Ипполит рыльский

17 и 19 декабря – особые дни в Рыльском Свято-Николаевском монастыре Курской митрополии. 17 декабря – день памяти архимандрита Ипполита (Халина; 1928– 2002) – время его отхода в вечность, 19 декабря – престольный праздник.

Архимандрит Ипполит – святогорец. По возвращении на Родину с 1991 года был настоятелем Рыльского Свято-Николаевского монастыря. Воспоминаниями о своем духовном отце – старце Ипполите – поделился игумен Роман (Архипов), настоятель этого монастыря в настоящее время.

Отец Роман, расскажите о первой встрече с отцом Ипполитом, что Вас привело к нему?

Впервые я приехал к отцу Ипполиту в Рыльский монастырь в 1991 году. Я жил тогда в Москве с матерью, семья моя распалась, работал стоматологом. Был прихожанином Донского монастыря, но обычная приходская жизнь уже не удовлетворяла сердце. Чувствовал, что надо определяться c выбором дальнейшего жизненного пути. Был уверен – нужно что-то менять, но как это сделать правильно, по Божьей воле, не представлял.

Я стал искать старца, которому можно было бы доверить мою жизнь и узнать волю Божию. Несколько раз пытался поехать в паломничество к старцам Псково-Печерского монастыря, но не получалось. Как я сейчас понимаю, промыслительно. В это время я прочитал книгу о старце Силуане Афонском. Она произвела на меня глубочайшее впечатление, и я стал размышлять, а есть ли сейчас подобные подвижники или это уже прошлое нашей духовной жизни. И вот случайно от прихожан Донского монастыря узнал, что есть такой старец. Он вернулся с Афона, и теперь – в Рыльске. Я поехал в Свято-Николаевский монастырь.

Рыльский Свято-Николаевский мужской монастырь, начало 90-х годов Рыльский Свято-Николаевский мужской монастырь, начало 90-х годов

Монастырь произвел на меня странное впечатление, все здания были ветхие настолько, что не понятно, где и как здесь могут жить люди. Сломанные крыши, разбитые окна, выщербленный кирпич. Батюшка жил в таком же обветшалом корпусе. Он с радостью встретил меня, повел сначала в трапезную, накормил и затем стал спрашивать, с чем я приехал. Первое впечатление – умиротворяющее. Отец Ипполит не соответствовал общему представлению о старцах, которое складывается по книгам. Не было «иссушенности», «прозрачности телес», а было солнышко, которое всех приходящих согревает духовной теплотой, освещает улыбкой. Мы поговорили, я испытал радость общения, но не решился задать главный вопрос моей жизни.

Архимандрит Ипполит у своей келии, 1996 г. Архимандрит Ипполит у своей келии, 1996 г. Батюшка оставил меня пожить в монастыре, благословил послушание на огороде. И в конце моего пребывания задал вопрос: «Так с каким же главным вопросом вы приехали?». И тогда я сказал, что хотел бы связать свою жизнь с монашеством, но не знаю, угодно ли это Богу, смогу ли я послужить Матери-Церкви и спастись на этом пути. Тут батюшка решил меня испытать и сказал: «А знаешь, что, отец, сходись-ка ты с женой». Я был ошеломлен таким ответом. Я знал, что никогда это благословение не вызовет во мне сочувствие. У меня уже был настрой на монашескую жизнь. И в то же время за это краткое пребывание в монастыре возникло полное доверие старцу. Поэтому, несмотря на моё сердечное сопротивление, я готов был исполнить это благословение «за послушание», и сказал: «Как благословите». Батюшка видел состояние моей души, улыбнулся и сказал: «В монахи, конечно, в монахи». Благословил, и сразу стало удивительно легко и весело – духовный праздник. У меня не было сомнений в выборе, в какой монастырь идти. Вскоре я поступил послушником в Рыльский Свято-Николаевский монастырь.

У Вас были разные периоды общения с отцом Ипполитом, расскажите о них.

Да, одно дело – приезжать к батюшке, разрешать свои вопросы, и в радостном состоянии возвращаться в мир. А жить рядом – это совсем другое. На расстоянии старец ведет молитвой, а живущего рядом – он брал за руку и вел ко Христу, через трудности и испытания. После благословения на монашество еще полгода я продолжал работать. Иногда батюшка приезжал в Москву по монастырским делам, и останавливался в нашей квартире. Однажды пришлось помочь батюшке по моей специальности. Ему нужно было стоматологическое лечение и протезирование. Чтобы не доставлять батюшке лишних хлопот, мы с коллегами сделали в моей квартире одноразовый стоматологический кабинет, и полечили его. Для нас это была большая радость: удалось хоть чем-то послужить батюшке, и он был рядом с нами в Москве.

Когда пришел в монастырь, батюшка поселил меня в келью напротив своей. И вот, подходит к концу год моего послушания в монастыре. Пришло время брать благословение у Курского архиепископа Ювеналия для официального оформления в монастыре. В это время в Курске открывался Знаменский монастырь и пошел слух, что какого-то из нас туда переведут. Приехал я к владыке, а он благословил именно мой перевод в Знаменский монастырь. Я просил владыку оставить меня еще на годик окрепнуть около отца Ипполита – сказать так меня научил батюшка. А владыка ответил: «Вот тут и будешь крепнуть, под моим надзором». Такой поворот был для меня огромным горем и трагедией. Я вернулся к батюшке просто убитым. А он утешал: «Ничего-ничего, отец, там тоже монастырская жизнь, будешь приезжать сюда». Через пять лет владыка перевел меня в Курскую Коренную пустынь. Навещать старца приходилось редко. Главное тогда было: батюшку увидеть и получить благословение по возникающим вопросам. Сердце успокаивалось, и можно было жить дальше.

Вы оставили благоустроенную московскую жизнь и оказались в разрушенном монастыре. Что было самым трудным в начале монастырской жизни?

Самое трудное – потерпеть немощь ближнего: осуждение, клевету, гнев, раздражение и прочее. Святыми в монастырь никто не приходит. Монастырь – это лечебница, все пришли измученные, избитые и израненные страстями, а скорее, приползли. Внешне, быть может, мы и выглядели неплохо, бодро. Но без духовного руководства мы проигрываем на поле брани.

Батюшка явил нам пример любви к ближнему, а это показатель искренних и глубоких отношений с Богом. Мы видели образец того, как поступать по-христиански. Вот, например, были такие ситуации. Когда батюшка сидел в своей стасидии в храме, люди часто подходили к нему во время Литургии, даже Евхаристического канона, и задавали свои вопросы. Батюшка трепетно относился к церковной службе, но он без тени недовольства и раздражения, спокойно отвлекался от службы, отвечал, и снова возвращался в молитву. Он показывал примеры достойного перенесения всякого рода испытаний. И у святых бывают те же немощи, что и у нас, но они их преодолели в подвиге. Страсть сама не уйдет. Необходимо обострение ситуации, чтобы подвизающийся мог увидеть свою подверженность страсти, проявить усердие и со временем побороть её. Вот в этом обострении страстей и ситуаций мы и жили в монастыре, и приходилось всё терпеть. Сам батюшка всех и всё терпел, и главное его благословение всем нам: «Надо потерпеть». Выдерживать житейские неудобства сельской монастырской разрухи было не очень трудно, а вот терпеть обострение страстей сложнее.

У Вас в жизни был опыт общения с разными старцами. Интересно, что было характерно для отца Ипполита и что его отличало от других подвижников поколения конца ХХ-го века?

Действительно, я несколько раз ездил к отцу Николаю на остров Залит, был у отца Иоанна (Крестьянкина), много общался со схиархимандритом Макарием (Болотовым) и иеросхимонахом Иоанном (Бузовым). Так что у меня есть с кем сравнить. Могу сказать: все старцы разные. Вот, например, отец Макарий – большой ревнитель веры православной и обличитель – это главное в его духовном устроении. Он мог кому угодно сказать правду, как она есть, невзирая на лица, прямо, заслуженно и справедливо. Это было его послушанием пред Богом, такое расположение души. Отец Ипполит был больше утешителем, явно и прямо не обличал. Например, были такие случаи. Некоторые его московские чада в 90-е годы слишком увлеклись политикой. И когда приезжали к батюшке, он говорил: «Ну как там Ельцин?», «Ельцину поклон передавайте!». Вот так тонко, аккуратно отец Ипполит обличал, вразумлял.

Батюшка ревновал о чистоте православия, он хотел, чтобы мы усердно вели монашескую жизнь не только по форме – «букве законной», но и по содержанию. Но особенность батюшкиного воспитания монахов заключалась в том, что он не придавал большого значения слову назидания. Он учил примером своей жизни. Он говорил о глубинах монашества только с теми, кто готов был воспринять, понести, исполнить монашеский подвиг в его полноте. Батюшка видел наше устроение: поскольку мера наша была мелкая, мы вообще редко слышали «задания». Для тех, кто при нем созревал, он был просто утешитель. Он покрывал наши состояния и ситуации своей любовью, старался их исправить молитвой. Многие наши немощи брал на себя, подставлял плечо и нёс сам. Для нас он был отцом-утешителем.

Другие особенности отца Ипполита – простота и деятельное смирение. Это была «святая простота», в нём отсутствовало всякое выдвижение своего «я». Нас поражало то, что батюшка отличался прозорливостью, он знал даже моменты зарождения какой-то мысли. Прозорливость сквозила во всем, но явно он её не показывал. Особенно он таился от тех, кто мог неправильно понять. При мне был такой случай. Батюшка принимал народ. Приехал из Курска молодой человек, привез письмо от своего друга и в течение их разговора несколько раз просил его прочитать и ответить на вопросы. Наконец, батюшка развернул письмо, и сразу стал отвечать. Я сидел рядом и видел, что письмо в его руках перевернуто. Он отвечал на вопросы, не читая его.

Батюшка говорил тихо слова, которые выражали волю Божию и были ответом вопрошавшему – когда это касалось духовных вопросов. И если человек не слышал эти слова, значит, он духовно не был готов их воспринять, и батюшка их не повторял. Вот так батюшка говорил – «тихим словом». Конечно, если его спрашивали о том делать операцию или нет, он отвечал ясно и четко. Когда его просили объяснить ответ, батюшка как учитель раскладывал всё по пунктам, всё что необходимо знать, и в нужное время. Были случаи, когда человек приходил к нему с одним вопросом, а батюшка откликался на другой, который стоял более остро, и человеку нужно было услышать ответ на него.

Через отца Ипполита мы понимали отношение Бога к человеку. Он помогал всем, кто в чём-то нуждался: кому – советом, кому – материальной помощью, кому – участливым словом. Рядом с батюшкой, все проблемы, с которыми приезжали к нему люди, теряли свою остроту, по-другому воспринимались. Кто соприкасался со старцем в общении, испытывали благостное, мирное состояние, радость, а порой и ликование. И кто пережил всё это, хотел вновь вернуться к нему. Ревность монашеского подвига и строгость к себе, всё это было скрыто в нём. А любовь была явной и воспринималась как доброта. Это общее описание облика старца Ипполита.

Отец Роман, что Вам известно о духовниках или старцах отца Ипполита, кто более всего повлиял на его духовное становление, совершенствование?

Подробностей о своей духовной жизни батюшка не рассказывал. Мы знаем только отдельные факты. В Глинской пустыни его духовником был старец Андроник (Лукаш). Думаю, батюшка от него много напитался. Судя по житию преп. Андроника и воспоминаниям о нем, батюшка был очень близок с ним по духу, такая же доброта и тихость. В Глинской пустыни тогда жили еще великие старцы, но они были очень строгие – другого духа. В Псково-Печерском монастыре батюшка был близок с валаамскими старцами, вернувшимися на родину из Ново-Валаамского монастыря: иеросхимонахом Михаилом (Питкевичем), схимонахом Николаем, схиигуменом Лукой. Нес послушание келейника у этих старцев, рассказывал, что много беседовал с ними.

Первые полгода пребывания на Афоне отец Ипполит ходил за советом к старцу Тихону (Голенкову, ✝1968), но он вскоре почил. Старец Тихон Русский – духовный отец преподобного Паисия Святогорца. Самые длительные духовные связи у батюшки сложились со старцем Арсением Пещерником (1886-1983гг.), сподвижником старца Иосифа Исихаста. Вокруг отца Иосифа сложилась община. После его упокоения её возглавил старец Арсений. Сначала братство пребывало в горах, потом спустились в Белозерку – это русская обитель. Во второй половине XIX-го – начале XX-го веков на Афоне образовались несколько многочисленных русских обителей. Одна из них, в честь святителя Николая – Белозерка, сейчас её называют Буразери. Батюшка рассказывал, что ходил в Белозерку, чтобы побеседовать с отцом Арсением. Старец говорил по-русски, и это было важно для выяснения тонких духовных вопросов. Однажды в паломничестве на Афоне я встретился с греческим монахом Иоанникием и спросил, знал ли он отца Ипполита. Он ответил: «Да, знал, хороший монах, мы вместе в Белозерку ходили».

Я спрашивал отца Ипполита про старца Арсения: «Это был Ваш духовный отец?». Батюшка ответил: «Мы исповедовались друг другу». Конечно, на отца Ипполита в разные периоды жизни оказывали влияние опытные, духоносные подвижники, он ходил к ним за советом. Но никого он не называл своим духовным отцом. На Афоне, видимо, его окормляла Сама Пресвятая Богородица.

На фото: братство старца Иосифа Исихаста (сидит в центре) в последние годы. Старец Арсений Пещерник– стоит рядом, третий слева. Слева направо: второй отец Ефрем (Филофейский), отец Иосиф (Ватопедский) – авторы многих духовных книг. На фото: братство старца Иосифа Исихаста (сидит в центре) в последние годы. Старец Арсений Пещерник– стоит рядом, третий слева. Слева направо: второй отец Ефрем (Филофейский), отец Иосиф (Ватопедский) – авторы многих духовных книг.

Русская обитель Белозерка Русская обитель Белозерка

Монастырь Дионисиат, в котором братство старца Арсения Пещерника подвизалось с 1979 года. Здесь старец был похоронен в 1983 году - вскоре после возвращения отца Ипполита в Россию Монастырь Дионисиат, в котором братство старца Арсения Пещерника подвизалось с 1979 года. Здесь старец был похоронен в 1983 году — вскоре после возвращения отца Ипполита в Россию

Отец Ипполит особо почитал преподобного Силуана Афонского. Как Вы думаете, что именно из его высказываний вызывало у отца Ипполита сочувствие, сердечный отклик? Что роднит этих людей?

В нашем разговоре о старце Силуане батюшка высказал мысль, что святость вырастает из немощи человеческой. Порой по чтению духовной литературы складывается впечатление, что святые уже рождаются таковыми, свято проводят свою жизнь и умирают святыми. Но батюшка говорил о пути духовного восхождения обычного человека, с его немощами и слабостями, о возможном преображении человеческой природы. Путь духовного совершенствования предложен всем. Батюшка подчеркивал, что путь старца Силуана – это не путь от святости через святость к большей святости. Это опыт преображения обычного человека, но сердце которого жаждет чистоты. Преподобный Силуан был батюшке ближе всех афонских подвижников того периода, и они были похожи.

Преп. Силуан подчеркивал, что Бог призывает всякого человека ко спасению. После опыта адских страданий старец стал особо молиться за умерших, томящихся во аде. В книге «Старец Силуан» приводится разговор старца с неким монахом-пустынником: «Ты говоришь, что он злодей, и пусть горит в адском огне. Но спрошу тебя: если Бог даст тебе хорошее место в раю, но ты будешь видеть в огне того, кому ты желал огня мучений, неужели и тогда тебе не будет жалко его? Или у тебя сердце железное?». Отец Силуан рассуждал так: «Любовь не может этого понести. Любовь не терпит, чтобы погибла хотя бы одна душа. Брат наш – есть наша жизнь. Нужно молиться за всех. Желает душа моя, чтобы вся вселенная спаслась». Эти рассуждения основываются на Священном Писании: Бог «хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2:4). Такое же понимание Божественной любви было у отца Ипполита: он всех любил, всем желал спасения и за всех без исключения молился. Преподобного Силуана и отца Ипполита роднит усвоение необходимости именно такой всеобъемлющей любви и молитвы. Старец Силуан писал, что нет большего чуда, чем любить грешника в его падении. Любить грешника в его падении – это значит подражать Богу. Именно падший народ был особой заботой отца Ипполита.

Древний монастырский образ Древний монастырский образ «Никола Рыльский» Какие книги отец Ипполит рекомендовал читать молодым монахам, пришедшим в Рыльский монастырь?

Отец Ипполит прошел свой жизненный путь в духе святых отцов, по их стопам. И советовал читать то, что необходимо новоначальным: труды Аввы Дорофея, преп. Иоанна Лествичника, преп. Исаака Сирина, древние патерики. Сам он прочитал всё святоотеческое наследие. Причем он стал знакомиться с духовными книгами с отрочества. Батюшка рассказывал, что у него под кроватью был чемодан с духовной литературой. Он созревал еще в миру, приобретал навык молитвы, поста, воздержания. Духовное слово ложилось на плодородную почву. Хотя отец Ипполит был из простой крестьянской семьи, но он обладал даром восприятия духовного слова.

Святогорцы приобретают навык чтения литературы «от древности», читают то, что полагается монахам по традиции. Современные рассуждения на духовные темы, когда начиналось умничание – размышления, не основанные на подвижническом опыте, он не любил. Такую литературу он сам не читал и нам не советовал. Однажды один послушник стал рассуждать в присутствии отца Ипполита об исихастах. Старец спросил его: «Отец, а кто такие исихасты?». Послушник понял абсурдность ситуации: он говорил старцу о вещах, о которых имел представление лишь из книжек.

Отец Ипполит особо ценил труды преподобного Симеона Нового Богослова. Как вы думаете, почему батюшка выделял этого святого мыслителя?

Дело в том, что преп. Симеону Новому Богослову удавалось сочетать созерцательное Богопознание и деятельную жизнь. Он выступал против утверждений, что уже невозможно достичь высот святости, как в первые времена христианства. Преп. Симеон описал свой опыт и показал возможные вершины духовного совершенствования.

Вот и отец Ипполит, будучи исихастом, по возвращении с Афона, был поставлен в условия деятельной жизни. Он не мог в России вести отшельническую и безмолвную жизнь, как его старцы-исихасты, валаамские и греческие. Для отца Ипполита преп. Симеон был примером сочетания деятельной любви и мистического опыта. У нас есть основания полагать, что отец Ипполит прошел путь подобный, описанному преп. Симеоном.

В Рыльском монастыре батюшка жил по своему афонскому уставу. Келейно он молился в основном ночью, днем после службы – монастырские дела и посетители. Ночью спал очень мало, не более 3-х часов. Когда мы жили рядом, то слышали, как он несколько раз за ночь вставал на молитву. В 3.30–4.00 начинался его день. Молился в полной темноте, лампадку не зажигал. Спать ложился всегда в одежде, внутренне собранным, ручки и ножки складывал благоговейно. Всегда келейно прочитывал очень много записок.

Сейчас мы понимаем, что отец Ипполит вместил в себя мощь православия и дух первых веков христианства. От этого немыслимого, неведомого в наши дни сочетания мощи и мягкости любви всякий человек рядом с ним чувствовал себя как ребёнок.

Какой главный урок дал монахам отец Ипполит?

Влияние отца Ипполита описано в словах святого апостола Павла: «И слово мое, и проповедь моя не в убедительных словах человеческой мудрости, но в явлении духа и силы, чтобы вера ваша утверждалась не на мудрости человеческой, но на силе Божией» (1 Кор. 2: 4–5). Старец говорил самое необходимое, видя потребности каждого. Однако есть общие истины, которые он хотел заложить во всех нас. Это – любовь, терпение, забота о чистоте и выполнении монашеских обетов.

Отец Роман, расскажите о конкретных проявлениях духовных даров старца.

В нашем монастыре ведется сбор воспоминаний об отце Ипполите и свидетельств его помощи. Вот некоторые из них.

Вера, г. Ессентуки:

Сын привез меня на машине в Рыльский монастырь почти умирающую – 4 стадия рака груди. У ворот монастыря нас встретил отец Ипполит, взглянул и сказал сыну: «Оставляй её здесь». Я была невоцерковлённой. Посещала службы, вычиты, и батюшка молился обо мне. Рак исчез.

Я еще несколько месяцев жила в монастыре и залечивала метастазы, которые глубоко проникли во все органы. Это был очень болезненный период. Я жаловалась батюшке, он сажал меня около себя во время своих молитв и боль стихала. Он часами сидел неподвижно и молился, а я рядом на полу спасалась от нестерпимой боли.

Самый счастливый период всей моей жизни – когда я болела раком 4 степени. Потому что тогда я жила рядом с отцом Ипполитом – он самый близкий мне человек.

Екатерина, Рыльский район:

Был такой случай. Приехали в монастырь жених с невестой. Девушку принесли на носилках. Жених сказал, что за две недели до свадьбы у неё отнялись ноги. Отец Ипполит благословил девушке ночевать в храме. А утром её застали на ногах, она ходила по храму и зажигала лампады у икон. Потом не один раз эта пара приезжала в монастырь. Любо дорого смотреть на их счастье.

Марк, г. Рыльск:

Был удивительный случай уже после того, как батюшка почил. Я решил зайти в нижний храм поставить свечку перед дорогой. Смотрю, батюшка около колонны стоит и молится, с четками, как всегда в старом подряснике. Я понял, что батюшка меня вымаливает, сразу стал вспоминать, что я натворил – даже батюшка явился и молится. Так я всю Литургию простоял рядом с батюшкой и молился. Литургия закончилась, образ пропал. Звоню домой во Владикавказ, мать говорит, что 15 минут назад отец умер. Я поехал на похороны из Рыльска в Осетию, во Владикавказ. Отец пришел в себя, как только я зашел в дом – ожил. Поговорил со мной 15-20 минут, попрощался: «Отпустите, мне пора, я и так задержался». На моих руках отец умер. И тогда я понял, о чем молился отец Ипполит в церкви – чтоб я попрощался с отцом. Родственники видели наше прощание и потом мне говорили, что перед смертью отец уже плохо говорил, нечленораздельно, а со мной четко выговаривал слова.

Священник Роман Наклицкий, бывший послушник Свято-Николаевского монастыря:

Батюшка говорит мне после службы: «Бери топор и лопату, пойдем». Зашли мы в какие-то дебри лесные: «Копай здесь…» Я начал копать да подрубать в земле корни. Углубляюсь на метр-полтора, вижу, что какой-то ключик вдруг забил из-под земли.

– Источник, батюшка?
– Ну да.

А как он его высмотрел, Бог весть. Так и благословил меня этот ключик извлечь на свет Божий, не один день я старался… Теперь, молитвами старца, это один из святых источников в окрестностях Рыльского монастыря.

Ольга, Рыльский район Курской области:

Внук моей сестры Иван начал ходить как все дети в младенчестве. Но вскоре перестал нормально ходить, и врачи не могли ему помочь. Я положила записку с просьбой исцелить нашего мальчика на могилку батюшке Ипполиту. Вскоре Иван выздоровел и теперь, в возрасте десяти лет, очень полюбил футбол: учится играть в команде.

Евгения, г. Беслан, Северная Осетия – Алания:

В 2015 году мне вырезали грыжу в шейном отделе позвоночника. А боли остались, чуть сквозняк или холод – сильнейшие боли. В мае 2018 года на праздник Святителя Николая вместе с паломниками приехала в Рыльск. Провела в монастыре несколько дней, причащалась, купалась в источниках. Просила батюшку Ипполита о помощи. И вот после тех майских дней я забыла, что такое боль в позвоночнике! Где только я не была… И на Соловках, и на Валааме, но Рыльск произвёл на меня совершенно особенное впечатление. Всем говорю: приезжайте в Рыльск!

Иеромонах Серафим (Жидченко), и.о. благочинного Свято-Николаевского монастыря:

Был такой случай. Супруги, чада о. Ипполита, ехали на машине в очень опасном месте – по узкой горной дороге, причем на большой скорости. И вдруг ветер накинул на глаза водителя – мужа шарф, рядом сидящей супруги. На лобовом стекле их машины была прикреплена маленькая фотография отца Ипполита. В этот опасный момент она расширилась до больших размеров. Машина, не потеряв управление, двигалась самостоятельно. Так батюшка спас своих чад от неминуемой гибели.

Игумен Роман (Архипов), настоятель Рыльского Свято-Николаевского мужского монастыря Игумен Роман (Архипов), настоятель Рыльского Свято-Николаевского мужского монастыря Георгий Адамович, послушник Свято-Николаевского монастыря:

Приезжали такие духовно больные люди! Представьте, старуха лет под 60, а она угол кирпичного здания кулаком пробила насквозь, глазищи так и горели огнем – бесовская сила. Видели вы такое хоть раз? Это было здесь, в монастыре, в 1996 году. Потом уже она приезжала, нормальная женщина, батюшка из нее всех бесов изгнал. А было и такое: восемь молодых ребят тоненькую девочку-подростка удержать на вычите не могли – так она бесновалась. Нечистый дух имел над ней очень большую силу, но вышел. Многие ребята-наркоманы благодарили батюшку за исцеление.

* * *

Таких свидетельств множество, они показывают духовные дарования отца Ипполита. Тысячи человек обрели у Бога милость, избавившись от различных недугов по его молитвам. Это происходило по-разному. Кто-то узнавал о своем исцелении на святом источнике, а кто-то по результатам анализов. И сейчас на могиле старца каждый день происходят чудотворения.

Возложив на себя бремя креста Христова, архимандрит Ипполит прошел по стези «трудов, подвига и потов». Он – из рода ревностных подвижников, которые «взыскали, обрели и стяжали», «ибо верен Обещавший» (Евр.10, 23).

Современный вид Рыльского Свято-Николаевского мужского монастыря Современный вид Рыльского Свято-Николаевского мужского монастыря

Книга В.Н. Савочкина, Москва, 2007

Архимандрит Ипполит (1928-2002 гг.) был настоятелем Рыльского Свято-Николаевского мужского монастыря Курской епархии. Это был подвижник благочестия, старец, получивший от Бога различные духовные дарования. Это и прозорливость, и дар целительства, утешения, и, как говорится, «дар немощных душ врачевания». Но самый главный дар, который изливался из него неиссякаемым потоком – это дар всепокрывающей любви Божией.

Автору книги – Владимиру Савочкину довелось знать отца Ипполита около десяти лет. А с 1999 г. он возил небольшие группки от нашего храма на приходском 10-тиместном УАЗике. Многие из кадашевских прихожан побывали у старца, многие получили по его молитвам благодатную помощь. После смерти отца Ипполита в 2002-м году наш настоятель протоиерей Александр Салтыков благословил Владимира написать статью о старце Ипполите в журнал «Мир Божий». Владимир, не имеющий ни журналистского, ни писательского опыта, около трех лет работал над статьей, и, в итоге, получилась целая книга, хотя и небольшая.

Книга имеет объем 126 страниц, она хорошо издана, в ней много цветных фотографий архимандрита Ипполита и прекрасных видов Рыльского Свято-Николаевского монастыря.
Эту книгу всегда можно купить в нашем храме за свечным ящиком. Свечной ящик открыт ежедневно с 10 до 17 часов и во время утренних и вечерних Божественных служб.

См. также: слово прот. Александра Салтыкова в день кончины архимандрита Ипполита

Здесь мы публикуем отрывки из книги:

Архимандрит Ипполит

«Отец Ипполит не произвел на меня особого впечатления при первой нашей встрече, в далеком 1993 году. Он даже несколько разочаровал своим внешним видом, и если бы меня сразу с ним не познакомили, то вряд ли бы я догадался, что этот пожилой сутулый монах в старом выцветшем подряснике, с порванными, перевязанными какими-то веревочками кедами на ногах есть никто иной как архимандрит Ипполит, настоятель Рыльского Свято-Николаевского мужского монастыря. «…» Ведь мне говорили о нем, что он ясновидящий, что он пророк и ему все обо всех открыто. И как же я тогда сожалел и недоумевал, что он ничего особенного, пророческого или таинственного мне не сообщил. Сказал вот только: «Молитесь, ходите в церковь Божию, читайте святое Евангелие, Псалтирь, творите добрые дела, и, может быть, Господь вам поможет…».

«Старец Ипполит был настоящим утешителем и «печальником душ человеческих». Я уверен, большинство приходящих к нему за духовной и чисто человеческой поддержкой приобретали совершенный покой своим душам. «Мы знаем по опыту многих наших прихожан, — вспоминает настоятель московского храма Воскресения Христова в Кадашах протоиерей Александр Салтыков, – как важно было это кратковременное общение с отцом Ипполитом. Я думаю, что некоторых людей из нашего прихода он буквально спас».

«Воскрешения мертвых лазарей», – говорила об этом Анна Савельева, возившая в Рыльский монастырь, по благословению отца Ипполита, большие группы паломников из Москвы. Она мне рассказывала, свидетелем скольких чудес ей приходится быть! Каких болящих, немощных людей привозила она сюда, но, по молитвам батюшки, многих недуги оставляли. «Я знаю некоторых, кто был болен раком, и их батюшка вымолил, – вспоминает она. – Да, что рак… Мне лично известно о пяти случаях исцеления от СПИДа».

«Конечно, такие явные исцеления на глазах у всех, как в случае со СПИДом, когда батюшка перекрестил и молодой человек исцелился, не были чем-то обыденным. Обычно это происходило по-другому: или отец Ипполит благословлял человека остаться пожить в монастыре, чтобы потрудиться и помолиться, или же давал какое-то особое благословение, например заказать в монастыре определенное количество»вычитов» заочно. Вот, к примеру, удивительный случай, произошедший с годовалым сынишкой Евгения Тарасова из Калужской области, Ванечкой. У мальчика были обнаружены в крови какие-то патологические микроорганизмы, у него все время болела голова, он часто беспричинно плакал, и врачи разводили руками, не зная, что делать. Районные врачи отправили его в областную больницу, областные – в Москву, в Институт паразитологии. Но родители поехали прежде к старцу, к отцу Ипполиту, который сказал им простую вещь: «А вы еще не венчаны? Пойдите повенчайтесь, и все будет хорошо. Господь поможет». Так и вышло. По возвращении из монастыря Евгений с супругой сразу повенчались, а после, проверив кровь сынишки, с удивлением обнаружили, что никаких паразитов в ней и в помине нет».

«Однажды к батюшке Ипполиту привезли расслабленного подростка лет 15-16. Звали его Александр. На ноги он вообще не вставал и не ходил даже на костылях, потому что у него была слабость и рук, и ног. Александра держали под руки, а ноги он просто волочил. Его подняли с коляски, чтобы подвести к батюшке. Старец благословил родителей уехать, а Александра на год оставить. Надо сказать, родители полностью доверились батюшке и оставили сына на его попечение. Отец Ипполит дал ему послушание работать в трапезной, чистить картошку и благословил как можно чаще причащаться Святых Христовых Таин. И вот что рассказывает Анна Ивановна Савельева, которая приезжала в это же время со своими двумя сыновьями-подростками в монастырь. «И приехала я через год, тоже с детьми. Бежит ко мне мой сын Максимка и говорит: «Мама, иди посмотри. Это тот Саша, который не ходил, который ничего делать не мог. У него знаешь какое теперь послушание?» — «Какое?» — «На лугу». Я спрашиваю: «А что он там делает?» — «Косит сено». Он прожил год в монастыре и стал совершенно здоровым. Батюшка благословил его поступать в медицинский институт…»

Паломники из Кадашей

«…Мне кажется, уместно рассказать историю с храмом Воскресения Христова в Кадашах. Помещения этого храма много лет занимал реставрационный центр имени акад. И.Э. Грабаря. Никакие попытки о. Александра с общиной вернуть здание церкви не увенчивались успехом. Какие-то неведомые силы в самых высших эшелонах власти, видимо, постоянные клиенты реставраторов, сводили на «нет» все наши ходатайства, обращения, просьбы в многочисленные инстанции. Божественные службы проходили в маленьком храмике, переделанном из бывшего каретного сарая. Я постоянно спрашивал у батюшки Ипполита, отдадут ли нам храм. «Отдадут, отец мой, отдадут», – обнадеживал меня батюшка. – Но вы боритесь, стучитесь. «Толцыте, и отворят вам». И однажды, после такого разговора он подарил мне иконку св. благоверного князя Всеволода. И вот что интересно: храм мы получили именно в борьбе, к чему и призывал нас старец. Когда через 4 — 5 лет после этого разговора мы буквально оцепили всю территорию храма Воскресения Христова и не пустили реставраторов на работу, окончательно убедившись, что никогда они не отдадут храм, что все их обещания и посулы всего лишь оттягивание времени и вранье. А после долгих переговоров на всех уровнях, мы, наконец, вошли в храм. И произошло это знаменательное событие 10 декабря 2004 года в день празднования иконы Божией Матери «Знамение» и св. благоверного князя Всеволода. А дело в том, что духовником отца Александра Салтыкова был известный московский священник, давно почивший протоиерей Всеволод Шпиллер, которого отец Александр очень почитает. И старец об этом вряд ли мог знать… Но у батюшки Ипполита каждое слово и даже шутка имели какой-то глубокий смысл и были проникнуты пророческим духом».

«Но что еще более неожиданным было для меня – это помощь батюшки по молитвам к нему. Да, да! При его жизни, по молитвам к нему! Это открытие для себя сначала сделал я сам. Как-то зимней ночью на том же УАЗике выехал с группой в Рыльск. И вдруг налетела буря, да такая сильная, что вокруг ничего не было видно. Машину сносит с дороги, того и гляди окажешься в кювете. Усугубилась ситуация еще тем, что забарахлил двигатель – приборы стали показывать серьезные отклонения в его работе. Необходимо было принимать решение: или возвращаться назад, или… с молитвой ехать дальше. Я вдруг вспомнил, что святителю Николаю молились даже при его жизни, и решил помолиься батюшке Ипполиту. Помолился как мог, попросил батюшку помочь доехать до него, и буря, как по команде, мгновенно прекратилась. Все приборы одновременно стали показывать норму. Потом уже, когда я общался с близкими чадами старца, узнал, что они постоянно боращаются к нему в молитвах».

«Почти каждый день по благословению о. Ипполита в монастыре проводились так называемые вычиты. Старец не выдумал чего-то нового, а просто монастырские священнослужители по его благословению постоянно служили чин, взятый из Большого Требника, который называется: «Последование молебное о немощных, обуреваемых от духов нечистых и стужаемых». Кроме того, читались Евангелие и Апостол и некоторые молитвы из Таинства Елеосвящения. Со стороны эта церковная служба казалась очень торжественной и вместе с тем жутковатой. В то время как священнослужители вычитывали необходимые заклинательные молитвы, бесноватые и одержимые демонами начинали издавать дикие вопли, полностью заглушавшие все молитвословия. Часто они просто вопили протяжным криком, а иногда раздавались явные выкрики и ругань: «У, прроклятый!», «Ай, отойди, отойди!», «Ну долго ты будешь нас на коленях держать?!», «Огнем, огнем попаляет!». Происходила какая-то страшная вакханалия, приводившая в оцепенение. Увидев это в первый раз, помню, я изумился, почему этих кричащих, ругающихся людей не прогонят. Наоборот, все вокруг, и в первую очередь монахи, ведут себя спокойно, обыденно, как будто бы все в порядке. Лично мое мнение, что для большинства людей очень полезно побывать на этих молебнах о недужных. Именно здесь неверующие и слабоверующие воочию могут убедиться в существовании так называемой иной реальности, именно здесь равнодушных и «теплохладных» может потрясти то, как близко к нам находятся нечистые духи, как мучают они людей и разорвали бы нас вообще на части, если бы Господь им это позволил…»

«…И вот тут-то понимаешь, что значит самый добрый батюшка на земле. И вчерашних уголовников, и бомжей он принимал. Ой, сколько же хлопот было со многими из них! И хулиганили, и пьянствовали, и бездельничали, а батюшка Ипполит терпел и молился о них. Ему отовсюду жаловались на этих людей, уговаривали гнать их всех «пареной метлой», а он молился, молился о них и многих вымаливал и спасал. Наверное, как истинный «гражданин Неба», он всех их любил, терпел все выходки и ждал их исправления… Отсюда понятна его печальная ирония, с которой батюшка писал письмо в тюрьму в ответ на просьбу принять в монастыре: «Приезжайте. Я не против, чтобы вы приехали к нам. У нас все можно: и украсть, и выпить…Приезжайте!»

Свято-Николаевский Рыльский монастырь Курской епархии

«Всякий паломник, приезжавший в Свято-Николаевский монастырь, обращал внимание на большое количество кавказцев и среди братии, и среди трудников обители. Это были православные осетины, стекавшиеся сюда из Осетии иногда даже целыми семьями. Оказывается, отец Ипполит взял на себя самый настоящий подвиг, или, как говорят сами осетины, апостольский подвиг просвещения целого народа Осетии…
По благословению старца в Осетии уже открылись Аланский Свято-Успенский мужской монастырь в многострадальном осетинском городе Беслане и Аланский Свято-Успенский женский скит в другом осетинском городе – Алагире, который является самым южным женским монастырем на территории России…
Наверное, батюшка Ипполит прозревал страшные бесланские события и благословил создание там монастыря, чтобы на этом святом месте велась молитва, в которой, конечно же, нуждался этот город…
Сам же старец Ипполит в Осетии никогда не был, но за годы его служения в Рыльском монастыре к нему, наверное, переездила вся эта небольшая республика».

«Внешне батюшка был высоким, немного сутулым, крупным, но не полным. Весь облик его одухотворяла благодать. Чистый ясный взгляд небесно-голубых глаз, радостное доброе лицо, светившееся любовью ко всем. «Когда батюшка улыбался, — вспоминает одна трудница монастыря, – за его улыбку все можно было отдать. Такую улыбку нигде не встретишь. В ней было столько доброты…»

«Отец Ипполит всегда всех призывал к миру со своими ближними и к смирению. Сам же он был само смирение, сама кротость. Он смирялся перед всеми; перед самым последним трудником, перед какой-нибудь деревенской бабушкой, которая, несмотря на то, что сзади нее стоит огромная очередь к старцу, битый час пытается решить у него свои хозяйственные вопросы: продавать ли ей корову, заводить ли еще гусей и у кого лучше покупать муку. «Из всех путей выбирай самый смиренный, – учил он одного боголюбивого священника. – И себя считай за траву сухую, за прах земной, за пепел, за ничто».

«17 декабря, на великомученицу Варвару и преподобного Иоанна Дамаскина, архимандрит Ипполит преставился, а через два дня со всех концов страны в великом множестве съехались люди, чтобы проводить его в последний путь. Что очень существенно и знаменательно, отца Ипполита отпевали на свт. Николая. Святой, в честь которого названа обитель, которому батюшка благословлял во всех нуждах, скорбях и печалях молиться, сподобил отпеть и похоронить старца именно в день, когда Церковь празднует его память — 19 декабря. Многие близкие чада старца и его почитатели отметили очень важную деталь: во время отпевания и после никто из них не ощутил сиротства, страдания или тоски от ухода батюшки. В какой-то момент были слезы, обильные слезы, особенно когда несли гроб к месту погребения. А так было ощущение присутствия батюшки, ощущение какого-то особенного его отношения к нам, ко всему миру. Как потом сказал о. Ипполит-младший: «Батюшка не умер, батюшка келью поменял».

«И вот начались посмертные чудеса…
На девятый день после кончины замироточил крест на могиле старца. И об этом я не сразу решился писать, потому что, честно сказать, не поверил. Но и здесь свидетелей было достаточно много. Они рассказывали, что миро обильно стекало с креста на землю, образовывая лужицы, и все люди, которые там были, радовались от души. По словам Елены Суторминой, это миро они собирали ладошками. «Миро выступало зримо у нас перед глазами, – вспоминает она. – Ты его смахиваешь ладошкой в стакан, а оно снова выступает. И размером было с маковые зернышки».

Кадашевская звонница

Иной случай произошел в нашем приходе храма Воскресения Христова в Кадашах в Москве. Великим постом снится отец Ипполит нашему прихожанину Алексею Терентьеву, профессиональному звонарю, и спрашивает его: «Почему ты больше не звонишь в колокола?» – «А в Кадашах, батюшка, нет звонницы», – отвечает он старцу. – «А ты построй». Рассказал Алексей об этом сне настоятелю протоиерею Александру Салтыкову, который тут же благословил строительство звонницы, хоть и не было для этого ни сил, ни средств. Но все произошло так быстро и чудесно, что на Пасху у нас уже были своя звонница, свои колокола и во время пасхального крестного хода Алексей радовал всех торжественным колокольным звоном.

Совершенно удивительный случай произошел в 2004-ом году с одной жительницей Санкт-Петербурга. У нее появилась бесовская мысль совершить очень тяжкий грех, о котором даже писать нельзя. И является ей во сне спускающийся с небес на облаке какой-то старец. На нем были надеты священнические облачения, сиявшие подобно солнцу. Старец сказал ей немного. Но он сказал ей такие грозные слова, обличающие ее греховный помысел, что желание грешить у нее резко пропало. Через некоторое время знакомые просят ее передать фотографии отца Ипполита, которого она никогда не видела, для священника Игоря Елисеева. Посмотрела она на эти фотографии и обомлела. На них был запечатлен тот самый сияющий старец.
Воистину батюшка только келью поменял! А так он остался с нами, и мы не сироты, но приобрели молитвенника перед престолом Божиим».

Могила старца Ипполита

«В чем же все-таки загадка отца Ипполита? Проповедей не читал, книг не писал, а народ просто льнул к нему…
Рыльский инок Григорий Пенкнович вспоминает: «Я знал, наверное, более ста представителей организованных преступных группировок Северного Кавказа из Ростова, Владикавказа, Ставрополя, которые были у отца Ипполита. И подавляющее большинство из них уже оставили свое преступное занятие. Они ничего особенного от батюшки не услышали, но та благодать Божия, которая почивала на нем, производила в этих людях такое внутреннее преображающее действие, что они круто изменяли свою жизнь».
Отец Ипполит будто бы совершал таинственную проповедь Слова Божия в душах людей, и люди как-то начинали чувствовать, что Господь рядом, что Он всех нас любит. Хотелось бы еше раз процитировать слова о.Паисия, потому что в них, на мой взгляд, кроется разгадка старца Ипполита: «И если тебе станет за них (паломников) больно, если ты их полюбишь, то они забывают о своих проблемах, забывают даже о наркотиках, исцеляются от болезней и прекращают бесчинствовать, а после приезжают на Святую Гору уже как благоговейные паломники. Это потому, что они каким-то образом получают извещение о любви Божией».

«Для многих из нас архимандрит Ипполит стал «детоводителем» ко Христу, и это большое счастье, что именно этот замечательный старец, учитель смирения, кротости, терпения и любви привел нас к Богу.
И мы просим молитв всех Православных христиан об упокоении души нашего дорогого, горячо любимого батюшки Ипполита».

Чтобы увидеть жизнь обители «изнутри», корреспондент «МК Черноземье» поработал в монастыре трудником, общаясь с духовными чадами настоятеля, которые и сегодня, 16 лет спустя после ухода батюшки Ипполита, при первой возможности отправляются в Рыльск. Особенно людно в монастыре бывает 17 декабря, когда сотни паломников из всей России приезжают почтить память старца.

ОТКУДА ЕСТЬ ПОШЛА РЫЛЬСКАЯ ЗЕМЛЯ

Многое повидал за тысячу лет Рыльск! Город, который младше Москвы лишь на четыре года, не раз стирали с лица земли монголы и крымцы, но он восставал из пепла. Одно время Рыльск был под Литовским княжеством, в Отечественную – почти два года под немцами. Только в гражданскую войну здесь пять раз менялась власть!

Хотя первое летописное упоминание о Рыльске относится к 1152 году, к Ипатьевской летописи, где сказано, что князь Юрий Долгорукий «иде на Новгород на Северский, оттуда же иде к Рыльску», город, как считают местные краеведы, намного древнее.

В честь какого «рыла» получил свое не совсем благозвучное название город, на гербе которого изображена «черная отрезанная кабанья голова с червлеными глазами и языком», – вопрос открытый. Одни связывают его с некой дикой свиньей, которая будто бы роясь в земле, случайно откопала источник, давший начало коротенькой речке Рыло, впадающей в Сейм рядом со Свято-Николаевским монастырем, что напротив Рыльска, в поселке Пригородная Слободка.

По другой версии, название города произошло от имени уже упомянутого Иоанна Рыльского – болгарского святого, аскета, подвизавшегося в горах Рила, что на юго-западе Болгарии. После его кончины в 946 году болгарские монахи, гонимые греками, взяв с собой частицу мощей святого – его десницу, или, говоря на привычном нам языке, правую руку, в конце X в. бежали в Киевскую Русь, где и основали монастырь, на месте которого появился город Рыльск.

А МОНАСТЫРЬ НАШ БУДЕТ ЛАВРОЙ!

Рыльск всегда был одним из столпов «курской духовной аномалии», как один из паломников образно назвал здешние святые места, среди которых известная всей России Курская Коренная пустынь и не менее знаменитая Глинская пустынь, в силу ряда административных ляпсусов советского времени оказавшаяся на территории Украины, всего лишь в полусотне километров от Рыльска.

Любопытно, что Курская Коренная икона Божьей Матери была обретена в 1295 году «неким благочестивым мужем» из Рыльска, жители которого много раз пытались перенести икону в свой город. И всякий раз икона чудесно исчезала из Рыльска, возвращаясь на место своего обретения – на лесистый берег реки Тускарь, в 27 верстах от Курска.

В летописях Свято-Николаевский монастырь впервые упоминается в 1505 году, который и принято считать годом его основания. На самом деле монастырь значительно древнее: рядом с ним, в толще крутых меловых холмов, называемых Вискольскими горами, еще в домонгольские времена был ископан пещерный монастырь. Следы пещер видны и в наши дни: из них паломники и сегодня берут целебную глину, помогающую, как здесь считают, от всех болезней. Ей пользовался и отец Ипполит: после «отчиток» одержимых бесами его кожа покрывалась волдырями, которые быстро заживали после наложения глины. Здесь же, у подножия меловых гор, расположены святые источники, из которых монастырские трудники берут воду для трапезной обители.

В советское время монастырь продержался совсем недолго – в 1926 году его закрыли, здесь расквартировали роту красноармейцев, а монахов, ради экономии средств и времени, даже не отправляли в лагеря, а расстреливали прямо под монастырской стеной.

«Здесь каждая пядь земли монашеской кровью полита. Эта земля святая – мы даже не представляем себе, сколько угодников Божьих здесь подвизалось!», – говорил отец Ипполит. Позже, в начале 90-х, батюшка первым делом взялся за восстановление монастырской стены: «Если бы знали, что это за стена, очередь бы выстроилась аж от самого Курска, чтобы хоть один кирпичик в нее положить. Идите помогать на стену – она святая!». И хоть очередь не выстроилась не то что от Курска, а даже от Льгова, стену восстановили в первую очередь.

Во время Великой Отечественной вой­ны, в 1943 году, линия фронта проходила под самыми монастырскими стенами, тем не менее, Святитель Николай уберег свою обитель от разрушения: благодаря его заступничеству на ее территории не разорвался ни один артиллерийский снаряд или авиабомба, которые в изобилии сыпались совсем рядом. Более того, фашисты, отступая, заминировали все храмы, но по непонятным причинам монастырские строения так и не были взорваны.

Впрочем, то, что не удалось фашистам, доделали соотчичи: к 1991 году, когда монастырь вернули Курской Епархии, его превратили в свалку, сплошь заросшую бурьяном, где не было ни одной целой стены, крыши и окна. Увидев это, отец Ипполит, только что назначенный настоятелем, окна кельи которого в первую зиму были затянуты полиэтиленом, возрадовался: » А монастырь наш будет Лаврой!»

ОТЧЕ НАШ ПОД ОДЕЯЛОМ

Сам отец Ипполит, в миру Сергей Иванович Халин, курский, из местных. На родине старца – в селе Субботино, что в Солнцевском районе под Курском, подлинный масштаб его личности осознали только в первые годы после ухода батюшки из земной жизни, когда фотографии земляка в его день памяти, 17 декабря, дружно начинали мироточить.

Сергей Халин родился в многодетной семье, в которой был самым младшим. От дяди-священника Сергею достался чемодан с духовными книгами, которые он изучил, пропустил сквозь себя. Будучи человеком удивительно душевным и добрым, Сергей особенно легко находил общий язык с нищими и «самоварами», как цинично в послевоенное время называли инвалидов без рук и ног, передвигавшихся на каталках, заботясь о них. Душа будущего монаха постоянно чего-то искала – в привычном окружении ему было некомфортно.

Сергей, по свидетельству односельчан, был парнем видным, веселым, танцевал и пел в клубе. Но после танцев, рассказывает одна из субботинских бабушек, «все ребята шли по девкам, а Сережа молиться». Во дворе дома Халиных был сарай, который Сергей в шутку называл скитом, где у будущего старца были развешаны иконы. Там он зажигал лампаду и долго молился, порой до самого утра. Естественно, что в Субботино его дразнили монахом. Да он и не возражал, говоря, что жениться не будет. Уже позже отец Ипполит сказал, что «Господь услышал мои слова и удостоил меня монашества. Именно так: Он меня удостоил, а не я был достоин стать монахом». Позже, когда нему приставали с расспросами, он отшучивался, что «никто за меня замуж не пошел, поэтому пришлось идти в монастырь».

Сергей не вписывался и в классический образ воина Советской Армии, в которой прослужил три года, в артиллерии: после отбоя сержант Халин, чтобы не шокировать сослуживцев, накрывался с головой одеялом и тихонько читал «Отче Наш».

Демобилизовавшись, Сергей огорошил родителей, заявив, что уйдет в монастырь, и в 29 лет был принят послушником в Глинскую пустынь.

КРАСНЫЙ ПОП ЕДЕТ НА АФОН

В Глинской пустыни он поселился в одной келье с архимандритом Иоанном Масловым, ставшим старцем в 33 года, и был духовным чадом ныне прославленного в соборе Глинских святых схиархимандрита Андроника (Лукаша), прошедшего жестокие пытки и лагеря. Как-то Сергей спросил своего духовного отца, кто станет старцем после него. «Да ты им и будешь!», – ответил прозорливый наставник.

Однажды в Глинской пустыни Сергей Халин, схватив крупозное воспаление легких, был в критическом положении, находясь между жизнью и смертью. Для послушника уже срубили гроб, но он выжил по молитве старца Андроника. Выжил, но умер для жизни. «Глинская пустынь – звезда России»,- говорил отец Ипполит. Возможно, он уже тогда прозревал, что спустя годы, совсем рядом, в Рыльске, его трудами зажжется еще одна звезда – Свято-Николаевский монастырь.

Тем не менее, в Глинской пустыне будущий старец задержался ненадолго – ему было отказано в прописке, и он отправился в Псково-Печерский монастырь, где в 1959 г. был подстрижен в мантию с именем Ипполит, а затем в течение года был рукоположен в иеродиаконы и далее в иеромонахи.

Во Пскове отец Ипполит, уже напитавшийся в Глинской пустыни духом благодатного старчества, окормлялся у других старцев, не менее великих – иеромонаха Симеона (Желнина), ныне причисленного к лику святых, и у старцев Михаила (Питкевича) и Николая (Монахова). В то время у молодого монаха возникали мысли поступить в духовную семинарию, но старцы его не благословляли, говоря, что «монастырь – вот твоя семинария и академия».

Впрочем, вскоре жизнь отца Ипполита изменилась самым невероятным образом: в 1966 году в числе четырех «советских» монахов он был отправлен на Афон, в русский Свято-Пантелеимонов монастырь. Духовная жизнь в монастыре, где прежде подвизались сотни русских монахов, практически угасла и возникла угроза того, что он отойдет к грекам, поскольку его престарелые насельники были немощны, и служить на церковно-славянском языке там было уже некому.

Всеми правдами и неправдами с греками удалось договориться, а Патриарх Алексий I смог убедить ЦК КПСС, что негоже терять столь важный плацдарм на Балканах, пусть даже идеологически не соответствующий имиджу СССР. Вопрос решался на уровне Политбюро и получил одобрение! Это было из области фантастики: после свержения Хрущева, который обещал показать по телевизору последнего в СССР попа, прошел только год с небольшим.

Отец Ипполит прибыл на Афон 11 июля 1966 года. К «красным попам», как их прозвали, там относились с подозрением, поскольку в каждом из них грекам виделся агент КГБ и «коммунистическая опасность».

УСТАЛ Я ОТ АПЕЛЬСИНОВ, КУРСКОЙ КАРТОШКИ ХОЧЕТСЯ

О жизни отца Ипполита на Святой Горе сохранилось мало сведений, да и сам он не любил об этом говорить. Известно, что он жил в той же келье, где ранее подвизался и молился старец Силуан Афонский и так же, как и его предшественник, исполнял обязанности казначея и эконома. Отношение к Силуану Афонскому в те годы на Афоне было неоднозначным, и отец Ипполит сделал всё для того, чтобы сохранить мощи подвижника, которые его хулители и завистники пытались спрятать так, чтобы их потом не нашли.

В течение четырех лет Ипполит представлял свой монастырь в Священном Киноте – управляющем совете Афона, что говорит об уважении к нему со стороны братии. Утверждают также, что батюшка, который в совершенстве овладел греческим, регулярно духовно окормлялся у самого Паисия Святогорца, жившего неподалеку.

Считается, что главная причина, по которой батюшка уехал с Афона – состояние его здоровья, которое в начале 80-х резко ухудшилось. Оно, и в самом деле, было не блестящим: афонский климат с его жарой и постоянно высокой влажностью был противопоказан его легким, проблемы с которыми были еще в молодости.

Тем не менее, помимо проблем со здоровьем, была и другая причина, не менее важная – тоска по Родине. В своих письмах он не раз писал: «Дорожите тем, что ты живете в России. Целуйте родную землю». К тому же в те годы на Афон массово поехали насельники из России, которые устанавливали свои порядки, что порождало всяческие нестроения. «Молодые приехали, и старцев слушаться не стали», – писал батюшка.

Сам же отец Ипполит на вопрос, почему уехал с Афона, отделывался шутками: «Устал я от афонских апельсинов, хоть и сладкие они – хочется поближе к родной картошке. Уж больно она у нас на Курщине вкусная!». В августе 1983 г. старец вновь оказался в России, вернувшись домой в стареньком плаще и с чемоданчиком в руках, в котором уместились все его нехитрые пожитки.

ВЫГОНИМ ШПАНУ И ПЬЯНИЦ – МОНАСТЫРЬ НЕ УСТОИТ

Первые годы после возвращения в Россию отец Ипполит подвизался в Псково–Печерском монастыре, с 1986 года получил назначение в Курскую и Белгородскую Епархию, где восстановил несколько церквей, а в октябре 1991 года стал настоятелем Свято-Николаевского монастыря. Хотя сам он себя настоятелем не считал: «Я-то кто? Да никто! Сам Святой Николай Чудотворец здесь настоятельствует!».

Отец Ипполит всегда старался скрыть свою прозорливость, все время умаляя себя. Как-то он обмолвился: «Сорок лет я низко кланялся каждому человеку. И хотя я все эти сорок лет в постриге, но ни одного дня не прожил, как монах». Одно время от отца Ипполита по милости Божьей пошло благоухание – тонкий неземной аромат, который он уже и сам начал замечать, не говоря о паломниках. Чтобы перебить это благоухание, он попросил купить ему одеколон «Шипр», весьма даже земной, которым кропил самого себя и всё в своей келии. Благоухание исчезало, но через день-другой появлялось вновь. Месяц продолжалось это искушение для отца Ипполита, и лишь когда он горячо взмолился, чтобы этого не было, аромат исчез.

Прознав о добром пастыре, настоящем апостоле любви, привечавшем всех, в монастырь потянулись «химики» и бомжи, которых он радушно принимал, и называл господами – все они были для него подобиями Божиими. Отец Ипполит велел принимать и кормить их в любое время, даже ночью, хотя некоторые из них продолжали хулиганить, воровать и пьянствовать даже в монастыре. Батюшка всё терпел и молился за них, даже давал деньги на опохмелку, а когда ему предлагали выставить их из монастыря, говорил: «Если выгоним шпану и пьяниц – монастырь наш не устоит!». И всякий раз напоминал, что в свое время фарисеи тоже осуждали Иисуса Христа за то, что Он делит трапезу с блудницами и мытарями. Хотя большинство «проблемных» насельников всё же исправлялось и работало на восстановлении монастыря, который быстро поднимался из руин.

Порой батюшка получал из мест не столь отдаленных письма с вопросами, можно ли, освободившись, приехать в монастырь, на которые отвечал: «Конечно, приезжайте! Я совсем не против. У нас тут всё можно: и украсть, и выпить… Приезжайте!». Конечно, ему доставалось за излишний либерализм от Владыки Ювеналия, но он, плача, смирялся и говорил: «Это простые русские мужики, наши родные мужики. И нам ли осуждать их после того, что с ними сделала власть?!».

Традиции, заложенные в свое время батюшкой, живы и поныне.

МЫ И СЛЕПЫХ КОРОВ БЕРЕМ!

Справедливости ради скажу, что в обитель ехали не только люди, отверженные обществом: рафинированные эстеты и высоколобые интеллектуалы, бросив свои науки и служенье музам, отправлялись в Рыльск, где с упоением драили туалет, орудовали лопатой и ломом, убирали навоз за коровами, которых в монастыре было далеко за сто голов.

Коровы были предметом особой любви батюшки, который любил их, умел доить и был приучен ходить за ними с детства: он покупал у местных жителей всех подряд коров – даже хромых и тех, которые уже давно перестали доиться. Удивительно, но попав в монастырь, они снова начинали давать молоко. Однажды монастырь даже купил быка крутого нрава, с которым не могли совладать его хозяева. Рассказывают, что увидев настоятеля, бык сразу обмяк и утих, опустившись на колени. «Покаялся!», – сказал батюшка и самолично отвел буяна на скотный двор.

Один из братьев рассказал историю, что хитроумные жители соседнего села привели в монастырь слепую корову, рассуждая по пути, заметит ли это настоятель. Они были поражены, когда отец Ипполит, которому было всё открыто, с улыбкой встретил их у ворот монастыря: «Зря вы так боялись! Мы и слепых коров привечаем!». И еще дал за нее денег намного больше, чем полагалось.

С деньгами отец Ипполит обращался легко, шокируя монастырского казначея: раздавал их, не считая, как св. Иоанн Кронштадтский, который одной рукой брал деньги, а другой тут же их отдавал. «Чем больше отдашь, тем больше вернется», – говорил он.

И ведь вернулось: за довольно короткий срок удалось не только восстановить из руин двухэтажный Николаевский храм, но также привести в божеский вид церкви, колокольню, построить трапезную и паломнический корпус, значительно расширить хозяйство монастыря. Более того, старец основал еще пять скитов в ближайших селениях, из которых им был особенно любим Казанский скит в селе Большегнеушево, ставший женским монастырем.

ОСЕТИЯ СПАСЕТСЯ МОНАСТЫРЯМИ

Рыльск стал вторым домом для многих жителей христианской Осетии. Многочисленная осетинская делегация в этом году, как и всегда, приехала на день памяти старца. Но где, казалось бы, Курская область и где Осетия?! Что их связывает?

Сейчас уже никто точно не скажет, что заставило отца Ипполита взять на себя подвиг православного просвещения целого народа, но утверждают, в том числе и осетинские паломники, что сама Богородица, которая не раз являлась батюшке, велела ему молиться о многострадальной Осетии, находившейся в неблагоприятном окружении. Ведь с юга она граничит хоть и с единоверной, но недружественной Грузией, а с востока и запада – с чуждым по духу магометанским миром.

В конце 90-х отец Ипполит благословил создать в Осетии два монастыря – мужской и женский.

А будущую игуменью женского монастыря монахиню Нонну (Багаеву) он разглядел еще в то время, когда она работала корреспондентом на Осетинском телевидении и приехала в Рыльск на съемки фильма о батюшке. «А ты знаешь, что будешь монахиней?», – неожиданно сказал он ей, тогда, в миру, еще Наталье. – У тебя, как и у всех монахов, во лбу крестик светится!»

Прозорливый батюшка предвидел беды, которые обрушатся на Осетию, в частности, обвал ледника Колка в Кармадонском ущелье в 2002 году. Осетины-паломники, которым довелось быть в Рыльске летом 2002, рассказывают: «Батюшка Ипполит, начиная с июля, просил нас связаться с родственниками в Осетии, дабы предупредить их, что в ближайшие месяцы горы будут очень опасны». Все так и вышло: 29 сентября ледник рухнул, похоронив под собой много местных жителей и съемочную группу Сергея Бодрова-младшего. Предвидел батюшка и, случившуюся уже после его ухода из земной жизни, страшную трагедию в Беслане 1 сентября 2004 года, когда вооруженное зверьё захватило школу в Беслане с тысячей заложников.

И едва ли случайно мужской осетинский монастырь, который первоначально организовали в Беслане, расположился всего в 250 метрах от той школы, где произошел этот страшный теракт, который можно сравнить, пожалуй, только с избиением воинами царя Ирода младенцев в Вифлееме две тысячи лет назад. И эта трагедия стала для осетинского народа Голгофой, постоянно напоминающей ему о жертве, принесенной Иисусом Христом.

НЕ ГОВОРИТЕ ЯЗЫКОМ – ЕГО ЧЕРВИ СЪЕДЯТ

В Николаевском и Крестовоздвиженском храмах монастыря и сегодня ведутся тетрадки, в которых паломники записывают свидетельства помощи, оказанной батюшкой Ипполитом, в самых разных ситуациях – таких тетрадок многие десятки и этим свидетельствам нет конца.

Еще в 90-х вся Россия узнала о способности отца Ипполита помочь любому горю: нелады в семьях прекращались, безнадежные наркоманы и конченые алкоголики возвращались к нормальной жизни, отступали онкологические болезни и СПИД, злые Бастинды и Гингемы становились добрыми Стеллами и Виллинами. По молитвам батюшки останавливались поезда, чтобы дождаться опоздавших пассажиров, двигатели автомобилей с фатальными дефектами вдруг заводились, навигаторы начинали показывать правильное направление, а один рыбак наловил более центнера рыбы там, где она никогда не водилась. Ну как тут не вспомнить рыбаков – будущих апостолов с Генисаретского озера? Когда чудеса случаются, это в порядке вещей, странно, когда их нет. Чаще они малозаметны, а многие, увы, ждут хождения по водам.

Паломники, которые помнят батюшку, рассказывают, что первый раз ехали в Рыльск, ожидая, что увидят величественного благообразного старца, который будет изрекать красивые слава. А встречал их монах-простец в рваных кедах, перетянутых веревочкой, и латаном-перелатанном подряснике. Многие честно признаются, что первое время даже разочаровывались: «Разве мы такого старца искали?»

Отец Ипполит – великий молитвенник и молчальник – книг после себя не оставил, проповеди говорить не умел, дара красноречия был лишен начисто. «Не говорите языком, его черви съедят, говорите сердцем», – повторял он. Терпеливо выслушав паломников, хотя и без их рассказа ему было все открыто, он говорил в ответ очень мало и тихо, нередко так невнятно, что сказанное им было трудно понять. Но одно слово было понятно всегда и всем: «Помолимся!»

И его молитва делала и продолжает делать чудеса – она угодна на небесах.

На могиле отца Ипполита в Рыльске, где установлен бронзовый крест на гранитном постаменте, день и ночь горит неугасимая лампада и лежат свежие цветы, которые не вянут даже в лютые морозы. И стоит чемоданчик для записок батюшке Ипполиту, в которых паломники излагают свои просьбы старцу и делятся своими проблемами. Кому-то, возможно, это может показаться детской игрой в письма Санта-Клаусу, но это работает. Я тоже оставил такую записку, скорее, даже не с просьбой, а пожеланием. И оно уже исполнилось.

С октября 1991 до 17 декабря 2002 года послушание наместника Рыльского Свято-Николаевского монастыря нес архимандрит Ипполит (Халин). Его называли афонским старцем, за духовным советом к нему, в обитель маленького провинциального русского городка, приезжали со всех концов России. Он был утешителем и помощником всем, кто испытывал скорби и страдал от тяжелых физических и душевных недугов. Отец Ипполит привел к вере множество людей, для тех, кто искал духовной жизни, он был мудрым и терпеливым наставником. Его духовные чада пополнили ряды священства и монашества, в которых так нуждалась возрождающаяся от безумия атеизма Россия.

Настоятель Рыльского Свято-Николаевского мужского монастыря архимандрит Ипполит (Халин) родился в Святую неделю Пасхи, в Светлую Среду 18 апреля 1928 года в селе Субботино Курской области в семье простых крестьян – Ивана Константиновича и Евдокии Николаевны Халиных. У них было 8 детей: 4 мальчика и 4 девочки. Сергей, так звали о. Ипполита в миру, был самым младшим. Все его братья погибли на фронте, и на него, еще отрока, легла нелегкая ноша тяжелой деревенской работы. С детства Сергей был верующим, тем более что в роду Халиных были и священники, и монахи, а его родной дядя священник Михаил служил в церкви соседнего села. Родственники вспоминают, что когда Сергей был еще юным, у него под кроватью лежал чемодан с книгами духовного содержания, и он постоянно их перечитывал, особенно Библию, хотя, видимо, внешне ничем не выдавал своей веры в Бога. Отец Ипполит позже вспоминал: «Бывало, еще в армии, когда все лягут спать, укроешься одеялом и читаешь «Отче наш»… А вообще я любил наблюдать за священниками несмотря на то, что все вокруг подсмеивались над ними, а молодые ребята пели частушки про попов. Я же внутренне хотел стать священником». Несмотря на трудное время Сергей сумел закончить 10 классов средней школы, поучиться в ФЗО на литейщика, а после закончил педучилище. Отслужив три года в армии, он еще какое-то время работал в миру и в 1957 году в возрасте 29 лет ушел послушником в Глинскую пустынь. Родители его не были против, они фактически благословили его, сказав: «Сынок, мы уже прожили жизнь, а ты выбирай свой путь, как тебе нравится». Братья отца Ипполита погибли на фронте, будучи неженатыми, но благочестивые родители не стали настаивать, чтобы их младший сын создал семью и тем самым продолжил род. Отец Ипполит потом шутил: «Никто замуж за меня не пошел, и пришлось идти в монастырь».

В Глинской пустыни Сергий становится духовным чадом знаменитого старца схиархимандрита Андроника (Лукаша), на которого, как говорят, батюшка был похож характером. Старца Андроника называли «печальником душ человеческих». Про него писали, что смирение и кротость безраздельно царили у него в душе, что был он послушлив и любвеобилен. Эти-то качества своего старца, видимо, и взял в пример к подражанию послушник Сергий, они-то потом и проявились особо в период общественного служения старца Ипполита. В книге «Глинская пустынь и ее старцы» есть небольшой рассказ о том, как отец Андроник своей молитвой исцелил от крупозного воспаления легких послушника Сергия Халина.

В этой обители Сергий жил в одной келье с молодым послушником Иваном Масловым, который впоследствии стал известным старцем и богословом схиархимандритом Иоанном. Очень больным и слабым был Ваня Маслов, и его друг Сергий Халин ухаживал за ним, как медбрат, делал ему примочки, ставил компрессы.

Неполный год пробыл послушник Сергий в Глинской пустыни. В ноябре 1957 год он поступает в Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, где митрополит Псковский Иоанн (Разумов) постригает его сначала в монахи, а затем рукополагает в иеродиаконы, а в 1960 году – в иеромонахи. И там Господь не оставил батюшку без благодатного окормления. В Печорах у него началось тесное духовное общение с тремя великими старцами. Это иеросхимонах Симеон (Желнин), причисленный в 2003 году к лику святых, и последние валаамские старцы, жившие в то время в Печорах: иеросхимонах Михаил (Питкевич) и схимонах Николай (Монахов). С любовью и большой благодарностью вспоминал потом батюшка об этих старцах. Особенно об отце Михаиле, у которого он какое-то время был келейником. «Смотри, Сережа, не будь петушком, а будь курочкой», – учил смирению старец своего келейника. По словам отца Ипполита, со старцем Михаилом они были духовно очень близки и друг у друга исповедовались. И, видимо, многому научился будущий старец Ипполит у Печерских подвижников. «Я на всю жизнь запомнил этого скромного, тихого, смиренного монаха», – вспоминал об отце Ипполите недавно почивший московский батюшка, настоятель храма свт. Николая в Кленниках протоиерей Александр Куликов. Отец Александр, будучи совсем еще молодым священником, приезжал в Печоры и останавливался в келье иеромонаха Ипполита.

В 1966 году из Псково-Печерской обители иеромонаха Ипполита посылают на Афон, в Русский Свято-Пантелеимонов монастырь, в котором к тому времени оскудевала монашеская жизнь, и оставалось всего около десяти насельников. Он попал в число первых пяти монахов, которых отправили туда после того, как безбожное советское государство разрешило Русской Православной Церкви посылать на Афон монахов из Советского Союза. Схиархимандрит Илий, который приехал на Святую Гору через десять лет после приезда батюшки Ипполита, рассказывал: «Они, эти пять монахов, просто спасли положение, потому что русских насельников там оставалось мало, и монастырь уже мог перейти к грекам. Но сначала к ним отнеслись с недоверием, если не сказать, враждебно и называли их там «красными попами».

Но эти пять отцов и приехавшие после них из СССР другие монахи, видимо, заслужили доверие афонской братии жизнью и трудами в Свято-Пантелеимоновом монастыре. Отец Ипполит подвизался на Афоне 18 лет, неся послушание казначея и эконома, как и преподобный старец Силуан, в келье которого, как предполагают, он жил. Очень трудно было вести хозяйство, ведь в советское время власти запрещали помогать монастырю. И по воспоминаниям архимандрита Авеля (Македонова), который около четырех лет был настоятелем Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне, они иногда с отцом Ипполитом сидели и горевали, думая, как накормить завтра братию, как сделать ремонтные работы, как существовать. Но милостью Божией монастырь существовал, молитва творилась, и проблемы потихонечку решались. Кроме должности эконома отцу Ипполиту было доверено быть представителем от монастыря в Священном Киноте Святой Горы Афон. Нынешний духовник Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне иеромонах Макарий рассказывал, что встречался с греками из Священного Кинота, которые до сих пор помнят отца Ипполита как очень смиренного и усердного монаха. А схиархимандрит Илий, вспоминая афонский период своей жизни, рассказывал о батюшке Ипполите как о благодатном, добром, ласковом брате во Христе, большом молитвеннике.

В 1984 году батюшка сильно заболел и поехал лечиться в Россию. Так он здесь и остался. Некоторое время служил в сельских храмах Курской епархии, затем по благословению архиепископа Иувеналия (Тарасова) возглавил братию возрождающегося Рыльского Свято-Николаевского мужского монастыря. На плечи уже немолодого и не отличавшегося крепким здоровьем монаха легла тяжелая ноша – восстановление и обустройство старинной обители, сплочение и воспитание братии, организация хозяйственной деятельности, окормление множества паломников. Отец Ипполит непрестанно молился о вверенной ему братии, о паломниках, о всех, кто прибегал к его помощи. Он создал на Рыльской земле несколько скитов, в которых поселились небольшие монашеские общины. Женский скит в Большегнеушево со временем получил статус монастыря в честь иконы Божией Матери «Казанской». При его содействии в Северной Осетии открылся Аланский Свято-Успенский мужской монастырь.

Тяжелые молитвенные труды и заботы о восстановлении обители подорвали здоровье отца Ипполита. В последние годы своей жизни он тяжело болел, 17 декабря 2002 года Господь призвал к Себе Своего верного воина и труженика на ниве духовной. Похороны состоялись в день памяти святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских, к которому сам отец Ипполит постоянно обращался в молитвах и своих чад благословлял молиться во всех нуждах, скорбях и печалях. Множество народа провожало батюшку в последний земной путь. Его похоронили возле алтаря им восстановленного Николаевского храма — главного собора обители. На могиле отца Ипполита, где установлен бронзовый крест на гранитном постаменте, горит неугасимая лампада, всегда лежат свежие цветы. Православные не забывает своего утешителя и любящего батюшку, помолиться на его могиле постоянно приезжают паломники из разных городов России, Украины, Ближнего и Дальнего Зарубежья.

На территории дворцово-паркового ансамбля «Марьино» установлен и освящен памятник архимандриту Ипполиту работы народного художника России, скульптора В.М. Клыкова. Но главный памятник подвижнику воздвигнут народной благодарностью и любовью.

Иеромонах Игнатий (Матюхин)

К 90-летию со дня рождения архимандрита Ипполита (Халина)

Архимандрит Ипполит (Халин; 1928–2002), – один из великих старцев нашего времени, преемник традиций Глинской пустыни и Псково-Печерского монастыря, прошедший духовную школу Афона. В 1966 году он оказался в числе первых монахов из России, возродивших жизнь Русской Свято-Пантелеимоновой обители на Святой Горе. С 1991 года до дня своей кончины архимандрит Ипполит был настоятелем восстановленного им из руин Рыльского Свято-Николаевского монастыря, основал скиты и монастыри на Курской земле и в Осетии. Воспоминаниями о своем духовном отце поделился иеромонах Игнатий (Матюхин), бывший насельник Рыльской обители, ныне – духовник основанного отцом Ипполитом Большегнеушевского Казанского женского монастыря (Курская митрополия).

Расскажите, пожалуйста, как произошла Ваша первая встреча с отцом Ипполитом?

Воспоминания об отце Ипполите, нашем дорогом и любимом, – самые яркие и глубинные. Он незабвенно вошел в нашу жизнь, в сердца многих людей. Мы и сейчас ощущаем его близость к нам, причем не мечтательную, а самую настоящую – бытийную. Батюшка по-прежнему таинственно общается с нами. Старцы имеют дар учительства, ограждают от опасностей, направляют на спасительный путь жизни, и после кончины они не оставляют своих чад.

Я попытаюсь раскрыть облик батюшки, то, что я увидел и понял, живя рядом с ним. До встречи с отцом Ипполитом у меня был опыт общения с известными духовниками. В 1994 году я – послушник Глинской пустыни ездил к разным старцам, чтобы получить благословение на монашество, узнать, есть ли на то воля Божия. Мне сказали, что в Рыльске живет бывший глинский монах отец Ипполит, и у него обязательно надо взять благословение. Я поехал и услышал от батюшки: «Отец, иди-иди в монашество, да-да, надо».

Отец Игнатий, опишите подвижничество архимандрита Ипполита.

Батюшка взял на себя три подвига. Первый из них: «больший из вас будет вам слугой» (ср. Мф. 23:11). Батюшка именно служил каждому: никого от себя не отторгал, всем стремился помочь. Старец исполнил заповедь: приходящего ко Мне не изгоню вон (Ин. 6:37). Это второй его подвиг. Приезжали больные, искаженные грехом и страданиями, с самыми несчастными судьбами. Батюшка всех принимал и давал им возможность отдышаться от своей собственной жизни. Были и такие, что если бы отец Ипполит их не приютил при монастыре, они покончили бы жизнь самоубийством, погибли. Батюшку осуждали за то, что он оставлял при монастыре таких людей. Но это не его недостаток, а наше непонимание сути христианства, а он изначально поступал праведно. Это было проявление Божественной любви, которая действовала через него. Стяжав в сердце Христа, он не мог не откликнуться на чужую боль. Из всех старцев, с которыми я был знаком, батюшка более всего был похож на Христа, именно своим милосердием к падшим людям.

И третий подвиг: «просящему у тебя – подавать» (ср. Мф. 5:42). У батюшки была необычайная милостивость. В этом он похож на святителя Николая Чудотворца. Если старец знал, что есть нужда, то он подавал даже больше, чем просили, все уходили от него радостные. Тогда в монастыре средств хватало, можно было у нас провести восстановление не хуже, чем в столичных обителях, но деньги расходились на нищий народ, батюшка помогал ему выживать.

Как Вы считаете, какая самая главная черта духовного облика отца Ипполита?

Говоря об отце Ипполите, обычно останавливаются на внешней стороне его жизни, на чудесах, впечатлениях, но мало описаны его духовное делание, монашеский подвиг. Сейчас мы пытаемся осмыслить, воссоздать облик нашего старца, как будто складываем мозаику. Каким он был? Основная черта батюшки – смирение. Святые отцы учат, что смирение – риза Божества. Отец Ипполит достиг облечения в это божественное одеяние. Мне совершенно ясно, что благодаря смирению он стал подвижником, который в сердце стяжал Христа, Небесного Архиерея, Ему служил, и от Него принимал послушания. Каким таинственным образом ему открывался Бог, мы никогда не узнаем – это он унес с собой.

Батюшка со смирением избрал и принял путь глубокого злострадания, предназначенный ему Христом. И на этом, особо тесном пути, он испытывал покой и духовную радость. Потому что именно на этой стезе, когда человек многое претерпевает, приходит благодать, дающая радость общения с Богом. Смиренный человек получает от притеснений и скорбей радость и покой. Это было обычным состоянием старца.

Мы, паломники, видели, что жизнь Рыльского монастыря отличалась от других обителей. Расскажите, пожалуйста, как протекала монашеская жизнь.

При старце жизнь в монастыре протекала в особом режиме. Мы жили просто, непринужденно, не фиксируя событий, не осмысливая. Как ребенок живет с матерью: она его питает, заботится, и всё идет своим естественным ходом. А когда он вырастает, и мать отдаляется, – он начинает понимать, как она его любила. Вот такой период после ухода старца наступил у всех нас, знавших его. При жизни батюшки протекало наше детство, и казалось, так будет вечно. И только теперь мы понимаем, что оно уже не вернется.

В монастыре нелегко было… Приходилось по-монашески жить не в уединении, а в потоке болящих людей. Я никогда не видел столько страдающих лиц, замученных людей, особенно на отчитках. Батюшка взялся за самых несчастных, самых брошенных. Он принял подвиг, на который редко кто решается. Отчитки – это гигантский труд, не многие монахи могут взять его на себя и не повредиться. Мы исполняли то, что говорил старец – читали молитвы, а боролся и изгонял нечисть из людей – он, силой Христовой. До отказа заполненный храм; если туда войдешь, назад не выйдешь. Читаешь молитвы, а за спиной дикие вопли преисподней. Слышишь истошные крики: «Я тебя убью!..» и понимаешь, что это не пустые слова. Батюшка погружал нас в мир людских страданий и не уставал напоминать о необходимости терпения. Потому что, только освоив эту добродетель, можно обрести смирение. Старец закладывал в нас терпение как фундамент смирения, чтобы потом подняться и до него дорасти.

Что более всего привлекало Ваше внимание в жизни старца?

Меня интересовала именно сокровенная сторона духовного подвига отца Ипполита. Стремясь к монашеству, я искал наставника, который обучил бы духовной науке. Я стал «изучать» старца, вглядываться глазами сердца в его жизнь. От меня не ускользал ни один его жест. Есть такая притча: к авве пришли ученики и стали задавать вопросы. И только один из них молчал. Тогда авва обратился к нему: почему он ничего не спрашивает? А тот ответил: «Мне достаточно просто быть рядом с тобой, отче». Вот и мне хотелось «быть рядом» и через видимое узреть сокровенное и поучающее. Я был на последнем курсе семинарии и наивно полагал, что имею достаточные знания о старчестве. Но около отца Ипполита оказалось, что ничего не знаю. Одно дело – книжное научение, другое – опытное постижение духовных истин.

Как складывались Ваши личные отношения с отцом Ипполитом?

Я был монах с претензиями. Мне хотелось жить в обустроенном монастыре, чтобы были условия для монашеского делания. Поэтому Рыльский монастырь мне не понравился. Там было многолюдно, а я любил молиться в уединении. Просил у батюшки благословения уехать, но он не отпускал, а потом, наконец, сказал: «Езжай, все равно потом сюда приедешь».

Мне было по душе книжное любомудрие, после семинарии хотел учиться в академии. Но владыка не благословил, а, вопреки моим ожиданиям, направил в Рыльский монастырь. И тогда вспомнились слова батюшки о моем возвращении. По сути, старец тогда предрек: здесь мое место. Предсказания духоносных отцов имеют такое свойство: сначала ты их слышишь, но в полной мере не воспринимаешь, и только спустя годы начинаешь понимать их смысл. Семь лет я провел в Рыльском монастыре, потом был переведен в женский монастырь в селе Большегнеушево. С 2000 года прохожу «Ипполитовские академии» – сначала с батюшкой, потом с игуменией Ипполитой (Ильиной), настоятельницей нашей обители.

Живя рядом с батюшкой, я знал, что он прозорлив, мудр, ему открывается воля Божия – это всё было очевидно. Но мне хотелось получить еще внутреннее свидетельство его совершенства и старчества. Я написал ему целый труд, задавая вопросы об аскезе, – хотелось узнать его мнение. Долго ждал, но не получил никакого отклика. Теперь я понимаю, что до осмысления ответов на мои духовные вопросы надо было еще дожить.

Всё начало открываться после кончины отца. Стало происходить то, что описано у святых отцов. Старец ушел… Но скорби не было, душа летала… – неописуемая, глубокая Пасхальная радость. И стали проясняться ответы на мои вопросы. Батюшка не торопился с откликом. Он воспитывал монахов своей особой «молитвенной педагогикой». По его молитве, в свое время, когда я был готов воспринять, пришло то, что я так долго искал: полная ясность ответов на мои вопросы и внутреннее сердечное удостоверение. Это всё свидетельства его старчества и совершенства.

Отец Ипполит скончался ночью. Я проснулся и почувствовал: батюшка умер. Через две-три минуты услышал звук колокола… Старец посетил свое чадо. Когда душа уходит, она навещает близких. Сразу после кончины батюшки родилась наша сердечная близость, чего раньше я не чувствовал. Пришло ясное понимание, что теперь я с ним навеки: ни он меня не отпустит, ни я от него не отойду.

Как отец Ипполит учил, воспитывал монахов?

Мы, знавшие отца Ипполита, сейчас глубже и глубже познаем тайну его души, она словно раскрывается в течение нашей жизни. Батюшка своим молчанием и краткими словами как бы говорил нам при жизни: «Смотрите, что и как я делаю, не задавая лишних вопросов, а со временем всё откроется и прояснится». Как Евангелие мы читаем, и оно раскрывается в течение жизни. Так и батюшка: мы его видели, слышали, но тогда это было только начало.

Прошло 15 лет после его ухода, а он меня по-прежнему окормляет, воспитывает, устыжает, смиряет, напоминает… Я вижу, куда идти, у меня пример перед глазами. Он – воплощенная кротость и смирение. Мы говорим о добродетелях, о кротости, а кротких людей не встречаем. А у нас был опыт общения с таким человеком, мы видели его реакцию, поступки, вглядывались в его глаза. Для нас, начинающих монахов, это было очень важно.

Нужно время, чтобы мы по-настоящему уяснили его поучения. Например, батюшка говорил много раз: «Терпи, отец». Только спустя годы я понял смысл терпения, и каким оно должно быть. Мы часто терпим неправильно: собираем злость на ближнего, свою бессердечность, а потом изливаем всю раздражительность, чаще всего на слабого человека. А терпение – это умение быть добрым при любых злостраданиях.

Что такое старчество? Старец изначально видит твой путь и знает, куда вести. Сейчас мы глубоко чтим батюшку, стараемся исполнить его наставления по русской пословице: вперед батьки в пекло не лезь. Зачем изобретать велосипед, терять время, делая крюки и зигзаги? Надо идти прямым путем, а это стезя отца Ипполита: «Живи просто. Живи и радуйся». По мирским понятиям, оснований для радости у батюшки было мало, скорбная мученическая монашеская жизнь, а в сердце – покой и радость.

Какие конкретные поучения он дал Вам лично?

Помню одну исповедь у батюшки. Он был в своей деревянной «каливе», я встал на колени. И вдруг ощутил, что меня чем-то накрыло, как колпаком, что-то со мной происходит. Возникла особая духовная близость со старцем. Смотрю на него и чувствую, что он меня любит и всё видит. Обычно мы исповедуемся, и в душе ничего не происходит. А здесь, в этой благодати любви, возникли пронизывающая боль за грехи, стыд и понимание недопустимости этих грехов. Это было очень остро, как не бывает в обычной жизни. Старец показал, как надо исповедоваться: грех должен не просто называться, а в переживании боли и стыда отторгаться. Это яркий пример силы молитвы отца Ипполита. Батюшкина благодать – небесного свойства, она передавалась нам, утешала, а порой, вот таким образом просвещала, обучала.

Запомнился такой случай. Будучи послушником, я страдал от своей разбитой обуви, не было денег купить новую, и ноги промокали. В Рыльский монастырь я приехал в ботинках-«крокодилах». Мне сказали, что отец Ипполит заботится, чтоб все были одеты-обуты. Решил проверить: если он прозорливый, то должен заметить, в чем я хожу. Однажды даже обогнал его, показывая, что моя обувь явно рассыпается. После этого посмотрел на реакцию батюшки – он только улыбался. Из монастыря я уехал на учебу в семинарию в Курск. Через полгода после этого случая мне принесли коробку с новой обувью: «Это тебе от отца Ипполита». Вот такой урок мне преподнес батюшка: всё видит, но всему свое время. Интересно заметить, что в дальнейшем у меня всегда обуви достаточно, сам раздаю.

Батюшка неоднократно говорил мне: «Отец Игнатий, я не умею, а ты будешь проповедовать, будешь говорить людям». Я тогда избегал мирского общения и поэтому смущался от такого предсказания. После смерти батюшки, действительно, пришлось рассказывать о нем, преподавать, проводить экскурсии. Но для этого сначала надо было пройти школу Рыльского монастыря.

То, что отец Ипполит говорил и явно показывал, – это на всю жизнь. Недавно произошел такой случай. На Афоне у меня была встреча с архимандритом Ефремом, игуменом Ватопедского монастыря. Он поговорил со мной ласково, вразумил, но потом я вновь подошел что-то спросить. А он мне уже жестко указал: «Я тебе всё сказал, иди исполняй». Отец Ипполит был помягче, но принцип тот же, схожая «педагогика»: я вам сказал и показал всё необходимое на это время, теперь исполняйте, если хотите… Без отца Ипполита жизнь многих людей была бы иной.

Отец Ипполит за свою жизнь прошел несколько монашеских школ: глинская, псково-печерская, афонская. Как Вы полагаете, какая из них стала главной, особо повлиявшей на него?

Отец Ипполит – это особый опыт прихода афонского старчества в Россию. Афониты все похожи друг на друга. И наши подвижники одной школы тоже сходны, с них канон можно писать: глинское, псково-печерское старчество. Батюшка прошел русские школы старчества, но все же главное в его облике и служении то, что он – святогорец, освоивший исихастскую афонскую традицию молитвы. Он явил афонский дух и нес афонское послушание в России. И это бесценное богатство стало достоянием Рыльского монастыря. После месяца, проведенного на Афоне, я понял батюшку больше, чем за все предшествующее время. Более ясным стал его путь к такому совершенству.

В Казанском монастыре в селе Большегнеушево чувствуется афонское влияние. Вы связываете это с покровительством отца Ипполита?

У нас установилась духовная связь с Ватопедом, со старцем Ефремом. Он приезжал к нам в монастырь. Мы почувствовали веяние с Афона, когда шло строительство монастыря. В стране начался кризис, а у нас в 2009 году появились спонсоры. В глухую деревню пришли новые люди. Ведь кто-то их привел? Отец Ипполит, конечно же. Он причастен ко всем нашим событиям и свершениям. Через афонитов, из близкого его сердцу Афона, батюшка направил к нам помощь.

Расскажите, как батюшка сейчас являет себя из блаженной вечности?

Сейчас начинается новый виток вхождения старца в нашу жизнь. Первый был при жизни батюшки, второй начался сразу после его ухода и связан с его посмертными чудотворениями. И в последние годы после телевизионных передач по центральному телевидению в монастырь хлынул поток людей, узнавших о новом чудотворце. Люди чаще всего едут не с духовными проблемами, а просто полечиться. Так было в Рыльском монастыре и при батюшке: лечились и получали исцеление. Сейчас происходит то же самое, но с этого начинается духовное пробуждение. За каждого человека пойдет молитва старца. От отца Ипполита никто не уйдет без духовного плода. Такое массовое почитание старца является проявлением посмертной жизни отца Ипполита во Христе. Это его тихие скромные, а иногда и яркие чудеса – для людей, которые его не знали, но уже полюбили и потянулись к нему.

Говоря о многочисленных чудесах отца Ипполита, обычно имеют в виду изменение обстоятельств, когда по молитвам старца внезапно приходит помощь Божия. Это то, что помогает нашей внешней жизни, но бóльшее чудо происходит в сердце человека, когда оно обращается ко Христу. Мы знаем множество таких примеров чудес, которые старец творил в душах людей. Иногда одним днем, иногда постепенно, он делал человека православным христианином. Причем он не убеждал, а просто общался, жил с нами, молился, и люди вокруг него – обретали веру, воцерковлялись. Среди нас были многие, кому он постучал в сердце, кого нашла его любовь, кого он извлек из жизненной суеты или бесплодных поисков.

Интересно отметить, что батюшка таинственным образом запечатлевал свой дух в людях, с которыми близко общался, они обретали некое помазание. Передаются и привычки отца Ипполита. У меня всегда возникает особая радость встречи, когда оказывается, что кто-то знал батюшку.

Святость бывает каноническая, когда Церковь подтверждает народное почитание подвижника, торжественно провозглашает его святым. А есть признание и почитание народа Божьего, который чувствует святость праведника и имеет свидетельства. Так на Афоне почитают многих подвижников и обращаются к ним в молитве как к святым. Для меня и многих чад и почитателей отца Ипполита, его святость – очевидна и несомненна. Отец Ипполит достиг состояния обожения и совершенства, доступного человеку. Святость берет начало на небесах, когда на подвижника нисходит благодать Божия и преображает его. Отец Ипполит показал, как возможна святость в наше время. Он внес в нашу жизнь главное и ценное: благодатное слово; явил идеал монаха и воплотил Христов дух.

Сегодня много пишут о старцах Иоанне (Крестьянкине), Кирилле (Павлове) и очень мало – об отце Ипполите. Батюшка и сейчас не торопится открываться. Но я думаю, что придет время, и мы осознаем значение особого подвига отца Ипполита для современного монашества и поймем его святость.

Публикацию подготовила Надежда Шелепова

9 июня 2018

Социальные сети

Короткая ссылка:

скопировано