют в любом конкретномакте чувственного познания и на которые»опирается»разум,а не на эмпирически данные предметы,при создании арифметики и геометриикак науки.

Такимобразом геометрия как наука опираетсяна такую априорную форму чувственностикак пространство, а арифметика — навремя.

В»Трансцендентальнойэстетике»И.Кантвводит одну из основных категорий своейфилософской системы — «вещьв себе».Исходяиз всего вышесказанного можно сделатьвывод, что любая вещь воспринимаетсянами в чувственном опыте через призмуаприорных форм чувственности, то естьчерез призму наших собственныхособенностей, а не так, как она есть самапо себе.

Этоположение кантовского учения в дальнейшемподвергалось острой критике как состороны материализма, упрекавшегоИ.Канта в агностицизме, непознаваемости,»вещив себе»кактаковой, так и со стороны субъективногоидеализма, видевшего в кантовской «вещив себе»уступкуматериализму. Тем не менее следуетсказать, что позиция И.Канта по этомувопросу является весьма последовательнойи аргументированной, вытекающей изсамой логики размышлений И.Канта, а нерезультатом простой «уверенности»всуществовании предметов внешнего мира,опирающейся во многом на так называемый»здравыйсмысл»илирезультатом безоглядного скептицизма,являющегося по мнению самого И.Кантаследствием необоснованности метафизическихпредложений.

СамИ.Кант прекрасно понимал создавшуюсяситуацию и даже предвидел направлениякритики в свой адрес: «Ябы очень хотел знать, каковы же должныбыть мои утверждения, чтобы не содержатьв себе идеализма. Без сомнения, я долженбыл бы сказать, что представленияпространства не только соответствуютотношению нашей чувственности к объектам(ибо это-то я сказал), но что этопредставление даже вполне подобносамому объекту; такое утверждение,однако, для меня также несомненно, каки то, что ощущение красного, например,имеет подобие со свойствами киновари,возбуждающей во мне это ощущение»3.Идалее: «Отсюдалегко отразить ничтожное возражение,которое я предвижу, именно, «чточерез идеальность пространства и временивесь чувственный мир превратился бы вчистый призрак».

Следующийраздел «Критикичистого разума»посвященобоснованию априорного характератеоретического естествознания иназывается «Трансцендентальнойаналитикой».

Основаниеместественной науки И.Кант считаетположения, носящие всеобщий характери не возникающие непосредственно изопыта.

Чувственноевосприятие по И.Канту всегда субъективнои не составляет опыта в подлинном смыслеэтого слова, поэтому в опыте всегдадолжно присутствовать нечто большее,чем чувственное восприятие, то, чтоконституирует сам опыт как имеющийобъективное значение из отношения квещам как предметам опыта. «Поэтомучистые рассудочные понятия суть те, подкоторые должны быть подведены всевосприятия, прежде чем им сделатьсяопытными суждениями, представляющимисинтетическое единство восприятий какнеобходимое и общезначимое».

И.Кантприводит такой пример: если мы рассматриваемосвещение камня солнечным светом, тоесть «лежитна солнце»ичувствуем, что камень нагревается, тоэто простое чувственное восприятие,полностью субъетивное и не имеющеестатуса опыта. Нас абсолютно не интересует,связаны ли эти два явления между собойили нет. Мы только констатируем результатычувственного восприятия как бы простоперечисляемые «череззапятую».

Чтобынаше чувственное восприятие приобрелостатус опытного оно должно включатьеще и такую компоненту как понятияпричинности, причиненной связи, то естьчистые рассудочные понятия.

ПоИ.Канту, если мы не будем иметь понятийпричины и следствия в самом нашемрассудке. до всякого возможного опыта,то мы никогда не выявим, не заметим этойсвязи между чувственными восприятияминашего опыта.

И.Кантдает следующую таблицу категорий,рассудочных понятий, под которыеподводятся все данные опыта:

Трансцендентальнаятаблица рассудочных понятий

Поколичеству

Единство(мера)

Множественность(величина)

Всеобщность(целое)

Покачеству По отношению

РеальностьСубстанция

ОтрицаниеПричина

ОграничениеВзаимодействие

Помодальности

Возможность

Существование

Необходимость

Такимобразом, по И.Канту человеческий опытимеет два «ствола»:чувственныйи априорный. И хотя никакое ваше знаниене может выйти за пределы опыта, тем неменее оно частично априорно и не выводитсяоднозначно из опыта. И всеобщностьзнания достигается опорой на априорную»часть»опыта.

Какже обстоит дело с чистыми понятиямиразума, такими как душа, Бог, свобода,субстанция и т.д., которыми, собственноговоря, и оперирует метафизика, философия?

В»Трансцендентальнойдиалектике»И.Кант и анализирует такие трансцендентальныеидеи разума как:

1.психологическую идею,

2.космологическую идею,

3.теологическую идею.

Впервом случае И.Кант, рассматривая душукак субстанцию, приходит к выводу, чтосубстанциальность имеет значение прирассмотрении души не самой по себе, аее отношения к возможному опыту. «Носубъективное условие всего возможногоопыта есть жизнь; следовательно, можнозаключить о постоянстве души лишь вжизни… (от этого доказательства нас,конечно, уволят), а не после смерти (аэто-то собственно нам и нужно)…»

Вовтором случае И.Кант рассматриваетчетыре варианта космологической идеи:

1.Мир имеет начало во времени и пространстве.Мир во времени и пространстве бесконечен.

2.Все в мире состоит из простого. Нетничего простого, а все сложно.

3.В мире существуют свободные причины.Нет никакой свободы, а все есть природа.

4.В ряду мировых причин есть некоенеобходимое существо. В этом ряду нетничего необходимого, а все случайно.

Данныеположения И.Кант называет антиномиямичистого разума и показывает, что разумс равной степенью доказывает для себякак тезис, первую часть положения, таки антитезис — вторую часть, то есть он»мечется»междуэтими суждениями, не зная, что принятьза истину при их равной убедительности.

Подобныеметаморфозы возникают в результатевыхода за пределы опыта, распространениена идею, сформированную разумом, опытныхсредств познания, а то время как онинеприменимы к идеям разума так таковым.Но разум предполагает, что хотя бы одиниз двух противоположных тезисов являетсяистинным. Тем не менее они оба ложны.»Двапротиворечащие друг другу положениямогут быть оба логичны только тогда,когда лежащее в основе обоих понятиесамо себе противоречит; так, например,два положения: четырехугольная окружностькругла и четырехугольная окружностьне кругла — оба ложны. Что касаетсяпервого, то ложно, что названая окружностькругла, так как она четвероугольна; нотакже ложно и то, что она не кругла, тоесть угольна, так как она есть окружность!Именно такая ситуация возникает, когдато, что не может быть дано в опыте впринципе мыслится как данное в опыте».

Подобнымже способом И.Кант доказывает и внеопытныйхарактер других антиномий и тем самымснимает сам вопрос, в них сформулированный.

Вывод,который делает И.Кант из вышесказанного,однозначен: поскольку идеи чистогоразума есть только идеи и не более того,так как эти идеи не имеют аналога вопыте, не могут быть исследованысредствами опыта и поэтому их истинностьили ложность не может быть доказанатеоретическим путем.

Какиеже функции выполняют эти идеи в познанииили же само формирование этих идейявляется неправомерным? Такие функциипо мнению И.Канта есть. Это «особенноеназначение разума, именно как принципасистематического единства рассудочнойдеятельности. Если же принимают этоединство вида познания за единствопознаваемого объекта, делая его, такимобразом, из регулятивного — конститутивным,и воображают, что можно посредствомэтих идей расширить свое сознание далекоза пределы всякого возможного опытатрансцендентным образом, тогда как этиидеи служат только тому, чтобы приблизитькак можно более опыт к его завершенностив нем самом, …то это есть простоенедоразумение в оценке собственногоназначения нашего разума и егоосновоположений…»Тоесть данные идеи есть внутренние,трансцендентальные регулятивы опыта,а не «предметы»внешнегомира.

И.Кантпрекрасно понимает, что с появлением всвет его «Критикичистого разума»догматическойметафизике приходит конец. Но приходитли конец философии как таковой в еестремлении ответить на важнейшиемировоззренческие вопросы, стоящиеперед человеком? И.Кант отвечает на этотвопрос однозначным «нет».»Начем я основываю эту надежду?, — спрашиваетИ.Кант, — я отвечаю: на неотвратимомзаконе необходимости… Чтобы из опасенияложной метафизики дух человеческийбросил вовсе метафизические исследования- это также невероятно, как и то, чтобымы когда-нибудь совсем перестали дышатьиз опасения вдыхать дурной воздух»8.

Такимобразом И.Кант отвечает на вопрос: «Чтоя могу знать?»Ноперед И.Кантом стоят еще вопросы и неменее важные, чем вопрос о познании, аможет быть даже и более важные. Ведьчеловек это не только и не столькопознающее существо, а существо деящееи надеящееся, а познание, знание естьвсего лишь составляющая деяния.составляющая надежды.

Какже И.Кант отвечает на второй фундаментальныйвопрос, им сформулированный: «Чтоя должен делать?»Сточки зрения И.Канта любой человеческийпоступок есть действие по отношению кдругим людям, то есть он связан с другойсущностной способностью человека — спрактическим разумом, с моралью,нравственностью.

«Критикапрактического разума».

Пониманиеоснований и сути нравственных правил,регулирующих отношения между людьми,И.Кант считал одной из важнейших задачфилософии. «Двевещи, — заявлял он, — наполняют душу всегдановым и все более сильным удивлением иблагоговением, чем чаще и продолжительнеемы размышляем о них, — это звездное небонадо мной и моральный закон во мне».

ПосколькуИ.Кант трактовал «моральныйзакон»какналичный в сознании всех людей в виденеизменной данности, имеющей абсолютнуюценность, постольку он, следуя принципам»критическойфилософии»,склоненбыл усматривать в нем еще одну априорнуюформу сознания — в дополнение к тем,которые перечислялись в «Критикечистого разума».И.Кантбыл убежден, что основу нравственнойобязательности следуете искать не втех обстоятельствах в мире, в какие онпоставлен, а исключительно априори «впонятиях чистого разума».Правда,теперь речь шла о разуме не в еготеоретическом, познавательном применении,а в так называемом «практическом»применении,под которым понималось определениеоснований воли как способности «илисоздавать предметы, соответствующиепредставлениям, или определять самоесебя для произведения их (безразлично,будет ли для того достаточно физическаяспособность или нет), т.е. свою причинность».Заметим,что кантовская дефиниция воли шире, чемсмысл, который он фактически вкладываетздесь в это понятие, обозначающееспособность направлять такие намеренияи действия, которые могут оцениватьсякак добродетельные или порочные. ПоИ.Канту, когда чистый разум определяетэту волю и она функционирует именно каксвободная воля, тогда он становится»практическимразумом»(точнеебыло бы назвать его «этическимразумом»,таккак он ограничен сферой этическогосознания и действования).

Понятие»добраяволя»имелофундаментальное значение в построениикантовской «метафизикинравственности»какучения об априорных основаниях последней.»Нигдев мире, да и негде вне его, — заявлялИ.Кант, — невозможно мыслить ничегоиного, что могло бы считаться добрымбез ограничения, кроме одной толькодоброй воли».Эта»добраяволя»понималасьИ.Кантом как стержень и квинтэссенциянравственности. Суть названной воли онвидел в том, что она всецело и исключительноопределяется «моральнымзаконом».Водин ряд с понятиями доброй воли иморального закона И.Кант ставил такжепонятие «долг»,отмечая,что оно «содержитв себе понятие доброй воли».

Стоитподчеркнуть, что кантовская «метафизиканравственности»,делавшаяакцент на доброй воле, вовсе непротивопоставляла волю разуму. Наоборот,она интеллектуализирует добрую волювплоть до отождествления ее с «практическимразумом»:эта»воляесть не что иное как практический разум»,ибо»длявыведения поступков из законов требуетсяразум».

Необходимымкомпонентом кантовского учения о добройволе был тезис о ее автономии, понимаемойкак полная независимость этой воли откакого-либо внешнего по отношению к нейобусловливания.

Надоиметь при этом в виду, что И.Кант неставил под сомнение факт влияния начеловека, принимающего решение совершитьнравственно значимый поступок, соображенийо личном и общественном интересе,субъективных склонностей и предпочтений,религиозный верований и т.д. Но И.Кантсчитал, что все эти соображения, интересы,склонности, верования искажают,деформируют нравственную волю и потомуне должны к ней примешиваться.

Практическоеосновоположения, содержащие в себеобщее определение нравственной воли,И.Кант подразделял на «максимы»и»законы».Максима,в понимании И.Канта, это «субъективныйпринцип воления»,значимыйдля воли данного единичного лица, азакон — это «объективный»- всмысле общезначимости — принцип воления,имеющий силу для воли каждого разумногосущества. Такой закон И.Кант называет»императивом»,разъясняя,что императив есть «правило,которое характеризуется долженствованием,выражающим объективное принуждение кпоступку…».Императивы,в свою очередь, делятся И..Кантом на»гипотетические»,исполнениекоторых связывается с наличиемопределенных условий, и «категорические»,которыеобязательны при всех условиях и, значит,имеют силу независимо от каких бы то нибыло условий. И.Кант далее уточняет, что»существуеттолько одни категорический императив»каквысший закон нравственности.

«Этозначит: я всегда должен поступать толькотак, чтобы я также мог желать превращениямоей максимы во всеобщий закон».Витоговом виде формулировка категорическогоимператива, видоизменявшаяся иоттачивавшаяся, гласит: «Поступайтак, чтобы максима твоей воли могла вто же время иметь силу принципа всеобщегозаконодательства. Отсутствие указанияна то, какие же именно максимы способнывыступать в роли принципов всеобщегонравственного «законодательства»,И.Кантсчитал не недостатком, а большимдостоинством приведенной формулировки,свидетельствующим, что категорическийимператив является, как ему и подобаетбыть, «чистым»априорнымзаконом и не включает в себя ничего»эмпирического».Подобная»чистота»означала,по И.Канту, что категорический императивопределяет — в соответствии с требованиямиаприорности — лишь форму моральныхпоступков, но ничего не говорит об ихсодержании. И.Кант был убежден, что «еслиразумное существо должно мыслить себесвои максимы как практические всеобщиезаконы, то оно может мыслить себе ихтолько как такие принципы, которыесодержат в себе определяющее основаниеволи не по материи, а только по форме.

И.Кантотмечал, что «ввысшем для нас практическом, т.е.осуществляемом нашей волей, благедобродетель и счастье мыслятсясоединенными между собой необходимо…».Вкачестве антиномии практического разумаИ.Кант представил невозможность кактого, чтобы желание счастья было»побудительнойпричиной максимы добродетели»,таки того, чтобы максима добродетели была»действующийпричиной счастья»вмире земного существования людей.»Критическоеустранение»названнойантиномии И.Кант усмотрел в допущении,что высшее благо, делающее добродетельнуюличность счастливой, осуществляется впотустороннем «умопостигаемоммире».

Иммануил Кант

Иммануил Кант

Иммануил Кант (нем. Immanuel Kant; 22 апреля 1724, Кёнигсберг, Пруссия — 12 февраля 1804, там же) — немецкий философ, родоначальник немецкой классической философии, стоящий на грани эпох Просвещения и романтизма.

Родился в 1724 году в Кёнигсберге в небогатой семье ремесленника-седельщика, выходца из Шотландии. Мальчик был назван в честь святого Иммануила.

Под попечением доктора теологии Франца Альберта Шульца, заметившего в Иммануиле одарённость, Кант окончил престижную гимназию «Фридрихс-Коллегиум», а затем в 1740 году поступил в Кёнигсбергский университет.

Из-за смерти отца завершить учёбу ему не удаётся и, чтобы прокормить семью, Кант на 10 лет становится домашним учителем. Именно в это время, в 1747-1755 годы, он разработал и опубликовал свою космогоническую гипотезу происхождения Солнечной системы из первоначальной туманности, не утратившую актуальности до сих пор.

В 1755 году Кант защищает диссертацию и получает докторскую степень, что, наконец, даёт ему право преподавать в университете. Для него наступил сорокалетний период преподавательской деятельности.

Во время Семилетней войны с 1758 по 1762 год Кёнигсберг находился под юрисдикцией российского правительства, что нашло отражение в деловой переписке философа. В частности, прошение на должность ординарного профессора в 1758 году он адресует императрице Елизавете Петровне. Период российской оккупации был наименее продуктивным в творчестве Канта: за все годы господства Российской империи над Восточной Пруссией из-под пера философа вышли лишь несколько эссе, посвящённых землетрясениям; напротив, сразу же после окончания оккупации Кант издал целую серию работ. (Впоследствии Кант заявлял: «Русские — наши главные враги».)

Естественнонаучные и философские изыскания Канта дополняются «политологическими» опусами; так, в трактате «К вечному миру» он впервые прописал культурные и философские основы будущего объединения Европы в семью просвещённых народов.

С 1770 года принято вести отсчёт «критического» периода в творчестве Канта. В этом году в возрасте 46 лет он назначен профессором логики и метафизики Кёнигсбергского университета, где до 1797 года преподавал обширный цикл дисциплин — философских, математических, физических.

В этот период Кантом были написаны фундаментальные философские работы, принёсшие учёному репутацию одного из выдающихся мыслителей XVIII века и оказавшие огромное влияние на дальнейшее развитие мировой философской мысли:

«Критика чистого разума» (1781) — гносеология (эпистемология)
«Критика практического разума» (1788) — этика
«Критика способности суждения» (1790) — эстетика.

Будучи слаб здоровьем, Кант подчинил свою жизнь жёсткому режиму, что позволило ему пережить всех своих друзей. Его точность следования распорядку стала притчей во языцех даже среди пунктуальных немцев и вызвала к жизни немало поговорок и анекдотов. Женат он не был. Говорил, что когда он хотел иметь жену, не мог её содержать, а когда уже мог — то не хотел. Впрочем, женоненавистником также не был, охотно беседовал с женщинами, был приятным светским собеседником. В старости за ним ухаживала одна из сестёр.

Несмотря на философию, мог иногда проявить этнические предрассудки, в частности, юдофобию.

Кант писал: «Sapere aude! — имей мужество пользоваться собственным умом! — таков… девиз Просвещения».

Кант был похоронен у восточного угла северной стороны Кафедрального собора Кёнигсберга в профессорском склепе, над его могилой была возведена часовня. В 1924 году, к 200-летию Канта, часовню заменили новым сооружением, в виде открытого колонного зала, разительно отличающимся по стилю от самого собора.

Кант прошёл в своём философском развитии два этапа: «докритический» и «критический». (Эти понятия определяются работами философа «Критика чистого разума», 1781 год; «Критика практического разума», 1788 год; «Критика способности суждения», 1790 год).

I этап (до 1770 года) — Кант разрабатывал вопросы, которые были поставлены предшествующей философской мыслью. Кроме того, в этот период философ занимался естественнонаучными проблемами:

разработал космогоническую гипотезу происхождения Солнечной системы из гигантской первоначальной газовой туманности («Всеобщая естественная история и теория неба», 1755 год);
наметил идею генеалогической классификации животного мира, то есть распределения различных классов животных по порядку их возможного происхождения;
выдвинул идею естественного происхождения человеческих рас;
изучал роль приливов и отливов на нашей планете.

II этап (начинается с 1770 или с 1780-х годов) — занимается вопросами гносеологии (процессом познания), размышляет над метафизическими (общефилософскими) проблемами бытия, познания, человека, нравственности, государства и права, эстетики.

Кант отвергал догматический способ познания и считал, что вместо него нужно взять за основу метод критического философствования, сущность которого заключается в исследовании самого разума, границ, которые может достичь разумом человек, и изучении отдельных способов человеческого познания.

Главным философским произведением Канта является «Критика чистого разума». Исходной проблемой для Канта является вопрос «Как возможно чистое знание?». Прежде всего это касается возможности чистой математики и чистого естествознания («чистый» означает «неэмпирический», априорный, или внеопытный).

Указанный вопрос Кант формулировал в терминах различения аналитических и синтетических суждений — «Как возможны синтетические суждения априори?». Под «синтетическими» суждениями Кант понимал суждения с приращением содержания по сравнению с содержанием входящих в суждение понятий. Эти суждения Кант отличал от аналитических суждений, раскрывающих смысл понятий. Аналитические и синтетические суждения различаются тем, вытекает ли содержание предиката суждения из содержания его субъекта (таковы аналитические суждения) или, наоборот, добавляется к нему «извне» (таковы синтетические суждения). Термин «априори» означает «вне опыта», в противоположность термину «апостериори» — «из опыта».

Аналитические суждения всегда априорны: опыт для них не нужен, поэтому апостериорных аналитических суждений не бывает. Соответственно, опытные (апостериорные) суждения всегда синтетичны, поскольку их предикаты черпают из опыта содержание, которого не было в субъекте суждения. Что касается априорных синтетических суждений, то они, согласно Канту, входят в состав математики и естествознания. Благодаря априорности, эти суждения содержат всеобщее и необходимое знание, то есть такое, которое невозможно извлечь из опыта; благодаря синтетичности, такие суждения дают прирост знания.

Кант, вслед за Юмом, соглашается, что если наше познание начинается с опыта, то его связь — всеобщность и необходимость — не из него. Однако, если Юм из этого делает скептический вывод о том, что связь опыта является всего лишь привычкой, то Кант эту связь относит к необходимой априорной деятельности разума (в широком смысле). Выявление этой деятельности разума в отношении опыта Кант называет трансцендентальным исследованием. «Я называю трансцендентальным… познание, занимающееся не столько предметами, сколько видами нашего познания предметов…», — пишет Кант.

Кант не разделял безграничной веры в силы человеческого разума, называя эту веру догматизмом. Кант, по его словам, совершил Коперниканский переворот в философии, тем, что первым указал, что для обоснования возможности знания следует исходить из того, что не наши познавательные способности соответствуют миру, а мир должен сообразовываться с нашими способностями, чтобы вообще могло состояться познание. Иначе говоря, наше сознание не просто пассивно постигает мир как он есть на самом деле (догматизм), но, скорее, наоборот, мир сообразуется с возможностями нашего познания, а именно: разум является активным участником становления самого мира, данного нам в опыте. Опыт по сути есть синтез того чувственного содержания («материи»), которое даётся миром (вещей в себе) и той субъективной формы, в которой эта материя (ощущения) постигается сознанием. Единое синтетическое целое материи и формы Кант и называет опытом, который по необходимости становится чем-то только субъективным. Именно поэтому Кант различает мир как он есть сам по себе (то есть вне формирующей деятельности разума) — вещь-в-себе, и мир как он дан в явлении, то есть в опыте.

В опыте выделяются два уровня формообразования (активности) субъекта. Во-первых, это априорные формы чувства — пространство и время. В созерцании чувственные данные (материя) осознаются нами в формах пространства и времени, и тем самым опыт чувства становится чем-то необходимым и всеобщим. Это чувственный синтез. На вопрос, как возможна чистая, то есть теоретическая, математика, Кант отвечает: она возможна как априорная наука на основе чистых созерцаний пространства и времени. Чистое созерцание (представление) пространства лежит в основе геометрии, чистое представление времени — в основе арифметики (числовой ряд предполагает наличие счёта, а условием для счёта является время).

Во-вторых, благодаря категориям рассудка связываются данности созерцания. Это рассудочный синтез. Рассудок, согласно Канту, имеет дело с априорными категориями, которые суть «формы мышления». Путь к синтезированному знанию лежит через синтез ощущений и их априорных форм — пространства и времени — с априорными категориями рассудка. «Без чувственности ни один предмет не был бы нам дан, а без рассудка ни один нельзя было бы мыслить» (Кант). Познание достигается путём соединения созерцаний и понятий (категорий) и представляет собой априорное упорядочение явлений, выражающееся в конструировании предметов на основе ощущений.

Кант выделяет 12 категорий рассудка:

1.Категории количества

1.Единство
2.Множество
3.Цельность

2.Категории качества

1.Реальность
2.Отрицание
3.Ограничение

3.Категории отношения

1.Субстанция и принадлежность
2.Причина и следствие
3.Взаимодействие

4.Категории модальности

1.Возможность и невозможность
2.Существование и несуществование
3.Необходимость и случайность

Чувственный материал познания, упорядоченный посредством априорных механизмов созерцания и рассудка, становится тем, что Кант называет опытом. На основе ощущений (которые можно выразить констатациями типа «это жёлтое» или «это сладкое»), которые оформляются через время и пространство, а также через априорные категории рассудка, возникают суждения восприятия: «камень тёплый», «солнце круглое», затем — «солнце светило, а потом камень стал тёплым», и далее — развитые суждения опыта, в которых наблюдаемые объекты и процессы подведены под категорию причинности: «солнце вызвало нагревание камня» и т. д. Понятие опыта у Канта совпадает с понятием природы: «природа и возможный опыт — совершенно одно и то же».

Основой всякого синтеза является, согласно Канту, трансцендентальное единство апперцепции («апперцепция» — термин Лейбница). Это — логическое самосознание, «порождающее представление я мыслю, которое должно иметь возможность сопровождать все остальные представления и быть одним и тем же во всяком сознании».

В «Критике» много места уделяется тому, как представления подводятся под понятия рассудка (категории). Здесь решающую роль играет воображение и рассудочный категориальный схематизм. Согласно Канту, между созерцаниями и категориями должно быть посредствующее звено, благодаря которому абстрактные понятия, каковыми являются категории, оказываются способными организовывать чувственные данные, превращая их в законосообразный опыт, то есть в природу. Посредником между мышлением и чувственностью у Канта выступает продуктивная сила воображения. Эта способность создаёт схему времени как «чистого образа всех предметов чувств вообще».

Благодаря схеме времени существует, например, схема «множественности» — число как последовательное присоединение друг к другу единиц; схема «реальности» — бытие предмета во времени; схема «субстанциальности» — устойчивость реального предмета во времени; схема «существования» — наличие предмета в определённое время; схема «необходимости» — наличие некоего предмета во всякое время. Продуктивной силой воображения субъект, по Канту, порождает основоположения чистого естествознания (они же — наиболее общие законы природы). Согласно Канту, чистое естествознание есть результат априорного категориального синтеза.

Знание даётся путём синтеза категорий и наблюдений. Кант впервые показал, что наше знание о мире не является пассивным отображением реальности; по Канту, оно возникает благодаря активной творческой деятельности бессознательной продуктивной силы воображения.

Наконец, описав эмпирическое применение рассудка (то есть применение его в опыте), Кант задаётся вопросом возможности чистого применения разума (рассудок, согласно Канту — низшая ступень разума, применение которой ограничивается сферой опыта). Здесь возникает новый вопрос: «Как возможна метафизика?». В результате исследования чистого разума Кант показывает, что разум, когда он пытается получить однозначные и доказательные ответы на собственно философские вопросы, неизбежно ввергает себя в противоречия; это означает, что разум не может иметь трансцендентного применения, которое позволило бы ему достигать теоретического знания о вещах в себе, поскольку, стремясь выйти за пределы опыта, он «запутывается» в паралогизмах и антиномиях (противоречиях, каждое из утверждений которых одинаково обосновано); разум в узком смысле — как противоположность оперирующему категориями рассудку — может иметь только регулятивное значение: быть регулятором движения мысли к целям систематического единства, давать систему принципов, которым должно удовлетворять всякое знание

Категорический императив Канта:

Императив — правило, которое содержит «объективное принуждение к поступку».

Нравственный закон — принуждение, необходимость действовать вопреки эмпирическим воздействиям. А значит, он приобретает форму принудительного веления — императива.

Гипотетические императивы (относительные или условные императивы) говорят о том, что поступки эффективны для достижения определённых целей (например, удовольствия или успеха).

Принципы морали восходят к одному верховному принципу — категорическому императиву, предписывающему поступки, которые хороши сами по себе, объективно, безотносительно к какой-либо иной, кроме самой нравственности, цели (например, требование честности).

Категорический императив гласит:

— «поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом» ;

— «поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своём лице, и в лице всякого другого также, как к цели, и никогда не относился бы к нему только как к средству» ;

— «принцип воли каждого человека как воли, всеми своими максимами устанавливающей всеобщие законы»: следует «совершать всё, исходя из максимы своей воли как такой, которая могла бы также иметь предметом самое себя как волю, устанавливающую всеобщие законы».

Это три разных способа представлять один и тот же закон, и каждый из них объединяет в себе два других.

Существование человека «имеет в себе самом высшую цель…»; «только нравственность и человечество, поскольку оно к ней способно, обладают достоинством», — пишет Кант.

Долг есть необходимость действия из уважения к нравственному закону.

В этическом учении человек рассматривается с двух точек зрения: человек как явление; человек как вещь в себе.

Поведение первого определено исключительно внешними обстоятельствами и подчиняется гипотетическому императиву. Поведение второго должно подчиняться категорическому императиву, высшему априорному моральному принципу. Таким образом, поведение может определяться и практическими интересами, и моральными принципами. Возникают две тенденции: стремление к счастью (удовлетворению некоторых материальных потребностей) и стремление к добродетели. Эти стремления могут противоречить друг другу, и так возникает «антиномия практического разума».

В качестве условий применимости категорического императива в мире явлений Кант выдвигает три постулата практического разума. Первый постулат требует полной автономии человеческой воли, её свободы. Этот постулат Кант выражает формулой: «Ты должен, значит ты можешь». Признавая, что без надежды на счастье у людей не хватило бы душевных сил исполнять свой долг вопреки внутренним и внешним препятствиям, Кант выдвигает второй постулат: «должно существовать бессмертие души человека». Антиномию стремления к счастью и стремления к добродетели Кант, таким образом, разрешает путём перенесения надежд личности в сверхэмпирический мир. Для первого и второго постулатов нужен гарант, а им может быть только Бог, значит, он должен существовать — таков третий постулат практического разума.

Автономность этики Канта означает зависимость религии от этики. Согласно Канту, «религия ничем не отличается от морали по своему содержанию».