Кто такой князь пожарский?

Дмитрий Пожарский – полководец, политик и дипломат


На днях вся страна будет отмечать 400-летие освобождения Москвы от поляков ополчением Минина и Пожарского. А кто такой князь Пожарский? Его знают все и никто. Об этом парадоксе писал еще Пушкин в 30-х годах XIX века.
Культ Пожарского стал складываться в ходе наполеоновских войн. Единственный памятник на главной площади страны посвящен Минину и Пожарскому. Именем Пожарского назывались крейсеры царского, белогвардейского и советского флотов. Бронепоезда с именем Пожарского служили в Красной и белых армиях. Но культовый образ Пожарского весьма далек от реальности.
Дореволюционные и советские историки существенно исказили образ Дмитрия Пожарского. Делалось это с разными целями, а результат получился один. Из Пожарского сделали незнатного дворянина, храброго и талантливого воеводу, но слабого политика, начисто лишенного честолюбия. Вообще этакого исправного служаку-бессеребреника: совершил подвиг, откланялся и отошел в сторону.
Вот, к примеру, что писал о Пожарском знаменитый историк Иван Забелин: «Это был человек малоспособный. Он не совершил ничего необыкновенного, действовал зауряд с другими, не показал ничего, обличающего ум правителя и способности военачальника. Его не все любили и не все слушались. Он сам сознавал за собою духовную скудность».
Так что нам волей-неволей придется разобраться с родословной Дмитрия Михайловича.
КНЯЖЕСКАЯ РОДОСЛОВНАЯ: РЮРИКОВИЧИ МЫ
К началу XVI века князья Пожарские по богатству существенно уступали Романовым, но по знатности рода ни Романовы, ни Годуновы не годились им в подметки. Пожарскому не было нужды вписывать в родословную бродячих немцев («пришел из прусс») или татарских мурз, приезжавших на Русь основать православный монастырь («Сказание о Чете»). Не было нужды князьям Пожарским прилепляться к знатным родам по женской линии. Родословная князей Пожарково-Стародубских идет по мужской линии от великого князя Всеволода Большое Гнездо (1154–1212). И ни у одного историка не было и тени сомнения в истинности ее.
В 1238 году великий князь Ярослав Всеволодович дал в удел своему брату Ивану Всеволодовичу город Стародуб на Клязьме с областью. С конца XVI века Стародуб стал терять свое значение, и к началу XIX века это уже было село Клязьменский Городок Ковровского уезда Владимирской губернии.
Стародубское удельное княжество было сравнительно невелико, но занимало стратегическое положение между Владимирским и Нижегородским княжествами. Кстати, и вотчина Дмитрия Михайловича, село Мугреево, входила в состав Стародубского княжества.
Иван Всеволодович стал родоначальником династии независимых стародубских князей. Его правнук Федор Иванович Стародубский был убит В 1330 году в Орде. Иван Калита написал хану Узбеку донос на стародубского князя. Хан предложил Федору на выбор принять лютую казнь или перейти в ислам. Князь предпочел смерть. За свой подвиг Федор получил прозвище Благоверный и был причислен к лику святых. Сын Благоверного, Андрей Федорович Стародубский, отличился в Куликовской битве. Второй сын Андрея Федоровича, Василий, получил в удел волость с городом Пожар (Погара) в составе Стародубского княжества.

По названию города Пожар (Погара) князь Василий Андреевич и его потомки получили прозвище князей Пожарских. В начале XV века стародубские князья становятся вассалами Москвы, но сохраняют свой удел.
Князья Пожарские верой и правдой служили московским правителям. Согласно записи в «Тысячной книге», за 1550 год на царской службе состояли 13 стародубских князей: «Князь Ондрей да князь Федор княж Ивановы дети Татева. Князь Иван да Петр княж Борисовы дети Ромодановского. Князь Василей княж Иванов сын Ковров. Князь Иван Чорной да князь Петр княж Васильевы дети Пожарского. Князь Тимофей княж Федоров сын Пожарского. Князь Федор да Иван княж Ондреевы дети Большога Гундорова. Княж Федоров сын Данила. Князь Федор да Иван княж Ивановы дети Третьякова Пожарского».
Иван Федорович Пожарский был убит под Казанью в 1552 году. Отец нашего героя стольник Михаил Федорович Пожарский отличился при взятии Казани и в Ливонской войне. Но в марте 1566 года Иван Грозный согнал со своих уделов всех потомков стародубских князей. Причем беда эта приключилась не по их вине, а из-за «хитрых» интриг царя. Решив расправиться со своим двоюродным братом Владимиром Андреевичем Старицким, Иван IV поменял ему удел, чтобы оторвать его от родных корней, лишить его верного дворянства. Взамен Владимиру было дано Стародубское княжество. Стародубских же князей скопом отправили в Казань и Свияжск. Среди них оказались Андрей Иванович Ряполовский, Никита Михайлович Сорока Стародубский, Федор Иванович Пожарский (дед героя) и другие.
Высылка стародубских князей была не только частью интриги Грозного против брата, но и элементом колонизации Казанского края. Наши историки привыкли говорить о покорении Казани в 1552 году. На самом деле еще многие годы в Казанском крае шла жестокая борьба татарского населения против русских. Стародубские князья приехали не одни, а со своими дружинами и дворней. Они получили довольно приличные вотчины и второстепенные должности в администрации Казанского края. К примеру, Михаил Борисович Пожарский был назначен воеводой в Свияжск. Стародубские князья беспощадно подавляли восстания татар и внесли большой вклад в колонизацию края.
С 80-х годов XVI века часть вотчин в бывшем Стародубском княжестве постепенно была возвращена законным владельцам. Но «казанское сидение» нанесло серьезный урон князьям Пожарским в служебно-местническом отношении. Их оттеснили старые княжеские роды и новое «боярство», выдвинувшееся в царствование Грозного. Таким образом, Пожарские, бывшие в XIV – начале XVI века одним из знатных родов Рюриковичей, оказались на периферии, что дало повод советским историкам называть их «захудалым родом».
В ПОРОЧАЩИХ СВЯЗЯХ НЕ ЗАМЕЧЕН
Дмитрий Михайлович Пожарский родился 1 ноября 1578 года в Казанском крае. Но юность его прошла недалеко от Суздаля в родовом гнезде селе Мугрееве у реки Лух. Дмитрий стал вторым ребенком в семье, у него были старшая сестра Дарья и младший брат Василий. В 1587 году скончался отец, Михаил Федорович, и все заботы о семье пришлось взять на себя матери, Марии Федоровне, урожденной Беклемишевой.
В 1593 году 15-летний Дмитрий Михайлович Пожарский впервые прибыл на дворянский смотр. Борису Годунову не за что было гневаться на князей Пожарских, да и на другие рода Стародубских князей. С другой стороны, они не оказали особых услуг Борису, да и сам правитель предпочитал последовательное присвоение чинов служилым людям. В результате Дмитрий Михайлович был оставлен при царском дворе, ему присвоили звание рынды, а через пару лет стряпчего.
В 1602 году царь Борис пожаловал в стольники Дмитрия Михайловича и Ивана Петровича Пожарских. Для 24-летнего князя Дмитрия это считалось неплохим началом карьеры. Стольник Дмитрий Пожарский по царскому указу был отправлен на литовскую границу.
Об участии Пожарского в войне с Лжедмитрием I документальных данных нет. Скорей всего он оставался в Москве при особе государя. Вместе со всеми москвичами Дмитрий Михайлович целовал крест царю Димитрию и остался стольником при его дворе.
В ночь на 17 мая 1606 года Пожарский оказался в отъезде. Он был в родовом имении Мугреево и соответственно не участвовал в перевороте Василия Шуйского. Дмитрию Михайловичу фантастически везло, а может, наоборот, не везло, и он оставался в стороне от всех переворотов. И новый царь его не наградил и не наказал. Василий Шуйский произвел «перебор» стольников, в ходе которого свыше ста человек были лишены этого звания. Пожарский же по-прежнему остался «вечным» стольником.
В конце 1607 года под Москвой Пожарский многократно участвовал в боях с войском Ивана Болотникова. В июне 1608 года Пожарский отличился при защите Москвы от войск Тушинского вора. Именно его конный отряд в ночь на 4 июня остановил поляков Рожинского на Ваганьковском поле.
В июле 1608 года Пожарский впервые был назначен воеводой и стал командовать отдельным отрядом. В то время шла непрерывная борьба царских войск и Тушинского вора за контроль над коммуникациями.
Воевода Пожарский приказал атаковать «литовских людей» у села Высоцкого (сейчас это город Егорьевск). Тушинцы были наголову разбиты и бежали, оставив Пожарскому обоз –»многую казну и запасы». При этом Пожарский поссорился с коломенским воеводой Иваном Пушкиным, который предпочел отсидеться в остроге и отказался дать ратников в помощь Пожарскому. В итоге через несколько недель после сражения Пожарскому пришлось судиться у царя Василия с нахально заместничавшим Иваном Пушкиным. Род Пушкиных имел столь же «липовую» родословную, что и Романовы, а потянули на князя Рюриковича. Естественно, что царь отклонил их претензии, но драть их батогами, как в те времена было положено за оное преступление, не стал из-за шаткости своего положения.
Пожарского же царь пожаловал поместьем в Суздальском уезде, центром которого было большое село Нижний Ландех.
В 1609 году царь назначил Пожарского воеводой в Зарайск. Город имел стратегическое значение. Первая зарайская деревянная крепость была построена в XV веке на мысу, образованном высоким берегом реки Осетр (правый приток реки Оки) и островом Бубнова.
Во время свержения Василия Шуйского и начала правления семибоярщины Пожарский безвыездно находился в Зарайске и его окрестностях. Пожарский отказался целовать крест королевичу Владиславу и выжидал дальнейшее развитие событий. Прокопий Ляпунов из Рязани начал рассылать грамоты с призывами собрать ополчение и идти на Москву. Теперь царь Василий отрекся от престола, и свободный от присяги Дмитрий Михайлович со спокойной совестью поддержал Ляпунова.

БИЗНЕС-ПАРТНЕРЫ И СОРАТНИКИ
Король Сигизмунд решил уничтожить Ляпунова и специально для этого направил на Рязанщину большой отряд поляков и запорожских казаков во главе с воеводой Исаком Сунбуловым. Известие о приближении Сунбулова застало Прокопия Ляпунова в его поместье, и он успел укрыться в деревянной крепости городка Пронска. Ратников в Пронске было мало, и Ляпунов разослал по окрестным городам отчаянные письма о помощи. Первым к Пронску двинулся Пожарский со своими зарайскими ратниками. По пути к ним присоединились отряды из Коломны. Узнав о прибытии войск Пожарского, поляки и казаки бежали из-под Пронска.
Через некоторое время Сунбулову удалось собрать свое воинство, и он решил отомстить Пожарскому, вернувшемуся из Пронска в Зарайск. Ночью запорожцы попытались внезапно захватить зарайский кремль (острог), но были отбиты. А на рассвете Пожарский устроил вылазку. Казаки в панике бежали и больше не показывались у Зарайска.
Обеспечив безопасность своего города, Пожарский смог отправиться в Рязань к Ляпунову. Они договорились, что Ляпунов с ополчением двинется к Москве, а Пожарский поднимет восстание в самом городе. Для этого Пожарский и отправился в столицу. Есть основания полагать, что он прибыл в Москву не один, а с отрядом «ратных людей».
Как известно, в марте 1611 года Пожарский возглавил восстание москвичей против поляков. Получив серьезное ранение, славный воевода был увезен в свою вотчину.
Кузьма Минин поднимает Нижний Новгород против поляков. Новому ополчению нужен полководец. Кузьма настоятельно требует звать Пожарского, и только его.
Как воевода Пожарский не проиграл ни одной битвы. Как стольник Пожарский ни разу не нарушил верность царю. Он был предан последовательно Борису Годунову, Лжедмитрию I и Василию Шуйскому, пока их смерть или отречение не освобождали его от присяги. Пожарский не присягал ни Тушинскому, ни Псковскому ворам, равно как и королю Сигизмунду, и королевичу Владиславу.
Очень важно было и то, что Пожарский находился рядом с Нижним в селе Мугрееве. Наконец, не последнюю роль сыграло и личное знакомство Кузьмы Минина с князем.
Дело в том, что совладельцем принадлежавшей Федору Минину рассольной трубы Лунитская был… Дмитрий Михайлович Пожарский. Так что, прежде чем стать товарищами по второму ополчению, Минин и Пожарский были товарищами в добыче и продаже соли.
До января 1612 года воевода Пожарский прославился знанием тактики и личной храбростью. Возглавив ополчение, он с первых дней показал себя незаурядным стратегом и искусным политиком. Кузьма Минин во всем безоговорочно поддерживал воеводу. Оба вождя понимали, что идти прямо к Москве на соединение с ополчением Заруцкого и Трубецкого – это повторить судьбу Ляпунова и погубить второе ополчение.
Пожарский предложил идти на Москву в обход, вверх по Волге. Узнав о его намерении, Трубецкой и Заруцкий решили опередить его, захватить Ярославль, преградить путь по Волге и отрезать ополчение от русского Севера. К Ярославлю с атаманом Андреем Просовецким двинулся отряд воровских казаков.
Пожарский среагировал немедленно и выслал к Ярославлю мобильный отряд под началом Дмитрия Петровича Лопаты-Пожарского. Основные же силы ополчения торжественно двинулись в поход из Нижнего Новгорода в день Великого поста 23 февраля 1612 года. В Балахне, первом городе на пути ополчения, жители хлебом-солью встретили Пожарского, а местный воевода Матвей Плещеев присоединился к ополченцам.
Ярославль без боя перешел в руки второго ополчения. В первых числах апреля 1612 года основные силы ополчения под колокольный звон вступили в Ярославль.
Ратная икона «Благословение Преподобным Иринархом, Затворником Борисо-Глебским, Православного Русского Воинства, народных героев – вождей и спасителей Отечества – Козьмы Минина и Дмитрия Пожарского в 1612 году». XVII век
ЯРОСЛАВСКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО
Минин и Пожарский решили покончить со Смутой раз и навсегда – собрать Собор в Ярославле для выборов царя и патриарха и лишь тогда двинуться на Москву.
Созыв Собора в обстановке смуты и хаоса – дело не недель, а долгих месяцев. Поэтому в Ярославле, не дожидаясь Собора, было создано земское правительство, управляющее уже большей частью России.
По указанию Минина и Пожарского в Костроме, Суздале, Устюжне, Угличе, Переславле-Залесском, Белоозере, Тобольске, Ростове, Владимире, Кашине, Твери, Касимове были сменены воеводы, на место которых были поставлены верные люди. В Ярославле возникли учреждения типа министерств: Поместный приказ (им руководили дьяки Мартемьянов и Лихачев), Разрядный приказ (Варев и Данилов), Большой дворец (Емельянов), Монастырский приказ (Витовтов и Дмитриев), Посольский приказ (Романчуков). Сибирскими территориями стал ведать Головнин, а Новгородской четвертью сначала Юдин, затем Иванов.
Разумеется, кроме светской власти должна быть власть и духовная. Для созыва Большого собора нужно было время, а пока был создан Духовный совет, во главе которого был поставлен бывший ростовский митрополит Кирилл.
Ярославское правительство учредило и новый государственный герб, на котором был изображен лев. На большой дворцовой печати были изображены два льва, стоящие на задних лапах. При желании введение нового герба можно объяснить тем, что все самозванцы выступали под знаменами с двуглавым орлом, гербом русского государства еще со времен Ивана III. Но, с другой стороны, новый государственный герб был уж очень похож на герб князя Пожарского, где были изображены два рыкающих льва. Да и сам Пожарский теперь именовался «Воевода и князь Дмитрий Михайлович Пожарково-Стародубский»..
Деятельность ярославского правительства начала приносить плоды. Даже отдаленные области Поморья и Сибири слали деньги и своих представителей в Ярославль.
Считая себя правителем государства, Пожарский взял в свои руки все внешнеполитические дела. Воевода прекрасно понимал, что у второго ополчения нет сил для одновременной войны с поляками и шведами, и решил выиграть время, вступив в переговоры со Швецией. Для этого 13 мая 1612 года в Новгород был послан Степан Татищев с грамотами от Минина и Пожарского к митрополиту Исидору, новгородскому воеводе князю Ивану Большому Никитичу Одоевскому и шведскому воеводе Якобу Делагарди.
В грамотах к митрополиту и воеводе Одоевскому содержались запросы о состоянии дел в Новгороде и о взаимоотношениях со шведскими оккупантами. В грамоте к Делагарди Минин и Пожарский писали, что если король шведский «даст брата своего на государство и окрестит его в православную христову веру», то второе ополчение поддержит его кандидатуру на русский престол.
В середине июня 1612 года в Ярославль прибыл проездом возвращавшийся с персидским посольством от шаха Абасса посол австрийского императора Рудольфа II Юсуф Григорович. Он был принят Пожарским. В ходе светской беседы всплыл как-то сам собой вопрос о кандидатуре на московский престол императорского брата эрцгерцога Максимилиана. Документально неизвестно, кто первым «сказал мяу» про Максимилиана, но вряд ли это мог сделать посол, не имевший на то санкции императора. Пожарский заявил Грегоровичу, что русские Максимилиана «примут с великой радостию».
Историк Сергей Соловьев писал: «Вожди ополчения по неопытности своей думали, что Австрия теперь захочет быть благодарною, поможет Московскому государству в его нужде».
Теперь эти высказывания повторяет каждый, кто пишет о Пожарском, да еще и не ставит кавычек. На самом деле воевода не был столь неопытен. Заметим, что австрийские императоры издавна добивались союза с Россией против Польши.
Итак, Пожарский пытался устроить Польше войну на два фронта (как в 1939 году!) при довольно большой вероятности успеха. Однако по ряду причин, в том числе из-за турецкой угрозы, Рудольф II не выступил против Польши. Однако сам факт ведения переговоров ярославского правительства с австрийским императором был замечен в Польше и стал серьезным аргументом у радных панов против королевской войны с Россией.
ПОДГОТОВКА К ВЫБОРАМ ЦАРЯ
А внутри страны толки о брате шведского короля и брате императора Священной Римской империи создавали Пожарскому большой пропагандистский эффект. Ну, предположим, собрали вожди ополчения в Ярославле Собор представителей всех русских городов, а кандидатура одна – стольник Пожарский. А других нет, знатные лица, собравшиеся под знаменем второго ополчения были, мягко говоря, несерьезны. И получилось бы, что Пожарский избрал сам себя. А тут лучшие в Европе кандидаты эрцгерцог и принц. Другой вопрос, если Собор обнаружит у каждого из них принципиальные недостатки. Ну, тогда простите, по всей Европе искали, ничего лучшего не нашли, больше некому царем быть, как Дмитрию Михайловичу.
Казалось, еще немного и Земской собор изберет воеводу царем, а митрополита Кирилла патриархом. Со Смутой было бы покончено в считанные месяцы. Вся история государства Российского могла пойти по другому пути.
Однако судьба распорядилась совсем иначе. В июле 1612 года войско гетмана Ходкевича двинулось на Москву. Перед Пожарским и Мининым возникла роковая дилемма – идти к Москве означало своими руками погубить план спасения государства, который был уже на грани успеха. Под Москвой волей-неволей придется сотрудничать с первым ополчением, признать его легитимность и делить плоды победы. А то, что собой представляла публика из первого ополчения, Пожарский и Минин знали не понаслышке. Не было никакого сомнения, что воровские казаки и впредь будут источником смут и потрясений. Но, с другой стороны, ждать, пока Ходкевич разгонит казаков и деблокирует войско Гонсевского, тоже было нельзя. Это скомпрометирует второе ополчение и особенно его вождей. Узнав о походе Ходкевича, многие казачьи атаманы из подмосковного лагеря писали слезные грамоты к Пожарскому с просьбой о помощи.

С аналогичной просьбой к Пожарскому обратились монахи Троице-Сергиева монастыря. В Ярославль срочно выехал келарь Авраамий Палицын, который долго уговаривал Пожарского и Минина. Из двух зол пришлось выбирать меньшее, и Пожарский приказал готовиться к походу на Москву.
Дальнейшее общеизвестно. Польское войско гетмана Ходкевича было разбито и бежало к Можайску, а польский гарнизон в Москве капитулировал 27 октября (4 ноября по новому стилю) 1612 года. Позже царские историки выдумают, что Пожарский предложил выбрать в цари 16-летнего Михаила Романова, который вместе со всей родней сидел в осаде в Кремле.
Что же произошло, почему поглупел славный воевода? Может, его польским ядром контузило или шестопером по шлему съездили? Нет, Дмитрий Михайлович Пожарский активно участвовал в борьбе за престол. Почему же не осталось письменных свидетельств очевидцев о предвыборной борьбе Пожарского? Ну, во-первых, резонно предположить, что все такие документы были уничтожены по указу Михаила, а во-вторых, Москва – не Варшава и не Париж, громко обещать панам злотые за избрание на престол и произносить исторические фразы, что-де Париж стоит мессы, не принято. Ни Годунов, ни Михаил ни разу не предлагали себя на престол, а наоборот, категорически отказывались от него. Соответственно и Пожарский не мог нарушить традицию. Но, увы, он совершил две роковые ошибки. Во-первых, о чем уже говорилось, вошел в соглашение с боярами при капитуляции поляков, а во-вторых, не сумел удержать в Москве дворянские части из второго ополчения. В результате тушинским казакам угрозой применить силу, а в отдельных случаях и грубой силой удалось затащить на престол Михаила Романова.
ПОСЛЕ СМУТЫ БЫЛА ВОЙНА
Нравится нам или нет, но никакого народного единства 4 ноября и в последующие недели в Москве не наблюдалось. Увы, Смута не только после 4 ноября, но и после приезда Михаила в Москву не только не ослабла, но и даже усилилась. Мало того, если с конца 1610 года по 4 ноября 1612 года гласной тенденцией Смуты была борьба с польской интервенцией, то после 4 ноября поляки вышли из игры на пять лет.
Смута же приобрела характер чисто гражданской войны – московитов против московитов. Локальные стычки на севере со шведами и участие отдельных «польскоподданных» (в основном литовцев и малороссов) в отрядах русских воров картины в целом не меняют.
После захвата власти в Москве тушинскими сторонниками Романовых война в Московском государстве заполыхала с новой силой. Расширились и масштабы военных действий от Вязьмы до Казани и от Соловков до Астрахани. Потери русского народа никто не считал, но можно смело утверждать, что с 4 ноября 1612 года по 18 октября 1617 года (день возобновления активных боевых действий поляками) погибло больше людей, чем за любые пять лет Смуты с 1605 по 1611 год.
Любопытно, кто допустил принципиальную ошибку, провозгласив день перехода национально-освободительной борьбы против поляков в чисто гражданскую войну Днем национального единства? Так что 4 ноября –это всего лишь блестящая победа Минина и Пожарского над поляками. Победа, которая вывела поляков из войны почти на пять лет.
Кстати, в этом году мы отмечаем и второй круглый юбилей – 200-летие победы над поляками, вторгшимися в Россию вместе с Великой армией Наполеона. В этой армии находилось свыше 150 тыс. этнических поляков и около 200 тыс. этнических французов. Причем, если целью Наполеона было заставить Александра I выполнять условия Тильзитского мира и других договоренностей, то паны мечтали о превращении Российской империи в Московское княжество и создании Речи Посполитой «от можа до можа», то есть от Балтики до Черного моря с Ригой, Смоленском, Киевом и Одессой.

Дмитрий Пожарский — биография, информация, личная жизнь

Князь Дмитрий Михайлович Пожарский

Князь Дмитрий Михайлович Пожарский (в крещении Козма). Родился 1 ноября 1578 года в Берсенево Клинского уезда — умер 20 (30) апреля 1642 года в Москве. Русский военный и политический деятель, национальный герой. Руководитель Второго народного ополчения, освободившего Москву от польско-литовских оккупантов.

Дмитрий Пожарский родился 1 ноября 1578 года в Берсенево Клинского уезда.

При крещении получил имя Козма — в честь Космы бессребреника (поминовение которого приходится на 17 октября по старому стилю). Мирское имя Димитрий получил в честь Димитрия Солунского (поминовение которого приходится на 26 октября по старому стилю).

Отец — Князь Михаил Федорович Пожарский (умер 23 августа 1587 года и похоронен в Спасо-Евфимиевом монастыре в Суздале), первый из князей Пожарских, выходцев из Стародубских князей суздальской земли.

Мать — Мария (Евфросиния) Федоровна Берсенева-Беклемишева (умерла 7 апреля 1632 года, похоронена вместе с мужем в Спасо-Евфимьевом монастыре), происходила из старинного знатного дворянского рода.

Дед — Федор Иванович Пожарский (умер в 1581 году), участвовал в качестве полкового воеводы при завоевании Казани царем Иваном Грозным. В результате учреждения Иваном Грозным опричнины поместные земли у многих княжеских семей в центральной части Руси были отобраны. Многие семьи попали в опалу и были сосланы. Такая участь постигла и семью князя Федора Ивановича Пожарского, которая в 1560-х годах века была сослана на «низ» — низовскими землями в то время считались земли Нижегородского уезда и соседствующих с ним иноверцев (мордвы, черемисов, а впоследствии и татар), где у Пожарских было старинное родовое имение в Жарской волости в селе Юрино. Суздальские земли князей Пожарских, в том числе и село Мугреево (Волосынино), были конфискованы царем Иваном Грозным в пользу опричников.

Предком Дмитрия Пожарского является Василий Андреевич Пожарский, из князей стародубских (Стародуба Суздальской земли), сын Андрея Федоровича, удельного князя стародубского (1330-1380), потомок Рюрика в XV колене, брат Ивана Андреевича Ногавицы (родоначальника князей ряполовских). Стародубские князья, в свою очередь, являются потомками великого князя Владимирского Всеволода Юрьевича, сына основателя Москвы Юрия Долгорукого.

Прозвище Пожарский появилось после того, как одно из его владений — село Радогость — было опустошено пожаром. После восстановления стало прозываться Погаром, откуда и произошло название удела, а затем и рода.

Село Берсенево в Клинском уезде, где родился Дмитрий, было в составе приданого его матери Марии Федоровны.

У Пожарских был дом в Москве — на Сретенке (его подвальная часть сохранилась до настоящего времени и входит в состав дома графа Ф. В. Ростопчина, который владел домом в начале XIX века, сегодня это Большая Лубянка, 14). В московском доме Пожарских в это время никто не жил.

Всего в семье было четверо детей. Старшей была дочь Дарья, далее шли сыновья — Дмитрий, Юрий и Василий. Когда умер отец, Дарье было пятнадцать лет, Дмитрию — неполных десять, Василию — три. Юрий умер при жизни отца. Впоследствии Дарья вышла замуж за князя Никиту Андреевича Хованского.

В возрасте 15 лет в 1593 году Дмитрий Пожарский поступил на дворцовую службу, как это было принято у княжеских и дворянских детей того времени. В начале царствования Бориса Годунова в 1598 году у Пожарского был придворный чин «стряпчий с платьем». До 1602 года Пожарский с матерью неоднократно попадали в опалу к царю Борису. Но в 1602 году опала с них была снята. Сам Пожарский был пожалован царем в стольники, а его мать стала боярыней при дочери царя Ксении Борисовне.

Под конец царствования Бориса Годунова мать Пожарского была уже верховной боярыней при царице Марии Григорьевне. Мать оказывала Пожарскому большую помощь в течение всей своей жизни. Она сама была высокообразованной женщиной и всем детям своим дала блестящее, по тому времени, образование, что было тогда редким явлением. Так после смерти отца Пожарский, которому было неполных десять лет, отдал в поминание по отцу в Спасо-Евфимьев монастырь деревню Три дворища, сам составив дарственную и подписав ее. Под влиянием матери у Пожарского привились такие черты, как высокое чувство веры, чести и долга. По отзывам современников и согласно историческим документам, присущими князю Пожарскому чертами характера были: отсутствие всякого чванства, заносчивости и зазнайства, алчности и высокомерия. Его отличали справедливость и великодушие, щедрость в пожертвованиях конкретным людям и обществу в целом, скромность и честность в отношениях к людям и поступках, преданность государям российским и своему Отечеству, храбрость и способность к самопожертвованию, благочестие, набожность.

После смерти Бориса Годунова в апреле 1605 года к власти пришел Лжедмитрий I, ставленник польского короля Сигизмунда III, которому присягнула и Москва, и боярская дума. В это время Пожарский продолжал пребывать при дворе.

В мае 1606 года самозванец был убит, царем стал Василий Иванович Шуйский, которому присягнул и Дмитрий Михайлович Пожарский. Весной следующего года появился Лжедмитрий II, а с ним на русские земли вторглись полчища литовцев и поляков, которые, поддерживая Лжедмитрия II, занимались грабежом, разоряли русские города, села, деревни, церкви и монастыри. На борьбу против нового самозванца и непрошеных гостей царь Шуйский мобилизовал все имеющиеся у него средства. В числе других приближенных в 1608 году он отрядил на борьбу с захватчиками князя Пожарского в качестве полкового воеводы.

Пожарский участвовал в подавлении Крестьянского восстания под предводительством Ивана Болотникова.

За ревностную службу по защите Отечества от поляков Пожарский получил от царя Василия Ивановича в 1609 году в вотчину из своего старого поместья (отца и деда) в Суздальском уезде село Нижний Ландех c двадцатью деревнями, починками и пустошами. В жалованной грамоте было сказано, что он «многую службу и дородство показалъ, голодъ и во всемъ оскуденье и всякую осадную нужду терпелъ многое время, а на воровскую прелесть и смуту ни на которую ни покусился, стоялъ въ твердости разума своего крепко и непоколебимо безо всякия шатости».

В конце 1609 года рязанский воевода Прокопий Ляпунов уговаривал Пожарского провозгласить царем боярина Скопина-Шуйского, но князь был верен присяге Шуйскому и не поддался уговорам.

В феврале 1609 года царь назначил Пожарского воеводой города Зарайск Рязанского уезда.

После смерти Скопина-Шуйского в апреле 1610 года, Ляпунов обратился к Пожарскому с предложением отомстить царю Шуйскому за смерть князя, но Пожарский снова остался верен присяге. В июле Шуйский был смещен, и власть перешла к боярской думе.

Позднее, в январе 1611 года, жители Зарайска, по примеру жителей Коломны и Каширы, пытались склонить Пожарского присягнуть самозванцу, но воевода решительно отказался от их предложения, сказав, что он знает только одного царя — Василия Ивановича — и своей присяге не изменит. Убежденность Пожарского оказала большое влияние на умы горожан и они остались верны царю Василию. Узнав об этом, «Коломна опять обратилась к царю Василию Ивановичу».

Дмитрий Пожарский и Первое народное ополчение:

К началу 1609 года, значительное количество городов России признало «царя Димитрия Ивановича». Только Троице-Сергиев монастырь, города Коломна, Смоленск, Переяславль-Рязанский, Нижний Новгород и ряд сибирских городов остались верны Шуйскому. В их числе был и Зарайск, где воеводствовал князь Пожарский. Царь обратился за помощью к шведам, и Карл IX послал в Россию войско под предводительством Якоба Делагарди. Русско-шведское войско М. В. Скопина-Шуйского разбило тушинцев под Дмитровым и подошло к Москве. Одновременно польский король Сигизмунд III вторгся в Россию и осадил Смоленск, потребовав от тушинских поляков оставить Самозванца и перейти на его сторону.

В начале 1610 года Лжедмитрий II вынужден был бежать из Тушина в Калугу. Скопин-Шуйский вступил в Москву, где неожиданно умер. Русско-шведское войско под командованием брата царя Дмитрия Шуйского выступило на помощь Смоленску. Однако 24 июня 1610 года оно было наголову разгромлено гетманом Жолкевским в битве при Клушине. Шуйский был свергнут, во главе Москвы встала Семибоярщина, Жолкевский подошел к Москве и встал у Хорошева, Самозванец со своей стороны встал в Коломенском. В такой ситуации Семибоярщина из страха перед Самозванцем целовала крест сыну Сигизмунда королевичу Владиславу, на условиях его перехода в православную веру, а затем (в ночь на 21 сентября) тайно впустила в Кремль польский гарнизон.

Князь Пожарский, в то время зарайский воевода, не признал решения московских бояр призвать на российский трон сына Сигизмунда III, королевича Владислава. Не признали решения Семибоярщины и нижегородцы.

В январе 1611 года, утвердившись крестным целованием (клятвой) с балахонцами (жителями города Балахны), они разослали призывные грамоты в города Рязань, Кострому, Вологду, Галич и другие, прося прислать в Нижний Новгород ратников, чтобы «стати за… веру и за Московское государство заодин». Воззвания нижегородцев имели успех. Откликнулось много поволжских и сибирских городов.

Одновременно с нижегородцами собиралось ополчение и в Рязани под руководством рязанского воеводы Прокопия Ляпунова. К отряду Ляпунова примкнул со своими ратными людьми и зарайский воевода князь Д. М. Пожарский. Первое Нижегородское ополчение под руководством нижегородского воеводы князя Репнина выступило на Москву в феврале 1611 года численностью около 1200 человек. К нижегородцам примкнули отряды ратников из Казани, Свияжска и Чебоксар.

Под Москву нижегородское ополчение пришло в середине марта. Несколько ранее к Москве подошли отряды ополченцев из Рязани и Владимира. Жители Москвы, узнав о приходе ополченцев, стали готовиться к истреблению ненавистных им поляков. 19 марта началось всеобщее восстание. Улицы были забаррикадированы санями с дровами, с крыш, из домов и из-за заборов в поляков стреляли.

Поляки устроили резню на улицах, но в конце концов оказались осажденными со всех сторон. Выход был найден в поджоге города. Москва была сожжена практически дотла. Ополченцы поспешили на помощь москвичам. Д. М. Пожарский встретил врагов на Сретенке, отразил их и прогнал в Китай-город. На следующий день, в среду, поляки опять напали на Пожарского, устроившего опорный пункт около своего подворья на Лубянке (район нынешнего памятника Воровскому). Пожарский бился с поляками целый день, был тяжело ранен и вывезен из Москвы соратниками в Троице-Сергиев монастырь. Позднее он перебрался в свою родовую вотчину в Мугреево, а затем в родовое имение Юрино Нижегородского уезда. Там Пожарский продолжил свое лечение до возглавления им в октябре 1611 года второго народного ополчения, организация которого началась в Нижнем Новгороде по инициативе земского старосты Кузьмы Минина.

Первое ополчение первоначально одержало победу, захватив Белый город. Однако вражда между дворянами под предводительством Прокопия Ляпунова и казаками (бывшими тушинцами) под предводительством Ивана Заруцкого сыграла в его судьбе роковую роль. После убийства казаками Ляпунова, дворяне стали разбегаться, и ополчение фактически утратило боеспособность и распалось, хотя его остатки под руководством Заруцкого и князя Дмитрия Трубецкого по-прежнему стояли под Москвой.

Дмитрий Пожарский и Второе народное ополчение:

В это смутное для России время стойко держались лишь Троице-Сергиев монастырь под руководством архимандрита Дионисия да Нижний Новгород под руководством воевод князя Репнина и Алябьева. Был еще жив непримиримый к врагам патриарх Гермоген, заключенный поляками в темницу Чудова монастыря, где он и умер впоследствии 17 февраля 1612 года от голода и болезней.

С июля 1611 года архимандритом Дионисием начали рассылаться грамоты в разные города России, чтобы разбудить ненависть в сердцах граждан к иноземным захватчикам. 25 августа 1611 года в Нижнем Новгороде была получена грамота и от патриарха Гермогена, где святой старец призывал нижегородцев стоять за святое дело, за православную веру. Воевода Алябьев переслал копию грамоты в Казань, казанцы — в Пермь. И неслучайно, что первыми во весь голос заговорили о сопротивлении иноземцам именно в Нижнем Новгороде.

Земский староста Кузьма Минин призывал каждого нижегородского гражданина отдать часть своего имущества для снаряжения ратников, и народ, представляющий все сословия, горячо откликнулся на его призыв. При выборе военачальника ополчения нижегородцы остановились на кандидатуре князя Д. М. Пожарского и послали к нему в село Юрино делегацию в главе с наместником Вознесенского Печерского монастыря архимандритом Феодосием.

В Нижний Новгород Пожарский прибыл 28 октября 1611 года.

Второе народное ополчение выступило из Нижнего Новгорода в конце февраля — начале марта 1612 года. Его путь пролегал вдоль правого берега Волги через Балахну, Тимонькино, Сицкое, Катунки, Пучеж, Юрьевец, Решму, Кинешму, Плес, Кострому, Ярославль и Ростов Великий. По просьбе жителей Суздаля Пожарский послал в город своего родственника, стольника князя Романа Петровича Пожарского, который разбив поляков, освободил город.

В Ярославль ополчение пришло в конце марта — начале апреля 1612 года и вынуждено было задержаться до конца июля, чтобы собрать больше войск и лучше подготовить ополченцев к московскому сражению. Перед приходом в Ярославль Пожарский получил известие об измене руководителей казацкого отряда, стоявшего под Москвой, князя Д. Т. Трубецкого и атамана Заруцкого, присягнувших еще одному Самозванцу, беглому дьякону Исидору (в июне 1612 года князь Трубецкой прислал Пожарскому письмо, в котором отказался от присяги новому Самозванцу).

В Ярославле князь Пожарский чуть было не погиб от руки наемных убийц, подосланных атаманом Заруцким.

28 июля 1612 года второе народное ополчение выступило из Ярославля в Москву и 14 августа 1612 года оно уже было у стен Троице-Сергиевого монастыря, а 20 августа подошло к Москве. 21-24 августа состоялось ожесточенное сражение ополченцев с поляками и войсками литовского гетмана Ходкевича, пришедшего на помощь полякам по приказу польского короля Сигизмунда III. К вечеру 24 августа поляки и войска Ходкевича были наголову разбиты, а сам Ходкевич с остатками своего войска утром 25 августа 1612 года ушел в Польшу. Но еще два месяца продолжалась борьба ополченцев с засевшими в Москве поляками.

22 октября (1 ноября по новому стилю) поляков выгнали из Китай-города.

На Земском Соборе 1612-1613 годов, вторым лицом на котором после князя Федора Ивановича Мстиславского был князь Пожарский (он направлял прения и руководил ими), 21 февраля 1613 года государем российским был избран Михаил Федорович Романов. Ранее, 20 февраля 1613 года, Пожарский предложил Собору избрать царя из числа претендентов, имеющих царское происхождение, то есть из родственников последнего Рюриковича — Федора Ивановича, сына Ивана Грозного. Михаил Федорович приходился двоюродным племянником царю Федору Ивановичу и был боярского происхождения.

На этом Соборе Пожарский «за службу и очищение Москвы» получил сан боярина и вотчины с поместьями в количестве 2500 четей. На грамоте Земского Собора об избрании на российский престол царем Михаила Романова его подпись, как боярина, идет десятой по списку. «Местничество» в то время еще занимало сильные позиции в российском государстве, несмотря на огромные заслуги перед Отечеством Д. М. Пожарского.

Дмитрий Пожарский при Михаиле Романове:

При своем венчании на царство 11 июля 1613 года Михаил Романов вновь пожаловал Пожарского саном боярина, подтвердил земельные дачи Пожарскому Земским Собором и наградил его новыми землями в Пурецкой волости Нижегородского уезда в количестве 3500 четей. Во время миропомазания государя царский венец на золотом блюде держал родной дядя царя Иван Никитич Романов, скипетр — князь Д. Т. Трубецкой, а державу — князь Пожарский. Принимая во внимание, что князь Пожарский по своему «отечеству» был ниже многих бояр, особенно знаменательно, что он занял такое выдающееся положение при венчании на царство Михаила Федоровича.

После избрания на российский престол Михаила Федоровича Д. М. Пожарский играет ведущую роль при царском дворе как талантливый военачальник и государственный деятель. Несмотря на победу народного ополчения и избрание царя, война в России все еще продолжалась.

В 1615-1616 годах Пожарский по указанию царя был направлен во главе большого войска на борьбу с отрядами польского полковника Лисовского, который осадил город Брянск и взял Карачев. После борьбы с Лисовским, царь поручает Пожарскому весной 1616 года сбор в казну пятой деньги с торговых людей, так как войны не прекращались, а казна истощилась.

В 1617 году царь поручил Пожарскому вести дипломатические переговоры с английским послом Джоном Мериком, назначив Пожарского наместником Коломенским. В этом же году в пределы Московского государства пришел польский королевич Владислав. Жители Калуги и соседних с ней городов обратились к царю с просьбой прислать им для защиты от поляков именно Д. М. Пожарского. Царь исполнил просьбу калужан и дал наказ Пожарскому 18 октября 1617 года о защите Калуги и окрестных городов всеми доступными мерами. Князь Пожарский наказ царя с честью выполнил. Успешно защитив Калугу, Пожарский получил приказ от царя идти на помощь Можайску, а именно — в город Боровск, и стал летучими отрядами тревожить войска королевича Владислава, нанося им значительный урон. Однако в это же время Пожарский сильно заболел и по велению царя возвратился в Москву. Но тем не менее, Дмитрий Пожарский принял самое деятельное участие в защите столицы от войск Владислава, за что царь Михаил Федорович наградил его новыми вотчинами и поместьями. К концу своей жизни Пожарский имел без малого десять тысяч четей земельных угодий со многими селами, деревнями и пустошами и считался одним из самых богатых дворян Московского государства.

В 1619 году царь поручил Пожарскому руководство Ямским приказом.

В 1620 году Пожарский был Новгородским воеводой и занимал эту должность до 1624 года.

С 1624 по 1628 год Пожарский был начальником Разбойного приказа.

В 1624 году, во время своей поездки на богомолье в Троице-Сергиев монастырь, царь оставил Москву на попечение Ф. И. Шереметьева, помощником у которого был Пожарский. На обеих свадьбах царя в 1624 и в 1626 г. Пожарский был в дружках царя, а жена Пожарского, Прасковья Варфоломеевна, была свахой со стороны царя. Когда Пожарский по своей службе находился в Москве, то наряду с другими именитыми боярами бывал приглашен к праздничным царским и патриаршим столам и, по замечанию И. Е. Забелина, «въ этихъ приглашенияхъ передъ большими боярами онъ меньше не былъ».

В августе 1628 года Пожарский был опять назначен воеводой в Новгород Великий с титулом наместника Суздальского, но уже в сентябре 1630 года указом царя он был вызван в Москву и назначен начальником Поместного приказа.

В 1632 году перемирие с Польшей закончилось. Русское войско было послано на осаду Смоленска. Из-за недуга Дмитрий Пожарский не смог встать во главе войска наряду с Михаилом Шеиным и был заменен Артемием Измайловым. Позже царь послал Пожарского и князя Черкасского на помощь Шеину, но не по их вине воинские сборы затянулись, и Шеин был окружен и вынужден был принять условия капитуляции в феврале 1634 года. В начале 1635 года с Польшей был заключен Поляновский мир. В переговорах с поляками участвовал и Пожарский.

В 1636-1637 годах князь Пожарский состоял начальником Московского Судного приказа. В 1637 году ему исполнилось 60 лет, возраст по тому времени весьма преклонный. Но царь не отпускал Пожарского от себя. Он был ему нужен как человек, на которого можно положиться в любом ответственном деле. И на случай войны с крымскими татарами царь в апреле 1638 года назначает Пожарского полковым воеводой в Переяславль Рязанский. Но война эта не состоялась. Когда у Михаила Романова в 1639 году умер сначала один сын, Иван, а затем другой, Василий, Пожарский «дневал и ночевал» (то есть был назначен на почетное дежурство) при гробах царевичей.

Весной 1640 года Д. М. Пожарский вместе с И. П. Шереметьевым дважды участвовал в переговорах с польскими послами, при этом писался наместником Коломенским. Эти переговоры являются последними службами князя Пожарского, записанными в Разрядной книге.

Смерть Дмитрия Пожарского:

Дмитрий Пожарский умер 30 апреля (20 апреля по старому стилю) 1642 года на 65-м году своей жизни. В монастыре Николы Зарайского была обретена записка о дне кончины Пожарского в следующих словах: «ЗРН, апреля К, преставися бояринъ князь Дмитрий Михайловичъ Пожарский, въ среду, вторыя недели по пасце».

Высказывались версии, что перед смертью князь Пожарский принял схиму под именем Косма, как это было принято среди княжеского сословия того времени. Однако документальные источники это не подтверждают.

Был упокоен в родовой усыпальнице в суздальском Спасо-Евфимиевом монастыре. После пресечения рода Пожарских их усыпальница была заброшена и в 1765-1766 сломана «за ветхостью». В 1851 году известный русский археолог граф А. С. Уваров в ходе раскопок обнаружил на этом месте кирпичные склепы и белокаменные гробницы, расположенные в три ряда, и в 1885 году над ними был сооружен мраморный мавзолей, построенный на народные средства по проекту А. М. Горностаева. Мавзолей был разобран в годы советской власти в 1933 году. Археологические исследования летом 2008 года показали, что гробница осталась нетронутой. Над местом погребения Д. М. Пожарского в день его рождения 1 ноября 2008 года установлены плита и памятный крест. В 2009 году мраморный склеп восстановлен и 4 ноября открыт президентом России Дмитрием Медведевым.

Памятник Минину и Пожарскому в Москве

В 1818 году в Москве был установлен Памятник Минину и Пожарскому в Москве по проекту архитектора Ивана Мартоса. Монумент состоит из бронзовой скульптурной группы и гранитного пьедестала с бронзовыми барельефами. Пьедестал украшен барельефами с двух сторон и надписью: «Гражданину Минину и Князю Пожарскому благодарная Россія. Лѣта 1818». Изначально памятник был установлен на Красной площади перед Верхними торговыми рядами, позднее переименованными в ГУМ. Но затем в 1931 году был перенесен в связи с реконструкцией Красной площади и строительством Мавзолея В.И. Ленина, в настоящее время стоит у Покровского собора.

В Великом Новгороде на Памятнике «1000-летие России» среди 129 фигур самых выдающихся личностей в российской истории (на 1862 год) дважды присутствует фигура князя Пожарского.

Стела «Клятва князя Пожарского» расположена на территории Ярославского музея-заповедника.

В честь Дмитрия Пожарского были названы: броненосный крейсер (первоначально броненосный фрегат) «Князь Пожарский» (1867-1911 гг.), ледокол «Князь Пожарский» (1916-1920 гг.), крейсер «Дмитрий Пожарский» проекта 68-бис (1952-1987 гг.), атомная подводная лодка стратегического назначения «Князь Пожарский» проекта 955 «Борей».

Князь Дмитрий Пожарский

Личная жизнь Дмитрия Пожарского:

Дважды был женат.

Первая супруга — Прасковья Варфоломеевна.

В браке родилось шестеро детей — три сына и три дочери: Петр (ум. в 1647 году), Федор (ум. 27 декабря 1632 года), Иван (ум. 15 февраля 1668 года), Ксения (ум. 22 августа 1625 года — была замужем за князем Василием Семеновичем Куракиным), Анастасия (была замужем за князем Иваном Петровичем Пронским), Елена (была замужем за князем Иваном Федоровичем Лыковым).

Первая жена Прасковья Варфоломеевна умерла 28 августа 1635 года.

Вторая жена — княжна Феодора, дочь стольника Андрея Ивановича Голицына. Вторая жена умерла бездетной в 1651 году.

Род Пожарских пресекся по мужской линии в 1685 году со смертью Юрия Ивановича, внука князя Дмитрия.

Потомки Дмитрия Пожарского — князь Андрей Михайлович Волконский и его сын, князь Петр Андреевич Волконский, граф Петр Петрович Шереметев.

Образ Дмитрия Пожарского в кино:

1939 — Минин и Пожарский — в роли Дмитрия Пожарского актер Борис Ливанов.

Борис Ливанов в роли Дмитрия Пожарского