Гермоген патриарх

Гермоген

Патриарх Гермоген известен как главный вдохновитель народных ополчений, спасших Русское государство от польской интервенции. Он родился приблизительно в 1530 году в семье посадского человека в городе Вятке. Образование получил в местном храме и вскоре стал приходским священником Ермолаем. После присоединения Казанского ханства к Русскому государству в 1552 году он был послан в Казань священником при Гостинодворской церкви святителя Николая Чудотворца. В 1579 году в городе произошел сильный пожар. На одном из пепелищ была обнаружена не пострадавшая икона Богоматери. Образ сразу же был назван чудотворным, его с почетом установили в Никольском храме.

После этого местный архиепископ повелел Ермолаю написать «Сказание о чудесном явлении Казанской Богоматери» и с копией иконы отвезти его в Москву. Там он был радостно встречен и царем Иваном Грозным, и столичным духовенством. Ведь явление чудотворной иконы означало, что Бог посылал на Русь свою благодать. Ермолаю посоветовали принять постриг и продолжить духовную карьеру. В 1587 году он поехал в Москву и принял постриг под именем Гермоген в Чудовом монастыре. В Казани он сначала стал архимандритом местного Спасо-Преображенского монастыря, а потом был назначен архиепископом.

После учреждения в Москве патриархии в 1589 году Гермоген стал первым казанским митрополитом. В общей церковной иерархии у него было четвертое место.

Гермоген очень ревностно исполнял свои обязанности: боролся за чистоту православной веры, создал культ местных святых, первых архиепископов, и написал их жития. В сентябре 1605 года он был вызван на церковный Собор, который должен был решить вопрос о возможности женитьбы «царя Дмитрия» на католичке Марине Мнишек. В отличие от патриарха Игнатия Гермоген осудил этот брак. За это был выслан в свою казанскую епархию без права приезжать в Москву.

Пришедший к власти Василий Шуйский после некоторых раздумий предложил Гермогену стать новым патриархом, поскольку сподвижник самозванца патриарх Игнатий был посажен в тюрьму. Казанский митрополит сразу согласился и стал надежной опорой постоянно шатающегося трона царя Василия.

Летом 1610 года патриарх Гермоген пытался отговорить московских дворян от сведения с престола В. И. Шуйского. Но никто не стал его слушать. В итоге в июле 1610 года страна оказалась без государя. Временное правительство – семибоярщина – стало разрабатывать план избрания на престол польского королевича Владислава. Гермоген заявил, что одобрит его кандидатуру, если тот примет православие до приезда в Москву. Но польский король был категорически против этого. В сентябре 1610 года он ввел в Москву свой гарнизон под предлогом защиты города от Лжедмитрия II и вознамерился сам сесть на московский престол, лишив Русское государство национальной независимости.

Гермоген догадался об этих планах короля и начал рассылать по городам грамоты с призывом к патриотам создать народные ополчения и очистить от поляков столицу. Его призывы нашли отклик у рязанского воеводы П. П. Ляпунова, который занялся формированием Первого ополчения. В конце марта оно выступило в поход и уже в апреле заняло территорию Белого города в Москве. Но состав этого ополчения был очень пестрый: вместе с истинными патриотами в нем были казаки во главе с бывшим атаманом И. Заруцким. Под вывеской ополчения они грабили мирных жителей и вознамерились посадить на царский трон Марину Мнишек с сыном второго самозванца Дмитрием. Ляпунов и Гермоген были решительно против этого. В итоге казаки убили Ляпунова и взяли власть в ополчении в свои руки.

Узнав об этом, Гермоген вновь стал призывать патриотов объединяться и сформировать новое ополчение. Эта деятельность началась в Нижнем Новгороде под руководством местного старосты Кузьмы Минина.

Поляки и сторонники короля организовали гонения на патриарха Гермогена. Сначала он был взят под стражу, а после антипольского восстания в Москве в марте 1611 года его бросили в земляную тюрьму Чудова монастыря. Там в феврале 1612 года он скончался, немного не дожив до освобождения столицы от поляков.

Православная церковь причислила Гермогена к лику святых.

Л.Е. Морозова, доктор исторических наук

Священномученик Ермоге́н, патриарх Московский и всея Руси

Краткое житие священномученика Ермогена, патриарха Московского и всея Руси

Свя­щен­но­му­че­ник Гер­мо­ген (Ер­мо­ген), пат­ри­арх Мос­ков­ский и всея Ру­си, ро­дил­ся око­ло 1530 го­да в се­мье дон­ских ка­за­ков. В ми­ру но­сил имя Ер­мо­лай. Го­ды юно­ше­ско­го и зре­ло­го воз­рас­та Гер­мо­ге­на сов­па­ли с вы­да­ю­щи­ми­ся со­бы­ти­я­ми оте­че­ствен­ной ис­то­рии: по­ко­ре­ние Ка­за­ни, Аст­ра­ха­ни, Си­би­ри; вен­ча­ние Иоан­на IV на все­рос­сий­ское цар­ство, из­да­ние Су­деб­ни­ка, прове­де­ние пер­вых Зем­ских Со­бо­ров. Раз­де­лил бу­ду­щий пат­ри­арх в пол­ной ме­ре и скорбь сво­е­го Оте­че­ства по по­во­ду про­из­во­ла Поль­ши, ко­то­рая, за­хва­тив часть ис­кон­но рус­ских зе­мель, пре­сле­до­ва­ла там пра­во­сла­вие, стре­мясь на­са­дить цер­ков­ную унию под на­ча­лом Ри­ма. Эти ис­то­ри­че­ские со­бы­тия ока­за­ли глу­бо­кое вли­я­ние на Гер­мо­ге­на, под­го­то­ви­ли его на слу­же­ние Церк­ви и Оте­че­ству.

Слу­же­ние бу­ду­ще­го пат­ри­ар­ха Церк­ви Хри­сто­вой на­ча­лось в Ка­за­ни про­стым при­ход­ским свя­щен­ни­ком при го­сти­но­двор­ской церк­ви во имя свя­ти­те­ля Ни­ко­лая. По от­зы­вам совре­мен­ни­ков, свя­щен­ник Ер­мо­лай уже то­гда был «муж зе­ло пре­муд­ро­стью укра­шен­ный, в книж­ном уче­нии изящ­ный и в чи­сто­те жи­тия из­вест­ный». В 1579 го­ду он, уже бу­дучи пре­сви­те­ром, стал сви­де­те­лем чу­дес­но­го яв­ле­ния Ка­зан­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри. Бог су­дил ему пер­во­му «взять от зем­ли» бес­цен­ный об­раз, по­ка­зать его со­брав­ше­му­ся на­ро­ду и за­тем тор­же­ствен­но, с крест­ным хо­дом, пе­ре­не­сти в со­сед­ний Ни­коль­ский храм.

Вско­ре свя­щен­ник Ер­мо­лай при­нял ино­че­ский по­стриг с на­ре­че­ни­ем име­ни Гер­мо­ген. По всей ве­ро­ят­но­сти, по­стри­же­ние про­ис­хо­ди­ло в Чу­до­вом мо­на­сты­ре, ко­то­рый был на­зван им впо­след­ствии обет­ным. В 1587 го­ду он был на­зна­чен ар­хи­манд­ри­том Ка­зан­ско­го Спа­со-Пре­об­ра­жен­ско­го мо­на­сты­ря. 13 мая 1589 го­да вла­ды­ка Гер­мо­ген был хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па, и в том же го­ду но­во­из­бран­ный пат­ри­арх Иов воз­вел его в сан мит­ро­по­ли­та Ка­зан­ско­го и Аст­ра­хан­ско­го. На этой ка­фед­ре свя­ти­тель Гер­мо­ген про­во­дил ши­ро­кую, пло­до­твор­ную мис­си­о­нер­скую ра­бо­ту сре­ди языч­ни­ков и му­суль­ман (та­тар), при­во­дя их к пра­во­слав­ной ве­ре.

В 1592 го­ду при свя­ти­те­ле Гер­мо­гене бы­ли пе­ре­не­се­ны из Моск­вы в Сви­яжск мо­щи Ка­зан­ско­го свя­ти­те­ля Гер­ма­на. В 1594 го­ду мит­ро­по­лит Гер­мо­ген со­ста­вил служ­бу Бо­жи­ей Ма­те­ри в честь ико­ны Ее Ка­зан­ской, а так­же «Ска­за­ние о яв­ле­нии Ка­зан­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри и со­вер­шив­ших­ся от нее чу­дес­ных ис­це­ле­ни­ях». Его тро­парь «За­ступ­ни­це Усерд­ная» про­ник­нут ис­тин­ным вдох­но­ве­ни­ем и глу­бо­ким мо­лит­вен­ным чув­ством. В 1595 го­ду при непо­сред­ствен­ном уча­стии свя­ти­те­ля Гер­мо­ге­на со­вер­ши­лось об­ре­те­ние и от­кры­тие мо­щей ка­зан­ских чу­до­твор­цев: свя­ти­те­лей Гу­рия, пер­во­го ар­хи­епи­ско­па Ка­зан­ско­го (па­мять 4/17 ок­тяб­ря, 5/18 де­каб­ря, 20 июня/3 июля), и Вар­со­но­фия, епи­ско­па Твер­ско­го (па­мять 4/17 ок­тяб­ря, 11/24 ап­ре­ля), жиз­не­опи­са­ния ко­то­рых он впо­след­ствии со­здал. По хо­да­тай­ству свя­ти­те­ля Гер­мо­ге­на бы­ла уста­нов­ле­на по­ми­наль­ная суб­бо­та по­сле По­кро­ва Бо­го­ро­ди­цы для по­ми­но­ве­ния всех во­и­нов, пав­ших при взя­тии Ка­за­ни, и всех мест­ных стра­даль­цев за ве­ру хри­сти­ан­скую.

3 июля 1606 го­да в Москве Со­бо­ром рус­ских иерар­хов свя­ти­тель Гер­мо­ген был по­став­лен пат­ри­ар­хом Мос­ков­ским и всея Ру­си. В это вре­мя ему бы­ло бо­лее 70 лет.

Пат­ри­ар­ше­ство свя­ти­те­ля Гер­мо­ге­на сов­па­ло с труд­ной по­рой Смут­но­го вре­ме­ни. С осо­бен­ным вдох­но­ве­ни­ем про­ти­во­сто­ял свя­тей­ший пат­ри­арх из­мен­ни­кам и вра­гам Оте­че­ства, же­лав­шим по­ра­бо­тить рус­ский на­род, вве­сти в Рос­сии уни­ат­ство и ка­то­ли­че­ство и ис­ко­ре­нить пра­во­сла­вие. Ко­гда Лже­д­мит­рий II в июне 1608 го­да по­до­шел к Москве и оста­но­вил­ся в Ту­ши­но, пат­ри­арх Гер­мо­ген об­ра­тил­ся к мя­теж­ни­кам и из­мен­ни­кам с дву­мя по­сла­ни­я­ми, в ко­то­рых об­ли­чал их и уве­ще­вал: «Вспом­ни­те, на ко­го вы под­ни­ма­е­те ору­жие: не на Бо­га ли, со­тво­рив­ше­го вас? Не на сво­их ли бра­тьев? Не свое ли Оте­че­ство разо­ря­е­те? За­кли­наю вас име­нем Бо­га, от­стань­те от сво­е­го на­чи­на­ния, по­ка есть вре­мя, чтобы не по­гиб­нуть вам до кон­ца … Бо­га ра­ди, по­знай­те се­бя и об­ра­ти­тесь, об­ра­дуй­те сво­их ро­ди­те­лей, сво­их жен и чад, и всех нас; и мы ста­нем мо­лить за вас Бо­га…».

Тем вре­ме­нем в Москве на­чал­ся го­лод. Пер­во­свя­ти­тель по­ве­лел ке­ла­рю Cepги­е­вой оби­те­ли Ав­ра­амию Па­ли­цы­ну от­крыть для го­ло­да­ю­щих мо­на­стыр­ские жит­ни­цы с хле­бом.

Пат­ри­арх Гер­мо­ген вдох­но­вил ино­ков Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры на caмо­от­вер­жен­ную ге­ро­и­че­скую обо­ро­ну оби­те­ли от поль­ско-ли­тов­ских ин­тер­вен­тов. Их мно­го­ты­сяч­ный от­ряд оса­дил Лав­ру в сен­тяб­ре 1608 го­да. Же­сто­кая оса­да дли­лась 16 ме­ся­цев, но без­успеш­но: в ян­ва­ре 1610 го­да ин­тер­вен­ты с по­зо­ром от­сту­пи­ли. В это вре­мя пат­ри­арх Гер­мо­ген про­дол­жал рас­сы­лать свои по­сла­ния, в ко­то­рых убеж­дал на­род в том, что Лже­ди­мит­рий II – са­мо­зва­нец, при­зы­вал под­нять­ся на за­щи­ту ве­ры и Оте­че­ства.

В 1610 го­ду са­мо­зва­нец, про­зван­ный «ту­шин­ским во­ром», был убит сво­и­ми при­бли­жен­ны­ми. К это­му вре­ме­ни по­сле бо­яр­ско­го за­го­во­ра и свер­же­ния ца­ря Ва­си­лия Шуй­ско­го (в июле 1610 го­да) Москва бы­ла за­ня­та поль­ски­ми вой­ска­ми. Боль­шин­ство бо­яр же­ла­ло ви­деть на рус­ском пре­сто­ле поль­ско­го ко­роле­ви­ча Вла­ди­сла­ва, сы­на Си­гиз­мун­да III. Это­му ре­ши­тель­но вос­про­ти­вил­ся пат­ри­арх Гер­мо­ген, со­вер­шав­ший в хра­мах осо­бые мо­леб­ны об из­бра­нии на цар­ский пре­стол «от кро­вей рос­сий­ско­го ро­да». На тре­бо­ва­ние бо­яр на­пи­сать осо­бую гра­мо­ту к на­ро­ду с при­зы­вом по­ло­жить­ся на во­лю Си­гиз­мун­да пат­ри­арх Гер­мо­ген от­ве­тил ре­ши­тель­ным от­ка­зом и угро­зой ана­фе­мат­ство­ва­ния. Он от­кры­то вы­сту­пил про­тив ино­зем­ных за­хват­чи­ков, при­зы­вая рус­ских лю­дей встать на за­щи­ту Ро­ди­ны. По бла­го­сло­ве­нию пат­ри­ар­ха Гер­мо­ге­на из Ка­за­ни бы­ла пе­ре­не­се­на Ка­зан­ская ико­на Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы (ско­рее все­го – ко­пия с под­лин­ной), ко­то­рая ста­ла глав­ной свя­ты­ней опол­че­ния.

Моск­ви­чи под во­ди­тель­ством Козь­мы Ми­ни­на и кня­зя Дмит­рия По­жар­ско­го под­ня­ли вос­ста­ние, в от­вет на ко­то­рое по­ля­ки по­до­жгли го­род, а са­ми укры­лись в Крем­ле. Сов­мест­но с рус­ски­ми из­мен­ни­ка­ми они на­силь­но све­ли свя­то­го пат­ри­ар­ха Гер­мо­ге­на с пат­ри­ар­ше­го пре­сто­ла и за­клю­чи­ли его в Чу­до­вом мо­на­сты­ре под стра­жу. В Свет­лый по­не­дель­ник 1611 го­да рус­ское опол­че­ние на­ча­ло оса­ду Крем­ля, про­дол­жав­шу­ю­ся несколь­ко ме­ся­цев. Оса­жден­ные в Крем­ле по­ля­ки не раз по­сы­ла­ли к пат­ри­ар­ху по­слов с тре­бо­ва­ни­ем, чтобы он при­ка­зал рус­ским опол­чен­цам отой­ти от го­ро­да, угро­жая при этом ему смерт­ной каз­нью. Свя­ти­тель твер­до от­ве­чал: «Что вы мне угро­жа­е­те? Бо­юсь од­но­го Бо­га. Ес­ли все вы, ли­тов­ские лю­ди, пой­де­те из Мос­ков­ско­го го­су­дар­ства, я бла­го­слов­лю рус­ское опол­че­ние ид­ти от Моск­вы, ес­ли же оста­не­тесь здесь, я бла­го­слов­лю всех сто­ять про­тив вас и по­ме­реть за пра­во­слав­ную ве­ру». Уже из за­то­че­ния свя­щен­но­му­че­ник Гер­мо­ген об­ра­тил­ся с по­след­ним по­сла­ни­ем к рус­ско­му на­ро­ду, в ко­то­ром при­зы­вал креп­ко сто­ять в ве­ре и по­мыш­лять лишь о том, как «ду­ши свои по­ло­жи­ти за дом Пре­чи­стой и за ве­ру». Пат­ри­арх Гер­мо­ген бла­го­сло­вил рус­ских лю­дей на осво­бо­ди­тель­ный по­двиг.

Бо­лее де­вя­ти ме­ся­цев то­мил­ся свя­ти­тель Гер­мо­ген в тяж­ком за­то­че­нии. 17 фев­ра­ля 1612 го­да он му­че­ни­че­ски скон­чал­ся от го­ло­да и жаж­ды.

Из­ве­стие о его смер­ти еще бо­лее спло­ти­ло опол­чен­цев. Бли­зи­лась ре­ши­тель­ная бит­ва. По­след­ние три дня пе­ред ней по­чти от­ча­яв­ше­е­ся рус­ское во­ин­ство про­ве­ло в по­сте и мо­лит­ве. И 27 ок­тяб­ря 1612 го­да оже­сто­чен­ное со­про­тив­ле­ние поль­ско-ли­тов­ских от­ря­дов бы­ло окон­ча­тель­но слом­ле­но.

Осво­бож­де­ние Рос­сии, за ко­то­рое с та­ким несо­кру­ши­мым му­же­ством сто­ял свя­ти­тель Гер­мо­ген, успеш­но за­вер­ши­лось рус­ским на­ро­дом по его пред­ста­тель­ству. Те­ло свя­щен­но­му­че­ни­ка Гер­мо­ге­на бы­ло с по­до­ба­ю­щей че­стью по­гре­бе­но в Чу­до­вом мо­на­сты­ре. Свя­тость пат­ри­ар­ше­го по­дви­га, как и его лич­но­сти в це­лом, бы­ла оза­ре­на свы­ше позд­нее – при вскры­тии в 1652 го­ду ра­ки с мо­ща­ми пре­по­доб­но­го. Через 40 лет по­сле смер­ти пат­ри­арх Гер­мо­ген ле­жал как жи­вой, а в 1654 го­ду нетлен­ные его мо­щи бы­ли пе­ре­не­се­ны в Успен­ский со­бор Мос­ков­ско­го Крем­ля.

Ве­ли­ко об­ще­на­цио­наль­ное зна­че­ние свя­ти­те­ля Гер­мо­ге­на, неуто­ми­мо­го бор­ца за чи­сто­ту пра­во­сла­вия и един­ство Рус­ской зем­ли. Его цер­ков­ная и пат­ри­о­ти­че­ская де­я­тель­ность в те­че­ние несколь­ких сто­ле­тий слу­жит для рус­ско­го че­ло­ве­ка яр­ким об­раз­цом пла­мен­ной ве­ры и люб­ви к сво­е­му на­ро­ду. Цер­ков­ная де­я­тель­ность пер­во­свя­ти­те­ля ха­рак­те­ри­зу­ет­ся вни­ма­тель­ным и стро­гим от­но­ше­ни­ем к бо­го­слу­же­нию. При нем бы­ли из­да­ны: Еван­ге­лие, Ми­неи Ме­сяч­ные: сен­тябрь, ок­тябрь, но­ябрь и пер­вые 20 дней де­каб­ря, а так­же в 1610 го­ду был на­пе­ча­тан «Боль­шой Цер­ков­ный Устав». При этом свя­ти­тель Гер­мо­ген не огра­ни­чи­вал­ся бла­го­сло­ве­ни­ем к из­да­нию книг, но тща­тель­но на­блю­дал за ис­прав­но­стью тек­стов. По бла­го­сло­ве­нию свя­ти­те­ля Гер­мо­ге­на с гре­че­ско­го на рус­ский язык бы­ла пе­ре­ве­де­на служ­ба свя­то­му апо­сто­лу Ан­дрею Пер­во­зван­но­му и вос­ста­нов­ле­но празд­но­ва­ние его па­мя­ти в Успен­ском со­бо­ре. Под на­блю­де­ни­ем пер­во­свя­ти­те­ля бы­ли сде­ла­ны но­вые стан­ки для пе­ча­та­ния бо­го­слу­жеб­ных книг и по­стро­е­но но­вое зда­ние ти­по­гра­фии, по­стра­дав­шее во вре­мя по­жа­ра 1611 го­да, ко­гда Москва бы­ла по­до­жже­на по­ля­ка­ми. За­бо­тясь о со­блю­де­нии бо­го­слу­жеб­но­го чи­на, свя­ти­тель Гер­мо­ген со­ста­вил «По­сла­ние на­ка­за­тель­но ко всем лю­дям, па­че же свя­щен­ни­ком и диа­ко­ном о ис­прав­ле­нии цер­ков­но­го пе­ния». «По­сла­ние» об­ли­ча­ет свя­щен­но­слу­жи­те­лей в неустав­ном со­вер­ше­нии цер­ков­ных служб – мно­го­гла­сии, а ми­рян – в небла­го­го­вей­но­сти при бо­го­слу­же­нии.

Об­ла­дая вы­да­ю­щим­ся умом, свя­ти­тель Гер­мо­ген мно­го за­ни­мал­ся в мо­на­стыр­ских биб­лио­те­ках, преж­де все­го – в бо­га­тей­шей биб­лио­те­ке Мос­ков­ско­го Чу­до­ва мо­на­сты­ря, где вы­пи­сы­вал из древ­них ру­ко­пи­сей цен­ней­шие ис­то­ри­че­ские све­де­ния, по­ло­жен­ные в ос­но­ву ле­то­пис­ных за­пи­сей. В со­чи­не­ни­ях пред­сто­я­те­ля Рус­ской Церк­ви и его ар­хи­пас­тыр­ских гра­мо­тах по­сто­ян­но встре­ча­ют­ся ссыл­ки на Свя­щен­ное Пи­са­ние и при­ме­ры, взя­тые из ис­то­рии, что сви­де­тель­ству­ет о глу­бо­ком зна­нии Сло­ва Бо­жия и на­чи­тан­но­сти в цер­ков­ной пись­мен­но­сти то­го вре­ме­ни. С этой на­чи­тан­но­стью пат­ри­арх Гер­мо­ген со­еди­нял и вы­да­ю­щи­е­ся спо­соб­но­сти про­по­вед­ни­ка и учи­те­ля.

Полное житие священномученика Ермогена, патриарха Московского и всея Руси

Свя­щен­но­му­че­ник Ер­мо­ген, пат­ри­арх Мос­ков­ский и всея Ру­си, про­ис­хо­дил из дон­ских ка­за­ков. По сви­де­тель­ству са­мо­го пат­ри­ар­ха, он был вна­ча­ле свя­щен­ни­ком в го­ро­де Ка­за­ни при го­сти­но­двор­ской церк­ви во имя свя­ти­те­ля Ни­ко­лая (па­мять 6 де­каб­ря и 9 мая). Вско­ре он при­нял мо­на­ше­ство и с 1582 го­да был ар­хи­манд­ри­том Спа­со-Пре­об­ра­жен­ско­го мо­на­сты­ря в Ка­за­ни. 13 мая 1589 го­да хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па и стал пер­вым Ка­зан­ским мит­ро­по­ли­том.

Во вре­мя слу­же­ния бу­ду­ще­го пат­ри­ар­ха в Ка­за­ни со­вер­ши­лось яв­ле­ние и об­ре­те­ние чу­до­твор­ной Ка­зан­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри в 1579 го­ду. Бу­дучи еще свя­щен­ни­ком, он с бла­го­сло­ве­ния то­гдаш­не­го Ка­зан­ско­го ар­хи­ерея Иере­мии пе­ре­но­сил но­во­яв­лен­ную ико­ну с ме­ста об­ре­те­ния в цер­ковь во имя свя­ти­те­ля Ни­ко­лая. Об­ла­дая неза­у­ряд­ным ли­те­ра­тур­ным да­ро­ва­ни­ем, свя­ти­тель сам со­ста­вил в 1594 го­ду ска­за­ние о яв­ле­нии чу­до­твор­ной ико­ны и со­вер­шав­ших­ся от нее чу­де­сах. В ска­за­нии он со сми­ре­ни­ем пи­шет о се­бе: «Я же то­гда… хо­тя и был ка­мен­но­сер­де­чен, од­на­ко про­сле­зил­ся и при­пал к Бо­го­ро­дич­но­му об­ра­зу, и к чу­до­твор­ной иконе, и к Пред­веч­но­му Мла­ден­цу, Спа­су Хри­сту… И по ве­ле­нию Ар­хи­епи­ско­па, с про­чи­ми свя­ты­ми кре­ста­ми по­шел я с ико­ною в на­хо­дя­щу­ю­ся вбли­зи цер­ковь свя­то­го Ни­ко­лая, ко­то­рый зо­вет­ся Туль­ским…». В 1591 го­ду свя­ти­тель со­би­рал в ка­фед­раль­ный со­бор но­во­кре­щен­ых та­тар и в те­че­ние несколь­ких дней на­став­лял их в хри­сти­ан­ской ве­ре.

9 ян­ва­ря 1592 го­да свя­ти­тель Ер­мо­ген на­пра­вил пат­ри­ар­ху Иову пись­мо, в ко­то­ром со­об­щал, что в Ка­за­ни не со­вер­ша­ет­ся осо­бое по­ми­но­ве­ние пра­во­слав­ных во­и­нов, жизнь по­ло­жив­ших за ве­ру и Оте­че­ство под Ка­за­нью, и про­сил уста­но­вить опре­де­лен­ный день па­мя­ти во­и­нов. В от­вет свя­ти­те­лю Ер­мо­ге­ну пат­ри­арх при­слал указ от 25 фев­ра­ля, ко­то­рый пред­пи­сы­вал «по всем пра­во­слав­ным во­и­нам, уби­тым под Ка­за­нью и в пре­де­лах ка­зан­ских, со­вер­шать в Ка­за­ни и по всей Ка­зан­ской мит­ро­по­лии па­ни­хи­ду и суб­бот­ний день по­сле По­кро­ва Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и впи­сать их в боль­шой си­но­дик, чи­та­е­мый в Неде­лю Пра­во­сла­вия». Свя­ти­тель Ер­мо­ген про­яв­лял рев­ность по ве­ре и твер­дость в со­блю­де­нии цер­ков­ных тра­ди­ций, за­бо­тил­ся о про­све­ще­нии ве­рой Хри­сто­вой ка­зан­ских та­тар.

В 1595 го­ду при де­я­тель­ном уча­стии свя­ти­те­ля со­вер­ши­лось об­ре­те­ние и от­кры­тие мо­щей Ка­зан­ских чу­до­твор­цев: свя­ти­те­лей Гу­рия, пер­во­го ар­хи­епи­ско­па Ка­зан­ско­го, и Вар­со­но­фия, епи­ско­па Твер­ско­го. Царь Фе­о­дор Иоан­но­вич при­ка­зал со­ору­дить в Ка­зан­ском Спа­со-Пре­об­ра­жен­ском мо­на­сты­ре но­вую ка­мен­ную цер­ковь на ме­сте преж­ней, где бы­ли по­гре­бе­ны свя­тые. Ко­гда бы­ли об­ре­те­ны гро­бы свя­тых, свя­ти­тель Ер­мо­ген при­шел с со­бо­ром ду­хо­вен­ства, по­ве­лел вскрыть гро­бы и, уви­дев нетлен­ные мо­щи и одеж­ды свя­ти­те­лей, со­об­щил Пат­ри­ар­ху и ца­рю. По бла­го­сло­ве­нию свя­тей­ше­го пат­ри­ар­ха Иова († 1605) и по по­ве­ле­нию ца­ря мо­щи но­во­яв­лен­ных чу­до­твор­цев бы­ли по­став­ле­ны в но­вом хра­ме. Свя­той Ер­мо­ген сам со­ста­вил жи­тия свя­ти­те­лей Гу­рия и Вар­со­но­фия, епи­ско­пов Ка­зан­ских.

За вы­да­ю­щи­е­ся ар­хи­пас­тыр­ские тру­ды мит­ро­по­ли­та Ер­мо­ге­на из­бра­ли на пер­во­свя­ти­тель­скую ка­фед­ру, а 3 июля 1606 го­да он был воз­ве­ден со­бо­ром свя­ти­те­лей на пат­ри­ар­ший пре­стол в Мос­ков­ском Успен­ском со­бо­ре. Мит­ро­по­лит Ис­и­дор вру­чил свя­тей­ше­му пат­ри­ар­ху Ер­мо­ге­ну по­сох свя­ти­те­ля Пет­ра, Мос­ков­ско­го чу­до­твор­ца († 21 де­каб­ря 1326), а царь при­нес в дар но­во­му пат­ри­ар­ху па­на­гию, укра­шен­ную дра­го­цен­ны­ми кам­ня­ми, бе­лый кло­бук и по­сох. По древ­не­му чи­ну свя­тей­ший пат­ри­арх Ер­мо­ген со­вер­шал ше­ствие на ос­ля­ти во­круг стен Крем­ля.

Де­я­тель­ность пат­ри­ар­ха Ер­мо­ге­на сов­па­ла с труд­ным для Рус­ско­го го­су­дар­ства пе­ри­о­дом – на­ше­стви­ем са­мо­зван­ца Лже­д­мит­рия и поль­ско­го ко­ро­ля Си­гиз­мун­да III. В этом по­дви­ге пат­ри­арх Ер­мо­ген не был оди­нок: ему под­ра­жа­ли и по­мо­га­ли са­мо­от­вер­жен­ные рус­ские лю­ди. С осо­бен­ным вдох­но­ве­ни­ем про­ти­во­сто­ял свя­тей­ший пат­ри­арх из­мен­ни­кам и вра­гам Оте­че­ства, же­лав­шим по­ра­бо­тить рус­ский на­род, вве­сти в Рос­сии уни­ат­ство и ка­то­ли­че­ство и ис­ко­ре­нить пра­во­сла­вие. Ко­гда са­мо­зва­нец по­до­шел к Москве и рас­по­ло­жил­ся в Ту­шине, пат­ри­арх Ер­мо­ген на­пра­вил мя­теж­ным из­мен­ни­кам два по­сла­ния. В од­ном из них он пи­сал: «…Вы за­бы­ли обе­ты пра­во­слав­ной ве­ры на­шей, в ко­то­рой мы ро­ди­лись, кре­сти­лись, вос­пи­та­лись и воз­рос­ли, пре­сту­пи­ли крест­ное це­ло­ва­ние и клят­ву сто­ять до смер­ти за Дом Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и за Мос­ков­ское го­су­дар­ство и при­па­ли к лож­но-мни­мо­му ва­ше­му ца­ри­ку… Бо­лит моя ду­ша, бо­лез­ну­ет серд­це и все внут­рен­но­сти мои тер­за­ют­ся, все со­ста­вы мои со­дро­га­ют­ся; я пла­чу и с ры­да­ни­ем во­пию: по­ми­луй­те, по­ми­луй­те, бра­тие и ча­да, свои ду­ши и сво­их ро­ди­те­лей, от­шед­ших и жи­вых… По­смот­ри­те, как оте­че­ство на­ше рас­хи­ща­ет­ся и разо­ря­ет­ся чу­жи­ми, ка­ко­му по­ру­га­нию пре­да­ют­ся свя­тые ико­ны и церк­ви, как про­ли­ва­ет­ся кровь непо­вин­ных, во­пи­ю­щая к Бо­гу. Вспом­ни­те, на ко­го вы под­ни­ма­е­те ору­жие: не на Бо­га ли, со­тво­рив­ше­го вас? не на сво­их ли бра­тьев? Не свое ли Оте­че­ство разо­ря­е­те?… За­кли­наю вас име­нем Бо­га, от­стань­те от сво­е­го на­чи­на­ния, по­ка есть вре­мя, чтобы не по­гиб­нуть вам до кон­ца».

В дру­гой гра­мо­те пер­во­свя­ти­тель при­зы­вал: «…Бо­га ра­ди, по­знай­те се­бя и об­ра­ти­тесь, об­ра­дуй­те сво­их ро­ди­те­лей, жен и чад, и всех нас; и ста­нем мо­лить за вас Бо­га»…

Вско­ре пра­вед­ный суд Бо­жий свер­шил­ся и над Ту­шин­ским во­ром: его по­стиг­ла столь же пе­чаль­ная и бес­слав­ная участь, как и пред­ше­ствен­ни­ка; он был убит соб­ствен­ны­ми при­бли­жен­ны­ми 11 де­каб­ря 1610 го­да. Но Москва про­дол­жа­ла оста­вать­ся в опас­но­сти, так как в ней на­хо­ди­лись по­ля­ки и из­мен­ни­ки-бо­яре, пре­дан­ные Си­гиз­мун­ду III. Гра­мо­ты, рас­сы­лав­ши­е­ся пат­ри­ар­хом Ер­мо­ге­ном по го­ро­дам и се­лам, воз­буж­да­ли рус­ский на­род к осво­бож­де­нию Моск­вы от вра­гов и из­бра­нию за­кон­но­го рус­ско­го ца­ря. Моск­ви­чи под­ня­ли вос­ста­ние, в от­вет на ко­то­рое по­ля­ки по­до­жгли го­род, а са­ми укры­лись в Крем­ле. Сов­мест­но с рус­ски­ми из­мен­ни­ка­ми они на­силь­но све­ли свя­то­го пат­ри­ар­ха Ер­мо­ге­на с пат­ри­ар­ше­го пре­сто­ла и за­клю­чи­ли в Чу­до­вом мо­на­сты­ре под стра­жу. В Свет­лый по­не­дель­ник 1611 го­да рус­ское опол­че­ние по­до­шло к Москве и на­ча­ло оса­ду Крем­ля, про­дол­жав­шу­ю­ся несколь­ко ме­ся­цев. Оса­жден­ные в Крем­ле по­ля­ки не раз по­сы­ла­ли к пат­ри­ар­ху по­слов с тре­бо­ва­ни­ем, чтобы он при­ка­зал рус­ским опол­чен­цам отой­ти от го­ро­да, угро­жая при этом ему смерт­ной каз­нью. Свя­ти­тель твер­до от­ве­чал: «Что вы мне угро­жа­е­те? Бо­юсь од­но­го Бо­га. Ес­ли все вы, ли­тов­ские лю­ди, пой­де­те из Мос­ков­ско­го го­су­дар­ства, я бла­го­слов­лю рус­ское опол­че­ние ид­ти от Моск­вы, ес­ли же оста­не­тесь здесь, я бла­го­слов­лю всех сто­ять про­тив вас и по­ме­реть за пра­во­слав­ную ве­ру». Уже из за­то­че­ния свя­щен­но­му­че­ник Ер­мо­ген об­ра­тил­ся с по­след­ним по­сла­ни­ем к рус­ско­му на­ро­ду, бла­го­слов­ляя осво­бо­ди­тель­ную вой­ну про­тив за­во­е­ва­те­лей. Но рус­ские во­е­во­ды не про­яви­ли то­гда еди­но­ду­шия и со­гла­со­ван­но­сти, по­это­му не смог­ли взять Кремль и осво­бо­дить сво­е­го пер­во­свя­ти­те­ля. Бо­лее де­вя­ти ме­ся­цев то­мил­ся он в тяж­ком за­то­че­нии и 17 фев­ра­ля 1612 го­да скон­чал­ся му­че­ни­че­ской смер­тью от го­ло­да.

Осво­бож­де­ние Рос­сии, за ко­то­рое с та­ким несо­кру­ши­мым му­же­ством сто­ял свя­ти­тель Ер­мо­ген, успеш­но за­вер­ши­лось по его пред­ста­тель­ству рус­ским на­ро­дом. Те­ло свя­щен­но­му­че­ни­ка Ер­мо­ге­на бы­ло по­гре­бе­но в Чу­до­вом мо­на­сты­ре, а в 1654 го­ду пе­ре­не­се­но в Мос­ков­ский Успен­ский со­бор. Про­слав­ле­ние пат­ри­ар­ха Ер­мо­ге­на в ли­ке свя­ти­те­лей со­вер­ши­лось 12 мая 1913 го­да. Па­мять его так­же празд­ну­ет­ся 17 фев­ра­ля.

В те­че­ние трех сто­ле­тий из по­ко­ле­ния в по­ко­ле­ние пе­ре­да­ва­лась па­мять о пат­ри­ар­хе Ер­мо­гене как свя­ти­те­ле-му­че­ни­ке и рос­ла на­род­ная ве­ра в него как за­ступ­ни­ка и мо­лит­вен­ни­ка за зем­лю Рус­скую у Пре­сто­ла Все­дер­жи­те­ля. В тяж­кие го­ды оте­че­ствен­ных бед­ствий мо­лит­вен­ная мысль на­ро­да об­ра­ща­лась к па­мя­ти пат­ри­ар­ха-ге­роя. Шли рус­ские лю­ди к его гроб­ни­це и со сво­и­ми лич­ны­ми скор­бя­ми, неду­га­ми и бо­лез­ня­ми, бла­го­го­вей­но при­зы­вая на по­мощь свя­ти­те­ля Ер­мо­ге­на, ве­руя в него как теп­ло­го мо­лит­вен­ни­ка и пред­ста­те­ля пред Гос­по­дом. И Все­ми­ло­сти­вый Гос­подь воз­на­гра­дил эту ве­ру….

Ко дню тор­же­ствен­но­го про­слав­ле­ния, сов­пав­ше­му с 300-ле­ти­ем со вре­ме­ни кон­чи­ны свя­щен­но­му­че­ни­ка Ер­мо­ге­на, в Моск­ву ста­ли сте­кать­ся ве­ру­ю­щие из всех кон­цов Рос­сии. Па­лом­ни­ки спе­ши­ли по­кло­нить­ся мо­щам свя­то­го пат­ри­ар­ха, на­хо­дя­щим­ся в Успен­ском со­бо­ре Крем­ля, где по­чти бес­пре­рыв­но слу­жи­лись па­ни­хи­ды. На­ка­нуне про­слав­ле­ния со­вер­шал­ся крест­ный ход, во гла­ве ко­то­ро­го нес­ли ико­ну свя­ти­те­ля Ер­мо­ге­на, а вслед за ней по­кров с гроб­ни­цы, на ко­то­ром свя­ти­тель изо­бра­жен в рост в ман­тии и с по­со­хом. Ря­дом с ико­ной пат­ри­ар­ха нес­ли ико­ну его спо­движ­ни­ка в ду­хов­ной и пат­ри­о­ти­че­ской де­я­тель­но­сти по осво­бож­де­нию Рус­ской зем­ли от поль­ско-ли­тов­ских за­хват­чи­ков пре­по­доб­но­го Ди­о­ни­сия Ра­до­неж­ско­го. На ко­ло­кольне Иоан­на Ве­ли­ко­го све­ти­лась огром­ная над­пись: «Ра­дуй­ся, свя­щен­но­му­че­ни­че Ер­мо­гене, Рос­сий­ския зем­ли ве­ли­кий за­ступ­ни­че». Сот­ни ты­сяч све­чей го­ре­ли в ру­ках ве­ру­ю­щих, про­слав­ляв­ших угод­ни­ка Бо­жия. По окон­ча­нии крест­но­го хо­да у ра­ки с мо­ща­ми пат­ри­ар­ха на­ча­лось чте­ние Пас­халь­но­го ка­но­на с при­со­еди­не­ни­ем ка­но­на свя­ти­те­лю Ер­мо­ге­ну.

Все­нощ­ное бде­ние со­вер­ша­лось под от­кры­тым небом на всех пло­ща­дях Крем­ля. В эту ночь про­изо­шло несколь­ко ис­це­ле­ний по бла­го­дат­ным мо­лит­вам свя­ти­те­ля Ер­мо­ге­на. Так, на­при­мер, один боль­ной при­шел в Успен­ский со­бор на ко­сты­лях, но ощу­тил ис­це­ле­ние по­сле то­го, как при­ло­жил­ся к ра­ке с мо­ща­ми свя­ти­те­ля. Ис­це­лил­ся дру­гой боль­ной, тяж­ко стра­дав­ший рас­слаб­ле­ни­ем. Его при­нес­ли на по­ло­тен­це к ра­ке свя­щен­но­му­че­ни­ка Ер­мо­ге­на, где он по­лу­чил пол­ное ис­це­ле­ние. Эти и дру­гие по­доб­ные ис­це­ле­ния, оче­вид­ца­ми ко­то­рых бы­ли мно­го­чис­лен­ные ве­ру­ю­щие, ста­ли зна­ме­на­тель­ным под­твер­жде­ни­ем свя­то­сти но­во­го рус­ско­го чу­до­твор­ца.

В вос­кре­се­нье, 12 мая, в 10 ча­сов утра со­вер­ша­лась Бо­же­ствен­ная ли­тур­гия в Успен­ском со­бо­ре. На празд­но­ва­ние тор­же­ства про­слав­ле­ния но­во­го свя­то­го при­был бла­жен­ней­ший Гри­го­рий, пат­ри­арх Ан­тио­хий­ский, воз­гла­вив­ший слу­же­ние. По окон­ча­нии ли­тур­гии во всех хра­мах Моск­вы бы­ли от­слу­же­ны мо­леб­ны свя­ти­те­лю Ер­мо­ге­ну и со­вер­шен крест­ный ход в Мос­ков­ском Крем­ле, в ко­то­ром при­ня­ли уча­стие бо­лее 20 ар­хи­ере­ев, со­про­вож­дав­ших тор­же­ствен­ное ше­ствие пе­ни­ем: «Свя­ти­те­лю от­че Ер­мо­гене, мо­ли Бо­га о нас». Бо­го­слу­же­ние за­кон­чи­лось мо­лит­вой свя­щен­но­му­че­ни­ку Ер­мо­ге­ну. С это­го дня на­ча­лось ли­тур­ги­че­ское по­чи­та­ние свя­ти­те­ля Ер­мо­ге­на. Так ис­пол­ни­лось же­ла­ние ве­ру­ю­щих рус­ских лю­дей, по мо­лит­вам ко­то­рых Рус­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь по­лу­чи­ла бла­го­дат­но­го Небес­но­го по­кро­ви­те­ля на­ше­го Оте­че­ства.

Свя­тей­шим Си­но­дом Рус­ской Церк­ви уста­нов­ле­ны дни празд­но­ва­ния свя­щен­но­му­че­ни­ку Ер­мо­ге­ну, пат­ри­ар­ху Мос­ков­ско­му и всея Ру­си: 17 фев­ра­ля – пре­став­ле­ние (све­де­ния о жиз­ни и по­дви­ге по­ме­ще­ны в этот день) и 12 мая – про­слав­ле­ние в ли­ке свя­ти­те­лей.

Ве­ли­ко об­ще­на­цио­наль­ное зна­че­ние свя­ти­те­ля Ер­мо­ге­на, неуто­ми­мо­го бор­ца за чи­сто­ту пра­во­сла­вия и един­ство Рус­ской зем­ли. Его цер­ков­ная и го­судар­ствен­но-пат­ри­о­ти­че­ская де­я­тель­ность в те­че­ние несколь­ких сто­ле­тий слу­жит яр­ким об­раз­цом пла­мен­ной ве­ры и люб­ви для рус­ско­го че­ло­ве­ка. Цер­ков­ная де­я­тель­ность пер­во­свя­ти­те­ля ха­рак­те­ри­зу­ет­ся вни­ма­тель­ным и стро­гим от­но­ше­ни­ем к бо­го­слу­же­нию. При нем бы­ли из­да­ны: Еван­ге­лие, Ми­неи ме­сяч­ные за сен­тябрь (1607 г.), ок­тябрь (1609 г.), но­ябрь (1610 г.) и пер­вые два­дцать дней де­каб­ря, а так­же на­пе­ча­тан «Боль­шой Вер­хов­ный Устав» в 1610 го­ду. При этом свя­ти­тель Ер­мо­ген не огра­ни­чи­вал­ся бла­го­сло­ве­ни­ем к из­да­нию, но тща­тель­но на­блю­дал за ис­прав­но­стью тек­стов. По бла­го­сло­ве­нию свя­ти­те­ля Ер­мо­ге­на с гре­че­ско­го на рус­ский язык бы­ла пе­ре­ве­де­на служ­ба свя­то­му апо­сто­лу Ан­дрею Пер­во­зван­но­му и вос­ста­нов­ле­но празд­но­ва­ние его па­мя­ти в Успен­ском со­бо­ре. Под на­блю­де­ни­ем пер­во­свя­ти­те­ля бы­ли сде­ла­ны но­вые стан­ки для пе­ча­та­ния бо­го­слу­жеб­ных книг и по­стро­е­но но­вое зда­ние ти­по­гра­фии, по­стра­дав­шее во вре­мя по­жа­ра 1611 го­да, ко­гда Москва бы­ла по­до­жже­на по­ля­ка­ми. За­бо­тясь о со­блю­де­нии бо­го­слу­жеб­но­го чи­на, свя­ти­тель Ер­мо­ген со­ста­вил «По­сла­ние на­ка­за­тель­но ко всем лю­дям, па­че же свя­щен­ни­ком и диа­ко­ном о ис­прав­ле­нии цер­ков­на­го пе­ния». «По­сла­ние» об­ли­ча­ет свя­щен­но­слу­жи­те­лей в неустав­ном со­вер­ше­нии цер­ков­ных служб – мно­го­гла­сии, а ми­рян – в небла­го­го­вей­ном от­но­ше­нии к Бо­го­слу­же­нию.

Ши­ро­ко из­вест­на ли­те­ра­тур­ная де­я­тель­ность пер­во­свя­ти­те­ля Рус­ской Церк­ви. Его пе­ру при­над­ле­жат: по­весть о Ка­зан­ской иконе Бо­жи­ей Ма­те­ри и служ­ба этой иконе (1594 г.); по­сла­ние пат­ри­ар­ху Иову, со­дер­жа­щее све­де­ния о ка­зан­ских му­че­ни­ках (1591 г.); сбор­ник, в ко­то­ром рас­смат­ри­ва­ют­ся во­про­сы бо­го­слу­же­ния (1598 г.); пат­ри­о­ти­че­ские гра­мо­ты и воз­зва­ния, об­ра­щен­ные к рус­ско­му на­ро­ду (1606–1613) и дру­гие про­из­ве­де­ния.

От­зы­вы совре­мен­ни­ков сви­де­тель­ству­ют о пат­ри­ар­хе Ер­мо­гене как че­ло­ве­ке вы­да­ю­ще­го­ся ума и на­чи­тан­но­сти: «Го­су­дарь ве­ли­ка ра­зу­ма и смыс­ла и муд­ра ума», «чу­ден зе­ло и мно­га­го раз­суж­де­ния», «зе­ло пре­муд­ро­стию укра­шен и в книж­ном уче­нии изя­щен», «о Бо­же­ствен­ных сло­ве­сех прис­но упраж­ня­ет­ся и вся кни­ги Вет­ха­го за­ко­на и Но­выя бла­го­да­ти, и уста­вы цер­ков­ныя и пра­ви­ла за­кон­ныя до кон­ца из­вы­че». Свя­ти­тель Ер­мо­ген мно­го за­ни­мал­ся в мо­на­стыр­ских биб­лио­те­ках, преж­де все­го, в бо­га­тей­шей биб­лио­те­ке Мос­ков­ско­го Чу­до­ва мо­на­сты­ря, где вы­пи­сы­вал из древ­них ру­ко­пи­сей цен­ней­шие ис­то­ри­че­ские све­де­ния, по­ло­жен­ные в ос­но­ву ле­то­пис­ных за­пи­сей. В XVII ве­ке ле­то­пис­цем «Вос­кре­сен­ской ле­то­писи» на­зы­ва­ли свя­тей­ше­го пат­ри­ар­ха Ер­мо­ге­на. В со­чи­не­ни­ях пред­сто­я­те­ля Рус­ской Церк­ви и его ар­хи­пас­тыр­ских гра­мо­тах по­сто­ян­но встре­ча­ют­ся ссыл­ки на Свя­щен­ное Пи­са­ние и при­ме­ры, взя­тые из ис­то­рии, что сви­де­тель­ству­ет о глу­бо­ком зна­нии Сло­ва Бо­жия и на­чи­тан­но­сти в цер­ков­ной пись­мен­но­сти то­го вре­ме­ни.

С этой на­чи­тан­но­стью пат­ри­арх Ер­мо­ген со­еди­нял и вы­да­ю­щи­е­ся спо­соб­но­сти про­по­вед­ни­ка и учи­те­ля. От­зы­вы совре­мен­ни­ков ха­рак­те­ри­зу­ют нрав­ствен­ный об­лик пер­во­свя­ти­те­ля как «му­жа бла­го­че­сти­ва­го», «из­вест­на­го чи­с­та­го жи­тия», «ис­тин­на­го пас­ты­ря ста­да Хри­сто­ва», «нелож­на­го сто­я­те­ля по ве­ре хри­сти­ан­ской».

Эти ка­че­ства свя­ти­те­ля Ер­мо­ге­на с осо­бен­ной си­лой про­яви­лись в Смут­ное вре­мя, ко­гда Рус­скую зем­лю по­стиг­ло несча­стие внут­рен­не­го нестро­е­ния, усу­губ­лен­ное поль­ско-ли­тов­ским на­ше­стви­ем. В этот мрач­ный пе­ри­од пер­во­свя­ти­тель Рус­ской Церк­ви са­мо­от­вер­жен­но обе­ре­гал Рус­ское го­су­дар­ство, сло­вом и де­лом за­щи­щая пра­во­слав­ную ве­ру от ла­тин­ства и един­ство на­ше­го Оте­че­ства от вра­гов внут­рен­них и внеш­них. Свой по­двиг спа­се­ния Ро­ди­ны свя­ти­тель Ер­мо­ген увен­чал му­че­ни­че­ской кон­чи­ной, пе­ре­шед­шей в бла­го­дат­ное мо­лит­вен­ное Небес­ное за­ступ­ни­че­ство за на­ше оте­че­ство у Пре­сто­ла Свя­той Тро­и­цы.

В 1913 го­ду Рус­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь про­сла­ви­ла пат­ри­ар­ха Гер­мо­ге­на в ли­ке свя­тых. Его па­мять со­вер­ша­ет­ся 12 /25 мая и 17 фев­ра­ля/2 мар­та.

священномученик Ермоген, патриарх Московский

Дни памяти: 17 февраля (02 марта) , 12(25) мая , 5(18) октября (Собор Московских святителей)

Священномученик Ермоген (Гермоген), Патриарх Московский и всея Руси, происходил из донских казаков. По свидетельству самого Патриарха, он был вначале священником в городе Казани при гостинодворской церкви во имя святителя Николая (память 6 декабря и 9 мая). Вскоре он принял монашество и с 1582 года был архимандритом Спасо-Пре-ображенского монастыря в Казани. 13 мая 1589 года хиротонисан во епископа и стал первым Казанским митрополитом.

Во время служения будущего Патриарха в Казани совершилось явление и обретение чудотворной Казанской иконы Божией Матери в 1579 году. Будучи еще священником, он, с благословения тогдашнего Казанского архиерея Иеремии, переносил новоявленную икону с места обретения в церковь во имя святителя Николая. Обладая незаурядным литературным дарованием, святитель сам составил в 1594 году сказание о явлении чудотворной иконы и совершавшихся от нее чудесах. В сказании он со смирением пишет о себе: «Я же тогда… хотя и был каменносердечен, однако прослезился и припал к Богородичному образу, и к чудотворной иконе, и к Предвечному Младенцу, Спасу Христу… И по велению Архиепископа, с прочими святыми крестами пошел я с иконою в находящуюся вблизи церковь святого Николая, который зовется Тульским…» В 1591 году святитель собирал в кафедральный собор новокрещенных татар и в течение нескольких дней наставлял их в христианской вере.

9 января 1592 года святитель Ермоген направил Патриарху Иову письмо, в котором сообщал, что в Казани не совершается особое поминовение православных воинов, жизнь положивших за веру и Отечество под Казанью, и просил установить определенный день памяти воинов. В ответ святителю Ермогену Патриарх прислал указ от 25 февраля, который предписывал «по всем православным воинам, убитым под Казанью и в пределах казанских, совершать в Казани и по всей Казанской митрополии панихиду и субботний день после Покрова Пресвятой Богородицы и вписать их в большой синодик, читаемый в Неделю Православия». Святитель Ермоген проявлял ревность по вере и твердость в соблюдении церковных традиций, заботился о просвещении верой Христовой казанских татар.

В 1595 году при деятельном участии святителя совершилось обретение и открытие мощей Казанских чудотворцев: святителей Гурия, первого архиепископа Казанского и Варсонофия, епископа Тверского. Царь Феодор Иоаннович приказал соорудить в Казанском Спасо-Преображенском монастыре новую каменную церковь на месте прежней, где были погребены святые. Когда были обретены гробы святых, святитель Ермоген пришел с собором духовенства, повелел вскрыть гробы и, увидев нетленные мощи и одежды святителей, сообщил Патриарху и царю. По благословению Святейшего Патриарха Иова († 1605) и по повелению царя, мощи новоявленных чудотворцев были поставлены в новом храме. Святой Ермоген сам составил жития святителей Гурия и Варсонофия, епископов Казанских.

За выдающиеся архипастырские труды митрополита Ермогена избрали на первосвятительскую кафедру, а 3 июля 1606 года он был возведен собором святителей на Патриарший престол в Московском Успенском соборе. Митрополит Исидор вручил Святейшему Патриарху Ермогену посох святителя Петра, Московского чудотворца († 21 декабря 1326), a царь принес в дар новому Патриарху панагию, украшенную драгоценными камнями, белый клобук и посох. По древнему чину Святейший Патриарх Ермоген совершал шествие на осляти вокруг стен Кремля.

Деятельность Патриарха Ермогена совпала с трудным для Русского государства периодом — нашествием самозванца Лжедмитрия и польского короля Сигизмунда III. В этом подвиге Патриарх Ермоген не был одинок: ему подражали и помогали самоотверженные русские люди. С особенным вдохновением противостоял Святейший Патриарх изменникам и врагам Отечества, желавшим поработить русский народ, ввести в России униатство и католичество, и искоренить Православие. Когда самозванец подошел к Москве и расположился в Тушине, Патриарх Ермоген направил мятежным изменникам два послания. В одном из них он писал: «…Вы забыли обеты Православной веры нашей, в которой мы родились, крестились, воспитались и возросли, преступили крестное целование и клятву стоять до смерти за Дом Пресвятой Богородицы и за Московское государство и припали к ложно-мнимому вашему царику… Болит моя душа, болезнует сердце и все внутренности мои терзаются, все составы мои содрогаются; я плачу и с рыданием вопию: помилуйте, помилуйте, братие и чада, свои души и своих родителей, отшедших и живых… Посмотрите, как отечество наше расхищается и разоряется чужими, какому поруганию предаются святые иконы и церкви, как проливается кровь неповинных, вопиющая к Богу. Вспомните, на кого вы поднимаете оружие: не на Бога ли, сотворившего вас? не на своих ли братьев? Не свое ли Отечество разоряете?… Заклинаю вас Именем Бога, отстаньте от своего начинания, пока есть время, чтобы не погибнуть вам до конца».

В другой грамоте Первосвятитель призывал: «…Бога ради, познайте себя и обратитесь, обрадуйте своих родителей, жен и чад, и всех нас; и станем молить за вас Бога»…

Вскоре праведный суд Божий свершился и над Тушинским вором: его постигла столь же печальная и бесславная участь, как и предшественника; он был убит собственными приближенными 11 декабря 1610 года. Но Москва продолжала оставаться в опасности, так как в ней находились поляки и изменники-бояре, преданные Сигизмунду III. Грамоты, рассылавшиеся Патриархом Ермогеном по городам и селам, возбуждали русский народ к освобождению Москвы от врагов и избранию законного русского царя. Москвичи подняли восстание, в ответ на которое поляки подожгли город, а сами укрылись в Кремле. Совместно с русскими изменниками они насильно свели святого Патриарха Ермогена с Патриаршего престола и заключили в Чудовом монастыре под стражу. В Светлый понедельник 1611 года русское ополчение подошло к Москве и начало осаду Кремля, продолжавшуюся несколько месяцев. Осажденные в Кремле поляки не раз посылали к Патриарху послов с требованием, чтобы он приказал русским ополченцам отойти от города, угрожая при этом ему смертной казнью. Святитель твердо отвечал: «Что вы мне угрожаете? Боюсь одного Бога. Если все вы, литовские люди, пойдете из Московского государства, я благословлю русское ополчение идти от Москвы, если же останетесь здесь, я благословлю всех стоять против вас и помереть за Православную веру». Уже из заточения священномученик Ермоген обратился с последним посланием к русскому народу, благословляя освободительную войну против завоевателей. Но русские воеводы не проявили тогда единодушия и согласованности, поэтому не смогли взять Кремль и освободить своего Первосвятителя. Более девяти месяцев томился он в тяжком заточении и 17 февраля 1612 года скончался мученической смертью от голода.

Освобождение России, за которое с таким несокрушимым мужеством стоял святитель Ермоген, успешно завершилось по его предстательству русским народом. Тело священномученика Ермогена было погребено в Чудовом монастыре, а в 1654 году перенесено в Московский Успенский собор. Прославление Патриарха Ермогена в лике святителей совершилось 12 мая 1913 года. Память его также празднуется 17 февраля.

Священномученик Ермоген, Патриарх Московский и всея Руси, прославлен в лике святителей 12 мая 1913 года.

В течение трех столетий из поколения в поколение передавалась память о Патриархе Ермогене как святителе-мученике и росла народная вера в него как заступника и молитвенника за землю Русскую у Престола Вседержителя. В тяжкие годы отечественных бедствий молитвенная мысль народа обращалась к памяти Патриарха-героя. Шли русские люди к его гробнице и со своими личными скорбями, недугами и болезнями, благоговейно призывая на помощь святителя Ермогена, веруя в него как теплого молитвенника и предстателя пред Господом. И Всемилостивый Господь вознаградил эту веру….

Ко дню торжественного прославления, совпавшему с 300-летием со времени кончины священномученика Ермогена, в Москву стали стекаться верующие из всех концов России. Паломники спешили поклониться мощам святого Патриарха, находящимся в Успенском соборе Кремля, где почти беспрерывно служились панихиды. Накануне прославления совершался крестный ход, во главе которого несли икону святителя Ермогена, а вслед за ней покров с гробницы, на котором Святитель изображен в рост в мантии и с посохом. Рядом с иконой Патриарха несли икону его сподвижника в духовной и патриотической деятельности по освобождению Русской земли от польско-литовских захватчиков преподобного Дионисия Радонежского. На колокольне Иоанна Великого светилась огромная надпись: «Радуйся, священномучениче Ермогене, Российския земли великий заступниче». Сотни тысяч свечей горели в руках верующих, прославлявших угодника Божия. По окончании крестного хода у раки с мощами Патриарха началось чтение пасхального канона с присоединением канона святителю Ермогену.

Всенощное бдение совершалось под открытым небом на всех площадях Кремля. В эту ночь произошло несколько исцелений по благодатным молитвам святителя Ермогена. Так, например, один больной пришел в Успенский собор на костылях, но ощутил исцеление после того, как приложился к раке с мощами Святителя. Исцелился другой больной, тяжко страдавший расслаблением. Его принесли на полотенце к раке священномученика Ермогена, где он получил полное исцеление. Эти и другие подобные исцеления, очевидцами которых были многочисленные верующие, стали знаменательным подтверждением святости нового русского чудотворца;

В воскресенье, 12 мая, в 10 часов утра совершалась Божественная литургия в Успенском соборе. На празднование торжества прославления нового святого прибыл Блаженнейший Григорий, Патриарх Антиохийский, возглавивший служение. По окончании литургии во всех храмах Москвы были отслужены молебны святителю Ермогену и совершен крестный ход в Московском Кремле, в котором приняли участие более 20 архиереев, сопровождавших торжественное шествие пением: «Святителю отче Ермогене, моли Бога о нас». Богослужение закончилось молитвой священномученику Ермогену. С этого дня началось литургическое почитание святителя Ермогена. Так исполнилось желание верующих русских людей, по молитвам которых Русская Православная Церковь получила благодатного Небесного покровителя нашего Отечества.

Святейшим Синодом Русской Церкви установлены дни празднования священномученику Ермогену, Патриарху Московскому и всея Руси: 17 февраля – преставление (сведения о жизни и подвиге помещены в этот день) и 12 мая – прославление в лике святителей.

Велико общенациональное значение святителя Ермогена, неутомимого борца за чистоту Православия и единство Русской земли. Его церковная и государственно-патриотическая деятельность в течение нескольких столетий служит ярким образцом пламенной веры и любви для русского человека. Церковная деятельность Первосвятителя характеризуется внимательным и строгим отношением к Богослужению. При нем были изданы: Евангелие, Минеи Месячные за сентябрь (1607 г.), октябрь (1609 г.), ноябрь (1610 г.) и первые двадцать дней декабря, а также напечатан «Большой Верховный Устав» в 1610 году. При этом святитель Ермоген не ограничивался благословением к изданию, но тщательно наблюдал за исправностью текстов. По благословению святителя Ермогена с греческого на русский язык была переведена служба святому апостолу Андрею Первозванному и восстановлено празднование его памяти в Успенском соборе. Под наблюдением Первосвятителя были сделаны новые станки для печатания Богослужебных книг и построено новое здание типографии, пострадавшее во время пожара 1611 года, когда Москва была подожжена поляками. Заботясь о соблюдении Богослужебного чина, святитель Ермоген составил «Послание наказательно ко всем людям, паче же священником и диаконом о исправлении церковнаго пения». «Послание» обличает священнослужителей в неуставном совершении церковных служб – многогласии, а мирян – в неблагоговейном отношении к Богослужению.

Широко известна литературная деятельность Первосвятителя Русской Церкви. Его перу принадлежат: повесть о Казанской иконе Божией Матери и служба этой иконе (1594 г.); послание Патриарху Иову, содержащее сведения о казанских мучениках (1591 г.); сборник, в котором рассматриваются вопросы Богослужения (1598 г.); патриотические грамоты и воззвания, обращенные к русскому народу (1606 – 1613) и другие произведения.

Отзывы современников свидетельствуют о Патриархе Ермогене как человеке выдающегося ума и начитанности: «Государь велика разума и смысла и мудра ума», «чуден зело и многаго разсуждения», «зело премудростию украшен и в книжном учении изящен», «о Божественных словесех присно упражняется и вся книги Ветхаго закона и Новыя благодати, и уставы церковныя и правила законныя до конца извыче». Святитель Ермоген много занимался в монастырских библиотеках, прежде всего, в богатейшей библиотеке Московского Чудова монастыря, где выписывал из древних рукописей ценнейшие исторические сведения, положенные в основу летописных записей. В XVII веке «Воскресенскую летопись» называли летописцем Святейшего Патриарха Ермогена. В сочинениях Предстоятеля Русской Церкви и его архипастырских грамотах постоянно встречаются ссылки на Священное Писание и примеры, взятые из истории, что свидетельствует о глубоком знании Слова Божия и начитанности в церковной письменности того времени.

С этой начитанностью Патриарх Ермоген соединял и выдающиеся способности проповедника и учителя. Отзывы современников характеризуют нравственный облик Первосвятителя как «мужа благочестиваго», «известнаго чистаго жития», «истиннаго пастыря стада Христова», «неложнаго стоятеля по вере христианской».

Эти качества святителя Ермогена с особенной силой проявились в Смутное время, когда Русскую землю постигло несчастие внутреннего нестроения, усугубленное польско-литовским нашествием. В этот мрачный период Первосвятитель Русской Церкви самоотверженно оберегал Русское государство, словом и делом защищая православную веру от латинства и единство нашего Отечества от врагов внутренних и внешних. Свой подвиг спасения Родины святитель Ермоген увенчал мученической кончиной, перешедшей в благодатное молитвенное Небесное заступничество за наше отечество у Престола Святой Троицы.

Священномученик Ермоген, Патриарх Московский и всея Руси, происходил из донских казаков. По свидетельству самого Патриарха, он был священником в городе Казани при казанской гостинодворской церкви во имя святителя Николая (память 6 декабря и 9 мая). Вскоре он принял монашество и с 1582 года был архимандритом Спасо-Преображенского монастыря в Казани. 13 мая 1589 года хиротонисан во епископа и стал первым Казанским митрополитом.

В служение Святейшего Патриарха в Казани совершилось явление и обретение чудотворной Казанской иконы Божией Матери в 1579 году. Будучи еще священником, он, с благословения тогдашнего Казанского архиерея Иеремии, переносил новоявленную икону с места обретения в церковь во имя святителя Николая. Обладая незаурядным литературным дарованием, святитель сам составил в 1594 году сказание о явлении чудотворной иконы и совершившихся от нее чудесах. В 1591 году святитель собирал в кафедральный собор новокрещенных татар и в течение нескольких дней наставлял их в вере.

В 1592 году были перенесены мощи святителя Германа, второго Казанского архиепископа (память 25 сентября, 6 ноября, 23 июня), скончавшегося в Москве 6 ноября 1567 года, во время моровой язвы, и погребенного у церкви во имя святителя Николая. По благословению Патриарха Иова (1589 – 1605) святитель Ермоген совершил их погребение в Свияжском Успенском монастыре. 9 января 1592 года святитель Ермоген направил Патриарху Иову письмо, в котором сообщал, что в Казани не совершается особое поминовение православных воинов, жизнь положивших за веру и Отечество под Казанью, и просил установить определенный день памяти. Одновременно он сообщал о трех мучениках, пострадавших в Казани за веру Христову, из которых один был русский, по имени Иоанн (память 24 января), родом из Нижнего Новгорода, плененный татарами, а двое других, Стефан и Петр (память 24 марта), новообращенные татары. Святитель выражал сожаление, что эти мученики не были вписаны в синодик, читавшийся в Неделю Православия, и что им не пелась вечная память. В ответ святителю Ермогену Патриарх прислал указ от 25 февраля, который предписывал «по всем православным воинам, убитым под Казанью и в пределах казанских, совершать в Казани и по всей Казанской митрополии панихиду в субботний день после Покрова Пресвятой Богородицы и вписать их в большой синодик, читаемый в Неделю Православия», повелевалось вписать в тот же синодик и трех мучеников казанских, а день их памяти поручалось определить святителю Ермогену. Святитель объявил патриарший указ по своей епархии, добавив, чтобы по всем церквам и монастырям служили литургии и панихиды по трем казанским мученикам и поминали их на литиях и на литургиях 24 января. Святитель Ермоген проявлял ревность по вере и твердость в соблюдении церковных традиций, заботился о просвещении верой Христовой казанских татар.

В 1595 году при деятельном участии святителя совершилось обретение и открытие мощей казанских чудотворцев: святителей Гурия, первого архиепископа Казанского (память 4 октября, 5 декабря, 20 июня), и Варсонофия, епископа Тверского (память 4 октября, 11 апреля). Царь Феодор Иоаннович (1584 – 1598) приказал соорудить в Казанском Спасо-Преображенском монастыре новую каменную церковь на месте прежней, где были погребены святые. Когда были обретены гробы святителей, святой Ермоген пришел с собором духовенства, повелел вскрыть гробы и, увидев нетленные мощи и одежды святителей, сообщил Патриарху и царю. По благословению Патриарха Иова и по повелению царя, мощи новоявленных чудотворцев были поставлены в новом храме. Святой Ермоген сам составил жития святителей Гурия и Варсонофия.

За выдающиеся архипастырские качества митрополит Ермоген был избран на первосвятительскую кафедру, и 3 июля 1606 года он возведен собором святителей на Патриарший престол в Московском Успенском соборе. Митрополит Исидор вручил Патриарху посох святителя Петра, Московского чудотворца (память 5 октября, 21 декабря, 24 августа), а царь принес в дар новому Патриарху панагию, украшенную драгоценными камнями, белый клобук и посох. По древнему чину Патриарх Ермоген совершал шествие на осляти.

Деятельность Патриарха Ермогена совпала с трудным для Русского государства периодом – нашествием самозванца Лжедимитрия и польского короля Сигизмунда III. Первосвятитель все свои силы посвятил служению Церкви и Отечеству. В этом подвиге Патриарх Ермоген не был одинок: ему подражали и помогали самоотверженные соотечественники. С особенным вдохновением противостоял Святейший Патриарх изменникам и врагам Отечества, желавшим ввести в России униатство и католичество и искоренить Православие, поработив русский народ. Когда самозванец подошел к Москве и расположился в Тушино, Патриарх Ермоген направил мятежным изменникам два послания. В одном из них он писал: «…Вы забыли обеты православной веры нашей, в которой мы родились, крестились, воспитались и возросли, преступили крестное целование и клятву стоять до смерти за дом Пресвятой Богородицы и за Московское государство и припали к ложно-мнимому вашему царику… Болит моя душа, болезнует сердце, и все внутренности мои терзаются, все составы мои содрогаются; я плачу и с рыданием вопию: помилуйте, помилуйте, братие и чада, свои души и своих родителей, отшедших и живых… Посмотрите, как Отечество наше расхищается и разоряется чужими, какому поруганию предаются святые иконы и церкви, как проливается кровь неповинных, вопиющая к Богу. Вспомните, на кого вы поднимаете оружие: не на Бога ли, сотворившего вас? не на своих ли братьев? Не свое ли Отечество разоряете?… Заклинаю вас Именем Бога, отстаньте от своего начинания, пока есть время, чтобы не погибнуть вам до конца». В другой грамоте Первосвятитель призывал: «Бога ради, познайте себя и обратитесь, обрадуйте своих родителей, своих жен и чад, и всех нас; и мы станем молить за вас Бога…» Вскоре праведный суд Божий свершился и над Тушинским вором: его постигла столь же печальная и бесславная участь, как и предшественника; он был убит собственными приближенными 11 декабря 1610 года. Но Москва продолжала оставаться в опасности, так как в ней находились поляки и изменники-бояре, преданные Сигизмунду III. Грамоты, рассылавшиеся Патриархом Ермогеном по городам и селам, возбуждали русский народ к освобождению Москвы от врагов и избранию законного русского царя. Москвичи подняли восстание, в ответ на которое поляки подожгли город, а сами укрылись в Кремле. Совместно с русскими изменниками они насильно свели святого Патриарха Ермогена с Патриаршего престола и заключили в Чудовом монастыре под стражу. В Светлый понедельник 1611 года русское ополчение подошло к Москве и начало осаду Кремля, продолжавшуюся несколько месяцев. Осажденные в Кремле поляки не раз посылали к Патриарху послов с требованием, чтобы он приказал русским ополченцам отойти от города, угрожая при этом смертной казнью. Святитель твердо отвечал: «Что вы мне угрожаете? Боюсь одного Бога. Если все вы, литовские люди, пойдете из Московского государства, я благословлю русское ополчение идти от Москвы, если останетесь здесь, я благословлю всех стоять против вас и помереть за православную веру». Уже из заточения священномученик Ермоген обратился с последним посланием к русскому народу, благословляя освободительную войну против завоевателей. Русские воеводы не проявили согласованности, поэтому не смогли взять Кремль и освободить своего Первосвятителя. Более девяти месяцев томился он в тяжком заточении, и 17 февраля 1612 года скончался мученической смертью от голода.

Освобождение России, за которое с таким несокрушимым мужеством стоял святитель Ермоген, успешно завершилось русских народом. Тело священномученика Ермогена было погребено в Чудовом монастыре, а в 1654 году перенесено в Московский Успенский собор. Прославление Патриарха Ермогена в лике святителей совершилось 12 мая 1913 года.

Тропарь священномученнику Ермогену, патриарху Московскому, глас 4

Российския земли первопрестольниче / и неусыпный о ней к Богу молитвенниче, / за веру Христову и паству твою душу свою положив, / страну нашу от нечестия избавил еси. / Темже вопием ти: / спасай нас молитвами твоими, / священномучениче Ермогене, отче наш.

Кондак священномученнику Ермогену, патриарху Московскому, глас 6

Темницею и гладом изнуряем, / даже до смерти верен пребыл еси, блаженне Ермогене, / малодушие от сердец людей твоих отгоняя / и на общий подвиг вся призывая. / Темже и нечестивых мятеж низложил еси и страну нашу утвердил еси, / да вси зовем ти: // радуйся, заступниче Российския земли.

Ин тропарь священномученнику Ермогену, патриарху Московскому, глас 4

Приспе день светлаго торжества, / град Москва радуется, / и с ним Русь Православная ликовствует / песньми и пеньми духовными: / днесь бо священное торжество / в явлении честных и многоцелебных мощей / святителя и чудотворца Ермогена, / якоже солнце незаходимое, возсия светозарными лучами, / разгоняя тьму искушений же и бед / от вопиющих верно: // спасай нас, яко предстатель наш, великий Ермогене.

Храм в честь священномученика Ермогена патриарха Московского и всея Руси в Южном Тушине,

Описание

Храм в честь священномученика Ермогена патриарха Московского и всея Руси в Южном Тушине, является одним из излюбленных культурных пространств, на базе которого организовывается множество разнообразных событий, служащих для интересного времяпрепровождения в Москве.

Для гостей города храм будет представлять интерес как образец архитектуры и традиционной культуры, частый пункт экскурсионной программы. Это также центр религиозной жизни Москвы, место собрания верующих и проведения богослужений.

Более подробную информацию вы можете получить по телефону 79168206071 или найти на сайте www.ermogen-tushino.ru.

Храм в честь священномученика Ермогена патриарха Московского и всея Руси в Южном Тушине, находится по адресу: р-н Тушино Южное, Фабрициуса, вл33—35, возле станции метро Сходненская.

График работы: Пн-Пт: 09:00 — 20:00; Сб: 07:00 — 20:00; Вс: 08:00 — 20:00.

Рядом расположены: магазин автозапчастей для иномарок на улице Фабрициуса, универсам Fix Price на улице Фабрициуса, централизованная религиозная организация Российская Церковь христиан веры евангельской, информационный портал Semya.TV, детский сад Горница-Узорница на метро Сходненская.

Патриарх Московский Игнатий

Игнатий (ок. 1540 г., Крит — 1620 г., Вильно) — церковный деятель греческого происхождения, де-факто Патриарх Московский и всея Российского царства при царе Лжедмитрии I.

Игнатий, патриарх Московский и всея Руси. Миниатюра из Титулярника. 1672 г. (РНБ. F.IV.764. Л. 102)

Выходец с Крита. Сначала был архиепископом на острове Кипр, но был вынужден турками оттуда бежать и поселился на некоторое время в Риме. По свидетельству Арсения Элассонского, изначально он был епископом города Эриссо, у перешейка полуострова Афон.
Прибыл в Москву в составе миссии Константинопольского патриархата в 1594 или 1595 г. (Папулидис. 1977. С. 154-156).
Принимал участие в коронации Бориса Годунова, состоявшемся в сентябре 1598 г. (Арсений. 1998. С. 172). Архиерей остался в России.
В 1603 г. был назначен митрополитом на вдовствовавшую с 17 февраля 1601 г. Рязанскую кафедру.
Повинуясь воле патриарха св. Иова, Игнатий анафематствовал объявившегося в Речи Посполитой Лжедмитрия I и даже, судя по десятне (список городовых дворян и детей боярских) 19 мая 1604 г., отправил в собранное против самозванца войско архиепископских детей боярских.
После смерти Годунова, как и большая часть высокопоставленных иерархов Русской православной церкви, примкнул к сторонникам Лжедмитрия.
1 июня 1605 г. с Патриаршего престола был сведен свт. Иова.
Игнатий первый из архиереев в июне 1605 года выехал в Тулу навстречу самозванцу, признал его и приводил к присяге царю «Дмитрию Ивановичу» народ в Туле. Вместе с самозванцем парадно вступил в Москву, и ему как патриарху предносили посох и крест. Через четыре дня по вступлении (24 июня), по указу Лжедмитрия собор епископов возвел Игнатия в патриархи вместо сосланного Иова.
30 июня 1605 г. состоялась интронизация Игнатия. По распространенному в историографии мнению, поставление Игнатия совершилось по греческому чину, в котором в сравнении с аналогичным русским чинопоследованием 1589 г. были опущены несколько обязательных, с точки зрения российского духовенства, элементов, в частности, по-видимому, не была повторена архиерейская хиротония.
30 июня Игнатий разослал окружную грамоту, в которой всем церквам предписывалось петь торжественные молебны о здравии «Димитрия Иоанновича» и его матери инокини Марфы.
7 июля 1605 г. Игнатий в Успенском соборе Кремля венчал Лжедмитрия I на царство «императорской короной» (после коронации в Успенском соборе архиеп. Арсений Элассонский в кремлевском Архангельском соборе возложил на самозванца шапку Мономаха).
18 марта 1606 г. по благословению патриарха Игнатия А. Невежин выпустил в свет очередное издание Апостола (Зёрнова А.С. Книги кирилловской печати, изд. в Москве в XVI-XVII вв.: Свод. кат. М., 1958. № 21).
В мае 1606 г. (или ранее) Игнатий возглавил хиротонию Филарета в митрополита Ростовского. Известны вклады Игнатия в монастыри.
8 мая 1606 г. Игнатий возглавил процедуру бракосочетания Лжедмитрия и Марины Мнишек, в которой должны были совместиться 3 обряда: необходимое, с точки зрения русских, присоединение Марины Мнишек к Православию, бракосочетание с Лжедмитрием и коронация Марины. Поскольку фактический переход Марины в Православие поляками не предполагался, порядок совершения обрядов был следующим: сначала патриарх короновал Марину с совершением над ней миропомазания, которое могло быть истолковано двояко — и как часть коронационной процедуры, и как акт присоединения Марины к православной Церкви. Затем Лжедмитрия и Марину в присутствии патриарха и др. иерархов обвенчал царский духовник благовещенский протопоп Феодор Терентьев, во время венчания было совершено миропомазание супругов. Игнатий был готов преподать Святые Дары «латынской девке Маринке», однако та отказалась (как и Лжедмитрий). По словам архиеп. Арсения, «это сильно опечалило всех, не только патриарха и архиереев, но и всех видевших и слышавших… это была первая и великая печаль, и начало скандала, и причина многих бед для всего народа московского и всей Руси» (Арсений. 1998. С. 182; см. также: Успенский Б.А. Свадьба Лжедмитрия // Он же. Этюды о рус. истории. СПб., 2002. С. 197-228).
Рассказывают, что Лжедмитрий посылал Игнатия испросить благословения у сверженного патриарха Иова, но Иов отказался благословить его, «ведая в нем римския веры мудрование». В Риме знали расположение Игнатия к унии и возлагали на него большие надежды.
После убийства самозванца 17 мая 1606 г. по распоряжению царя Василия Иоанновича Шуйского 26 мая 1606 г. Игнатий был сведен с престола и в «черном платье», как рядовой монах, заточен в кремлевском Чудовом в честь Чуда Архангела Михаила в Хонех монастыре (Арсений. 1998. С. 184; Ульяновский. 1991. С. 56). Решение о заключении Игнатия было утверждено на Соборе, созванном для выборов нового Первосвятителя в конце июня того же года. По свидетельству Хронографа 1617 г., «повелением государя царя и великого князя Василия Ивановича… и советом всего Священнаго Собора Игнатия патриарха, егоже без священных рукоположений возведе на престол розстрига, сего в Чюдов монастырь послаша под начало, яко да совершенно навыкнет благочестия веры иже во Христа Бога» (РИБ. 1909 2. Т. 13. Стб. 1296; ср.: Временник Ивана Тимофеева. М.; Л., 1951. СПб., 2004р. С. 86, 88). Единственным обвинением в адрес Игнатия на Соборе было отсутствие «священных рукоположений» (по-видимому, повторной архиерейской хиротонии) при интронизации. Впоследствии в 1620 г. ради усугубления вины Игнатия патриарх Филарет приписал ему то, что он, не крестив по-православному, только миропомазал Марину Мнишек, венчал с Лжедмитрием и допустил её к причащению:
«Патр. Игнатий, угождая еретикам латинской веры, в церковь соборную Пр. Владычицы нашея Богородицы введе еретическия папежския веры Маринку, святым же крещением совершенным христианского закона не крестил, но токмо единем св. миром помаза и потом венчал ю с тем росстригою и обоим сим врагом Божиим росстриге и Маринке подаде Пречистое Тело Христово и Св. Кровь Христову пити. Его же Игнатия за таковую вину священноначальницы великие св. церкве российские, яко презревшего правила св. апостол и св. отец, от престола и от святительства, по правилам святым, изринуша».
— Карташёв А.В. История Русской Церкви, т.2
Так как попытка быстро избрать нового патриарха не увенчалась успехом (Гермоген был избран только 3 июля), Василий Шуйский венчался на царство митрополитом Исидором 1 июня 1606 года вообще без патриарха.
В марте 1611 г., после ареста патриарха св. Гермогена, польская оккупационная администрация и зависимое от нее боярское правительство вернули Игнатия на престол. Подавляющее большинство русских иерархов и мирян никогда не признавали легитимность 2-го Патриаршества Игнатия, которое имело место при живом предшественнике (сщмч. Гермогене), брошенном в темницу без суда епископов (Арсений. 1998. С. 193; ААЭ. Т. 3. № 330. С. 483-484; ПСРЛ. Т. 14. С. 109; ср.: Карташев. Очерки. 1959. Т. 2. С. 79). В челобитной московских бояр и членов Освященного Собора, отправленной королю Сигизмунду III 5 окт. 1611 г., старшим церковным иерархом, находившимся в ту пору в столице, назван Арсений Элассонский (СГГД. 1819. Ч. 2. № 272. С. 572). Митрополит Макарий (Булгаков) рассматривал эту грамоту как доказательство отсутствия Игнатия в Москве уже в начале октября (по юлианскому летосчислению) (Макарий. История РЦ. Кн. 6. С. 104-105). Однако, по сообщению архиеп. Арсения Элассонского, Игнатий покинул Москву позднее. 27 дек. 1611 г. он забрал из патриаршей домовой казны «многие драгоценнейшие предметы, золото, серебро и весьма много жемчуга» и уехал из русской столицы, присоединившись к войскам литов. вел. гетмана Я.К. Ходкевича, которые, по словам Арсения, перед этим доставили в столицу обоз с продовольствием для польского гарнизона (продовольствие в августе 1611 г. в Москву доставил отряд Я.П. Сапеги). Бывшего патриарха сопровождали стольник М. Кантакузин и некий «Димитрий, македонец из Сидерокавсии» (Арсений. 1998. С. 195-196). Вероятно, архиепископ Арсений допустил ошибку, приурочив отъезд Игнатия к уходу из Кремля в декабре 1611 г. взбунтовавшейся части польского гарнизона, а не к отходу от столицы в октябре войска под предводительством Ходкевича (после безуспешных попыток прорваться в Москву). Однако некоторые современные исследователи, основываясь на сведениях архиеп. Арсения, относят время отъезда Игнатия из России к зиме 1611/12 г. (Ульяновский. 1991. С. 56-57; Опарина Т.А. Иван Наседка и полемич. богословие Киевской митрополии. Новосиб., 1998. С. 34).
Оставив войско Ходкевича, который не стремился уходить из России, и попытавшись самостоятельно достичь литовской границы, Игнатий подвергся нападению «станичников-шишей», которые разграбили его имущество и убили часть попутчиков. Решение остаться в Литовском великом княжестве Игнатий принял не вполне добровольно, но после аудиенции у короля Сигизмунда III в ставке последнего под Смоленском, куда его доставили польские жолнеры, случайно задержавшие «едва нагого и лишенного всего» архиерея в окрестностях города. Игнатий услышал от короля, что ему не будет разрешено проехать через Речь Посполиту не только в Оттоманскую Порту, но и в европейские христ. государства. Сигизмунд III предложил бывшему патриарху либо вернуться в разоренное Московское царство, либо на неопределенный срок остаться в Литве на положении политического эмигранта. Тогда же скорее всего король выдвинул требование к Игнатию присоединиться к унии (Булычёв. 2004. С. 82).
Игнатий поселился в Вильно. Из донесения папского нунция от 8 августа 1612 г. (Litterae nuntiorum apostolicorum. R., 1959. Vol. 3. N 1063. P. 76-78) следует, что Игнатий жил в виленском во имя Св. Троицы монастыре, где архим. Иосиф Вельямин Рутский (в последствии униат. Киевский митрополит) убеждал его принять унию, давая ему читать книги на греческом языке. И. выразил готовность повиноваться папе в соответствующем письме, но было решено пока сохранять это в тайне. В депеше нунция речь шла о направлении папой надежных людей, которых в дальнейшем Игнатий поставил бы епископами и которые могли бы организовать семинарию для обучения молодежи в духе униатства. Из донесения следует, что эти планы стали актуальны, когда в Рим пришло известие о смерти патриарха Гермогена († 17 февр. 1612).
В ноябре 1612 г. (по григорианскому летосчислению) Сигизмунд III, отправляясь в Россию для освобождения остатков польско-литовского гарнизона, осажденного в Москве силами 2 земских ополчений, взял с собой Игнатия. В 1615 г. в универсале о пожаловании Игнатию дворца Сигизмунд называл его «патриархом Московским, на сесь час в Вильне будучим», где «успокоенья нашого с Москвою дожидается» (цит. по: Ульяновский. 1991. С. 57). Так же относился к Игнатию королевич Владислав, намеревавшийся отвоевать царский венец у Михаила Феодоровича Романова. В универсале, изданном по случаю своего совершеннолетия 15 декабря 1616 г., он объявил о поддержке его амбициозных намерений «Игнатеем патреярхом», который вместе с пленным Смоленским архиеп. Сергием изъявил согласие участвовать в планировавшемся походе в Россию (Ульяновский. 1991. С. 57; АИ. Т. 3. № 72. С. 68). Слухи о провозглашении Игнатия в Речи Посполитой главой Русской Церкви, по-видимому, распространились в России. Так, автор начальных статей Бельского летописца, чья осведомленность в жизни Польско-Литовского государства не вызывает сомнений, писал, что «той патриарх Игнатей утече в Литву и там патреархию держа». При этом книжник не упоминает о переходе Игнатия в униатство (ПСРЛ. Т. 34. С. 243; ср.: Солодкин Я.Г. О происхождении Бельского летописца // ВИД. 1987. Т. 19. С. 122-125).

В России не признавали за Игнатием право на Патриарший престол, при этом до возвращения из польского плена Ростовского митр. Филарета 14 июня 1619 г. имя Игнатия не исключалось из перечней русских первосвятителей, как об этом свидетельствует настольная грамота Патриаршего местоблюстителя Сарского и Подонского митр. Ионы (Архангельского) Рязанскому архиеп. Иосифу от 10 января 1619 г.: «В преименитом и царьствующем граде Москве великие господа наши и отцы преосвященные митрополиты всеа Русии святейший Иев Патриарх, и Игнатей Патриарх, и святейший Ермоген Патриарх, Московские и всеа Русии, поставляли в Московское государьство митрополитов, и архиепископов, и епископов, яко то изначала Божественная соборная апостольская Церковь предала» (ААЭ. Т. 3. № 330. С. 483). Думается, что изъятие из титула Игнатия определения «святейший» отразило взгляд современников на спорный характер деятельности бывшего патриарха. Аналогичное титулование Игнатия встречается в разрядных записях более раннего времени (Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время (7113-7121 гг.). М., 1907. С. 80, 136).
После вступления 24 июня 1619 г. на Патриарший престол Филарета Игнатий на короткий срок вновь оказался в центре внимания священноначалия Русской Церкви. Собор, созванный 16 октября 1620 г., должен был рассмотреть дело митр. Ионы, который в бытность свою местоблюстителем Патриаршего престола повелел присоединить 2 католиков к Православию через миропомазание, а не через перекрещивание. Патриарх Филарет приравнял действия митр. Ионы к действиям Игнатия, в результате чего на 1-м заседании Собор вынес суждение о бывшем патриархе. Игнатий был обвинен в искажении 3 церковных таинств: в присоединении Марины Мнишек к Православию через миропомазание (а не через повторное крещение), в венчании «некрещеной» иноверной иноземки с расстригой и, наконец, в том, что Игнатий преподал недостойным молодоженам «Пречистое Тело Христово ясти и Святую и Честную Кровь Христову пити».
Не все обвинения против Игнатия вполне точны. Игнатий не венчал Лжедмитрия и Марину, хотя присутствовал при обряде, который, конечно же, не мог состояться без его согласия. Новобрачные отказались причаститься после венчания, хотя Игнатий готов был преподать им Св. Дары.
Отцы Собора постановили лишить Игнатия Патриаршего сана и предать проклятию (об анафематствовании И. см.: РИБ. 1875. Т. 2. Стб. 552-553). Данное постановление не было пересмотрено на Большом Московском Соборе 1666-1667 гг., отменившем ряд решений Собора 1620 г.
Игнатий был погребен в Троицком монастыре в Вильно. По местному преданию, погребение было утрачено после разорения обители русскими войсками, занявшими город 31 июля 1655 г. Имя Игнатия исключено из диптиха Российских патриархов. В «Большой государевой книге, или Корне российских государей» (Титулярнике) 1672 г. среди изображений русских первоиерархов есть портреты 2 низложенных к тому времени патриархов — Игнатия и Никона, которые представлены в полном архиерейском облачении, но без нимбов вокруг головы, символизирующих высоту патриаршего служения. Надпись на портрете Игнатия сообщает имя (Игнатей) без указания сана (РГАДА. Ф. 135. Отд. 5. Рубр. 3. Д. 7. Л. 90).
Митрополиты Киевские:
Михаил Киевский, Леон, Иоанн I, Феопемпт, Кирилл I, Иларион Киевский, Ефрем, Георгий, Иоанн II, Иоанн III, Николай, Никифор I, Никита, Михаил II, Климент Смолятич, Константин I, Феодор, Константин II, Иоанн IV, Михаил III, Никифор II, Матфей, Кирилл I (II), Иосиф, Кирилл III.
Владимирский период:
Максим, Пётр.
Московский период:
Феогност, Алексий, Михаил (Митяй), Киприан, Пимен, Дионисий, Фотий, Герасим, Исидор Киевский, Иона
Митрополиты Московские:
Феодосий, Филипп I, Геронтий, Зосима, Симон, Варлаам, Даниил, Иосаф, Макарий, Афанасий, Филипп II (Колычёв), Кирилл, Антоний, Дионисий, Иов.
Патриархи Всея Руси:
Святитель ИОВ, ИГНАТИЙ, Священномученик ГЕРМОГЕН, ФИЛАРЕТ, ИОАСАФ I, ИОСИФ, НИКОН, ИОАСАФ II, ПИТИРИМ, ИОАКИМ, АДРИАН, Митрополит Ярославский СТЕФАН, Священный синод, Святитель ТИХОН, СЕРГИЙ, АЛЕКСИЙ I, ПИМЕН, АЛЕКСИЙ II, КИРИЛЛ. Борис I Годунов. 11 (21) февраля 1598 г.- 13 (23) апреля 1605 г. — государь, Царь и Великий Князь всея Руси.
Фёдор II Годунов. 13 (23) апреля 1605 г. — 1 (11) июня 1605 г. — Царь и Великий Князь всея Руси.
Патриарх Игнатий.
Смена уицраоров.
Эгрегор православия и инфрафизический страх.
Лжедмитрий I. 1 (11) июня 1605 г.- 17 (27) мая 1606 г. — Царь и Великий Князь всея Руси, Самодержец.