Константинопольская патриархия

Слова «Вселенский патриарх» звучат завораживающе. В переводе с сакрального это «самый главный». Может ли на это претендовать Константинополь?

Сергей Худиев: Когда-то, в средние века, Константинополь был центром цивилизованного мира, славнейшим — славнее не было на Земле — городом. Город городов, наши предки называли его Царь-градом. Это был абсолютный центр не только для жителей Римской империи — для жителей всего тогдашнего мира. Слово «вселенная», «ойкумена» означало для жителя Восточной Римской империи мир, который существовал в границах этой империи. Отсюда и этот высокий титул — «Вселенский патриарх». Епископ Константинополя, естественно, воспринимался как главный епископ империи и обладал «первенством чести». Но это не означало какого-то принципиально иного статуса — он был первым среди равных.

А сейчас?

Сергей Худиев: С тех пор прошло очень много времени. Мы знаем, что Восточная Римская империя, которую потом назовут Византией, пришла в упадок и в конце концов была завоевана турками. Турки дали определенное самоуправление греческой православной общине. И оставили Константинопольского патриарха ее лидером. Но в 20-е годы XX века греки предприняли неудачную попытку восстановить империю, проиграли войну с Турцией — и это привело к массовым депортациям греческого населения. Константинопольскому патриарху удалось остаться в Константинополе с огромным трудом и почти без паствы. Сегодня в Стамбуле живут около 100 греков.

На этих 100 стамбульских греках все не кончается. У него есть еще приходы — в Соединенных Штатах, в Греции. Но великого, грандиозного статуса, который был у Константинопольского патриарха во времена Восточной империи, сегодня нет. Сейчас это епископ очень небольшого квартала в Стамбуле, полностью находящийся под турецкой властью. Однако патриарх Варфоломей, вспоминая то положение, которое было у епископа Константинопольского в эпоху расцвета самого Константинополя, пытается к нему апеллировать. Ему кажется, что он есть глава православного мира вообще. И все должны ему подчиняться.

По аналогии с Папой Римским?

Сергей Худиев: Да, у католиков, так сложилось исторически, Церковью управляет Папа. И он рассматривается как своего рода монарх, духовный глава всех католиков. В Православной церкви сложилась другая система управления. Существует пятнадцать патриархатов, каждый из которых обладает полномочиями внутри своей поместной церкви. Патриархи равны между собой. У каждого патриархата есть своя каноническая территория. И правила Православной церкви запрещают епископу входить на чужую каноническую территорию. Епископ Москвы, например, не может вмешиваться в дела епископа Санкт-Петербурга. Очень важный пример незыблемости этого правила показывала русская Церковь после войны 2008 года, когда югоосетинские православные приходы попросились в Московскую патриархию. Но Москва отказалась их принять, чтобы не нарушить каноническую территорию Грузинской церкви. Но Константинополь почему-то решил, что может прийти на каноническую территорию другого патриархата — Московского.

При том, что Константинопольский патриархат всего лишь «один из» православных патриархатов, никак ни над кем не возвышающийся?

Сергей Худиев: Да. Его когда-то чрезвычайно высокий статус, заданный столичным статусом Константинополя — анахронизм. Этой империи давно нет. И если даже начать искать ближайший аналог православной империи, то во всяком случае не в Турции.

Но «епископ одного стамбульского квартала» хочет создать «автокефальную украинскую церковь».

Сергей Худиев: Да. И здесь надо прежде всего отметить, что все движение за «автокефалию для украинской церкви» было инициировано и раздуто светскими властями. Каноническая Украинская православная ни о чем подобном не просила и не просит. Среди людей, которые борются за автокефалию, очень немного хотя бы формальных членов Церкви. Среди борцов за автокефалию для украинского православия — люди, которые определяют себя как униаты, протестанты, атеисты и кто угодно еще. Это чисто политический проект. Его главная цель — подавить каноническую Украинскую православную церковь, законно связанную с Московским патриархатом. Это враждебность украинских националистов. Национализм принципиально враждебен христианству и Церкви. Он постулирует «Украина понад усе», а для христианина конечно, «надо всем» — Христос. Националистическое приветствие «Слава Украине» — сознательная пародия на традиционное для украинцев благочестивое приветствие «Слава Иисусу Христу». Националистов устроила бы своя карманная националистическая церковь. У них есть так называемый «Киевский патриархат», иначе известный как «Филаретовский раскол», но он не признан в православном мире. С помощью патриарха Константинопольского они надеются получить признание. А патриарх Варфоломей, имеющий не слишком многочисленную паству, грубо говоря, хочет, чтобы под ним было больше народу. И именно поэтому, я думаю, он пошел на соглашение с украинскими националистами. Их интересы пересеклись.

Русская православная церковь во время Грузино-осетинской войны повела себя, как должно вести себя Церкви, если это настоящая Церковь. Константинополь и украинские раскольники с политической примесью ведут себя так, как в Церкви себя не ведут.

Сергей Худиев: Что касается украинских политиков, то это обычные макиавеллисты, что от них еще ожидать. Но вот поведение патриарха Варфоломея пока разочаровывает. Он-то все должен знать куда лучше, чем наэлектризованные украинские националисты.

Константинополь вдруг заговорил о недостаточности исторических оснований для когда-то выбранной Русской православной церковью независимости от Константинополя.

Сергей Худиев: Она была выбрана 300 лет назад. И 300 лет все исторические основания были, а сегодня стали сомнительными?

Насколько ресурсна Константинопольская патриархия? Украина для нее «лакомый кусок»?

Сергей Худиев: Все достаточно прозрачно: у Константинополя мало приходов, он хочет увеличить их число, и Украина очень — очень лакомый кусок. И прежде всего бросается в глаза вопиющая неэтичность поведения патриарха Варфоломея по отношению к его собрату, митрополиту Онуфрию. Он признавал его в качестве собрата епископа — а теперь обращается с ним и его паствой как с пустым местом, посылая своих экзархов без всякого с ним согласования. Для человека, претендующего на то, чтобы быть добрым пастырем всего православного мира, это просто немыслимо.

Константинополь решится дать томос украинским раскольникам?

Сергей Худиев: Какое-то — совсем небольшое время — назад я бы сказал, что патриарх Варфоломей не пойдет на такой безответственный шаг. Но сейчас уже видно, что он может так поступить. Другое дело, что нет структуры, которая может получить этот томос. Кто-то должен созвать собор различных украинских расколов и создать ее. Поэтому пока неясно, как будут развиваться события.

Если Константинополь постарается легитимизировать украинских раскольников…

Сергей Худиев: Это приведет к резкому усилению давления на каноническую Украинскую православную церковь. Раскольники и так демонстрировали по отношению к ней крайнюю враждебность.

И две великих лавры могут попытаться отобрать у канонической Церкви?

Сергей Худиев: Кого только не было в наших великих лаврах — и большевики, и фашисты. Но не будем забывать, что «врата ада не одолеют Церковь».

ТАСС-ДОСЬЕ. 11 октября 2018 года синод Константинополя снял анафему с глав двух неканонических церквей — Киевского патриархата и Украинской автокефальной церкви.

Редакция ТАСС-ДОСЬЕ подготовила материал о Константинопольской православной церкви.

Константинопольская православная церковь (КПЦ; Константинопольский или Вселенский патриархат) — одна из старейших автокефальных православных церквей (автокефальная — самостоятельная церковь, канонически независимая от других поместных церквей, сегодня существуют 14 общепризнанных автокефальных церквей).

По преданию, она была основана апостолом Андреем Первозванным, который около 38 года рукоположил своего ученика Стахия в епископы города Византия (с 330 года Константинополь, с 1930 года — Стамбул). В эпоху становления Византийской империи, когда Константинополь начал играть роль столицы Римской империи, Константинопольская церковь стала второй по влиянию в христианском мире после Римской.

В этот период оформились титул и статус епископов Константинополя: с 451 года они стали именоваться патриархами, с 588 года — вселенскими патриархами. В числе архиепископов и патриархов этой церкви были святители Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Фотий Великий.

После раскола христианства на православие и католицизм в 1054 году патриарх Константинополя стал первым среди глав православных церквей. После завоевания турками Византии и Балканского полуострова в 1453 года КПЦ сохранила свой статус, патриарх стал главой всех православных Османской империи, ему подчинялись главы других древних церквей — Александрийской, Антиохийской, Иерусалимской.

Кроме того, в его юрисдикцию входили церкви православных народов Восточной Европы. В начале ХХ века в связи с распадом Османской империи сфера влияния Константинопольского патриархата стала постепенно сокращаться, независимость (автокефалию) от него получили Болгарская, Сербская, Грузинская, Румынская церкви. Однако и поныне Константинопольская церковь числится первой в диптихе (списке) православных церквей.

В настоящее время каноническая территория КПЦ включает большую часть Турции, значительную часть Греции, Финляндию. Константинопольскому патриархату подчинены епархии в Северной и Южной Америке, Австралии, Великобритании, Франции, Германии, Австрии, Бельгии, Нидерландах, Люксембуре, в скандинавских странах, Новой Зеландии. После распада СССР под юрисдикцию КПЦ перешла часть Эстонской православной церкви. Общая численность последователей КПЦ составляет около 3 млн человек.

Константинопольский патриархат заявляет о принадлежности ему всей православной диаспоры, то есть всех православных за пределами канонических территорий поместных православных церквей. Эта концепция (ее часто называют «восточным папизмом») оспаривается остальными поместными церквами, в частности, Московским патриархатом.

Догматика и обрядность в КПЦ такая же, как и в других православных церквах. Богослужебный язык — греческий, в Финляндии — финский, в диаспоре английский, испанский, французский и другие языки. Календарь — новоюлианский (с 1924 года), в ряде канонических территорий юлианский.

Полный титул главы церкви — архиепископ Константинополя — Нового Рима и Вселенский патриарх, краткий — патриарх Константинопольский. С 1991 года предстоятелем церкви является Варфоломей I (в миру Димитриос Архонтонис).

При патриархе действует Священный синод. Административный центр патриархата, патриаршая резиденция и кафедральный собор святого Георгия находятся в Стамбуле, в историческом квартале Фанар (на территории современного района Фенер).