Почитание мощей

3ddcc8068c273c9d842941efc9ea3480

Мо́щи – останки святых, почитаемые Церковью как исполненная благодати и обладающая даром чудотворения святыня.

Само слово «мощи» (греч. ta leipsana от leipo – оставляю) нужно понимать шире, чем просто телесные останки. Это слово означает то, что осталось после святых, например, одежда, личные вещи – все, что так или иначе соприкасалось со святым во время его земной жизни.

Основание для почитания мощей святых мы видим уже в Ветхом Завете, например, в случае оживления мертвеца после прикосновения его к костям пророка Елисея (4 Цар.13:21) или в чуде, совершенном пророком Елисеем посредством милоти пророка Илии.

В Деян.19:12 рассказывается о использовании платков и опоясания с тела ап. Павла для исцеления болезней и изгнания злых духов.

Как в соединении с душою святые были жилищем Божиим, храмом Духа Святого, так и по разлучении с нею они остаются богатым вместилищем небесной благодати, обильно изливаемой верующим. Святитель Василий Великий говорит: «Кто касается костей мученика, тот приемлет некоторое сообщение освящения по благодати, обитающей в теле мученика». История и древней христианской Церкви, и Церкви Русской говорит нам, что мощами всегда именовались и среди верующих благоговейно почитались всякие останки святых мучеников, великих подвижников, сохранившиеся хотя бы в виде костей и даже просто праха и пепла. Святой Игнатий, епископ Антиохийский, при императоре Траяне был брошен на растерзание диким зверям, пожравшим все его тело и оставившим немного только самых твердых костей, которые как священные останки были с благоговением подобраны верующими. В 156 году священномученик Поликарп, епископ Смирнский, был убит мечом и сожжен, но кости, уцелевшие от огня, и пепел были для христиан «честнее многоценных камней и дороже золота». Писатель латинской Церкви Пруденций говорит: «Верующие собирают пепел от сожженных святых тел мучеников, и обмытые чистым вином кости их все наперерыв стараются добыть себе, хранить в своих домах, носить на груди святой прах как священный дар и залог благополучия». Святитель Иоанн Златоуст о мощах антиохийского мученика Вавилы пишет: «Прошло много лет после его погребения, во гробе его остались только кости и прах, которые с великою честью перенесены были в гробницу, в предместье Дафну». Святой Лукиан так рассказывает о найденных им мощах святого архидиакона Стефана: «Остались от костей его весьма малые частицы, а все тело его обратилось в прах… С псалмами и песнями понесли сии мощи (останки) блаженного Стефана в святую церковь Сион…»

Святость святых не содержится только в их душе, но неминуемо распространяется и на их тело; у святых святы и душа и тело, поскольку непрестанными евангельскими подвигами святые постепенно исполняются Духа Святого, так что и святые тела их становятся храмами Святого Духа (1 Кор.6:19, 3:17). Поэтому благостно почитая святые мощи, Церковь почитает храмы Святого Духа, храмы Бога Живого, в которых Бог живет своей благодатью и после телесной кончины святого, и, по премудрому благоволению Своему, творит чудеса – от них и через них. И те чудеса, которые бывают от святых мощей, свидетельствуют, что их благочестивое почитание людьми угодно Богу.

Основанием для христианского почитания мощей является Боговоплощение. Восприняв в Боговоплощении человеческую природу во всей полноте, Господь тем самым утвердил навеки достоинство человеческой телесности. Для христиан тело – не темница и не случайное одеяние души, а один из уровней человеческой личности, связь с которым личность таинственно сохраняет и после смерти. По учению Свщ. Писания, можно прославлять Бога не только духом, но и в телах (1 Кор.6:20). Само тело может стать храмом Святого Духа (1 Кор.6:19), и оно не перестает быть таковым и после смерти. Отсюда в Церкви особое уважение и благоговейное отношение к останкам святых угодников.

Это уважение выражается:
– в благоговейном собирании и хранении мощей;
– в торжественном открытии и перенесении их;
– в установлении особых празднеств в честь обретения их и перенесения;
– в строительстве над мощами храмов и других культовых сооружений (часовен, монастырей);
– в обычае возлагать в основание церковных престолов и в антиминсы частицы мощей святых.

Повествуя о чудотворной силе святых мощей, святой Ефрем Сирин говорит о святых мучениках: они и по смерти действуют как живые: исцеляют больных, изгоняют бесов и силой Господней отражают всякое их злое нападение. Ведь в святых мощах всегда присутствует чудотворная благодать Святого Духа.

Сверхъестественная благодать избирает орудием своих спасительных действий на верующих не только самые мощи, но и различные одежды, бывшие на них, также раки мощей, самый прах, окружающий раку. И потому даже вещи святых издревле были предметом благоговейного почитания верующих.

«Бог, – говорит святой Иоанн Златоуст, – разделил с нами святых: Сам взял души, а нам даровал тела, чтобы святые их кости мы имели постоянным побуждением к добродетели».

В деяниях Седьмого Вселенского Собора читаем: «Спаситель наш Христос даровал нам спасительные источники, останки святых – многообразно изливающие благодеяния на достойных. И это чрез Христа, Который в них обитает. Потому дерзнувшие отвергать мощи мученика: если епископы – да будут извергнуты, если монахи и миряне – лишены общения». В Правиле 7 того же Вселенского Собора говорится: «Аще которые честные храмы освящены без святых мощей мученических, определяем: да будет совершено в них положение мощей с обычною молитвою. С этих пор и введены повсюду в храмах антиминсы, в которые обязательно влагаются частицы святых мощей и без которых невозможно совершение Таинства Евхаристии. Таким образом, в каждом храме обязательно есть мощи святых, и эти мощи, по вере Церкви, служат залогом присутствия святых при богослужении, их участия в наших молитвах, их предстательства пред Богом, подкрепляющего наши молитвы.

«Бог, – поучает святой Иоанн Златоуст, – для того и оставляет нам тела святых, чтобы дать нам надежное прибежище и защиту против зол, отвсюду нас окружающих. Посему я призываю всех вас, в печали ли кто, в болезни ли, в другом ли каком мирском несчастии, и в глубине греховной, теките сюда с верою, вы получите помощь и с великою радостию возвратитесь отсюда».

Почитая святые мощи, православные верующие верят не в «мощь», не в «могущество» или силу самих по себе останков святых, а в молитвенное предстояние святых, мощи которых, находясь пред нашим взором, возбуждают в сердцах чувство близости к самим угодникам Божьим, которые жили когда-то в этих телах.

Мощи святых говорят нам о призвании человека стать храмом для обитающего в нём Бога, говорят нам о грядущем воскресении тел и напоминают о мучениках Церкви, своими страданиями и смертью засвидетельствовавших веру в победившего смерть Христа.

По благословению

Митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского

ВЛАДИМИРА

Что такое нетленные святыни?

Святые мощи – телесные останки святых, сохранившиеся или полностью нетленными (не истлели плоть, кожа и волосы), или частично (нетленны отдельные части тела), или же сохранились только кости, также почитающиеся святыми мощами. Нередко мощи источают благоухание, иногда и благотворное миро; от них совершаются чудеса и исцеления. Почитание мощей святых совершается в Церкви с первых веков христианства и утверждено как догмат на VII Вселенском Соборе. Как и в иконопочитании, чествование мощей должно совершаться «Благочестиво, но не боголепно», т. е. при благоговейном отношении к мощам как к святыне, честь и молитвенное поклонение следует воздавать не им, а возносить к самому святому и Богу, «дивному во святых своих». В храме, подходя к раке с мощами, следует совершить два земных поклона с крестным знамением и молитвой к святому, приложиться к его иконе, помещенной обычно на верхней крышке раки, и вновь сделать земной поклон, а встав – поясной.

Мощевик – крест или ларец, внутри которого находится одна или несколько частиц мощей.

Рака – украшенная гробница, в которой находятся мощи святого, имеющая обычно вид ковчега с отделкой из благородного металла и иконописным изображением святого на верхней доске. В храме рака ставится на некотором возвышении и обычно под художественно устроенной сенью на столпах.

ЧудоЕ. Поселянин

Святыми людьми Церковь Христова с первых лет и веков своего существования называла тех, кто, очистившись от греха, стяжал Духа Святого в разнообразии даров Его и явил силу Его в окружающем нас мире. Большинство издревле почитавшихся святых были мучениками за Христа. К святым причисляли и исповедников, гонимых за Православие и претерпевших от язычников (до Миланского эдикта 313 года) истязания, пытки или заключение и ссылку, но не пострадавших «даже до смерти», как мученики. Уже во II веке в мартирологах и календарях отмечаются дни их памяти. Чествование мучеников и в древние времена и позже было несколько выше, чем святителей и иных святых, ибо они знаменовали славу Церкви. Мощи – честные останки их, «сокровище более ценное, чем все драгоценные камни и золото», – собирались Церковью с благоговением, как причастные действию Духа Божия через облагодатствованные души этих тел. Начиная с эпохи гонений, христиане сходились на молитву именно при мощах мучеников, при которых было засвидетельствовано много знамений и чудес. Нередко и сами храмы христианские строились на месте погребения или страдания («на крови») мучеников. Богослужения и Литургия с III века совершаются не иначе, как на мощах, полагаемых под алтарями и в освященные платы – антиминсы (греч. «вместопрестолие»).

Общая разрушаемость всего земного имеет в себе что-то глубоко печалящее человека. Эта разрушаемость есть отражение проклятия, которое пало на человека после грехопадения. В Раю все было вечно нетленным, вечно возобновляющимся в силе своей, в своем непрерывном развитии; это было ликующее торжество бытия. Ужас охватывает душу, когда думаешь о том, как время сметает с лица земли без остатка целые народы и страны… Как хотелось закрепить уходящие существования, которые ничем удержать нельзя!

И все-таки чудо в мире совершается: люди, которые достигли безгрешного состояния первого человека, люди праведные избегают общего закона тления, и тела их сохраняются неповрежденными. Надо присутствовать при торжестве открытия мощей, чтобы пережить то необыкновенное, возвышенное чувство, которое охватывает душу, когда раку с нетленными мощами извлекают из земли… Мало того, что здесь произошла победа нескончаемой во Христе жизни над законом общего разрушения, – Божия благодать дает еще мощам цельбоносную силу.

Для чего Господь дарует нетление телам святых?Протоиерей Григорий Дьяченко

Некогда подвижник Феофан пришел в Соловецкий монастырь, чтобы поклониться мощам преподобных и навестить своих учеников. Придя в церковь к утрени, старец встал в углу и смотрел, как иноки прикладываются к святым мощам. И вот духовными очами он видит, что преподобные Зосима и Савватий как бы сидят при своих раках и одних благословляют, а от других отвращаются. Поэтому старец заповедал ученикам ежедневно с благоговением прикладываться к ракам угодников Божиих.

Истинная мзда праведникам и прославление от человеков, которого убегали они в своей жизни, не много, без сомнения, прибавляет к той вечной славе, которой причислены они у Бога. Но для нас, земных странников, непрестаемое чудо нетления тел святых угодников Божиих неизъяснимо утешительно и поучительно.

Нетление мощей убеждает нас, что смерть побеждена. Свет Воскресения Христова победил пред всем миром неисходный мрак могилы. Святые апостолы узрели и проповедали миру, что владычество диавола ниспровергнуто Крестом и царство смерти разрушено Воскресением Христовым. Но этот немерцающий свет, при окружающем нас мраке, нередко тускнеет пред очами нашими. Для рассеяния этого-то мрака и благоволит Бог являть в Церкви Своей постоянное чудо нетления среди всеобщего тления и смерти. Теперь один взгляд на бренное, по существу своему, тело, целые века пребывающее благодатью Божией нетленным, уничтожает все сомнения; здесь не веруешь только, а видишь, что для Всемогущего вся возможна суть. При этом нет места вопросам: возможно ли, и как возможно бессмертие тела? Прииди и виждь, осяжи и веруй! Не какое-либо чуждое, а подобнострастное нам тело, по глаголу Божию, пребывает нетленно и по смерти; по тому же всемогущему глаголу и наше тленное тело облечется в нетление, и мертвенное сие облечется в бессмертие, и самая смерть, сколь ни страшна теперь, побеждена будет животом.

Нетление святых мощей поучает нас жизни благочестивой в мире сем. Не одна, впрочем, смерть, а жизнь наша покрыта немалым мраком, для рассеяния которого нужен постоянно свет свыше. Кто мы и откуда? Зачем рождается и живем? Как жить и действовать сообразно существу своему и цели бытия своего? Блаженство небесное закрыто от нас непроницаемой завесой смерти, а наслаждения и блага мира всегда перед глазами нашими. Праведники чаще всего проводят жизнь в лишениях, скорбях и слезах, а грешники наслаждаются и блаженствуют. Какое сердце не поколебалось бы при таком обольщении! Сколько потребно мужества, чтоб устоять против этих козней вражиих! Какая нужна сила веры, чтобы, презрев видимое, всей силою духа устремиться к невидимому! И вот милосердый Господь, для укрепления нашей немощи, для оживления нашей веры в загробную жизнь и мздовоздаяния, в нетлении тел св. угодников Своих благоволит явить нам видимое и осязаемое доказательство тех наград, которые ожидают по смерти всех, творящих волю Его. Теперь мы не веруем только, а и видим, что не один конец праведному и грешному, что упование праведных бессмертия исполнено, а пути грешников зрят прямо во дно адово. Стоя при гробе праведника, нельзя поколебаться в выборе между путем добродетели и спасения и путем порока и погибели. И неразумный скажет, что лучше блаженствовать вечно, нежели вкушать временную сладость греха.

Так много милости, любви и снисхождения являет нам Господь, прославляя в Церкви Своей благоугодивших Ему праведников нетлением их святых мощей.

Почему Православная Церковь установила почитание святых мощей?И.В. Попов

В творениях святых отцов Христианской Церкви мы находим троякое основание для установления почитания святых мощей тех или других угодников Божиих.

1. Останки святых имеют неотразимое религиозно-нравственное воздействие на душу человека, служат живым напоминанием о личности святого и возбуждают верующих к подражанию его благочестивым подвигам. Иоанн Златоуст говорит: «Вид гробницы святого, проникая в душу, и поражает ее, и возбуждает, и приводит в такое состояние, как будто сам лежащий во гробе молится вместе, стоит пред нами, и мы видим его, – и таким образом человек, испытывающий это, исполняется великой ревности и сходит отсюда, сделавшись иным человеком».

Если и в обыкновенной, мирской жизни портреты великих людей, их бюсты, статуи, а особенно гробницы и могилы способны производить сильное впечатление на почитателей их памяти и пробуждать в них восторженное преклонение пред их жизненным подвигом, то гробницы мучеников и подвижников веры и благочестия в Церкви Христовой должны естественно производить неотразимое, сильное, могучее впечатление на всех верующих и чтущих их святую память. Следующий исторический факт подтверждает справедливость предыдущего положения.

В Антиохийской Церкви упадок нравов развился до крайних пределов: в лесах, с которыми связаны были языческие предания об Аполлоне и Дафне, устроились безнравственные оргии, циничные игры; никакие запреты, никакие увещания пастырей Церкви не помогали. Но вот наконец племяннику императора Констанция пришла в голову мысль построить в предместье Дафны базилику (храм), перенести в нее мощи особо чтимого мученика Вавилы, и с тех пор оргии прекратились. Святой Иоанн Златоуст говорит: «Подлинно, как бы легкий ветерок какой веет отовсюду на присутствующих при гробнице мученика, ветерок не чувственный и укрепляющий тело, но могущий проникать в самую душу, благоустрояющий ее во всех отношениях и свергающий с нее всякое земное бремя». Древние праздники у мощей святых красноречивее всего говорят о том, как высоко ставила Церковь их нравственно-назидательную цель. Все средства употреблялись для того, чтобы использовать чувство близости святого, возбуждаемое его останками, в целях назидания: читались повествования о страданиях мучеников, составлялись и затем читались мученические акты, производившие потрясающее действие на слушателей…

2. Наряду с нравственно-назидательным, почитание мощей в Церкви имеет еще значение литургическое.

С земною Церковью в общении любви находится и Церковь Небесная, и такое общение Церкви земной и Небесной выражается в молитве, венец которой составляет возношение Святейшей Евхаристии: «Ныне силы небесныя с нами невидимо служат, се бо входит Царь славы, се жертва тайная совершена дориносится…» Один из учителей древней Церкви (Ориген) говорит: «В молитвенных собраниях присутствует двоякое общество: одно – состоящее из людей, другое – из небожителей…» Мощи святых и являются залогом их участия в наших молитвах. Вот почему древняя Христова Церковь преимущественно совершала Евхарстию на могилах мучеников, причем самые гробы их служили престолом для Таинства. Когда гонения ослабевали, христиане спешили воздвигнуть храм над усыпальницей мученика. Так, в Риме построена церковь на месте, где, по преданию, погребено тело апостола Павла (Евсевий. История Церкви. 11, 25, 3). В Карфагене было две церкви в честь мученика Киприана: одна на месте его убиения, другая – над его могилой. Здесь, у останков мученика, особенно живо чувствовалось его невидимое присутствие. Поэтому и самый храм в честь мученика назывался его «домом», «жилищем», а сам мученик – его домовладыкой. Иоанн Солунский в своем сочинении о чудесах святого мученика Димитрия Солунского говорит, что у сего мученика два дома: один в Небесном Иерусалиме, другой – в Солуни. К концу VII века обычай совершать Евхаристию только на мощах мучеников сделался уже почти узаконенным: Франкский Собор постановил, что престол может быть освящен только в церкви, в которой есть мощи святых, а VII Вселенский Собор (787) определил, что «на будущее время всякий епископ, освятивший церковь без мощей, должен быть извержен». С этих-то пор введены повсюду в храмах антиминсы, в которые обязательно влагаются частицы святых мощей и без которых невозможно совершение Таинства Евхаристии. Таким образом, в каждом храме обязательно есть мощи святых, и сии мощи, по вере Церкви, служат залогом присутствия святых при богослужении, их участия в наших молитвах, их предстательства пред Богом, подкрепляющего наши молитвы. При положении мощей в антиминс (или под престол, если он освящается архиереем) читается следующая молитва: «Сам Владыко, благих податель сый, молитвами святых, их же благоволил еси положению мощей в сем честнем жертвеннице Твоем быти, сподоби нас иеосужденно бескровную Тебе на нем приносити жертву».

3. Третьим основанием для почитания святых мощей служит учение Православной Церкви о мощах как носителях благодатных сил. «Мощи Твои, яко сосуд благодати полный, преизливающийся на всех к ним притекающих», – читаем мы в молитве Преподобному Сергию. И это основание стоит в связи с самыми глубокими догматами православной веры, с догматами Воплощения и Искупления.

Пусть даже людям и удастся устроить земной рай сытости и материального благополучия, но никакими усилиями не спасут они себя от болезней, старости и смерти, а следовательно, останутся на земле страдания, горечь уходящих сил, боль потери дорогих и близких, ужас смерти – такие бедствия человеческой жизни, пред которыми бледнеют все прочие… Где же искать избавления от них, как не у благодати Божией? И эта благодать преподается человечеству чрез посредство тех или других святых людей, которые и при жизни своей творили чудеса, и по смерти сообщили эту чудотворную силу своим останкам. Прежде всего Сам Христос как Бог излил Духа Святого на Свое

Тело, а оно, само по себе не способное творить чудеса, все было проникнуто животворящими силами Божества. Поэтому многие чудеса Свои Богочеловек совершал чрез посредство Своего тела: простерши руку, коснулся прокаженного (см.: Мф. 8, 3), взявши тещу Петра за руку, поднял ее и исцелил от горячки (см.: Мф. 8, 14–15), прикосновением исцелил глухонемого (см.: Мк. 7, 32–36), брением отверз очи слепорожденному (см.: Ин. 9, 6), поднял за руку умершую дочь Иаира (см.: Мф. 9, 25), прикоснулся ко гробу наинского юноши и воскресил его (см.: Лк. 7, 14–15). Зная чудодейственность Тела Христова, народ всегда теснился ко Христу, чтобы прикоснуться хотя бы только к одежде Его (см: Мк. 3, 10); так чрез прикосновение только к краю одежды Спасителя получила внезапно исцеление жена, страдавшая кровотечением целых 12 лет, издержавшая бесплодно на лечение болезни своей все свое имение. И Сам Христос Спаситель почувствовал при этом исшедшую из Тела Его чудодейственную силу (см.: Лк. 8, 43–46).

Итак, несомненно, «само Тело Христово, – как говорит святой Кирилл Иерусалимский, – было животворно, ибо было храмом и жилищем Бога Слова…» Потому-то и мы в настоящее время соединяемся с Божеством Христа, вкушая Его Тело и Кровь во оставление грехов и в жизнь вечную в Таинстве Евхаристии.

Но Христос есть глава обновленного человечества. Чрез Его воплощение Божество соединилось со всей человеческой природой, со всем родом человеческим, а потому люди, достойные стать храмом Божиим, делаются до некоторой степени причастниками и Божественной Его славы (см.: 1 Кор. 3, 16). Святой Григорий Богослов говорит: «Ум человека подобен зеркалу. Если он обращен к Богу, то и тело, как зеркало зеркала, подчиняясь уму, носит в себе отблеск его Божественной красоты». Бог, по словам Иоанна Дамаскина, чрез ум вселяется в тела святых. Если святой апостол Павел тело каждого христианина именовал храмом живущего в нем Духа Божия (см: 1 Кор. 6, 19), действия Которого могут быть в обыкновенных людях более или менее сокровенными, то в святых эти действия могут проявляться с особенно разительною силою… «Как огонь входит во все поры раскаленного железа, – говорит преподобный Макарий Египетский, – так и Дух Святой всецело проникает Своею силою и душу, и тело святого. Но это не воплощение и по существу, и по силе облагодатствования. Во Христе, при двух естествах (Божеском и человеческом), – единая ипостась Божеская; в святых же сохраняется человеческая ипостась… Христос – плотоносный Бог, а святые – богоносные или духоносные люди» (преподобный Макарий Египетский). Вследствие же такого тесного соединения с Богом святые становятся носителями чудесной силы, действующей чрез посредство их тела. Кто заключил небо при Илье Пророке? – Бог, в нем обитавший. Чьей силою Моисей разделил Чермное море, простерши над ним жезл свой? – Силою Божиею, ему присущею. Тою же чудодейственною Божескою силою пророк Елисей воскресил умершего мальчика (см.: 4 Цар. 4, 34–35), апостол Петр исцелил хромого от рождения (см.: Деян. 3, 6–8), восставил расслабленного Енея, восемь лет прикованного к одру болезни, – и все это Именем и силою Иисуса Христа (см.: Деян. 9, 33–34). И эта сила Христова до того присуща была святому апостолу Петру, что даже и тень его, осенявшая болящих, чудодейственно исцеляла их от болезней (см.: Деян. 5, 15). Но благодатные силы, действующие чрез тела святых при их жизни, продолжают действовать в них и после смерти. На этом именно и основывается почитание святых мощей как носителей благодати. Ради Духа Святого и праведных душ человеческих, когда-то обитавших в телах святых мужей и жен, самый прах и кости их сохраняют свою чудодейственную силу, Умерший, прикоснувшийся к костям пророка Елисея, ожил и встал на ноги (см.: 4 Цар. 13, 21). И это, по словам Кирилла Иерусалимского, для того, чтобы показать, что в тело святых, когда и нет в нем души, вложена бывает некая сила ради многие годы обитавшей в нем праведной души, которой служило оно. Мертвые святые, говорит пророк Ефрем Сирин, действуют, как живые: врачуют больных, изгоняют демонов, ибо в святых останках всегда находится благодать Святого Духа. Иоанн Златоуст говорит: «Не говори мне о прахе, не представляй пепла и истлевших от времени костей святых, но открой очи верны и посмотри на присущую им силу Божию».

Из предыдущего ясно, что почитание останков святых в верованиях Церкви не случайность, оно связано с коренными истинами православной веры и что основанием для такого почитания мощей служит не их нетление, а присущая им благодатная сила Божия. Точно так же основанием и для канонизации святых служит не нетление их останков, а разительное проявление Духа в святости их жизни и в чудотворениях от их мощей. Вот почему Православною Церковью причтены были к лику святых некоторые подвижники веры и благочестия, мощи которых не открыты и до сих пор и о нетлении которых мы совсем ничего не знаем, но которые известны были своею святою жизнью и по смерти оказывали чудесную помощь с верою обращавшимся к ним. Таковы, например, Антоний Печерский, Кирилл Белозерский, Иосиф Волоколамский, Пафнутий Боровский и другие. Или же некоторые из угодников были причисляемы к лику святых еще до открытия их мощей – главным образом потому, что еще до сего открытия совершались многочисленные и поразительные чудотворения при их гробах: таковы преподобный Феодосий Печерский, митрополит Московский Петр, преподобный Нил Столбенский, святитель Ермоген, Патриарх Московский, и другие.

Таким образом, наличность нетления останков умершего не может считаться необходимым признаком его святости, равно как и тление тела не есть признак беснования. По свидетельству церковной истории, встречались и встречаются нетленные тела некоторых усопших, которые, при отсутствии чудотворений, не признавались и не признаются, однако, за мощи святых угодников Божиих. В августе 1479 года было обретено тело митрополита Филиппа, которое в продолжение 12 дней лежало открытым; чудотворений не было, и оно снова было предано земле. В 1546 году в Павловском Обнорском монастыре обретены были целыми тела шести неизвестных усопших, и снова были преданы земле. В 1596 году при обретении мощей святых Гурия и Варсонофия Казанских найдены были вместе с ними тела двух других монахов в нетленном виде, но тела Гурия и Варсонофия были признаны мощами и остались открытыми, а тела монахов снова были погребены. В великой Киево-Печерской церкви почти совсем нетленно и открыто почивает Павел, митрополит Тобольский, скончавшийся в 1770 году, все могут видеть, например, кисть его правой руки, вполне сохранившуюся, даже не очень темного цвета и не очень высохшую. И, несмотря на нетление, он все же не причислен к лику святых.

– Почитание мощей в Православии – это то, к чему многим трудно привыкнуть, то, что не каждый может с ходу принять. Нецерковное сознание протестует против поклонения человеческим останкам, частицам мертвого тела. У многих людей это вызывает негативную реакцию, отторжение… Эти люди чего-то недопонимают, возможно, но чего именно?

– Пребывание в нашем городе таких святынь, как десница Иоанна Предтечи или мощи святой блаженной Матроны Московской, собрало огромное количество людей, вряд ли какие-то другие события в истории города собирали столько же народу. О чем это говорит? О том, что даже и люди, не очень близкие еще к Церкви, не очень хорошо знакомые с христианским учением, интуитивно понимают, почему в Православии почитаются мощи святых, и принимают это. Однако я соглашусь, что такая сторона церковной жизни, как почитание мощей святых, вызывает вопросы как у людей, живущих уже этой жизнью, так и у тех, кто только начинает ее. Атеисты несколько веков кряду зубоскалят и кощунствуют над почитанием мощей, но мы не будем сейчас отвечать на их кощунства – поговорим о том, чему учит Церковь.

Почитание останков святых в христианстве – это не культ смерти, как кому-то кажется. Христианство действительно относится к смерти очень внимательно и трепетно: «Помни последняя твоя, век не согрешишь». Память смертная – это одна из главных христианских добродетелей. Внимание к смерти свойственно любой религии, достаточно вспомнить древних египтян с их культом усопших, сложными представлениями о загробном мире. Человек всегда чувствовал, что смерть – это граница, но не конец. Такие переживания были еще до христианства. Но христианство выработало правильное отношение к смерти как к тому, к чему человек должен готовиться всю свою жизнь и чего он не должен бояться. Отсюда и отношение к мертвому телу – без страха, испуга, отвращения.

Но здесь надо вспомнить еще и о тех условиях, в которых зарождалось и жило христианство первых веков. Все слышали о том, что первые христиане скрывались в катакомбах. А что такое катакомбы? Это выработанные каменоломни, служившие кладбищем. Первой формой легального существования христианства были погребальные сообщества – христиане объединялись именно для того, чтобы хоронить своих сограждан. И у них не было такого отношения к смерти, мертвому телу, как у человека нашего времени. Они относились к смерти очень спокойно. Соседство с мертвецами не было для них чем-то страшным, ужасным, нестерпимым.

Таким образом, это вполне закономерно и логично – то, что почитание мощей стало неотъемлемой частью Священного Предания Православной Церкви. Но, чтоб это стало ясно окончательно, нужно сказать о христианском отношении к человеческому телу вообще. Человек – двуединое существо, и тело – неотделимая часть этого существа. Оно не менее ценно, чем душа. Христианство воспринимает тело именно так – в отличие от восточных религиозных систем, для которых тело – темница духа, нечто скверное, то, от чего нужно поскорее избавиться, очиститься. Если мы приносим покойника в храм, то Ветхий Завет отражает отношение к мертвому телу как к чему-то нечистому. То же мы видим и в исламе – покойника надо как можно скорее закопать, до захода солнца. А мы молимся над этим телом, мы кадим его ладаном, мы воздаем ему честь. Казалось бы, что перед нами? Мертвая плоть, обреченная на разложение, грубо говоря – труп. Но мы помним, что это человек; это часть человека, но часть неотъемлемая. Благодать Божия преображает не одну только душу, а всего человека. А если бы это было не так, мы бы и не причащались, и елеопомазание не было бы нам нужно. В мощах святых, в останках их тел мы видим следы благодати Божией и, поклоняясь им, поклоняемся Богу.

Это можно объяснить и несколько иначе. Мы бережно храним фотографии близких нам людей, уже ушедших от нас, потому что это то, что нам от них осталось. И точно так же мы едем в Лавру поклониться мощам преподобного Сергия, потому что это, выражаясь современным языком, актуализирует нашу память о нем, это рождает в нас ощущение близости, сопричастности этому святому. Эти «чисто человеческие» моменты, эти душевные переживания отнюдь не отвергаются Церковью.

– Тела преподобного Александра Свирского и святителя Иоасафа Белгородского практически нетленны. А от других святых остались одни косточки. Как реагировать на это различие? Вправе ли мы судить о святости по степени сохранности мощей?

– Мощи действительно могут находиться в разной степени сохранности, но Церковь почитает святыней как тленные останки, так и нетленные. Повышенное внимание к нетлению – это явление достаточно позднее. В древности на Русь привозили с Афона костные останки, и это никого не ввергало в сомнение; среди останков киево-печерских подвижников есть как тленные, так и нетленные. Степень сохранности не является основанием для «характеристики святости». Она не говорит о том, что кто-то из подвижников более свят, а кто-то менее. Не только вокруг почитания мощей, вокруг любого явления церковной жизни всегда возникают суеверия. Люди пытливы, они всегда хотят знать побольше и потом других этим удивлять, вот так и возникает ложное знание: сохранно все тело – «более святой», сохранились лишь кости – «менее святой».

Своего рода ажиотаж возник при обсуждении вопроса о канонизации преподобного Серафима Саровского. Синодальный период в истории нашей Церкви не был простым, и главной добродетелью в те годы нередко оказывался крайний консерватизм: не предпринимать ничего нового, «как бы чего не вышло». Потому и процесс прославления преподобного Серафима шел очень сложно, и членами Святейшего Синода был выдвинут такой аргумент: нельзя считать его святым, потому что нетленных останков нет, сохранились одни косточки. Иерархи Церкви, в свою очередь, настаивали на том, что никакого значения для прославления святого это обстоятельство не имеет. В конце концов, все эти дискуссии прекратил император Николай II, который просто наложил резолюцию: «Немедленно прославить».

– Частицы мощей вшиваются в антиминс, а без антиминса в храме нельзя служить Литургию. Значит, Литургия служится только на останках святых. Но почему именно так?

– В первые века в катакомбах хоронили именно тех, кто мученически пострадал за Христа. Престолом, на котором служилась евхаристия первых веков христианства, служили именно эти гробы, саркофаги мучеников. Престол изначально – это гроб мученика, вот почему при освящении храма в основание престола полагается частица мощей. Частицы мощей вшиваются также в антиминс, местопрестолие, без которого совершение богослужения в храме невозможно. Такова наша преемственность, наша связь с христианами первых веков.

Гробы мучеников стоят в основании христианства, потому что ранняя Церковь видела в своих мучениках свидетелей Истины. Это очень интересный момент. Не одни только христиане отдавали жизнь за свои убеждения, конечно, таких людей в истории человечества было достаточно – и до, и после эпохи первых христиан. Далеко не всегда эти убеждения были истинными, однако единомышленники того, кто пожертвовал жизнью, всегда называли его героем и всегда ставили в пример другим. Идея, воспринимаемая как истина, делала человека героем. Но в первые века христианства произошло нечто противоположное: мученики доказали истинность новой веры. Поэтому в Православии по сей день особое отношение к мученикам, они выделяются из всего сонма святых. Мученик – это столп и утверждение Церкви, это то, на чем Церковь построена. Вот почему их останки полагаются в основаниях храмов по всей земле.

– А всегда ли мы можем быть уверены в подлинности мощей, особенно если речь идет о святых из глубокой древности, о современниках Спасителя, об Иоанне Предтече, например? Приходилось читать о том, что в Европе в средние, да и в позднейшие века существовал целый рынок подделок.

– Спрос ведь рождает предложение. Достаточно вспомнить историю Четвертого крестового похода (1202–1204 гг.), когда крестоносцы завоевали Константинополь, они растащили мощи, хранившиеся в роскошных византийских мощехранительницах. Эти мощи интересовали их больше, чем золото и драгоценные камни, они были гораздо ценнее в их глазах. И в результате католическая Европа оказалась переполнена этими византийскими мощами, их можно было видеть всюду – в храмах, монастырях, аббатствах. Они и сейчас там, и европейцы, успевшие уже за эти века охладеть к останкам святых, смотрят на русских паломников, стремящихся приложиться к этим мощам, со странной смесью ужаса, удивления и тайной зависти… Но в средние века спрос на мощи был огромный, и рынок подделок, безусловно, существовал. В эпоху Просвещения это породило массу памфлетов и карикатур. Иногда, впрочем, такое недоразумение порождается тем, что головой святого именуется всего лишь частица его черепной кости. Голова апостола Андрея Первозванного лежит в Патрах, в Греции, и в русском Андреевском скиту на Афоне. Я лично видел ее в Андреевском скиту: серебряный реликварий в форме головы и вставленная кость. Люди, не задумываясь об этом обстоятельстве, говорят: голова.

Однако у таких святынь, как, например, десница Иоанна Предтечи, которая доставлялась в Саратов в 2006 году, очень долгая история, и она хорошо прослеживается. Нет никаких сомнений относительно мощей святых, живших совсем недавно, как, например, блаженная Матрона Московская. Нет сомнений относительно преподобного Сергия, преподобного Серафима. И многих-многих других. И я бы не советовал верующим задаваться такими вопросами вообще. Если мы когда-то и ошибемся невольно, то никакой беды, никакого греха в этом нет – Господь видит нашу искренность, и святой слышит нас все равно.

– Почему верующие стремятся именно приложиться, т.е. максимально приблизиться к мощам? Разве не достаточно просто постоять рядом, мысленно поклониться святому, попросить его о помощи?

– Потому именно, что человек – двуединое существо. Его душевные движения требуют еще и физического выражения. «Физика» – это ведь тоже часть нашего «я». Именно поэтому мы не просто стоим у иконы или ковчежца с частицей мощей, а прикладываемся к нему. Мощи – это ведь, по сути, та же икона святого, только более близкая к нему. Глядя на икону, мы возносим ум от образа к первообразу и точно так же, глядя на то, что осталось от земной жизни святого, возносим ум к нему самому.

– Когда частица мощей святого доставляется в конкретный город, в какой-то из его храмов, говорят так: «У нас побывал такой-то» или «…такая-то». Например: «У нас в Саратове побывала преподобномученица, великая княгиня Елисавета». Почему именно так принято говорить? Ведь это не человек, не сам человек, а только частица его тела.

– Потому что мы возносим молитвы к первообразу. И пребывание в нашем городе частицы мощей становится для нас поводом ко внутренней встрече со святым. И люди идут к мощам святого именно ради этой духовной встречи. Поэтому когда мы говорим: «У нас побывала великая княгиня Елисавета Федоровна» – это абсолютно точное выражение! У нас была сама святая.

Фото Дениса Елистратова

Взгляд-Православие

Москва. 18 марта. INTERFAX.RU — Около 70 тысяч верующих поклонились мощам Иоанна Крестителя за время их пребывания в Петербурге.

«В течение восьми с половиной дней нахождения мощей в Казанском соборе, несмотря на разную информацию в СМИ и соцсетях, количество паломников к мощам не уменьшалось. В субботу и воскресенье, а также в последний день пребывания 17 марта людей было еще больше, чем в предыдущие дни. Сегодня рано утром святыню торжественно проводили обратно в Иерусалим», — сообщила «Интерфаксу» начальник сектора коммуникаций Петербургской епархии Наталья Родоманова.

По ее словам, во время поклонения мощам принимались необходимые санитарно-профилактические меры, в частности, поверхность ковчега со святыней обрабатывалась дезинфицирующими растворами. «После каждого приложившегося человека ковчег протирался тканевой салфеткой со специальным антисептическим раствором, и она регулярно менялась», — рассказала представитель епархии.

С 16 марта в северной столице действовал запрет на проведение мероприятий с количеством участников, превышающим тысячу. «При поклонении мощам в соборе не находилась одномоментно тысяча человек», — отметила в связи с этим Родоманова.