Глеб каледа священник

Глеб Каледа — об авторе

Родился 2 декабря 1921 года в Петрограде. Отец его, Александр Васильевич, был крупным экономистом, окончил Минскую духовную семинарию и Петроградский политехнический институт. Мать происходила из дворянского рода Сульменевых. Отец Глеб считал себя обязанным ей своим церковным воспитанием.

В 1927 году по переезде в Москву у семьи установились тесные духовные связи с бывшими членами Русского христианского студенческого движения. В это время массовых гонений на Церковь небольшая квартира семьи превратилась во временное пристанище для репрессированных священнослужителей и членов их семей, скрывающихся от властей или едущих в ссылки из ссылок. Первым духовным отцом Глеба Каледы стал будущий священномученик Владимир Амбарцумов. Отец Владимир оказал большое влияние на формирование духовной личности мальчика. Глеб уже подростком включился в служение Церкви: он разыскивал по Подмосковью скрывавшихся православных клириков, доставлял материальную помощь семьям репрессированных священников.

В 1933 году умерла его мать, и дальнейшее духовное просвещение отца Глеба проходило в нелегальных христианских кружках, которыми руководила А. В. Филинова, бывшая активистка РХСД. В школе у него появляется интерес к естественным наукам и он стал мечтать о поступлении в геологоразведочный институт.

Однако окончание школы совпало с началом Великой Отечественной войны, и его призвали армию. С декабря 1941 года и до конца войны он находился в действующих частях и в качестве радиста в дивизионе гвардейских минометов «катюш» участвовал в битвах под Волховом, Сталинградом (ныне Волгоград), Курском, в Белоруссии и под Кенигсбергом (ныне Калининград). Его товарищи считали, что он оставался жив только чудом. Вернулся с фронта с многочисленными наградами.

Научный и духовный рост

Осенью 1945 года поступил в Московский геологоразведочный институт. Вскоре познакомился с тайным священником отцом Сергием Никитиным, будущим владыкой Калужским. После открытия Троице-Сергиевой Лавры состоялось его знакомство с наместником Лавры архимандритом Гурием (Егоровым), впоследствии митрополитом Симферопольским. Отец Гурий познакомил его с отцом Иоанном Вендландом, будущим митрополитом Ярославским, который до церковного служения был учёным-геологом. Духовное руководство отцов Гурия и Иоанна в значительной степени определило дальнейший жизненный путь отца Глеба.
В 1951 году, окончив институт с отличием и поступив в аспирантуру, женился на Лидии Владимировне Амбарцумовой, дочери своего первого духовника. Свадебное путешествие они провели в геологической экспедиции. По окончании института получил благословение заниматься научной деятельностью, хотя тогда уже у него возникло стремление целиком посвятить себя служению Церкви. В своей научной деятельности руководствовался заветом апостола Павла: «И все, что вы делаете словом или делом, все делайте во имя Господа Иисуса Христа, благодаря через Него Бога и Отца» (Кол 3, 17). Ежегодные научные поездки в Среднюю Азию позволили регулярно общаться с владыкой Гурием, в то время епископом Ташкентским.

Успешно занимаясь научными исследованиями, защитил кандидатскую в 1954 году, а затем докторскую диссертацию в 1981 году, став крупным и публикуемым специалистом в области литологии. При этом свой долг он видел в защите православного вероучения от псевдонаучной критики, писал апологетические работы, настаивая на том, что «поверхностное научное знание (полузнание) отдаляет людей от Бога, тогда как полное знание приближает к Творцу». Любимыми его святыми стали Отцы Церкви богослов и ученый Василий Великий, а также защитник Православия Афанасий Александрийский. Следуя традициям христианского студенческого движения организовал нелегальный христианский кружок, просуществовавший до 1990-х годов, в котором занимались дети его знакомых — прообраз воскресной школы.

Тайное священство

В 1972 году возвратившийся из-за границы владыка Иоанн (Вендланд) рукоположил его во диакона, а затем во пресвитера. Это было сделано тайно, так-как высокая образованность отца Глеба делала его легальное рукоположение невозможным в условиях правительственного гнёта тех лет. Оставаясь руководителем отдела в научном институте, он стал регулярно совершать Евхаристию в своей домовой церкви. Ведёт большую духовническую работу, у него появляется много духовных детей, которые находят опору в его любви и мудрости. В этот период пишет большую богословскую работу «Домашняя Церковь», осмысляя семейную жизнь как служение — к этому времени семья Калед уже была многодетной.

Однако, вся его священническая деятельность оставалась в тайне, о ней знали лишь самые близкие люди. Его, доктора наук, немедленно ждал бы арест, узнай кто-нибудь правду. Восемнадцать лет богослужения совершались в квартире многоэтажного панельного дома, за плотно занавешенными окнами его кабинета. Священнической ризой была скатерть, на которую нашивались, а потом каждый раз аккуратно спарывались кресты; подризник хранился среди постельного белья, чтобы при обыске сойти за ночную рубашку. Чашей для Причастия служил новый хрустальный фужер, а для извлечения частиц из просфор был специально куплен скальпель, с которым он потом служил до самой смерти. Почти каждое воскресенье вся семья и немногочисленные посвященные в тайну друзья собирались на Литургию. Раскладывался большой этюдник – престол, и в соседней комнате включалось радио, чтобы даже соседи не услышали.

«У священника, как и у врача, дверь должна быть всегда открыта», – говорил отец Глеб. Желающих пройти таинство покаяния он исповедовал в своем кабинете часами, но и позже, уже открыто служа на приходе и исповедуя десятки людей, никогда не торопился. Тем более он не признавал практики общей исповеди, которая в советские годы возникла из-за того, что власти не поощряли особо близкие контакты священников с мирянами.

Выход в открытое служение

В конце 1980-х годов отец Глеб принял активное участие в создании воскресной школы при храме пророка Илии Обыденного, прихожанином которого был с послевоенного времени. Здесь же в 1990 году по благословению патриарха Алексия II он вышел на открытое служение. В дальнейшем его определили в Синодальный отдел религиозного образования и катехизации. При его активном участии в Москве были созданы Катехизаторские курсы, и он стал их первым ректором. Затем они были преобразованы в Православный Свято-Тихоновский богословский институт. Под его руководством велась большая учебно-методическая работа по православному образованию и обличению появившихся сект и еретических лжеучений.

Христианское просветительство отец Глеб сочетал с пресвитерским служением в храме преподобного Сергия Радонежского в Высоко-Петровском монастыре.

Тюремный пастырь
Его трудами был воссоздан храм Покрова Богородицы в Бутырской тюрьме. Первую Литургию в Бутырском храме он совершил на Светлой неделе 1992 года. Постепенно храм преобразился, был сделан алтарь; многие жертвовали туда церковно-служебные предметы. 23 октября 1993 года отец Глеб указом патриарха Алексия II был назначен настоятелем Бутырского храма — первым после семидесятилетнего запустения.

В тюрьме отца Глеба полюбили и охрана, и заключенные. Обитатели камер ждали его посещения, с глубоким уважением относились к нему, упрашивали его побыть с ними подольше. Он уходил от заключенных уже после отбоя и глубоко за полночь возвращался домой. Он был отцом шести детей, и этот опыт отцовства сполна раскрылся в его пастырском служении. К каждому из заключенных он относился как к сыну по плоти, и многие лишь через него впервые ощутили само понятие отцовства. Он очень близко к сердцу принимал все невзгоды, несчастья и падения каждого.

Бывал отец Глеб и в коридоре смертников. Первый раз, когда он туда вошел, надзиратель был за дверью и держал дверь ногой, чтобы она не закрывалась. А потом отец Глеб приходил, говорил, чтобы пришли за ним через час, дверь закрывали, и он сидел со смертниками; обнимал их, старался носить им подарки, яблоки. К Пасхе очень волновался чтобы туда относили куличи и яйца. Он проводил в камере смертников многие часы, оставаясь с ними один на один. Нескольких из них крестил, и они пересмотрели всю прошлую жизнь. Отец Глеб неоднократно говорил, что нигде не видел такой горячей молитвы, как в камере смертников. Увиденное там еще более убедило его в необходимости отмены смертной казни, ибо, по его словам, «мы приговариваем к смерти одного человека, а казним уже совсем другого»…

Священник Глеб Каледа скончался 1 ноября 1994 года в Боткинской больнице Москвы после тяжелой болезни. Последние его слова были: «Не волнуйтесь, мне очень хорошо».

Семья:
Из шестерых детей Глаба Каледы и его супруги Лидии Владимировны четверо получили медицинское образование, двое — геологическое. Двое сыновей стали священниками, а одна из дочерей – игуменией.

Слово Патриарха Московского и всея Руси Алексия II:

Вспоминая отца протоиерея Глеба Каледу, невольно думаешь о его жизненном пути. Ученый, профессор, доктор наук. Тайно рукоположенный в тяжелые для Церкви годы, создавший в своей квартире домовый храм, в котором воспитывалась вся семья – с приходом религиозной свободы в нашей стране он явил себя миру как пастырь – ревностный, усердный, одаренный жизненным и духовным опытом. Будучи светским ученым, он занимался богословием и накопил богатый опыт духовных знаний, которые так пригодились ему в будущем…

ФОМА

Рядовой солдат, рядовой геолог, рядовой священник — так писал о себе в конце жизни герой нашего повествования. Но на самом деле новейшая история России совершенно немыслима без этого человека, и потому мы считаем своим долгом рассказать о жизни протоиерея Глеба КАЛЕДЫ, ученого и пастыря.

Во дворе храма Илии Обыденного, 1991 г.

Анна Ахматова писала о тех испытаниях, через которые прошла Россия в XX веке:

Я была тогда с моим народом

там, где мой народ, к несчастью, был.

Обычно, вспоминая время сталинских репрессий, Великую Отечественную войну, эпоху Хрущева, Брежнева и Андропова, принято говорить о трагедии русского народа. Но ее горечь в то же время можно назвать славой – и в первую очередь славой Русской Церкви, Церкви подлинно народной, молившейся за народ и страдавшей вместе с ним.

Сейчас уже известны многие из имен российских новомучеников, тысячи которых убиты и погребены в никем не отмеченных могилах; десятки и сотни тысяч исповедников прошли лагеря. А перед нами – история человека, которого не расстреляли в юности, не убили на войне, не посадили в тюрьму. Всю свою жизнь, по собственным его словам, он прошел рядовым. Казалось бы, обыкновенный юноша из обыкновенной семьи…

Вера в Бога – преступление против партии

– Глеб, – обращается ко мне мама, – пойди встреть на углу Новослободской и Сущевского вала отца Владимира*. К нему под благословение не подходи. Он будет в гражданской одежде. Только не стой на углу как вкопанный, а похаживай и следи, не идет ли дядя Володя. Я так и делаю. Увидав отца Владимира, я бросаюсь к нему. Чуть заметным движением руки и взглядом он охлаждает мой пыл. Мы молча идем домой.

Протоиерей Глеб Каледа. “Записки рядового”

1925 г.

Нельзя говорить в школе о том, что веришь в Бога. В 20-х годах Глебу еще нет и десяти лет, но он уже знает – их семья необычна, они верующие. Со всех сторон раздается: “Бога нет!”, а в их доме, за плотно закрытыми дверями, совершается молитва. Только одному школьному другу Глеб Каледа сказал о своей вере, а в остальном круг общения семья вынуждена была ограничить такими же тайными православными христианами. Среди ближайших друзей была семья священника Владимира Амбарцумова, и с его дочерью Лидией Глеб дружил с детства. Отца Лидии Владимировны, духовника семьи Каледа, арестовали и расстреляли; гибель в гонениях ждала и следующих четырех духовников Глеба. Это было время, когда произнесенные вслух слова “я – христианин” почти равнялись словам “я – мученик”, как в эпоху Римской империи.

Глеб Каледа на фронте. 1942 г.

В 1941 году Глеб окончил школу, собрался поступать в институт, но через несколько дней началась война. Его забрали на фронт, и всю войну будущий пастырь прошел связистом, начальником радиостанции дивизиона “катюш”. На всю жизнь Глеб Каледа запомнил военные годы. “Война – вещь страшная, жестокая, ее не следует смотреть”, – писал он позже, однако даже на фронте не переставал учиться; поначалу дело доходило даже до конфликтов с армейским начальством, запрещавшим носить в солдатском ранце учебники. Битва под Сталинградом, на Курской дуге, под Кенигсбергом… Глеб был награжден несколькими орденами, в том числе орденом Боевого Красного знамени, но ни разу не был ранен, что уже само по себе чудо. Брат же его, Кирилл, с войны не вернулся.

После Победы Глеб поступил в Московский геологоразведочный институт. Поначалу из таких, как он, то есть демобилизованных, составили отдельную, “слабую” группу Д-1, но позже, увидев, что бывалые солдаты проявляют не меньшие способности к учебе, чем вчерашние школьники, распределили студентов по основным группам. Так началась научная карьера Глеба Каледы, ученого-геолога с мировым именем, профессора, доктора наук, автора множества работ и исследований по литологии и петрографии**. И все годы научной деятельности Глеб Александрович все так же вынужден был скрывать, что он – верующий…

Тайное священство

Если мы причислим к лику святых всех наших новомучеников, то святых в Русской Православной Церкви будет больше, чем во всех поместных Церквах вместе взятых.

Протоиерей Глеб Каледа. “Записки рядового”

В экспедиции на реке Тиман, 1973 г.

В 1951 году, окончив институт и поступив в аспирантуру, Глеб Александрович Каледа женится на Лидии Владимировне Амбарцумовой, дочери своего первого духовника. Свадебное путешествие они проводят в геологической экспедиции, да и всю жизнь потом Глеб ни на минуту не позволяет себе отдыхать: он трудится и в выходные, и на работе, и дома, и даже в вагоне метро. Даже на больничной койке, уже будучи при смерти, в свои последние дни заканчивает статьи, редактирует и подписывает оттиски, пишет письма друзьям и близким…

Кстати, семья Каледа – сама по себе удивительна. Отец Лидии Владимировны, священномученик Владимир, мечтал, чтобы среди его потомков было двенадцать священников. Так и произошло. У отца Глеба и матушки родилось шестеро детей и множество внуков, и двое из сыновей стали священниками, настоятелями московских храмов, а одна дочь – игуменией. Некоторые родственники со стороны священника Евгения Амбарцумова, брата матушки Лидии, тоже пошли по стопам деда-священномученика, и таким образом исполнилась высказанная однажды отцом Владимиром мечта. Кстати, в храме, построенном на месте массовых расстрелов в Бутово, служит сейчас внук отца Владимира, священник Кирилл Каледа.

С 1951 года Глеб Каледа был духовным сыном владыки Гурия (Егорова) и архимандрита Иоанна (Вендланда), впоследствии митрополита Ярославского и Ростовского. Поскольку вскоре они оба были отправлены служить в Среднюю Азию, общение происходило в основном по переписке. Здесь надо сказать, что вследствие чудовищных по размаху репрессий в советские годы был момент, когда весь церковно-административный аппарат Русской Церкви состоял из Патриарха Сергия (Страгородского) и… его машинистки. До 1943 года Церковь находилась вовсе вне закона, но и годы спустя найти опытного духовника было не так-то просто. Специальные органы зорко следили за тем, чтобы священниками не становились люди с высшим образованием и большим жизненным опытом, а тем более занимавшие какие-то высокие светские посты. Власть стремилась не только подорвать Церковь, но и подорвать доверие к Церкви, разрешая назначать для служения в интеллигентскую столицу только молодых и зачастую не получивших светского образования пастырей – и желательно откуда-нибудь с Западной Украины или из Сибири. Церковь отчаянно нуждалась в хороших священниках, но явно рукоположить их зачастую было невозможно.

И тогда возникла нужда в священниках тайных.

Мы Его последователи. Сказано не “не волос с головы человека”, а “вашей”. Судьба наша слагается несколько иным образом. Нам надо отдать себя Его воле – и только.

Священник Глеб Каледа. Из письма к Лидии Владимировне Амбарцумовой

1975 г.

…Только самые близкие люди знали, что в 1972 году Глеб Александрович Каледа, оставаясь руководителем отдела в научном институте, принял священный сан. Одна монахиня, друг семьи, будучи посвящена в тайну, по рассеянности подала за него однажды в храме записку, где его имя было упомянуто вместе с саном – иерей Глеб, и ниже были записаны имена всех членов семьи Каледа. Алтарник, читая записки, заставил себя промолчать, понимая, что даже в храме никто не должен узнать о тайном священстве обычного на вид прихожанина.

Восемнадцать лет в обыкновенной советской квартире многоэтажного панельного дома, выделенной наконец-то многодетной семье ученого Глеба Каледы, в его собственном кабинете, за плотно занавешенными окнами совершались богослужения. Священнической ризой была скатерть, на которую нашивались, а потом каждый раз аккуратно спарывались кресты; подризник хранился среди постельного белья, чтобы при обыске сойти за ночную рубашку. Чашей для Причастия служил новый хрустальный фужер, а для извлечения частиц из просфор был специально куплен скальпель, с которым отец Глеб потом и служил до самой смерти. Почти каждое воскресенье вся семья и немногочисленные посвященные в тайну друзья собирались на Литургию. Раскладывался большой этюдник – престол, и в соседней комнате включалось радио, чтобы даже соседи не услышали: в этой квартире, как в древних катакомбах первых веков Церкви, втайне от мира совершается богослужение Любви, принесение бескровной Жертвы.

В Высокопетровском монастыре. 1992 г.

“У священника, как и у врача, дверь должна быть всегда открыта”, – говорил отец Глеб. Желающих пройти Таинство Покаяния он исповедовал в своем кабинете часами, но и позже, уже открыто служа на приходе и исповедуя десятки людей, никогда не торопился. Тем более он не признавал практики общей исповеди, которая в советские годы возникла из-за того, что власти не поощряли особо близкие контакты священников с мирянами.

На работе никто не знал, что Глеб Каледа – священник. Его, доктора наук, немедленно ждал бы арест, узнай кто-нибудь правду. В то время многие вынуждены были скрываться так годами – не из страха смерти или тюрьмы, нет; просто открытые гонения, как ощущали все, могли в любой момент начаться вновь, и тогда, чтобы в Церкви остались пастыри и совершались богослужения, власть ничего не должна была знать об их тайном служении.

Так ли страшен Дарвин?

– Зачем тебе совесть? – спрашивал его офицер Красной Армии, узнав о его вере в Бога. Он остался непонятен и для многих своих невоцерковленных коллег по научной деятельности.

– Как так, талантливый ученый и вдруг верит в Бога, да еще стал священником?

Священник Кирилл Каледа. “Дорогою волхвов”, воспоминания об отце

В Советском Союзе официально, на уровне идеологии, считалось, что Вселенная существовала вечно и неизменно – ведь иначе пришлось бы допустить, что она была когда-то создана, и мог возникнуть вопрос – Кем создана?.. Несмотря на появление исследований по космологии, доказывающих, что Вселенная возникла около 10-15 миллиардов лет назад и постоянно расширяется, доступ к таким трудам был ограничен, и обывателю было сложно продраться сквозь “научные доказательства” крайнего материализма. Отец Глеб Каледа как ученый не мог не видеть надуманность противоречий между наукой и Священным Писанием, повествующим о создании мира Богом. “Малое знание удаляет от Бога, а большое приближает к Нему” – эти слова Фрэнсиса Бэкона стали девизом всех научных работ ученого.

Отец Глеб выступает на научной конференции. 80-е годы

Труд “Библия и наука о сотворении мира”, ходивший в самиздате из рук в руки, после долгих лет преследования и Церкви, и науки впервые сообщал о том, что настоящее знание всегда подтверждает свидетельства Библии, так же как правильное понимание Писания учит видеть и понимать красоту мира. Кстати, как протестантские, так и православные креационисты совершенно напрасно ведут борьбу с фундаментальной наукой, объявляя всякую эволюцию природы современным мифом и даже ересью: они борются с научной космологической теорией развивающейся Вселенной так, как боролись с ней коммунистические атеисты в Советском Союзе.

Отец Глеб Каледа в Афинах на развалинах Ареопага, в котором проповедовал апостол Павел

“В настоящее время и Православие, и наука нуждаются в апологетике”, – говорил священник Глеб Каледа, и однажды даже вышел из состава редколлегии одного православного журнала, когда в нем была напечатана антинаучная “креационистская” статья. Сам он всегда занимал эволюционистскую позицию в вопросах сотворения мира, настаивая на безостановочном творческом влиянии Бога на процесс развития и украшения Вселенной*. Отец Глеб видел цель своего научного служения в познании законов изменения мира, определенных Богом.

Движение в сторону любви

Однажды ко мне, окормлявшему заключенных в одной из московских тюрем, пришла девушка с просьбой исповедовать и причастить ее жениха, находящегося в тюрьме. Я согласился, и она уехала домой, где рассказала бабушке жениха, что ее внука будет причащать священник Иоанн Каледа. Та вдруг спросила:

– А это не сын тюремного священника Глеба Каледы, который спас моего отца? И рассказала удивительную историю, которую оставил ей ее покойный отец.

В 30-е годы этот человек сидел в лагере. Однажды во сне ему явился человек, который представился как тюремный священник Глеб Каледа и рекомендовал ему поскорее попроситься на хозработу внутри лагеря. На следующий же день тот попросился на такую работу и получил ее, а вскоре его прежняя бригада была послана в так называемую командировку, то есть на работы в особо тяжелых условиях, и никто не вернулся живым.

В то время Глеб Александрович Каледа был подростком. Рукоположен он был лет через сорок без малого, а еще почти через двадцать лет после рукоположения стал тюремным священником.

Священник Иоанн Каледа. “Чудо, связанное с отцом Глебом”

В 1990 году, когда советская власть уже, можно сказать, дышала на ладан и новых гонений можно было не опасаться, священник Глеб Каледа вышел на открытое служение. Поначалу его назначили служить в храм святого Илии Обыденного, в котором семья Каледа была прихожанами много лет, а после того как он стал ректором православных катехизаторских курсов и сотрудником вновь созданного Отдела по религиозному образованию и катехизации, батюшка служил в храме преподобного Сергия Радонежского в Высокопетровском монастыре. Между прочим, именно из катехизаторских курсов впоследствии вырос Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет. Духовное образование Глеб Александрович Каледа, ученый с мировым именем, ценил не меньше, чем светское.

Отец Глеб в одной из камер Бутырской тюрьмы

…”Шестой коридор” в Бутырке – это коридор, где раньше сидели смертники, а сейчас сидят те, кто получил пожизненное заключение. Туда не проникнуть человеку с воли, да и мало кто стремится попасть к тем, кого общество отвергло, спрятало за десять замков, признало неспособным к нормальной жизни. Но священник Глеб Каледа приходил к ним, пока у него были силы. Он говорил с преступниками о Христе, исповедовал их, причащал, или просто сидел, обняв смертника и прижав его голову к своей груди, и молился. Он видел, как меняются люди, если чувствуют любовь к себе – и любовь Божию, и любовь человеческую. Отец Глеб боролся за отмену смертной казни, говоря, что мы присуждаем к смерти одного человека, а казним уже другого. Надо сказать, что священник Глеб Каледа был практически первым, кто начал тюремное служение после перестройки, а сейчас его дело продолжают уже очень многие пастыри.

С самого рождения я не знал, что значит отцовская любовь. И сколько ни пытался, не могу понять этого. И вот уже в тридцать лет, в этом возрасте, когда уже и забыл о том, о чем мечтал в детстве, вдруг встречаешь Человека, который сделал почти невозможное. Поверьте, я был просто потрясен. Этот человек вернул мне почти забытую мечту моего детства. Более того, он воплотил ее в реальность. Я понял и узнал, что такое любовь отца. Такое не передашь словами…

Андрей, заключенный. Из письма к Л.В. Каледа

Последняя фотография. Июль 1994 г., деревня Свиридоново

Священник Глеб Каледа скончался 1 ноября 1994 года в Боткинской больнице после тяжелой болезни. Последние его слова были: “Не волнуйтесь, мне очень хорошо”. Письма и соболезнования, приходившие от всех любивших батюшку людей, Лидия Владимировна бережно сохранила, и они были изданы вместе с трудами отца Глеба и воспоминаниями о нем издательством Зачатьевского монастыря в Москве. Книга называется “Священник Глеб Каледа – ученый и пастырь”, а в скором времени должен выйти и фильм об отце Глебе.

…Наверное, здесь нужно написать о том, как его подвиг всегда будут помнить благодарные потомки, и сказать о том, что сейчас он в раю и молится о нас. Но мы лучше предоставим слово одному из тех, кто знал его при жизни:

Вопреки традициям, я не стану желать Батюшке Царства Небесного – Оно просто создано для таких, как он, иначе и не может быть.

Дмитрий, заключенный. Из письма к Л.В. Каледа.

Благодарим Василия Глебовича Каледу за предоставление фотографий из семейного архива.

ФОМА

Оценки

Слово Патриарха Московского и всея Руси Алексия II:

Вспоминая отца протоиерея Глеба Каледу, невольно думаешь о его жизненном пути. Ученый, профессор, доктор наук. Тайно рукоположенный в тяжелые для Церкви годы, создавший в своей квартире домовый храм, в котором воспитывалась вся семья – с приходом религиозной свободы в нашей стране он явил себя миру как пастырь – ревностный, усердный, одаренный жизненным и духовным опытом. Будучи светским ученым, он занимался богословием и накопил богатый опыт духовных знаний, которые так пригодились ему в будущем…

Награды

  • Церковные:
    • наперсный крест (от патриарха Московского и всея Руси Алексия II, 1993)
  • Светские:
    • многочисленные ордена и медали за участие в Великой Отечественной войне, включая советские ордена Красного Знамени и Отечественной Войны

Труды

Список его научных публикаций включает свыше 170 названий. При этом он стремился охранить православное вероучение от псевдо-научных нападок. В период хрущевского гонения он написал апологическу работу «Библия и наука о сотворении мира», в которой показал отсутствие принципиальных противоречий между библейским и научным представлениями о возникновении Вселенной. После тайного принятия священства составил большую богословскую работу «Домашняя Церковь», в которой рассмотрел семью как особое церковное служение.

Использованные материалы

Каледа, Глеб Александрович

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Каледа.

Глеб Александрович Каледа (2 декабря 1921, Петроград — 1 ноября 1994, Москва) — священник Русской Церкви, протоиерей; церковный писатель; доктор геолого-минералогических наук, профессор.

Семья, детство, юность

Отец — Александр Васильевич; был крупным экономистом, окончил Минскую духовную семинарию и Петроградский политехнический институт. Мать происходила из дворянского рода Сульменевых.

По переезде в Москву в 1927 году у семьи установились тесные духовные связи с бывшими членами Христианского студенческого движения. В это время массовых гонений на Церковь небольшая квартира семьи превращается во временное пристанище для репрессированных священнослужителей и членов их семей, скрывающихся от властей или едущих в ссылки из ссылок. Первый духовный отец Глеба Каледы — протоиерей Владимир Амбарцумов, настоятель храмов св. князя Владимира в Старых Садах и св. Николая у Соломенной Сторожки, был расстрелян 5 ноября 1937 года. Подростком участвовал в деятельности «катакомбной церкви», поддерживал контакты со скрывавшимися в Подмосковье православными клириками, доставлял материальную помощь семьям репрессированных священников.

В 1951 г. Г. А. Каледа женился на Лидии Владимировне Амбарцумовой, дочери своего первого духовника, священника Владимира Амбарцумова. Из их шестерых детей четверо получили медицинское образование, двое — геологическое. Среди них — настоятельница монастыря, два настоятеля московских храмов, супруга священника, геолог, врач… Двоюродный брат Глеба Александровича — заслуженный врач Республики Беларусь Василий Иванович Каледа.

Военная служба

В начале Великой Отечественной войны был призван в армию. С декабря 1941 года и до конца войны он находился в действующих частях и в качестве радиста дивизиона гвардейских минометов «катюш» участвовал в битвах под Волховом, Сталинградом, Курском, в Белоруссии и под Кенигсбергом. Был награжден орденами Красного Знамени и Отечественной Войны.

Ученый-геолог

В 1945 г. поступил в Московский геологоразведочный институт и окончил его в 1951 г. с отличием; в 1954 г. защитил кандидатскую диссертацию, в 1981 г. — докторскую в области геолого-минералогических наук. Список его научных публикаций включает свыше 170 названий. Крупный специалист в области литологии. Работал в научных и учебных институтах, много времени провел в геологических экспедициях в Средней Азии.

Религиозная деятельность в 1940—1980-х годах

В середине 1940-х годов познакомился с тайным священником отцом Сергием Никитиным, будущим епископом Стефаном. После открытия Троице-Сергиевой Лавры состоялось его знакомство с наместником Лавры архимандритом Гурием (Егоровым), впоследствии митрополитом Симферопольским и Крымским. Отец Гурий познакомил его с отцом Иоанном Вендландом, будущим митрополитом Ярославским и Ростовским, который до церковного служения был ученым-геологом. Позднее, во время экспедиций в Средней Азии регулярно общался с владыкой Гурием, который был тогда уже епископом Среднеазиатским и Ташкентским.

Организовал нелегальный христианский кружок, в котором занимались дети его знакомых. Этот кружок просуществовал до 90-х годов; подобные кружки стали прообразом воскресных школ, возникших впоследствии при храмах. Писал научные труды по богословским вопросам, которые распространялись в самиздате.

В 1972 году митрополит Иоанн (Вендланд) тайно рукоположил Глеба Каледу во диакона, а затем во пресвитера. С этого времени отец Глеб регулярно совершал Евхаристию в своей домовой церкви, освященнной в честь всех русских святых, вел большую духовническую работу.

Служение в последние годы жизни

В 1990 году стал священником Московской епархии. Служил в храме Илии Обыденного, затем — во вновь открывшихся храмах Высоко-Петровского монастыря; был духовником общины трапезного монастырского храма во имя преп. Сергия Радонежского. Заведовал сектором в Отделе религиозного образования и катехизации; был одним из основателей Катехизаторских курсов, преобразованных затем в Свято-Тихоновский Православный гуманитарный университет. Занимался лекционной деятельностью в Москве и во многих городах России. Стал первым московским священником, работавшим в тюрьмах, первым настоятелем храма при Бутырской тюрьме, духовно окормлял заключенных.

Труды

Библиография

  • Отец Глеб Каледа.
  • Журинская М. Протоиерей Глеб Каледа как церковный писатель. /Православие.ру. 2002. 17.01.
  • Каледа Глеб Александрович.
  • Священник Глеб Каледа — ученый и пастырь/ М., Изд-во Зачатьевского монастыря, 2007—743 с.