Рублев троица

ИКОНА СВЯТОЙ ТРОИЦЫ, НАПИСАННАЯ АНДРЕЕМ РУБЛЕВЫМ

Самое известное и прославленное произведение Андрея Рублева — образ Св. Троицы. Икона происходит из местного ряда Троицкого собора Троице-Сергиевой лавры (с 1929 г. — в Третьяковской галерее); почиталась в монастыре как чудотворная. В «Сказании о святых иконописцах» сохранилось свидетельство о том, что игумен Никон просил «образ написати пресвятыя Троицы в похвалу отцу своему святому Сергию». Об авторстве Рублева свидетельствует и постановление Стоглавого Собора 1551 г., где было указано писать Св. Троицу, «как греческие иконописцы писали и как писал Андрей Рублев». В вопросе датировки иконы существуют 2 мнения: ряд ученых предполагают, что она была написана для деревянной церкви Троицкого монастыря, построенной игуменом Никоном после нашествия Едигея, и датируют икону 1412 г., другие определяют 20-ми гг. XV в., связывая ее происхождение с каменным собором монастыря, заложенным в 1422 г. В XVI в. царь Иоанн IV Васильевич Грозный сделал в монастырь вклад, украсив икону басменным золотым окладом с золотыми венцами, эмалевыми цатами, перенесенными позднее на оклад времени царя.

Православная энциклопедия

ПРЕПОДОБНЫЙ АНДРЕЙ РУБЛЕВ

В страшные времена войн и усобиц XIV-XV веков на Руси появился великий иконописец Андрей Рублёв. Сохранилось представление о Рублёве, как о человеке доброго, смиренного нрава, «исполненного радости и светлости». Ему была свойственна большая внутренняя сосредоточенность. Все созданное им — плод глубокого раздумья. Окружающих поражало, что Рублёв подолгу, пристально изучал творения своих предшественников, относясь к иконе как к произведению искусства.

Хотя имя Рублёва упоминалось в летописях в связи со строительством различных храмов, как художник он стал известен лишь в начале двадцатого столетия после реставрации в 1904 г. «Троицы» — главнейшей святыни Троице-Сергиевой лавры, самого совершенного произведения древнерусской живописи. После расчистки этой иконы стало понятно, почему Стоглавый собор постановил писать этот образ только так, как его писал Рублёв. Только тогда начались поиски других произведений художника.

Андрей Рублёв родился в конце 60-х годов XIV века в небольшом городке Радонеже неподалеку от Троице-Сергиевой лавры. По всей вероятности, в юности Андрей был послушником этого монастыря, а потом принял сан монаха. Во время Куликовской битвы в 1380 году Рублёв уже входил в княжескую артель мастеров, которая переходила из города в город и занималась строительством и украшением церквей. В то время на Руси возводилось много церквей, в каждой из которых должны были работать иконописцы. Невозможно последовательно проследить творческий путь Рублёва, потому что древнерусские художники-иконописцы никогда не подписывали и не датировали свои работы. Дошедшие до нас исторические свидетельства о жизни и творчестве Андрея Рублёва крайне бедны хронологическими данными и во многом противоречат друг другу. Бесспорны лишь два сообщения, фигурирующие в летописях под 1405 и 1408 годами. Вот первое, где говорится о том, что Феофан Грек, Прохор с Городца и Андрей Рублёв начали работу над иконостасом Благовещенского собора Московского Кремля. «Тое же весны почаша подписывати церковь каменую святое Благовещение на князя великаго дворе, не ту, иже ныне стоит, а мастеры бяху Феофан иконник Грьчин да Прохор старец с Городца, да чернец Андрей Рублев, да того же лета и кончаша ю». Исследователи установили, что Рублёв написал для собора одну из лучших своих икон — «Преображение».

По-видимому, к тому же времени относится и исполненный Рублёвым настоящий памятник книжного искусства — «Евангелие Хитрово». Это название рукопись получила по имени боярина, которому она принадлежала в XVII веке. Рукопись выделяется безупречностью выполнения. Миниатюры, заставки, фигурки зверюшек-букв — это особый мир, где все живет, все одухотворено. Здесь много выдумки, юмора, все проникнуто глубоко народным простодушием, каким овеяны наши русские сказки. Мягко вьются линии орнаментов, напоминающие стебли трав, формы листьев, цветов. Ощущение радости и непринужденности создают легкие, светлые краски: лазоревая голубизна сочетается с нежной зеленью, алеет киноварь и поблескивает золото. Ученые предполагают, что такая драгоценная рукопись, как «Евангелие Хитрово», могла быть создана на средства великого князя или самого митрополита.

Во втором сообщении 1408 г. говорится о том, что мастера Даниил Черный и Андрей Рублёв отправлены расписывать Успенский собор во Владимире: «Того же лета мая в 25 начата подписывати церковь каменую великую съборную святая Богородица иже в Владимире повеленьем князя великаго, а мастеры Данило иконник да Андрей Рублев». Владимирский Успенский собор особо почитался в Древней Руси, и великие князья московские не переставали заботиться о его убранстве. Так произошло и в 1408 г., когда великий князь Василий Дмитриевич, сын Дмитрия Донского, повелел заменить новыми фресками утраченные части его росписей XII века. Сохранившиеся фрески представляют фрагмент грандиозной композиции Страшного суда, занимавшей западную стену храма. Анализ стилистических особенностей помог ученым определить группу изображений, принадлежащих Рублёву: в них ощущаются артистизм, музыкальность линии, грациозность. Юношески прекрасен трубящий ангел, вдохновенно решителен Петр, увлекающий праведников в рай.

Трактовка сцены Страшного суда, ее эмоциональный настрой необычны: здесь нет ощущения ужаса перед страшными карами и торжествует идея всепрощения, просветленное настроение; в этом ясно ощущается мировосприятие Рублёва. Долгие годы исканий, которые проявились уже во фресках Успенского собора, нашли завершение в образах так называемого «Звенигородского чина». В них Рублёв обобщил размышления своих современников о моральной ценности человека. «Звенигородский чин» — это часть иконостаса, созданного для одного из звенигородских храмов. Время создания этого иконостаса точно не известно. Сейчас от росписей в соборах сохранились только фрагменты, а из икон дошли лишь три. Они были обнаружены в 1919 году советскими реставраторами. «Их создателем, — писал о звенигородских иконах И.Э. Грабарь, первый исследователь драгоценной находки, — мог быть только Рублёв, только он владел искусством подчинять единой гармонизирующей воле эти холодные розово-сиренево-голубые цвета, только он дерзал решать колористические задачи, бывшие под силу разве лишь венецианцам, да и то сто с лишком лет спустя после его смерти». Из всего монументального замысла Рублёва сохранились только поясные изображения «Спаса», «Архангела Михаила» и «Апостола Павла».

Пока иконописцы работали во Владимире, на Москву двинулось войско татарского хана Едигея. Не сумев взять Москву, татары сожгли множество городов, и в том числе Троицкий монастырь. Настоятелем монастыря был игумен Никон. Он с большим рвением принимается за восстановление и украшение монастыря. На месте деревянного храма возводится в 1423-1424 гг. белокаменный. В середине двадцатых годов Даниил Черный и Андрей Рублёв были приглашены Никоном расписать новый каменный собор Св. Троицы. Эти работы Рублёва относятся к 1425–1427 годам.

Рублёв написал главную икону монастыря — знаменитую «Троицу». Три ангела — Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух — вписаны художником в треугольник и круг. Линии крыльев и одежд перетекают одна в другую, как мелодии, и рождают чувство равновесия и радостного покоя. Особо поражает общая светозарность иконы. Художник нашел идеальные пропорции не только в решении фигур композиции. Совершенны также отношения светлых тонов, не вступающих в борьбу с контрастными темными цветами, а согласно и тихо поющих с ними гимн радости бытия. Это мерцание цвета позволяет художнику достичь поистине симфонического звучания оркестра красок палитры. Чуть-чуть поблескивает стертое старое золото на темном от времени левкасе. Мудрое переплетение форм, силуэтов, линий, прочерков посохов, округлости крыльев, падающих складок одежд, сияющих нимбов — все это вместе со сложной мозаикой цвета создает редкую по своеобразию гармонию, благородную, спокойную и величавую. И только два черных квадрата на фоне — вход в дом Авраамов — возвращают нас к сюжету Ветхого завета. Светоносность «Троицы» настолько разительна, что иные иконы экспозиции Третьяковской галереи кажутся темными и красно-коричневыми.

Вскоре после завершения работ в Св. Троице, по-видимому, умер Даниил, похороненный в Троице-Сергиевом монастыре. Потеряв своего друга, Рублёв вернулся в Андроников монастырь, где выполнил свою «конечную» (то есть последнюю) работу. Если верить Епифанию Премудрому, Рублёв принимал участие не только в росписи церкви Спаса, но и в ее построении. Эта церковь была возведена около 1426-1427 гг. Вероятно, ее фрески были написаны в 1428-1430 гг. Рублёв скончался 29 января 1430 года в Андрониковом монастыре в Москве, который сейчас носит его имя. В 1988 г., году тысячелетия крещения Руси, Русская православная церковь причислила Рублёва к лику святых. Он стал первым художником, который был канонизирован христианской церковью.

100 великих художников

Из-под кисти гениального художника-иконописца Андрея Рублёва появилось на свет Божий много прекрасных фресок и икон. В XV веке он был почитаем православной церковью и любим в народе. Одной из главных работ Андрея Рублёва принято считать прославленную среди верующих икону: «Пресвятую Троицу».

Андрей Рублёв имел особый замысел при написании: показать жертвенность божественной любви всему миру. Поэтому опустил какие-либо лишние бытовые детали и оставил лишь точные символы с глубоким значением.

Описание иконы и значение символизма деталей:

На оригинальной иконе изображены три ангела: Отец, Сын, Святой дух. Главной фигурой является Отец. Он задаётся вопросом о том, кого послать на спасение человечества и взгляд его обращён к Святому Духу. Пальцы правой руки сплелись в благословляющем жесте.

Взгляд Святого духа обращён в сторону Сына Бога и рука слегка приподнята, направляя его в Мир. Сын Бога с покорностью принимает наставления и смотрит на чашу жертвенности.

Ангелы едины и раздельны в один момент, равновелики и не образую одно целое в одно и то же время. Образы расположены вокруг стола. Троица образует замкнутый круг, символизируя защиту всего мира. На столе стоит чаша с головой тельца.

Интересные факты:

Чаша является главным атрибутом в образе «Троицы» и символизирует страдания, на которые подверг себя Иисус во благо всего человечества. Также чаша предназначена для сбора крови Христа. Поэтому она неизбежно участвует в главных обрядах православной церкви. Голова тельца ничто иное, как принесение жертвы. У каждого участника картины в руках скипетр, неизменный символ власти. За спинами мы видим древо жизни. В связи с этим считают важным держать в доме икону «Пресвятой Троицы», выполненную из дерева, как символичный отсыл верующего к древу жизни.

Изображённое здание на иконе говорит нам о христианской церкви, как самом главном доме Святого Духа. Гора же в свою очередь переносит к прообразу горы Голгофы, по которой пойдёт Иисус, неся на своих плечах ответ за все страдания человечества.

Секреты образа:

Икона Святая Троица выполнена по определённой схеме круга. Если хорошо вглядеться в Икону, немного отойдя от неё, то эта схема будет очевидна. Круг в любой религии говорит нам о вечности, смерти, перерождении. В случае с нашей иконой добавляется смысл триединства, а круг образуют сами ангелы.

Толкований у Иконы множество. И главной загадкой остаётся окошко, изображённое на престоле. Утверждение культурологов и искусствоведов приводит к мнению, что окошко символизирует вопрос к людям: «Что дальше? Что вы, люди, теперь будете делать? Переступите ли через черту, предлагаемую жертвой Христа?»

Стоит отметить тот факт, что в создании иконы принимали участие три человека. Первым, по образу Бога, был преподобный Сергий Радонежский, который при жизни создал учение о Святой Троице. Второй человек — ученик и последователь Сергия, Никон Радонежский. Он, в память об учителе, решил создать икону Святой Троицы. Третьим стал преподобный Андрей Рублёв.

Где располагать икону «Святая Троица» в доме?

Икона «Святая Троица» известна, прежде всего, тем, что несёт важный тайный смысл всего существования, поэтому глядя на Троицу, человек в итоге должен видеть смысл о спасении и жертвенности. Являясь одной из главных икон в мире христианства, «Святая Троица» не уступает в своём значении иконе с изображением Спасителя и может быть расположена рядом или даже выше. А, как известно, выше Спасителя запрещено располагать другие образы.

Стоит помнить, что человек обращается к духовному образу, а не изображениям. Как предписано церковными канонами, любая икона должна укреплять веру человека в Бога. Поэтому на образах изображают Святых, Бога и истории с духовным началом. Поэтому где именно они располагаются, не столь важно, как их иерархия.

Смотрите также статью: Список икон, которые должны быть в каждом доме

Так о чём молиться иконе Святая Троица?

Из всего вышесказанного, можно сделать вывод, что молиться следует о спасении души, о прощении личных грехов. Непременно отступят зависть, ревность и злость — главные из грехов, ведущих к распадку. О семейном благополучии: любви мужа, жены, детей, родственников — о всеобщем мире. Смысл иконы объединяет всё человечество в одной молитве за единство любых живых существ.

В каких случаях нужно покупать и дарить «Святую Троицу»?

Каждый верующий знает, что познать тайну «Святой Троицы» значит приоткрыть путь к Божественной жизни. Икона с множеством смыслов, будет хорошим проводником для верующего. Приветствуется покупать образ «Святой Троицы» в подарок тем, кто только ступил на путь веры в Спасителя и тем, кто уже давно в ней, как напоминание о деянии Спасителя. Такой подарок сродни благословению.

Икона наполнена умиротворением и сознанием вечности. Считается, что если долго смотреть на образ «Троицы», то непременно покой прибудет и в человеке.

В воскресенье, на пятидесятый день после Пасхи, православные отмечают День Святой Троицы — важнейший праздник, посвященный сошествию Святого Духа на учеников Христа. Святой Дух — это Третья Ипостась, Третье Лицо, Третья Сущность Единого и Неделимого Бога. Значит, когда Святой Дух сошел на землю, миру и была явлена Троица — все Три Ипостаси Бога, отсюда и название. Главная икона праздника, которую в День Святой Троицы выносят в центр храма — знаменитая «Ветхозаветная Троица» Андрея Рублева. Поскольку в 2020 году из-за карантина не все смогут попасть в храм, самое время разобраться, что же зашифровано в этом с детства нам всем знакомом шедевре.

Начнем с сюжета иконы. Впервые то, что Бог существует в трех Лицах, людям было открыто еще в ветхозаветные времена, когда Аврааму и его жене Сарре явился Господь «у дубравы Мамре». «Авраам и Сарра были стары и в летах преклонных», — говорится в первой книге Библии, в Книге Бытия. Дальше Библия рассказывает, как произошло это явление: Авраам «возвел очи свои, и взглянул, и вот три мужа стоят против него». Так, «тремя мужами», явился Аврааму Господь. Авраам встретил этих «трех мужей», приготовил им обед, и тогда Они спросили Авраама: «Где Сарра, жена твоя?», он отвечал: «Здесь, в шатре». «И сказал один из них (фраза «один из них» в тексте Библии выделена, подчеркивая то, что Господь явился в трех лицах): «Я опять буду у тебя в это же время, в следующем году, и будет сын у Сарры, жены твоей». Сарра, слышавшая эти слова Господа, «внутренне рассмеялась, сказав: «Мне ли, когда я состарилась, иметь сие утешение?»». «И сказал Господь Аврааму: отчего это рассмеялась Сарра? …Есть ли что трудное для Господа?»» И действительно, у Авраама и Сарры в назначенный срок родился сын Исаак, от которого, как это и обещал Аврааму Бог, произошел великий народ и потом именно в потомстве Исаака рождается Иисус Христос.

«Ветхозаветная Троица» как раз и изображает явление Святой Троицы Аврааму и Сарре у Мамрийского дуба. И сам дуб мы видим за спиной центрального Ангела.

Рублевскую «Троицу» называют богословием в красках. Потому что законченная изобразительная форма гениальной иконы говорит нам на языке художественного образа о неслиянности и нераздельности Трех Ипостасей Святой Троицы — Бога Отца, Бога Сына и Бога Святого Духа — об их единосущности. В праздник Троицы верующие вспоминают о том, что в этом мире нам явилась полнота всех Трех Ипостасей Творца. И главная икона праздника каким-то невероятным образом открывает для нас, часто людей богословски непросвещенных, сложнейший постулат — о неразделимости и одновременно неслиянности всех Трех Лиц Бога.

Но как этого добивается Андрей Рублев? Вот что пишет об этом академик Борис Раушенбах, создатель систем ориентации космических спутников и, одновременно, автор труда «Предстоя Святой Троице», исследователь древнерусской иконы. «В предшествовавшее Рублеву время все иконы Троицы писались по типу, известному как «Гостеприимство Авраама». Здесь изображалась не только Троица, но и Авраам с Саррой, угощающие дорогих гостей, иногда и заклание тельца отроком. Это сразу снижало возникающий образ, приближало его к повседневному земному быту — он представлял уже не горний мир, но мир дольний, который, правда, посетил Бог. Здесь необходимо заметить, что композиции, изображающие Троицу в виде трех Ангелов, существовали и до Рублева, но отсутствие в них Авраама и Сарры объясняется совсем просто: для их изображения не хватало места… Как только размер священного изображения увеличивался, в поле зрения обязательно возникали Авраам и Сарра».

И дальше академик Раушенбах делает крайне важный вывод: «Появление в XV веке «Троицы» Рублева не было следствием постепенного развития, это был скачок, нечто взрывоподобное. С поразительной смелостью художник совершенно исключает сцены гостеприимства, убирает все дольнее. Стол более не уставлен «столовыми приборами» по числу вкушающих персон — это уже не совместная трапеза, которая может сплотить членов единого товарищества, а евхаристия, объединяющая не в товарищество, а в Церковь. Рублеву удается сделать так, что созерцающий икону видит полный троичный догмат. В дорублевское время при иконах, условно говоря, должен был стоять комментатор, который пояснял бы и дополнял бы изображенное, поскольку их содержание с точки зрения воплощения догмата всегда было неполным. Здесь такой комментатор впервые оказался излишним».

Запомним фразу Раушенбаха о том, что появление «Троицы» Рублева не было следствием постепенного развития, что это был скачок (акт прозрения?), и сделаем первый вывод. У Рублева нет ничего лишнего, у него все работает на то, чтобы возвысить икону от изображения конкретной ситуации — явления Трех Ангелов Аврааму и Сарре у дубравы в Мамре до художественного проникновения в Тайну. Тайну предвечности Бога. Тайну Троичности Бога. Трое сидят за столом и ведут молчаливую беседу. Единство связывает Их: Они — трое, но одновременно Они — одно. Непостижимо, но, одновременно, и абсолютно, истинно, безусловно.

Теперь попробуем исследовать икону. Начнем с самого очевидного наблюдения: три изображенных Ангела совершенно однотипны. Между ними нет никаких видимых различий — так у нас возникает ощущение того, что богословы сформулировали как «единосущность трёх Ипостасей, трёх Лиц Бога», их неслиянность, и нераздельность.

А сейчас обратимся к композиции. Она крайне интересна. Смотрите, композиция иконы строится по принципу круга, и мысль всматривающегося в Троицу тоже движется по кругу, точнее, мы будто не в силах выйти за его пределы. Этот круг и объединяет трёх Ангелов в неразделимое, в Троицу.

«На светлом (изначально золотом) фоне изображены три Ангела, сидящие вокруг стола, на котором стоит чаша. Средний Ангел возвышается над остальными, за его спиной изображено древо, за правым Ангелом — гора, за левым — палаты. Головы Ангелов склонены в молчаливой беседе. Их лики похожи — будто изображен один и тот же лик в трех вариантах. Вся композиция вписана в систему концентрических кругов, которые можно провести по нимбам, по абрисам крыльев, по движению ангельских рук, и все эти круги сходятся в эпицентр иконы, где изображена чаша, а в чаше — голова тельца, знак жертвы.

Перед нами не просто трапеза, но евхаристическая трапеза, в которой совершается искупительная жертва. Средний Ангел благословляет чашу, сидящий одесную его принимает ее, Ангел, расположенный по левую руку от среднего, словно подвигает эту чашу тому, кто напротив него. Основной смысл образа прозрачен — в недрах святой Троицы идет совет об искуплении человечества», — рассуждает искусствовед Ирина Языкова.

А вот что читаем у богослова профессора Леонида Успенского: «Если наклон голов и фигур двух Ангелов, направленных в сторону третьего, объединяет их между собой, то жесты рук их направлены к стоящей на белом столе, как на престоле, евхаристической чаше с головой жертвенного животного… она стягивает движения рук». Жертвенная чаша — смысловой и композиционный центр иконы — одна на всех трех Ангелов.

И тут — будьте внимательны! — удивительная вещь. Обычно на иконе одна из фигур обязательно смотрит на молящегося: например, если Богомладенец смотрит на Богородицу, то Сама Мария будет смотреть не на Своего Сына, а на нас, верующих, отвечая нашему устремленному на Нее молитвенному взгляду. Таков принцип иконописи: икона вовлекает молящегося в свое пространство. У Рублева этот закон нарушается. Почему? Зачем?

Все Ангелы рублевской «Троицы» обращены друг к другу неслучайно. Замкнутость круга общения, когда Ангелы склоняются друг к другу и к чаше, когда даже их взгляды образуют круг… Так предстоящий перед иконой человек втягивается внутрь иконы, и взгляд его невольно фокусируется на чаше — чаше жертвы. Она центр. Она главное. И нам, смотрящим на икону, открывается еще одна тайна Бога — тайна бесконечной Божественной Любви к нам. Ведь это из любви к нам, людям, Бог посылает Своего Единородного Сына в наш мир — жертва, искупляющая человечество, жертва, выкупающая человечество из плена греха. Конечно, чтобы увидеть такие глубины в образе рублевской «Троицы», нужно хотя бы минимально знать образную систему иконописи. Но вот следующее открытие сможет сделать любой, кто внимателен к своим ощущениям. Потому что каждый, кто хоть раз останавливал свой взгляд на «Троице» невольно отмечал ощущение покоя, чувство прикосновения к вечности, надмирность образа. Это тоже неслучайно. Это иллюстрация того, что три Лица Троицы существуют всегда, иллюстрация тезиса о предвечности.

«Но «всегда» — это категория времени, а передать время средствами, которыми располагает изобразительное искусство, крайне трудно. Здесь возможны только косвенные методы, — пишет Борис Раушенбах. — Рублев очень тонко и удачно использует такую возможность. Обратившись ко всем доступным ему средствам (композиция, линия, цвет), он создает ощущение тишины, покоя и остановки времени. Этому способствует и то, что Ангелы ведут безмолвную беседу. Ведь обычная беседа требует произнесения слов, требует времени, и, изобрази Рублев такую беседу, — время вошло бы в икону. При безмолвной же беседе происходит обмен образами и эмоциями, а не словами. Ведь эмоции способны возникать мгновенно и продолжаться сколь угодно долго.

Недаром появились такие понятия, как «любовь с первого взгляда» или «вечная любовь». Аналогично и образы: человек способен сразу представить себе красивый пейзаж. Если же попытаться передать любовь или пейзаж словами, то для этого окажется необходимым время, да и словами адекватно передать такие тонкие чувства, как любовь, невозможно. Образ и эмоции всегда будут в этом смысле богаче и ярче слов. В результате совокупности использованных Рублевым средств кажется, что три Ангела сидят и беседуют уже бесконечно долго и столь же долго будут продолжать сидеть здесь. Они находятся вне суетящегося и спешащего мира людей — они в вечности. Но в вечности время не течет, оно всё целиком — в ней. Находящееся в вечности действительно становится присносущным, существующим всегда», — подводит итог академик.

Конечно, икону недостаточно просто рассматривать — взглядом праздного любителя живописи, взглядом искусствоведа. Только молитвенное предстояние может приблизить нас к этой великой тайне, которая некогда, по Божьей милости, открылась святому иконописцу Андрею Рублеву.

В воскресенье, на пятидесятый день после Пасхи, православные отмечают День Святой Троицы — важнейший праздник, посвященный сошествию Святого Духа на учеников Христа. Святой Дух — это Третья Ипостась, Третье Лицо, Третья Сущность Единого и Неделимого Бога. Значит, когда Святой Дух сошел на землю, миру и была явлена Троица — все Три Ипостаси Бога, отсюда и название. Главная икона праздника, которую в День Святой Троицы выносят в центр храма — знаменитая «Ветхозаветная Троица» Андрея Рублева. Поскольку в 2020 году из-за карантина не все смогут попасть в храм, самое время разобраться, что же зашифровано в этом с детства нам всем знакомом шедевре.

Начнем с сюжета иконы. Впервые то, что Бог существует в трех Лицах, людям было открыто еще в ветхозаветные времена, когда Аврааму и его жене Сарре явился Господь «у дубравы Мамре». «Авраам и Сарра были стары и в летах преклонных», — говорится в первой книге Библии, в Книге Бытия. Дальше Библия рассказывает, как произошло это явление: Авраам «возвел очи свои, и взглянул, и вот три мужа стоят против него». Так, «тремя мужами», явился Аврааму Господь. Авраам встретил этих «трех мужей», приготовил им обед, и тогда Они спросили Авраама: «Где Сарра, жена твоя?», он отвечал: «Здесь, в шатре». «И сказал один из них (фраза «один из них» в тексте Библии выделена, подчеркивая то, что Господь явился в трех лицах): «Я опять буду у тебя в это же время, в следующем году, и будет сын у Сарры, жены твоей». Сарра, слышавшая эти слова Господа, «внутренне рассмеялась, сказав: «Мне ли, когда я состарилась, иметь сие утешение?»». «И сказал Господь Аврааму: отчего это рассмеялась Сарра? …Есть ли что трудное для Господа?»» И действительно, у Авраама и Сарры в назначенный срок родился сын Исаак, от которого, как это и обещал Аврааму Бог, произошел великий народ и потом именно в потомстве Исаака рождается Иисус Христос.

«Ветхозаветная Троица» как раз и изображает явление Святой Троицы Аврааму и Сарре у Мамрийского дуба. И сам дуб мы видим за спиной центрального Ангела.

Рублевскую «Троицу» называют богословием в красках. Потому что законченная изобразительная форма гениальной иконы говорит нам на языке художественного образа о неслиянности и нераздельности Трех Ипостасей Святой Троицы — Бога Отца, Бога Сына и Бога Святого Духа — об их единосущности. В праздник Троицы верующие вспоминают о том, что в этом мире нам явилась полнота всех Трех Ипостасей Творца. И главная икона праздника каким-то невероятным образом открывает для нас, часто людей богословски непросвещенных, сложнейший постулат — о неразделимости и одновременно неслиянности всех Трех Лиц Бога.

Но как этого добивается Андрей Рублев? Вот что пишет об этом академик Борис Раушенбах, создатель систем ориентации космических спутников и, одновременно, автор труда «Предстоя Святой Троице», исследователь древнерусской иконы. «В предшествовавшее Рублеву время все иконы Троицы писались по типу, известному как «Гостеприимство Авраама». Здесь изображалась не только Троица, но и Авраам с Саррой, угощающие дорогих гостей, иногда и заклание тельца отроком. Это сразу снижало возникающий образ, приближало его к повседневному земному быту — он представлял уже не горний мир, но мир дольний, который, правда, посетил Бог. Здесь необходимо заметить, что композиции, изображающие Троицу в виде трех Ангелов, существовали и до Рублева, но отсутствие в них Авраама и Сарры объясняется совсем просто: для их изображения не хватало места… Как только размер священного изображения увеличивался, в поле зрения обязательно возникали Авраам и Сарра».

И дальше академик Раушенбах делает крайне важный вывод: «Появление в XV веке «Троицы» Рублева не было следствием постепенного развития, это был скачок, нечто взрывоподобное. С поразительной смелостью художник совершенно исключает сцены гостеприимства, убирает все дольнее. Стол более не уставлен «столовыми приборами» по числу вкушающих персон — это уже не совместная трапеза, которая может сплотить членов единого товарищества, а евхаристия, объединяющая не в товарищество, а в Церковь. Рублеву удается сделать так, что созерцающий икону видит полный троичный догмат. В дорублевское время при иконах, условно говоря, должен был стоять комментатор, который пояснял бы и дополнял бы изображенное, поскольку их содержание с точки зрения воплощения догмата всегда было неполным. Здесь такой комментатор впервые оказался излишним».

Запомним фразу Раушенбаха о том, что появление «Троицы» Рублева не было следствием постепенного развития, что это был скачок (акт прозрения?), и сделаем первый вывод. У Рублева нет ничего лишнего, у него все работает на то, чтобы возвысить икону от изображения конкретной ситуации — явления Трех Ангелов Аврааму и Сарре у дубравы в Мамре до художественного проникновения в Тайну. Тайну предвечности Бога. Тайну Троичности Бога. Трое сидят за столом и ведут молчаливую беседу. Единство связывает Их: Они — трое, но одновременно Они — одно. Непостижимо, но, одновременно, и абсолютно, истинно, безусловно.

Теперь попробуем исследовать икону. Начнем с самого очевидного наблюдения: три изображенных Ангела совершенно однотипны. Между ними нет никаких видимых различий — так у нас возникает ощущение того, что богословы сформулировали как «единосущность трёх Ипостасей, трёх Лиц Бога», их неслиянность, и нераздельность.

А сейчас обратимся к композиции. Она крайне интересна. Смотрите, композиция иконы строится по принципу круга, и мысль всматривающегося в Троицу тоже движется по кругу, точнее, мы будто не в силах выйти за его пределы. Этот круг и объединяет трёх Ангелов в неразделимое, в Троицу.

«На светлом (изначально золотом) фоне изображены три Ангела, сидящие вокруг стола, на котором стоит чаша. Средний Ангел возвышается над остальными, за его спиной изображено древо, за правым Ангелом — гора, за левым — палаты. Головы Ангелов склонены в молчаливой беседе. Их лики похожи — будто изображен один и тот же лик в трех вариантах. Вся композиция вписана в систему концентрических кругов, которые можно провести по нимбам, по абрисам крыльев, по движению ангельских рук, и все эти круги сходятся в эпицентр иконы, где изображена чаша, а в чаше — голова тельца, знак жертвы.

Перед нами не просто трапеза, но евхаристическая трапеза, в которой совершается искупительная жертва. Средний Ангел благословляет чашу, сидящий одесную его принимает ее, Ангел, расположенный по левую руку от среднего, словно подвигает эту чашу тому, кто напротив него. Основной смысл образа прозрачен — в недрах святой Троицы идет совет об искуплении человечества», — рассуждает искусствовед Ирина Языкова.

А вот что читаем у богослова профессора Леонида Успенского: «Если наклон голов и фигур двух Ангелов, направленных в сторону третьего, объединяет их между собой, то жесты рук их направлены к стоящей на белом столе, как на престоле, евхаристической чаше с головой жертвенного животного… она стягивает движения рук». Жертвенная чаша — смысловой и композиционный центр иконы — одна на всех трех Ангелов.

И тут — будьте внимательны! — удивительная вещь. Обычно на иконе одна из фигур обязательно смотрит на молящегося: например, если Богомладенец смотрит на Богородицу, то Сама Мария будет смотреть не на Своего Сына, а на нас, верующих, отвечая нашему устремленному на Нее молитвенному взгляду. Таков принцип иконописи: икона вовлекает молящегося в свое пространство. У Рублева этот закон нарушается. Почему? Зачем?

Все Ангелы рублевской «Троицы» обращены друг к другу неслучайно. Замкнутость круга общения, когда Ангелы склоняются друг к другу и к чаше, когда даже их взгляды образуют круг… Так предстоящий перед иконой человек втягивается внутрь иконы, и взгляд его невольно фокусируется на чаше — чаше жертвы. Она центр. Она главное. И нам, смотрящим на икону, открывается еще одна тайна Бога — тайна бесконечной Божественной Любви к нам. Ведь это из любви к нам, людям, Бог посылает Своего Единородного Сына в наш мир — жертва, искупляющая человечество, жертва, выкупающая человечество из плена греха. Конечно, чтобы увидеть такие глубины в образе рублевской «Троицы», нужно хотя бы минимально знать образную систему иконописи. Но вот следующее открытие сможет сделать любой, кто внимателен к своим ощущениям. Потому что каждый, кто хоть раз останавливал свой взгляд на «Троице» невольно отмечал ощущение покоя, чувство прикосновения к вечности, надмирность образа. Это тоже неслучайно. Это иллюстрация того, что три Лица Троицы существуют всегда, иллюстрация тезиса о предвечности.

«Но «всегда» — это категория времени, а передать время средствами, которыми располагает изобразительное искусство, крайне трудно. Здесь возможны только косвенные методы, — пишет Борис Раушенбах. — Рублев очень тонко и удачно использует такую возможность. Обратившись ко всем доступным ему средствам (композиция, линия, цвет), он создает ощущение тишины, покоя и остановки времени. Этому способствует и то, что Ангелы ведут безмолвную беседу. Ведь обычная беседа требует произнесения слов, требует времени, и, изобрази Рублев такую беседу, — время вошло бы в икону. При безмолвной же беседе происходит обмен образами и эмоциями, а не словами. Ведь эмоции способны возникать мгновенно и продолжаться сколь угодно долго.

Недаром появились такие понятия, как «любовь с первого взгляда» или «вечная любовь». Аналогично и образы: человек способен сразу представить себе красивый пейзаж. Если же попытаться передать любовь или пейзаж словами, то для этого окажется необходимым время, да и словами адекватно передать такие тонкие чувства, как любовь, невозможно. Образ и эмоции всегда будут в этом смысле богаче и ярче слов. В результате совокупности использованных Рублевым средств кажется, что три Ангела сидят и беседуют уже бесконечно долго и столь же долго будут продолжать сидеть здесь. Они находятся вне суетящегося и спешащего мира людей — они в вечности. Но в вечности время не течет, оно всё целиком — в ней. Находящееся в вечности действительно становится присносущным, существующим всегда», — подводит итог академик.

Конечно, икону недостаточно просто рассматривать — взглядом праздного любителя живописи, взглядом искусствоведа. Только молитвенное предстояние может приблизить нас к этой великой тайне, которая некогда, по Божьей милости, открылась святому иконописцу Андрею Рублеву.