Кто такой рылеев?

Биография — Рылеев Кондратий Фёдорович

Кондратий Фёдорович Рылеев родился 18(29)сентября 1795 года в селе Батово Софийского уезда Петербургской губернии.

Раннее детство

Отец – Фёдор Андреевич Рылеев.

Мать – Анастасия Матвеевна, урождённая Эссен.

Жилось семье не просто, т.к. Фёдор Андреевич любил жить «на широкую ногу» и промотал два имения. Если бы Батово не уступили Анастасии Матвеевне по низкой цене родственники, дело могло дойти до полной нищеты.

До Кондратия в семье умерло четверо детей и родители, чтобы сохранить слабенького здоровьем сына, по совету священника назвали его в честь первого встретившегося им человека в тот день, когда они поехали крестить мальчика. Им оказался бедный отставной солдат Кондратий, которого родители забрали с собой в церковь, как крёстного отца.

Отец был очень суровым человеком как по отношению к крепостным, так и по отношению к супруге. Мальчик боялся отца и часто плакал.

Чтобы избавить Кондрашу от домашних сцен, родственники Анастасии Матвеевны помогли устроить его в кадетский корпус в Петербурге.

В кадетском корпусе

Когда мальчику не было ещё и шести лет его привезли в Петербург. В январе 1801 года он был зачислен в «подготовительный класс» 1-го кадетского корпуса.

Жизнь в учебном заведении была очень нелёгкой. Старшие воспитанники часто обижали младших, и вечерами Кондратий часто плакал, уткнувшись головой в подушку. Кроме того, в больших, плохо отапливаемых спальнях всегда было холодно, а учащиеся спали под тонкими одеялами и зимой даже самые маленькие были одеты в тонкие шинели. Мальчик скучал по дому, по маме, но держался.

Проходили годы, и Рылеев постепенно привыкал к военному быту и муштре. Он учился не блестяще, но все важные для будущего офицера предметы старался изучать основательно. И конечно не было ему равных по литературе. Рылеев «оброс» множеством друзей, которые уважали его за исключительную честность и справедливость. Он стоически переносил все наказания и никогда не плакал под розгами. Бывало – принимал на себя и чужую вину.

В годы учёбы Кондратий пристрастился к чтению. Он читал всё, что можно было достать в библиотеке или у друзей, не один раз просил деньги на книги у отца. Но тот считал это глупостью и очень редко и неприязненно отвечал на письма сына.

Война 1812 года подняла в корпусе бурю патриотизма. Младшие ученики очень завидовали выпускникам, которые шли на фронт. Они тоже рвались на защиту отечества, следили за всеми новостями из действующей армии, жарко обсуждали поражения и победы русской армии и боялись, что не успеют стать в ряды тех, кто грудью защищает Россию.

В 1813 году умер главнокомандующий Кутузов, который смог развернуть «непобедимую» армию Наполеона прочь из России. Рылеев, как и все кадеты, был поражён смертью великого военачальника и написал по этому поводу свою оду «Любовь к отчизне». В его «литературной тетради» хранилось к этому времени уже несколько произведений о войне.

В феврале 1814 года дождался своего выпуска и Рылеев. Он был определён в 1 конную роту 1 резервной артиллерийской бригады.

Молодой прапорщик-поэт вступал в жизнь с мечтой о том, чтобы стать верным гражданином своей отчизны и если понадобится – без колебаний отдать за неё жизнь!

Заграничные походы

С весны 1814 года Рылеев участвовал в заграничных походах русской армии. Он побывал в Польше, Саксонии, Баварии, Франции и других странах, узнавал много новых людей, видел иную жизнь и иные нравы. Зная простой народ лишь по рассказам и книгам, Рылеев впервые увидел простых солдат рядом с собой. Он знал, что это были великие герои, изгнавшие врага из родной земли. Теперь же поэт увидел, насколько тяжело живут эти герои. Рылеев ужаснулся 25-летнему сроку службы простых солдат, безжалостному отношению к ним многих офицеров. В его душе возникло острое чувство жалости к простым людям, желание помочь. Рылеев стал мечтать о деле, которое он сможет организовать для защиты простых людей. Но пока ещё не представлял, как сможет это сделать.

Во время похода Рылеев узнал о смерти отца, который последние годы работал управляющим в богатом имении князей Голициных. После смерти Рылеева-старшего они заявили, что он остался им много денег и передали дело в суд. В результате судебного решения на Батово наложили арест, и мать Кондратия Фёдоровича до конца жизни осталась практически без средств к существованию.

Рылеев жалел свою мать, и как бы тяжело ни приходилось – никогда не просил у неё денег.

В Воронежской губернии

После возвращения в Россию (в 1815 году) роту, в которой служил Рылеев, командировали в Острогожский уезд Воронежской губернии. Здесь поэт оставался несколько лет. В Острогожске он познакомился со многими известными фамилиями уезда. Некоторые из них были родом с Украины и сохраняли в окружении русского народа свои исконные обычаи и привычки.

В Острогожске поэт много читал и думал, часто видел негативные стороны жизни простых людей. Именно здесь он полностью сформировал свои взгляды и устремления, развил лучшие стороны поэтического таланта.

Во время приездов в Подгорное Рылеев познакомился с семьёй местного помещика М.А.Тевяшова. Вскоре он стал учить его дочерей русскому языку и старшая из них, Наташа, очень понравилась поэту. В это время он пишет многочисленные мадригалы и посвящения в её честь: «Наташа, Амур и я», «Мечта» и другие.

Через 2 года он просит благословения у своей матери на брак. Анастасия Матвеевна соглашается, но при условии, если сын честно скажет родителям невесты о своей бедности. Тевяшовых не пугает бедность жениха, они дают своё согласие. В 1818 году Рылеев выходит в отставку, а в 1820 году Кондратий и Наталья венчаются.

После свадьбы родные и знакомые уговаривали поэта остаться с семьёй на Украине и жить счастливо и спокойно. Но он не хотел «убить» молодые годы бездарно. Душа его рвалась в столицу.

Переезд в Петербург. Служба в суде

Во второй половине 1820 года Рылеев переезжает в Петербург. Обосновываться «с нуля» оказывается очень сложно, но постепенно Рылеевы привыкают к новой жизни.

В октябре этого же года происходит восстание Семёновского полка, когда доведённые до отчаяния солдаты открыто выступили против издевательств нового командира. В результате весь полк был посажен в Петропавловскую крепость, затем простых солдат отправили на каторгу или в сибирские гарнизоны, а офицеров – в действующую армию с запретом выхода в отставку или получения каких бы то ни было наград.

Рылеев был поражён жестокостью подавления восстания и открыто выступил против всесильного Аракчеева – в журнале «Невский зритель» была напечатана его ода «К временщику». Это было первым произведением поэта, под которым он поставил свою фамилию полностью. Петербург оцепенел, поражённый безумной смелостью этого «младенца», вставшего против всесильного «великана». Благодаря амбициозности Аракчеева, не желавшего открыто признать в тиране себя, Рылеев остался на свободе. Но журнал был закрыт и всесильный вельможа затаил злобу. Успех оды заставил Рылеева более серьёзно взглянуть на своё творчество и его конечные цели. Поэт впервые понимает, что своими произведениями он также может бороться против самодержавия.

С января 1821 года Рылееву предлагают место заседателя в Петербургской палате уголовного суда. Он не отказывается, т.к. понимает, что эта работа поможет ему защищать простых людей. За время службы Рылеев создаёт себе заслуженную репутацию честного и неподкупного судьи.

В апреле этого же года Кондратий Фёдорович вступил в члены «Вольного общества любителей русской словесности». Председателем его был герой войны 1812 года Фёдор Николаевич Глинка, который открыто выступал за равные права всех людей. Соответственно, Рылеев нашёл в нём полного единомышленника. Членами общества были также будущий декабрист А.Одоевский, друзья Пушкина В.Кюхельбекер и А.Дельвиг, писатель А.Грибоедов и другие выдающиеся личности того времени. Со всеми, кто входил в общество у Рылеева складывались прекрасные дружеские отношения.

Всё больше поэт задумывается о том, как поднять и вдохновить молодёжь на борьбу с самодержавием? И самым лучшим кажется ему напомнить о героических подвигах героев прошедших веков. Так рождается идея рылеевских «Дум» — стихотворных рассказов из русской истории, ориентированных на современность.

В мае 1821 года Кондратий Фёдорович едет на некоторое время в Подгорное, посещает Острогожск и Воронеж. Здесь его посещает творческое вдохновение, и он пишет новые оригинальные произведения: «Пустыня», «На смерть Полины молодой», «Когда от русского меча» и др. В этот же период он начинает цикл «Дум», материал для которого берёт не только из исторических трудов, но и из местного народного творчества. Через воспевание героического прошлого родной страны Рылеев надеется «разбудить» передовую молодёжь, чтобы поднять её на борьбу за лучшее будущее простого народа.

Большинство «Дум» известно и сейчас, некоторые – практически стали народными песнями (например «Смерть Ермака»).

Всё ближе к трагедии

Осенью 1823 года Рылеев вступает в члены Северного общества (декабристов). Он счастлив все силы и талант отдавать на благо того дела, которое для него важнее всего. Часто возвращаясь с собраний вместе с Бестужевым, они много думают над тем, что ещё можно сделать для обновления России. Так рождается идея издания сборника-альманаха «Полярная звезда», которая будет пользоваться несомненным успехом до 1825 года. Здесь опубликуют свои лучшие произведения А.С.Пушкин, А.Дельвиг, П.Вяземский, В.Жуковский и множество других выдающихся писателей и поэтов того времени. На страницах «Полярной звезды» выйдут и лучшие произведения самого Рылеева – «Думы» и поэма «Войнаровский».

Весной 1824 года Рылеев перешёл в Российско-американскую компанию правителем канцелярии и поселился в большой квартире на набережной Мойки, где организовался своеобразный «штаб» Северного общества. В конце года Кондратий Фёдорович возглавил организацию. Он стал укреплять её новыми надёжными и полезными людьми, вдохновлять их своим примером. Теперь Рылеев уже не говорил о возможностях конституционной монархии, он проповедовал избрание новой формы правления государством – республиканской.

Этот год ознаменовался для поэта многими тяжёлыми событиями: в феврале он дрался на дуэли и был легко ранен, в июне умерла его мать, а в сентябре – сын, которому только что исполнился год.

Роковое восстание

В сентябре 1825 года Рылеев участвовал ещё в одной дуэли, но уже в качестве секунданта. Вместо того чтобы постараться примирить участников, он всячески раздувал их конфликт. Возможно, именно из-за этого дуэль закончилась гибелью обоих участников.

Начало декабря принесло для участников Северного общества неожиданное событие – умер Александр I. Декабристы планировали приурочить своё выступление к моменту смерти царя, но не думали, что это произойдёт так скоро.

Рылеев и руководители других декабристских организаций срочно стали готовить выступление. Оно было назначено на 14 декабря 1825 года. Руководителем был избран Трубецкой, которому Рылеев полностью доверял. И именно Трубецкой стал главным предателем.

Сам Кондратий Фёдорович, как лицо гражданское, мог только прийти на Сенатскую площадь и поддержать восставших. И он там был, а потом большую часть дня метался по городу, надеясь найти подмогу.

К вечеру к площади были стянуты правительственные войска, которых было вчетверо больше, чем восставших. Николай I отдал приказ стрелять «по мятежникам». Декабристы дрались до последнего, не веря в обещанное помилование. Вокруг площади была огромная толпа народа, которая сочувствовала восставшим и по первому зову могла встать в их ряды, но декабристы не поняли этого и умирали в одиночестве. Восстание было подавлено. Тех, кто остался в живых, арестовали и отправили в Петропавловскую крепость.

В эту же ночь пришли и за Рылеевым. Его допросили во дворце, затем отправили туда же, куда и всех заговорщиков.

В течение нескольких месяцев проходили допросы. Рылеев брал на себя все возможные «грехи», называл только тех декабристов, об аресте которых уже точно знал, всячески старался выгородить товарищей, говорил о своей непримиримой ненависти к царствующей фамилии.

Благодаря такой «правдивости» Кондратий Фёдорович оказался в числе пяти главных зачинщиков восстания, которых было решено повесить.

Приговор был приведён в исполнение 13(25)июля 1826 года в Петропавловской крепости. Предполагается, что казённые декабристы были захоронены на острове Голодай, но точное место их упокоения неизвестно.

Интересные факты о Рылееве:

— Когда в детстве Рылеев болел, его мать горячо молилась Богу о выздоровлении сына. Ей явился ангел, который сказал, что мальчику будет легче умереть, чем получить такую судьбу. Когда она не согласилась, ангел оставил жизнь Кондратию, но показал матери, чем закончит жизнь её сын.

— Поэт был в числе тех 3-х несчастных, под которыми оборвалась верёвка при повешении. Они провалились вглубь виселицы, были вытащены и повешены вторично.

— В наши дни о.Голодай носит имя «Остров Декабристов».

Вернуться в раздел «Биографии»

Наталья Безшлеева, исполнительный директор «Адамас»

В каждом номере выбранный редакцией эксперт анализирует ритейл и ресторанный бизнес именно там, где живет, и участвует в блиц-интервью для CRE Retail.

Место жительства: Москва, Волгоградский проспект

Куда вы и ваша семья ходите покупать продукты? Довольны ли вы этими магазинами?

– Мясо и рыбу покупаем на рынке, причем не в Москве, а в городе Железнодорожном или Малоярославце Калужской области. Мне нравится общение и возможность поторговаться. Периодически нам как постоянным клиентам их привозят непосредственно домой. Но, если честно, я в продуктовых магазинах бываю крайне редко и даже не знаю, из каких конкретно магазинов продукты появляются дома.

Где вы и ваша семья приобретаете одежду?

– Если бываю за границей, стараюсь там купить одежду любимых брендов, которые я давно ношу и знаю, что они мне подходят. Если такой возможности нет, предпочитаю одежду наших российских дизайнеров. И хочу отметить, что за последние пять лет в этом направлении многое изменилось: высокое качество, интересный дизайн, лимитированные коллекции. По большому счету теперь базовый гардероб можно сформировать у российских дизайнеров. Например, мне очень нравятся Соколова и Богородская, Виктория Андрианова. С обувью, к сожалению, ситуация не столь радужная, здесь я делаю выбор однозначно в пользу европейских марок. Повседневный вариант – испанские бренды, вечерний – Маноло Бланик.

А товары для дома?

– Все, что нужно для хозяйственных нужд, покупается рядом с домом, по дороге на дачу, а по большому счету, где придется. Текстиль для дома предпочитаю шить на заказ. Сейчас огромный выбор тканей и мест, где их можно выбрать. Еще у меня есть любимый магазин при фабрике «Горизонт», рядом с музеем валенок в Москве, где мы покупаем одеяла, подушки, постельные аксессуары, где можно найти очень интересные авторские сувениры. Нашла его совершенно случайно, когда повела друзей из Германии в музей. Мы зашли купить сувениры из войлока, а оказалось, что там же продаются замечательные товары для дома: отличного качества подушки из пуха, невесомые одеяла из верблюжьей шерсти – приятные и практичные в уходе.

В мебели у меня нет привязанности к бренду. Ее выбор зависит от потребности. При прочих равных выберу российского производителя, который предлагает интересный дизайн, высокое качество материалов и исполнения.

Каких магазинов не хватает лично вам и вашей семье в районе проживания?

– Объективно в нашем районе не хватает современных профессиональных ТРЦ. У нас преобладают магазины шаговой доступности, которые сильно уступают по ассортименту, качеству обслуживания, ценовой политике профессиональной сетевой рознице.

Какие магазины, напротив, вам бы хотелось из своего района убрать, считая их неуместными по разным причинам?

– На самом деле я считаю, что если магазины существуют, значит, они востребованы. Магазины реализуют социальную функцию, они должны обеспечивать все потребности населения. Отрегулировать, какие магазины не нужны, должен сам рынок.

Ресторанный сегмент: оцените кафе и рестораны в вашем районе.

– У нас в районе много кафе и ресторанов, но, к сожалению, я бываю в них редко. В рестораны я хожу скорее по необходимости. Чаще всего это деловая встреча, и ресторан выбирается по принципу «вкусно, приятная атмосфера, рядом». Если мы ходим куда-то в выходной, выбираем скорее исходя из настроения. Привязанности к конкретному бренду или месту нет, но предпочитаем какую-то необычную кухню, что-то, что никогда не будем готовить сами – индийскую кухню, например.

Если бы к вам обратились за советом ритейлеры и рестораторы, что вы сами посоветовали бы им открыть в вашем районе проживания?

– Не хватает качественного сетевого ритейла, но объективно нет и профессионального торгового центра, поэтому в первую очередь я бы рекомендовала девелоперам наш район как перспективный для реализации проектов торговой недвижимости. Сейчас у нас есть торговые центы старого формата со странным набором арендаторов, по моим ощущениям, это ритейл 10‑летней давности. Что касается ресторанов, лично я была бы «за» открытие стейк-хауса, но это скорее пожелание, не рекомендация.

Позвольте представить…

Профессиональную карьеру Наталья начала в 2001 году в компании «Вимм-Билль-Данн» в должности руководителя экспертно-аналитического отдела. На этапе развития бизнеса руководила процессами интеграции в группу вновь приобретенных производственных компаний, занимала руководящие позиции в финансовых управлениях подразделений, впоследствии став заместителем финансового директора бизнес-направления «Напитки». В 2006 пришла в ГК «ПИК» финансовым директором «Первой ипотечной компании» (девелопмент, г. Москва), по итогам успешной реорганизации деятельности финансовых служб в процессе выхода компании на IPO была назначена генеральным директором «Эксперт-Сервис». В 2009–2015 гг. осуществляла руководство операционной деятельностью, а также руководила проектами реинжиниринга бизнес-процессов в компаниях «Семейный доктор», «АФИ Девелопмент», «Инвестиционная компания А1» («Альфа-Групп»), «Тринфико Пропети Менеджмент». Ключевые компетенции Натальи – оптимизация и постановка бизнес-процессов, антикризисное управление, повышение эффективности деятельности.

С 2015 года работает в компании «Адамас»: в мае приглашена на должность финансового директора, в сентябре назначена ее исполнительным директором.

Наталья замужем, воспитывает дочь, увлекается ландшафтным дизайном.

LiveInternetLiveInternet

Кондратий Федорович Рылеев — декабрист и поэт. Родился в захудалой дворянской семье 28 сентября 1795 года. Отец его, управлявший делами князя Голицына, был человек крутой и обращался деспотически как с женой, так и с сыном. Мать, Анастасия Матвеевна (урожденная Эссен), желая избавить ребенка от жестокого отца, отдала его в первый кадетский корпус, когда Кондратию было лишь шесть лет. В 1814 году Рылеев стал офицером конной артиллерии и участвовал в походе в Швейцарию, в 1815 году во Франции. В 1818 году вышел в отставку.

В 1820 году Кондратий Рылеев женился на Наталье Михайловне Тевяшовой и переехал в Петербург. Сначала он устроился на должность судьи, причем стал известен своей неподкупной честностью, а вскоре открыл в себе два таланта: поэтический и коммерческий. Он поступил в российско-американскую торговую компанию и страстно полюбил Соединенные Штаты, видя в них образец свободного государства. Первым стал он издавать литературный журнал («Полярная звезда»), который давал писателям и поэтам приличные гонорары. Тогда же Рылеев написал свои «Думы», в которых, вдохновленный Карамзиным, попытался набросать поэтические образы самых ярких личностей русской истории. Затем выпустил поэму «Войнаровский», высоко оцененную Пушкиным. Поэма эта замечательна тем, что в ней он описал именно те места, где спустя несколько лет пришлось отбывать ссылку его друзьям-декабристам.

В Петербурге Рылеев знакомится со многими заговорщиками, узнает в них ту же поэтическую, слепую и наивную жажду свободы и становится, по его собственным словам, «пружиной заговора». Он и вправду стал душою, вдохновителем и певцом восстания. Любые трезвые сомнения своих соратников он рассеивал порой нелогичными, но твердыми доводами. Он спокойно и в то же время неотступно убеждал одного, другого, третьего в том, что Россия вся заражена злом, что ничего не осталось в ней живого, что всюду разврат, мздоимство, несправедливость. Повсюду правит временщик Аракчеев, образ которого был для Рылеева мифическим слиянием всех самых гнусных черт ненавистного ему «деспотизма». Россия пресмыкается во тьме, и один только выход из этой тьмы — переворот. Нужно начать, считал Рылеев, и тогда люди увидят правоту начатого дела и подхватят эстафету. Россия будет перевернута, и родится из этого хаоса богиня свободы, которая озарит возлюбленное отечество новым светом.

Николай Павлович никак не мог решиться взойти на престол, а Константин Павлович от царства отказывался, заговорщики поняли, что выдался единственный и неповторимый момент. Было решено распространять среди солдат слухи, что их обманывают, что Константин вовсе не отрекался от престола, что умерший царь оставил завещание, в котором солдатам уменьшен срок службы и дана свобода крестьянам. Рылеев весь отдался революционной экзальтации. Он знал, что скорее всего их дело обречено на провал, но некий рок влек его на площадь, он видел себя жертвой, приносимой за освобождение человечества. «Да, мало видов на успех, — говорил он, — но все-таки надо, все-таки надо начать». А за несколько месяцев до того в «Исповеди Наливайко» Рылеев писал: «Известно мне: погибель ждет / Того, кто первый восстает / На утеснителей народа; / Судьба меня уж обрекла. / Но где, скажи, когда была / Без жертв искуплена свобода?»

В ту же ночь Рылеев прощался с женой. Всей силой страдающего женского сердца она удерживала его. «Оставьте мне моего мужа, не уводите его, я знаю, что он идет на погибель», — твердила она, обращаясь к друзьям Рылеева. Но все было уже решено. Ничего не могли изменить даже рыдания пятилетней дочери, которая обнимала колени отца, вглядываясь в его сосредоточенное лицо своими чистыми, пронзительными, полными слез глазами. Рылеев вырвался из объятий дочери, уложил почти лишенную чувств жену на диван и выбежал вслед за Николаем Бестужевым, который много лет спустя запечатлел в своих воспоминаниях эту сцену.

А к вечеру того же дня все было кончено. Еще ходили кучками разбушевавшиеся простолюдины, еще убирали с площади последние следы безумной ревности дворянских революционеров, еще Карамзин с тремя сыновьями бродил по сумеречным улицам Петербурга, вглядываясь в страшное лицо той силы, которая через сто лет поглотит столь любимую им Россию и столь драгоценную для него самодержавную власть. А Рылеев воротился домой. Что-то навсегда рухнуло в его душе, какой-то новый голос начал приглушенно звучать в ней. Заговорила совесть. «Нехорошо сделали, вся Россия погублена», — сказал он после возвращения с площади.

А вскоре он и большинство других декабристов были в Петропавловской крепости. Известно, как малодушно выдавали они друг друга, как усердствовали в разоблачениях, как легко рассыпались основания всех их теоретических построений перед ужасом тюрьмы и властной силы. Рылеев же с первых дней заключения стал ощущать все более нарастающий голос высших сил души, голос, зовущий человека к вечному, горнему, неподвластному законам земной жизни. Если до того он думал всегда о царстве справедливости здесь, на земле, а не за пределами гроба, то теперь он все серьезней вглядывался в облик Христа, пострадавшего за людей и звавшего их к непостижимому Небесному Царству. Нам невозможно с точностью проследить, как и с какой скоростью происходил этот переворот в душе узника. Но свершившееся перерождение очевидно. Дореволюционный исследователь жизни и творчества Рылеева Нестор Котляревский пишет, что «к концу заключения у него не осталось ни тени революционного духа».

Лучше всего свидетельствуют об этом чудные письма Кондратия Федоровича к жене. Все они пронизаны одним: уверенностью в благости и милосердии Провидения. Царь для него теперь не самовластный деспот, а выразитель этой воли. «Положись на Всевышнего и милосердие государя», — пишет множество раз Рылеев из крепости. Предугадывая грядущую казнь, он никоим образом не считает ее жестокой или несправедливой и взывает к жене: «Что бы ни постигло меня, прими все с твердостью и покорностью Его (Бога. — Т.В.) святой воле». Потрясенный царской милостью (Николай прислал жене 2 тысячи рублей, а затем императрица прислала на именины дочери тысячу), Рылеев со всей силой русской души отдается чувству любви и благодарности царской семье. «Чтобы со мной ни было, — говорит он, — буду жить и умру для них». (Надо отметить, что царь продолжил свою заботу о семье Рылеева, и жена его получала пенсию до вторичного замужества, а дочь — до совершеннолетия.) Рылеев говорит также о том, что «по сю пору обращаются с ним не как с преступником, а как с несчастным». И видя в этом заслугу царя, он пишет жене: «Молись, мой друг, да будет он (царь. — Т.В.) иметь в своих приближенных друзей нашего любезного отечества и да осчастливит он Россию своим царствованием».

Рылеев благодарит судьбу за случившееся с ним. «Пробыв три месяца один с самим собою, — пишет он жене — я узнал себя лучше, я рассмотрел всю жизнь свою и ясно увидел, что я во многом заблуждался. Раскаиваюсь и благодарю Всевышнего, что Он открыл мне глаза. Что бы со мной ни было, я столько не утрачу, сколько приобрел от моего злополучия, жалею только, что уже не могу быть полезным моему отечеству и государю столь милосердному». С горечью чувствует Рылеев страшную вину перед своей семьей. Ему остается одно утешение: горячо молиться за жену и дочь. «Мой милый друг, — пишет он, — я жестоко виноват перед тобою и ею (дочерью. — Т.В.): простите меня ради Спасителя, которому я каждый день вас поручаю: признаюсь тебе откровенно, только во время молитвы и бываю я спокоен за вас. Бог правосуден и милосерд, он вас не оставит, наказывая меня».

Незадолго до казни Рылеев составляет записку, обращенную к Николаю. В ней он отрекается от «своих заблуждений и политических правил» и мотивирует это отречение тем, что дух его открыл для себя мир христианской веры и теперь все предстало ему в новом свете, и он «святым даром Спасителя мира примирился с Творцом своим». В этой записке он не просит о помиловании, признает свою казнь заслуженной и «благословляет карающую десницу», но молит лишь об одном: «Будь милосерд к товарищам моего преступления». Рылеев возводит основную вину на себя, утверждая, что это он «преступною ревностию своею был для них гибельным примером» и из-за него «пролилась невинная кровь».

В ночь перед казнью Кондратий Федорович был кроток и тих. Приходил священник отец Петр Смысловский, который более полугода был, по словам самого узника, «его другом и благодетелем». Священник причастил осужденного. В предрассветные часы Рылеев писал свое последнее письмо к жене: «Бог и государь решили участь мою: я должен умереть и умереть смертию позорною. Да будет Его святая воля! Мой милый друг, предайся и ты воле Всемогущего, и Он утешит тебя. За душу мою молись Богу. Он услышит твои молитвы. Не ропщи ни на Него, ни на государя: это будет и безрассудно, и грешно. Нам ли постигнуть неисповедимые пути Непостижимого? Я ни разу не возроптал во время моего заключения, и за то Дух Святый дивно утешал меня. Подивись, мой друг, и в сию самую минуту, когда я занят только тобою и нашей малюткою, я нахожусь в таком утешительном спокойствии, что не могу выразить тебе. О, милый друг, как спасительно быть христианином…» Уже светало, раздались шаги и голоса за дверями, Рылеев дописывал последние слова своего последнего письма: «Прощай! Велят одеваться. Да будет Его святая воля».

Ранним утром 13 (25) июля 1826 года небольшая толпа людей сошлась на одной из петербургских набережных. Лица были сосредоточенны и мрачны, восходящее солнце освещало тела казненных. Дело было для России небывалое. Со времен Пугачева здесь не знали казней. Виселицу сделали неловко, слишком высокой, пришлось нести из находящегося по соседству училища торгового мореплавания школьные скамейки. Веревки долго подбирали, но так и не смогли найти годные. Трое из казнимых сорвались. Сами производители казни жалели преступников, которые, воздев руки к небу, молились перед смертью, целовали крест священника и восходили на эшафот, становившийся для них ступенью к непостижимой вечности.

Эта казнь Павла Пестеля, Сергея Муравьева-Апостола, Кондратия Рылеева, Михаила Бестужева-Рюмина и Петра Каховского и предшествующие ей трагические события дали одну из самых страшных трещин в нашей истории. Царь, помимо своей воли восходивший на престол, встретил в лице самой талантливой, знатной и образованной молодежи врагов своего государства, и на протяжении всего царствования он не мог отделаться от глубокого сомнения в благих намерениях дворянского общества, а общество, в свою очередь, пока приглушенно и тайно, но все больше вставало в оппозицию русскому историческому строю.

Понимая всю действительную преступность наших первых революционеров, признавая глубоко негативные последствия их действий, нельзя, однако же, не заинтересоваться их противоречивыми и странными судьбами. Вглядываясь в глубину этих душ, пылких и поэтичных, но взбаламученных до крайности духом времени, можно подчас обнаружить удивительные жемчужины. И кажутся глубоко верными слова, сказанные о декабристах священником Петром Смысловским, который исповедовал их в крепости. «Они страшно виноваты, — говорил он, — но они заблуждались, а не были злодеями! Их вина произошла от заблуждений ума, а не от испорченности сердца. Господи, отпусти им! Не ведали, что творили. Вот наш ум! Долго ли ему заблудиться? А заблуждение ведет на край погибели».

Декабристы

Анастасия Кондратьевна Рылеева-Пущина, дочь Рылеева, составитель первого собрания сочинений поэта (1872), корреспондент «Полярной звезды» А. И. Герцена. 1870.

Весной 1817 г. в Острогожском уезде разместилась 11-я конно-артиллерийская рота 1-й артиллерийской бригады, в которой служил один из будущих вождей декабристского движения К.Ф. Рылеев. Об этом, помимо воспоминаний А. И. Косовского, свидетельствуют и данные губернской «Воронежской летописи». В ней отмечено: «1817. Расположены в Воронежской губернии полки 1-й драгунской дивизии и 1-бригады 2-й драгунской дивизии, квартировавшие до 1825 г.». (Памятная книжка Воронежской губернии на 1863–1864 г. Воронеж, 1864. С. 71).

О приезде в Острогожск русских воинов, побывавших в заграничных походах, профессор А. В. Никитенко вспоминал в своих мемуарах как о событии ярком и радостном. «Тем временем…в нашем городе произошло событие, которое, внеся в него новый элемент, и для меня было источником новых свежих впечатлений… В один прекрасный день весной 1818 г. его сонные улицы оживились, запестрели знамёнами и мундирами, огласились конским топотом и звуками военной музыки». В те времена Острогожск и Острогожский уезд были в Воронежской губернии одним из примечательных мест после Воронежа. Острогожск принадлежал к старинным русским городам, был основан в 1652 г. для отражения татарских набегов. Большинство острогожских «служилых людей» были выходцами из украинских земель. Всё это наложило печать своеобразия на жителей Острогожского уезда, сохранявших многое от своих украинских предков в языке, обычаях и нравах, но в то же время испытавших на себе большое воздействие окружавшего их исконно русского населения.
Среди острогожских жителей, известных «не одной родовитостью, но и полезной деятельностью», выделялись дворянские фамилии: Станкевичей, Фирсовых, Лисаневичей, Астафьевых, Томилиных, Сафоновых; купцов В. А. Должикова, Д. Ф. Панова и др. У многих из них под влиянием «духа времени» в той или иной мере проявлялось настроение в стремлении к свободе и протесте против гнёта всемогущего бюрократизма.
Наиболее близки Рылееву были братья Бедряги. Генерал-майор Г. В. Бедряга, помещик слободы Белогорье, имел трёх сыновей: Михаила, Николая и Сергея. Все они были на военной службе. С М. Г. Бедрягой (1779–1833), героем Отечественной войны, соратником знаменитого Д. Давыдова они были знакомы ещё с 1817 г. Знавшие М. Г. Бедрягу единодушно отзывались о нём как о «высокой храбрости и дарований офицере». В бородинском сражении М. Г. Бедряга получил тяжёлое ранение, заставившее его подолгу жить и лечиться у себя в имении, в Белогорье, где он и сблизился с Рылеевым. Поэт посвятил ему ряд своих произведений («Пустыня (К М. Г. Бедряге)» и др.), делился с ним своими творческими планами, регулярно пересылал М. Бедряге свои сочинения. С Николаем Бедрягой (1786–1856) Рылеев был знаком с 1819 г., когда тот в чине полковника вышел в отставку и поселился сначала в Белогорье, а потом в своём имении на хуторе Острые Могилы Острогожского уезда. В июле 1821 г. Рылеев написал стихотворение на рождение у Н. Г. Бедряги сына Якова («Да будешь, малютка, как папа, бесстрашен…»).
К. Рылеев был хорошо знаком с В. Т. Лисаневичем, бывшим в конце 1810-х – начале 1820-х гг. острогожским предводителем дворянства. В. Т. Лисаневич и другие его братья, Сергей и Василий принадлежали к «умственной аристократии» Острогожского уезда. Неподалёку от Подгорного жили Н. Ф. Матвеев, В. А. Труфанов, Н. А. Сафонов, Куколевские и другие местные помещики, с которыми Рылеев был довольно близок. В конце декабря 1820 г. поэт писал жене: «…с нового года я буду издавать журнал в Петербурге под названием «Невский Зритель». Скажи об этом Николаю Фёдоровичу (Матвееву), а также В. А. Труфанову». (Рылеев. ПСС, 1934. С. 546). Н. Ф. Матвеев, полковник в отставке, как и Бедряги, принадлежал к заслуженным ветеранам войны 1812 г., в своё время он возглавлял Острогожское земское ополчение («Воронежское дворянство в Отечественную войну», С. 274). Матвеев часто бывал в Петербурге и, как близкое, доверенное лицо, часто использовался Рылеевым для пересылки писем.
Поэт с большим участием отнёсся к А. В. Никитенко и сыграл решающую роль в его освобождении из крепостной неволи. Впервые будущий историк литературы, литературный критик, профессор Петербургского университета, академик А. В. Никитенко увидел поэта К. Ф. Рылеева осенью 1818 г. в книжной лавке Острогожска. «Я взглянул на него, – вспоминал он много лет спустя эту встречу, – и пленился тихим сиянием его тёмных и в то же время ясных глаз с кротким задумчивым выражением всего лица. Он потребовал «Дух законов» Монтескье, заплатил деньги и велел принести себе книги на дом. «Я с моим эскадроном не в городе квартирую, – заметил он купцу, – стоим довольно далеко. Я приехал сюда на короткое время, всего на несколько часов: прошу вас, не замедлите присылкою книг. …Пусть ваш посланный спросит поручика Рылеева. Тогда имя это ничего не сказало мне, но изящный образ молодого офицера живо запечатлелся в моей памяти». (Никитенко А. В. Записки и дневники. Т. 1. М., 2005. С. 115). Эта встреча имела своё продолжение в Петербурге в мае 1824 г. А. В. Никитенко приехал с давно вынашиваемой мечтой освободиться от крепостной зависимости. В. И. Астафьев, один из друзей поэта и родственник Тевяшовых, снабдил его рекомендательным письмом именно к Рылееву. Рассказывая об этой встрече с поэтом-декабристом, А. В. Никитенко набросал великолепный портрет, один из лучших в мемуарной литературе о Рылееве: «Среднего роста, хорошо сложенный, с умным, серьёзным лицом, он с первого взгляда вселял в вас как бы предчувствие того обаяния, которому вы неизбежно должны были подчиниться при более близком знакомстве. Стоило улыбке озарить его лицо, а вам самим поглубже заглянуть в его удивительные глаза, чтобы всем сердцем, безвозвратно отдаться ему. В минуту сильного волнения или поэтического возбуждения глаза эти горели и точно искрились: столько было в них сосредоточенной силы и огня». (Никитенко А. В. Записки и дневники. Т. 1. М., 2005. С. 167–168). «Кампания» по освобождению Никитенко была упорной и длительной. Рылеев подключил к ней своих друзей-декабристов Е. П. Оболенского, А. М. Муравьёва и др. В конце концов, 11 октября 1824 г. Никитенко получил отпускную. А. В. Никитенко потом никогда не забывал К. Ф. Рылеева и постоянно посещал его до самого дня восстания на Сенатской площади. «Я не знавал другого человека, который обладал бы такой притягательной силой, как Рылеев». Эти слова А. В. Никитенко могли бы повторить большинство людей, знавших поэта.
В Подгорном Рылеев познакомился с семейством местного помещика М. А. Тевяшова. Тевяшовы принадлежали к старинному дворянскому роду. Их предок был выходцем из Золотой орды. При Дмитрии Донском он принял православие и получил в крещении имя Азария. Свою фамилию Тевяшовы унаследовали от внука Азария Вавилы Гавриловича, по прозванию Тевяш. Дом Тевяшовых привлекал Рылеева не только гостеприимством хозяев, но и двумя их молоденькими дочерьми. В письме к матери из Острогожского уезда от 17 сентября 1817 г. он просит позволения выйти в отставку и жениться на «милой Наталье». Переписка длилась долго. А. М. Рылееву смущали бедность, молодость сына, поспешность его отставки. «Пользы служба не принесла мне никакой, – писал он матери, – и с моим характером я вовсе для неё не способен…». 26 декабря 1818 г. вышел приказ об отставке, по которому «прапорщик Рылеев увольнялся от службы подпоручиком по домашним обстоятельствам». (Рылеев, ПСС, 1934. С. 452).
Д. А. Кропотов, младший современник Рылеева, близкий к его семье, в 1869 г. так вспоминал об увлечении поэта Н. М. Тевяшовой и его сватовстве. «Познакомившись в доме Тевяшова, Рылеев не мог не обратить внимания на его дочь, девицу Наталью Михайловну. Необыкновенная красота девушки и превосходные свойства её души произвели на молодого артиллериста сильное впечатление…». (Кропотов Д. А. Несколько сведений о Рылееве. С. 76). Наталья Михайловна Тевяшова родилась в 1800 г. Образование её, как и старшей сестры Анастасии, было весьма скромным, домашним. По свидетельству Косовского, Рылеев много занимался с сёстрами, «в два года усиленных занятий обе дочери оказали большие успехи» и «могли хвалиться своим образованием противу многих девиц, соседей своих, гораздо богаче их состоянием, в особенности… Наталья Михайловна…».
22 января 1819 г. Кондратий Рылеев и Наталья Тевяшова поженились. После свадьбы Рылеевы жили в Подгорном до августа 1819 г., отъезд в Петербург был отложен из-за свадьбы сестры Н. М. Рылеевой – Анастасии, которая летом вышла замуж за губернского секретаря А. Д. Коренева, помещика из соседней слободы Сагуны. Рылеев посвятил своему новому родственнику стихотворение «К другу моему».
Будущее готовило молодожёнам немало испытаний, но до конца дней своих Рылеев не раскаивался в выборе жены. А в своём последнем, предсмертном письме жене, Рылеев, говоря об их единственной дочери Настеньке, писал: «Прошу тебя более заботиться о воспитании её. Я желал бы, чтобы она была воспитана при тебе… и она будет счастлива, несмотря ни на какие превратности в жизни, и когда будет иметь мужа, то осчастливит его, как, ты, мой милый, мой добрый и неоценённый друг, счастливила меня в продолжении восьми лет».
3 июля 1826 г. в предсмертном письме к жене Рылеев писал: «Ты не оставайся здесь (в Петербурге) долго, а старайся кончить дела и отправляйся к почтеннейшей матушке» (Рылеев. ПСС, 1934. С. 519). 3 января 1827 г. Н. М. Рылеева получила из Петропавловской крепости вещи своего мужа. А уже 2 февраля в Подгорное были отправлены дворовые люди с поклажей. 3 марта отправилась туда и Н. М. Рылеева с дочерью. В Подгорное Н. М. Рылеева привезла уцелевшую часть архива мужа, немало книг и журналов из его библиотеки. У вдовы поэта также хранились «острогожские» рукописи Рылеева, затем у дочери (в настоящее время находятся в Пушкинском Доме).
С 1829 по 1832 гг. вдова поэта жила в Петербурге ради образования дочери. В 1833 г. она вновь, и на этот раз надолго, уезжает в Подгорное. В октябре 1833 г. Н. М. Рылеева вышла замуж за острогожского помещика, поручика в отставке Г. И. Куколевского, переселившись в его имение Судьевку, верстах в 12 от Подгорного. Умерла Н. М. Рылеева-Куколевская 31 августа 1853 г. Дочь Рылеева, (в замужестве Пущина) Анастасия Кондратьевна (23.05.1820, с. Подгорное Острогожского уезда Воронежской губернии – 26.05.1890, с. Кошелевка Тульской губ.) окончила Патриотический институт в Петербурге. 31 августа 1842 г. вышла замуж за Ивана Александровича Пущина. У А. К. и И. А. Пущиных были дети (внуки Рылеева), три дочери – Анна, Наталья (в замужестве Денисьева), Софья (в замужестве Органова) и сын – Николай Иванович Пущин. Анастасия Кондратьевна выступила издательницей отцовских произведений: «Сочинения и переписка К. Рылеева» (СПб., 1872, 1874).
Имя Кондратия Фёдоровича Рылеева известно каждому жителю Острогожского и Подгоренского районов. В 1950-е годы именем Рылеева названа одна из улиц г. Острогожска. К юбилейным дням поэта проходят литературные конкурсы, готовятся книжные выставки и др. мероприятия.

Литература

***