Аристоклий афонский московский

Русская Православная Церковь

6 сентября в Москве и Московской епархии отмечается день памяти местночтимого святого — преподобного Аристоклия Афонского (1846-1918).

Старец Аристоклий (в миру — Алексей Алексеевич Амвросиев) родился в Оренбурге в благочестивой крестьянской семье. В раннем детстве Алексей потерял отца.

В десятилетнем возрасте после тяжёлой болезни у мальчика отнялись ноги. Мать Алексея Матрона слёзно молила святителя Николая Чудотворца об исцелении сына, дав обет посвятить сына Богу, а самой, по достижении сыном иноческого возраста, уйти в монастырь.

В день празднования святителя Николая 6 декабря Алексей чудесно исцелился. Когда сыну исполнилось семнадцать лет, Матрона удалилась в монастырь.

В 1876 году, сразу после смерти жены, Алексей Амвросиев отправился на Святую Гору Афон и поступил в Русский Свято-Пантелеимонов монастырь. 11 марта 1880 он был пострижен в мантию с именем Аристоклий, в честь кипрского священномученика Аристоклия Саламинского.

2 декабря 1884 года монах Аристоклий был рукоположен во иеродиакона, а 12 декабря того же года — во иеромонаха. 12 февраля 1886 года иеромонах Аристоклий пострижен в схиму без перемены имени.

В 1887 году отец Аристоклий привозил в Москву масличную ветвь с места усечения св. вмч. Пантелеимона Целителя. С 1891 по 1894 настоятель подворья Афонского Свято-Пантелеимонова монастыря. В те годы подворье размещалось в небольшой городской усадьбе на Большой Полянке — ее в сентябре 1879 года подарила монастырю известная благотворительница Акилина Алексеевна Смирнова.

Несколько лет отец Аристоклий возглавлял подворье и был настоятелем часовни святого великомученика и целителя Пантелеимона. Старец обладал даром исцеления и прозорливости и принимал ежедневно сотни людей, нуждающихся в помощи. Многочисленные пожертвования верующих старец раздавал страждущим, оплачивал обучение детей из бедных семей.

Стараниями отца Аристоклия с 1888 года на подворье начал издаваться журнал «Душеполезный Собеседник», который рассказывал о жизни русских монахов на Святой Горе, знакомил с жизнеописаниями афонских подвижников, с письмами старцев к своим духовным чадам. Благодаря изданию журнала русские монастыри на Афоне стали пополняться новыми послушниками, на щедрые пожертвования россиян восстанавливались пострадавшие от пожаров монастырские постройки, возводились новые храмы.

В 1894 году после ложного доноса старцу пришлось покинуть Москву и вернуться на Афон.

В 1909 году собор духовников Свято-Пантелеимонова монастыря вновь назначил старца Аристоклия настоятелем Афонского подворья, и с 29 ноября 1909 года старец пребывает в Москве. По возвращению старца тысячи людей вновь стали приходить на подворье.

С 1909 по 1918 на подворье были построены два трехэтажных здания. В одном из них разместилась библиотека. Другое было отдано под богоугодные заведения, а на третьем этаже, в одной из угловых комнат, батюшка устроил домовую церковь в честь особо почитаемой и любимой им иконы Божией Матери «Скоропослушница». Храм был освящен уже после смерти старца — 30 сентября 1918 года чин освящения совершил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Тихон.

24 августа/6 сентября 1918 старец почил о Господе.

Отпевали иеросхимонаха Аристоклия три московских владыки: епископ Арсений, епископ Трифон (Туркестанов) и епископ Иоасаф, настоятель Богоявленского монастыря, исполнявший в то время обязанности митрополита Московского.

Первоначально старец Аристоклий был похоронен в мраморном склепе усыпальницы подворья. Однако после революции все монастырские владения подлежали национализации, а домовые церкви — ликвидации. На подворье начались обыски, аресты, конфискации. В январе 1919 года был арестован настоятель Пантелеимоновой часовни иеромонах Макарий. Поэтому духовные чада старца приняли решение о его перезахоронении, и в 1923 году иеросхимонах Аристоклий был перезахоронен на Даниловском кладбище Москвы.

В 2001 году Синодальная комиссия по канонизации святых Русской Православной Церкви, изучив поступившие материалы, сделала заключение, что препятствий для прославления старца иеросхимонаха Аристоклия в лике преподобных как местночтимого московского святого нет.

Летом 2004 на Даниловском кладбище были обретены святые мощи старца.

6 сентября 2004 года старец Аристоклий был прославлен в лике местночтимых святых Москвы и Московской епархии. На Божественной литургии, совершенной Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием II в Успенском соборе Кремля в сослужении митрополита Калужского и Боровского Климента, архиепископов Истринского Арсения, Владимирского Евлогия, Орехово-Зуевского Алексия, епископа Дмитровского Александра, московский старец был причислен к лику преподобных.

За Патриаршим богослужением было оглашено «Определение о канонизации в лике местночтимых святых преподобного Аристоклия (Амвросиева), старца Московского (1846-1918)».

13 ноября 2004 года святые мощи преподобного Аристоклия были перенесены крестным ходом из Свято-Данилова монастыря на Афонское подворье Москвы.

Сейчас мощи преподобного пребывают в храме святого великомученика Никиты на Афонском подворье Москвы.

«Определение о канонизации в лике местночтимых святых преподобного Аристоклия (Амвросиева), старца Московского (1846-1918)»:

В поисках смысла жизни человек многократно обращается к Милосердному Господу с мольбой вразумить его и помочь избежать зла, неудержимо переполняющего суетный мир. Но лишь немногим избранным Господом Богом и истинно Его любящим выпадает труд и счастье возлюбить весь страдающий мир как своего ближнего и как себя самого. Направляемый Промыслом Божиим и сознающий свое предназначение, человек свободно и без понуждения уходит в монастырь ради спасения своей души, а вместе с тем для того, чтобы с теплой молитвою и живою верою в Господа Бога просить Его заступничества за всех страждущих.

С этими чувствами будущий старец Аристоклий прибыл на Святую Гору Афон и поступил в Свято-Пантелеимонов монастырь. Это было время духовного подъема и расцвета русского монашества на Афоне. Пройдя нелегкий послушнический искус под руководством знаменитых афонских старцев игумена Макария (Сушкова) и иеросхимонаха Иеронима (Соломенцева), он принял великий ангельский образ.

Неразрывны узы духовного родства между Святой Афонской Горой и Православной Россией. Войдя в меру возраста духовного, иеросхимонах Аристоклий собором старцев направляется из Удела Божией Матери в Первопрестольный град Москву в качестве настоятеля Афонского подворья, где и воспринял подвиг старчества. Тысячи людей, жаждущих духовного совета, из разных уголков России, самого разнообразного общественного положения, начиная с крестьянина или мещанина и кончая столичным чиновником, устремлялись к старцу, желая видеть живой образ святости, получить ответ на вопрос о том, как спастись.

После блаженной кончины иеросхимонаха Аристоклия, последовавшей в 1918 году, в трудные годы революции, войн и гонений, на его могилу на Даниловском кладбище в большом количестве стекались люди, надеясь на молитвенную помощь угодника Божия в решении различных вопросов и житейских обстоятельств.

И в наше время многие верующие приходили на почитаемую могилу. Нельзя не растрогаться при виде этой веры, надежды, любви и сокрушения. На могиле старца, как и при его жизни, совершались различные чудеса и исцеления.

Синодальная комиссия по канонизации святых, рассмотрев подвижническую жизнь и подвиг благочестия иеросхимонаха Аристоклия, не нашла препятствий к прославлению его в лике местночтимых святых.

Настоящим определяем:

1. Причислить к лику преподобных для местного церковного почитания в городе Москве и Московской епархии иеросхимонаха Аристоклия, старца Московского.

2. Честные останки преподобного Аристоклия, старца Московского, отныне именовать святыми мощами и воздавать им должное поклонение.

3. Память преподобного Аристоклия, старца Московского, совершать в день его представления — 24 августа ст.ст./6 сентября н.ст.

4. Службу новопрославленному преподобному Аристоклию, старцу Московскому, составить особую, а до времени составления таковой отправлять общую по чину преподобного.

5. Писать новопрославленному преподобному Аристоклию, старцу Московскому, икону для поклонения, согласно Определению VII Вселенского Собора.

6. Напечатать Житие преподобного Аристоклия, старца Московского, для назидания в благочестии чад церковных.

7. Настоящее Определение Наше довести до сведения клириков и верующих православных приходов и обителей города Москвы и Московской епархии.

+Алексий, Патриарх Московский и всея Руси

Старец Аристоклий Афонский

(1838–1918)

Старец Аристоклий родился на Урале в благочестивой крестьянской семье, предположительно в 1838 году, при крещении был назван Алексеем. Отца Алексей потерял в раннем детстве. В десятилетнем возрасте после тяжёлой болезни у него отнялись ноги. Матушка Алексея, Матрона, долго слёзно молила святителя Николая о предстательстве пред Господом об исцелении сына, в те дни дала обет уйти в монастырь, как только сын войдет в иноческий возраст, и в этой жизни с ним больше не встречаться. В день празднования Церковью святителя Николая, 6/19 декабря произошло чудесное исцеление Алексея. Когда сыну исполнилось семнадцать лет, Матрона удалилась в монастырь, а Алексей по благословению матери отправился на Святую Гору Афон. При постриге послушнику Алексею было дано имя Аристоклий, в честь Кипрского священномученика пресвитера Аристоклия Саламинского. Более четверти века подвизался иеромонах Аристоклий в русском Свято-Пантелеймоновом монастыре на Святой Горе, а в середине 1880-х годов был направлен в Москву на подворье Афонского Свято-Пантелеимонова монастыря, расположенное на Большой Полянке. Десять лет он возглавлял подворье и был настоятелем часовни святого великомученика Пантелеймона. Люди тянулись к доброму пастырю, по молитвам которого совершались чудесные исцеления больных. Старец вразумлял, наставлял, молился за своих чад, всей душой желая им спасения. Слухи о прозорливом старце быстро разлетелись по столице. Сотни людей нуждающихся в молитвенной помощи старца ежедневно бывали на подворье афонского монастыря. Многочисленные пожертвования верующих старец отдавал нуждающимся людям: оплачивал обучение детей из неимущих семей, устраивал жизнь многих людей. Благодаря стараниям старца на Афонском подворье с 1888 года начал издаваться журнал “Душеполезный Собеседник”, который рассказывал о жизни русских монахов на святом острове, знакомил с жизнеописаниями афонских подвижников, с письмами старцев к своим духовным чадам, мудрыми мыслями святых отцов. Благодаря его просветительской деятельности русские монастыри на Афоне стали пополняться новыми молитвенниками за землю Русскую. На щедрые пожертвования россиян восстанавливались пострадавшие от пожаров постройки старинных монастырей, возводились новые храмы в честь почитаемых на Руси святых. Однако в 1894 году после ложного доноса старцу пришлось покинуть Москву и вернуться в родную обитель.

Только из сообщений “Душеполезного Собеседника” духовные дети старца могли узнать о жизни духовного отца. В выпусках журнала сообщалось, что отца Аристоклия избрали казначеем и духовником монастыря, а в 1909 году имя иеросхимонаха Аристоклия (к тому времени принявшего схиму) стояло первым в списке кандидатов в наместники настоятеля монастыря.

Пятнадцать лет духовные чада старца посылали письма в Синод и на Афон, в которых умоляли вернуть им любимого пастыря. Наконец собор духовников Свято-Пантелеимонова монастыря вновь назначил старца Аристоклия настоятелем подворья Афонского Свято-Пантелеимонова монастыря в Москве.

В семидесятилетнем возрасте старцу предстояло вернуться в Россию. К тому времени он страдал от многочисленных болезней и нуждался в преданном ему помощнике.

В последние годы своего пребывания в обители он сблизился с послушником Ипатием Ставровым. По просьбе старца Аристоклия послушника Ипатия постригли в монахи с именем Исаия, рукоположили и благословили помогать старцу в Москве. Отец Исаия (будущий знаменитый старец Исаия) стал не только келейником старца, но и секретарем, незаменимым помощником во всех делах подворья.

После отъезда старца в 1894 на Афон приход уменьшился, и казна опустела, не на что было ремонтировать здания.

По возвращению старца тысячи людей вновь стали приходить в часовню. С 1909 по 1918 на подворье Афонского Свято-Пантелеимонова монастыря выросли два трехэтажных здания: одно для книг, в другом же разместились монастырские службы и богоугодные заведения, а на третьем этаже в одной из угловых комнат батюшка устроил домовую церковь в честь особо почитаемой и любимой им иконы Божией Матери “Скоропослушницы”.

Земная жизнь старца закончилась 26 августа / 8 сентября 1918 года, в день Сретения Владимирской иконы Пресвятой Богородицы.

Отпевали иеросхимонаха Аристоклия три московских владыки: епископ Арсений, епископ Трифон (Туркестанов) и епископ Иоасаф, настоятель Богоявленского монастыря, исполнявший в то время обязанности митрополита Московского.

Первоначально старец Аристоклий был похоронен в мраморном склепе усыпальницы подворья. Однако после революции все монастырские владения подлежали национализации, а домовые церкви – ликвидации. На подворье начались обыски, аресты, конфискации. В январе 1919 года был арестован настоятель Пантелеимоновой часовни иеромонах Макарий, а в 1921 году – иеромонах Феофан… Поэтому духовные чада старца в 1922 году приняли решение о его перезахоронении. Хоронили тихо, чтобы не привлекать внимания властей. Монахи вынесли гроб с нетленным телом иеросхимонаха Аристоклия из усыпальницы, погрузили на телегу и повезли на Даниловское кладбище. Очевидцы рассказывали, что голуби, которых старец при жизни любил кормить, слетелись со всех сторон и, кружась, образовали в небе живой крест. До самой могилы живой голубиный крест сопровождал старца.

Следует отметить, что незадолго до смерти иеросхимонаха Аристоклия, одна из духовных его дочерей А.П. Солнцева, проживающая в Духовском переулке, рядом с Даниловским кладбищем, пригласила старца в гости. Старец ласково ответил на приглашение: “Чадо мое возлюбленное, скоро, скоро я к тебе приду. Приду навсегда”. Вскоре батюшка умер, так и не побывав у нее в гостях, женщина недоумевала. А через четыре года после смерти старца (в 1922 году) женщина, случайно встретив похоронную процессию недалеко от своего дома, узнав, что хоронят старца Аристоклия, вспомнила о пророчестве духовного отца.

Из воспоминаний Матушки Варвары (Цветковой): “По молитвам афонского старца Божия Аристоклия в Пантелеймоновой часовне на Никольской совершалось много чудес, исцелений больных и несчастных одержимых. Батюшка принимал на Большой Полянке в Афонском подворье, бесконечных посетителей, жаждавших его духовных советов и руководства. Батюшка всегда утешал нас, молился и говорил, что будет. Однажды, когда и брат, и отец находились на Лубянке, и не было никакой надежды на то, что выйдут они оттуда живыми, и мне было невыносимо тяжело, батюшка вдруг весело сказал:

– А вы уедете в другие страны, и открыто.

Я просто оторопела:

– Да ведь нет никакой возможности!

– А вам будет.

Говорил он об этом в 1918 году, незадолго до своей смерти, а случилось все по его слову в 1922 году: брат неожиданно и необъяснимо вышел из тюрьмы с предписанием высылки за границу, через несколько дней отца отпустили без всякой видимой причины, и нас отправили в Германию. Воистину это было для нас чудом. Дорогого батюшки с нами уже не было. Я часто с болью вспоминала, как за 10 дней до его кончины я была у него, и он как-то особенно тепло меня благословил: “Прощай, чадушко, прощай…” Помню, как-то в разговоре о судьбе России после революции, я ему сказала, что надеюсь на Белую Армию, которая тогда образовалась. “Нет, не надейся, – сказал батюшка, – потому что дух не тот”. Спрашивала я его о войне, которая тогда еще не закончилась, а он ответил: “А еще и другая будет… И ты узнаешь о ней в той стране, где будешь тогда… Что оружие немецкое бряцает на границе России”. Так и случилось, в Иерусалиме мы именно эти слова и прочитали. Конечно, по-английски. Батюшка дальше сказал так: “Только ты не радуйся еще. Многие русские подумают, что немцы избавят Россию от большевистской власти, но это не так. Немцы, правда, войдут в Россию и много что сделают, но они уйдут, так как еще не время будет спасения. Это будет потом, потом…” Помню, еще раньше он говорил, что я не доживу до этого времени. А Россия еще будет спасена. Много страданий, много мучений предстоит. Вся Россия сделается тюрьмой, говорил он, и надо будет умолять Господа о прощении. Каяться в грехах, и бояться творить и малейший грех. Надо всеми силами стараться творить добро, хотя бы самое малое: “Ведь и крыло мухи имеет вес, – говорил батюшка, – а у Бога весы точные. И когда малейшее на чаше добра перевесит, тогда и явит Бог милость Свою над Россией”.

Из воспоминаний монахини Евфимии:

-У мамаши моей очень болела рука уже несколько лет. И каких только лекарств мы ни испробовали, и к каким докторам ни обращались, но боль не унималась. Я говорю раз: “Поедем к старцу, он поможет”.

Поехали утром. Старец был не совсем здоров и находился в келье. Он с такой любовью принял нас! А сам как-то все улыбался, сидел он не на своем месте, а как бы кого дожидаясь. Благословил нас и стал разговаривать. Взял руку, стал ее тереть. Я сняла с нее кофту, он все продолжал тереть руку, а сам улыбался, точно для нас у него было нечто утешительное, и он не мог от удовольствия не улыбаться. Потом оставил матушкину руку, дал просфорочку, помазал маслом и так, радуясь, отпустил. С тех пор болей не было. Думаю, мой старец и радовался, зная, что за его молитвы Господь исцелил мою мамашу.

А как батюшка утешал меня своими беседами! Бывало, скажет: “Ах, чадо мое возлюбленное, если бы ты знала, как хочется мне спасти вас! Все бы претерпел ради вас, пусть Господь вас спасет! Только бы вас к Нему привести! Только бы вы спаслись, нет у меня большей заботы, как только привести вас ко Господу, и нет серьезнее дела на земле, как спасение души…” Батюшка всегда радовался, когда видел усердие наше, детей духовных, друг ко другу или к другим. У него была необычайная благодарность за малейшее участие со стороны другого. Удивительно он любил детей. И всегда – всегда его окружали дети, были такие приверженные к нему, что никак не хотели уходить от своего батюшки…

Бывало, старец идет из кельи двором, а уж народ его ожидает, он всех благословит, затем ему подадут ящик небольшой с кормом для голубей, и батюшка с молитвой им насыплет и благословит. И так каждое утро, а голуби – где только не усядутся, дожидаясь его. Потом старец входил черным ходом, и дети его уже ждали вместе со старшими, с парадного же впускались только взрослые. Сперва он принимал всех с детьми, а потом шел в большую комнату, всю заставленную иконами, наподобие часовни, для общего благословения. Батюшка изнемогал от народа, бывали дни, когда он принимал не одну тысячу человек.

Старец Исаия был очевидцем воскрешения по молитвам старца Аристоклия мертвой девочки, об этом он сам рассказал после смерти старца Аристоклия старцу Даниилу из Донского монастыря. Однажды к старцу Аристоклию пришла женщина, неся на руках мертвую девочку. Она рассказала, что приехали они из Рязани, так как были наслышаны о чудесах старца. Она везла ему свою больную доченьку в надежде, что батюшка исцелит ее. Но в дороге девочка скончалась. И теперь мать умоляла старца оживить дитя. Она не сомневалась в силе молитвенного предстательства старца пред Господом и с верою ждала от батюшки чуда. И чудо свершилось: по молитвам старца Аристоклия девочка ожила и исцелилась от болезни. Мать прижимала к себе ожившую дочку и не могла найти слов благодарности, а лишь повторяла: “Дай Бог вам здоровья, батюшка, дай Бог вам здоровья!”

Господи, молитвами старца Аристоклия, спаси нас!

Старец Аристоклий, его пророчества и его духовные дочери

Преподобный Аристоклий Московский – один из самых любимых москвичами святых. Его мощи были 15 лет назад обретены на Даниловском кладбище и из Данилова монастыря перенесены на Афонское подворье в Москве (ул. Гончарная, 6), где ныне и почивают.

Епископ Солнечногорский Алексий (Поликарпов), наместник Данилова монастыря, рассказывает про известные ему изустные предания об общении с иеросхимонахом Аристоклием, о его благословениях, чудесах и пророчествах.

Преподобный Аристоклий Московский

– Я знал одну монахиню, в юности она общалась со старцем Аристоклием. Это было уже в предреволюционные годы, а она думала о монастыре. Такая мать Пантелеимона, пострижена была уже перед смертью. Рассказывала про себя, что она была дочерью владельца бахромной мастерской, жили они на Икше, около Дмитрова. Родители ей предлагают встретиться с каким-то молодым человеком, а она про себя рассуждает: а вдруг я с ним познакомлюсь да влюблюсь? Решила все-таки сначала пойти к старцу, испросить благословения на монастырь. Иеросхимонах Аристоклий принимал в большой комнате Московского подворья Афонского Свято-Пантелеимонова монастыря, которое до революции находилось на улице Полянка. У него болели ноги, он сидел. А народ подходил по очереди, на коленочки около него вставал. И вот мать Пантелеимона, тогда еще, до пострига, Евдокия, рассказывает: передо мной подошла девушка, вся такая в темненьком, спрашивает у батюшки благословение в монастырь.

Он говорит:

– Нет, тебе не надо, не надо.

Она все равно просится.

– Не надо тебе! – он так сердито стал говорить. – Поживешь там 3–4 месяца и уйдешь из монастыря, только обитель опозоришь. Не надо!

А я, говорит, стою дрожу: что сейчас он мне скажет? Может быть, то же самое…

– Можно тебе, – говорит ей, – в монастырь идти. Только не в городской.

Перенесение мощей преподобного Аристоклия в 2004 году

Она и пошла – был такой монастырь в Филимонках, это в Одинцовском районе. Вот как старцы могли видеть судьбы человеческие. Потом, она рассказывала, обитель эту у них закрыли. Сестры жили по квартирам в разных местах. Она перешла в Спасо-Влахернский монастырь. Он сейчас тоже восстановлен. А тогда и его закрыли. На станцию «Турист» привели сначала одну монахиню Агриппину, а она и говорит:

– Да что я тут буду делать одна?

– Да не будешь одна! – отвечают ей.

«Лесины» падали, но ни одну «монашечку» не задавило. Хотя среди мирских заключенных были несчастные случаи

И действительно, всех сестер туда собрали. Отправили их на Север, куда-то под Архангельск, в район Плесецка. Лес валить. А там, мать Пантелеимона рассказывала, «лесины» падали, но ни одну «монашечку» не задавило. Хотя среди мирских заключенных были несчастные случаи.

Еще рассказывала, что привели их в первый день в лагерный барак, а там на одной стороне – «религиозники», а на другой – уголовницы, а матери Пантелеимоне (тогда еще Евдокии) «со своими» места не хватило, и она разместилась среди противоположного контингента. Матушка очень благотворно на соседку-зэка влияла – могла ее усмирить, когда та разойдется да за нож схватится, все к матушке бегут: «Уйми там свою, Евдокия!»

Потом, вернувшись из ссылки, мать Пантелеимона жила в коммунальной квартире, кажется, соседи против нее вооружались, но она такой же любовью и снисхождением всех примиряла, так что после, когда их расселяли, те о ней даже плакали, как о доброй родственнице…

А в лагере матери Пантелеимоне трудно было на лесоповале, у нее был больной позвоночник. Они с одной сестрой пошли к заключенному там же владыке Евсевию Кронштадтскому проситься на медсестер учиться, чтобы их освободили от тяжелых работ. Тот и говорит:

– Медсестрой – нет! Сестрой милосердия! – и благословил их.

Вот она там, в лагере, и выучилась элементарным медицинским навыкам. Потом вернулась из лагеря и в Дмитровской больнице еще много лет прослужила старшей медсестрой. Перед смертью была пострижена. Такая тихая, смиренная была. У нее все спрашивали: «Матушка, а что же вы не постриглись…» – «Так никто не предлагал», – кротко отвечала она.

Епископ Солнечногорский Алексий (Поликарпов)

А сам преподобный Аристоклий до пострига жил мещанином в Оренбурге. Был женат. После смерти жены отправился на Афон, в Пантелеимонов монастырь. Принял постриг с именем Аристоклий. Тогда из монастыря братию в Москву на послушания отправляли. Он много потрудился для блага обители и людей. Привозил святыни со Святой Горы больным и бедствующим. Множество народа исцелил. После встречи с духоносным старцем люди уже не теряли с ним связи. Он вел постоянную переписку. Много трудился в молитве на поприще духовного окормления. Страждущих исцелял. Чудес много творил. Ни одну сотню людей исцелил.

Одна духовная дочь отца Аристоклия тяжело заболела. У нее были парализованы ноги. Тогда старец пришел к ней, чтобы навестить и утешить. Пробыв у нее некоторое время и собираясь уже уходить, он благословил ее и сказал:

Только старец вышел за дверь, как эта раба Божия почувствовала в ногах своих силу и встала

– Ну что же, чадушка моя любимая, мне пора уже уходить. Ты не унывай, а молись и благодари Господа. Я пойду, и когда буду выходить, ты подойди к окошечку и помаши мне ручкой. И я помашу тебе.

Духовная дочь очень смутилась и говорит ему:

– Батюшка, я же не могу встать, а вы говорите: подойди и помаши.

Старец улыбнулся и говорит:

– Ничего-ничего, помаши.

Только старец вышел за дверь, как эта раба Божия почувствовала в ногах своих силу и встала. Сама себе не веря, подошла к окну, и в это время он как раз из дверей на улицу вышел – и, повернувшись, помахал ей рукой, и она ему.

А еще одна духовная дочь старца говорила, что она ходила к отцу Аристоклию в предреволюционные годы и однажды спросила о судьбах России. Он ответил, что большевики победят, потом будет большой башмак, придет и уйдет, а потом, говорил, придут с косичками.

Кто такие «придут с косичками»?

Архимандрит Никон (Смирнов) Как можно понимать пророчество преподобного Аристоклия Афонского, мы спросили у архимандрита Никона (Смирнова), многие годы бывшего настоятелем Афонского подворья в Москве, где мощи преподобного почивают:

– Я думаю, что под этими пришельцами «с косичками» можно подразумевать мирских людей с их либеральными настроениями: когда мужчины ходят неподстриженные, как женщины, с длинными волосами. Вот идет некто такой, со спины смотришь и не знаешь: то ли мужчина это, то ли женщина… Мужчины носят серьги, женщины облюбовали брюки. На маленьких девочек в 3–4 годика уже джинсы напяливают. Такое размывание Богом установленных границ – это очень тревожный признак. Почему?

Все начинается с малого, а потом нация вырождается, однополые браки признаются на законодательном уровне, а если эта мерзость становится легитимной, значит, уже нет критериев различения добра и зла, все дозволено! Общество не может жить без этики и морали. Все это смешение – бунт против законодательства, записанного еще Моисеем под диктовку Самого Бога: «Мерзок пред Господом Богом твоим всякий делающий сие» (Втор. 22, 5). Эта волна сейчас захлестывает страны Евросоюза, но протесты есть и там.

В нашей же стране Господь все-таки сменил гнев на милость. Сейчас даже внешне изменения очевидны. Дорога в храм Божий открыта и беспрепятственна. Также и в монастыри – тем, кто желает, можно идти подвизаться, спасаться. Уже никаких искусственно творимых властями ограничений нет. Я думаю, что эти изменения свидетельствуют о том, что с нами Бог, Он принимает нас, идет нам навстречу. Вопрос в том: идем ли мы навстречу Господу?