Антония кавешникова

LiveInternetLiveInternet

Цитата сообщения -Sergey- Советы и наставления схимонахини Антонии (Кавешниковой)

Просите Всевышнего, не забывайте Его день и ночь. Лучше всего молиться рано утром и ночью.
— С полуночи до трех часов святое небо открыто. Очень ценная молитва в эти часы. После полуночи хорошо класть три великих поклона с молитвой к Спасителю, Матери Божией и Ангелу Хранителю.
Схимонахиня Антония благословляла своих духовных чад учить на память молитвы: «Отче наш», «Богородице Дево, радуйся», «Символ веры», 50-й и 90-й псалмы. Советовала читать краткое молитвенное правило прп. Серафима Саровского, и молитву: «Господи, просвети мой ум, успокой мое сердце, помоги мне в жизни, избавь меня от лукавого»…
— Если болеют дети, надо читать 90-й псалом и «Отче наш» по семь раз. Если что-то серьезное, читать надо по двенадцать раз… Если несчастье случилось с человеком, надо читать 90-й псалом… Если неспокойные дети, болезненные, то над спящими надо почитать сорок раз молитву «Богородице Дево, радуйся» и три воскресенья подряд причастить детей Святых Христовых Таин… Когда бывают нечистые помыслы, уныние, тоска, — много раз читать молитву «Богородице Дево, радуйся». Господь непременно ради молитв Божией Матери даст мир душе…
— Надо только с крестом вкушать пищу. Вот придут времена, будет все отравлено. Но если вы с верой перекрестите, то живы будете. А другой выпьет или съест то же самое, не перекрестив, — умрет.
— Закрой свой рот получше, на семь замков, как говорят святые отцы, знай свое дело: твори Иисусову молитву, сколько она добра приносит в жизни. Молчание — это ангельская молитва. Она не сравнится с нашей человеческой молитвой. Помалкивай больше и прислушивайся побольше, потому что от нее (ангельской молитвы) помощь во всем! Язык мой — враг мой, оно так и есть. Сколько зла и расстройства приносит он в жизни… Если мы осуждаем ближнего за какой-то грех, значит, он в нас еще живет. Если человек не осуждает, значит, этот грех не касается его. Когда душа чистая, она никогда не станет осуждать. Потому что «не судите, да не судимы будете» (Мф. 7, 1)».
— Старица советовала ежедневно читать 17 кафизму, говорила: «На мытарствах 17 кафизма будет уже в защите за вас». Схимонахиня считала, что пасхальные свечи дают особую благодать, в частности говорила: «Когда посещаешь больного человека, прочитай молитву за болящего или акафист и обязательно зажги пасхальную (красную) свечу».

«Надо молиться за себя, за умерших, и за тех, кто должен придти на белый свет. А мы и за себя-то не умеем молиться!»
«Без Церкви никуда, всегда молитесь Божией Матери. Деток научайте сначала Богородичной молитве, так как Царица Небесная всегда с детьми».
— Слово Божие — пища для души и тела. В обязанности христианина: не лягу спать, если не прочитаю одну главу Евангелия; две главы Посланий, начиная с Деяний Апостолов и кончая Откровением святого Иоанна Богослова; несколько псалмов из Псалтири. И так постепенно будет прочитываться весь Новый Завет и Псалтирь, что и нужно… Надо сделать три закладки и читать подряд, а когда прочитаем все — снова начинать, и так всю жизнь.
Многим из приходивших к ней, матушка говорила:
— Многим из приходивших к ней матушка советовала: «Чтобы в каждом доме были иконы Божией Матери «Нерушимая Стена» и Калужская! В доме должен быть святой угол: для святых икон, святой воды, просфор, а располагать иконы по сервантам, стенкам негоже. Может ли быть храм без алтаря или дом без крыши? — Так и семья не должна жить без святого угла. Во время молитвы или в праздничные дни должна гореть лампада, и хорошо зажигать свечу. На дома, где это исполняется, ложится Божия благодать».
— «Будь лёгкой, отдай все грехи Богу. Все болезни, все печали, все заботы отдай Богу. И будь лёгкой, освободись. Богу известно о тебе. Каждому человеку дано в жизни сыграть свою роль: сыграет — и уходит в жизнь вечную. О чём расстраиваться? Мы же тут не вечные, мы же тут в гостях. А уйдём домой в своё время, все уйдём домой. Господь на земле никого не оставит, всех заберёт к Себе. Душа ведь не умирает. Тело — это костюм, это храм души».
«Сейчас власти нас не мучают, а от детей страдаем, – пьют вино и обижают матерей. Это полное гонение от лукавого. Как он ненавидит верующих…
Раньше была одна дорога у людей. А сейчас забыли Бога и не думают, что им умирать. Терпеть до конца нам. Враг христиан опять мучает. Претерпевший до конца спасётся. Не долго ему быть. Время близко». (01.12.1980 г.)
«Нет терпения с пьянюками; да, последние времена живём. Так жить нельзя! Что-то будет над Москвой. Великий город – Москва. Он утонет в бездне блуда». (03.01.1983 г.)Строго напоминала матушка не забывать краткого молитвенного правила, данного преподобным Серафимом Саровским и постоянно читать молитву:
«Господи, дай мне душевный мир и телесное здравие. Господи, просвети мой ум, успокой мое сердце, помоги мне в жизни, избавь меня от лукавого. Аминь».
Эта короткая молитва очень помогала тем, кто её постоянно читал, оказывала прямо-таки чудодейственную помощь для укрепления человека в духовной жизни и особенно во время духовной брани.
«Всё, всё, буквально всё, что мы делаем, должны совершать с молитвой. Зажигая лампаду, молимся:
– Господи, возжги угасший светильник души моей и духом добродетели просвети меня, создание Твое, яко Благ и Человеколюбец. Аминь».
Матушка советовала ежедневно в личной своей молитве обращаться к Спасителю, Божией Матери, Апостолам Христовым, к святым, имя которых носит сам человек, отец и мать.
«Если кто-то не был в церкви на богослужении, хорошо читать сорок раз “Отче наш”».
Утром матушка советовала пить натощак святую воду, а также по всякой нужде хотя бы и поел (когда внезапно заболеешь, разгневаешься и т. д.) Но в этом случае только не крещенскую воду.
В церковном календаре указаны святые на каждый день. Так вот и надо нам: обращаться к ним за молитвенной помощью в деле и в жизни ежедневно, а также обращаться с молитвой к Богу: “Многомилостивый и долготерпеливый Господи, ради имени Твоего Святаго помилуй нас молитвами святых угодников (имена сегодняшнего дня) прости, прости, прости, помилуй, благослови, помоги во всех наших делах и начинаниях, и защити от враг видимых и невидимых, ведомых и неведомых”».
При теперешней жизни, чтобы уцелеть благополучно, преобязательно следует носить крестильный крест, или из монастыря , или хорошо носить крест-мощевик. Вместо мощей можно положить в крест ладан монастырский, ладан афонский и носить пояс «Живый в помощи Вышняго». На подкладке, сзади, где крест в маленьком мешочке приметать святыню: земли или песочек от блаженной матери Матроны, или песочек от источника преподобного Серафима Саровского, земельки из святой канавки Дивеевской. Вот и будет тишь и гладь и Божия благодать.

«Для спасения и мирности души обязательно носить крест и целовать его с молитвой, которую дал схиигумен Савва: “Господи, пролей каплю святейшей Твоей Крови в мое сердце, иссохшее от страстей и грехов, от нечистот душевных и телесных. Аминь”. И этот крест надо целовать за членов своей семьи и даже за своих врагов».
Недавно произошла авария. Все в автомобиле оказались мёртвыми и все – без крестов.
Если ко мне приходили парень или девушка без креста, или не могли на себе креста положить, я им говорила:
– Уходите, раз не можете креста положить.
Я их спрашивала:
– Покажи крест.
– Ой, я (или мы) забыла.
– Ах, забыла, тогда уходи.
«Читайте с утра 50-й псалом, “Верую”, “Да воскреснет Бог” и 90-й псалом. Это как бы ваша защита со всех четырёх сторон. Читайте за себя, за своих детей. Если вы хотите, чтобы в вашей семье было всё хорошо, то читайте семдесят раз “Отче наш” или по семь раз ту же молитву за каждого члена семьи.
Если болеют дети, надо читать 90-й псалом и “Отче наш” по семь раз. Если что-то серьёзное, читать надо по двенадцать раз».
«Если несчастье случилось с человеком, читай 90-й псалом “Живый в помощи…”, тогда с языка не выпускать, за этого человека читать, всех подключайте, всех своих близких, знакомых, чтобы именно за него читать “Живый в помощи”, чтобы только спасли его…»

О семье
«Мать, жена-мироносица в семье, должна вносить в семью мир, согласие, тишину. Мужу не перечь на маковое зерно. До дела, как до неба, и время нужно или расходы, а в семье уже сыр-бор. Сказано – ну сказано, только сказано, пусть и не так, как тебе хочется, а делу быть так в благочестивой семье, как бы управит, как бы пошлёт. И если мир, – святой мир нарушен в семье, хотя постись, молись, хоть лоб разбей – всё бестолку. Бог – это любовь, мир, добро, истина, правда. И в народе говорят: делаю большую думу – без шуму.
Все духовные книги Святых Отцов в написании обращены к человеку мужского пола, царю природы, продолжателю человеческого рода, труженику. В семье он держит первый угол, главный (его фамилию носит супруга, а дети не только фамилию, но и отчество).
Мать, жена – добрая, мудрая, “домашнее солнце”, от неё свет, тепло, добро, порядок, ритмичность жизни, её руки – лебединая песня, мелодия сердца, глаза тела, крылья жизни. Она держит три угла в семье.
Второй угол – Божий порядок: духовная, нравственная, физическая чистота, уют, мир, согласие, взаимопонимание, чтобы не шли, а бежали домой супруг и дети.
Третий угол – всё в семье сохранять, живое и неживое. Она – тень супруга и детей.
Четвёртый угол – воспитывать детей так, чтобы они шли тропой к Богу, слушались, трудились. Послушание – выше поста и молитвы. Всё едино и неповторимо. Солнце, Небо, Луна, Земля – едино. Всё выполняется по Божьи с первого раза.
В доме должен быть святой угол: для святых икон, святой воды, просфор, а располагать иконы по сервантам, стенкам негоже. Может ли быть храм без алтаря или дом без крыши, так и семья – без святого угла.
Во время молитвы, или в праздничные дни, должна гореть лампада, и хорошо бы зажигать свечу. На дома, где это исполняют, ложится Божия благодать. Большая семья, – много неурядиц. Изгонять врага надо из дома, как наставляет схиигумен Савва. Очень сильная молитва: “Именем Господа Иисуса Христа и Его страданий за род человеческий изыди враг рода человеческого, из сего дома на 24 часа. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь” и крестить на четыре стороны.
Если неспокойные дети, болезненные, то над спящими надо почитать сорок раз молитву ”Богородице Дево, радуйся” и три воскресенья подряд причастить дитя Святых Христовых Тайн.
Крестом рвутся все сети вражии, которые нас окружают. Нужно крестить крестом на восток, запад, юг, север утром и вечером и во всех трудных обстоятельствах жизни (когда разгневаешься, испугаешься), читая молитву сию: “Крест Христов на весь мир, освященный благодатью и Кровию Господа нашего Иисуса Христа дан нам оружием на всех врагов наших видимых и невидимых. Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь”.
Также кропи водой на все четыре стороны и говори: “Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Окроплением воды сия священныя в бегство да претворится все лукавое, бесовское действо. Аминь”».
Матушка матушка Антония предупреждала, что Сама Матерь Божия, Царица Небесная дала указание, что ложась спать непременно надобно всё убрать со стола. Стол – престол, положить на него Евангелие и сверху крест, чтобы Божия Благодать осеняла квартиру (дом). Хорошо, чтобы перед святыми образами горела лампадка.
Всякое дело надо начинать по уму, с рассуждением, тогда не будет плохих последствий. Каким угодникам молиться в каком деле? Доброе начало – полдела откачало, а какое оно? Каким образом? Прежде всего:
Первое – взять благословение у священника на начало этого дела.
Второе – подать на литургии записочку о здравии участвующих в деле.
Третье – отслужить молебны:
– Спасителю;
– Матери Божией;
– Ангелу Хранителю или Архангелу Михаилу;
– святителю Николаю Чудотворцу и святителю Спиридону Тримифунтскому (им дано от Бога благословение помогать во всех делах непостижимых по трудности);
– великомученику Иоанну Воину, или Георгию Победоносцу, или великомученику Трифону. Каждый из них в силе помочь делу, а, главное, устранить все помехи.
– святому, чьё имя носишь.
Четвёртое – поститься и самой молиться.
Идти на серьёзное дело всегда натощак, только просфору со святой водой принимать и Иисусову молитву творить, и молитву, которая на сердце ляжет. Не забывать никогда во все среды и пятницы, сколько живёт человек, положено поститься.
Матушка повторяла:
«Не просто так двенадцать месяцев, двенадцать апостолов! Это число очень знаменательное. И молитвы матери за детей самые сильные, обязательно надо молиться за своего ребёнка особо».
* * *
«На Пасху ставьте на стол, как было на Тайной Вечери: хлебушек, соль, свечи. Так и вы делайте. Куличик, яйца, соль, свечи – всю Пасху на столе. Вы встречаете Господа Иисуса Христа. Он же воскрес! – и надо поставить всё так, как Господь благословил на Тайной Вечери».
Матушка считала, что пасхальные свечи, дают особую благодать и помощь, особенно в исцелении больных. Она говорила:
– Когда посещаешь больного человека, прочитай молитву за болящего или акафист, и обязательно зажги пасхальную (красную) свечу».
Очень важный и своевременный для наших дней совет старицы, как оградиться в случае опасности, тяжёлой болезни, в сильной скорби или искушении. Необходимо зажечь пасхальную (или иерусалимскую) свечу, и кто-то из близких должен обходить вокруг скорбящего или болящего с горящей свечой, произнося слова пасхального тропаря: «Христос Воскресе из мертвых…» и прибавлять молитву: «Христе Воскресый из мертвых, воскреси от недуга раба Божия (имя рек). Аминь» – и так трижды. Если один в доме, троекратно обнести себя с той же молитвой.
Если не ладится с каким-то аппаратом, прибором (автомобиль, холодильник, швейная машинка и т. п.) матушка советовала читать Пасхальные часы и после этого обратиться к Господу с прошением об исполнении того, что нужно в данный момент человеку.
* * *
«А и умереть не просто, умереть нужно уметь!..».
«Господь Своих людей никогда не отдаст».
«Вы уже чувствуете себя слабыми, жизнь такая тяжёлая сейчас, каждый год надо как-то прожить, а старость – она своё берёт, а потом: «Земля еси и в землю отыдеши». Если бы нам не умирать – тогда другое дело, а поскольку всем нам придётся умирать, то человек должен думать, как жить. Вот так и выбирайте себе путь, пока вы ещё на ногах, а когда вас уже будут водить за руки, тогда всё!
Если человек будет думать постоянно о смерти, то он никогда не собьётся, не сбиться ему с пути. Что ни день, то к смерти ближе. Когда-то работали, трудились на свете, а потом почернеют и в землю. Я давно об этом думала, ещё смолоду: вот руки работали и вдруг они превратятся в землю, в прах земной. Думала я: как-то надо умирать, а “смерть грешника люта”, а почему? Потому что очень греховную жизнь вёл. Покаяние – это самое главное».
«Будь лёгкой, отдай все грехи Богу. Все болезни, все печали, все заботы отдай Богу. И будь лёгкой, освободись. Богу известно о тебе. Он уже решил, что тебе надо, какая у тебя судьба и каков твой жизненный путь. Зачем волноваться, страдать, зачем голову забивать? Ни в коем случае. Жить нужно так: что как будет, так и будет, – как Бог даст.
Каждому человеку дано в жизни сыграть свою роль: сыграет – и уходит в жизнь вечную. О чём расстраиваться? Мы же тут не вечные, мы же тут в гостях. А уйдём домой в своё время, все уйдём домой. Господь на земле никого не оставит, всех заберёт к Себе. Душа ведь не умирает. Тело – это костюм, это храм души. Душа отлетает и идёт к Богу. А тело закопают в землю – и всё.
Конечно, при жизни нужно молиться, чтобы здоровье было для жизни. Чтобы успеть заработать что-то для будущей жизни. И что здесь заработаешь, то там и получишь. Заработала себе душа жизнь хорошую – и хорошо ей будет. Там душа довольна и живёт в раю, все братья и сестры. Мы и на земле должны так жить: все братьями и сестрами. Вот вы приехали ко мне: вы – мои братья и сестры. Теперь мы знаемся с вами…»
«Господь записывает, сколько ты молился, сколько крестился, сколько ты добрых людей на путь наставил, сколько ты нищим подал, сколько ты доброго сказал в народе, всё это записывается. Душа идёт в списках, вся в списках…
Вот придёшь ты к Богу, а Господь скажет:
– Этот человек весь закон Мой исполнил – исповедовался, приобщался… Всё, что есть в законе, сделал. И если ты хозяину верно служил: рожь молотил, блины пёк, вот это и это делал, куда тебя хозяин денет? – он с собой тебя за стол будет сажать. Молись – и тебя Господь помилует. Молись, изучай, ходи почаще в церковь, исповедуйся, приобщайся, всё, что положено, всё делай. И тогда ты у Бога будешь хороший. Запомните сами и передайте другим: как вы относитесь здесь к другим, точно так же там будут относиться к вам».
«И конечно, таинства, и прежде всего соборование. Родители меня по всему этому натаскали. Стояла я на крыльце, у нас два храма было и колокола так: “динь-динь, динь-динь”. А я матери говорю:
– Ну почему, мам колокола не так звонят, ведь они не правильно звонят, они должны “бам-бам-бам”.
– Эх, ты, дочка, ты ещё маленькая, не понимаешь. Это несут соборованного человека.
– Скажи мне, что это такое?
– Соборованный человек – у него грехов уже никаких не остаётся, он пособорован. Соборование бывает постом: вот, говорят, сегодня собор будет в таком-то храме, все соберутся, вычитывается вся житейская полоса наша и вся греховная жизнь, когда пособоруют. Это называется одежда спасения, и все грехи, которые ты делала с юных лет, все перекрываются.
И ещё мама говорила, что не соборованного человека окаянные по грязи тащат, а соборованного – его уже встречают Небесные Силы, потому что он как будто обновлённый уже, и он идёт к Богу – душа его, а душа – живая. Всё умрёт, а душа никогда не умрёт, душа – вечный житель. Горе тому, кто при жизни не соборуется. Это венец Таинств, завершение всех семи Таинств Церкви».
«При поминовении усопших прочитать сперва молитву: “Помяни, Господи, души усопших рабов Твоих, новопреставленных в сей день, в сей час, в сей момент от сего мира отшедших в надежде воскресения: в огне сгоревших, в воде утопших, в пути замерзших, от глада, без покаяния и Причастия умерших и за православную веру живот свой положивших, сирот, нищих”».
Для поминовения усопших матушка советовала приносить в храм кагор для причащения, указывая имена тех, за кого помолиться, давать муку на просфоры. Желательно положить на канун хлебную выпечку, сколько человек может. Хорошо класть на канун и яички, каждое яйцо заменяет десять милостынь. Можно положить сахар, конфеты. Хорошо поставить хотя бы немного подсолнечного масла в тот день, когда поминается усопший в связи с годовщиной и за новопреставленного. На канун желательно ставить три свечи: первая – за всех усопших православных христиан, а вторая свеча – за всех, кого некому поминать и третья – за своих родственников.
Полезно для души подавать в храме на поминовение кроме своих родственников также и за родителей святых угодников Божиих: родителей преподобного Серафима Саровского – Исидора и Агафию; святителя Николая – Феофана и Нонну; святителя Иоасафа Белгородского – Андрея и Марию; супруга блаженной Ксении – Андрея; родителей святого праведного Иоанна Кронштадтского – Илию и Феклу; родителей преподобного Феодосия Кавказского – Феодора и Екатерину; родителей схиигумена Саввы – Михаила и Екатерину.
Матушка говорила, что плакать нужно только о грехах, а не о бедах и напастях:
– Убиваться? Плакать? Ещё чего не хватало. Да у тебя всё хорошо. Смотри, в какой красоте живёшь, что Бог тебе дал…
Когда умерла сестра Ксения, матушка говорила её дочери:
– Не плакать, не плакать, грех большой! Не плакать! – хотя, как вспоминает племянница, «у самой матушки скулы сводило от горя».
Матушка говорила:
– Не спеши человека обрадовать бедой, а то несутся, раскрывают дверь: «Танька, Манька, твоего отца лошадь сбила!». Можно и по другому сказать те же слова, только потихоньку, осторожно. Нужно беречь людей, а то ведь убить можно человека вестью.
Здесь можно вспомнить случай, рассказанный племянницей матушки: «Мы ездили на Москву-реку в Щукино купаться. Однажды мои подруги решили пошутить: взяли пояс от моего платья и вот так крутят. Мама побелела, потому что знала, что я уехала купаться. А подружки молчат, головы опустили и крутят пояс моего платья.
Если бы не матушка, то не знаю, что бы там было. Матушка тут же подошла к ним, взяла пояс и говорит:
– Ну-ка, приведите её сюда от этих деревьев. А она никак не могла меня видеть. После этого громко сказала:
– Няня*, идём, сейчас ужинать будем.
И мама, успокоившись, ушла. А потом матушка вышла к этим девчонкам:
– Что же вы делаете? Ведь вы могли убить человека! Вы крутите пояс, показывая, что её нет.
– Да мы просто пошутить хотели, тётя Настя.
Матушка таких «шуток» и ей подобных не признавала. Она жалела людей. Сама горя видела много и старалась утешить, успокоить…»
Для защиты от воров матушка советовала обойти вокруг дома или усадьбы, читая молитвы «Верую» – три раза и «Да воскреснет Бог» – один раз.
Советовала в каждом доме иметь колокольчик. Колокольный звон в помещении очищает воздух, просветляет мысли, улучшает душевное состояние.
«Если что-то пропало и не можете найти, надо читать “Верую” три раза. Если что-нибудь крупное не находите, то читать “Верую” двенадцать раз».
«Если большие скорби у человека или нападения вражии или нападения от внешних, надо заказать обедню в трёх храмах одновременно, а в одном из них стоять и молиться».
Вспоминают такой случай: у близких матушки пропал кто-то из родни. Она сказала:
– Закажите три обедни в трёх храмах.
И в тот же день, когда они это сделали, пришло известие о пропавшем человеке.
В трудных жизненных ситуациях советовала заказывать молебны святым, особенно – святителю Николаю, великомученику Георгию, читать им акафисты.
* * *
Молитва от недуга и скорби: «Спаси, Господи и помилуй раба твоего (имя рек) словами Божественного Евангелия, чтомыми о спасении раба Твоего. Попали, Господи, терние всех его согрешений, и да вселится в него благодать Твоя, опаляющая, очищающая, освящающая всего человека во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь».
Читать пятнадцатую главу Евангелия от Иоанна: «Я есмь истинная виноградная Лоза, а Отец Мой – Виноградарь…» (Ин. 15.1-26).
После Евангелия снова читать молитву.
Когда бывают нечистые помыслы, уныние, тоска, много раз читать молитву: «Богородице Дево, радуйся». Господь непременно ради молитв Божией Матери даст мир душе.
В крайне тяжелом положении во всех особо сложных случаях человеческой жизни матушка советовала совершать в течение сорока дней дома такое молитвенное правило.
Зажигаются тридцать три свечи по возможности ежедневно или хотя бы на всю первую молитву в продолжение сорока дней. Читается молитва: «Господи Иисусе Христе Сыне Божий, тридцать три года Ты ходил по земле, страдал, молился за наши грехи. Тридцать три свечи зажигаю во имя Твое. Прими молитву мою, избави нас от всякого искушения и лукавства. Аминь».
Затем читается «Богородице Дево, радуйся» – 150 раз и Иисусова молитва «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий помилуй нас» – 500 раз.
Перед первым днём читаются обычные начальные молитвы, а затем акафисты:
– Пресвятой и Животворящей Троице;
– Всемогущему Богу в нашествии печали;
– Воскресению Христову;
– Честному и Животворящему Кресту Господню;
– иконе Божией Матери «Утоли мои печали»;
– Казанской иконе Божией Матери;
– иконе Божией Матери, именуемой «Скоропослушница».
Закончив акафисты зажигаются тридцать три свечи, читается молитва указанная выше: «Господи Иисусе Христе Сыне Божий, тридцать три года…» и правило совершается до конца.
Перед вторым днём читаются обычные начальные молитвы, а затем акафисты:
– Пресвятой Богородице из молитвослова;
– святому Архангелу Михаилу;
– святому Иоанну Предтече и Крестителю Господню;
– пророку Илие;
– Иоанну Богослову;
– святителю Николаю;
– Всем Святым.
В остальном всё как в первый день.
* * *
«Не обращай внимания на то, что делается неладного в церкви, наберись терпения. Найди себе духовного отца, который поймёт тебя. Это сразу заметно. Ты сразу почувствуешь, как он тебя слушает, как он вопросы задаёт, как он исповедь принимает. Духовному отцу можно на исповеди рассказывать всё, буквально до подробностей».
«Закрой свой рот получше, на семь замков, как говорят святые отцы, знай свое дело: твори Иисусову молитву, сколько она добра приносит в жизни. Молчание – это Ангельская молитва. Она не сравнится с нашей человеческой молитвой. Помалкивай больше, и прислушивайся побольше, потому что молчание – Ангельская молитва, так как от неё помощь во всём! Язык мой – враг мой, оно так и есть. Сколько он зла и расстройства приносит в жизни».
«Если мы осуждаем ближнего за какой-то грех, значит, он в нас ещё живёт. Если человек не осуждает, значит, этот грех не касается его. Когда душа чистая, она никогда не станет осуждать. Потому что “не судите, да не судимы будете” (Мф.7,1) «.
Ниже мы приводим ответ матушки женатому мужчине с ребёнком, который хотел оставить семью и уйти в монастырь, чувствуя тягу к монашеству:
– Монастырь – это ведь тюрьма, настоящая тюрьма. Вот смотри, ты оставишь всё, ты никому не нужен. Ложись – вот подушка-подружка и всё, вставай один, вставай один, а на работу тебя будут посылать. Это такая на душе тягость ужасная! Ты отрёкся от мира. Мир чем прекрасен, – потому что ты вольный, а здесь – послушания. Говорят: «Иди на грядки». Это день и ночь грядки, а зимой другая какая-нибудь работа. Ведь любишь детей, любишь семью, а надо всё оставить – сумеешь? Сумеешь ли? Но это самый тяжкий крест, когда оставишь детей…
«Чтобы не было гордыни и прелести у православных людей, надо общаться, разговаривать между собой. Друг у друга учитесь. Между людьми происходит маленькое землетрясение. Но «где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18, 20), – говорит Господь. Прелесть и гордыня отходит».
Cхимонахиня Антония (Кавешникова)

Проблемы монашества во взгляде со стороны

Протоиерей Димитрий Струев

Долго я держался. Думаю, зачем белому попу встревать с комментариями в монашескую тему. Да и вообще, «можешь не писать – не пиши». Однако начались звоночки, побуждающие меня встрять-таки в обсуждение.

Вот первый – сообщение от знакомой молодой инокини, которая не читала бестселлер Марии Кикоть, и живет в монастыре, никоим боком не связанном с Малоярославцем:

Батюшка, благослови. После матушкиных проповедей начинается депрессия, она постоянно пытается устрашить нас адскими муками, чтобы мы лучше трудились, молились и слушались, и ни слова о Божьей любви и милосердии. Помолись о мне грешной, такое чувство, что мы здесь живём только для того, чтобы в аду не сгореть.

То есть проблемы, вскрытые публикацией – это не проблемы одного отдельно взятого монастыря или даже нескольких. Всё гораздо глобальнее.

Второй – разговор с одной монахиней, которая тоже Кикоть не читала, зато отец, который руководит ее послушанием, «исповедь» прочитал, многое переосмыслил и пришёл у нее прощения просить. Для той их беседа была неожиданным утешением после долгого периода испытаний.

И еще – четыре года назад в очерке, посвященном проблеме ухода из православия, я затрагивал и проблему духовного руководства, и тему монашеских постригов. А теперь параллельно обсуждению «Исповеди бывшей послушницы» на «Правмире» зазвучала тема «зачем нужны старцы»… Что ж, пожалуй, побегу и я – раз все побежали. Если мои частные мнения кому-то более грамотному покажутся глупостями – спишите на моё скудоумие и простите меня, грешного.

Сперва о негативных последствиях публикации. Они, конечно, есть.

Господь благословил нас жить в эпоху проверкой нас обществом на подлинность. Нас – то есть Церкви. Не только духовенства, но и всей земной составляющей православия. И общество всё увереннее выводит буквы «мене, мене, текел…». Каждое движение скальпеля, вскрывающего гнойники церковного тела, дорисовывает в чьих-то глазах эти буквы.

И вот для стороннего читателя – а ведь текст, выпорхнувший в сеть, уже не запрёшь под грифом «только для тех, кто в теме» – свидетельство Марии Кикоть будет означать либо вообще формирование представления о монашестве как о чем-то в принципе безобразном… Типа системы использования религиозного помешательства манипулирумых несчастных людей другими людьми с корыстными целями. Либо, как минимум, вывод о безнадёжности современного русского монашества – «хоть и возможен социализм, да только где-нибудь не во Франции» (Достоевский, «Зимние заметки о летних впечатлениях», гл.VI).

А я на опыте многих лет общения с монахами и монахинями Русской Церкви знаю, что это не так. И вообще, если организм болен, то как минимум это значит, что он жив.

Причём я знаю не просто о «хороших людях» среди монашествующих, а о плодах их монашеского подвига, о явных духовных дарованиях, среди которых не только чудеса и прозорливость (современного человека чудесами не удивишь – скорее насторожишь), но и подлинно христианская любовь и духовная мудрость. И когда в чьих-то глазах негативно рисуется монашество как таковое, множество светлых подвижников, настоящих христиан, оказываются оболганными. Это печально и больно.

Еще на самом деле очень жаль мать игуменью, которая «проснулась знаменитой» в результате этой публикации. По тексту Марии Кикоть, матушка и так не отличается хорошим здоровьем, а с такой неприятной известностью дай ей Бог не слечь на нервной почве совсем. Даже если и вправду в духовной практике настоятельницы обители много искривлений, хорошо бы выпрямлять их не с такой жестокостью. В деталях и интонациях повествования Марии об игуменье заметна, извините, бабская мстительность. Понятно, что наболело, но всё-таки пожалеть человека можно было бы. Хотя бы не называть прямым текстом монастырь и имя матушки, да и имена других действующих лиц поменять (об этом уже говорил владыка Панкратий). Те, кто в теме, вычислили бы, но хотя бы не столь прицельным было бы внимание общественности к конкретным людям.

«Письмо девяти игумений» написано из лучших побуждений, но это скорее медвежья услуга героям бестселлера, потому что на думающего читателя оно производит эффект, обратный задуманному. Если, размышляя над текстом Марии, поставить задачу написать отповедь от имени обрисованных ей сподвижниц матушки – какой она должна была быть, то именно такой текст и получится: в «Исповеди бывшей послушницы» ВСЁ НЕПРАВДА. Не преувеличения, не недопонимание – а сознательная ложь от начала до конца. И с явной подлой целью. И, конечно, не сама бывшая послушница до этого негодяйства додумалась, а была наущена «антицерковными и богоборческими кругами». Не хватает только догадки, что 30 сребреников ей выплатили во вражеской валюте.

Хорошо, что редакция сохранила орфографию авторов письма – весьма характерно написание слова «Матушка» с заглавной буквы. Тот самый культ личности игумении, о котом пишет Кикоть. Потому что все остальные православные, кроме духовных чад игумении Николаи, с большой буквы слово «Матушка» пишут только применительно к Богородице.

И «приезжайте, сами убедитесь» – не аргумент по той причине, что у Кикоть звучит лейтмотив: приезжающие в монастырь гости всё видят в глянце, а изнанка их взгляду недоступна.

Однако и те, кто принимает текст Кикоть за абсолютно верное и беспристрастное изложение фактов, оказываются в заблуждении. Обиженность и неизбежная в этом случае тенденциозность не могут не влиять отрицательно на достоверность изложения. И понятно возмущение о. Феодора Бородина, только скорее всё-таки Мария не лжёт – она так видит. Но, как в абсолютном большинстве конфликтных ситуаций, истина здесь лежит где-то между точками зрения сторон.

По тому же принципу я предпочитаю позицию посередине между теми, кто поддерживает Марию, и кто негодует на обнародование ею своего мемуара. Да, неприятного много. Но мне, например, чтение было на пользу – хоть о. Федор и поставил мне кол за склонность к греху осуждения. Для меня это был хороший повод подумать о своих ошибках и слабостях – как настоятеля и как духовника. Хотя у приходской общины во многом иная специфика, нежели у монастыря, но и здесь гневливость, тщеславие, властолюбие настоятеля (это я о себе), и отсутствие с его стороны примера жизни «во всяком благочестии и чистоте» для кого-то могут стать причиной сомнений, душевных кризисов, и даже – сохрани Боже – толчком для отхода от православия. Сам-то себя, любимого, я, может, и оправдаю, а вот перед Богом за души тех, для кого я послужил соблазном, отвечать придётся. И никакие ссылки на происки «антицерковных и богоборческих кругов» там, боюсь, не помогут.

Да и приведенный мной в начале эпизод из сложных взаимоотношений моих знакомых, по-христиански разрешившийся благодаря «Исповеди бывшей послушницы», говорит о том, что не только у меня эта публикация вызвала покаянные чувства, а не одно лишь осуждение персонажей.

Теперь, собственно, о монашестве.

Самое главное. Я его – главное – сейчас напишу, и меня со всех сторон закидают испорченными эмоциями и продуктами, но я всё равно напишу.

Это правило, из которого есть множество исключений, но они не отменяют правило, как чудеса Божии не отменяют законов физики, лишь проходя НАД этими законами.

Настоящее монашество возможно только в одном случае: у ног старца. Не просто по благословению старца. А именно у его ног, то есть под постоянным руководством наставника, носителя реального опыта духовной школы.

Только для того, чтобы это утверждение не столь странно звучало, надо слову «старец» вернуть первоначальный смысл, а не современный попсовый имидж в стиле фильма «Остров».

Старец – это христианин, имеющий опыт внутренней молитвы (чаще всего подразумевается молитва Иисусова), способность видеть состояние человеческой души и находить способы помогать ее возрастанию на том же пути, который прошёл он сам. При этом предвидеть будущее, юродствовать и бороться с ИНН совершенно не обязательно.

Мало того – это вовсе не обязательно священник, и не обязательно монах. Хорошо, если старец может, принимая исповедь, прочитать разрешительную молитву. Но дар молитвы и глубокий духовный опыт может иметь и женщина – как в монашестве, так и в игуменском чине, так и без того и другого.

Кстати, именно в Никольском Черноостровском монастыре в 1998 году закончила свой земной путь моя духовная мать, схимонахиня Антония (Кавешникова), воспитанница преподобных Кукши Одесского и Амфилохия Почаевского (отец Амфилохий постригал ее в иночество). Последние месяцы ее жизни были омрачены весьма сложным отношением к ней монастырского начальства, она незадолго до смерти продиктовала совершенно отчаянное письмо об этом моему духовнику… Впрочем, не будем ворошить – матушка в Царстве Небесном давно всех простила.

Без сталкера путь по пространству духовной реальности чреват серьезными опасностями – впрочем, я когда-то об этом писал, да и кто только ни писал об этом.

Причем настоящий монах даже когда сам будет иметь духовных чад, всё равно будет стремиться оказать послушание кому-то духовно старшему, если таковой будет обретаться. Поскольку восхождение по пути смирения и любви не имеет потолка.

И тут самый сложный вопрос – где ж их, этих старцев, взять, и как отличить настоящих от тех, без чьего руководства лучше обойтись.

Простите, я снова, кажется, сейчас кого-то расстрою… Но на вопрос, где искать старцев, мой главный ответ – не в гугле и не в яндексе.

Потому что в отношении тех замечательных людей, которые прославляются в качестве старцев в медиа-пространстве (и упоминаются в тексте Марии Кикоть), у меня слишком много недоумений. Один несколько лет назад перед президентскими выборами зачитывает перед камерой бумажку с политической агиткой под девизом «не надо раскачивать лодку», а теперь освящает памятник государю Ивану IV. Другой гиперпопулярный батюшка снимается в главной роли в документальном фильме «Старец», причем в фильме его духовная дочь – целительница (числившаяся «духовной дочерью» Ванги, пока та не померла) в его же келье занимается экстрасенсорным лечением своего сына, и хозяин кельи, сидя в кресле в схиме, невозмутимо на это взирает… Потом он же благословляет духовного сына, отрекшегося от мира в монашеском постриге, и обручившегося с Престолом в иерейской хиротонии, входить в образ поп-звезды центрального телеканала…

Наверное, это всё хорошо и правильно, раз всякие уважаемые люди благосклонно к этому относятся, но я, в силу своей духовной немощи, не вмещаю ни монашеского подвига с микрофоном на большой сцене, ни «преемства» руководства экстрасенса от бабы Ванги к монастырскому духовнику без отрыва от целительской практики, ни политической активности некоторых афонских подвижников.

Что же остаётся взыскующим монашества? Молиться, чтобы Господь послал руководителя с традиционным пониманием монашества, а не с современным – «продвинутым». И кажется мне, что больше шансов найти таковых в небольших монастырях, не раскрутившихся в медиа-пространстве.

Был один батюшка святой жизни, постриженный в схиму Глинскими преподобными отцами. Незадолго до смерти он указал своему келейнику на одну матушку и сказал «вот это – настоящая старица». Она жива сейчас, наставляет сестёр в не скажу каком монастыре. Ее необыкновенным духовным дарованиям и я свидетель. Но когда я привожу кого-нибудь с собой в ту обитель, и стучусь к матушке – та ворчит «отец Димитрий! Ну что ты ко мне людей возишь! Нет у меня благословения никого принимать под окормление». «Матушка, да мы просто навестить тебя приехали, соскучились» – «а, ну раз просто навестить, тогда ладно». Пусть она и не скажет чего-то особенного, но хоть благословит спутников моих, помолится – у тех и сдвигается жизненный вектор в нужную сторону. А иной раз и скажет что-то такое, что от меня бы они не услышали, а услышали бы – не восприняли.

Я верю, что не одна она такая на всю Россию. Даже не верю, а знаю. Но к тем, кого я знаю, не выстраиваются очереди, о них не пишут в соцсетях, их оберегает Господь от смрада человеческой славы. Однако кому-то Господь благословил идти монашеским путём под их руководством. И я верю, что тем, кто от сердца будет просить Его о даровании наставника, Господь укажет незаметную тропку. Только надо быть готовым не кидаться на первого встречного в уверенности, что именно его Господь послал. Теперь нам проще не влипнуть – есть духовная литература, есть опыт предшествующих лет, в коем множество чужих ошибок – истоптанные кем-то грабли… В том числе и отрицательный опыт Марии Кикоть.

Исключения из правила о необходимости преемства – это те подвижники, которые, не имея соответствующих их уровню наставников, основывали новые школы. Антоний Великий, Сергий Радонежский, Паисий Величковский… Но не стоит кому-то из взыскующих монашества в наше время претендовать на следующее место в этом ряду для своего имени.

И еще одно правило, из которого также могут быть исключения, что также не является поводом это правило игнорировать. Захотелось стать академиком – а закончил ли ты среднюю школу? Многие отмечали, что Мария Кикоть оказалась послушницей, не только не поняв смысла монашества, но и к серьезному воцерковлению не придя. Интересно, а почему это стало понятно только по написанию ей «исповеди», но было сокрыто и от благословлявших ее в монастырь «прозорливых старцев», и от принявшей ее на послушание многоопытной игуменьи?

Для того, чтобы созреть до выбора монашеского пути, необходимо немалый путь пройти в миру. Причём важно, чтобы уже в миру это был путь под духовным руководством, чтобы опыт послушания наставнику – пусть иного уровня, нежели в монастыре, но хотя бы на начальном этапе – формировался у потенциального монаха в его бытность прихожанином.

И вот когда церковная жизнь прихожанина не один год налажена стабильно, и духовные проблемы, если они были, более или менее решены, при этом нет ни семьи, ни потребности в ней, зато есть потребность в более насыщенной духовной жизни, нежели получается в миру – вот тогда есть смысл просить совета наставника о выборе монастыря.

И снова тот же вопрос – где ж их взять, наставников. С этим проще, потому что духовник в миру – это необязательно старец. Хотя не каждый священник соглашается быть чьим-либо духовным отцом, а из тех, кто соглашается, не каждый на самом деле способен понести эту ответственность.

Правда, часто возникает путаница между понятиями «духовник» и «духовный отец». Почти синонимы, да. Однако духовник – это просто священник, которому ты регулярно исповедуешься, и с которым советуешься по каким-то несложным вопросам. Чаще всего какой батюшка есть поблизости, тот и духовник – особенно в сельском приходе. Брать его «в долю» ответственности за собственную жизнь не стоит. Духовный отец – это тот, кто готов вместе с тобой отвечать перед Богом за твой путь. Пусть в миру мы не даем обета послушания, аналогичного монашескому, тем не менее даже в миру духовный отец – это не просто совещательный орган.

Год назад в Псковских Печорах я рассказывал архимандриту Адриану (Кирсанову), что некоторые люди пытались именовать меня духовным отцом, но я и к концу второго десятка лет священства не чувствую в себе опыта, который позволил бы мне взять на себя такую ответственность. И отец Адриан подтвердил: «да, тебе еще рано». Это я к тому, что рассуждать-то о духовном руководстве я могу, но это не значит, что я и есть тот самый наставник, который сейчас возьмет и научит всех духовной жизни на практике.

С архимандритом Адрианом (Кирсановым)

Научить можно только тому, что умеешь сам – Капитан Очевидность не даст соврать. Не сможет научить кого-либо подлинному христианскому смирению тот, кто сам в школе смирения не сдал экзамен. Человек, не стяжавший кротости, может долго топтать достоинство подчинённых, но растоптанное достоинство и евангельская кротость – это разные вещи.

Кстати, есть верный способ определить, права ли Мария Кикоть в оценке игуменьи Николаи или же наговаривает на матушку. Если матушка (помоги ей Господь!) с кротостью переносит искушения, вызванные обнародованием мемуаров Марии, и молится с болью в сердце и о запутавшейся душе беглянки, и о всех, кого могло соблазнить обсуждение публикации – значит, и вправду бывшая послушница возвела напраслину на духовную мать. А если вдруг матушка игуменья звонит или пишет начальствующим с требованиями наказать тех, кто положительно отзывается об «исповеди бывшей послушницы» – стало быть, мы имеем дело с явлением, которое на языке православной аскетики именуется словом прелесть.

Много уже было сказано о том, что, по-хорошему, в монастыре братия должна выбирать и духовника, и игумена. Подпишусь под этим. Сложность современного российского монашества в том, что монастыри в абсолютном большинстве восстанавливаются из руин, либо строятся заново. Понятно, что приоритет в назначении руководителей отводится деловым качествам кандидатов. Надо найти средства (= подход к потенциальным спонсорам), организовать строительные работы… Встречаются удивительные батюшки и матушки, у которых эти качества сочетаются с опытом молитвы и пастырским милосердием. Были бы все игумены и игуменьи такие – расцвел бы на наших глазах золотой век русского монашества.

Еще хороший вариант – когда у начальника хватает смирения доверить духовное руководство братии (или сестер) кому-то более опытному, ограничиваясь осознанием своей важной роли во внешнем созидании. Но совсем плохо, когда начальник искренне верит в то, что с назначением его административную должность на него автоматически нисходит в виде огненных языков благодать старчества. Именно от таких игуменов и игумений, как сказал владыка Панкратий, бежать надо.

А к кому бежать? Хорошо бы искать не просто хороших человеческих качеств в игуменьях и духовниках. Хорошо бы найти учеников тех подвижников, которые сохранили преемство старых духовных школ монашества – Глинских, Почаевских, Валаамских, Псково-Печорских отцов… Их немного, но они есть – и те, кто застал духовных чад настоящих Оптинских старцев, или учеников Ионы Киевского, кто помнит отца Кукшу Величко, отца Севастиана Фомина, отца Симеона Желнина. И не просто помнит, а несет на себе хотя бы отсвет их любви, след их молитвы.

Хочется верить, что ростки настоящего монашества всё-таки пробьют и асафальт скепсиса современного общества, и парадную штукатурку тех обителей, где строительство стен оказалось важнее строительства душ.

И еще хочется Пасхи! Есть прекрасная книга Майи Александровны Кучерской – «Современный патерик». Там – где-то в ласковом свете, где-то в ироничной, а то и в гротескной форме – показан калейдоскоп современной церковной жизни: и утешения Божии, посылаемые через подвижников, и духовные болезни человеческие. Причем болезней явлено изрядно больше, но я бы не стал пенять за это на Майю Александровну. В финале книги все ее герои – и святые, и немощные – оказываются объединены празднованием Пасхи Христовой. Вот бы радость воскресения Господа коснулась бывшей послушницы так, чтобы она пусть и не в монашеской обители, но в любом другом месте пребывала в любви Христовой. И чтобы этим пасхальным лучом Господь даровал всем участникам этой истории взаимное прощение и мир. Дорогие мои! Христос Воскресе!

Советы и наставления схимонахини АНТОНИИ (КАВЕШНИКОВОЙ)

Советы и наставления схимонахини АНТОНИИ (КАВЕШНИКОВОЙ)

  1. С 00 до 03 часов святое небо открыто. Очень ценная молитва в эти часы. После полуночи хорошо класть три великих поклона с молитвой к Спасителю, Матери Божией и Ангелу Хранителю.

2. Схимонахиня Антония благословляла своих духовных чад учить на память молитвы: «Отче наш», «Богородице Дево, радуйся», «Символ веры», 50-й и 90-й псалмы. Советовала читать краткое молитвенное правило прп. Серафима Саровского, и молитву: «Господи, просвети мой ум, успокой мое сердце, помоги мне в жизни, избавь меня от лукавого»

3. Если болеют дети, надо читать 90-й псалом и «Отче наш» по семь раз. Если что-то серьезное, читать надо по двенадцать раз.

4.Если несчастье случилось с человеком, надо читать 90-й псалом.

5. Если неспокойные дети, болезненные, то над спящими надо почитать сорок раз молитву «Богородице Дево, радуйся» и три воскресенья подряд причастить детей Святых Христовых Таин.

6. Когда бывают нечистые помыслы, уныние, тоска, — много раз читать молитву «Богородице Дево, радуйся». Господь непременно ради молитв Божией Матери даст мир душе.

7. Надо только с крестом вкушать пищу. Вот придут времена, будет все отравлено. Но если вы с верой перекрестите, то живы будете. А другой выпьет или съест то же самое, не перекрестив, – умрет.

8. Закрой свой рот получше, на семь замков, как говорят святые отцы, знай свое дело: твори Иисусову молитву, сколько она добра приносит в жизни. Молчание — это ангельская молитва. Она не сравнится с нашей человеческой молитвой. Помалкивай больше и прислушивайся побольше, потому что от нее (ангельской молитвы) помощь во всем! Язык мой — враг мой, оно так и есть. Сколько зла и расстройства приносит он в жизни… Если мы осуждаем ближнего за какой-то грех, значит, он в нас еще живет. Если человек не осуждает, значит, этот грех не касается его. Когда душа чистая, она никогда не станет осуждать. Потому что «не судите, да не судимы будете» (Мф. 7, 1)»

9. Старица советовала ежедневно читать 17 кафизму, говорила: «На мытарствах 17 кафизма будет уже в защите за вас».

10.Схимонахиня считала, что пасхальные свечи дают особую благодать, в частности говорила: «Когда посещаешь больного человека, прочитай молитву за болящего или акафист и обязательно зажги пасхальную (красную) свечу».

11. Слово Божие — пища для души и тела. В обязанности христианина: не лягу спать, если не прочитаю одну главу Евангелия; две главы Посланий, начиная с Деяний Апостолов и кончая Откровением святого Иоанна Богослова; несколько псалмов из Псалтири. И так постепенно будет прочитываться весь Новый Завет и Псалтирь, что и нужно… Надо сделать три закладки и читать подряд, а когда прочитаем все – снова начинать, и так всю жизнь.

12. Многим из приходивших к ней матушка советовала: «Чтобы в каждом доме были иконы Божией Матери «Нерушимая Стена» и Калужская! В доме должен быть святой угол: для святых икон, святой воды, просфор, а располагать иконы по сервантам, стенкам негоже. Может ли быть храм без алтаря или дом без крыши? – Так и семья не должна жить без святого угла.

13. Во время молитвы или в праздничные дни должна гореть лампада, и хорошо зажигать свечу. На дома, где это исполняется, ложится Божия благодать».

14.»Будь лёгкой, отдай все грехи Богу. Все болезни, все печали, все заботы отдай Богу. И будь лёгкой, освободись. Богу известно о тебе. Каждому человеку дано в жизни сыграть свою роль: сыграет – и уходит в жизнь вечную. О чём расстраиваться? Мы же тут не вечные, мы же тут в гостях. А уйдём домой в своё время, все уйдём домой. Господь на земле никого не оставит, всех заберёт к Себе. Душа ведь не умирает. Тело – это костюм, это храм души».

Спаси и сохрани Вас Господь!