Икона Матроны с открытыми глазами

Почему на одних иконах блаженную Матрону изображают с открытыми глазами, а на других — с закрытыми?

Отвечает Дмитрий Трофимов, руководитель творческих мастерских «Царьград»

В основе иконописи лежит канон, то есть правило. С другой стороны, во время работы у нас все время возникают вопросы к самим себе.

В том числе, когда мы пишем иконы недавно прославленных святых — мучеников, праведников, блаженных XX века.

Здесь нет четко сложившейся иконографии, зато есть прижизненные фотографии, которые вроде бы должны помочь в работе. Но не всё так просто.

Икона Матроны Московской в храме апостола Фомы, настоятелем которого был отец Даниил Сысоев. По мысли отца Даниила святой на иконе изображается в преображенном состоянии, а значит и без тех болезней, которые были у него при жизни. Фото Владимира Ештокина

Святая Матрона Московская была канонизирована как местночтимая святая в 1999 году, а в 2004-м состоялось общецерковное прославление блаженной. Времени прошло совсем немного, но уже сложилась традиция изображать святую Матрону незрячей, то есть такой, какой она была в жизни. Этот образ узнаваем и любим верующими.

В то же время икона — не портрет. Согласно догмату об иконопочитании, через образ мы прикасаемся к пре­ображенному человеку, причастнику Божественной жизни. Поэтому святых пишут, не акцентируя внимание на физических недостатках. Вспомним иконы святого преподобного Серафима Саровского: он предстает как старец слегка согбенный, но не сгорбленный.

Таким образом, сложилось два извода: с закрытыми и с открытыми глазами. При создании иконы мы обязательно показываем эскиз священнику и просим его благословения. Решение принимает либо настоятель храма, для которого пишется образ, либо духовник заказчика иконы. Таким образом, мы как иконописцы избегаем самодеятельности. А прихожанам, думается, не стоит смущаться «неправильными» образами.

С ОТКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ

ПЕРЕПИСКА

Здравствуйте, Михаил! Газету «Вера» я начала выписывать ещё в начале далёких 90-х. В каждом выпуске нахожу близкое себе. С радостью в № 698 прочитала вашу заметку У Вифлеемской звезды – и как будто сама снова побывала в Вифлееме. Наверно, в этот раз вы приобрели дудочки на Поле Пастушков? Помню, в 2009 году Игорь Иванов сожалел, что сразу их не купил, а потом в Иерусалиме они не встретились (Страх и радость, «Вера», № 579). Спустя год я побывала на Святой Земле и приобрела несколько дудочек на Поле Пастушков, хотела передать вам в редакцию когда-нибудь с оказией, но до сих пор не получилось.


Фреска на столбе

У меня такой вопрос. Перед поездкой на Святую Землю видела я фотографию лика Спасителя «с закрытыми глазами», который изображён на одной из колонн храма Рождества Христова в Вифлееме. Этот образ запал мне в память, буквально впечатался. Даже не надеялась, что смогу его найти… В храме полумрак, образа на колоннах едва видны, колонн много. У входа в пещеру множество народа, давка, надо переждать. Лик не увидела, скорее, почувствовала взгляд. Высоко на колонне, у самого потолка в темноте – тот ли образ? Глазами не разглядеть, слишком темно. На всякий случай я сделала два снимка, посмотрела на экранчик фотокамеры – темнота. Моя простенькая мыльница при самом большом приближении едва ли смогла запечатлеть его, даже если это тот самый лик. Ведь там колонн много, он ли это?

Сразу после этого мы вошли в Пещеру Рождества. Был Великий Четверг, и прямо в Пещере, у места рождения Спасителя, совершалась литургия. Наша группа была одна, если не считать местных арабов-христиан, пришедших на раннюю литургию с детьми. Они принесли с собой лепёшки с записками и помянниками. Евхаристическое Таинство совершалось на наших глазах священником-греком на престоле. Арабы передавали священнику хлебы (лепёшки) с записками-помянниками, он складывал их на престоле. Из маленьких лепёшек священник вынимал частицы, большие лепёшки (примерно с блюдце) преломлял на две части и половину возвращал прихожанам-арабам. Некоторые возгласы священник подавал на церковнославянском. Хора не было. Пели все арабы. Символ веры они пели очень слаженно и громко. «Отче наш» мы спели на церковнославянском. Причащались вместе арабы, русские и несколько грузин, друг за другом, у самой звезды. Чудо – быть в Пещере у яслей всю службу, места было достаточно для всех. Правда, опоздавшие толпились на ступенях.

Когда я вернулась со Святой Земли и рассматривала дома фотографии, то с великой радостью увидела, что моя камера запечатлела тот самый лик Спасителя и Его глаза. С первого взгляда показалось, что глаза были закрыты. Но при внимательном рассмотрении, особенно при увеличении – глаза открыты! Какая же легенда связана с этим образом? Надо бы мне найти время на поиск, но, может, вы знаете? И как вы к этому относитесь?

С уважением, Татьяна Копылова г. Санкт-Петербург

* * *

Спасибо, Татьяна Константиновна, за добрые слова. Получив ваше письмо, я стал выяснять, где ещё имеются подобные образы с «открыванием и закрыванием глаз», чтобы ответить на ваш вопрос. И оказалось, что не всё так просто.

В 2005 году в журнале «Наука и жизнь» была опубликована статья «Загадочные картины: двоевзоры и троевзоры». В ней автор упомянул изображение на колонне в вифлеемском храме Рождества и привёл фотографии двух картин, на которых также проявляется эффект двоевзора. Одна картина, изображающая Иисуса в терновом венце, была написана немецким художником Габриелем фон Максом в конце XIX века. Другая, также Иисуса в терновом венце, написана неизвестным художником и сфотографирована в 1970 году (фото принадлежит священнику из Подмосковья о. Валентину Дронову). Других изображений, на которых бы Иисус «открывал и закрывал глаза», автор научного журнала не нашёл. И статью завершил так: «Икона в Вифлееме, о которой рассказано, встречается очень редко, поэтому важны любые свидетельства людей, видевших или хотя бы слышавших о подобных изображениях. Просим читателей обязательно сообщить об этом в редакцию журнала».

Узнать, получил ли журнал отклики, мне не удалось. Так что пришлось самому разбираться…

Что тут сразу бросается в глаза? В храме Рождества на колонне явно изображён Спас Нерукотворный. А на снимках картин, что опубликованы в научном журнале, – Иисус в терновом венце. Это католический образ «Плат святой Вероники». Так что перед нами две разные иконы. Но с одним и тем же эффектом двоевзора. Или, может быть, «эффекты» разные – где-то они получены искусственным путём, с помощью художнических приёмов, а где-то проявляются естественно, из-за чудотворности образа? Как отделить одно от другого, подделку от чуда? Взглянем на историю происхождения этих двух образов.

Как известно, Спас Нерукотворный появился благодаря просьбе эдесского царя Авгаря V, который приглашал Иисуса Христа посетить Месопотамию. Спаситель не принял приглашения, но согласился, чтобы посланный царём художник нарисовал Его портрет. Портрет никак не удавался. И тогда Иисус совершил чудо: умыл лицо, отёр его платом, на котором остался отпечаток, и вручил его художнику. Затем образ был привезён в Эдессу, оттуда спустя века попал в Константинополь. Это история весьма реальна – в ней задействовано множество людей с указанием имён, там описываются конкретные исторические обстоятельства, имеются письменные свидетельства. Римский историк Евсевий (род. ок. 263 г.) в своих трудах приводил текст двух писем из переписки царя Авгаря с Иисусом Христом, что хранились в архивах Эдессы.

Историчность же «Плата святой Вероники» не столь очевидна. В средние века в Европе стало известно такое предание. Когда Христа вели на Голгофу, некая женщина подала Ему платок, чтобы утереть лицо, – и на платке отпечатался лик. Возможно, это предание услышали в Палестине рыцари-крестоносцы и всё так было на самом деле. Но сомнения в подлинности всё же остаются.

Тут надо заметить, что реализм «Спаса Нерукотворного» запечатлелся и в самом образе: борода Иисуса раздвоена, оттого что волосы слиплись от воды, – ведь плат к лику был поднесён после умывания водой. Иногда образ так и называют: «Спас Мокрая Брада». А в образе «Плата святой Вероники» ничего подобного нет. И возникает предположение: а может, западные иконописцы решили внести «большую историчность» в поздние списки «Плата святой Вероники», использовав художественный приём двоевзора? Что делает человек, когда вытирается полотенцем? Зажмуривает, а потом открывает глаза. Вот и на «Плате», мол, этот момент отразился.

Подтверждение этой догадке можно найти в самом Риме, где хранится «Плат святой Вероники». Там, в базилике Святого Петра, на колонне святой Вероники, есть два барельефа плата: на одном Иисус с открытыми глазами, на другом – с закрытыми. Колонна была построена и украшена скульптурой в 1646 году. Ещё раньше в Риме нечто подобное произошло с книгой «Маленький опус о священном платке Вероники». В издании 1620 года на титульном листе было обычное изображение – Иисус с открытыми глазами. А в издании 1635 года – с закрытыми. То есть уже тогда у католиков появилось представление об «Иисусе моргающем». Интересно, что как раз с этого времени, с 1628 года, «Плат святой Вероники» перестали показывать народу – и так продолжается уже 400 лет. Образ из ризницы выносят лишь раз в год, на высокий балкон колонны, и снизу издалека ничего не разглядеть. Журналисты пытаются получить доступ к «Плату святой Вероники», но в Ватикане им отказывают: «В этом нет смысла, поскольку с течением лет изображение слишком поблекло».

Между тем по миру разошлось много списков этого образа. И среди них есть с оптическим эффектом двоевзора. В Интернете, например, растиражирована история про чудесную икону «Иисус Моргающий» («Плат святой Вероники»), которая в 80-е годы прошлого века находилась в древнем грузинском монастыре Джвари. Удивившись, обратился я к православному журналисту Каха Кенкишвили. Он прислал из Тбилиси фотографию этого образа с пояснением: «Да, такая икона есть. Но сейчас она висит в Светицховели. Также имеются её копии – в монастыре Самтавро и в Кашуетском храме Святого Георгия, что в самом центре Тбилиси». Светицховели – это патриарший собор в Мцхете, который на протяжении тысячелетия является главным храмом всей Грузии. Так что икона и вправду почитаема, раз хранится там.

По народным представлениям, на одних людей, входящих в храм и подходящих к этой иконе, Иисус смотрит, а на других – нет. При этом считается, что если человек грешен или готовится совершить грех, то Христос не поднимает на него глаз. Как я понял, грузинские священники ко всему этому относятся осторожно, ведь молитвенному настрою перед образом может помешать экзальтированное ожидание чуда. Как тут не вспомнить 1879 год, когда упомянутый выше немецкий художник Габриель фон Макс привёз в Петербург свою картину «Платок святой Вероники». Петербургские газеты тогда писали, что устроителям выставки пришлось поставить рядом с картиной стулья – для дам, которые из-за эффекта двоевзора падали в обморок с восклицанием: «Смотрит! Смотрит!»

Оптический эффект действует на людей и поныне. В Интернете можно найти снимки «Иисуса Моргающего» с такими комментариями. Одна женщина, увидев закрытые очи, переживает: «Неужели я такая грешница?» Другая радуется: «Слава Богу, я вижу Его глаза открытыми, а я боялась посмотреть!» Тут же прилагается драматическая история:


Оригинал образа «Иисус Моргающий»

«В августе 1980 года я ездила по бесплатной путёвке в Тбилиси. Нас возили в мужской монастырь Святого Креста – Джвари. В монастырском храме была большая икона Господа Иисуса Христа, которую называют «Иисус Моргающий». В храме продавались фотокопии этого образа. Я тогда была неверующей, хоть и крещёной, но что-то коснулось в тот момент моей души, и я купила две фотокопии иконы. Привезла их домой, освободила верхнюю полку в буфете от посуды и поставила туда. Мужу своему Владимиру объяснила “секрет” этой иконы Иисуса Христа. Через некоторое время муж стал вынимать икону Господа из буфета, при этом ругался чёрными словами (Господи, прости ему такое богохульство!) и прятал икону в ящик стола. Я снова вынимала её и ставила в буфет. Так повторилось несколько раз, и я сказала мужу: “Не тронь икону, стояла и будет стоять здесь до самой моей смерти”. Муж перестал прятать икону в ящик. Потом подтвердились мои догадки, что муж мне в те годы изменял. Иисус Христос с иконы тогда на него не смотрел, обличая его в прелюбодеянии, вот он её и прятал…»

Ещё более трагическую историю передал в своей повести «Трое и одна и ещё один» писатель Юрий Нагибин. В ней рассказывается про мужчину, который из ревности убил свою жену и покончил с собой. Перед этим они были в Грузии у иконы «Иисус Моргающий», и на него «не смотрел Господь», зная, что он готовится совершить страшный грех. В 2007 году по этой повести был снят фильм с впечатляющим эпизодом про икону, так что теперь в России о ней многие осведомлены. Вопрос только: что это людям даёт?

В истории, приведённой Ю. Нагибиным, «закрытые глаза» не остановили человека перед убийством. А в том, что рассказала разведённая женщина, можно заподозрить мнительность, которая способствовала разрушению семьи.

Лично у меня отношение ко всему этому неоднозначное. С одной стороны, мы можем обмануться, став жертвой оптического эффекта, который на самом деле очень прост. Посмотрите внимательнее на снимок слева, на копию иконы. Если взгляд сконцентрировать на уровне бровей изображённого лика, то можно видеть тёмные глазницы с открытыми глазами. Если же опустим свой взгляд на уровень переносицы, то на первый план выступят веки закрытых глаз. Всё зависит от угла зрения. Если смотреть снизу, то глаза на изображении всегда будут открыты (см. на фото вверху, на оригинал иконы) и двоевзор исчезает.

С другой стороны, сам по себе оптический эффект не является чем-то предосудительным. Краски, которыми написаны иконы, ведь тоже создают свой оптический эффект, позволяющий нам видеть определённый образ. И мы никакого значения этим краскам не придаём – они лишь помогают нам мысленно представить образы Спасителя и святых Его, чтобы сконцентрироваться на молитве. То же самое с эффектом «закрытых» и «не закрытых» глаз. Если человек стоит перед такой иконой с верою, с молитвою, то, возможно, обретёт ответ. А если просто любопытствует, то станет игрушкой оптического обмана.

Как смог, ответил на ваши вопросы, Татьяна Константиновна. А у меня к вам тоже будет просьба. Вы ведь живёте в Санкт-Петербурге. Если доведётся бывать в Царском Селе, зайдите в Александровский дворец. Там есть необычный экспонат – деревянные пяльцы с вышивкой лика Христа. Говорят, образ похож на «Спаса Нерукотворного», но на главе почему-то терновый венец. Перед самой революцией этот образ вышивала императрица Александра Фёдоровна. И будто бы она хотела изобразить на вышивке «Иисуса Моргающего», чтобы узнать, смотрит ли Он на неё. Правда ли это? Вышивка так и не была окончена – случилась революция, арест, затем расстрел со всей семьёй в Ипатьевом доме. Волю Божью императрица приняла смиренно – независимо оттого, что успела узреть на своей вышивке. Думаю, так и стоит относиться к знамениям подобного рода.

С уважением, Михаил СИЗОВ

назад

вперед

Не закрывай глаза, Господи!

В Коркино хранится одна из самых таинственных икон – «Плат Вероники». Эту историю нам рассказал отец Сергий Гулько, настоятель храма святых апостолов Петра и Павла.

Шел 1942-й год. Самый безысходный и отчаянный год войны. Был ли это промысел Божий, или попустительство Сталина, но в стране начали открываться храмы. В городе Коркино из старой церкви вынесли какое-то ремонтное оборудование, и разрешили верующим молиться.

Маленького Сережу в храм приводила за ручку мама, и он прекрасно помнит, как пылко люди просили у Господа о победе и благополучном возвращении своих воинов: отцов и сыновей. Особенно долго стояли у иконы страдающего Спасителя, которая называется «Плат Вероники». Эта икона еще долгое время после войны висела на стене храма. Сережа к тому времени подрос, стал понимать немного больше. И однажды с удивлением обнаружил, что одни люди отходят от иконы с радостью, другие – в испуге и расстройстве. Некоторые тетеньки говорили, что Спаситель изображен с закрытыми глазами. А на Сережу Христос почему-то всегда смотрел открытыми глазками.

Слава об удивительной иконе разнеслась далеко за пределами Коркино, прихожан это явление с открыванием-закрыванием глаз очень волновало. Дело закончилось тем, что духовенству пришлось унести эту икону в алтарь. Там она и простояла больше полувека, до того времени, когда бывший шахтер Сергей Гулько стал священником и зашел в родной храм уже в качестве настоятеля.

Цыганские поцелуи
Мы идем по пустому, гулкому храму. Каждый шаг отзывается эхом где-то наверху, под куполом. Акустика невероятная: в старину умели строить. Петро-Павловская церковь по давней православной традиции построена в форме корабля. И вот его седой капитан ведет нас к своей сокровищнице. «Плат Вероники» находится за двумя стеклами: рамка с иконой вставлена в киот. Помощница настоятеля Надежда бросается к образу с тряпочкой и старательно вытирает следы от поцелуев: «Зацеловали нашу икону, по несколько раз в день вытираем».

Помня с детства об этой чудной иконе и отношению к ней людей, я вынес ее на общее поклонение и обозрение, – рассказывает отец Сергий Гулько. – Прежний (можно ли такое слово сказать?) ажиотаж ушел в то тяжелое, но молитвенное время, а новое поколение, хотя и замечает, что Спаситель кому-то все-таки открывает глаза, не придает этому особого внимания.

Письмо на иконе действительно необыкновенно тонкое, но когда Спаситель на тебя вдруг смотрит, то на спине бегают мурашки. Это есть на самом деле.

В шахтерском городе до сих пор неистребимо поверье, что Господь на иконе «Плат Вероники» открывает свои глаза только достойным.
– Особенно эту икону почему-то любят цыгане, – рассказывает отец Сергий. – Как встанут целой гурьбой рядом с ней, все стоят и всматриваются в глаза Спасителю. Народ они такой, склонный к гаданиям: наверное, проясняют для себя какие-то вопросы.

Монахи в теплых носках
Как в глухом уральском городке появилась такая редкая икона – особая история. Семьи шахтеров, конечно, бедствовали, но женщины умудрялись помогать совсем уж убогим. Такими убогими в военное и послевоенное время были монахи Свято-Успенской Почаевской лавры. Для них жены шахтеров вязали теплые носки и варежки, шили церковные облачения. Как наши женщины умудрялись все эти дары доставлять в Тернопольскую область Украины – одному Богу известно. Живых свидетелей не осталось, отец Сергий Гулько, которому сейчас 77 лет, всю эту историю знает из чужих рассказов. Но факт такой: в тяжелейшие годы войны, а затем и во время хрущевских гонений, верующие города Коркино побратались с почаевскими монахами. В благодарность за это душевное тепло и поддержку монахи подарили прихожанам Петро-Павловского храма икону «Плат Вероники».

Что известно об иконе «Плат Вероники»?
Бытует такое историческое предание: одна благочестивая еврейка Вероника, сопровождавшая Христа в Его крестном пути на Голгофу, подала Ему льняной платок, чтобы Христос мог отереть с лица кровь и пот. Лик Иисуса запечатлелся на платке. Ватикан называет Плат Вероники самой ценной реликвией христианства, которая хранится в Базилике Святого Петра в Риме. В 1628 году Папа Урбан VIII издал запрет на публичный показ плата, и с тех пор плат Вероники вынимается из колонны на всеобщее обозрение единственный раз в году: в пятую воскресную вечерю Великого Поста, но время показа ограничено и она показывается с высокой лоджии Столпа Святой Вероники. Приблизиться к реликвии разрешается лишь каноникам Базилики Святого Петра.

А вот история, которую рассказали сами почаевские монахи, когда передавали икону прихожанам Петро-Павловского храма:
“Авгарь заболел страшной в то время болезнью – проказой. Болезнь, по приказу царя, огласке не подлежала. Великие врачи, тайно лечившие царя, помочь не смогли. Доступ к больному царю имела только одна близко приближенная девушка Вероника, единственно знающая тайну о больном царе. Она-то и сказала царю, что в Палестине, куда он назначил прокуратором Пилата, есть целитель, который свободно лечит проказу и вообще всякую болезнь. Царь выразил ей свое недовольство за долгое молчание о целителе, а затем тайно послал ее в Иерусалим с царским указом о том, чтобы врач быстрее прибыл к царю. Когда Вероника прибыла в Иерусалим, она увидела страшную трагедию мучений Того, за Кем она прибыла по приказу царя. Спаситель нес крест на Голгофу. И при очередном падении под крестом, она выхватила платок из своей сумки и обтерла им лик страдальца. Через короткое время Его прибили на крест, где Он и умер. Выслушав эту историю, царь ужасно ругался о том, что Пилат не имел никакого юридического права приговаривать к смерти ни одного палестинского человека, кроме отъявленных разбойников, нарушавших покой общества. В расстроенных чувствах он накинулся на Веронику: почему она не могла остановить незаконную казнь и облегчить участь Иисуса. Она пояснила, что какую-либо помощь оказать при обезумевшей и разъяренной толпе было уже невозможно, и единственное, что она могла только сделать, это обтереть измученное и окровавленное лицо великого Исцелителя. И, вынув платок из сумки, развернула его, показывая каким платом обтерла Его лицо, а на нем был отпечатан образ Спасителя. Авгарь, взглянул на Образ, и с него тут же посыпались струпья его болезни, и он исцелился.”