Сколько храмов в России?

В столице COVID-19 заразились больше тысячи представителей духовенства

В Москве за год умерло в три раза больше священников и монахов, чем годом ранее
Фото: Марина Лысцева/ТАСС

Москва. 24 декабря. INTERFAX.RU — С начала пандемии в Москве заразились коронавирусом 350 православных священников и 720 насельников и насельниц монастырей, сообщил патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Речь идет о тех, кто уже поправился или до сих пор болеет.

Статистику предстоятель РПЦ привел на ежегодном епархиальном собрании Москвы.

По словам патриарха, в 2020 году, впервые за многие годы численность московского духовенства сократилась и сейчас составляет 1817 человек.

Он назвал имена умерших в этом году священников и монахов — это 91 человек. Участники собрания пропели им «Вечную память». В 2019 году в столице умерли 33 представителя духовенства, в основном это были пожилые люди, отметил предстоятель РПЦ.

В самом начале пандемии в церкви сдержанно относились к мерам профилактики заражения. Представители РПЦ призывали крепче верить, а глава синодального Отдела внешних церковных связей митрополит Иларион в телеэфире 14 марта высказывал убеждение, что РПЦ не откажется от богослужений и не будет закрывать храмы. Три дня спустя патриарх издал беспрецедентные новые правила по мерам безопасности в церквях, а затем ввел персональную ответственность священников за нарушения требований эпидемиологов.

В столице COVID-19 заразились больше тысячи представителей духовенства

В Москве за год умерло в три раза больше священников и монахов, чем годом ранее
Фото: Марина Лысцева/ТАСС

Москва. 24 декабря. INTERFAX.RU — С начала пандемии в Москве заразились коронавирусом 350 православных священников и 720 насельников и насельниц монастырей, сообщил патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Речь идет о тех, кто уже поправился или до сих пор болеет.

Статистику предстоятель РПЦ привел на ежегодном епархиальном собрании Москвы.

По словам патриарха, в 2020 году, впервые за многие годы численность московского духовенства сократилась и сейчас составляет 1817 человек.

Он назвал имена умерших в этом году священников и монахов — это 91 человек. Участники собрания пропели им «Вечную память». В 2019 году в столице умерли 33 представителя духовенства, в основном это были пожилые люди, отметил предстоятель РПЦ.

В самом начале пандемии в церкви сдержанно относились к мерам профилактики заражения. Представители РПЦ призывали крепче верить, а глава синодального Отдела внешних церковных связей митрополит Иларион в телеэфире 14 марта высказывал убеждение, что РПЦ не откажется от богослужений и не будет закрывать храмы. Три дня спустя патриарх издал беспрецедентные новые правила по мерам безопасности в церквях, а затем ввел персональную ответственность священников за нарушения требований эпидемиологов.

Ю.В. Федосова

ПОЛОЖЕНИЕ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ И ДУХОВЕНСТВА НАКАНУНЕ И В ХОДЕ РЕВОЛЮЦИИ 1917 г.

(НА ПРИМЕРЕ ВЛАДИМИРСКОЙ ГУБЕРНИИ)

В начале XX в. Русская Православная Церковь (РПЦ) являлась самой крупной из всех поместных православных церквей. В ней насчитывалось 55 тыс. храмов, 100 тыс. священников и диаконов, 1242 монастыря, более 50 тыс. монахов. Церковь имела 64 епархии И около 40 викариатов; ее епископат составлял свыше 100 архиереев. По переписи населения 1897 г. из 182 млн жителей Российской империи 115 млн составляли лица православного вероисповедания.1 Политическая, социально-экономическая и культурная деятельность РПЦ на протяжении столетий была направлена на поиск точек соприкосновения со светскими властями. Ученые высказывают различные точки зрения по данному вопросу, но большинство из них считают, что после того как Петр I ввел синодальную систему, начался век интеллектуальных и религиозных шатаний, который породил деспотичную диктатуру гражданского чиновника — обер-прокурора над Синодом и духовенством вообще.2

Материальная помощь духовенству со стороны государства выражалась в увеличении субсидий для Церкви из бюджета, введении небольших ежемесячных доплат священникам, особенно бедных приходов. К 1914 г. общая ежегодная государственная дотация Православной Церкви превышала 18 млн руб., но для выплаты минимального жалования священникам, диаконам и псаломщикам (дабы освободить их от унизительной зависимости от получения мзды за исполнение треб) нужна была дотация в 50 млн и более.3

Помимо централизованной материальной помощи на нужды священнослужителей, церковные организации получали средства на нужды церкви и самостоятельно. Об этом свидетельствует ведомость операций центрального Владимирского иконно-книжного Братства за 1913-1914 гг. По приходным документам к отчетному году в складах Братства оставалось книг, брошюр, икон, святых икон на досках, священных изображений на бумаге, письменных принадлежностей в количестве 102 989 экземпляров на сумму 9 852 руб. 10 коп. Поступления той же продукции в отчетном году исчислялись суммой 12 406 руб. 87 коп.

В соответствии с расходными документами за тот же период было продано данной продукции частью по номинальной цене, частью с процентной скидкой в количестве 8507 экземпляров на сумму 1 766 руб. 99 коп. Оказалось отпущено в долг книг, брошюр, святых икон в количестве 3007 экземпляров на сумму 1 065 руб. 30 коп.; было направлено в отделения продукции в количестве 144 единицы на сумму 73 руб. 18 коп. Кроме того, было возвращено издателю 4 книги на сумму 9 руб. Бесплатно была отпущена продукция в количестве 2624 экземпляра на сумму 2967 руб. 50 коп. Ведомость содержала своеобразный итог финансовой деятельности Братства: итого израсходовано

© Ю.В. Федосова, 2007

14 286 экземпляров на сумму 2967 руб. 50 коп. К следующему отчетному году продукции оставалось в остатке на сумму 9822 руб. 78 коп. в количестве 99 141 экземпляр.4

Исследуя общее движение денежных сумм по Братству, можно отметить следующее: по приходу к 1913-1914 гг. процентными бумагами, наличными деньгами в хозяйственном управлении при Святейшем Синоде осталось имущества в количестве 51 200 экземпляров на сумму 4478 руб. 83 коп. Кроме того, за эти годы в Братство поступила сумма 11 929 руб. 32 коп., которую составили членские взносы по подписным листам, финансирование обществ по противодействию старообрядчеству, проценты с капитала Братства, средства от тарелочного сбора за утренним и вечерним богослужением, средства от продажи книг, икон, письменных принадлежностей, а также 4 % государственной ренты. После уплаты текущих долгов общая «сумма по остатку» составляла 71 008 руб. 15 коп.

По расходным документам в 1913-1914 гг. центральное иконно-книжное Братство произвело следующий расход: жалование личного состава канцелярии и склада, заведующего складом, письмоводителя, рассыльного и кучера равнялось 956 руб. Отдельно оплачивался труд учителей церковно-приходской школы — 120 руб. и выплачивались вознаграждения по пропаганде против старообрядчества и сектантства. Ежегодный расход на эти мероприятия составлял 1092 руб. Помимо этого, выделялись средства на образование, а именно на покупку книг (2 411 руб. 41 коп.), на организацию при Епархиальной библиотеке особого лекторского отдела книг (29 руб. 17 коп.), на пособия библиотеке при кафедре Собора (100 руб.). Отдельный статьей производился расход по Епархиальной библиотеке. За 1913-1914 гг. на эти нужды было потрачено 58 787 руб. Кроме того, на сумму 3828 руб. 23 коп. была произведена покупка процентных бумаг, уплачено отделению Государственного Банка за хранение этих бумаг и за работу иконописцу Белоусову и золотых дел мастеру Садовникову.5

Журнальные «хроники съезда духовенства Владимирской Епархии» свидетельствуют о том, что духовенство поощряло священнослужителей за достижения на церковной службе, посредством ходатайства в те или иные учреждения. Церковные организации финансировали охрану и содержание архиерейских домов, держали связь с консисторией по различным вопросам, улучшали быт и условия образования школьников, вводили систему регистрации в общежитии училища и снабжали учебными пособиями библиотеки учебных заведений.6

Положение Церкви до 1917 г. можно назвать стабильным, но зависимым от государства. После падения самодержавия и с приходом к власти Временного правительства РПЦ оказалась в сложном положении. Епархиальному начальству рекомендовалось проводить съезды и собрания в поддержку новой власти, а приходское духовенство призывалось разъяснять пастве общецерковную точку зрения на политику. Культурнопросветительская деятельность сельского духовенства и учащихся народных школ Владимирской губернии в то время приобрела особую актуальность. На местах признавалось, что «сейчас наше Отечество переживает дни великой разрухи и великого созидания, именно дни, а не годы… Переворот совершился месяц назад, хотя кажется, что мы живем новой жизнью. Всюду, и в центре и в перифериях, в столицах и прежде тихих городах, в селах и деревнях, идет лихорадочная работа, разрушаются прежние формы жизни и на скорую руку устанавливаются новые».7

Владимирская Епархия была осведомлена, что просветительская деятельность уже частично была начата в некоторых уездах Владимирской губернии. Данная работа

должна была быть всеобщей, планомерной, организованной. С этой целью духовенство и учащиеся объединялись в группы, а при уездных исполкомах образовывались особые культурно-просветительные комиссии.

21 марта 1917 г. состоялось собрание Владимирского городского духовенства, на котором его представители определили свое отношение к переживаемым событиям и разработали план действий в новых условиях общественной жизни. Священники должны были поддерживать и охранять веру русского народа, избегать политических речей с амвона, но вместе с тем в своих поучениях, не проповедуя определенную политическую систему, обязаны были осветить с православно-христианской точки зрения переживаемые события, призывать слушателей к христианскому образу мыслей и действий.8

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Настроение духовенства, особенно приходского, в момент прихода к власти Временного правительства было радикальным. Уже в марте члены Думы из духовенства совместно с некоторыми светскими думскими депутатами и общественными деятелями образовали Совет по делам Православной Церкви. Существование Совета было недолгим, но он успел провести ряд съездов епархиального духовенства, где принимались резолюции в поддержку Временного правительства и созыва Поместного Собора.9 Аналогичные съезды прошли по многим епархиям. Постепенно набирала силу идея отделения церкви от государства, что являлось не только продолжением программы Временного правительства, но и единственной гарантией реальной свободы религиозной совести. На местах были уверены в том, что осуществить принцип отделения церкви от государства возможно только при республиканском строе, так как всякая монархия влечет за собой смешение начал государственных и церковных.10

Положение РПЦ существенно осложнилось после событий Октября 1917 г. В первой декаде июня 1918 г. по предложению Высшей Церковной власти в экстренном порядке был созван Епархиальный съезд духовенства и мирян Владимирской Епархии. На съезде было решено рассмотреть главные общецерковные вопросы, которые были поставлены еще в начале мая 1917 г. Церковь вынуждена была считаться с новыми условиями и приступить к разработке программы для дальнейшей деятельности. Главный вопрос, рассматривавшийся на съезде, был связан с положением РПЦ после революции 1917 г. К лету 1918 г. сложились условия, которые диктовал Декрет Советской власти об отделении церкви от государства. В силу этого законодательного акта с 1 марта 1918 г. были прекращены казенные кредиты, которые отпускались на содержание центральных и местных церковных учреждений, секвестрованы капиталы, которые имелись при центральном духовном управлении. Оказалось конфисковано и недвижимое церковное имущество, в частности Суздальское подворье в Москве, которое обеспечивало содержание Владимирского архиерейского дома.

Таким образом, после Октября 1917 г. Православная Церковь в России лишалась средств, которыми располагала до революции. РПЦ должна была содержать на свои средства имевшиеся центральные и местные органы управления и разного рода иные церковные учреждения, так как была лишена государственных субсидий. Каждый православный приход рассматривался не как самостоятельная обособленная единица, а как часть РПЦ и всей епархии. Поэтому приход должен был принимать участие в общецерковных и общеепархиальных делах.

На съезде православных приходов Владимирской епархии был поставлен вопрос о средствах на содержание общецерковных и общеепархиальных учреждений. В этой связи возникла и другая проблема: что делать с духовными учебными заведениями. До революции они готовили членов клира и являлись общеобразовательными школами,

через которые проходило большинство детей духовенства. После революции эти духовные заведения могли содержаться только при условии, если они обслуживали интересы государства, а не церкви. В свою очередь, государство ставило иные задачи перед школами и задавало их деятельности нужное направление.

Отношения государства и РПЦ обострились после того, как большевики выразили намерение рассмотреть проект Декрета об отделении церкви от государства. Проект вызвал негативную реакцию среди духовенства. Поместный Собор в 1918 г. призывал выработать меры противоборства правительственным постановлениям, которые затрагивали интересы Церкви. Тем не менее декрет был принят и опубликован во всех местных периодических изданиях.

После того как Церковь лишилась прав юридического лица, по всем епархиям стали созываться епархиальные съезды, которые пытались решить свои проблемы в новых политических условиях. Если до революции епархиальные съезды высказывали пожелания в преобразовании церковного строя, то после Октябрьского переворота эти требования были осуществлены практически. Начались реформы в центральном, местном, епархиальном управлениях и в приходской жизни. Открывались перспективы обновления церковной жизни, но результаты поставленных задач зависели только от практического осуществления законов.

Культурно-просветительская деятельность духовенства среди населения состояла в укреплении веры через духовные школы. Церковные организации открывали духовные школы-бурсы, школы церковного пения, школы пчеловодства, библиотеки, вели проповеди с амвона, т.е. пропагандировали религиозно-нравственный образ жизни в массах. Что касается культурно-просветительской деятельности РПЦ после 1917 г., то в этом отношении обозначился ряд острых проблем, требующих дальнейшего решения. Ярким примером могут служить постановления прихожан Преображенской церкви с. Дорков Вязниковского уезда, связанные с жизнью прихода и правами церкви. В дни великих праздников прихожане отказывались выполнять гражданские обязанности, придерживаясь мнения, что необходимо и дальше соблюдать религиозные обычаи. Многие считали, что документы и метрические книги должны находится на хранении в церкви, изъявляли желание, чтобы Закон Божий преподавали священники в специальных школах, а прихожане считали приходские храмы своей собственностью.11 Священнослужители находились в затруднительном положении, так как, с одной стороны, они были под контролем государства, а с другой — вынуждены были улаживать конфликты с приходом.

Насущным оставался и вопрос о преподавании Закона Божьего в школах, поскольку именно духовные школы являлись основой религиозно-нравственной жизни. Духовенство желало сохранить такие школы, но в этом случае священнослужители должны были обеспечивать содержание школ из средств оплаты за обучение. Если до революции духовное воспитание было обязательным и беснлатным, то теперь религия становилась частным делом каждого. Оплачивать преподавание Закона Божьего из личных средств соглашались немногие.

Что касается детей духовенства, то духовные школы должны были готовить для церкви пастырей и других членов клира. По-другому обстояло дело с обучением Закону Божьему православного населения. Преподавание закона Божьего было исключено из системы школьного обучения, а кредиты на вознаграждение законоучителей были прекращены. Во Владимирской губернии данная проблема имела свои особенности. В некоторых школах обучение Закону Божьему было запрещено; в других — признавалось

возможным преподавать его во внеклассное время; в третьих — уроки продолжались по-прежнему, но труд законоучителя оплачивали родители учеников.

Существенным фактором, повлиявшим как на общее состояние РПЦ, так и на положение в отдельных епархиях, стал подрыв экономического могущества Церкви. Наглядным примером в этом отношении было Владимирское Братство Святого благоверного великого князя Александра Невского, главная цель которого заключалась в религиозно-нравственном просвещении народа в духе православия. Чтобы поддержать религиозную веру и пополнить бюджет, священники Братства осуществляли закупки книг, брошюр, святых икон, священных изображений на бумаге. Братство вело специальные ведомости об экономических операциях, где подробно расписывался приход и расход по текущему году. Приход по расчетным счетам определялся продажей предметов религиозного культа, процентных бумаг, наличными деньгами, ежегодными членскими взносами, средствами от тарелочного сбора. Расход предполагал зарплату священнослужителям, закупки предметов религиозного культа, выделения средств на содержание библиотек. Однако после 1917 г. возникли вопросы о способах материального обеспечения духовенства, которое в одночасье лишилось содержания. Обострилась проблема пересылки деловой корреспонденции и реорганизации религиозных обществ. РПЦ оказалась беспомощной в решении тех проблем, которые до революции не имели, казалось бы, решающего значения. Тем не менее и после 1917 г. за стенами храмов еще оставалось большое количество земель, а также церковной утвари, представлявших ценность в материальном и историческом плане. Новое массированное наступление на позиции РПЦ государство предпримет уже в годы гражданской войны.

1История религии / Под ред. И.Н. Яблокова. М., 2002. С. 230.

2Поспеловский Д.В. Русская Православная Церковь в XX веке. М., 1995. С. 19.

3Там же.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4Владимирские Епархиальные Ведомости. 1916. № 6.

5Там же. № 6. неоф. отд. С. 67-68

6Там же. № 5. С. 6.

Бывший губернатор Петербурга Георгий Полтавченко, за время своего пребывания на посту, строил в среднем больше трех церквей в год. Пик строительства пришелся на 2014 год.

Наименьшее количество храмов, церквей и часовен, на строительство которых Полтавченко давал разрешения, пришлось на 2011, 2016 и 2018 годы. В 2011 году Полтавченко вступил в должность губернатора и одобрил строительство одной церкви во имя Смоленской иконы Божией Матери, которая стоит недалеко от недавно построенного Экспофорума. В 2016 и 2018 годы при Полтавченко построили четыре церкви, по две на каждый год. Часовня во имя святого великомученика Иоанна Нового Сочавского и православный храм «Спас-на-Каменке» в 2016 и храм в честь Сошествия Святого Духа на Апостолов в Комарово и церковный дом Причта при храме Державной иконы Божией Матери в 2018 году.

Уже во второй год на своем посту, в 2012 году, Полтавченко одобрил строительство еще трех храмов, впрочем, как и в 2015. Храм во имя преподобного Серафима Вырицкого в Купчино, храмовый комплекс Рождества Пресвятой Богородицы на Малой Охте и православный культурный центр храма Архистратига Божия Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных были построены в 2012 году. Религиозный объект Приход храма Казанской иконы Божией Матери у Красенького кладбища, храм-часовня Преображения Господня в Репино и православный храм во имя Святой Блаженной Ксении Петербургской были возведены в городе в 2015 году.

Сразу четыре религиозных объекта были построены при Полтавченко в 2013 году. Среди них церковь Преображения Господня в Красносельском районе, собор Сошествия Святого Духа на Апостолов, приходской храм «Храм Всех Святых» и дом милосердия храма «Державной иконы Божией Матери» на проспекте Культуры.

Уже в следующем, 2014 году, с одобрения Полтавченко возвели шесть религиозных объектов. К ним относятся церковь Рождества Христова на Песках, храм Тихвинской иконы Божией Матери на проспекте Науки, храм-приют Прихода Благовещенской Пискаревской церкви, комплекс храма святого праведного Иоанна Кронштадтского, церковно-причтовый дом храма святого великомученика Дмитрия Солунского и малый Храм ПМРО «Приход храма Архистратига Божия Михаила и прочих Сил бесплотных.

В 2017 году в Петербурге с одобрения экс-губернатора построили пять религиозных зданий — три храма и два комплекса. Среди них храм Сошествия Святого Духа за Невской заставой, комплекс зданий «Храм Казанской Иконы Божией Матери», храм всех Святых в земле Санкт-Петербургской просиявших на Левашовском кладбище и православный храм иконы Божией Матери «Скоропослушница» в поселке Шушары. Кроме того, было начато строительство православного приходского комплекса святых благоверных князей Петра и Февронии.

Ранее сообщалось, что храм, который хотят построить поверх единственного благоустроенного сквера на Канонерском острове, может переехать с изначально запланированного места строительсва.