Обновленчество

Обновленцы

Обновле́нчество (также Обновле́нческий раско́л, Жива́я Це́рковь, живоцерко́вничество; официальное самоназвание — Православная Российская Церковь; позднее — Православная Церковь в СССР) — движение в Православной Российской Церкви, возникшее после Февральской революции 1917. Декларировало цель «обновления Церкви»: демократизацию управления и модернизацию богослужения. Выступало против руководства Церковью Патриархом Тихоном, заявляя о полной поддержке нового режима и проводимых им преобразований. С 1922 по 1927 год движение было единственной официально признаваемой государственными властями РСФСР православной церковной организацией, в отдельные периоды пользовалось признанием некоторых других поместных Церквей. В период наибольшего влияния — в середине 1920-х годов — более половины российского епископата и приходов находились в подчинении обновленческих структур. К 1946 году самоликвидировалось, влившись в состав легализованного Московского Патриархата.

История

Движение за «обновление» Российской Церкви возникло явственно весной 1917 года: одним из организаторов и секретарём Всероссийского Союза демократического православного духовенства и мирян, возникшего 7 марта 1917 года в Петрограде, был священник Введенский Александр Иванович — ведущий идеолог и вождь движения во все последующие годы. Его соратником был священник Александр Боярский. «Союз» пользовался поддержкой обер-прокурора Святейшего Синода В. Н. Львова и издавал на синодальные субсидии газету «Голос Христа».

На Поместном Соборе 1917—1918 годов сторонники «обновления» оказались в меньшинстве и поэтому перешли к полуподпольной деятельности.

29 мая 1922 года в Москве создается группа «Живая Церковь», которую 4 июля возглавляет протоиерей Владимир Красницкий. В августе 1922 года епископ Антонин, председатель ВЦУ, организует отдельно «Союз церковного возрождения» (СЦВ). СЦВ, при этом, видел свою опору не в клире, а в мирянах — единственном элементе, способном «зарядить церковную жизнь революционно-религиозной энергией». Устав СЦВ обещал своим последователям «самую широкую демократизацию Неба, самый широкий доступ к лону Отца Небесного». Александр Введенский и Боярский, в свою очередь, организуют «Союз общин Древлеапостольской Церкви» (СОДАЦ). Появилось множество и иных, более мелких, церковно-реформаторских групп.

В 1922 году обновленцы получили негласную поддержку ГПУ НКВД РСФСР.

Ночью 12 мая 1922 протоиерей Александр Введенский с двумя своими единомышленниками священниками Боярским и Евгением Белковым в сопровождении сотрудников ОГПУ прибыл в Троицкое подворье на Самотеке, где тогда находился под домашним арестом Патриарх Тихон. Обвинив его в опасной и необдуманной политике, приведшей к конфронтации Церкви с государством, Введенский потребовал, чтобы Тихон на время ареста отказался от своих полномочий. По некотором размышлении Тихон подписал резолюцию о временной передачи церковной власти с 16 мая митрополиту Ярославскому Агафангелу.

14 мая 1922 в «Известиях» появляется «Воззвание верующим сынам Православной Церкви России», где содержалось требование суда над «виновниками церковной разрухи» и заявление о прекращении «гражданской войны Церкви против государства».

15 мая 1922 депутация обновленцев принята Председателем ВЦИК М. Калининым и на следующий день было объявлено об учреждении нового Высшего Церковного Управления (ВЦУ). Последнее полностью состояло из сторонников обновленчества. Первым его руководителем стал епископ Антонин Грановский, возведенный обновленцами в сан митрополита. На следующий день власти, чтобы облегчить обновленцам задачу овладения властью, перевезли Патриарха Тихона в Донской монастырь в Москве, где он находился в строгой изоляции. К концу 1922 года обновленцы смогли занять две трети из 30 тысяч действовавших в то время храмов.

16 июня 1922 года митрополит Владимирский Сергий (Страгородский), Нижегородский архиепископ Евдоким (Мещерский) и Костромской архиепископ Серафим (Мещеряков) публично признали обновленческое ВЦУ единственной канонической церковной властью в так называемом «Меморандуме трёх».

«Второй Поместный Всероссийский Собор» (первый обновленческий) был открыт 29 апреля 1923 года в Москве, в храме Христа Спасителя после Божественной Литургии и торжественного молебна, совершённых Митрополитом Московским и всея России Антонином в сослужении 8 епископов и 18 протоиереев — делегатов Собора, чтением грамоты Высшего Церковного Управления об открытии Собора, приветствием Правительству Республики и личным приветствием Председателя Высшего Церковного Управления Митрополита Антонина . 3 мая Собор вынес резолюцию о поддержке советской власти и объявил о извержении из сана и лишении монашества «бывшего патриарха» Тихона; решение не было признано Тихоном. 5 мая, по докладу митрополита Антонина, Собор постановил перейти на григорианский календарь с «12 июня текущего года»; 7 мая отлучил всех участников Собора в Сремских Карловцах 1921 года(см. РПЦЗ). Собор также ввёл институт белого (женатого) епископата. ВЦУ было преобразовано в Высший Церковный Совет (ВЦС).

В августе 1923 года ВЦС был преобразован в «Священный Синод». Во главе его стал митрополит Евдоким (Мещерский), но фактическим руководителем и духовным вождём обновленцев оставался Александр Введенский. После освобождения в конце июня 1923 года из-под стражи Тихона и его возвращения к управлению верными ему приходами в обновленчестве сложилась кризисная ситуация.

10 — 18 июня 1924 года в Москве состоялось «Великое Предсоборное Совещание Российской Православной Церкви» (обновленцев), которое избрало своим почётным председателем Вселенского Патриарха Григория VII (тогда склонялся на сторону обновленцев под давлением кемалистов и был представлен в Москве архимандритом Василием Димопуло): предполагалось созвать в 1925 году в Иерусалиме вселенский собор для общеправославного решения назревших вопросов. Совещание обратилось с петицией в СНК о предоставлении священнослужителям прав членов профсоюзов, разрешения обучения детей Закону Божию до 11 лет, ведения актов гражданского состояния, возвращения чудотворных икон и мощей, конфискованных в музеи; во всех просьбах было отказано.

1 — 10 октября 1925 года в московском храме Христа Спасителя обновленцы провели свой второй Собор («III Всероссийский Поместный Собор Православной Церкви на территории СССР»), на котором рассчитывали примириться с «тихоновцами», лишившимися со смертью Патриарха своего лидера. На Соборе присутствовали 90 архиереев, 109 клириков и 133 делегата-мирянина; Собор избрал своим почётным Председателем Вселенского Патриарха Василия, который направил Собору приветственное послание. На Соборе Александр Введенский огласил ложное письмо «епископа» Николая Соловья о том, что будто бы в мае 1924 года Патриарх Тихон и митрополит Петр (Полянский) послали с ним благословение в Париж Великому Князю Кириллу Владимировичу на занятие императорского престола. Введенский обвинил Местоблюстителя в содружестве с белогвардейским политическим центром и этим отрезал возможность для переговоров. Большинство членов Собора, поверив услышанному, было потрясено таким сообщением и крушением надежд установить мир в Церкви. Собор своим постановлением от 5 октября дозволил, «принимая во внимание бытовые условия русской жизни, при коих немедленный переход на новый стиль вызывает часто неблагоприятные осложнения», использование как нового, так и старого календарного стиля, «полагая что авторитет предстоящего Вселенского Собора разрешит окончательно этот вопрос и установит единообразное церковное время счисление во всех Православных Церквах».

В справке (Приложение 1-е к Деяниям Собора), опубликованной в официальном органе «Вестник Священного Синода Православной Российской Церкви» № 7 за 1926 год, приводятся следующие консолидированные данные на 1 октября 1925 года о структурах, «состоящих в каноническом общении и ведении Св. Синода»: всего епархий — 108, церквей — 12.593, епископов — 192, духовенства — 16.540.

После легализации Временного Патриаршего Синода при митрополите Сергии (Страгородском) в 1927 году влияние обновленчества шло неуклонно на спад. В 1935 происходим самороспуск ВЦУ. Окончательным ударом по движению стала решительная поддержка властями СССР Патриаршей Церкви в сентябре 1943 года. Весной 1944 года происходил массовый переход духовенства и приходов в Московский патриархат; от всего обновленчества к концу войны оставался только приход церкви Пимена Великого в Новых Воротниках (Нового Пимена) в Москве.

Со смертью Александра Введенского в 1946 году обновленчество полностью исчезло.

Обновленческое движение в русской церкви начала 1920-х, так же следует рассматривать в русле большевистских идей «модернизации быта» и попытки модернизации РПЦ.

Органы управления

Обновленчество никогда не было строго структурированным движением.

С 1923 по 1935 год существовал Священный Синод Православной Российской Церкви, во главе которого стоял Председатель. Председателями Синода последовательно были: Евдоким (Мещерский), Вениамин (Муратовский), Виталий (Введенский). После самороспуска Синода весной 1935 года, единоличное управление перешло Виталию Введенскому, а затем к Александру Введенскому.

Некоторые лидеры движения

  • Александр Введенский
  • Боярский, Александр Иванович
  • Виталий (Введенский)
  • митрополит Антонин (Грановский)
  • протоиерей Владимир Красницкий
  • Вениамин (Муратовский)
  • Евдоким (Мещерский), архиепископ Нижегородский и Арзамасский; обновленческий митрополит Одесский
  • Серафим (Мещеряков), архиепископ Костромской и Галичский; обновленческий митрополит Белоруссии
  • Серафим (Руженцов)
  • Платонов, Николай Фёдорович, митрополит Ленинградский (с 1 сентября 1934 года до января 1938 года)
  • Михаил (Попов)
  • Титлинов, Борис Васильевич
  • Попов, Николай Григорьевич
  • Белоликов, Василий Захариевич
  • Зарин, Сергей Михайлович
  • Покровский, Александр Иванович

Итоги и следствия

Во всём обновленческом движении, начиная с Вл. Соловьёва и до самого конца его, присутствовало два элемента: собственно религиозно-церковный и политический.

Обновленчество потерпело полный крах к 1946 году в части первого: народ, оставшийся приверженным православной церковной религиозности в СССР в своём подавляющем большинстве желал видеть свою Церковь по возможности такой, какой она была прежде. Стремление к полной консервации взяло верх в патриаршество Алексия (Симанского). В части политической — абсолютной лояльности коммунистическому режиму — обновленчество победило в том смысле, что его политическая философия во многом стала политикой РПЦ МП после осени 1943 года, а в значительной степени ещё раньше — со времени Декларации митрополита Сергия, подлинным значением которой, по мнению М. Шкаровского был полный переход кадровой политики в Патриаршей Церкви в ведение ОГПУ.

«Неообновленчество» с 1960-х

В 1960-е в Русской Церкви обнаружилось течение, которое иногда называют неообновленчеством и связывают с деятельностью священника Александра Меня, а также в некоторой степени Никодима (Ротова).

В 1990-е — 2000-е движение, именуемое противниками неообновленческим (сами его сторонники не используют этот термин), группируется прежде всего вокруг священника Георгия Кочеткова, являющегося ректором Свято-Филаретовского Института; священника Владимира Лапшина — настоятеля храма Успения в Газетном переулке в Москве; а также в некоторой степени к ним иногда относят клириков общины о. Александра Борисова, настоятеля храма Космы и Дамиана в Шубине, в Москве, — в особенности священника Георгия Чистякова († 22 июня 2007).

Приход прот. Ал. Сорокина — это петербургский филиал кочетковской неообновленческой секты, а его журнал «Живая вода» — эти сточные воды экуменизма. Сорокин Александр Владимирович, протоиерей. Настоятель храма Феодоровской иконы Божией Матери. Председатель издательского отдела Санкт-Петербургской епархии РПЦ (МП)с сентября 2004 г. Главный редактор журнала «Вода живая. Санкт-Петербургский Церковный вестник». В Князь-Владимирском соборе служил с 1990 г. Женат. Преподавал в Санкт-Петербургской Духовной Академии и Институте Богословия и Философии.

Примечания

  1. Поместный собор Российской Православной Церкви 1923 года.
  2. Поместный собор Российской Православной Церкви 1923 года (обновленческий). // Данилушкин М. и др. История Русской Православной Церкви. Новый патриарший период. Том 1. 1917—1970. СПб.: Воскресение, 1997, стр. 851—852.
  3. «Известия». 6 мая 1923, № 99, стр. 3.
  4. «Известия». 8 мая 1923, № 100, стр. 4.
  5. 1 2 Российская Православная Церковь. Поместный собор, 3-й. М., 1925. «Деяния». — Самара: Самарское епархиальное управление, 1925, стр. 1.
  6. РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ XX ВЕК. 1 ОКТЯБРЯ
  7. Российская Православная Церковь. Поместный собор, 3-й. М., 1925. «Деяния». — Самара: Самарское епархиальное управление, 1925, стр. 2—3.
  8. Российская Православная Церковь. Поместный собор, 3-й. М., 1925. «Деяния». — Самара: Самарское епархиальное управление, 1925, стр. 17.
  9. Митрополит Никодим и церковная ситуация середины XX века Речь протопресвитера Виталия Борового на сайте Свято-Филаретовского института
  10. Михаил Шкаровский. Судьбы Иосифлянских пастырей. СПб, 2006.
  11. Участники пастырского совещания в Новоспасском монастыре выступили против «неообновленчества» blagovest-info.ru 17 апреля 2008 г.
  12. о. Лапшин, Владимир Николаевич

Литература

  1. Вестник Священного Синода Православной Российской Церкви. 1924—1927. (ежемесячный журнал)
  2. Вестник Священного Синода Православных церквей в СССР. 1928—1931. (ежемесячный журнал)
  3. Русская Православная Церковь 988—1988. Очерки истории 1917—1988. Издание Московской Патриархии, 1988.
  4. Титлинов Б. В. Новая церковь. Пг.; М., 1923.
  5. Краснов-Левитин А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской церковной смуты: (20-е — 30-е гг. XX в.): В 3 томах. — Кюншахт (Швейцария): Glaube in der 2. Welt, 1978. Переиздано: Москва: Крутицкое патриаршее подворье, 1996.
  6. Краснов-Левитин А. Э. Обновленчество // Лихие годы: 1925—1941. Воспоминания. YMCA-Press, 1977, стр. 117—155.
  7. Герд Штриккер. Русская Православная Церковь в советское время (1917—1991). Материалы и документы по истории отношений между государством и Церковью // Схизма «Живой Церкви» и обновленческое движение
  8. И. В. Соловьёв. «Обновленческий раскол» (Материалы для церковно-исторической и канонической характеристики). М., 2002.
  9. Шкаровский М. В. Обновленческое движение в Русской Православной Церкви XX века. СПб., 1999

Ссылки

  • Сафонов Д. В. Патриаршая церковь и обновленческий раскол. 1923—1924 гг.
  • Л.Регельсон. Трагедия Русской Церкви.1917-1953.
  • Матвей Сотников. «КРАСНЫЙ» СОБОР
  • ДОКУМЕНТЫ ПО ОБНОВЛЕНЧЕСКОМУ ДВИЖЕНИЮ. Поместный собор Российской Православной Церкви 1923 года
  • Обновленчество

УДК 93/94

Л. Б. Захарова

ОБНОВЛЕНЧЕСКИЙ РАСКОЛ 1920-х гг. В РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ

Аннотация. Обновленческий раскол стал свидетельством становления новой коммунистической морали в обществе, попыткой определенной части русского православного духовенства «вписать» Церковь в жесткие идеологические рамки нового политического режима. Однако обновленчество, несмотря на активную поддержку Советской власти, угасло к середине 1930-х гг. и не стало мощной духовной силой и нравственно-религиозной основой морального сознания русского народа.

Ключевые слова: Русская православная церковь, Патриарх Тихон, обновленчество, Советская власть, 1920-е гг., общественное сознание.

L. B. Zakharova

RENOVASIONIST SCHISM OF THE RUSSIAN ORTHODOX CHURCH IN 1920s

Key words: Russian Orthodox Church, Patriarch Tikhon, Renovationism, Soviet power, 1920s, public consciousness.

Одной из особенностей морального сознания русского общества в начале 1920-х гг. стало противостояние Советской власти и Церкви, точнее -давление властей на Русскую православную церковь, обусловленное целым рядом факторов. Власть боялась укрепления авторитета Церкви в глазах народа, стремилась ее всячески дискредитировать. Главными причинами наступления на Церковь со стороны Советской власти было, во-первых, ее мощное влияние на моральное сознание народа, которое шло вразрез с марксистской идеологией и пропагандой большевиков и воспринималось как «конкурирующая» сила для коммунистической идеи в массовом сознании. Во-вторых, новой власти было необходимо оперативно уничтожить все прежние государственные институты, ассоциируемые в обществе с прежним укладом жизни, вековыми обычаями и традициями, — таким институтом была Церковь («Мы наш, мы новый мир построим» — слова пролетарского гимна). В-третьих, атеистическая идеология не вписывалась в традиционную религиозную картину мира, сложившуюся в общественном сознании («Религия — яд, береги ребят!» — призыв на плакате начала 1920-х гг.). В-четвертых, духовенство и священнослужители стали «классово чуждым элементом», и места в социальной структуре нового общества для них не было. В-пятых, Советская власть получила возможность, используя неограниченные администра-

тивные ресурсы, национализировать собственность и имущество, принадлежащие Церкви.

Раскол внутри самой Русской православной церкви произошел вследствие начавшегося церковно-реформаторского движения «обновленческой церкви» по инициативе священника А. И. Введенского , выступавшего против руководства Церковью Патриархом Тихоном, поддерживавшего новый политический режим и проводимые им преобразования. 15 мая 1922 г. депутация обновленцев, получивших негласную поддержку ГПУ НКВД РСФСР, была принята Председателем ВЦИК М. И. Калининым, на следующий день было объявлено об учреждении нового «Высшего Церковного Управления» (ВЦУ), состоявшего полностью из сторонников обновленчества.

29 мая 1922 г. в Москве была создана обновленческая группа «Живая церковь». Обновленцы (официальное самоназвание — Православная Российская церковь) возносили «многая лета благовернейшему Совнаркому», заменяли кресты на могилах красными звездами, развешивали в своих церквах и конторах лозунги: «Обновленческая церковь есть форма коллективизации народного духа на началах религии», «Разными путями, но мы идем к одной цели — к Царствию Божию — социализму на земле». В Бузулукском уезде Самарской губернии обновленцы переименовали свой собор в «пролетарский», а в Бугурусланском уезде — перекрасили в красный цвет свою церковь. Органы Советской власти повсеместно поддерживали обновленцев, видя в этом течении силу, способную серьезно подорвать изнутри Русскую православную церковь.

Для захвата церковного управления на местах в епархии России было направлено 56 уполномоченных ВЦУ. Им вменялось в обязанность «изгнание монахов», т.е. архиереев православного направления, из архиерейских домов, создание обновленческих епархиальных управлений, изъятие храмов у православных. Исследователь православной истории Самарского края А. Г. Подмарицын отмечает, что «появление обновленчества в Самаре -не искусственный, не занесенный из Москвы вирус. Либеральное и просоциалистически настроенное духовенство существовало в епархии еще до революции… Неурожаи, страшный голод плюс политика большевиков, решивших воспользоваться этими событиями, чтобы уничтожить. духовенство путем репрессий и разделений, послужили благодатной почвой для появления обновленческих идей в Самаре. Какое-то время. практически вся епархия стояла на позициях ВЦУ» .

В самарской газете «Коммуна» был опубликован своего рода манифест самарских обновленцев — письмо сельского священника Частухина, содержащее основные постулаты «живой церкви», в частности: «Как граждане мы не можем не сказать, что из всех существующих форм правления — власть Советская одна является действительной выразительницей и верной защитницей интересов трудящихся, что новой лучшей формы еще не знает человечество» .

Несмотря на то, что Патриарх Тихон 18 мая 1922 г. был вынужден временно сложить свои полномочия и ВЦУ под давлением властей поддержали авторитетные архиереи — митрополит Сергий (Страгородский), архиепископы Евдоким (Мещерский) и Серафим (Мещеряков), собрание духовенства и верующих г. Самары, состоявшееся 6 июня в трапезной церкви Иверского

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

монастыря и посвященное событиям в Москве, решило не признавать ни одного из обновленческих течений и не допускать до служения священников-обновленцев .

Упорная борьба обновленцев с тихоновцами окончилась тем, что в Самаре за обновленцами остались только Вознесенский кафедральный собор с протоиереем Стрельниковым и протодиаконом Руновским, Покровская церковь с Чубукиным и лагерная с Львовым. «Коммуна» писала 22 июля

1922г.: «Сейчас в Самаре имеется два епархиальных управления. Первое от ВЦУ и второе — самовосстановившееся старое правление, в лице протоиерея Колесникова, псаломщика Клименко, священника Губарева и др. (все тихоновского толка). 20 июля тихоновское епархиальное управление посетило представителей ВЦУ и предложило им передать все дела по епархии и сложить свои полномочия. Живоцерковники отказались покинуть свои посты без санкции центра. Спор между двумя епархиальными управлениями продолжался несколько часов, но спорящие ни к какому выводу не пришли» .

Самарское духовенство в своей массе, включая самарского епископа Анатолия и сызранского епископа Павла, осталось верным Патриарху Тихону. ВЦУ, пользующееся всемерной поддержкой ГПУ, постановлением 24 августа 1922 г. предложило епископу Павлу (Гальковскому) покинуть пределы Самарской губернии с полным отстранением от церковных дел. Епископ Павел был уволен на покой без права жительства в пределах Самарской епархии . В начале 1924 г. он был осужден за «антисоветскую деятельность», находился в заключении в Таганской тюрьме Москвы, в марте был отправлен в ссылку. 24 февраля 1923 г. был арестован епископ Анатолий (Грисюк). В информационной сводке «О состоянии православных церковников» ОГПУ отчитывалось: «Ввиду удаления из Самарской губернии видных тихоновцев последняя потеряла всякую возможность на успех своей работы и в конце концов совсем затихла. Местные обновленцы, которые в период тихоновщины окончательно растерялись, приступили к более оживленной работе и к сбору своих распыленных сил. В уездах работа обновленческого движения двигается медленно» . Таким образом, очевидно, что, несмотря на всяческую поддержку обновленческой церкви из Москвы и политическое и идеологическое давление, позиции традиционной Русской православной церкви и ее верующих — сторонников патриарха Тихона оказались гораздо сильнее.

Характерным стало явление, когда органы советской печати, выполняя указания из центра, предоставляли газетные полосы в распоряжение обновленческого духовенства («Коммуна» периода июня-сентября 1922 г. публиковала на первой-второй страницах материалы о событиях, разворачивающихся в Церкви как в Москве, так и в Самарской епархии). Газета широко освещала ход развития в Самаре обновленческого движения, печатала отчеты о съездах и соборах «Живой церкви». В государственных типографиях Самары беспрепятственно публиковались сочинения видных обновленцев, календари, пропагандистская литература.

29 апреля 1923 г. в Москве состоялся очередной обновленческий собор (в это время патриарх Тихон находился в заключении в Донском монастыре в Москве), который высказался в поддержку Советской власти и объявил

онизложении Патриарха Тихона, лишении его сана; ВЦУ было преобразова-

но в Высший церковный совет — ВЦС (а в августе 1923 г. ВЦС был преобразован в Священный Синод).

Итак, несмотря на активную агитацию и идеологическую пропаганду обновленческого движения, самарское духовенство и верующие остались сторонниками Русской православной церкви и Патриарха Тихона. Председатель епархиального управления (обновленческого) протоиерей М. М. Алексеев признавал: «Здесь, в Самаре, состоялись бурные собрания духовенства и мирян, на которых определенно выяснилось, что огромное большинство темной и введенной в заблуждение массы стоит за патриарха Тихона и против обновленческой церкви».

Сразу после освобождения из-под ареста Патриарх Тихон сам возглавил борьбу с обновленчеством. Вскоре после получения в Самаре текста послания Патриарха Тихона от 15 июля 1923 г., в котором он откровенно рассказал, какими методами действовали обновленцы, обманным путем захватывая власть в Церкви весной-летом 1922 г., Самарское епархиальное управление (организационно-управленческая структура обновленческой церкви) прервало служебную связь с ВЦУ 27 июля 1923 г.

В конце 1923 г. у обновленцев появился свой епископ с титулованием «Самарский». Сохранилось отношение Самарского епархиального управления (обновленческого) за № 120 от 5 февраля 1924 г. за подписью председателя епископа Александра Анисимова с просьбой о регистрации Устава епархиального управления, одобренного Собором 1923 г. К этому же времени относится список членов СЕУ, представленный на регистрацию в отдел управления: епископ Александр, протоиерей Спасо-Преображенской церкви М. Алексеев, протоиерей Всехсвятской церкви А. Малицкий, диакон Никольской (бывшего мужского монастыря) церкви Н. И. Муравецкий и священник той же церкви М. А. Никольский (временно исполняющий должность уполномоченного Священного Синода) .

Губернский адмотдел постоянно переправлял в ГубГПУ доклады и докладные записки обновленческого епископа Александра и его епархиального управления, в которых содержалась информация об «антисоветских и антигосударственных» речах и «делах» духовенства, не признающего власть обновленцев каноничной. Государство дало разрешение обновленцам на печатание антиправославных воззваний, запрещая в то же время печатание православным текста разрешительной молитвы.

Однако поддержка Патриарха Тихона в среде прихожан, православных верующих и общественное мнение в целом были столь сильны, что власти вынуждены были использовать дополнительные административные меры содействия обновленческой церкви. Самгубисполком предписывал уездным исполкомам не чинить препятствий в чтении епископом Александром Анисимовым на их территории лекций. 14 февраля 1924 г. в своем заявлении в ГубГПУ он просил разрешения на проведение лекций на тему «Тихон или Священный Синод» во время своей предполагаемой поездки по епархии. Резолюция уполномоченного ГубГПУ на заявлении такова: «Будьте так добры дать справку на руки Е. Александру, что ему разрешается в связи с поездкой проводить диспут». Президиум самгубисполкома направил предписание на имя президиумов Бугурусланского и Мелекесского исполкомов о нечине-нии препятствий епископу Самарскому Александру читать лекции в «пределах указанных уездов».

Положение Самарской епархии, признающей Патриарха Тихона своим главой, было нестабильно из-за частой смены правящих архиереев вследствие арестов. 18 сентября 1923 г. арестовали епископа Анатолия, его преемника епископа Бугурусланского Алексия (Орлова) (26 августа 1937 г. осужденного тройкой при УНКВД по Южно-Казахстанской области за «антисоветскую деятельность» и приговоренного к расстрелу, а 4 сентября 1937 г. расстрелянного близ города Чимкента), которого сменил на этом посту в конце

1923г. епископ Вольский Петр (Соколов). В начале 1924 г. самарской епархией непродолжительное время управлял епископ Мелекесский Павел (Введенский), но вскоре был арестован и в апреле 1924 г. уже оказался в московской Бутырской тюрьме. С ноября 1924 до конца 1925 г. Самарской епархией управлял в сане епископа Мелитопольского, викария Таврической епархии епископ Сергий (Зверев). Несмотря на короткий срок пребывания в Самаре, ему удалось сплотить все православные общины епархии и нанести обновленчеству ощутимый удар.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Во время подготовки к Собору 1925 г. обновленцы направили к епископу Сергию комиссию для переговоров, но он не принял пришедших, а через третье лицо ответил: «Не нахожу надобности вести переговоры с вашим управлением и принять поэтому депутацию не нахожу нужным» . После этого обновленцы разослали по епархии «Воззвание к духовенству и мирянам Самарской епархии, принадлежащим к Православной российской церкви, но уклоняющимся от общения со Священным Синодом и его Епархиальным органом — Самарским Епархиальным Управлением» и «Открытое письмо епископу Сергию (Звереву)», в котором он обвинялся, например, в том, что отказывался дискутировать с обновленцами по вопросам религии .

Но ни духовенство, ни миряне не стремились сблизиться с обновленцами, напротив, во время поездок епископа Сергия по епархии с православием воссоединялись новые приходы, до того числившиеся обновленческими . Если в 1925 г. Самарская обновленческая епархия насчитывала в своем ведении 190 храмов, 2 епископа, 164 священника, 45 диаконов , то через два года только 6 храмов, в том числе 3 — в Самаре.

К концу 1925 г. большая часть приходов уже находилась под юрисдикцией владыки Сергия (в конце 1925 г. епископ Сергий был отстранен от управления Самарской епархией; в ноябре 1937 г. он был расстрелян). И хотя обновленческое движение в Самаре еще теплилось несколько лет (последний храм обновленцев в этом городе был закрыт в 1937 г.), жизнь показала, что народ отверг «демократию» в церковной жизни, а власти поняли: ставка на раскол Русской православной церкви не оправдала себя.

В этой связи нельзя не согласиться с исследователем православной истории Самарского края А. Г. Подмарицыным в том, что «обновленчество, несмотря на поддержку властей, которые помогли получить им наиболее удобно расположенные храмы (в Самаре — три собора, включая кафедральный, и два кладбищенских храма) и помогали, насколько это было возможно, противостоять «реакционерам»-тихоновцам, не смогло долгое время удерживать на своей стороне верующие массы. Главный просчет «религиозных» политиков заключался в том, что внешнее сходство обновленческих и православных храмов отнюдь не означало идентичности и равнозначности совер-

шаемого в них» . В итоге к концу 1920-х гг. обновленческое движение, инспирированное и поддерживаемое Советской властью, фактически исчезло, а Русская православная церковь сохранила свое значение в духовной жизни народа.

Обновленческий раскол стал свидетельством становления новой коммунистической морали в обществе, попыткой определенной части русского православного духовенства «вписать» Церковь в жесткие идеологические рамки нового политического режима. Однако обновленчество, несмотря на активную поддержку Советской власти, угасло к середине 1930-х гг. и не стало мощной духовной силой и нравственно-религиозной основой морального сознания русского народа. Обновленчество, кроме того, не оправдало надежд власти на поддержку большевистского режима со стороны духовенства и Русской православной церкви.

Список литературы

1. Введенский, А. И., митроп. Судьба веры в бога в борьбе с атеизмом / митроп. А. И. Введенский // Мысль. — 1922. — № 2. — С. 3-20.

2. Луначарский, А. В. Христианство или коммунизм. Диспут с митрополитом А. Введенским / А. В. Луначарский. — Л., 1926. — 75 с.

3.Луначарский, А. В. Идеализм или материализм. Диспут 21 сентября 1925 г. / А. В. Луначарский. — Л., 1926. — 75 с.

4.Подмарицын, А. Г. Очерки истории Самарской епархии / А. Г. Подмари-цын. — Самара : Книга, 2008. — 151 с.

5.Якунин, В. Н. История Самарской епархии / В. Н. Якунин. — Тольятти : МНХ, 2011. — 625 с.

6. Подмарицын, А. Г. Взаимоотношения Русской православной церкви и государственных органов в Самарском регионе: 1917-1941 гг. : дис. … канд. ист. наук / Подмарицын А. Г. — Самара, 2006. — 252 с.

7. Архивы Кремля. Политбюро и церковь. 1922-1925 гг. Кн. 2. — Новосибирск ; М., 1998. — 454 с.

8.Кириченко, О. В. Монахини и чернички как организаторы народного противодействия церковному обновленчеству в 1930-е годы / О. В. Кириченко // Традиции и современность : научный православный журнал. — 2006. — № 4. — С. 3-25.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1.Vvedenskiy, A. I., mitrop. Sud’ba very v boga v bor’be s ateizmom / mitrop. A. I. Vvedenskiy // Mysl’. — 1922. — № 2. — S. 3-20.

2.Lunacharskiy, A. V. Khristianstvo ili kommunizm. Disput s mitropolitom A. Vvedenskim / A. V. Lunacharskiy. — L., 1926. — 75 s.

3.Lunacharskiy, A. V. Idealizm ili materializm. Disput 21 sentyabrya 1925 g. / A. V. Lunacharskiy. — L., 1926. — 75 s.

4.Podmaritsyn, A. G. Ocherki istorii Samarskoy eparkhii / A. G. Podmaritsyn. -Samara : Kniga, 2008. — 151 s.

5.Yakunin, V. N. Istoriya Samarskoy eparkhii / V. N. Yakunin. — Tol’yatti : MNKh, 2011. — 625 s.

7.Arkhivy Kremlya. Politbyuro i tserkov’. 1922-1925 gg. Kn. 2. — Novosibirsk ; M., 1998. — 454 s.

isovremennost’ : nauchnyy pravoslavnyy zhurnal. — 2006. — № 4. — S. 3-25.

Захарова Людмила Борисовна кандидат исторических наук, доцент, кафедра гуманитарных и правовых дисциплин, Самарская академия государственного и муниципального управления

(г. Самара, ул. Стара Загора, 96) E-mail: zakharova_luda@mail.ru

УДК 93/94 Захарова, Л. Б.

Обновленческий раскол 1920-х гг. в Русской православной церкви /

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Л. Б. Захарова // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. — 2013. — № 1 (25). — С. 52-58.

Обновле́нчество — оппозиционное движение в русском православии в послереволюционный период, повлекшее за собой временный раскол. Было инспирировано и некоторое время активно поддерживалось большевистской властью, с целью разрушения канонической «тихоновской» Церкви.

Возникло весной 1922 года после ареста патриарха Тихона (по делу об изъятии церковных ценностей). Сначала существовало в виде реформаторских групп «Живая Церковь», «Союз церковного возрождения», «Союз общин Древлеапостольской Церкви» (СОДАЦ), «Народ и Церковь» и множества других более мелких образований такого же типа. Ими был создан общий орган руководства Церковью — «Высшее Церковное Управление» (ВЦУ), призванное заменить Патриарха.

Каждая группа разработала свою программу церковных преобразований, рассчитанную на радикальное обновление Русской Православной Церкви . Эти программы были обсуждены на созванном обновленцами «поместном соборе» 1923 г., который провозгласил родственость революционных идеалов с христианскими и объявил о низложении патриарха Тихона. При этом собор санкционировал лишь частичные преобразования церковной жизни, отложив проведение основных реформ на более поздний срок. ВЦУ было преобразовано в Высший Церковный Совет (ВЦС). Не признавший соборных решений св. патриарх Тихон анафематствовал обновленцев как «незаконное сборище» и «учреждение антихристово». Митр. Вениамин (Казанский), попытавшийся пресечь деятельность обновленцев уже на их первых шагах, был расстрелян по сфабрикованному обвинению в «препятствовании изъятию церковных ценностей».

Обновленчество сначала привлекло многих представителей епископата и духовенства — одним из пиков его популярности было воззвание о признании каноничности обновленческого ВЦУ от 16 июня 1922 года подписанное владыками Сергием (Страгородским), Евдокимом (Мещерским), Серафимом (Мещеряковым) и Макарием (Знаменским) в Нижнем Новгороде.

Начальник 6-го отделения секретного отдела ГПУ Е. Тучков 30 декабря 1922 года писал:

«Пять месяцев тому назад в основу нашей работы по борьбе с духовенством была поставлена задача: «борьба с тихоновским реакционным духовенством» и, конечно, в первую очередь, с высшими иерархами… Для осуществления этой задачи была образована группа, так называемая «Живая церковь», состоящая преимущественно из белых попов, что дало возможность поссорить попов с епископами, примерно, как солдат с генералами… По выполнении этой задачи… наступает период паралича единства Церкви, что, несомненно, должно произойти на Соборе, т.е. раскол на несколько церковных групп, которые будут стремиться осуществить и проводить в жизнь каждая свою реформу» .

Однако широкой поддержки в народе обновленчество не получило. После освобождения патриарха Тихона в начале 1923 года, который призвал верующих соблюдать строгую лояльность к советской власти, обновленчество испытало острый кризис и потеряло значительную часть своих сторонников.

В конце 1923 г. было принято решение о роспуске обновленческих групп и объединении их членов в «Обновленческую Церковь», которая попыталась принять более «благообразный» облик, не изменившись по существу. «Живая Церковь» этому решению не подчинилась и некоторое время продолжала функционировать самостоятельно, но вскоре потеряла поддержку со стороны гражданской власти и сразу прекратила свое существование. На смену ВЦС пришел обновленческий синод с митрополитом во главе: до 1925 г. этот пост занимал Евдоким (Мещерский), до 1930 г. — Вениамин (Муратовский), а после — Александр (Введенский).

Существенную поддержку обновленчеству оказало признание со стороны Константинопольского Патриархата, который в условиях кемалистской Турции стремился наладить отношения с Советской Россией. Активно обсуждалась подготовка к «Всеправославному Собору», на котором Русскую Церковь должны были представлять обновленцы.

В 1925 г. обновленцы созвали второй «поместный собор», на котором рассчитывали примириться с «тихоновцами», лишившимися со смертью Патриарха своего лидера. Собор официально отказался от проведения реформ не только в области догматики и богослужения, но и в укладе церковной жизни. Практически это означало ликвидацию обновленчества как самостоятельного идейного течения.

Создание в 1927 г. «легализованного» гражданской властью Синода при патриаршем местоблюстителе митр. Сергии (Страгородском), еще более сократило социальную базу обновленчества. Константинопольский патриарх сразу заявил о признании этого Синода, продолжая, однако, призывать к примирению с обновленцами.

Неуспех обновленцев объяснялся тем, что верующие в массе своей не приняли их религиозно-церковного реформаторства, усмотрев в нем «порчу православия» и отказ от «веры отцов и дедов». Немалую роль сыграла также предательская политика обновленцев, политические обвинения которых по отношению к «тихоновцам» послужили «идейным» обоснованием репрессий против Церкви. Лишь в начале 1930-х гг. эти репрессии распространились также и на оставшихся обновленцев.

Формальная самоликвидация обновленческого «управления» в лице «митрополита» Александра (Введенского) произошла после избрания Архиерейским Собором в 1943 г. патриарха Сергия.

Использованные материалы

  • Л.Регельсон. Даты и документы 1917-53 гг.
  • Л.Регельсон. Трагедия Русской Церкви.1917-1953.

См. «Программы церковных реформ на обновленческих соборах 1923 года», православный журнал Благодатный огонь, цит. по изд. Левитин А. Э., Шавров В. М., Очерки по истории русской церковной смуты, М.: Крутицкое патриаршее подворье, 1996, 222-224, 233-234,

Дамаскин (Орловский), иером. Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия. Книга 2. Тверь, 1996, с. 7-8. Цит. по: Синельникова Т.П. Троицкий монастырь города Рязани в период гонений на Церковь // Рязанский церковный вестник, 2010, № 02-03, с. 70.