История балкан

Геополитические интересы России на Балканах

В первую очередь, при рассмотрении определенного региона в контексте национальных интересов России необходимо обратиться к официальным документам, которые отражают пожелания и намерения руководства страны. Для этого нужно рассмотреть концепцию внешней политики России.

Внешнеполитическая стратегия

Предыдущая концепция внешней политики Российской Федерации была обнародована 15 июля 2008 г.

В качестве целей России там были отмечены:

— воздействие на общемировые процессы в целях установления справедливого и демократического миропорядка, основанного на коллективных началах в решении международных проблем и на верховенстве международного права, прежде всего на положениях Устава ООН, а также на равноправных и партнерских отношениях между государствами при центральной и координирующей роли ООН как основной организации, регулирующей международные отношения и обладающей уникальной легитимностью;

— формирование отношений добрососедства с сопредельными государствами, содействие устранению имеющихся и предотвращению возникновения новых очагов напряженности и конфликтов в прилегающих к Российской Федерации регионах и других районах мира.

Помимо этого, отмечается, что

Интеграционные процессы, в частности в Евро-Атлантическом регионе, имеют зачастую избирательно-ограничительный характер. Попытки принизить роль суверенного государства как основополагающего элемента международных отношений, ввести в практику разделение государств на категории с различным объемом прав и обязанностей несут в себе угрозу подрыва международного правопорядка, а также чреваты произвольным вмешательством во внутренние дела суверенных государств.

Укрепление международных позиций России, а также решение задач, связанных с установлением равноправных, взаимовыгодных, партнерских отношений со всеми странами.

Среди региональных приоритетов, в первую очередь, отмечается СНГ и евразийская интеграция. Отдельно балканский регион не упоминается, говорится о заинтересованности укрепления ЕС и европейских институтов, таких как Совет Европы. Отдельными странами упомянуты Индия и Китай.

Также сказано, что «Россия настроена и далее развивать отношения с Турцией, Египтом, Алжиром, Ираном, Саудовской Аравией, Сирией, Ливией, Пакистаном и другими ведущими региональными государствами в двустороннем и многостороннем форматах.

Российская внешняя политика направлена на наращивание позитивной динамики отношений с государствами Юго-Восточной Азии, прежде всего на развитие стратегического партнерства с Вьетнамом, а также многопланового сотрудничества с Индонезией, Малайзией, Таиландом, Филиппинами, Сингапуром и другими странами региона».

Обновленная концепция вышла в ноябре 2016 г. и уже учитывает произошедшие изменения, связанные с украинским кризисом, введении санкций и контрсанкций, а также общей мировой политической динамикой.

В региональных приоритетах расширен пункт о евразийской интеграции (Евразийский экономический союз), а также отмечено значение ОДКБ.

В европейской части нет отдельного упоминания о балканских странах, как входящих в ЕС, так и не являющихся его членами. Хотя в отношении других регионов выделены Монголия, Австралия, Афганистан, Иран и Сирия (в различных аспектах — от экономического сотрудничества до безопасности).

Таким образом мы видим, что специальные интересы России в отношении государств Балканского полуострова в официальных документах на обозначены.

Экономика

Распространенным заблуждением в либеральных кругах является уверенность в том, что присутствие России в Балканских странах, в первую очередь, связано с экономикой. Но это не так.

Будет ошибочным полагать, что балканские страны каким-то образом серьезно влияют на экономику Российской Федерации, будь то экспорт или импорт. Статистика показывает, что до начала введения санкций со стороны Евросоюза, экспорт из России в эти страны постоянно падал, а импорт изменялся незначительно, что позитивно отражалось, в первую очередь, на экономике европейских стран.

По данным Федеральной службы государственной статистики РФ (http://www.gks.ru) экспорт Российской Федерации (млрд долл) за 2008, 2010, 2012, 2013 соответственно составил:

Болгария — 4,9; 3,4; 4,3; 2,2

Греция — 4,3; 2,9; 5,9; 6,2

Румыния — 4,2; 2,0; 1,9; 1,6

За это время самые большие экспортные показатели из стран ЕС имели:

Германия -33,2; 25,1; 35,6; 37

Италия — 42; 27,4; 32,4; 39,3

Импорт в Российскую Федерацию в эти же годы имел следующие показатели:

Болгария — 0,6; 0,5; 0,7; 0,7

Греция — 0,4; 0,4; 0,6; 0,6

Румыния — 1,0; 1,3; 1,7; 2,0

Для сравнения:

Италия — 11; 10; 13,4; 14,6

Германия — 34,1; 26,7; 38,3; 37,9

Как мы видим, доля балканских стран, входящих в ЕС, является довольно незначительной.

При этом нужно отметить, что в России в структуре внешней торговли гипертрофированное место занимает одна группа партнеров — страны ЕС и одна группа товаров — нефть, газ, металлы.

Петрополитика или геополитика трубопроводов является ключевым элементом в европейской стратегии России последние 20 лет.

Балканское направление было приоритетным при выборе дополнительного газопровода «Южный поток» в Центральную и Восточную Европу. Первоначально предполагалось, что трубопровод пройдет по дну Черного моря до берега Болгарии (порт Варна), откуда основная ветка пойдет далее в Сербию, а далее в Венгрию, Словению, Хорватию и Австрию. Другая ветка должна была продлена до Италии через Грецию. Строительство газопровода началось в декабре 2012 г. и должно было закончиться в 2015 г. Однако в апреле 2014 г. Европарламент принял резолюцию, которая рекомендовала отказаться от реализации данного проекта. Позже было оказано давление из Брюсселя на правительство Болгарии.

В декабре 2014 г. Россия начала переговоры с Турцией, так как посчитала позицию ЕС не конструктивной. Окончательный договор с Турцией был заключен в октябре 2016 г. и ратифицирован турецкой стороной в декабре 2016 г. Поэтому теперь именно Турция стала

В целом неопределенность перспектив приема в Евросоюз некоторых государств бывшей Югославии, Албании и Турции – усугубившаяся вследствие финансово-экономических проблем Греции и еврозоны в целом – создает предпосылки для более активной политики России на Балканах.

Культурно-исторические аспекты

Балканское направление в российской политике имеет ярко выраженный идеологический и, в какой-то мере, идеализированный характер по причине исторических связей.

Во-первых, практически все балканские государства являются странами, население которых исповедует православное христианство.

Во-вторых, Российская Империя в девятнадцатом столетии поддерживала национально-освободительные движения на Балканах и участвовала в нескольких войнах с Османской империей.

Кроме того, вступление России в Первую мировую войну было связано с союзническими отношениями с Сербией. После Второй мировой войны и установления, согласно договоренностям с США, зон влияния в Европе, под контролем Советского Союза находились Болгария и Румыния. Югославия недолго была союзником СССР и Йозеф Тито выбрал нейтралитет, став одним из основателей движения неприсоединения.

Однако после распада СССР и новых балканских войн в 90-х гг. прошлого века, связи с Югославией укрепились, так как Россия поддерживала режим Слободана Милошевича, и многие граждане России воевали в качестве добровольцев на стороне сербов.

Кроме того, большинство балканских стран имеет славянское население. Хотя доктрина панславизма использовалась Российской империей в 19 веке, на бытовом уровне славянский фактор продолжает играть значительную роль.

Сербия — Россия на Балканах

Наиболее дружественные отношения России на Балканах с Сербией. Между странами действует безвизовый режим и соглашение о беспошлинной торговле. В стране активно работают такие крупные государственные компании-монополисты России, как Российские железные дороги, Сбербанк, Газпром и Лукойл (часть нефтеперерабатывающих заводов Сербии была разрушена в результате бомбардировок НАТО в 1999 г. и Россия занималась их восстановлением). Кроме того, в г. Ниш действует российско-сербский центр по чрезвычайным ситуациям, на базе которого будет создано полноценное военное присутствие России.

Важно отметить, что Россия не признала независимость и суверенитет Косово, и этот край продолжает считать сербской территорией.

Неоднократно Россия оказывала Сербии гуманитарную помощь при ликвидации последствий стихийных бедствий.

Последние парламентские выборы в Сербии, которые состоялись в марте 2016 г., показали удивительные критерии, связанные с предвыборной кампанией политических партий. Практически все партии, не зависимо от того, к какому спектру они себя относили и насколько влиятельными являлись, фактически соревновались друг с другом за голоса избирателей демонстрируя свое отношение к России. Ни одна партия не сделала каких-либо критических заявлений в адрес России и кандидаты в депутаты парламента склоняли на свою сторону избирателей заверениями о своей любви к России.

Что касается большей части населения, то, независимо от возраста, социального статуса и политических предпочтений, граждане Сербии считают необходимым усиление влияния и присутствия России как в Сербии, так и на Балканах. В том, что этого до сих пор не произошло, как правило обвиняют правительство Александра Вучича, которое ориентировано на Запад, но не хочет терять преференции от России, поэтому ведет двойную игру.

Кроме того, в настоящее время сербская общественность подготовлена к позитивному восприятию Евразийского экономического союза, лидером которого является Россия. Тема евразийской интеграции сейчас постоянно затрагиваются в политических кругах Сербии.

В контексте связей с арабскими странами стоит упомянуть строительный проект «Белград на воде», который получил неоднозначную оценку со стороны среднестатистических сербов. По наиболее распространенному мнению считается, что премьер-министр Александр Вучич и президент Томислав Николич получили личные преференции от инвесторов, а начало строительных работ было связано с многочисленными нарушениями и коррупционными схемами.

Кроме того, в Сербии важный фактор оказывает религиозная идентичность. Взаимодействие Церквей православного мира сейчас можно легко увидеть и проследить по глобальной геополитической обстановке. Православные Церкви, которые находятся в геополитической и геостратегической зонах влияния Запада (ЕС и НАТО) более склонны к (пост)модернизму (экуменизму и синкретизму) и более открыты для общения, опираясь на экуменизм православного мира, с патриархом Константинопольским Варфоломеем I. Русская православная церковь занимает более консервативную позицию и воспринимается в Сербии как истинный носитель византийского наследия и как наиболее прочно укоренившийся антипод экуменическим и модернистским тенденциям внутри православия.

Остальные страны бывшей Югославии

Словения является своего рода точкой входа России в ЕС на Балканах, так как Россия уже давно владеет там рядом крупных компаний. Этого нельзя сказать о Хорватии, так как данное государство имеет непривлекательный инвестиционный климат, существование значительных административных барьеров, сложное государственное и местное законодательство. Кроме того, после вступления Хорватии в ЕС она будет вынуждена выполнять все требования Брюсселя. Перспективными партнерами для России являются Республика Сербская в составе Боснии-Герцеговины и Македония, хотя крупный российский капитал вошел туда относительно недавно. Правда оба субъекта характеризуются политической нестабильностью. Особенно в Македонии заметны серьезные попытки вмешательства во внутренние дела страны со стороны ЕС, США и неправительственных организаций, финансируемых Джорджем Соросом.

Черногория до недавнего времени рассматривалась если не как дружественное, то, по крайней мере, нейтральное государство. В Черногории Россия являлась лидером по инвестициям в последние 10 лет. в 2010 году 32% предприятий страны принадлежали бизнесменам из России.

Хотя Черногория отделилась от Сербии и в последнее время демонстрирует курс на сближение с ЕС и НАТО, влияние России на экономику страны остается довольно значительным, так как основные доходы государства — это туристическая отрасль. Москва может оказать давление на Черногорию, рекомендовав компаниям прекратить продажу путевок на это направление. Эта методика хорошо себя зарекомендовала в отношении Турции, когда после инцидента со сбитым российским самолетом в ноябре 2015 г. Россия ввела экономические санкции, которые охватывали агропромышленный сектор, легкую промышленность и туризм — основные статьи дохода турецких компаний за счет России.

Что касается регионального присутствия России, то летом 2012 года «Сбербанк» за 600 млн евро приобрел восточноевропейское отделение банковской группы Volksbank и получил тем самым сеть в Словении, Хорватии, БиГ и Сербии.

Факторы лояльности и безопасности

Для России расширение НАТО, особенно за счет стран, которые имеют дружественное или нейтральное отношение к России, является чувствительной темой. На Балканах до недавнего времени вопрос стоял о возможном присоединении к альянсу Черногории. Кроме того, Сербия и Македония подписали с НАТО ряд соглашений, которые рассматриваются как предварительные условия для более тесного сотрудничества и, в конце концов, вступления в альянс. Однако Россия ограничивается в основном дипломатическими заявлениями и призывами к соблюдению соглашений и норм международного права. Попытки создать военно-политический противовес в регионе не проводятся. Более того, руководство России не раз делало заявления, что Россия не собирается воевать с НАТО.

Поставки систем вооружений и проведение военных учений с Сербией, скорее, нужно рассматривать как фактор укрепления политической лояльности. Кроме того, это хорошая демонстрация качества российской военной техники, так как Россия находится в списке лидеров стран-производителей и продавцов различного оружия.

Поскольку в ряде стран региона (прежде всего, Македония, юг Сербии, включая Косово и Метохию, а также Босния и Герцеговина) имеются ячейки террористической группировки «Исламское государство», Россия рассматривается как желательный партнер по контртеррористической и профилактической деятельности. Взрывы и убийства в ряде стран ЕС показали неспособность служб безопасности этих стран, а также НАТО предотвращать и ликвидировать подобную угрозу. Борьба с терроризмом, включая «Исламское государства» значится в приоритетах внешнеполитической деятельности и стратегии безопасности России.

Реакция Запада на действия России на Балканах

Запад применяет различные методы для противодействия интересам России на Балканах. Для стран ЕС наиболее практичный и действенный механизм — использование политического давления со стороны Европейской комиссии. Хотя представители ЕС также пытаются оказать влияние на руководство Сербии, Черногории, Македонии и Республики Сербской.

Экономическая конкуренция также является элементом сдерживания России в разных формах. Но европейский бизнес давно присутствует на Балканах и вместе с транснациональными компаниями монополизировал большинство стратегических отраслей. Ангажирование балканских (как и остальных восточноевропейских) стран проводится по линии «Восточного партнерства». Правда, этот проект заметно снизил свою активность за последние два года, возможно из-за разногласий внутри ЕС и общеевропейского многоуровневого кризиса.

Военно-политическое противодействие, в первую очередь осуществляется по линии НАТО, так как ни одна страна в отдельности или даже вместе не способны противостоять российскому могуществу.

За последние годы НАТО при главенствующем влиянии США проводит антироссийские инициативы по двум направлениям.

Первое относится к методике жесткой силы и состоит в эскалации военного присутствия, перегруппировке войск и размещении новых наступательных типов вооружений и мобильных частей. Это происходит под эгидой операции НАТО «Атлантическая решимость», которая была запущена в 2014 г. и не имеет окончательного срока реализации. Очевидно, что в рамках этой операции создаются особые условия для некоторых государств, которые входят в ось Север-Юг Восточной Европы (Прибалтика, Польша, Румыния и Болгария). Данное разграничение напоминает концепцию «санитарного кордона», предложенную британским геополитиком Хэлфордом Макиндером во время Первой мировой войны в качестве разделительной зоны из новых государств между Россией и Германией.

Второе направление относится к мягкой силе в рамках самого НАТО и военных структур членов альянса. Это проводится через инструмент стратегических коммуникаций.

Стратегические коммуникации понимаются как «…скоординированное и надлежащее использование коммуникативных возможностей НАТО: публичной дипломатии, связей с общественностью, PR-службы вооруженных сил, информационных и психологических операций для поддержки политики альянса и мероприятий, направленных на продвижение целей НАТО».

К таким операциям можно отнести инициацию «попытки переворота» в Черногории с последующем обвинением в причастности российской стороны. Известно, что никаких доказательств причастности России к каким-либо заговорам в Черногории нет. Но есть информация о нелегальной деятельности бывшего премьер министра страны Мило Джукановича. Центр по исследованию коррупции и организованной преступности (Organized Crime and Corruption Reporting Project) в конце 2012 г. внес Джукановича в список наиболее коррумпированных политиков мира.

Необходимо отметить, что все предыдущие государственные перевороты или их попытки на Балканах проходили по инициативе Запада при поддержке фонда Сороса. Россия традиционно не использует подобные инструменты по причинам политических рисков и иного подхода к международным отношениям, что связано со стратегической культурой России.

Однако большое количество публикаций и исследований свидетельствует, что Европа обеспокоена возможным влиянием России на политическую ситуацию на Балканах (особенно после начала украинского кризиса и конфликта в 2014 г.). Хотя многие нерешенные вопросы на Балканах связаны с предыдущими коллективными решениями именно Евросоюза.

Кроме того, часто Россия показана в карикатурном и устрашающем виде. Например, в 2016 г. высокопоставленные чиновники НАТО и ряд западных СМИ предупреждали, что Россия собирается оккупировать страны Прибалтики и, возможно, Финляндию. Конечно же, подобные заявления не имеют под собой никаких оснований и в очередной раз демонстрируют безответственность ряда официальных лиц стран Евросоюза.

Учитывая предыдущие действия ЕС и НАТО, можно предположить, что против России будут осуществляться различные провокации на Балканах и в дальнейшем. Но ситуация может измениться в 2017 г. из-за выборов в ряде стран — Германии, Франции и Нидерландах, составляющих ядро ЕС. Явный кризис либеральной политики вызывает рост поддержки евроскептиков и популистов, которые занимают в отношении России дружественную позицию. Это может изменить баланс сил в ЕС в целом, а не только на Балканах.

В заключение можно отметить, что Китай также начинает играть важную роль в балканском регионе. Помимо инвестиций в различные промышленные и сельскохозяйственные объекты, Китай является основным донором инфраструктурных проектов в рамках нового Шелкового пути, что подразумевает создание новых транспортных магистралей и логистических узлов. Для России такая роль азиатского гиганта является, скорее, благоприятным фактором, так обе страны являются членами ШОС и разделяют позицию по многополярному мироустройству. Россия не имеет возможности использовать финансовые активы в таком же объеме как Китай, но поскольку Китай не выдвигает каких-либо политических требований, то это открывает возможность выбора для стран региона с кем сотрудничать в экономическом отношении и кому отдавать предпочтение в культурных связях.

«Пороховая бочка Европы» Балканские войны

В начале XX века, когда близость большой европейской войны стала очевидна, внимание многих европейских держав было приковано к Балканам, где сохранялась взрывоопасная ситуация. Стремление к контролю стратегически важного региона, предположительно, могло повлечь за собой масштабный военный конфликт между Россией и странами Тройственного союза, чьи интересы входили в противоречия.

После сербско-болгарской войны, вошедшей в историю, как «война капитанов против генералов», в Болгарии разразился политический кризис, закончившийся воцарением ставленника Австро-Венгрии Фердинанда. В регионе установилось относительное затишье, однако в начале XX века ситуация вновь стала взрывоопасной. На этот раз очагом нестабильности стала Албания, где с разной периодичностью вспыхивали восстания против турок. В 1909 году восстание вспыхнуло в Косово, а позже перекинулось в вилайет Ишкодра (ныне – префектура Шкодер), Янина, Битол. Партизанам оказывали помощь Черногория, Сербия и Греция.

Каждая из стран была заинтересована в конечном ослаблении Турции для последующего расширения своих границ. Каждая из стран имела свои планы построения великой державы: Греция стремилась к воплощению Великой идеи Венизелоса, Сербия – к установлению своей власти на территории от Дуная до Адриатики, включая и Албанию, Болгария – к воссозданию «великой Болгарии», и поскольку интересы стран противоречили друг другу, отношения между соседями сохранялись крайне напряжённые. Камнем преткновения между Болгарией и Грецией была Фракия, между Сербией, Грецией и Болгарией – Вардарская Македония, между Сербией и Черногорией – побережье Адриатического моря.

Подобное положение вещей вполне устраивало Австро-Венгрию: взаимные территориальные претензии не позволяли южнославянским монархиям создать военную коалицию. Так продолжалось до 1912 года.

Задохин А., Низовский А. Пороховой погреб Европы. — М.: Вече, 2000. — С. 102—112.

Албанские повстанцы

Балканский союз

После окончания итало-турецкой войны, слабость Османской Империи стала очевидна всем. При посредничестве России 13 марта 1912 года Сербия и Болгария подписали совместный договор о создании военно-политического союза против Австро-Венгрии. Позже в альянс вошли Греция и Черногория, что вызвало беспокойство Австро-Венгрии, не желавшей иметь по соседству сильное государство. Однако объявить войну напрямую Австро-Венгрия не могла: война с Россией, выступавшей в роли арбитра в альянсе, была чревата общеевропейской войной. Согласно договору, все территориальные вопросы планировалось решить после победы над Турцией. Таким образом, первоначальные планы России не были реализованы: Балканский союз направил свои усилия на приготовления к войне против Османской Империи.

8 октября 1912 года Черногорское королевство объявило войну Османской Империи и начало наступление в северной Албании. Вскоре в войну вступили Болгария, Сербия и Греция.

Боевые действия

В самом начале войны союзники сумели воспользоваться медлительностью мобилизации турецких войск, которые, к тому же, испытывали острую нехватку стрелкового оружия. Примерно 20% солдат не имели даже современных винтовок, а артиллерия по качеству значительно уступала артиллерии стран Балканского союза.

Одним из ключевых сражений стала Лозенградская операция. Войска, возглавляемые генералом Радко Димитриевым, вплотную подошли к городу Кирк-Килис, взятие которого гарантировало открытие дороги к Стамбулу. 23 октября состоялся бой, в котором из-за ливня не была задействована артиллерия. На следующий день болгары обошли турок с правого фланга, чем спровоцировали панику. Практически весь гарнизон города начал паническое отступление, бросая на позициях оружие и боеприпасы.

Махмуд Мухтар-паша телеграфировал:

«Это не войска, а сволочь! Солдаты думают лишь о том, как бы скорее добраться до Стамбула, куда их влечет запах константинопольских кухонь. С такими войсками успешно обороняться невозможно…»

Влахов Т. Отношения между България и централните сили по време на войните 1912—1918 г. — София, 1957.

«На нож!» Картина Ярослава Вешина

Лозенградская операция показала крайне низкую боеспособность и моральное разложение турецкой армии. Сербы под командованием кронпринца Александра стремительно продвигались вглубь Вардарской Македонии и вскоре подошли к Скопье. Командующий гарнизоном тайно покинул город, а солдаты, оставшись без командования, разошлись по домам. В тот же день начались переговоры турок с российской дипломатической миссией о посредничестве в мирном урегулировании вопроса, чтобы город не оказался охвачен анархией после занятия его сербскими войсками.

Восточная и Западная армии оказались отрезаны от путей снабжения. Наблюдались массовые сдачи в плен. Греческие войска, воспользовавшись ситуацией, взяли Салоники. Турки оказались в западне.

Однако болгарские войска не смогли сходу взять Чаталджу, что открывало дорогу на Стамбул. 19 ноября было объявлено перемирие, а в Лондоне началась мирная конференция, в ходе которой, однако, неоднократно нарушался режим прекращения огня. Особенно интенсивными были бои за Шкодер. Черногорские войска, вопреки дипломатическому давлению, продолжали боевые действия, которые прекратились лишь в 1913 году.

Все европейские державы планировали принудить Турцию к миру, однако государственный переворот ,возглавленный Энвером-пашой, сорвал подписание мирного договора. Правительство Турции было распущено, а боевые действия возобновились. Война перешла в позиционную фазу. Продолжалась осада Адрианополя и позиционное сражение под Чаталджиной.

Сербская арт.батарея ведёт огонь

Черногорские войска под командованием кронпринца Данило продолжали осаждать Шкодер. В апреле, после загадочного убийства Риза-паши, новый комендант Эссад Топтани начал переговоры с королём Николой о сдаче крепости, но успехом они не увенчались. Между тем, черногорские войска продолжали наступление, и дальнейшая оборона Шкодера становилась бессмысленной. 23 апреля 1913 года крепость была сдана. Прибывший в город король Никола лично поднял флаг над поверженным городом.

Взятие Шкодера стало началом конца войны. Австро-Венгрия начала требовать передачи города под международный контроль, грозясь в случае отказа вмешаться в войну. Остальные западноевропейские державы поддержали позицию Австро-Венгрии, и в Лондоне возобновились мирные переговоры. 30 мая был подписан документ, согласно которому Турция лишалась всех владений в Европе, за исключением окрестностей Константинополя. Нерешённым оставался только вопрос о статусе Албании, в одностороннем порядке провозгласившей независимость. Страны Балканского союза значительно расширили свои границы.

Флаги великих держав над Шкодером

Раскол балканского союза. Новая война

После окончания войны в коалиции наметился раскол. Болгария требовала передачи Вардарской Македонии под свой контроль, чему противилась Сербия. Болгарское правительство планировало захватить Скопье, перекрыть транспортные артерии между Сербией и Грецией и принудить Сербию к мирным переговорам.

Изначально болгары смогли продвинуться вглубь территории Македонии, но вскоре были остановлены сербскими войсками. Попытка взятия Пирота закончилась полным провалом. Инициатива была утрачена, и болгарские войска начали отступление вглубь своей территории. Вмешательство Румынии и Турции грозило Болгарии сокрушительным поражением, и уже 29 июля, спустя месяц после начала войны, болгарское правительство запросило мира.

Так Болгария лишилась Южной Добруджи, Адрианополя и ряда других территорий. Вардарская Македония также осталась за Сербией.

Последствия

Бухарестский и Константинопольский мирные договоры лишили Болгарию возможности соревноваться за гегемонию на Балканах. Жажда реванша побудила царя Фердинанда вступить в войну на стороне Центральных держав в 1915 году.

Сербия, несмотря на отсутствие поддержки России, сумела значительно укрепить свои позиции. Усиление Сербии, в свою очередь, угрожало стабильности Австро-Венгрии. Фактически, в сохранении единой империи были заинтересованы только собственники крупного капитала, в то время, как среди славянских народов стали распространяться сепаратистские настроения. Особенно опасной ситуация была в Воеводине, где компактно проживала большая сербская диаспора.

С того момента Австро-Венгрия ждала удобного случая для объявления войны Сербии, и в 1914 таковой представился после убийства Франца Фердинанда в Сараево.

(с) Андрей Долохов

Понравилась статья? Тогда, чтобы поддержать нас, можете поставить лайк и подписаться на наш Дзен и Telegram: https://t.me/vestnikistorii

Также советуем прочитать наши статьи:

  • Торговля России в Российской империи
  • Настоящая история барона Мюнхгаузена
  • Как Китай и Япония делили между собой Корею
  • Военное чудо имени Владимира Вазова

Спасибо за ознакомление!

Юлия Петровская о причинах и последствиях распада Югославии

Выход Словении и Хорватии из состава СФРЮ в июне 1991 года часто называют началом распада страны, хотя официальной «отправной точки» в этом смысле не существует: это длительный и многоуровневый процесс. Событий, «поставивших крест» на едином государстве, было немало и до решения властей в Загребе и Любляне, которые провозгласили независимость, опираясь на результаты своих референдумов (в Словении в декабре 1990 года идею независимости поддержали 88,5% избирателей, а в Хорватии в мае 1991 года — 93,94%).

Реклама

Кто-то полагает, что Югославия прекратила свое существование уже в январе 1990 года, когда был прерван 14-й съезд Союза коммунистов из-за раскола между Сербией, настаивавшей на централизации страны, и Словенией, требовавшей перехода к конфедеративной модели. Съезд покинули словенские и хорватские делегаты, поддержанные в итоге коллегами из Македонии и Боснии и Герцеговины, а Сербия и Черногория остались в меньшинстве. Раскол между республиками положил конец правлению СКЮ.

Многие считают ключевым событием, предопределившим распад, приход к власти в Сербии Слободана Милошевича в 1987 году, который попытался переустроить Югославию в государство с сербским доминированием. Такой подход находил широкую поддержку у сербских элит и в обществе. Еще в 1986 году был выпущен манифест Сербской академии наук, в котором утверждалось, что сербы повсеместно становятся жертвами дискриминации и этот вопрос можно решить только путем их объединения — вне зависимости от места их проживания.

Одним из самых рискованных шагов Милошевича стало решение урезать в 1989 году автономный статус Воеводины и Косово, обладавших по конституции 1974 года правами, сопоставимыми с республиканскими. Давление на Косово с его двухмиллионным албанским населением, требовавшим предоставления статуса республики, в действительности лишь расшатывало Югославию.

Введение чрезвычайного положения в Косово, силовое подавление массовых протестов и смена местного руководства привели к отказу местных албанцев от участия в политической жизни Сербии.

В сентябре 1991 года самопровозглашенный парламент косовских албанцев (90% населения Косово) после импровизированного референдума провозгласил независимость, которую тогда признала лишь Албания. Активизировалось создание параллельных государственных структур, включая налоговую и судебную систему, полицию и школы.

В качестве «отправной точки» распада Югославии рассматривают и смерть Тито — первого и единственного президента СФРЮ, после которой встал вопрос о новых центрах политической власти.

Могло ли югославское государство после кончины его лидера в 1980 году функционировать как единое политическое пространство? Ведь реальная власть постепенно сосредотачивалась в руках республик. Децентрализацию и усиление самоуправления предусматривала конституция 1974 года, принятие которой во многом было связано с кризисами и волнениями 1960–1970-х годов (забастовки на предприятиях, студенческие протесты и демонстрации в Косово 1968 года, «Хорватская весна» в начале 1970-х).

Историк Мирослав Йованович напоминает, что югославское государство строилось на хрупком балансе политических сил сербов, хорватов и словенцев. Всякий раз, когда этот баланс нарушался, у единого государства исчезала перспектива. «Факторы внутреннего раскола постоянно наблюдались с 1918 по 1991 год. Но они не всегда доминировали, порой их удавалось прикрыть политическими соглашениями, а иногда их полностью контролировал тоталитарный режим Тито. Когда после Второй мировой войны устанавливались границы между республиками, Тито сказал, что это не линии, разделяющие их, а прожилки мрамора. Но в конце концов выяснилось, что Югославия не мраморная», — говорит Йованович.

Централизация, за которую на рубеже 90-х выступала Сербия, плохо совмещалась с самой идеей Югославии, тем более в условиях, когда Восточную Европу захлестнули перемены.

Приоритетом большинства республик стали суверенитет и рыночная экономика, а не поиск точек соприкосновения с Милошевичем, который и далее настаивал на преимуществах социализма и к тому же претендовал на роль выразителя интересов всех сербов Югославии.

Отказ Сербии от предложений Словении и Хорватии о переустройстве СФРЮ многие восприняли как прямую попытку Милошевича взять верховную власть. Политическая борьба постепенно приобретала характер межнациональной. На первых многопартийных выборах 1990 года лидировали националисты. Реформаторы, настроенные на сохранение Югославии, потерпели поражение. Радикализация политического пространства снижала шансы на мирный развод.

Национальные движения словенцев, хорватов, боснийских мусульман (получивших в 1974 году статус народа) не стремились к обретению независимости именно военным путем. Однако трагический исход казался неизбежным задолго до начала активных боевых действий. Как писал в октябре 1990 года белградский журнал «Время», «если шовинизм и слепая ненависть воспрепятствуют реформам и Югославия действительно развалится, это станет адом для простых людей: разрыв связей, переселение, напряженность, диктатура и, возможно, войны».

В той или иной мере военные действия в итоге затронули все республики.

Сначала это была Словения, где части югославской армии за 10 дней были разбиты словенской территориальной обороной. Затем усилилось противостояние в Хорватии, где сербы при поддержке из Белграда начали создавать свое территориальное образование. А весной 1992 года вспыхнула Босния — после референдума о независимости, который бойкотировало большинство местных сербов, составляющих треть населения.

Боснию и Герцеговину из-за смешения различных культур и народов часто называли Югославией в миниатюре. За четыре года в междоусобной резне здесь погибли 100 тыс. человек при довоенной численности населения 4,4 млн.

Это самые большие потери на Балканах в 1990-е годы. При этом 2 млн боснийских мусульман, сербов и хорватов в те годы покинули свои дома, и сотни тысяч сюда больше не вернулись.

Новая волна насилия пришлась на конец 1990-х. Это было связано с обострением косовского кризиса. После вмешательства НАТО в 1999 году Белград окончательно утратил контроль над мятежной провинцией, которая перешла под управление ООН.

Затем непродолжительный конфликт вспыхнул в 2001-м в Македонии. Как и все остальные кризисы, он завершился при международном посредничестве, местная албанская община (около четверти населения) получила дополнительные права.

Черногория избежала межэтнического конфликта, но и она была втянута в военное противостояние, являясь частью СРЮ (государство, созданное Сербией и Черногорией в 1992 году и просуществовавшее под разными названиями до 2006 года), и подвергалась бомбардировкам НАТО вместе с Сербией в период косовского кризиса.

Все воевавшие стороны заявляют, что они защищались, потому что им грозило истребление.

Главную ответственность за развязывание войны в бывшей Югославии Запад возлагает на сербов во главе с Милошевичем, считая их цели наиболее опасными при военном потенциале, намного превосходящем силы их противников. Сербы были подвергнуты основным санкциям, именно их позиции бомбила авиация НАТО. Большинство осужденных военных преступников в Гааге и в национальных судах тоже сербы.

Как говорят на Балканах, из любой войны выходят три армии — мертвецов, инвалидов и воров. В бывшей Югославии все они оказались многочисленными.

Экономический ущерб для региона трудно подсчитать — это десятки или сотни миллиардов долларов. Капиталы местных богачей созданы на войне или при помощи махинаций с приватизацией. Почти исчез средний класс, который составлял в Югославии большинство. Профессиональные кадры покидают Балканы, массовый отток населения шел все послевоенные годы. Свежий опрос «Балканского барометра» подтверждает, что каждый второй гражданин в регионе готов покинуть свою страну, чтобы найти работу.

Людей беспокоят безработица, плохая экономическая ситуация и коррупция. У граждан очень низкий уровень доверия к правительству и государству, они не верят в их способность бороться с безработицей и бедностью. Интересно, что 47% опрошенных назвали самой большой проблемой коррупцию. Этот показатель за год вырос на 15%.

Все страны бывшей Югославии являются официальными или потенциальными кандидатами на вступление в Евросоюз либо уже вступили (Словения и Хорватия). Евроинтеграция была одним из главных стимулов в регионе в последние десятилетия, однако теперь здесь все больше говорят о евроскептицизме.

После решения Великобритании покинуть ЕС прогнозы для балканских стран ухудшаются.

Специалисты считают, что ЕС в ближайшие годы сосредоточится на своем переустройстве и вопросы расширения отойдут на второй план. Это тем более вероятно, что страны-кандидаты не демонстрируют особых успехов на пути реформ.

Медленнее всего они идут в Боснии, где так и не удалось создать работоспособную администрацию и поднять уровень жизни, хотя в страну и были вложены миллиарды. Этноконфессиональная модель власти, установленная Дейтонским мирным соглашением 1995 года, снабжена различными блокирующими механизмами, которые, с одной стороны, защищают «жизненные интересы» народов, но с другой — усложняют принятие решений.

Тут действует самая дорогостоящая администрация в Европе, съедающая едва ли не половину ВВП. Но при этом у страны нет единой модели выстраивания отношений с внешним миром и концепции собственного развития. Босния остается символом гуманитарного раскола, где дети разных национальностей обучаются изолированно друг от друга (часто на разных этажах одного здания), а большинство спортивных болельщиков поддерживают сборные соседних государств — Сербии и Хорватии.

Босния и Герцеговина состоит из двух частей — Республики Сербской и Федерации БиГ. Это союз двух территориальных образований, имеющих обособленное положение. Местные лидеры избегают взаимодействия и используют специфические рамки Дейтона для оправдания застоя. Государственные органы здесь слабы, а местным элитам (боснийских мусульман, сербов и хорватов) присущи разные взгляды на реформы и интеграционные процессы, особенно в случае с НАТО.

Для реформ необходим не только консенсус правящих сил, но и поддержка гарантов мира, а у России и стран Запада часто нет единого подхода, и они высказывают поддержку противоборствующим силам с различными приоритетами.

С точки зрения безопасности уязвимость Боснии возрастает, хотя масштабная дестабилизация региону не грозит, учитывая общий настрой на интеграцию в западное сообщество и диалог.

Примирение на Балканах займет многие годы, и в большей степени это вопрос для следующих поколений. Можно принять любые политические декларации, привлечь инвестиции, восстановить дома и дороги, найти массовые захоронения и установить в суде, кто приказывал заживо сжигать или расстреливать беззащитных, можно войти в Евросоюз, НАТО, ООН, но говорить о восстановлении доверия здесь слишком рано.

Регулярные контакты между политическим руководством Сербии, Хорватии и БиГ установились лишь в последние годы. Несколько лет назад начат прямой диалог о нормализации отношений между Сербией и Косово, провозгласившим в 2008 году независимость при поддержке США и ЕС.

Страны бывшей Югославии являются друг для друга важными экономическими партнерами. Но политический климат все еще влияет на деловую активность. Так,

прямое авиасообщение между Белградом и Загребом было восстановлено лишь в 2014 году — после 23-летнего перерыва

А кризис из-за беженцев, идущих в Западную Европу через Балканы, на время привел к торговой блокаде между Хорватией и Сербией со всем набором претензий из 90-х.

Политики регулярно вбрасывают темы из прошлого, перекладывая ответственность на оппонентов. При этом очищение политической сцены от деятелей конфликтного периода выглядит весьма специфически. Скажем, пост премьера Сербии в последние годы занимает бывший радикал Александар Вучич. Теперь он позиционирует себя в качестве европейца и реформатора, но на Балканах еще помнят его обещание «убивать по 100 мусульман за каждого серба».

В коалиции с Вучичем работает и бывший пресс-секретарь Милошевича социалист Ивица Дачич. До этого Дачич успел поработать в правительстве вместе с демократами, которые 5 октября 2000 году свергли его шефа, отправив позднее в Гаагу. И в Хорватии, и в БиГ, и в Косово у власти находятся партии военного периода. Сегодня они уже не столь радикальны, но этот пробел пытаются восполнить их конкуренты.

Во внешнеполитической риторике России распад Югославии и связанные с ним конфликты, как правило, подаются упрощенно, с учетом нынешней конъюнктуры. Все чаще можно слышать что-то вроде «процветающую Югославию расчленили», «Тачи торговал органами», или «Вашингтон скомандовал, и Косово отрезали от Сербии». Учитывая, что речь идет о сложнейших кризисах, в урегулировании которых Россия много лет принимала участие, являясь соавтором резолюций СБ ООН, посредником на переговорах, поставщиком миротворцев и т.д., дипломатам и «экспертам-государственникам» стоило бы избегать подобных упрощений.

Неудачной была и попытка поставить вопрос присоединения Крыма в косовский контекст, причем с настойчивым утверждением, что «в Косово даже не было референдума». Это скорее свидетельствовало о нехватке у Москвы аргументов при обосновании своих действий в Крыму.

У косовского межэтнического конфликта и крымской истории нет ничего общего ни в плане развития этих кризисов, ни в плане последствий изменения статуса этих территорий для международной безопасности.

Постановка темы Крыма в косовский контекст не прибавила России сторонников за рубежом, а лишь вынудила говорить о том, что Москва нарушила международное право в своей же трактовке и разрушила собственную (вполне последовательную) позицию по Косово.

С другой стороны, российские оценки степени демократичности процедур, которые привели к косовской независимости (резолюция парламента, избранного при администрации ООН), оказались невостребованы, поскольку Россию не воспринимают как страну, способную дать совет в области демократии. У части противников косовской независимости возникло ощущение, что Россия более не является предсказуемым партнером в этом вопросе.

Белград- — Сараево

Автор — корреспондент «Радио «Свобода» на Балканах»

История Балкан. Болгария, Сербия, Греция, Румыния, Турция от становления государства до Первой мировой войны

Невилл Форбс.

© «Центрполиграф», 2018

* * *

Болгария и Сербия

Введение

Гористый Балканский полуостров на севере имеет примерную границу по рекам Сава и Дунай, на западе она идет на юг вдоль побережья Адриатики мимо озера Скутари (Шкодер) и далее, следуя береговой линии вплоть до окрестностей Салоников, и затем уходит на север к устью Дуная на побережье Черного моря; на западе Балканский полуостров омывается Адриатическим и Ионическим морями, на востоке – Эгейским, Мраморным и Черным морями. Населен он в основном славянами. Это болгары на востоке и в центре, сербы и хорваты на западе, словенцы на крайнем северо-западе, между Триестом и рекой Сава. Все эти народы представляют южных славян1
Автор не выделяет отдельно бошняков (давно обращенную в мусульманство часть сербов) и македонцев, довольно близких к болгарам. (Здесь и далее, кроме отдельно указанных, примеч. ред.)
. Другие обитатели Балканского полуострова, проживающие южнее славян: в западной части – албанцы, греки – в центре и на юге и турки на юго-востоке; и к северу от славян – румыны. Отдельные группы различной численности представителей всех этих четырех народов вкраплены в славянское население полуострова. Но большая их часть проживает вне славянской территории. В свою очередь, имеется значительное сербское население к северу от рек Сава и Дунай, в Южной Венгрии. Более подробно о национальном составе и границах проживания различных народов будет рассказано в дальнейшем. Пока же можно обратить внимание читателя на тот интересный факт, что название «Македонии», являющейся сердцем Балканского полуострова, издавна используется французскими гастрономами для обозначения блюда, основная особенность которого состоит в том, что его компоненты смешаны в нераздельное целое.

Исторически и географически сложилось так, что из уже упомянутых славянских народов болгары, сербы и хорваты занимают значительно большую территорию, чем словенцы. Последних на начало XX в. насчитывалось едва ли больше полутора миллионов, проживали они в австрийских провинциях Каринтия и Карниола и на протяжении долгого времени не смогли сформировать свое независимое государство2
Образовалось только в 1991 г. в ходе распада Югославии.
. Однако с ростом порта Триест и настойчивыми попытками Германии распространить свое влияние, если не подчинить себе побережье Адриатики, этот небольшой народ благодаря географическому положению и антигерманской (и антиитальянской) позиции снискал определенную известность и значительность.

О болгарах и сербах можно сказать, что в то время первые контролировали восточную, а вторые – в союзе с греками – западную часть полуострова.

Всегда каждый из трех народов стремился доминировать в этом регионе, что приводило к бесконечным кровавым войнам и трате больших денежных средств, следствием чего была беспросветная нищета. Если рассматривать вопрос с чисто этнической точки зрения, Болгария должна была бы получить внутренние районы Македонии. Среди населяющих ее народностей большая часть болгарская по духу, если не по происхождению, и Болгария, в таком случае, несомненно, установила бы свою гегемонию на полуострове. В то время как центр тяжести сербской нации, что этнически оправдано, переместился бы на северо-запад. Политические соображения, однако, всегда вступали в противоречие с подобным решением вопроса. Даже если бы он нашел разрешение в подобном аспекте, оставалась нерешенной проблема греческой нации. Ее присутствие на европейском и азиатском побережьях Эгейского моря делало бы абсолютно невозможным делимитацию границ греческого государства на чисто этнической основе. Интересный факт: славяне, господствовавшие во внутренних районах полуострова и частично на его восточном и западном побережьях, никогда не пытались овладеть побережьем Эгейского моря и расположенными там городами. Адриатика оставалась единственным, кроме Черного, морем, на побережье которого селились балканские славяне. В связи с этим только внутренние части полуострова были славянскими, в то время как береговыми областями владели греки, которые по численности равнялись всем трем славянским народам. Неизбежно, что окончательное решение спорного вопроса и определение границ государств можно было искать на пути территориального компромисса.

Балканский полуостров в античное время 400 г. до н. э. – 500 г. н. э.

В древности вся восточная часть Балканского полуострова между Дунаем и Эгейским морем называлась Фракией, западная часть (41° северной широты) – Иллирией; в нижнем течении реки Вардар (древний Аксий)3
И сейчас эта река в нижнем течении и до устья (протекая по территории Греции) носит название Аксьос.
располагалась Македония. Сохранились данные о названиях племен и личные имена иллирийцев и фракийцев. Филипп II, царь Македонии (правил в 359–336 до н. э.), покорил Фракию в IV в. до н. э. и в 342 г. до н. э. основал город Филиппополь4
На месте существовавшего здесь города Эвмолпиады.
. Первый поход Александра Македонского имел целью упрочить господство на полуострове, но в III столетии кельты, ранее прошедшие через Иллирию, вторглись во Фракию с севера и опустошили ее. Кельты ушли в конце этого же столетия, и сохранившиеся с того времени географические названия указывают на путь, которым они прошли. Город Белград вплоть до VII в. был известен под кельтским названием Сингидунум. Возможно, и современный Ниш, в прошлом Наис, имеет в основе кельтское наименование. К 230 г. до н. э. относятся первые контакты Древнего Рима с Иллирией, к которым привели пиратские наклонности ее обитателей. Но в течение длительного времени Рим контролировал только далматинское побережье, названное так по наименованию иллирийского племени далматов. Это объяснялось гористым характером ландшафта Иллирии. Несколько горных хребтов, почти не прерываясь, протягивались параллельно друг другу вдоль всего адриатического побережья, образуя естественное препятствие для вторжения с запада. Внутренние районы полуострова постепенно начали завоевывать римляне после того, как они в 146 г. до н. э. окончательно покорили Македонию. На протяжении всего I в. до н. э. вспыхивали конфликты с переменным успехом между завоевателями и местными племенами, занимавшими территорию от побережья Адриатики до Дуная. На них вели наступление и из Аквилеи с севера, и из Македонии с юга, но только в самом начале I столетия Дунай стал границей Римской империи.

В 6 г. Мёзия, которая занимала большую часть Сербского королевства начала XX века и северную половину Балканского царства, расположенную между Дунаем и Карпатами5
Захвачена Римом в 29–27 гг. до н. э. во время похода Красса, в 15 г. н. э. введено провинциальное правление.
(античный Хемус), стала провинцией Римской империи6
Название Карпаты происходит от индоевропейского «кар» – «кер», что означает «камень», «каменистое место» и т. д. Уже в римское время Карпаты так и назывались. Назывались они также Сарматскими горами.
. Двадцать лет спустя Фракия, расположенная между Карпатами и побережьем Эгейского моря, вошла в состав империи и стала провинцией при императоре Клавдии в 46 г. Провинция Иллирия, называемая также Далмацией, простиралась от реки Сава до побережья Адриатического моря, провинция Паннония располагалась между Дунаем и Савой. В 107 г. император Траян окончательно завоевал даков, населявших земли в нижнем течении Дуная, и образовал провинцию Дакия на территории, приблизительно равной по площади современным Валахии и Трансильвании. Господство римлян на этой задунайской территории продолжалось в течение не более 150 лет, но вся территория, простиравшаяся от Адриатики до дельты Дуная, впадающего в Черное море, была неоднократно романизирована. Император Траян назван историками «Карлом Великим Балканского полуострова»; здесь все напоминает о нем, и его правление знаменовало собой зенит могущества Римской империи в этой части мира. Балканский полуостров пользовался благами римской цивилизации в течение трех столетий, с I по IV в., но начиная с II столетия римляне гораздо чаще занимали оборону, чем наступали. Война императора Марка Аврелия против маркоманов во второй половине II в. стала поворотным пунктом. Рим все еще одерживал победы, но новых территорий к империи больше не присоединяли. В III в. германские племена устремились в южном направлении, они пришли на место кельтов. Готы7
А также союзные им племена Северного Причерноморья, от скифов и сарматов до славян и других.
вторглись на территорию полуострова, и в 251 г. император Деций был убит в битве с ними близ Одессуса (современная Варна), города на берегу Черного моря8
Битва при Абритте произошла севернее, в Добрудже, в болотистой местности.
. Затем готы проникли в окрестности Салоников, но были разбиты императором Клавдием при Наисе в 269 г.; однако вскоре после этого император Аврелиан вынужден был уступить им Дакию. Император Диоклетиан, родом из Далмации, который правил с 284 по 305 г., провел реформу управления. Границы провинций были изменены, образованы 12 диоцезов, делившихся, в свою очередь, на провинции. При Константине (правил в 306–337) несколько диоцезов объединялись в префектуру (всего было 4 префектуры). Паннония и Иллирик (включая Далмацию) отошли к префектуре Италия, Фракия – к префектуре Восток, в то время как вся центральная часть полуострова вошла в префектуру Иллирия со столицей в Салониках. Области к северу от Дуная были потеряны; то, что теперь является Западной Болгарией, стало называться диоцезом Дакия, а Мёзия – современное королевство Болгария – уменьшилась в размерах и вошла в диоцез Фракия. Южная часть Далмации, то есть современная Черногория, была передана в диоцез Иллирик.

В 325 г. произошло важное событие, имевшее далекоидущие последствия, – Константин Великий на месте греческой колонии Византии заложил столицу империи. В этом же столетии из Азии в Европу вторглись гунны. В 375 г., перейдя реку Дон, они разгромили сначала аланов, а затем остготов, осевших между Днепром и Днестром, а вестготы, населявшие Трансильванию и современную Румынию, в результате этого события двинулись на юг. Император Валент погиб в 378 г. в битве с вестготами при Адрианополе (город, основанный императором Адрианом в II в. во Фракии). Сменивший его император Феодосии постарался умиротворить их дарами и поставил стражами на северной границе. Но после смерти императора в 395 г. готы вторглись на Балканский полуостров и опустошили его, после чего направились в Италию. После смерти Феодосия империя была поделена и больше никогда не становилась единым целым. Граница между двумя частями империи проходила по уже упомянутой нами границе, разделяющей префектуру Италия и префектуру Иллирия (на Балканском полуострове) и Восток (в Северной Африке – между диоцезом Египет, относившимся к префектуре Восток, и диоцезом Африка, входившим в состав префектуры Италия). То есть она начиналась на юге на побережье Адриатического моря вблизи Которского залива и шла на север по долине Дрины до слияния последней с Савой.

В дальнейшем станет ясно, что этот раздел имел последствия, ощутимые вплоть до сегодняшнего дня. Короче говоря, Западная Римская империя была латинской по языку и характеру, в то время как Восточная была греческой, хотя вследствие важности для Рима дунайских провинций с военной точки зрения и тесных взаимоотношений между ними латинское влияние в них в течение длительного времени было сильнее греческого. Это влияние подтверждается на примере современной Румынии, народ которой частично, а язык в значительной степени сформировался в противостоянии с римскими легионерами Траяна с их латинским языком.

Латинское влияние в судоходстве, строительстве поселений и искусстве на берегах Адриатического моря было подавляющим, греческая культура главенствовала на побережье Черного моря. Даже в языке албанцев, потомков древних иллирийцев, который отличается скудным словарным запасом, встречается до одной четверти латинских заимствований. Несмотря на то что предков албанцев теснили с севера римляне, а с юга греки, они по сей день живут в своих горных твердынях, невосприимчивые к воздействию со стороны иных цивилизаций.

Христианство распространилось на побережьях полуострова очень рано; Македония и Далмация были теми областями, где оно установилось в первую очередь. Потребовалось некоторое время для его проникновения вглубь полуострова. Во время правления Диоклетиана в дунайских провинциях пострадало за веру много христианских мучеников, но с восшествием на престол Константина Великого гонения прекратились. Однако, как только христиане были предоставлены сами себе, они стали преследовать друг друга, и в IV столетии весь полуостров потрясли арианские споры.

В V в. гунны двинулись с берегов Черного моря и вышли на равнины Дуная и Тисы; они опустошили Балканский полуостров, несмотря на уплату Константинополем возложенной ими на него дани в обмен на их обещание заключить мир. В 453 г. после смерти Аттилы гунны снова вернулись в Азию9
После тяжелого поражения в битве на Каталаунских полях (западнее современного города Труа во Франции) в 451 г., где, по данным готского историка VI в. Иордана, пало с обеих сторон до 200 тыс. воинов, неудачи Аттилы в Италии и его нелепой смерти на брачном ложе с очередной женой, в 454 г. гунны были совершенно разбиты восставшими против их владычества гепидами и другими народами, после чего их вскоре окончательно уничтожили в Северном Причерноморье другие волны кочевников, вторгавшихся сюда с Востока.
, и во второй половине этого века на полуострове господствовали готы. Теодорих в 471 г. захватил Сингидунум (современный Белград) и, разграбив Македонию и Грецию, в 483 г. поселился в городе Новы (современный Свиштов в Болгарии) в нижнем течении Дуная, откуда он десять лет спустя направился в Италию. В конце столетия гунны вернулись на нижний Дунай и совершили несколько опустошительных набегов на полуостров, доходя до Эпира и Фессалии.

Приход славян на Балканский полуостров 500-650 гг.

Балканский полуостров, который во время господства римлян достиг невиданного процветания и обеспечил себе безопасное существование, постепенно начал погружаться в варварское состояние в результате бесконечных вторжений и набегов. Города, защищенные крепостными стенами, такие как Салоники, Константинополь и другие, были единственным, безопасным местом, а все окружавшие их земли превратились в безлюдные пустоши. Такое положение сохранялось на протяжении трех столетий. Из этого можно было вывести два заключения: или эти земли обладали невиданной способностью к быстрому восстановлению, и потому их грабили столь часто, или, что выглядит более правдоподобным, через некоторое время просто не осталось ничего, что можно было бы разграбить. Вот почему сообщения византийских хронистов об огромном числе пленных и захваченных трофеях явно преувеличены.

Невозможно подсчитать, сколько раз прокатывались по несчастному полуострову волны вторжений, оставлявших после себя опустошенную территорию. Императоры и их полководцы делали все возможное, что было в их силах: строили оборонительные сооружения на границах, совершали карательные экспедиции, старались поссорить между собой орды варваров. Но они должны были защищать империю, которая протянулась от Армении до Испании, и неудивительно, что, несмотря на все их усилия, им не всегда сопутствовала удача. Растущее богатство Константинополя и Салоников неудержимо притягивало дикие племена с востока и севера. К сожалению, греческие граждане были скорее склонны тратить свою энергию на богословские диспуты и проводить свое свободное время в цирке, вместо того чтобы встать на защиту страны. Только благодаря большим денежным выплатам готовым вторгнуться в страну врагам грекам удавалось защитить от них свое побережье. Уход гуннов и готов открыл дорогу новым нежелательным визитерам. В VI в. впервые на полуострове появляются славяне. Они пришли со своей родины, находившейся к северу от Карпат в Галиции и Польше, а также, возможно, и с территории современной Венгрии. Их путь пролегал на юг и юго-восток. Предположительно, они побывали в предыдущем столетии в Дакии, на землях к северу от Дуная, но впервые славяне упоминаются, когда они пересекли эту реку в царствование императора Юстина I (518–527). Это были разрозненные племена без какого-либо единого вождя или центральной власти. Одни говорят, что их вел только инстинкт анархии, другие утверждают, что они несли в себе идеалы демократии. Можно лишь с уверенностью сказать, что у них не был развит ни институт вождей, ни инициативность и отсутствовала сплоченность и организация. Восточные славяне, предки русских, были только на стадии становления своей общности, в то время как скандинавы (варяги), искатели приключений, относительно меньшие числом пришли в Киев и начали там править. Южные славяне были точно так же не способны образовать самостоятельно объединенное сообщество, поставить перед собой определенную цель и добиться ее достижения10
У славян существовали сильные племенные объединения, имелись талантливые вожди, умело руководившие ими в боях, хорошо описанных восточноримскими историками (Прокопий из Кессарии, Маврикий, Фоефилакт Симокатт). Первое вторжение славян, разбивших 15-тыс. войско империи, зафиксировано в 499 г. В бою на р. Цутра во Фракии восточноримское войско потеряло 4 тыс. воинов убитыми и утонувшими.
.

Славяне вторглись на Балканский полуостров не одни, но совместно с аварами11
Славяне вторгались в пределы империи в течение нескольких десятилетий до прихода аваров.
, ужасным, внушавшим страх народом, который, подобно гуннам, происходил из Азии (от тюрок или монголов). Эти вторжения происходили все чаще во время правления императора Юстиниана I (527–565) и завершились в 559 г. большим совместным наступлением всех племен под командованием некоего Забергана на Константинополь. Над ними одержал блестящую победу известный византийский полководец Велизарий. Авары были кочевым племенем, и лошадь была естественным средством их передвижения. Славяне же шли пешком12
Славяне были отличными конниками (как и пехотинцами).
, и, видимо, более опытные азиаты использовали их как пехоту в своих военных походах. Авары, численность которых, как считают, была значительно меньше численности славян, осели в Паннонии, где находились за век с лишним до этого Аттила и гунны. Авары располагались к северу от Дуная, хотя постоянно вторгались в Верхнюю Мёзию – современную Сербию. Славяне, численность которых, без сомнения, была очень значительной, постепенно расселились по всей территории южнее Дуная. Сельскохозяйственные земли здесь в результате бесконечных вторжений запустели и обезлюдели. Во второй половине VI в. все военные усилия Константинополя были обращены на Персию13
Так до 1935 г. было принято называть Иран в странах Западной Европы, в России и США. С 1935 г. по просьбе иранского правительства страну стали официально именовать Ираном.
, так что любой захватчик, который вторгался на Балканский полуостров, имел все преимущества. Именно в этот период авары достигли вершины своего могущества. Они стали хозяевами всей страны, вплоть до стен Адрианополя и Салоник, хотя там не осели. Полуостров, как представляется, колонизовали славяне, которые проникли и в Грецию. Но авары все это время были доминирующей и направляющей силой и в политической, и в военной области. Во время второй персидской войны, разразившейся в 622 г.14
Ирано-византийских войн было много – война 502–506 гг.; война 527–532 гг.; многократные боестолкновения в Лазике (Колхиде, современная Западная Грузия), закончившиеся «вечным миром» в 562 г.; война 572–591 гг. и, наконец, война 602 (иногда пишут 604) – 628 гг., закончившаяся мирным договором в 629 г. В ходе этой последней войны стороны совершенно истощили друг друга, после чего на историческую сцену вышли арабы, уничтожившие к 651 г. Иран и завоевавшие ценнейшие земли империи на Ближнем Востоке и в Северной Африке, трижды осаждавшие Константинополь (в 668–669, 673-678, 717-718 гг.).
и повлекшей за собой длительное отсутствие императора в Константинополе, авары, не удовлетворенные данью, полученной от греков, вошли в союз с персами. В 626 г. большое объединенное войско славян и азиатских племен напало на Константинополь с моря и с суши с европейской стороны, в то время как персы угрожали городу со стороны Азии. Но стены Константинополя и корабли греков оказались непреодолимой преградой для врага. Между славянами и аварами начались раздоры, и те и другие, спасая себя, обратились в постыдное и торопливое бегство.

После этих событий об аварах больше ничего не было слышно на Балканском полуострове, хотя окончательно их мощь была сокрушена Карлом Великим в 799 г. В России падение аваров вошло в поговорку: «погибоша аки обре». Но вот славяне остались. В течение этих бурных лет их проникновение вглубь Балканского полуострова проходило постепенно, а к середине VII в. оно завершилось. Главные потоки славянской иммиграции шли в южном и западном направлениях. Славяне, передвигавшиеся на юг, заселили земли между Дунаем и Балканскими горами, продвинулись в Македонию и проникли в Грецию. Южную Фракию на востоке и Албанию на западе переселение затронуло в незначительной степени, и в этих районах местное население сохранилось. За побережьем Эгейского моря и крупными городами на нем или вблизи него греки сохранили контроль, и те славяне, что оказались в Греции, были вскоре ассимилированы местным населением. Более мощный поток славян, который двигался на запад, а затем на северо-запад, прошел через всю страну, вышел к берегам Адриатического моря и углубился в Альпы, достигнув истоков Савы и Дравы. От этой точки на западе и до берегов Черного моря на востоке вся территория была заселена славянами, подобное положение сохранилось до наших дней. Небольшие группы славян, оказавшиеся в Дакии, к северу от Дуная, постепенно ассимилировались местным населением этой провинции, которое было потомками римских солдат и колонистов и предками современных румын. Тот факт, что влияние славян здесь было значительным, доказывает наличие многих славянских слов в румынском языке.

Географические названия – надежное доказательство глубокого влияния славянской иммиграции. Греческим и римским названиям мест на всем побережье от устья Дуная и на Адриатике славянскими поселенцами были даны свои названия. Меньше всего славянских географических названий оказалось во Фракии, особенно в ее юго-восточной части, и в Албании. В Македонии и Нижней Мёзии (Болгария) сохранилось очень немного названий античного времени, в то время как в Верхней Мёзии (Сербия) и внутренних районах Далмации (Босния, Герцеговина и Черногория) они полностью исчезли. Славян, хотя их племенные названия были известны, греки вплоть до IX в. обычно называли общим именем «склавины» (греч. «склабени»).

В VII в., начиная с разгрома славян и аваров под стенами Константинополя в 626 г. и окончательной победы императора над персами в 628 г., влияние и сила греков начинают возрождаться на всем полуострове и вплоть до Дуная. Этот процесс совпал с закатом былой мощи авар.

В обычае коварной византийской дипломатии было говорить о землях, захваченных различными варварскими племенами, как о даре, пожалованном им благодаря щедрости императора; вождей этих племен награждали пышными титулами и обеспечивали им большие доходы, разжигая между ними зависть друг к другу; также отряды славянских наемников принимали в императорскую армию. Верховенство Константинополя было вновь восстановлено более эффективным образом, чем если бы оно завоевывалось все это время силой.

страницы: 1 2 3 4 5 6 7