Елизавета и инокиня Варвара

Преподобномученица Великая княгиня Елисавета и инокиня Варвара


Преподобномученицы Варвара и Елисавета Алапаевские

Преподобномученица Великая княгиня Елисавета родилась 20 октября 1864 года в протестантской семье Великого герцога Гессен-Дармштадтского Людвига IV и принцессы Алисы, дочери английской королевы Виктории. В 1884 году она вышла замуж за Великого князя Сергея Александровича, брата Императора Российского Александра III.

Видя глубокую веру своего супруга, Великая княгиня всем сердцем искала ответ на вопрос — какая же религия истинна? Она горячо молилась и просила Господа открыть ей Свою волю. 13 апреля 1891 года, в Лазареву субботу, над Елисаветой Феодоровной был совершен чин принятия в Православную Церковь. В том же году Великий князь Сергей Александрович был назначен генерал-губернатором Москвы.

Посещая храмы, больницы, детские приюты, дома для престарелых и тюрьмы, Великая княгиня видела много страданий. И везде она старалась сделать что-либо для их облегчения.

После начала в 1904 году русско-японской войны Елисавета Феодоровна во многом помогала фронту, русским воинам. Трудилась она до полного изнеможения.

5 февраля 1905 года произошло страшное событие, изменившее всю жизнь Елисаветы Феодоровны. От взрыва бомбы революционера-террориста погиб Великий князь Сергей Александрович. Бросившаяся к месту взрыва Елисавета Феодоровна увидела картину, по своему ужасу превосходившую человеческое воображение. Молча, без крика и слез, стоя на коленях в снегу, она начала собирать и класть на носилки части тела горячо любимого и живого еще несколько минут назад мужа.

В час тяжелого испытания Елисавета Феодоровна просила помощи и утешения у Бога. На следующий день она причастилась Святых Тайн в храме Чудова монастыря, где стоял гроб супруга. На третий день после гибели мужа Елисавета Феодоровна поехала в тюрьму к убийце. Она не испытывала к нему ненависти. Великая княгиня хотела, чтобы он раскаялся в своем ужасном преступлении и молил Господа о прощении. Она даже подала Государю прошение о помиловании убийцы.

Елисавета Феодоровна решила посвятить свою жизнь Господу через служение людям и создать в Москве обитель труда, милосердия и молитвы. Она купила на улице Большая Ордынка участок земли с четырьмя домами и обширным садом. В обители, которая была названа Марфо-Мариинской в честь святых сестер Марфы и Марии, были созданы два храма — Марфо-Мариинский и Покровский, больница, считавшаяся впоследствии лучшей в Москве, и аптека, в которой лекарства отпускались бедным бесплатно, детский приют и школа. Вне стен обители был устроен дом-больница для женщин, больных туберкулезом.

10 февраля 1909 года обитель начала свою деятельность. 9 апреля 1910 года за всенощным бдением епископ Дмитровский Трифон (Туркестанов; + 1934) по чину, разработанному Святейшим Синодом, посвятил насельниц в звание крестовых сестер любви и милосердия. Сестры дали обет, по примеру инокинь, проводить девственную жизнь в труде и молитве. На следующий день за Божественной литургией святитель Владимир, митрополит Московский и Коломенский, возложил на сестер восьмиконечные кипарисовые кресты, а Елисавету Феодоровну возвел в сан настоятельницы обители. Великая княгиня сказала в тот день: «Я оставляю блестящий мир …но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир — в мир бедных и страдающих».

В Марфо-Мариинской обители Великая княгиня Елисавета Феодоровна вела подвижническую жизнь: спала на деревянной кровати без матраса, часто не более трех часов; пищу употребляла весьма умеренно и строго соблюдала посты; в полночь вставала на молитву, а потом обходила все палаты больницы, нередко до рассвета оставаясь у постели тяжелобольного. Она говорила сестрам обители: «Не страшно ли, что мы из ложной гуманности стараемся усыплять таких страдальцев надеждой на их мнимое выздоровление. Мы оказали бы им лучшую услугу, если бы заранее приготовили их к христианскому переходу в вечность». Без благословения духовника обители протоиерея Митрофана Серебрянского и без советов старцев Оптиной Введенской пустыни, других монастырей она ничего не предпринимала. За полное послушание старцу она получила от Бога внутреннее утешение и стяжала мир в своей душе.

С начала первой мировой войны Великая княгиня организовала помощь фронту. Под ее руководством формировались санитарные поезда, устраивались склады лекарств и снаряжения, отправлялись на фронт походные церкви.

Отречение Императора Николая II от престола явилось большим ударом для Елисаветы Феодоровны. Душа ее была потрясена, она не могла говорить без слез. Елисавета Феодоровна видела, в какую пропасть летела Россия, и горько плакала о русском народе, о дорогой ей царской семье.

В ее письмах того времени есть следующие слова: «Я испытывала такую глубокую жалость к России и ее детям, которые в настоящее время не знают, что творят. Разве это не больной ребенок, которого мы любим во сто раз больше во время его болезни, чем когда он весел и здоров? Хотелось бы понести его страдания, помочь ему. Святая Россия не может погибнуть. Но Великой России, увы, больше нет. Мы… должны устремить свои мысли к Небесному Царствию… и сказать с покорностью: «Да будет воля Твоя».

Великую княгиню Елисавету Феодоровну арестовали на третий день святой Пасхи 1918 года, в Светлый вторник. В тот день святитель Тихон служил молебен в обители.

С ней разрешили поехать сестрам обители Варваре Яковлевой и Екатерине Янышевой. Их привезли в сибирский город Алапаевск 20 мая 1918 года. Сюда же были доставлены Великий князь Сергей Михайлович и его секретарь Феодор Михайлович Ремез, Великие князья Иоанн, Константин и Игорь Константиновичи и князь Владимир Палей. Спутниц Елисаветы Феодоровны отправили в Екатеринбург и там отпустили на свободу. Но сестра Варвара добилась, чтобы ее оставили при Великой княгине.

5(18) июля 1918 года узников ночью повезли в направлении деревни Синячихи. За городом, на заброшенном руднике, и совершилось кровавое преступление. С площадной руганью, избивая мучеников прикладами винтовок, палачи стали бросать их в шахту. Первой столкнули Великую княгиню Елисавету. Она крестилась и громко молилась: «Господи, прости им, не знают, что делают!».

Елисавета Феодоровна и князь Иоанн упали не на дно шахты, а на выступ, находящийся на глубине 15 метров. Сильно израненная, она оторвала от своего апостольника часть ткани и сделала перевязку князю Иоанну, чтобы облегчить его страдания. Крестьянин, случайно оказавшийся неподалеку от шахты, слышал, как в глубине шахты звучала Херувимская песнь — это пели мученики.

Несколько месяцев спустя армия адмирала Александра Васильевича Колчака заняла Екатеринбург, тела мучеников были извлечены из шахты. У преподобномучениц Елисаветы и Варвары и у Великого князя Иоанна пальцы были сложены для крестного знамения.

При отступлении Белой армии гробы с мощами преподобномучениц в 1920 году были доставлены в Иерусалим. В настоящее время их мощи почивают в храме равноапостольной Марии Магдалины у подножия Елеонской горы.

Преподобномученица инокиня Варвара была крестовой сестрой и одной из первых насельниц Марфо-Мариинской обители в Москве. Будучи келейницей и сестрой, самой близкой к Великой княгине Елисавете Феодоровне, она не превозносилась и не гордилась этим, а была со всеми добра, ласкова и обходительна, и все любили ее. В Екатеринбурге сестру Варвару отпустили на свободу, но и она, и другая сестра — Екатерина Янышева просили вернуть их в Алапаевск. В ответ на запугивания Варвара сказала, что готова разделить судьбу своей матушки-настоятельницы. Как более старшую по возрасту, в Алапаевск вернули ее. Варвара была убита вместе с другими Алапаевскими мучениками.

Память преподобномучениц Великой княгини Елисаветы и инокини Варвары совершается 5 (18) июля и в день Собора новомучеников и исповедников Российских.

Святые преподобномученицы Великая Княгиня Елизавета и инокиня Варвара

Память — 18 июля

18 июля 1918 г. по особому распоряжению Уралсовета в уездный город Алапаевск тайно были привезены близкие родственники императора Николая II: Великий Князь Сергей Михайлович, Великая Княгиня Елизавета Феодоровна, Князья Императорской крови, родные братья Константиновичи — Иоанн, Константин, Игорь, Князь Владимир Павлович Палей. Причина высылки Князей из Петрограда (путь лежал через Вятку, Пермь, Екатеринбург) была указана в выданных им удостоверениях, как лицам, не совершавших политических преступлений, но в «целях предупреждения и пресечения». На их долю выпали гонения, клевета, лишения, лютая жестокость мучителей. Алапаевское заточение стало для узников последним местом земной жизни.

Великая Княгиня Елизавета Феодоровна родилась в благочестивой семье от брака Великого Герцога Гессен-Дармштадтского Людвига IV и принцессы Алисы, дочери Английской Королевы Виктории, 1 ноября 1864 года (20 октября ст. ст.). У герцогской четы было пятеро дочерей и два сына. Все дети воспитывались в традициях старой Англии. Их мать принцесса Алиса старалась привить детям качества, основанные на глубоких принципах христианства. Одежда и еда были простыми, дети выполняли домашнюю работу, убирали комнаты. Герцогская чета раздала большую часть своего состояния на благотворительные нужды. Ими были посещаемы госпиталя, приюты, дома для инвалидов, куда часто ходили и дети. Одним из главных качеств принцессы Эллы (так звали в детстве Великую Княгиню) была высокая религиозность и любовь к ближнему.

Выйдя замуж за российского Великого Князя Сергея Александровича (Великий Князь с 1891 г. занимал пост генерала — губернатора Москвы и погиб от рук террориста Каляева 4 февраля 1905 г.), она всем сердцем приняла Россию, православную веру. Ее знал весь мир как великую женщину любви, принесшую на алтарь страждущего человечества не только честь и славу, но и все свое состояние, все часы своей жизни. Святая преподобномученица Елизавета ставила во главу своей жизни и всех дел любовь. Эта любовь трудное для нее делала легким и удобным, служение страждущему человечеству привлекательным, прощение врагам возможным.

В 1891 году в Лазареву Субботу над ней был совершен чин принятия в Православную Церковь через Таинство Миропомазания с оставлением прежнего имени, но уже не в честь католической святой Елизаветы Тюрингенской, а в честь святой праведной Елизаветы, матери святого Иоанна Предтечи. Император Александр III благословил свою невестку драгоценной иконой Нерукотворного Спаса, с которой Елизавета Феодоровна и приняла мученическую смерть.

Дела благотворительности были для нее настоящей жизненной потребностью. Учредителем и попечителем ряда благотворительных организаций и комитетов стала она в Санкт — Петербурге и Москве. Во время русско — японской войны Великая Княгиня Елизавета Феодоровна устроила в Московском кремле мастерские, где шили перевязочный материал, теплую одежду, собирали медикаменты, продовольствие для солдат, посылки с образками, снаряжали походные церкви. Было сформировано несколько санитарных поездов, открыт госпиталь в Москве, оказывалась помощь солдатским вдовам и сиротам.

5 февраля 1905 года произошло страшное событие, изменившее всю жизнь Елизаветы Феодоровны. От взрыва бомбы революционера — террориста Каляева погиб любимый супруг ее — Великий Князь Сергей Александрович. Каждый наслышан о великом мужестве Княгини, когда она своими руками собирала куски тела своего мужа. Позднее она нашла в себе силы, сняв траур, и надев то же самое голубое платье, что было на ней во время покушения, отправиться навестить умирающего кучера, 25 лет прослужившего Великому Князю.

После смерти мужа Великую Княгиню Елизавету больше ничего не связывало со светской жизнью. Привитые ей с детства любовь и сострадание к ближним привели ее к созданию в Москве обители любви и милосердия во имя святых жен — мироносиц Марфы и Марии.

Когда Великую Княгиню возводили в сан настоятельницы (в 1910 году), она сказала: «Я оставляю блестящий мир… Но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир — в мир бедных и страдающих».

При Марфо-Мариинской обители была устроена больница, амбулатория, аптека, приют для девочек — сирот, воскресная школа, библиотека, столовая для бедных, два храма.

Великая Княгиня Елизавета с 1910г. была настоятельницей созданной ею обители. Наряду с сестрами Вел. Княгиня сиделкой проводила бессонные ночи у постели тяжелобольных, ассистировала при операциях, посещала московские трущобы. Подвижническая жизнь и деятельность созданной ею обители снискала у русского народа уважение к этой светлой женщине, ее при жизни почитали святой.

Гонимые в родной земле, не покинувшие своего Отечества, Романовы стали заложниками октябрьского политического переворота 1917 г. и разразившейся в России гражданской войны. На третий день святой Пасхи 1918 года в день Иверской иконы Божьей Матери большевики арестовали Великую Княгиню Елизавету и увезли ее в г. Пермь. С ней разрешили ехать только двум сестрам — Варваре и Екатерине. Конвоиры обращались с ней грубо — с ней, такой милосердной к ближним! В Перми их поместили в женский монастырь. По дороге в Алапаевск они находились в Екатеринбурге несколько дней, но где именно, пока неизвестно.

Весной 1918 года в Екатеринбург привезены и помещены были в грязной гостинице Великий Князь Сергей Михайлович с секретарем Федором Михайловичем Ремезом, три брата, сыновья Великого Князя Константина Константиновича, — Иоанн, Константин, Игорь и Князь Владимир Палей.

20 мая Великая Княгиня Елизавета Феодоровна и остальные узники были привезены в г. Алапаевск и помещены в Напольной школе на краю города. Сначала они пользовались относительной свободой, работали на школьном дворе, разбили огородик, посадили цветы, ходили в храм, гуляли в поле около школы; жили в большой дружбе и любви.

Контроль за Романовыми проявляли члены большевистского Совета, чекисты, комиссары и красногвардейцы. С середины июня для узников ужесточился тюремный режим. В комнатах Князей проводили ночные обыски, изъяли личные вещи, оставив только смену белья, документы. У каждого из Князей при себе были нательные крестики, иконки, самое дорогое, что осталось при них, молитвословы, акафисты и еще фотографии, напоминавшие им о родных.

Сестер Варвару и Екатерину перевезли в Екатеринбург и предложили идти на свободу, но сестры умоляли оставить их при Матушке. Келейница ее Варвара сказала, что готова даже дать подписку кровью, что желает разделить судьбу с Великой Княгиней. Она была отправлена обратно в Алапаевск.

В ночь с 17 на 18 июля узников вывезли на конных повозках к заброшенной Нижне — Селимской шахте, что находилась в 12-ти верстах от города. Здесь было совершено убийство. Князья были сброшены живыми в шахту. Великий Князь Сергей Михайлович, оказавший сопротивление, был убит выстрелом из револьвера. Шахту забросали хворостом и гранатами. Скрыть злодеяние не удалось, по городу стали распространяться слухи, что Романовы убиты алапаевскими большевиками. По преданию, один из крестьян, оказавшийся случайным свидетелем той страшной ночи, рассказывал, что Святая преподобномученица, стоя на краю шахты, повторяла слова Спасителя, молясь об убийцах: «Господи, прости, ибо не ведают, что творят».

После взятия Алапаевска Сибирскими войсками Белой Армии 28 сентября, вскоре было обнаружено местонахождение шахты. 11 октября тела были подняты на поверхность и проведена медицинская экспертиза, установившая мученическую кончину Князей. Святая преподобномученица Елизавета упала на выступ 15-метровой глубины, сама сильно пострадавшая при падении, перевязала в темноте рану Князя Иоанна, употребив для этого свой апостольник (белый монашеский плат).

Тела были перенесены в прикладбищенскую церковь св. вмц. Екатерины. Весь день 18 октября над телами мучеников служились панихиды, а вечером была отслужена заупокойная всенощная служба. На следующий день крестным ходом при стечении большого числа людей, священства, подняв гробы на раменах, тела понесли в Свято — Троицкий собор, где была отслужена заупокойная Литургия и отпевание.

Распоряжение о месте погребения сделал адмирал А. В. Колчак. Под печальный перезвон колоколов, общенародное пение «Святый Боже» гробы мучеников перенесли в склеп, устроенный с южной стороны алтаря собора.

14 июля 1919 г. при отступлении Белых частей останки убиенных были вывезены в Сибирь. Разрешение на перевозку гробов получил игумен Серафим, друг и духовник Великой Княгини Елизаветы Феодоровны. Шесть тел были захоронены в апреле 1920 года под сенью храма преподобного Серафима Саровского при Русской Духовной миссии в Пекине.

Тела же святых мучениц Великой Княгини Елизаветы Феодоровны и инокини Варвары были сопровождены далее во Святую Землю, Иерусалим, и были упокоены в усыпальнице при храме святой равноапостольной Марии Магдалины.

Захоронения останков остальных мучеников оставались в Российской Духовной Миссии (ныне посольство РФ) до 1947 года. В 1947 году по указанию из Москвы они были преданы земле на православном кладбище близ городских ворот Аньдинмэнь. После 1988 года, когда кладбище было окончательно ликвидировано, на его территории был разбит парк, а на участке с захоронениями мучеников устроили поле для игры в гольф.

В 1992 году Архиерейский Собор Русской Православной Церкви причислил к лику Святых Новомучеников Российских Великую Княгиню Елизавету и инокиню Варвару, установив празднование им в день их кончины 18 июля (н. ст.).

Преподобномученица Варва́ра (Яковлева), Алапаевская, инокиня

Кре­сто­вая сест­ра Мар­фо-Ма­ри­ин­ской оби­те­ли ми­ло­сер­дия, Вар­ва­ра Яко­вле­ва, од­ной из пер­вых по­шла по сто­пам ве­ли­кой кня­ги­ни и ста­ла слу­жить ближ­ним и ос­но­ван­ной Ели­са­ве­той Фе­о­до­ров­ной оби­те­ли. Она бы­ла ке­лей­ни­цей на­сто­я­тель­ни­цы и од­ной из са­мых близ­ких се­стер. Но этим не гор­ди­лась, оста­ва­ясь лас­ко­вой и до­ступ­ной для всех. Близ­кие Ели­са­ве­ты Фе­о­до­ров­ны хо­ро­шо зна­ли ее и на­зы­ва­ли Ва­рей.

От­ку­да, и из ка­кой сре­ды при­шла в оби­тель сест­ра Вар­ва­ра — нам неиз­вест­но. За сво­ей ма­туш­кой-на­сто­я­тель­ни­цей она доб­ро­воль­но по­шла на стра­да­ние и смерть, ис­пол­нив за­вет Гос­по­да: «Нет боль­ше той люб­ви, как ес­ли кто по­ло­жит ду­шу свою за дру­зей сво­их» (Ин.5.13).

Все ала­па­ев­ские уз­ни­ки зна­ли, что их ожи­да­ет в неда­ле­ком бу­ду­щем. Они со­зна­тель­но го­то­ви­лись к смер­ти и мо­ли­ли Гос­по­да укре­пить их в ис­по­вед­ни­че­ском по­дви­ге. 5 (18) июля 1918 г. ино­ки­ня Вар­ва­ра бы­ла сбро­ше­на в шах­ту ста­ро­го руд­ни­ка вме­сте с Ели­са­ве­той Фе­о­до­ров­ной и дру­ги­ми чле­на­ми им­пе­ра­тор­ско­го до­ма. Пре­по­доб­но­му­че­ни­ца ино­ки­ня Вар­ва­ра со­вер­ши­ла свой по­двиг в воз­расте трид­ца­ти пя­ти лет.

Пре­по­доб­но­му­че­ни­ца Ве­ли­кая кня­ги­ня Ели­са­ве­та ро­ди­лась 20 ок­тяб­ря 1864 го­да в про­те­стант­ской се­мье Ве­ли­ко­го гер­цо­га Гес­сен-Дарм­штадт­ско­го Лю­дви­га IV и прин­цес­сы Али­сы, до­че­ри ан­глий­ской ко­роле­вы Вик­то­рии. В 1884 го­ду она вы­шла за­муж за Ве­ли­ко­го кня­зя Сер­гея Алек­сан­дро­ви­ча, бра­та Им­пе­ра­то­ра Рос­сий­ско­го Алек­сандра III.

Ви­дя глу­бо­кую ве­ру сво­е­го су­пру­га, Ве­ли­кая кня­ги­ня всем серд­цем ис­ка­ла от­вет на во­прос — ка­кая же ре­ли­гия ис­тин­на? Она го­ря­чо мо­ли­лась и про­си­ла Гос­по­да от­крыть ей Свою во­лю. 13 ап­ре­ля 1891 го­да, в Ла­за­ре­ву суб­бо­ту, над Ели­са­ве­той Фе­о­до­ров­ной был со­вер­шен чин при­ня­тия в Пра­во­слав­ную Цер­ковь. В том же го­ду Ве­ли­кий князь Сер­гей Алек­сан­дро­вич был на­зна­чен ге­не­рал-гу­бер­на­то­ром Моск­вы.

По­се­щая хра­мы, боль­ни­цы, дет­ские при­юты, до­ма для пре­ста­ре­лых и тюрь­мы, Ве­ли­кая кня­ги­ня ви­де­ла мно­го стра­да­ний. И вез­де она ста­ра­лась сде­лать что-ли­бо для их об­лег­че­ния.

По­сле на­ча­ла в 1904 го­ду рус­ско-япон­ской вой­ны Ели­са­ве­та Фе­о­до­ров­на во мно­гом по­мо­га­ла фрон­ту, рус­ским во­и­нам. Тру­ди­лась она до пол­но­го из­не­мо­же­ния.

5 фев­ра­ля 1905 го­да про­изо­шло страш­ное со­бы­тие, из­ме­нив­шее всю жизнь Ели­са­ве­ты Фе­о­до­ров­ны. От взры­ва бом­бы ре­во­лю­ци­о­не­ра-тер­ро­ри­ста по­гиб Ве­ли­кий князь Сер­гей Алек­сан­дро­вич. Бро­сив­ша­я­ся к ме­сту взры­ва Ели­са­ве­та Фе­о­до­ров­на уви­де­ла кар­ти­ну, по сво­е­му ужа­су пре­вос­хо­див­шую че­ло­ве­че­ское во­об­ра­же­ние. Мол­ча, без кри­ка и слез, стоя на ко­ле­нях в сне­гу, она на­ча­ла со­би­рать и класть на но­сил­ки ча­сти те­ла го­ря­чо лю­би­мо­го и жи­во­го еще несколь­ко ми­нут на­зад му­жа.

В час тя­же­ло­го ис­пы­та­ния Ели­са­ве­та Фе­о­до­ров­на про­си­ла по­мо­щи и уте­ше­ния у Бо­га. На сле­ду­ю­щий день она при­ча­сти­лась Свя­тых Тайн в хра­ме Чу­до­ва мо­на­сты­ря, где сто­ял гроб су­пру­га. На тре­тий день по­сле ги­бе­ли му­жа Ели­са­ве­та Фе­о­до­ров­на по­еха­ла в тюрь­му к убий­це. Она не ис­пы­ты­ва­ла к нему нена­ви­сти. Ве­ли­кая кня­ги­ня хо­те­ла, чтобы он рас­ка­ял­ся в сво­ем ужас­ном пре­ступ­ле­нии и мо­лил Гос­по­да о про­ще­нии. Она да­же по­да­ла Го­су­да­рю про­ше­ние о по­ми­ло­ва­нии убий­цы.

Ели­са­ве­та Фе­о­до­ров­на ре­ши­ла по­свя­тить свою жизнь Гос­по­ду через слу­же­ние лю­дям и со­здать в Москве оби­тель тру­да, ми­ло­сер­дия и мо­лит­вы. Она ку­пи­ла на ули­це Боль­шая Ор­дын­ка уча­сток зем­ли с че­тырь­мя до­ма­ми и об­шир­ным са­дом. В оби­те­ли, ко­то­рая бы­ла на­зва­на Мар­фо-Ма­ри­ин­ской в честь свя­тых се­стер Мар­фы и Ма­рии, бы­ли со­зда­ны два хра­ма — Мар­фо-Ма­ри­ин­ский и По­кров­ский, боль­ни­ца, счи­тав­ша­я­ся впо­след­ствии луч­шей в Москве, и ап­те­ка, в ко­то­рой ле­кар­ства от­пус­ка­лись бед­ным бес­плат­но, дет­ский при­ют и шко­ла. Вне стен оби­те­ли был устро­ен дом-боль­ни­ца для жен­щин, боль­ных ту­бер­ку­ле­зом.

10 фев­ра­ля 1909 го­да оби­тель на­ча­ла свою де­я­тель­ность. 9 ап­ре­ля 1910 го­да за все­нощ­ным бде­ни­ем епи­скоп Дмит­ров­ский Три­фон (Тур­ке­ста­нов; † 1934) по чи­ну, раз­ра­бо­тан­но­му Свя­тей­шим Си­но­дом, по­свя­тил на­сель­ниц в зва­ние кре­сто­вых се­стер люб­ви и ми­ло­сер­дия. Сест­ры да­ли обет, по при­ме­ру ино­кинь, про­во­дить дев­ствен­ную жизнь в тру­де и мо­лит­ве. На сле­ду­ю­щий день за Бо­же­ствен­ной ли­тур­ги­ей свя­ти­тель Вла­ди­мир, мит­ро­по­лит Мос­ков­ский и Ко­ло­мен­ский, воз­ло­жил на се­стер вось­ми­ко­неч­ные ки­па­ри­со­вые кре­сты, а Ели­са­ве­ту Фе­о­до­ров­ну воз­вел в сан на­сто­я­тель­ни­цы оби­те­ли. Ве­ли­кая кня­ги­ня ска­за­ла в тот день: «Я остав­ляю бле­стя­щий мир …но вме­сте со все­ми ва­ми я вос­хо­жу в бо­лее ве­ли­кий мир — в мир бед­ных и стра­да­ю­щих».

В Мар­фо-Ма­ри­ин­ской оби­те­ли Ве­ли­кая кня­ги­ня Ели­са­ве­та Фе­о­до­ров­на ве­ла по­движ­ни­че­скую жизнь: спа­ла на де­ре­вян­ной кро­ва­ти без мат­ра­са, ча­сто не бо­лее трех ча­сов; пи­щу упо­треб­ля­ла весь­ма уме­рен­но и стро­го со­блю­да­ла по­сты; в пол­ночь вста­ва­ла на мо­лит­ву, а по­том об­хо­ди­ла все па­ла­ты боль­ни­цы, неред­ко до рас­све­та оста­ва­ясь у по­сте­ли тя­же­ло­боль­но­го. Она го­во­ри­ла сест­рам оби­те­ли: «Не страш­но ли, что мы из лож­ной гу­ман­но­сти ста­ра­ем­ся усып­лять та­ких стра­даль­цев на­деж­дой на их мни­мое вы­здо­ров­ле­ние. Мы ока­за­ли бы им луч­шую услу­гу, ес­ли бы за­ра­нее при­го­то­ви­ли их к хри­сти­ан­ско­му пе­ре­хо­ду в веч­ность». Без бла­го­сло­ве­ния ду­хов­ни­ка оби­те­ли про­то­и­е­рея Мит­ро­фа­на Се­реб­рян­ско­го и без со­ве­тов стар­цев Оп­ти­ной Вве­ден­ской пу­сты­ни, дру­гих мо­на­сты­рей она ни­че­го не пред­при­ни­ма­ла. За пол­ное по­слу­ша­ние стар­цу она по­лу­чи­ла от Бо­га внут­рен­нее уте­ше­ние и стя­жа­ла мир в сво­ей ду­ше.

С на­ча­ла пер­вой ми­ро­вой вой­ны Ве­ли­кая кня­ги­ня ор­га­ни­зо­ва­ла по­мощь фрон­ту. Под ее ру­ко­вод­ством фор­ми­ро­ва­лись са­ни­тар­ные по­ез­да, устра­и­ва­лись скла­ды ле­карств и сна­ря­же­ния, от­прав­ля­лись на фронт по­ход­ные церк­ви.

От­ре­че­ние Им­пе­ра­то­ра Ни­ко­лая II от пре­сто­ла яви­лось боль­шим уда­ром для Ели­са­ве­ты Фе­о­до­ров­ны. Ду­ша ее бы­ла по­тря­се­на, она не мог­ла го­во­рить без слез. Ели­са­ве­та Фе­о­до­ров­на ви­де­ла, в ка­кую про­пасть ле­те­ла Рос­сия, и горь­ко пла­ка­ла о рус­ском на­ро­де, о до­ро­гой ей цар­ской се­мье.

В ее пись­мах то­го вре­ме­ни есть сле­ду­ю­щие сло­ва: «Я ис­пы­ты­ва­ла та­кую глу­бо­кую жа­лость к Рос­сии и ее де­тям, ко­то­рые в на­сто­я­щее вре­мя не зна­ют, что тво­рят. Раз­ве это не боль­ной ре­бе­нок, ко­то­ро­го мы лю­бим во сто раз боль­ше во вре­мя его бо­лез­ни, чем ко­гда он ве­сел и здо­ров? Хо­те­лось бы по­не­сти его стра­да­ния, по­мочь ему. Свя­тая Рос­сия не мо­жет по­гиб­нуть. Но Ве­ли­кой Рос­сии, увы, боль­ше нет. Мы… долж­ны устре­мить свои мыс­ли к Небес­но­му Цар­ствию… и ска­зать с по­кор­но­стью: «Да бу­дет во­ля Твоя».

Ве­ли­кую кня­ги­ню Ели­са­ве­ту Фе­о­до­ров­ну аре­сто­ва­ли на тре­тий день свя­той Пас­хи 1918 го­да, в Свет­лый втор­ник. В тот день свя­ти­тель Ти­хон слу­жил мо­ле­бен в оби­те­ли.

С ней раз­ре­ши­ли по­ехать сест­рам оби­те­ли Вар­ва­ре Яко­вле­вой и Ека­те­рине Яны­ше­вой. Их при­вез­ли в си­бир­ский го­род Ала­па­евск 20 мая 1918 го­да. Сю­да же бы­ли до­став­ле­ны Ве­ли­кий князь Сер­гей Ми­хай­ло­вич и его сек­ре­тарь Фе­о­дор Ми­хай­ло­вич Ре­мез, Ве­ли­кие кня­зья Иоанн, Кон­стан­тин и Игорь Кон­стан­ти­но­ви­чи и князь Вла­ди­мир Па­лей. Спут­ниц Ели­са­ве­ты Фе­о­до­ров­ны от­пра­ви­ли в Ека­те­рин­бург и там от­пу­сти­ли на сво­бо­ду. Но сест­ра Вар­ва­ра до­би­лась, чтобы ее оста­ви­ли при Ве­ли­кой кня­гине.

5(18) июля 1918 го­да уз­ни­ков но­чью по­вез­ли в на­прав­ле­нии де­рев­ни Си­ня­чи­хи. За го­ро­дом, на за­бро­шен­ном руд­ни­ке, и со­вер­ши­лось кро­ва­вое пре­ступ­ле­ние. С пло­щад­ной ру­га­нью, из­би­вая му­че­ни­ков при­кла­да­ми вин­то­вок, па­ла­чи ста­ли бро­сать их в шах­ту. Пер­вой столк­ну­ли Ве­ли­кую кня­ги­ню Ели­са­ве­ту. Она кре­сти­лась и гром­ко мо­ли­лась: «Гос­по­ди, про­сти им, не зна­ют, что де­ла­ют!».

Ели­са­ве­та Фе­о­до­ров­на и князь Иоанн упа­ли не на дно шах­ты, а на вы­ступ, на­хо­дя­щий­ся на глу­бине 15 мет­ров. Силь­но из­ра­нен­ная, она ото­рва­ла от сво­е­го апо­столь­ни­ка часть тка­ни и сде­ла­ла пе­ре­вяз­ку кня­зю Иоан­ну, чтобы об­лег­чить его стра­да­ния. Кре­стья­нин, слу­чай­но ока­зав­ший­ся непо­да­ле­ку от шах­ты, слы­шал, как в глу­бине шах­ты зву­ча­ла Хе­ру­вим­ская песнь — это пе­ли му­че­ни­ки.

Несколь­ко ме­ся­цев спу­стя ар­мия адми­ра­ла Алек­сандра Ва­си­лье­ви­ча Кол­ча­ка за­ня­ла Ека­те­рин­бург, те­ла му­че­ни­ков бы­ли из­вле­че­ны из шах­ты. У пре­по­доб­но­му­че­ниц Ели­са­ве­ты и Вар­ва­ры и у Ве­ли­ко­го кня­зя Иоан­на паль­цы бы­ли сло­же­ны для крест­но­го зна­ме­ния.

При от­ступ­ле­нии Бе­лой ар­мии гро­бы с мо­ща­ми пре­по­доб­но­му­че­ниц в 1920 го­ду бы­ли до­став­ле­ны в Иеру­са­лим. В на­сто­я­щее вре­мя их мо­щи по­чи­ва­ют в хра­ме рав­ноап­о­столь­ной Ма­рии Маг­да­ли­ны у под­но­жия Еле­он­ской го­ры.

Пре­по­доб­но­му­че­ни­ца ино­ки­ня Вар­ва­ра бы­ла кре­сто­вой сест­рой и од­ной из пер­вых на­сель­ниц Мар­фо-Ма­ри­ин­ской оби­те­ли в Москве. Бу­дучи ке­лей­ни­цей и сест­рой, са­мой близ­кой к Ве­ли­кой кня­гине Ели­са­ве­те Фе­о­до­ровне, она не пре­воз­но­си­лась и не гор­ди­лась этим, а бы­ла со все­ми добра, лас­ко­ва и об­хо­ди­тель­на, и все лю­би­ли ее. В Ека­те­рин­бур­ге сест­ру Вар­ва­ру от­пу­сти­ли на сво­бо­ду, но и она, и дру­гая сест­ра — Ека­те­ри­на Яны­ше­ва про­си­ли вер­нуть их в Ала­па­евск. В от­вет на за­пу­ги­ва­ния Вар­ва­ра ска­за­ла, что го­то­ва раз­де­лить судь­бу сво­ей ма­туш­ки-на­сто­я­тель­ни­цы. Как бо­лее стар­шую по воз­рас­ту, в Ала­па­евск вер­ну­ли ее. Му­че­ни­че­скую кон­чи­ну она при­ня­ла в воз­расте око­ло 35 лет.

Па­мять пре­по­доб­но­му­че­ниц Ве­ли­кой кня­ги­ни Ели­са­ве­ты и ино­ки­ни Вар­ва­ры со­вер­ша­ет­ся 5 (18) июля и в день Со­бо­ра но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских.