Монахи

Бытует мнение, что монастырская жизнь распланирована по часам — от службы к службе, а монахи все время проводят в молитве, им чужды веселье и жизнерадостность. Это стереотип.

В монастыре сразу ощущается атмосфера благожелательности. Удивили и сами братья — большинство из них молоды (средний возраст — примерно 40 лет), а не стары и немощны, какими многим представляются монахи. В миру их назвали бы завидными женихами — высокий рост, здоровый румянец, нет лишнего веса.

Щедрый послушник

В ожидании наместника, который был занят по хозяйству, со мной общался отец Михаил — высокий, стройный мужчина средних лет, сразу почувствовалось — интеллектуал.

Из дома я захватила пустую пластиковую бутылку, чтобы набрать в монастыре святой воды. Отец Михаил попросил сходить за ней совсем молодого послушника, добавив, что гостье нужно попробовать также монастырский творог и сметану.

— Еще меда свежего положи, — крикнул батюшка вдогонку парню.

Тот на гостинцы не поскупился, вернувшись с увесистым пакетом, который для меня был неподъемным. Послушник принес и святую воду в полуторалитровых бутылках с этикеткой, на которой указан адрес обители.

Не зачать, а сотворить

Разговор с отцом Михаилом начался с вечной темы — о семье и церковном браке, и, как следствие, продолжении рода. Не обошли и вопрос экстракорпорального оплодотворения, которое, как известно, церковь не приветствует.

— Почему, с религиозной точки зрения, нельзя делать ЭКО?

— Никто не может сказать наверняка, когда у человека появляется душа, может, это происходит в сам момент зачатия. Кстати, нельзя подходить к этому процессу механически. Супруги перед близостью с целью продолжения рода должны помолиться и отнестись к этому не как к спорту, а как к творчеству — не зачать, а сотворить, как Господь сотворил Адама и Еву.

— А если у пары не получается естественным путем зачать малыша?

— Значит, им нужно усыновить или удочерить ребенка, и тогда, такое нередко случается, Бог пошлет им собственного.

Помощникам рады

Обитатели монастыря — жаворонки. В половине седьмого начинается братский молебен, который читается только в обителях. Кроме него, по традиции Старочеркасского монастыря, братья молятся святым и читают другие молитвы — личное правило, которое монаху рекомендует его духовный отец.

Обязанности духовника исполняет 78-летний иеросхимонах Виталий. Долгое время он заведовал церковными лавками в Ростовском кафедральном соборе. Потом сильно заболел и стал схимником — это третья, последняя ступень монашества.

Заблуждение, что братья целые дни проводят за молитвой.

— Иначе мы были бы тунеядцами, — серьезно говорит исполняющий обязанности наместника отец Рафаил.

Если это не выходной и не праздничный день, после молебна монахи расходятся на различные послушания или работу. В монастыре обширный фронт работ.

В монастырские владения входит Войсковой Воскресенский собор с колокольней, храмы Донской иконы Божией Матери, Петра и Павла, Преображенская церковь, Успенский скит на острове Большом. На территории подворья в селе Васильево-Петровка монахи строят храм Александра Невского, на месте почти всегда находится иеродьякон Николай, который выполняет функции прораба. До монастырской жизни он был хорошим строителем. При этом братья сами себя кормят. При монастыре есть ферма и пасека. Натуральные продукты, которыми меня угостили монахи, были оттуда.

— Везде нужны люди, которые бы за всем этим следили. У нас остро ощущается нехватка рук, — сетует наместник.

В обители 16 монахов, три инока и пять послушников. В монастырь приходят помощники, или трудники. Обычно их около десяти или чуть более.

Ответ на молитву

В кабинете наместника много икон и памятных вещей, когда-то пожертвованных обители. Здесь же оказался и… старый патефон, органично вписавшийся в церковный интерьер.

— Английский, — уточняет отец Рафаил и ставит пластинку с песней Марка Бернеса, потом — вальс.

Батюшка поясняет, что увлекается настоящей музыкой и собирает предметы старины. Отец Рафаил, если не брать во внимание рясу, напоминает молодого преподавателя или студента семинарии.

— Учитывая вашу молодость, как вам удается управлять таким большим монастырским хозяйством, и главное, руководить в духовном плане людьми, которые намного вас старше? — задаю провокационный вопрос 28-летнему и. о. наместника.

— Когда я прошу выполнить какое-то послушание брата, который значительно старше меня, то делаю это, учитывая его возраст. Он же должен исполнить мое поручение, соблюдая устав монастыря. Мы обоюдно смиряемся: я перед его сединами, он перед моим саном.

Смирению молодой батюшка учится уже около десяти лет — с тех пор, как решил полностью посвятить себя служению Богу. Был момент, когда будущий отец Рафаил хотел создать семью.

Демид, или Диомид, Митрофанов родился и вырос в Батайске. В четыре года мальчика отдали в воскресную школу. Родители ребенка воцерковлялись вместе с сыном.

В девять лет Демид задумался об учебе в семинарии. Поступил в нее после окончания общеобразовательной школы. После обучения в Сретенской духовной семинарии служил по призыву в военно-воздушных войсках, радиолокационной роте. Часть была расположена на Валаамском архипелаге, в пяти километрах от знаменитого монастыря. В армию Демида провожала девушка — дочь священника, на которой после службы он собирался жениться.

В своих молитвах парень обращался к Господу: «Если мне суждено создать семью, то пусть это произойдет именно с ней, это та единственная, которая мне нужна».

Но разлука отдалила молодых людей друг от друга. Когда, казалось, что выбор сделан, общение с избранницей стало более редким, и в конце концов прекратилось.

После службы Демид вернулся к отцу и младшему брату, которым нужно было помогать. Пока он был в армии, в результате несчастного случая не стало мамы.

Так как чувство к девушке пропало, он окончательно принял решение, которое давно обдумывал, стать монахом.

— И не жалею. Я хотел максимально служить Богу и людям через проповедь Евангелия. Помогать им в трудных ситуациях. Монахи общаются с верующими, рассказывают им о церковных таинствах, в том числе крещении, венчании, как должны вести себя муж и жена по отношению друг к другу, чтобы в будущем им не пришлось разводиться.

— А крепок ли церковный брак? — спрашиваю священнослужителя.

— Разводы тоже случаются. Работая в ростовском епархиальном управлении, я в том числе занимался приемом прошений о расторжении брака и могу сказать, что разводится в среднем чуть более 300 пар в год. Основная причина — супружеская неверность. Нередко супруги объясняют, что хотят развестись из-за разницы характеров. Но Господь и церковь учат прощать даже за измену, тем более не может быть причиной для расставания бытовой конфликт. Как сказал апостол Павел о любви: «Она долго терпит, милосердствует, не превозносится, не раздражается, не мыслит зла, все покрывает». Если супруги будут следовать этим словам, их любовь никто и ничто не разрушит.

Прямая речь

Отец Иоанн (Иван Ефимов) священник Старо-Покровской церкви Ростова-на-Дону

— Человек уходит из обычного мира, чтобы не заразиться его грехами. Есть братья, которые пришли в монастырь 15 — 20 лет назад и с тех пор ни разу не выходили за его пределы.

Монахи совершают в монастырях духовный подвиг — борются со своими страстями, живут по божьим заповедям. Сжимая кулак до белых косточек на пальцах, так монах должен сжимать свои страсти. Сделать это можно только молитвой.

Также монахи молятся обо всех людях. Пока есть монашеская молитва, мы чувствуем себя защищенными. Господь сказал, что даже ради одного праведника он может не осудить всех, а оставить мир без наказания. По состоянию монастырей можно судить о том мире, в котором мы живем. Число монашествующих в России сегодня растет.

Притча

В древнем патерике описывается поучительная история о монахе и сапожнике. Монах спросил у духовного отца, может ли человек спастись за монастырскими стенами, обремененный семьей и заботами. Старец послал ученика в сапожную мастерскую — понаблюдать за сапожником. Монах с утра до вечера смотрел, что происходит в мастерской. К сапожнику все время приходили заказчики, он общался с женой и детьми. Вокруг человека всегда была суета. Но никогда сапожник не пребывал в злобе или отчаянии, а спокойно и мирно принимал все происходящее. Во всех ситуациях он говорил: «Слава тебе, Боже». Тогда монах понял: человек благодарит за все, что Господь ему посылает, это и есть воля божья, направленная на его спасение. Значит, мастер, как и монах, живет по божьим заповедям.

Судя по результатам спектрального анализа частиц кожи, ногтей и волос умершего главы буддийской церкви, органические изменения, которые происходят в его теле, абсолютно ничем не отличаются от процессов в организме живого человека. У «нормальных» же усопших именно органика быстрее всего распадается. Более того, изменения в неорганических веществах коснулись лишь фосфатных соединений. Однако и они ничем не напоминают происходящее в мертвых клетках.

Напомним, что лама Итигелов — персонаж вполне реальный. Остались его многочисленные фотографии, поэтому проблем с идентификацией его личности никаких нет. Известно, что он участвовал в праздновании 300-летия дома Романовых, был награжден орденами Анны II степени и Станислава. Также в ряду заслуг перед Отечеством духовного лидера бурят — организация сбора средств на нужды фронта во время Первой мировой.

С другой стороны, профессор Виктор Звягин, руководивший группой судмедэкспертов, — признанный мэтр отечественной идентификации. По его учебникам учились все судмедэксперты России. Звягин проводил исследования останков царской семьи, работы по определению причин смерти православных святых, чьи тела сохранились в мумифицированном виде. Однако в данном случае никаких следов бальзамирования ученый не обнаружил.

Похоже, лама был уверен, что сохранится в своем последнем прибежище именно в том виде, в котором сейчас его могут видеть многочисленные верующие, посещающие Иволгинский монастырь в Бурятии. Ведь не случайно последняя воля Итигелова была весьма необычной — эксгумировать его тело. Два года минуло с тех пор, как нынешний глава буддистов, преодолев внутренний протест, решился-таки выполнить эту просьбу. Однако до сих пор никаких необратимых процессов с телом ламы не произошло, утверждает доктор исторических наук, профессор РГГУ Галина Ершова:

— Медики признают, что опыта работы с такими объектами у них нет. Им известны случаи хорошей сохранности останков человека путем бальзамирования. Более того, знаменитый Пирогов сам приготовил раствор, с помощью которого его забальзамировали. В XIX веке в высшем свете вообще была «мода» на захоронения такого рода. Потом она, что удивительно, перешла к революционным вождям. К примеру, помимо ленинского у нас до сих пор сохраняется тело Котовского.

Есть и, так скажем, естественные способы. Находят такие тела в вечной мерзлоте. Определенные виды почвы могут выполнять роль бальзамирующих средств. Однако когда в могилы попадает кислород, мертвые ткани в течение нескольких часов разлагаются. Так произошло с телами Пушкина, брата Рубинштейна. Этого же боялись судмедэксперты, которые присутствовали при эксгумации Итигелова. Они были уверены: через четыре-пять часов его тело превратится в прах. Но ничего подобного не случилось.

Внешне тело ламы ничем не напоминает умершего человека. Нет трупных пятен, кровь в двух небольших ранках на ноге и руке напоминает желеобразное вещество. Вокруг этого явления, конечно, уже масса домыслов и мифов. Однако науке интересны только факты. Поэтому в течение ближайших двух месяцев будут готовы результаты еще одной экспертизы, которая, я надеюсь, объяснит с научной точки зрения и это необычное явление.

Впрочем, ответ может быть зашифрован еще в одном нюансе этой истории. Лама оставил потомкам и другую загадку. Это момент его смерти: он попросил поместить себя в куб, сколоченный из кедровой доски, и читать вместе с ним поминальную молитву. Получается, что мертвым его никто не видел. Этот факт открывает простор и психофизиологическим гипотезам. Умеют же йоги ускорять или замедлять сокращения сердечной мышцы. Может быть, и знаменитый лама в такой степени мог управлять процессами своего организма, что сумел обмануть время?

Монахи-аскеты

Особый и высший слой в среде джайнов – монахи-аскеты, полностью порывающие с нормальной жизнью и тем становящиеся над остальными, превращающиеся в почти недосягаемый эталон, образец для подражания. Формально в монахи мог идти любой джайн, но шли все же весьма немногие, ибо далеко не всякий мог выдержать полную лишений жизнь бездомного аскета. Особенно это касалось женщин. Число монахинь, которыми становились чаще всего вдовы, было всегда незначительным. Каков же образ жизни джайнских монахов?

Вначале кандидат в монахи-аскеты три года должен пробыть послушником, выполняя принятые на себя различные обеты и во всем слушаясь своего наставника-гуру. На этом этапе он имеет право отказаться от своего намерения и возвратиться к мирской жизни. Затем наступает следующий этап – углубленного изучения доктрины, джайнских текстов, в первую очередь Кальпасутры, в которой описывается праведная жизнь 24 тиртханкаров и излагаются основы поведения аскетов. После завершения этого этапа и прохождения специального обряда посвящения, принятия на себя новых и весьма строгих обетов послушник считается окончательно принятым в ряды монахов-джайнов. Обратного пути уже нет.

Аскеты-джайны всегда вели жизнь странников – без дома, без имущества, без права пребывания на одном месте более 3–4 недель, кроме сезона дождей. Аскет мало спит, с четырех часов он на ногах. Он всегда внимательно следит за тем, чтобы не раздавить невзначай какое-нибудь мелкое животное. Аскет ограничен в еде – он ест понемногу не более двух раз в сутки. Долгие часы и дни аскет проводит в благочестивых размышлениях, в сосредоточении и созерцании, стремясь тем самым приблизиться к познанию истины и в награду за это начать избавляться от кармы. Ступеней познания и приближения к спасению, мокше, у монахов-аскетов разных сект насчитывается от 16 до 53, включая смерть. Аскет живет милостыней, причем собирать ее он должен ежедневно, оставлять еду на завтрашний день запрещается. Поощряются время от времени посты, подчас достаточно длительные. Одной из крайних форм аскезы, тапаса, у джайн-ских монахов считается отказ от пищи, голодная смерть. Формы тапаса у джайнов – наиболее изощренные. К их числу относятся абсолютное молчание на протяжении долгих лет, пребывание на холоде или на солнце, многолетнее нахождение на ногах (тапасья привязывает себя к ветвям дерева и стоит, не садясь и не ложась, чуть ли не годами).

Но даже на этом достаточно красноречивом общем фоне изощренного тапаса в среде джайнских монахов выделяется особая группа аскетов-дигамбаров. Именно в их среде рвение и аскеза доводились до крайних пределов, а следование заветам Джины по возможности абсолютизировалось. В отличие от шветамбаров дигамбары не признавали женщин-монахинь – и в этом был свой резон, ибо та степень аскезы-тапаса, которой предавались дигамбары, женщинам была просто не под силу. У дигам-баров три степени аскезы, и только тот, кто достигает высшей, третьей степени, получает право ходить абсолютно нагим и тем самым почитаться почти святым. Такой аскет обычно питается лишь через день; его ученики часто выдирают ему волосы с корнем по волоску. Аскеты столь высокого класса не просят милостыню – они ждут, пока ее с трепетом дадут сами миряне.

Аскеты-дигамбары демонстративно отказываются от всего (поэтому они и ходят нагими) – ничто не должно связывать их с миром материального, кроме разве что минимального количества еды и питья. Именно дигамбары наиболее последовательно соблюдают принцип ахимсы: даже передвигаясь, они подметают опахалом землю перед собой, дабы не задавить невзначай мелких насекомых. Впрочем, метлу имеют при себе и аскеты-шветамбары, которые нередко носят также и кусок материи у рта, чтобы в рот не влетела мошка.

Следует заметить, что как шветамбары, так и дигамбары имели своих приверженцев среди джайнов-мирян и всегда опирались на их поддержку. Не будучи, как уже упоминалось, враждебными друг другу сектами, оба направления мирно уживались и пользовались взаимным признанием и уважением. Водораздел проходил скорее по другой линии: если миряне, и, прежде всего, их духовные вожди-жрецы, были своего рода теоретиками джайнской доктрины, то аскеты были ее практиками. Что же касается ее содержания, то оно было всегда достаточно большим и разнообразным, включая трактаты философского содержания, труды по этике, математике, логике и т. п. Но, пожалуй, центральное место в джайнской литературе занимали проблемы космографии и мифологии.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес