Фильмы про монахов православных

Не точка, но многоточие

Ремонт невозможно окончить, говорят шутники. Его лишь можно приостановить. То же справедливо в разговоре о книгах. Никуда мы, к счастью, от них не денемся. Разговор о них не прекращается, но лишь на время замолкает. И даже следующие слова, выражающие мысль противоположную, – не более чем молодежное хулиганство. Талантливое, но хулиганство:

Славьте меня! Я великим не чета.

Я над всем, что сделано, ставлю «nihil».

Никогда

ничего

не хочу читать.

Книги? Что книги! (Маяковский «Облако в штанах»)

Что книги? – спрашиваешь. А ведь сам книги пишешь! Говоришь – не хочешь читать? Хочешь – не хочешь, а читать будешь. И еще как! Что история и доказывает, хотя бы на том же Маяковском. Есть, правда, такое явление, как добровольное умолкание, когда откладывают в сторону слова вообще, в том числе и написанные. Но это что-то из разряда неведомых для нас озарений и погружений в иную реальность. Есть китайский афоризм на эту тему. «Слова подобны силкам, а смысл подобен зайцу. Поймав зайца, отбрасывают силки. Найдя смысл всего, уже не пользуются словами». И в конце: где бы мне найти мудреца, уже не нуждающегося в словах? Я бы поговорил с ним…

И если ты читаешь, но не думаешь; читаешь, но не молишься, то зачем все это?

Да, друзья. И разговор о книгах, и чтение их действительно уводят нас в молчаливые пустыни и на вершины молчаливых гор. Чтобы думать. И молиться. Не только старцы молчат. И великие ученые отказываются от интервью. И великие писатели прячутся от мира в своеобразных затворах. Великое знание, как и великая скорбь, требуют одиночества. А где одиночество, там и тишина. Туда и ведут нас книги. И если ты читаешь, но не думаешь; читаешь, но не молишься, то зачем все это? Ведь «составлять много книг – конца не будет, и много читать утомительно для тела» (Екклесиаст).

Прочь от шума уводят книги. Потому замирает барышня на картине с томиком стихов у заросшего пруда. Потому с книгой на лавочке сидит человек в пустынной аллее. Потому тихо в залах библиотек. А где еще сегодня тихо? Разве на кладбище, но разговоров на эту тему, как бес ладана, избегает современный человек. А мы, пожалуй, поговорим на прощанье о кладбище. Ну, не на прощанье даже, а просто в конце этого замыкающегося цикла коротких бесед о книжном слове.

У Данте в «Раю» есть длинный перечень святых, которые наслаждаются блаженной жизнью. Среди них поминается некий Петр, прозванный «Едок», от слова «есть». По латыни Petrus Comestor. Это французский богослов 12-го века, названный «едоком» за любовь к книгам. Жил и преподавал в Париже. Он буквально питался книгами, и его от них было не оторвать, как гурмана – от вкусной пищи. Есть у книжных монахов такая ненасытимая любовь к келье и книге. Кто знает, вспомните нашего Нестора Летописца и его похвальные слова книжной учености. Кто не знаком с Нестором и «Печерским патериком», вспомните хотя бы Пимена из «Бориса Годунова». Что и зачем он там пишет?

Да ведают потомки православных

Земли родной минувшую судьбу,

Своих царей великих поминают

За их труды, за славу, за добро –

А за грехи, за темные деянья

Спасителя смиренно умоляют.

Вот такие же Несторы и Пимены были по всему христианскому миру и за стенами келий вели летописи, изучали богословие, занимались переводами. Таким был и Петр Едок. Он интересен тем, что составил себе заранее эпитафию. Вот она:

Я Петр (камень) – лежу под камнем

Назван «едоком», но ныне сам съеден

Живым учил, учу и по смерти

Вам говорю, а вы повторите:

Я тот, кто жил, и я буду живущим.

Это, по сути, гимн духовному писательству. Все здесь есть: ирония и игра слов (Петр – лежу под камнем); смелый взгляд в могилу (сам съеден); вера в вечную жизнь (жил и буду живущим); преодоление смерти через духовное знание (учил – учу и по смерти). Эпитафия – это же целый жанр словесного искусства. Рожденная в античности, она была чаще всего двух смысловых направленностей. Обращаясь к проходящему читателю от лица усопшего, текст говорил либо «поскорби обо мне, воздохни, вспомни», либо «не трать времени, живи в полную силу (с разными пониманиями «полноты»), скоро сам таким станешь». Христианство внесло в эпитафию смелость, надежду на милость Бога, нравственное увещание живым. И Петр Едок пятью своими строчками, написанными прежде пришествия смертного часа, оставляет назидание всем пишущим и читающим.

Горе тем, кто и по смерти не перестает совращать, соблазнять, сбивать с толку. Горе тем, кто был уверен, что со смертью прекращаются все земные счеты, тогда как они лишь только проясняются и усиливаются. Благо тем, кто учил добру при жизни и продолжает учить по смерти. Горе одним и благо другим. И тут я ловлю себя на мысли, что пересказываю мораль басни Крылова «Сочинитель и разбойник». Самую сильную, без преувеличения, басню Крылова, которую можно вместо «Мартышки и очки» или «Слона и Моськи» включить во все хрестоматии. Я ловлю себя на этой мысли и, значит, разговор о книгах таки не хочет заканчиваться. Он Крылова к себе тянет, а там и Эзопа, а там и еще кого… Он хочет заходить на новые круги и новые виражи, не оставляя возможности для ленивого отдыха.

Открывайте неизведанные страны, что в двух шагах от вас.

Но, нет. Этот цикл мы, все-таки, замыкаем. Ради других тем и иных разговоров. Ради самостоятельного поиска, открытого для многочисленных любителей книжного слова. В добрый путь все, кого не нужно убеждать в том, что чтение – это богатство! Спускайтесь пчелами в цветочные бутоны за пыльцой. Открывайте неизведанные страны, что в двух шагах от вас. Узнавайте новое о себе самих и о Господе Боге, Чье имя благословенно во веки. И дай вам Бог на этом пути больше таких авторов, которые через все творчество говорят «я тот, кто жил, и я буду живущим». Если это верно в отношении написавших, то столь же верно и в отношении читающих.

Действительно ли крещение от священника без бороды?

Вопрос читателя:

Мою дочь крестил священник без бороды (был гладко выбрит и имел короткую стрижку). На мой вопрос, ради чего он это сделал, ответил : «Мне так удобно». Считаться в таком случае крещение легитимным, если, насколько мне известно, что православный священник не только не имеет права бриться и стричься, но и мыть голову.

Отвечает протоиерей Андрей Ефанов:

Добрый день!

Вы знаете, священник может бриться и стричься и, тем более, мыть голову. Поэтому, если батюшка в сане, то есть нормальным образом служит и принадлежит Церкви, то крещение, которое он совершил, абсолютно легитимно, то есть действительно.

Конечно, более традиционно для священника носить бороду и длинные волосы, и на эту тему у нас уже есть ответ Зачем священники носят бороды? , однако и без бороды священники бывают. Из этого же ответа процитирую слова отца Игоря Фомина: «Но не все священники носят бороды. Если вы видите священника без бороды, пусть это вас не смущает. Святитель Николай, к примеру, был аккуратно пострижен, у него даже было выбрито на голове специальное гуменцо, которое в то время было знаком принадлежности к священному сану» .

И еще один ответ:

Почему священник носит бороду?

Храни Вас Бог!

Архив всех вопросов можно найти . Если вы не нашли интересующего вас вопроса, его всегда можно задать на нашем сайте.

Монах

Фильм Аркадия Мамонтова.

Посмотрев это фильм вы по-другому взглянете на жизнь и свое предназначение…

«Истинный монах — это произведение Святого духа» — сказал афонский старец Иосиф Исихаст. Как святой Силуан Афонский, в миру Семен Иванович Антонов, простой русский мужик, солдат и крестьянин, стал таким произведением, стал истинным монахом?

«Молиться за людей — кровь проливать» — эти слова как-то произнес преподобный Силуан Афонский — русский монах, которого за молитвы и духовный подвиг причислили к лику святых. Старец подвизался на Святой горе 46 лет и умер в 1938 году, показав нам пример поистине равноангельного смирения и смелой борьбы с жестокими страстями.

На первом году пребывания преподобного Силуана в Русском на Афоне Свято-Пантелеимоновом монастыре с ним произошло событие, изменившее всю последующую жизнь: во время уединенной молитвы в храме образ Спасителя на иконостасе вдруг ожил. На месте иконы старец Силуан увидел Господа, смотревшего на него. Это было не просто визуальное наблюдение, но чудо Богоявления, в котором таинственно открылось познание Бога.

Свой духовный опыт старец Силуан передал и нам. Его писания — настоящий источник веры и любви -переизданы много раз на разных языках. Это словно откровение самого Господа.

«Держи ум свой во аде, и не отчаивайся» — вот послание Духа для нашего времени, которое мы получили через творения преподобного Силуана. Какими бы недостижимыми ни казались для современных христиан высоты духа, как бы мы ни печалились, изнемогая от многочисленных соблазнов века сего, как бы ни ослабевали от искушений, слова преподобного Силуана укрепляют немощных и дают надежду.

«Монах и бес» и ТОП-5 лучших христианских фильмов года

«Монах и бес» — кино о любви

— Отче, как вы «дошли до жизни такой» — открывали фестиваль фильмом о «Монахе и бесе»? Вам же наверняка скажут, что он совсем не православный. Выслушали уже критику в свой адрес по этому поводу?

— Я слышал, критикуют сам фильм, нас – нет. А за что нас критиковать? Я считаю, наоборот, мы показали, что у нашего кинофестиваля – уже взрослого 14-летнего парня – хороший вкус, и он может дружить с очень классными фильмами. А «Монах и бес», я считаю, именно такой.

Николай Николаевич Досталь создал во всех отношениях профессиональное кино, полезное и, как он сам говорит, кино о любви. И я с этим абсолютно согласен.

Кадр из фильма «Монах и бес»/ kinopoisk.ru

— Где же там любовь?

— Там любовь везде, в каждом кадре. Любовь к христианству, к монашеству.

Там очень хорошо показана любовь к своим недостаткам. Любовь к ним, недостаткам нашим, и должна быть такой — немножко уничтожающей. Если мы чего-то не полюбим, никогда от этого не избавимся. Если не полюбим свои недостатки, если не полюбим себя со всеми своими грехами, от них не освободимся.

Лично мне фильм нравится. Там очень хорошая ирония, юмор. Меня спрашивают: как вам фильм? Я говорю – прикольный, потому что он действительно такой. Это не фентези. Это не комедия. Это глубокий серьезный фильм. Как и вся наша жизнь — она очень глубокая. И если бы мы к ней относились без веры в Бога и без чувства юмора, давно уже с ума бы сошли. Поэтому мне жаль людей неверующих и без чувства юмора. Они не то чтобы не интересны другим, они, мне кажется, не интересны Богу, Который не вкладывал в нас столько грусти, пессимизма и других нехороших вещей.

— Вам не кажется, что у верующих, как раз, большая проблема с чувством юмора?

— Значит, человек не до конца верующий. Отсутствие чувства юмора – признак маловерия.

Да, это на самом деле так и есть. Чувство юмора нужно в себе воспитывать, как и чувство любви к ближнему. Понятно, что оно может быть врожденным в большей степени или зависеть от родителей, как они относятся к жизни. Но, я думаю, что очень серьезно нужно относиться к Вечности. А к жизни — не то чтобы легко, но с юмором. Тогда всё как-то само собой исправляется – мир в душе воцаряется, радость от жизни ощущается, улыбка на лице появляется, печаль куда-то уходит. Тогда начинаешь воспринимать жизнь не своевольно и с легкостью, а с осознанием, что это, действительно, всего лишь миг в твоей вечной жизни, и его нужно прожить, стремясь к Богу, но осознавая не только свои грехи и недостатки, но и достоинства.

На открытии XIV кинофестиваля «Покров». pokrovkino.com

Самолюбие — Божий дар

Знаете, недавно на Афоне один игумен мне сказал, что самолюбие — это дар Божий.

— Не может быть…

— Вот-вот, попробуй с этим разберись… Дар Божий. Его тоже стяжать, оказывается, нужно, чтобы правильно полюбить себя, чтобы потом и ближнего мочь полюбить как самого себя… Вот какие новости от мудрых монахов, живущих на Афоне.

Почему многие православные лишены чувства юмора? Потому что как раз неправильно воспринимают ту радость, которую Бог нам дает. Мы умеем очень быстро искать недостатки и всегда замечаем плохое. Мы живем плохим — воспоминаниями, наблюдениями, мы всем недовольны, а вот хорошего не ищем. Но при этом обвиняем людей неверующих, нецерковных — почему это они не видят ничего доброго, например, в священниках наших, почему обращают внимание только на плохое?!

А из жизни по капелькам надо брать всё самое лучшее, выцеживать, выжимать всё хорошее. И себя выжимать, чтобы из сердца что доброе вышло.

И там, в этом кино, все очень хорошо в этом отношении.

— Вы почти ответили на мой следующий вопрос: почему православное кино такое грустное и серьезное, а много лет и вовсе было скучным. Порадуйте нас, оно перестало наконец-то быть скучным?

— Давно перестало. У нас, на нашем фестивале нет фильмов, на которых можно уснуть. Я за этим лично слежу. И смеха у нас в зале нет — само собой, но зато очень много аплодисментов, практически на всех фильмах.

Церемония открытия XIV Кинофестиваля «Покров» в Национальной опере Украины

Кино разноплановое, интересное. Самое главное — люди меняются. Иногда замечал, как, с какими лицами заходят в зал, а выходят — глаза горят… То есть потихонечку душа наполняется вот этой радостью – настоящей христианской, люди получают заряд бодрости, появляется мир в душе – это самое главное.

А мира в душе у нас нет, наверное, по двум главным причинам. Во-первых, осуждаем своих ближних, просто не любим их, а второе — недовольны жизнью, тем, что имеем, не умеем благодарить Бога.

И эти фильмы — хорошее православное кино — как раз напоминают человеку: друг, возьмись за себя, а не за ближнего. Не кусай, не съедай его. Займись собой и будь доволен тем куском хлеба, который лежит у тебя на столе. Просто измени отношение к жизни. Во всех этих фильмах люди показаны с какой-то такой стороны, что ты смотришь и понимаешь — а ведь действительно, можно измениться, по-другому относиться ко многим вещам. В этом главная польза нашего кино – вдохновить человека на нормальную христианскую жизнь.

Я не знаю, что такое «православное кино»

— За три дня вы показали 54 фильма. Где вы их берете?

— Сейчас все просто: мы уже никого не зовем, кто хочет, сам присылает заявки.

— Было прислано 200 кинокартин, почему остальные 150 вы отклонили?

— Они были хуже. Опять же, я не знаю, что такое православное кино, и не понимаю, когда на эту тему рассуждают. Есть сердечное восприятие того, что ты видишь. Если кино нравится, я его смотрю, если не нравится, я не рассуждаю, почему не нравится, просто выключаю. В этом смысле я плохой кинокритик.

Не берем кино, в первую очередь, по профессиональным качествам. Где плохая операторская работа, монтаж, звук или все снято на любительскую камеру. Безусловно, и такие фильмы могут быть хорошие. Но для этого должен быть герой классный, сюжет отличный. А когда все просто – церковь—купола, батюшки—матушки, хождение вокруг храма, свечи расставляем — это не кино православное, это так, для себя.

Режиссер Николай Досталь. Гран-при кинофестиваля «Покров», фильм «Монах и бес»

А для народа… Ведь каждый режиссер снимает кино, чтобы миссию какую-то донести, чтобы благодаря его фильму изменился человек — тот, кто смотрит. Тем более, режиссер православный — он делает кино ради Христа, чтобы Господь был посреди нас. Вообще, всё, что мы делаем, вокруг Него должно быть.

Если всё так, тогда это православное кино. Тогда оно нравится, его чувствуешь, его хочется пересматривать, не стыдно зрителям показать — мне, как директору фестиваля. Оно семейное, вообще, лучшее в мире!

— Нужно ли заставлять себя смотреть? Известный феномен — чтобы прочитать духовную книгу, надо напрячься, хотя бульварная газета «проглатывается» на одном дыхании. С православным кино ситуация так же обстоит?

— Нет, заставлять себя не нужно. С книгой, да, приходится понуждать. И Библию чтобы читать, надо приложить усилие. Даже правило молитвенное редко удается с энтузиазмом прямо вот стать и помолиться — всегда что-то мешает.

А кино – нет. Если смотришь, и тебе не нравится, можешь смело выключать и уходить. Значит, это не православное кино. Православная душа воспримет христианское кино, и если оно не нравится, как бы режиссер его ни называл, оно — не православное.

Мы зациклены на саможалении

— За этот год вы написали и издали три книги. Но вы же директор кинофестиваля, почему пишете книги, а не кино снимаете?

— Те книги, которые изданы сейчас, это давнишние сценарные идеи. Последняя книга «Потерянный в миру», которая вышла в Киеве буквально в дни фестиваля, тоже киносценарий. Он много лет у меня лежал, а теперь пришлось переделывать его в книгу, практически заново переписать. Но я все же надеюсь, что кто-то возьмется за эти сюжеты, потому что они довольно интересные.

Написать книгу – это мое личное дело, мое усердие, старание, желание. А снять кино – это старания и усердия многих людей. И даже вопрос не в деньгах, а вообще – куда православное кино должно дальше пойти после съемки, после участия в фестивалях. С этим проблема.

— Одна из книг — «Семинарист» — обозначена как православный детектив. Вам не кажется, что несколько наивно полагать, что главари мафиозных банд могут исправиться — пусть даже с помощью верующих родственников?

— Ну, финал моей книги вообще менее острый, чем та же концовка «Монаха и беса». Если Николай Досталь предположил, что бес может измениться к лучшему, мой финал тем более вероятен.

Безусловно, преступник способен измениться, это естественно. И то, что человек благодатью Божьей в одно мгновение может стать другим — в этом нет сомнений. Если вокруг него есть хорошие люди.

Церемония открытия XIV Кинофестиваля «Покров»

В своих книгах я стараюсь показать старое, забытое: положительного героя, который бы выходил из всяких ситуаций победителем. Но — с Божьей помощью. Тогда, в советских фильмах этого не было, и герои побеждали своими силами. А мне хочется вернуть положительного персонажа — чтобы он был немного сказочным, потому что в жизни редко так бывает, но чтобы было, на кого равняться и с кого брать пример. Хочется, чтобы герои добрыми были. У меня они вначале страшноватые, конечно, но потом меняются. И главное — люди вокруг них меняются.

— Может, если сейчас популярны герои негативные, они больше нравятся аудитории?

— Людей к ним приучили. Человек не осознает, что не любит плохого героя. Наоборот, ему хочется видеть доброго, спокойного, тихого, помогающего, любящего всех. Просто эти категории отодвинуты в сторону. Все заменилось силой, злом, обманом, ложью и возведено в ранг добродетели.

С точки зрения православия — это всё грехи, а люди считают, что нет, это классно, так все поступают в этой жизни. «Какие такие грехи? Это просто жизнь такая, она теперь другая, а вы свои православные истины где-то там у себя проповедуйте», – вот и все. Но если эту грязь чем-то хорошим заменить, читатель сразу это хорошее воспримет.

Впервые в рамках кинофестиваля состоялось награждение координаторов, стоявших много лет назад у истоков формирования волонтерского движения Украинской Православной Церкви. Фото: Сергей Рыжков

Не случайно темой нашего нынешнего, 14-го уже кинофестиваля были выбраны Евангельские слова: «Вера без дел мертва». Она родилась исходя из отсмотренных фильмов и моих собственных переживаний. Мы слишком мало делаем добрых дел. Все постоянно об этом говорим, но практически ничего не происходит. Такое впечатление, что нам, православным, нечего делать, всё у всех хорошо.

Мы зациклены на саможалении, а, по сути, должны были бы просить у Бога, чтобы Он давал возможность эти добрые дела делать и посылал нам людей, которым мы могли бы помочь. Мы обязаны Его об этом просить. Чтобы нам стать христианами не по слову, а по делу. Не жалеть себя: «Господи, помоги МНЕ…», а «Господи, помоги мне стать Твоим делателем, Твоим миссионером, Твоим служителем, Твоим волонтером, Твоим помощником беженцам, исполнителем Твоей воли». Это самое главное.

Мы должны научиться находить и исполнять волю Божью. Мне кажется, для человека это самое интересное занятие в жизни.

Один из зрителей кинофестиваля «Покров» Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины Онуфрий. Когда владыку в день открытия фестиваля пригласили остаться на просмотр фильма «Монах и бес», он с юмором ответил: «Я такое кино каждый день вижу…»

ТОП-5 лучших православных фильмов 2016 года от о.Александра Акулова

№1. Д/ф «Сережа», Польша (2015).

47 мин., режиссер: Jury Kalina

Юрий Калина – очень известный режиссер. Как всегда, любое его кино — это минишедевр. Жизненное кино. Живые герои. Он умеет показывать людей, на которых, опять же, хочется равняться. Интересна их жизнь, их труды. Это возможность попасть в кусочек жизни отдельно взятых людей, правильных, я бы сказал, христиан.

№2. Д/ф «Освященные Любовью. О. Михаил Шик – Н.Д. Шаховская-Шик», Россия (2015).

26 мин., режиссер: Наталия Гугуева

Ну, это смотреть надо. Я непременно рекомендую. Тяжело рассказывать. Но великолепная режиссерская работа. На самом деле, это кино о любви, о которой мы столько говорим-говорим-говорим. А там она есть…

В этом фильме чувствуется вкус. И любовь к Богу.

№3. Д/ф «Брат твой Каин», Россия (2015)

77 мин., режиссер: Васильева Ирина

Актуальное кино, глубочайший фильм. Много лет снимался. О какой-то несправедливости, которая привела человека в тюрьму, а он все терпит, переживает и пытается быть, остаться хорошим.

Документальное кино, которое идет больше 50 минут, невозможно смотреть. А это 1 час 15 мин, но оно смотрится и заставляет думать. Это очень важно: не только воспринимать увиденное, а еще думать над тем, что произошло.

В нашей стране полностью актуальна поговорка – «от тюрьмы и от сумы не зарекайся». Поэтому кто осуждает бомжа и не помогает ему, тот имеет абсолютно все шансы попасть на его же место. Поэтому и фильм о том, как человек попал в беду и в этой беде искренне, откровенно говорит о жизни.

№4. Д/ф «Легко ли быть счастливым?»

28 мин., режиссер: Олег Свободин

Это кино о великом старце — архимандрите Павле (Груздёве). Там удивительный кадр! Причем, девушка, которая озвучивает, делает это как бы не профессионально, с детской наивностью, но тексты очень выверены. Мне очень нравится, как сценарий отработан. Поскольку я ещё немножко и писатель, очень внимательно, ответственно отношусь к слову. А у нас, бывает, иногда предложения вообще не стыкуются, в некоторых фильмах.

А здесь — потрясающие, интереснейшие тексты о старце, он сам в кадре, и вся жизнь его перед нами — очень поучительная.

№5. Т/ф «1000 лет на Афоне», Украина (2016)

66 мин., режиссер: Даниил Сырых

Это более серьезное кино. Про Афон. Я, как человек, который написал книгу, которая так и называется «Моя рыбалка на Афоне», люблю очень Афон, много езжу, сейчас пишу вторую книгу. Тема эта меня не отпускает.

Создатели фильма профессионально сделали свою работу. Картинка в этом кино стоит того, чтобы смотреть и пересматривать. Что бы про Афон ни снимали, это практически всегда интересно.