Психически больных

Основные понятия

В настоящее время много говорят о росте числа психических расстройств в обществе, однако многие люди имеют очень неопределенные представления об этом весьма размытом понятии. Несмотря на то, что сейчас психиатры делают все возможное, чтобы как можно лучше информировать население о стрессах, депрессии, тревоге, неврозах, более тяжелых психических расстройствах, литературы, написанной экспертами для простого обывателя крайне мало, а в интернете встречается изобилие информации, написанной либо сложным языком, либо просто безграмотно. Все это в итоге приводит к тому, что такая информация не только противоречит действительности, но и вредит.

помощь при психическом расстройстве

Невозможно в одной статье все «разложить по полочкам» и дать четкую инструкцию по взаимоотношениям между пациентом и его близкими, но есть возможность привести к целостной картине представление об этой сложной группе заболеваний (термины «заболевание» и «расстройство» с медицинской точки зрения во многом близки, но не тождественны*). Поэтому моя задача — познакомить читателя с этой сложной проблемой, в первую очередь связанной со взаимоотношениями и помощью страдающим тяжелыми психическими недугами.

*Самые основные термины желательно знать, тогда врачу будет легче помочь как самому больному, так и его близким. Кроме того, не стоит употреблять терминов, которые Вам недостаточно хорошо известны, лучше описывать ситуацию или состояние так, как Вы это понимаете.

Итак, психические (или душевные, потому что психея – в переводе с греческого означает душа) расстройства – это болезненные состояния человека с психопатологическими (т.е., с психическими нарушениями) и поведенческими (т.е., проявляются не всегда, например, при неврозах, когда человек усилием воли держит себя в пределах культурного социума до определенного момента) проявлениями, обусловленными воздействием биологических, психологических, социальных и других факторов.

Не будем путать с психозами (или психотическими) расстройствами, которые характеризуются грубыми и противоречивыми окружающей обстановке нарушениями мышления, восприятия и поведения (бред, в медицинском, а не обывательском представлении; галлюцинации; психомоторное возбуждение; суицидальное поведение и т.д.).

Важно отметить, что проблема психических расстройств междисциплинарная и даже межведомственная, социальная. Нужна реабилитация, а не только лечение.

Что касается диагноза. Диагноз – определение и распознавание, указание на болезнь. В медицине, а особенно в психиатрии, не всегда постановка диагноза подразумевает лечение в строгом соответствии с диагнозом. Зачастую диагноз – это статистическая категория, необходимая для понимания, грубо говоря, чем сходно состояние одного больного с другим.

У меня порой вызывает недоумение стремление человека посмотреть записи врача. Ведь специальная интерпретация, обоснование диагноза, терминология могут не только испугать и обидеть неподготовленного человека, а вызвать необоснованное недоверие к специалисту и, того хуже, усугубить нарушенное душевное равновесие, огорчить не только больного, но и родственников.

Гораздо важнее доверять друг другу (врачу, пациенту, его близким), задавать интересующие вопросы. Именно на доверии достигается желаемый результат – излечение или стойкая ремиссия, если расстройство хроническое.

Я не буду в этой статье много расшифровывать понятия и термины. Поговорим по теме, соответствующей заголовку. Речь пойдет о таких заболеваниях как шизофрения, деменция, тяжелые депрессии, наркологические зависимости (алкоголизм, наркомании) и др. Попробую дать основные, своего рода «универсальные» рекомендации.

Рекомендации

1 ситуация: родственник (как 16-летний ребенок, так и старенький дедушка, в прошлом или настоящем научный работник) стал «каким-то не таким», начал замыкаться, раздражаться без видимой причины, хотя «агрессивным раньше он никогда не был», заговариваться, разговаривать сам с собой.

Обычно такое поведение вначале воспринимается как шутка, потом удивление, затем начинается дискуссия с больным человеком, что может привести к серьезным конфликтам и недоверию. Если Вы подозреваете у близкого Вам человека психическое расстройство (мы не берем экстренные ситуации, например, при выраженной агрессии, здесь уже вмешиваются полиция и медицинские работники), нельзя спорить.

Желательно и не поддерживать болезненные заблуждения человека, постараться быть терпеливыми и заботливыми, уговорить близкого обратиться за медицинской помощью. К сожалению, в нашем обществе, когда речь идет о психиатрии, в большинстве случаев это вызывает усмешку, испуг, удивление, только не сочувствие и желание помочь больному человеку, тем более, если это относится к родственнику. Только потом, когда больной человек сможет почувствовать и даже понять, что помощь психиатра ему во благо, он сам потянется к ней.

На первоначальном этапе стоит попытаться уговорить человека успокоиться, оценить его степень адекватности (если раньше он доверял Вам, а сейчас безосновательно нет, понимает ли он Вас или находится весь в своих переживаниях и т.д.), понять, существуют ли угрозы для него и окружающих.

Насильно помочь человеку невозможно (недобровольная госпитализация в психиатрический стационар проводится только по решению суда), но сделать все возможное необходимо: привлечь родственников, которые правильно поймут и поддержат, авторитетных для больного людей, посоветоваться с врачом.

2 ситуация: пациента удалось привести к психиатру. Здесь могут быть 2 пути. Доктор поможет разобраться в ситуации, поставит диагноз, назначит лечение, даст рекомендации. Здесь все очень индивидуально. Но может быть и так, что врач дает рекомендацию, но ей не хочет следовать не только больной (в силу неадекватности), но и родственник.

Могу привести пример. Приводит к врачу-психотерапевту мать свою 20-летнюю дочь. У дочери болезненные ощущения в теле: кости по ее утверждению «ходят туда-сюда, проваливаются и больно». Обследовали все специалисты, проведены все исследования, в том числе МРТ, заболеваний никаких не обнаружено, симптомы не соответствуют предполагаемой физической патологии.

Был поставлен диагноз психического заболевания, назначены препараты, через пару месяцев наступило значительное улучшение. Пациентка прекращает пить лекарства, через некоторое время приходит к врачу вместе с матерью, жалуется на ухудшение, уверяет, что лекарства не помогают, отказывается от помощи, выбегает из кабинета, мечется, говорит, что не хочет жить. Предлагается госпитализация, поскольку адекватные дозировки препаратов можно назначить только в стационаре, в ответ — категорический отказ.

С трудом удается успокоить, уговорить сделать укол, соглашается возобновить прием лекарств. Врач предлагает матери вызвать психиатрическую бригаду для решения вопроса о госпитализации, в связи с суицидальным риском, на что получает ответ: «Ну убьет себя, значит судьба такая, я ее класть в психушку не буду». Под расписку отпущена домой. Мать звонит на следующей день, дочери становится немного лучше, затем пропадает на полгода. Снова звонок на личный телефон врача: дочь лежит в постели, не хочет вставать, жалуется на «движения в теле каких-то существ», вызывающих сильную боль.

Даны рекомендации, больная наконец-то госпитализирована в психиатрический стационар с шизофренией. Выписана с улучшением, появилась критика к своему состоянию, подобрана адекватная терапия.

Итог: к счастью, эта история закончилась благополучно, но пациентка промучилась несколько месяцев, пока мать поверила в необходимость госпитализации; пришлось назначать более тяжелые препараты, лечение затянулось.

Нет ничего страшного, если пациент отказывается от данного врача (например, пациент включил врача в свою бредовую систему) или сам врач понимает, что не сможет оказать адекватную помощь. Тогда необходимо привлечь коллег, направить в стационар, совместно с родственниками продумать варианты помощи и выбрать оптимальный. Бывает, что пациент возвращается после лечения, извиняется за свое поведение, поскольку не понимал болезненности и неадекватности на тот момент.

Не стоит менять специалистов (бывает ко мне приходят с десятками рекомендаций от разных врачей одной и той же специальности, что вызывает недоумение). Ну 2-3 мнения – это понятно, но больше 10!? Наиболее частая причина – не сразу помогают лекарства, побочные эффекты.

Некоторые пациенты вскоре прекращают принимать лекарства, а многие заболевания хронические и требуют многомесячной, а то и многолетней поддерживающей терапии. Наступает закономерное ухудшение, новый врач не знает еще особенностей течения расстройства у данного больного, начинаются эксперименты с лечением, новый подбор медикаментов, формируется устойчивость к лечению, ранее эффективные препараты перестают действовать.

И еще: желательно, при первичном посещении врача принести если не все, то основные обследования, выписки, анализы. Психиатр – такой же врач, как и все остальные, и чем больше информации будет о пациенте, тем легче разобраться в диагнозе. Например, если у человека патология щитовидной железы, желательно принести последние анализы на гормоны, поскольку при изменении гормонального фона меняется и душевное состояние (раздражительность, нарушения сна, колебания настроения и т.д.).

В ряде случаев антидепрессанты не только не нужны, а могут навредить, может быть стоит ограничиться назначениями эндокринолога и психотерапией. Пожилые люди, страдающие сахарным диабетом, могут путать события и даже вести себя неадекватно при повышении глюкозы в крови, здесь назначаемые нейролептики тоже не всегда необходимы.

3 ситуация: больной давно обследован, известен диагноз, но заболевание прогрессирует. Родственники начинают «искать чуда»: консультировать больного у ведущих специалистов, едут в главные научные центры, кто-то ищет помощи за границей.

У меня был ряд случаев, когда пациенты возвращались из США, Европы, Израиля и т.д. с жалобами, что было отказано в назначении препаратов, подобранных в России, либо просто лечение оказалось неэффективным, наступило ухудшение. Здесь я бы посоветовал найти специалиста, которому Вы доверяете и согласовывать с ним свои действия. Только вместе мы можем помочь больным людям оказать адекватную помощь и если не вылечить, то максимально возможно улучшить качество жизни.

4 ситуация: неизлечимо больной в конечной стадии. Бытует мнение, точнее очередной миф, что от психических болезней не умирают, однако психические заболевания – такие же, как и соматические (т.е. болезни тела), только болен мозг, независимо есть там видимый очаг (например, в следствие черепно-мозговой травмы поврежденный участок мозга) или нет. Например, выраженное прогрессирующее слабоумие, конечная стадия алкоголизма с полиорганными нарушениями, терминальная стадия при злокачественных формах шизофрении и другие. Здесь приходится решать индивидуально, в зависимости от конкретного случая.

«Если человека нельзя вылечить – это не значит, что ему нельзя помочь».

Если уж суждено умереть, это легче сделать среди любящих родственников на своей кровати, даже если человек ничего не понимает и никого не узнает. Но он ЧУВСТВУЕТ отношение к нему. Как чувствует маленький ребенок ласку матери, улыбается или плачет, когда мама ушла. Вы скажете – сравнение никакое, дети – это наше будущее, а здесь умирающий и ничего не понимающий человек. Да, это так, но надо понимать, что любой из нас может, не дай Бог, оказаться на месте этого человека…

Ухаживающие за больными

Ну и несколько слов о помощи для тех, кто ухаживает за больными. Здесь трудно давать конкретные рекомендации, ясно только одно: нельзя вставать в позицию ни спасателя, ни жертвы, нужно просто выполнять свой человеческий долг по мере сил и возможностей. Не забывайте про себя.

Любой человек, проживающий с больным и тем более ухаживающий за ним, испытывает громадный личный и эмоциональный стресс. Поэтому следует подумать о том, как Вы будете справляться с болезнью в будущем. Разобравшись, как следует в собственных эмоциях, Вы сможете более эффективно справляться как с проблемами больного, так и с Вашими собственными проблемами. Вам, возможно, придется испытать такие эмоции, как горе, стыд, гнев, смущение, одиночество и другие.

Для некоторых людей, ухаживающих за больным, семья является лучшим помощником, другим она приносит лишь огорчения. Важно не отвергать помощь других членов семьи, если они располагают достаточным количеством времени, и не пытаться нести подчас нелегкое бремя ухода за больным одному.

Если члены семьи огорчают Вас своим нежеланием помогать, или из-за недостатка сведений о данном расстройстве критикуют Вашу работу, Вы можете создать семейный совет для обсуждения проблем по уходу за больным. В частности, принять решение привлечь наемного работника, хотя бы на период времени, необходимый для Вашего отдыха и восстановления сил, и при необходимости, лечения.

И последнее. Не держите проблемы в себе. Ощутив, что Ваши эмоции являются в Вашем положении естественной реакцией, Вам будет легче справиться со своими проблемами. Не отвергайте помощь и поддержку других, даже если Вам кажется, что Вы их затрудняете. Даже сами психотерапевты (казалось бы, знающие, как максимально уменьшить стресс) часто имеют своего психотерапевта, и плохо тому врачу, который пренебрегает помощью своих коллег.

Информацию для Вас подготовил:

Аронов Павел Владимирович — врач-психиатр, психотерапевт, нарколог, врач высшей категории, кандидат медицинских наук, доцент. Врач ведет прием в корпусе клиники на Бауманской.

Ходатайственная молитва – это одна из старейших и наиболее распространенных молитв, используемая с целью облегчения состояния и способствования здоровью. Практикуется многими конфессиями и предполагает, что человек, либо группа людей в установленное время подают прошение Богу от имени другого человека, нуждающегося в помощи. В этом обзоре изучено, есть ли разница в исходе для здоровья у людей, за которых молятся по имени во время их болезни или восстановления после болезни или операции, и за которых не молятся. Обе группы людей получали сове обычное лечение от своей болезни. Было найдено десять испытаний, в которых было рандомизировано 7646 человек. Большинство из них сравнивали молитву (за кого-то, чтобы выздоровел) плюс обычное лечение с обычным лечением без молитвы. В одном испытании были две молитвенные группы, в которых сравнивали участников, знавших, что за них молятся, с теми, кто не знали. В другом испытании, молились ретроактивно, рандомизируя людей от месяца до 6 лет после их госпитализации. В каждом испытании были люди с разными заболеваниями. К ним относились лейкемия, проблемы с сердцем, заражение крови, злоупотребление алкоголем, психологические и ревматические заболевания. В одном испытании оценивали людей с высоким, низким риском смерти и распределяли их по соответствующим группам.

В целом, не было существенной разницы в восстановлении после болезни или смерти между теми, за кого молились и за кого не молились. В испытаниях, в которых оценивали послеоперационные или другие осложнения, промежуточные и плохие исходы, или повторные госпитализации, существенных различий между группами выявлено не было. Конкретные осложнения (остановка сердца, серьезная операция до выписки, потребность в катетере в области сердца для мониторинга) были значимо более вероятны в той группе, в которой за пациентов не молились. И наконец,, сравнивая тех, кто знал о том, что за них молятся, с теми, кто не знал, можно видеть, что было меньше послеоперационных осложнений у тех, кто не знал, что за них молились.

Авторы пришли в выводу о том, что из-за различных ограничений в испытаниях, включенных в этот обзор (такие как неясные процедуры рандомизации и сообщения о различных исходах и болезнях) можно сообщить лишь о том, что ходатайственная молитва и не вредна, и не полезна для больных людей. Для формулирования более достоверных выводов необходимы дальнейшие исследования, которые будут иметь лучший дизайн и представление результатов.

Листать назад Оглавление Листать вперед
КОРСАКОВ С.С.

Избранные произведения.- М.: Госиздат мед. лит., 1954.- С. 156–175.

В предыдущих главах мы познакомились с проявлениями душевных болезней, с наиболее типичными состояниями, в которых мы встречаем душевнобольных, с элементарными расстройствами душевной деятельности и, наконец, с общим характером течения душевных болезней.

Наблюдения показывают, что как элементарные расстройства, так и целая совокупность их — отдельные психопатические состояния — являются у душевнобольных часто в известной, правильной последовательности, вследствие чего являются особые, более или менее определенные клинические разновидности душевных болезней. Подобно тому, как, например, при возвратной горячке, мы, встречая характерный ход повышения температуры, изменение селезенки, печени, своеобразные изменения в крови и т.д., определяем, что больной страдает возвратною горячкой, точно так же и при душевных расстройствах являются иногда такие сочетания симптомов, которые характеризуют прямо определенную форму болезни; так, сочетание слабоумия с расстройством произношения, разницей зрачков и некоторыми другими явлениями и с особенностями в развитии всех этих явлений характеризует особую болезнь, называемую paralysis progressiva alienorum. Другая совокупность симптомов характеризует и другую болезнь, например, меланхолию, третья — третью болезнь, например, манию, острое бессмыслие и т.д.

Таким образом, из различных сочетаний симптомов и последовательной их смены образуются в психиатрии отдельные формы душевных болезней с отдельными названиями; в результате является номенклатура душевных болезней и разделение их на сродные группы, т.е. классификация.

Однако разделение душевных болезней на отдельные формы и группы далеко еще не достигло той степени правильности, которой достигли классификации других болезней главным образом потому, что душевные болезни научным образом изучаются еще недавно. Прежде душевные болезни смешивались с пороками или даже с влиянием сверхъестественных сил — злых духов или добрых гениев. Хотя начало врачебного понимания душевных заболеваний положено было еще в древности, и Гиппократ составил довольно верное описание некоторых психических страданий, но правильное понимание их с трудом проникало в общество, и в средние века, благодаря невежеству и религиозному фанатизму, масса помешанных погибла в пытках инквизиции и на кострах. Врачи, так же как и другие люди, поддавались общему мировоззрению, и лишь немногие, как Вейер в начале XVI столетия, являлись защитниками душевнобольных от их невежественных мучителей. В лучшем случае помешанных заключали в мрачные здания старинных домов для умалишенных и держали прикованными цепями к стене среди грязи, в смраде, холоде и голоде. Еще только недавно исполнилось столетие с того времени, как по настоянию французского психиатра Филиппа Пинеля были сняты цепи, которыми были прикованы душевнобольные, и раздалось (в конце 1792 или 1793 г.) его знаменательное слово, что душевнобольные имеют тоже права людей и что их нужно лечить и заботиться об их благосостоянии. Еще долго после Пинеля и его современников, итальянского врача Кияруджи, немецкого Лангермана, а также знаменитого ученика Пинеля — Эскироля, положившего прочное начало правильному клиническому наблюдению над душевнобольными, приходилось бороться с тем мнением, что душевные болезни суть проявления порока, и только в самое последнее время устанавливается взгляд, что душевные болезни составляют только отдел невропатологии, правда, своеобразный.

Благодаря медленности в развитии чисто научного воззрения на психические болезни, учение о душевных болезнях развивалось медленно, и соответственно этому и классификация душевных болезней до сих пор весьма неудовлетворительна. В течение последнего столетия несколько раз менялся самый принцип классификации. Первые классификации брали часто за основные признаки чисто внешние различия, например, содержание бреда, направление влечений, характер настроения. Правда, еще Гиппократ, давая отдельным формам душевных заболеваний такие названия, как меланхолия, связывал представление о расстройстве психической деятельности с изменением соков организма, но большинство психиатров последних веков держалось чистого эмпиризма и разделяло душевные расстройства исключительно по психологическому принципу. Так, живший в конце XVI и начале XVII века Платер в своей классификации, в отделе «Mentis alienatio» рядом с заимствованными от Гиппократа терминами «melancholia», «mania», «phrenitis» поместил «stultitia» (глупость) и «amor» (любовь). Эскироль тоже чисто эмпирически различал липеманию, или мрачное помешательство (меланхолия), манию (психическое расстройство с возбуждением), мономанию (однопредметное помешательство), слабоумие и идиотизм. Подразделение составленных таким эмпирическим путем отдельных групп на разновидности основывалось на подробностях чисто внешних и на различии в психологическом проявлении, главным образом на различии в содержании бреда и влечений.

Вследствие этого получались различные виды «маний», которые характеризовались различными названиями, смотря по содержанию бреда и побуждений. Так, mania religiosa с религиозным бредом, demonomania — с бредом о нечистых духах, cleptomania — со стремлением к воровству, pyromania — помешательство со стремлением к поджогу. Таких «маний» (или «folie») у старых авторов было много. Классификация, основанная на таком принципе, достигла своего крайнего проявления у Гислена, блестящего бельгийского психиатра, у которого множество разновидностей различалось между собою только на основании случайной разницы в содержании бреда и влечений.

Но дальнейшие наблюдения показали, что содержание бреда не есть существенный признак, что часто больные имеют различное содержание бреда, а, в сущности, одинаково больны, и наоборот: при одинаковом содержании идей бреда болезнь совершенно различна. Вследствие этого стали искать более существенное различие для разделения душевных болезней. Тогда, в противоположность тому направлению, по которому было столько же болезненных форм, сколько различных содержаний бреда или сколько различных болезненных влечений, явилось побуждение смотреть на все психические формы только как на различные стадии или варианты одной формы умопомешательства.

По этому взгляду (Целлера и учеников его) меланхолия, мания, помешательство и слабоумие суть только отдельные фазы типического психоза. Стремление к обобщению было настолько велико, что знаменитый ученик Целлера Гризингер даже такую характерную болезнь, как общий прогрессивный паралич помешанных, в начале второй половины XIX столетия еще не выделил в особую форму, а описывает как «осложнение помешательства».

Наблюдения показали, что такое стремление к обобщению слишком односторонне, что на практике встречаются случаи, которые говорят против такого сведения почти всех болезненных форм к одному типу. Тогда, с одной стороны, стали являться новые классификации, более усовершенствованные, но все-таки основанные на принципе разделения болезней по психологическим проявлениям, а с другой — являлись попытки составить классификацию на основании других принципов. Прежде всего, являлось стремление составить классификацию по этиологическим моментам, т.е. по тем причинам, которые вызвали болезнь. Под влиянием этого стремления явилось разделение болезней на наследственные, истерические, эпилептические, алкогольные, послеродовые формы, онанистические, послегорячечные, даже на такие дробные формы, как mania postconnubialis (мания после первого совокупления). Классификации, составленные таким образом, (примером классификации этой категории может служить классификация французского психиатра Мореля, отца учения о психической дегенерации, и английского психиатра Ске, могли бы быть очень удобны в практическом отношении, так как давали возможность вместе с диагностикой определять и причину болезни, но на практике они оказались не удовлетворительными и главным образом потому, что существует много случаев, где развивается одинаковая форма от влияния различных причин; кроме того, очень часто психическая болезнь даже в единичном случае вызывается не одной какой-нибудь причиной, а целою совокупностью причин, а потому и нельзя обозначить ее по названию одной какой-нибудь причины.

В сущности, конечно, самое верное деление душевных болезней могло бы быть, если бы нам была известна патологическая анатомия душевных болезней. К сожалению, очень часто мы не знаем анатомического субстрата душевных болезней, и потому патолого-анатомическая классификация в настоящее время невозможна. Попытки, которые делались в этом направлении, или остались незаконченными (как, например, попытки знаменитого венского психиатра Мейнерта в его первом учебнике), или были вполне безосновательны (французская классификация Луи).

Ввиду этого в настоящее время пытаются составить классификацию на основании нескольких принципов. Где можно, там в основу разделения берется патологическая анатомия; где этого нельзя, там берутся во внимание психологические различия или клинические симптомы и этиология. Одна из наиболее практичных классификаций в этом роде есть классификация Крафт-Эбинга, известного венского профессора. Эта классификация пользуется большим распространением в Германии. Благодаря общепризнанным достоинствам «Учебника психиатрии» Крафт-Эбинга, его классификация пользовалась распространением и у нас и признается настолько имеющей значение, что даже поставлена в числе вопросов программы при испытаниях на звание врача. Это заставляет нас более подробно с нею познакомиться.

В своей классификации Крафт-Эбинг разделяет все психические расстройства на две группы, далеко, впрочем, неравные. В одной, меньшей, помещены те расстройства, которые зависят от недоразвития мозга. В этой группе рассматриваются те аномалии в психической жизни, которые происходят как от прирожденного недоразвития мозга, так и от недоразвития, обусловленного какими-нибудь болезнями в детстве. Сюда относится идиотизм (в форме слабоумной и в форме прирожденной нравственной тупости).

К другой группе, несравненно большей, принадлежат расстройства уже развитого мозга. Эта группа в свою очередь разделяется на несколько других. Прежде всего, Крафт-Эбинг разделяет психические расстройства развитого мозга на функциональные, при которых анатомических изменений пока не найдено, и на такие психические расстройства, при которых существуют определенные анатомические изменения в головном мозгу, которые и могут обусловить наблюдаемые при жизни расстройства психической сферы. Эту группу психических болезней он называет органическими психозами. К ней, например, будет принадлежать психическое расстройство, обусловленное сифилисом мозга, к ней же будет принадлежать та, очень часто встречающаяся форма, которая называется прогрессивным параличом помешанных; к ней же принадлежат старческое слабоумие и острый бред.

Итак, при органических психозах встречаются определенные анатомические изменения, служащие субстратом психического расстройства. Этого нет при другой группе душевных болезней, к которой принадлежит самая большая доля психических расстройств. Это — группа функциональных психозов; она в свою очередь разделяется на две части: на так называемые психоневрозы и на психические дегенерации. Это разделение происходит на следующих основаниях. Наблюдения показывают, что иногда психическая болезнь является у человека как нечто совершенно случайное, — все равно, как бы какая-нибудь острая соматическая болезнь, например, тиф: явится болезнь, проболеет человек некоторое время; затем болезнь пройдет, и человек, если болезнь кончилась благополучно, остается, как прежде, совершенно здоровым. Но в других случаях связь болезни с личностью больного несравненно глубже: больной носит в себе зачатки болезни иногда с самого зачатия, и болезнь входит в его конституцию, делается характерной особенностью его психического организма. Это происходит или вследствие наследственного вырождения нервной системы, или вследствие вырождения в связи с каким-нибудь тяжелым неврозом, каковы истерия, эпилепсия. Вот эти-то болезни, вплетающиеся в существо организма, не случайные, а коренящиеся в самой конституции больного, и называются психическими дегенерациями. Мы увидим, что к ним относится, например, эпилептическое помешательство, находящееся в связи с дегенерацией, связанной с падучею болезнью; сюда же относятся и истерическое помешательство, и целый ряд психозов, которые обусловливаются наследственною дегенерацией. Между этою группой и группой органических психозов стоят промежуточные болезненные расстройства, обусловленные хроническим злоупотреблением спиртными напитками (хронический алкоголизм) и другими ядовитыми веществами.

Крафт-Эбинг считает нужным поставить эти расстройства в группу, переходную между психическими дегенерациями и органическими психозами, потому что, с одной стороны, хроническое злоупотребление такими веществами, как алкоголь, ведет к вырождению (дегенерации), а с другой — оно вызывает нередко и анатомические изменения в головном мозгу, которые и служат субстратом психического расстройства.

Другую группу психозов функциональных составляют заболевания случайные, психоневрозы. Они являются, так сказать, как что-то постороннее, не присущее конституции организма, а поражающее больного все равно, как тиф, пневмония. Конечно, и они у одного больного явятся скорее, а у другого не явятся вовсе, частью в зависимости от степени устойчивости организма, частью в зависимости от того, насколько организм восприимчив к заболеванию психическим расстройством (имеет «предрасположение» к душевному заболеванию); но, во всяком случае, самая форма душевной болезни в виде психоневроза носит в себе признаки преходящего расстройства, и ею заболевают люди с нормально предрасположенным и правильно развитым мозгом.

Группу психоневрозов составляют, по Крафт-Эбингу, четыре типичные формы: меланхолия, мания, острое излечимое слабоумие и острое галлюцинаторное помешательство вместе с их исходными формами (вторичное помешательство и заключительное слабоумие).

Таковы главные группы психических болезней, принимаемые Крафт-Эбингом. Они в свою очередь делятся на отдельные болезненные формы, и таким образом является довольно сложная классификация, которая в несколько сокращенном виде будет такова:

А. Психические расстройства вполне развитого мозга

I. Функциональные психозы (без очевидной органической подкладки)

А. А. Психоневрозы, т.е. заболевания нормально предрасположенного и правильно развитого мозга.

1. Melancholia, или мрачное помешательство (невроз с психическою задержкою):

a) melancholia simplex (простая меланхолия);

b) melancholia cum stupore, m. attonita (меланхолия с оцепенелостью).

2. Mania, мания, или возбужденное помешательство (невроз с психическим возбуждением):

a) mania exaltativa (маниакальное возбуждение);

b) mania furibunda (неистовство).

3. Острое излечимое слабоумие, отупелость (stupiditas seu dementia; acuta curabilis) — невроз с психическим истощением.

4. Чувственный бред, или галлюцинаторное помешательство (delirium hallucinatorium, psychoneurosis hallucinatoria).

Прибавление.

Случайные исходы этих четырех форм в неизлечимые формы:

a) вторичное помешательство (paranoia secundaria);

b) заключительное слабоумие (dementia secundaria; dementia consecutiva):

α) возбужденное (dementia agitata, seu inquies);

β) апатическое (dementia apathica).

B.В. Психические дегенерации, т.е. заболевания мозга, болезненно предрасположенного от рождения или сделавшегося предрасположенным (инвалидным, недужным) в течение жизни.

1. Резонирующее помешательство или конституционально-аффективное помешательство.

2. Первичное помешательство (paranoia):

а) прирожденная форма (paranoia originaria);

b) приобретенная форма (paranoia tardiva):

α) бред преследования (paranoia persecutoria):

— Paranoia persecutoria typica — типическая форма бреда преследования;

— Paranoia querulens — сутяжное сумасшествие).

β) Paranoia expansiva (с преобладанием бреда величия);

— Paranoia inventoria, seu reformatoria — бред изобретений и преобразований;

— Paranoia religiosa — религиозное сумасшествие.

3. Paranoia erotica — любовное сумасшествие.

3. Периодические психозы.

4. Психозы, происходящие из конституционных неврозов:

а) неврастенические психозы;

b) эпилептические психозы;

c) истерические психозы;

d) ипохондрические психозы.

II. Органические психозы (психические расстройства с постоянным анатомо-патологическим субстратом, органические болезни мозга с преобладанием психических расстройств).

1. Delirium acutum (острый бред), транссудативная гиперемия с переходом в periencephalitis diffusa acuta.

2. Прогрессивный паралич помешанных. Dementia paralytica, seu paralysis progressiva alienorum (periencephalome ningitis diffusa chronica).

3. Lues cerebralis (сифилис головного мозга).

4. Dementia senilis (старческое слабоумие — первичная атрофия коры).

Прибавление. Отравления. (Болезни, служащие переходом от первой группы ко второй.)

1. Хронический алкоголизм (alcoholismus chronicus).

2. Morphinismus.

В. Состояние психического недоразвития

Idiotismus (et cretinismus):

a) слабоумная форма с преобладанием умственного недоразвития; прирожденное слабоумие (тупоумие) и прирожденное безумие;

b) моральная форма — прирожденное нравственное помешательство, нравственный идиотизм, форма врожденного слабоумия с преобладанием нравственного недоразвития.

Эта классификация, как видно, довольно сложна, и хотя она считается одною из лучших современных классификаций, но нужно признаться, что она далеко не удовлетворяет всем требованиям. Изучая психические болезни на практике, легко придти к заключению, что не всегда можно с надлежащею правильностью отнести наблюдаемый случай к той или другой форме Крафт-Эбинга. Кроме того, наблюдения над больными показывают, что между отдельными группами, принимаемыми КрафтЭбингом, не существует таких резких границ, которые он желал бы провести.

В подтверждение этого достаточно указать хотя бы на разделение болезней на органические и чисто функциональные. Далеко не всегда и психоневрозы бывают без всяких органических изменений: так, при остром излечимом слабоумии находят иногда весьма заметные изменения в головном мозгу. Очень может быть, что то обстоятельство, что мы в большинстве случаев не находим этих изменений при так называемых функциональных психозах, зависит только от недостаточности наших методов исследования, которые с каждым годом совершенствуются, и та болезнь, которая сегодня считается чисто функциональною, завтра должна будет перейти в группу органических. Кроме того, между функциональными психозами и органическими естественные переходные формы составляют болезни, называемые Крафт-Эбингом заключительными состояниями после психоневрозов — вторичное помешательство и заключительное слабоумие; при этих формах почти всегда есть в мозгу заметные изменения в виде атрофии мозговой коры, а эти формы тоже причисляются Крафт-Эбингом к психоневрозам. Точно так же хронический алкоголизм составляет переходную форму между психическими дегенерациями и органическими психозами. Существуют далее формы, которые, с одной стороны, подходят к группе психоневрозов, а с другой — к психическим дегенерациям. Так, например, мания лишь в исключительных случаях бывает как форма самостоятельная; большей частью она является лишь в качестве отдельного приступа периодического помешательства, которое Крафт-Эбингом относится к числу психических дегенераций. Наконец, между этими последними и группой психозов, обусловленных недоразвитием, не существует тоже резких границ, так как врожденное слабоумие есть тоже одно из проявлений дегенерации.

Все это, вместе взятое, делает крафт-эбинговскую классификацию далеко не идеальною и заставляет желать другой, более совершенной группировки болезней. Дело это, однако, настолько трудное, что почти каждый психиатр, вдумывающийся серьезно в этот вопрос, пытается составить свою классификацию, не будучи доволен чужими. Это обусловливается в значительной степени и тем, что при составлении классификаций автору трудно быть совершенно объективным; он всегда невольно увлекается некоторыми излюбленными сторонами, какою-нибудь одною им выработанною точкою зрения, вследствие чего и результат работы является односторонним. Таких более или менее односторонних классификаций мы имеем довольно много, и в различных государствах пользуются классификациями различных авторов. Так, в Италии распространена классификация Морселли, в Великобритании — Клоустона, Хак Тьюка и др., во Франции — классификация Маньяна. Последняя классификация такова:

I. Состояния смешанные, относящиеся столь же к психиатрии, как к остальной патологии:

Общий паралич.

Старческое слабоумие (атероматозное перерождение сосудов головного мозга).

Ограниченные страдания головного мозга, например, афазия (размягчение, кровоизлияние, опухоли мозга, например, афазия опухоли и пр).

Истерия

Эпилепсия

Алкоголизм и отравления (полынной настойкой, морфием и опием, cпоpыньей, свинцом и пр.)

II. Психозы в собственном смысле (folies):

Мания (в простых формах)

Меланхолия (в простых формах)

Хронический бред с систематическим развитием (dеlire chronique avec evolution systеmatique): период инкубационный, период преследования, период горделивый, период слабоумия.

Перемежающиеся формы (folies interminentes): простая форма круговая (circulaire), а double forme, alterne

Психозы вырождения с временными синдромами и быстро развивающимся первичным бредом .

Идиотизм (idiots), тупоумие (imbeciles), отсталость (dеbiles), неуравновешенность (desеquilibrеs).

В этой классификации, в общем, довольно простой, существует тот недостаток, что она предопределяет, какие формы должны быть дегенеративные, какие недегенеративные, что часто на практике ведет к недоразумениям. Так, например, типичный бред преследования, называемый Маньяном dеlire chronique avec еvolution systеmatique, относится Крафт-Эбингом и многими другими к психическим дегенерациям, а Маньян не признает, чтобы эта болезнь была проявлением дегенерации. С другой стороны, многие формы, как острое галлюцинаторное помешательство, по его классификации, должны относиться непременно к дегенерациям (к бредовым вспышкам или к несистемным бредам дегенерантов), а это далеко не доказано. В последнее время в Германии имеет некоторое распространение довольно оригинальная классификация Крепелина, профессора в Гейдельберге. Крепелин стремится создать классификацию главным образом на основании наблюдения над происхождением, свойством и всем течением болезни; одним из главных признаков для разделения душевных болезней он считает их окончательный исход; он полагает, что в громадном большинстве случаев, если сделать правильную диагностику болезни, можно предсказать даже в самом начале и ее исход, т.е. кончится ли она выздоровлением или нет. Уже сама по себе постановка этого принципа как главного при группировке болезней не совсем правильна. Хотя, несомненно, есть болезни, при которых диагностика связана и с предсказанием о неизлечимости (как, например, прогрессивный паралич, идиотизм), но во многих случаях исход зависит и от условий, в которых находится больной, от лечения, от интенсивности заболевания и от той почвы, на которой развилась болезнь. Это общее патологическое положение относится к душевным болезням так же, как ко всем другим, а между тем Крепелин ему придает слишком малое значение, почему и его разделение болезней является довольно односторонним. Тем не менее, некоторые вводимые им в классификацию формы, как dementia praecox, представляют существенный интерес, да и самая группировка должна быть отмечена. По новейшему (6-му) изданию его учебника группировка должна быть такая:

I. Инфекционное помешательство.

A. Лихорадочный бред.

B. Инфекционный бред (начальный бред, бред при оспе, тифе, бешенстве).

C. Инфекционные состояния слабости (изменения настроения, образование бредовых идей, экспансивные формы, полинефритический психоз).

II. Психозы истощения.

A. Бред при коллапсе.

B. Острая спутанность (amentia).

C. Хроническое нервное истощение (приобретенная неврастения, ипохондрия).

III. Психозы при отравлениях.

1. Острые отравления.

2. Хронические отравления.

A. Алкоголизм.

B. Морфинизм.

C. Кокаинизм.

IV. Тиреогенное помешательство.

A. Микседематозное помешательство.

B. Кретинизм.

V. Dementia praecox.

1. Гебефренические формы.

2. Кататонические формы.

3. Параноидные формы (dementia paranoides и фантастическое помешательство).

VI. Dementia paralyticа (паралитическое слабоумие).

VII. Помешательство при органических болезнях головного мозга.

1. Различные разлитые заболевания (глиоз мозговой коры, разлитой склероз, сифилис мозга, артериосклеротическое заболевание, периваскулярный глиоз, подкорковый энцефалит, множественный склероз).

2. Ограниченные заболевания (опухоли мозга, гнойник, кровоизлияние, эмболия, тромбоз, травматические повреждения).

VIII. Психозы возраста регрессивных изменений, связанные с возрастом.

A. Меланхолия.

B. Предстарческий бред.

C. Старческое слабоумие.

IX. Маниакально-депрессивное помешательство (простые периодические и циркулярные формы).

1. Маниакальные состояния (гипомания, неистовство и бредовые формы).

2. Депрессивные состояния (простое подавление, ступор).

3. Смешанные состояния (мания с заторможением мышления, маниакальный ступор).

X. Paranoia. Сумасшествие.

1. Бред преследования, величия и эротическое помешательство.

2. Сутяжное помешательство.

XI. Общие неврозы.

1. Эпилептическое помешательство (куда относится дипсомания, патологическое опьянение как разновидность алкогольной эпилепсии).

2. Истерическое помешательство.

3. Невроз испуга.

XII. Психопатические состояния (психозы вырождения).

A. Конституциональное расстройство настроения.

B. Помешательство в форме навязчивых идей.

C. Импульсивное помешательство.

D. Извращение полового чувства.

XIII. Состояния задержки психического развития.

A. Тупоумие (imbecillitas).

B. Идиотизм.

Как видно, в этой группировке психозов существуют и некоторые другие отличия, кроме уже указанных мною. Так, периодические психозы отнесены в своеобразную группу «маниакально-депрессивных» состояний; совершенно отдельно поставлено помешательство тиреогенное; дипсомания (запой) отнесена к эпилептическому помешательству, что уже никак нельзя считать доказанным.

Все вышеизложенные классификации, как я сказал, довольно сложны и односторонни и нравятся по преимуществу их авторам и небольшому числу последователей, а между тем потребность в однообразной классификации, по возможности несложной, живо чувствуется всеми занимающимися психиатрией и нуждающимися в ней для составления хоть сколько-нибудь однообразных отчетов о движении заболеваний по формам болезни в заведениях для душевнобольных. Ввиду этого психиатры всех стран давно уже были озабочены вопросом о составлении и принятии какой-нибудь одной, хотя бы и краткой, но простой классификации для отчетов.

Проекты таких упрощенных классификаций были представлены составленной для этого бельгийской комиссией, избранной на Международном съезде психиатров в Антверпене представителями от различных государств. Эта комиссия сделала между ними выборку и остановилась на нижеприводимой классификации, утвержденной Международным съездом психиатров, происходившим в Париже в 1889 г.

1 «Классификация душевных болезней» — одноименная глава из «Курса психиатрии». Текст воспроизводится по третьему изданию учебника (С.С. Корсаков, Курс психиатрии, 3-е изд., печатанное без перемен со второго посмертного издания, переработанного автором, М., 1913, т. 1, с. 278–297). Печатается полностью вся глава без сокращений, за исключением того, что на первой странице пропущена подстрочная ссылка С.С. Корсакова на справочную литературу по вопросу о классификации психозов как устаревшую.

Источник информации: Александровский Ю.А. Пограничная психиатрия. М.: РЛС-2006.&nbsp— 1280 c.
Справочник издан Группой компаний РЛС®

  • Номенклатура, принятая на Международном конгрессе по психиатрии, состоявшемся в Париже в 1889 г.
  • Классификация, принятая Обществом психиатров в С.Петербурге в заседании 5 апреля 1886 г.
  • Классификация С.С. Корсакова
Листать назад Оглавление Листать вперед
Еще много интересного

На протяжении жизни у каждого человека случается много различных сложностей. Иногда выпадают сильные испытания в виде заболеваний, которые или не излечиваются вовсе, или поддаются сложному лечению. К таким заболеваниям относится шизофрения. Несмотря на то, что в народе говорят о том, что Господь посылает испытания только сильным людям, все же падать духом и брать на себя все бремя жизни не стоит. В таких случаях нужно верить в чудеса и читать православную молитву от шизофрении к святой Матроне. Она поможет не только поддержать пациента в нормальном состоянии, но и со временем поможет избавится от заболевания полностью.

Молитва от шизофрении сильная

Православие и шизофрения

Согласно медицинским терминам шизофрения – это изменение в состоянии сознания. Такое состояние наступает вопреки воле человека. Как результат человек совершенно по-другому воспринимает мир. Посторонние люди часто человека с таким заболеванием воспринимают как сумасшедшего.

Православная религия рассматривает данное заболевание как вселение басов в человеческую душу. Нужно отметить что религия и заболевания психики на протяжении многих веков была тесно повязана между собой. Все это связанно с тем, что много подвижников и старцев страдали на такие недуги. Более того очень часто заболевания были не выраженными, а надуманными. Как бы там ни было с любым заболеванием нужно сражаться и стараться от него избавится. В медицинской практике данную болезнь лечат различными методами.

В православии же принято читать молитву от шизофрении для родственников. Такое прошение можно произносить своему ангелу хранителю или любому другому святому. Чаще всего молитву читают святой Матроне.

В чем помогает блаженная Матрона

Еще при жизни святая отличалась праведной жизнью. За всю жизнь она сотворила не мало чудес. Святая является для многих покровительницей, которая показывает пример сильного духом человека. Жизнь, которую она прожила показывает, что никогда нельзя сдаваться, в независимости от того в каких условиях живет человек и какие испытания на него были посланы Богом.

Многих верующих интересует в каких же ситуациях помогает святая. На самом деле точного списка нет. Но несмотря на это чаще всего к святой обращаются:

  • Прося защиты от недругов.
  • Молят об исцелении многих психологических заболеваний в том числе и шизофрении.
  • Просят силы пережить раздоры и скандалы в семье.
  • Молят помощи при финансовых трудностях в семье.

К святой обращаются в разных жизненных ситуациях. Она помогает каждому христианину, кто в этом нуждается. Она помогает в печали и горе, в сложных финансовых ситуациях святая помогает найти хорошую работу, молодым парам родить ребенка и т.д. Главное, чтобы все прошения были произнесены правильно и с глубокой верой в душе.

Как правильно обращаться к святой

К Блаженной можно обращаться также, как и к любому другому святому. Молится к ней можно и дома, и в храме. Конечно при таком заболевании как шизофрения рекомендуется посетить мощи святой и заказать в храме молебен о здравии. Также считается сильной молитва от шизофрении, которую читают три месяца подряд в число рождения. Священнослужители говорят, что чтение такого цикла молитвенного прошения помогает не только очистить душу от бесов, но и успешно избавиться от заболевания.

Хорошего эффекта можно добиться если посетить Покровский монастырь. В нем есть специальная икона святой, которая находится на стене храма. Она обладает чудотворной силой. К ней принято идти со свежими цветами. Здесь же в храме находятся и мощи блаженной. Букеты, освященные на мощах, потом раздаются прихожанам. Считается что цветок с букета — это мощный и надежный амулет, который способен защитить от многих болезней и невзгод.

Сильная молитва от шизофрении матери о дочери, о сыне

Сильными молитвенными прошениями от заболевания психики родителей за своих детей считаются прошения, вознесенные Николаю Угоднику. Для этого:

  • Посетите церковь.
  • Купите в храме святой лик, 36 свечек и святую воду.
  • Придя домой поставьте икону в уютный угол, а вокруг нее 12 свечей.
  • Зажгите свечи возле иконы и поставьте рядом святую воду.

Когда весь описанный процесс будет выполненным тогда начинайте читать молитву:

«О всесвятый Николае, угодниче преизрядный Господень, теплый наш заступниче, и везде в скорбех скорый помощниче, помози мне, грешному и унылому, в настощем житии, умоли Господа Бога, даровати ми оставление всех моих грехов, елико согреших от юности моея, во всем житии моем, делом, словом, помышлением и всеми моими чувствы; и во исходе души моея помози ми окаянному, умоли Господа Бога всея твари Содетеля, избавити мя воздушных мытарств и вечнаго мучения, да всегда прославляю Отца, и Сына, и Святаго Духа, и твое милостивное предстательство, ныне и присно, и во веки веков. Аминь»

Смотрите еще видео рассказ священнослужителя о том, как нужно молиться чтобы избавиться от шизофрении:

Поделиться ссылкой: