Кто такой шварц?

Автор

Евгений Львович Шварц

Евгений Шварц — русский советский писатель, драматург, сценарист, автор детских книг и культовых пьес «Голый король», «Снежная королева», «Тень», «Дракон», «Обыкновенное чудо». Участник «Ледяного похода» генерала Лавра Корнилова. Евгений Шварц родился в Казани, в семье Льва Борисовича Шварца (в крещении — Льва Васильевича, по крестному отцу, 1874-1940) и Марии Федоровны Шелковой (1875—1942). Отец после окончания курса Екатеринодарской гимназии поступил на медицинский факультет Казанского университета и окончил его со степенью врача-хирурга. Мать окончила акушерские курсы. Раннее детство Евгения Шварца прошло в переездах : отец не раз обвинялся в революционной деятельности, в результате чего неоднократно подвергался арестам и ссылкам, ему запрещалось проживание в губернских городах. Крещёный в православие в возрасте 7 лет Евгений считал себя русским. В 1914 году Евгений поступил на юридический факультет МГУ, но через два года, отказался от профессии юриста, посвятив жизнь театральному искусству и литературе. Весной 1917 был призван в армию, находился в запасном батальоне в Царицыне. В августе служил в Москве юнкером, 5 октября был произведён в прапорщики. Участвовал в «Ледяном походе» Корнилова, где при взятии Екатеринодара получил контузию, из-за чего всю жизнь страдал тремором рук. Был демобилизован и поступил в университет в Ростове-на-Дону, где начал работать в «Театральной мастерской». Одновременно работал фельетонистом в провинциальной газете «Всесоюзная кочегарка», где судьба его свела с Николаем Олейниковым, ставшим впоследствии близким другом и соавтором. В 1921 приехал в Петроград в составе ростовской театральной труппы. Некоторое время работал секретарём у Корнея Чуковского, а в 1923 году начал публиковать свои фельетоны. С 1924 работал в Госиздате под руководством Самуила Яковлевича Маршака, тогда же сблизился с представителями литературного объединения ОБЭРИУ. С 1925 стал постоянным сотрудником детских журналов «Ёж» и «Чиж», писал книги для детей. В 1929 году Ленинградский ТЮЗ поставил первую пьесу Шварца — «Ундервуд». Шварц сочинял повести, рассказы, стихи, пьесы для детей и для взрослых, сатирические обозрения, либретто для балетов, репризы для цирка, кукольные пьесы для театра Сергея Образцова, киносценарии. Во время Великой Отечественной войны Шварц продолжал работать в блокадном Ленинграде, позже был эвакуирован в Киров и в Душанбе, куда переехал Ленинградский театр Комедии. По возвращении жил в Ленинграде. Опубликованы его дневники, где описаны встречи с Шостаковичем, Ахматовой и другими выдающимися деятелями культуры.

Евгений Шварц

Евгений Львович Шварц родился 9 (21) октября 1896 в Казани в семье врача. Детство его прошло в г.Майкопе. Шварц не окончил юридический факультет Московского университета, где учился в первые годы после Октябрьской революции 1917, поскольку начал играть в театрах-студиях – сначала в Ростове-на-Дону, а с 1921 в Петрограде, в «Театральной мастерской». В рецензиях на спектакли «Театральной мастерской» критики отмечали выдающиеся пластические и голосовые данные Шварца и прочили ему блестящее актерское будущее. Несмотря на это, он оставил сцену в начале 1920-х годов и работал литературным секретарем К.И.Чуковского, а в 1923–1924 – журналистом различных изданий г.Донецка, в том числе журнала «Забой» и известной за пределами Донбасса газеты «Кочегарка», для которой сочинял стихотворные фельетоны под псевдонимом Дед Сарай. Сотрудничал с журналом «Ленинград».

В 1924 Шварц вернулся в Ленинград, работал в детской редакции Госиздата под руководством С.Маршака. Одной из главных его обязанностей была помощь дебютантам, многие из которых вспоминали о том, что Шварц отличался редкостной способностью развивать и дополнять чужие замыслы, помогая таким образом новичкам прояснить их индивидуальные возможности и намерения.

В эти годы Шварц был близок к группе ОБЭРИУ. Как и многие обэриуты, писал детские рассказы и стихи для журналов «Чиж» и «Еж» (Рассказ старой балалайки, 1925, и др.), издавал детские книги. Вспоминая общественную обстановку тех лет, Шварц писал: «Противники антропоморфизма, сказки утверждали, что и без сказок ребенок с трудом постигает мир. Им удалось захватить ключевые позиции в педагогике. Вся детская литература была взята под подозрение. Единственное, что, по их мнению, разрешалось делать детским писателям, это создавать некоторые необязательные довески к учебникам». В такой атмосфере рождалась драматургия Шварца.

В 1929 Шварц написал свою первую пьесу «Ундервуд». Сюжет ее прост: студент Нырков получил для срочной работы на дому пишущую машинку «Ундервуд», жулики решили ее украсть, а пионерка Маруся помешала им. Детский образ, воплощающий в себе дружбу и самоотверженность, благодаря которым развеиваются силы зла, стал сквозным образом пьес Шварца – подобно Марусе из «Ундервуда» и девочке Птахе, героине пьесы «Клад» (1933).

В 1934 режиссер Н.Акимов уговорил драматурга попробовать свои силы в комедийной драматургии для взрослых. В результате появилась пьеса «Похождения Гогенштауфена» – сатирическое произведение со сказочными элементами, в котором борьба добрых и злых сил происходила в реалистически описанном советском учреждении, где управделами Упырев оказывался настоящим упырем, а уборщица Кофейкина – доброй феей.

Пьеса «Тень» (1940), написанная, как и некоторые другие пьесы Шварца, по мотивам сказок Х.К.Андерсена, была снята с репертуара сразу после премьеры, т.к. в ней сказка слишком очевидно приближалась к политической сатире. Возможно, этим объясняется обращение Шварца к современной теме с «идеологически выдержанных позиций» и без сказочных элементов. Незадолго до Великой Отечественной войны он написал пьесы «Брат и сестра» (о спасении детей со льдины) и «Наше гостеприимство» (о бдительности советских людей накануне войны). В годы войны написал пьесу о блокаде Ленинграда «Одна ночь» (1942), в которой также не было элементов сказки.

В годы Великой Отечественной войны Шварц был эвакуирован из блокадного Ленинграда в Киров (Вятку) и Сталинабад (Душанбе). Работал над пьесой «Дракон» (1943), которая была поставлена уже после войны. Спектакль был снят с репертуара сразу после премьеры в Ленинградском театре комедии. Пьеса оставалась под запретом до 1962. Содержание пьесы не сводилось к победе доброго рыцаря Ланцелота над злым правителем Драконом. Могущество Дракона было основано на том, что он сумел «вывихнуть людские души», поэтому сразу после его смерти началась борьба за власть между его приспешниками, а народ по-прежнему довольствовался своим убогим существованием.

Ознакомившись с режиссерской экспозицией Дракона, сделанной Акимовым, Шварц высказал в письме постановщику один из главных принципов своей драматургии: «Чудеса придуманы прекрасно. Но в самом обилии их есть оттенок недоверия к пьесе… Если чудо вытекает из того, что сказано в пьесе, – оно работает на пьесу. Если же чудо хоть на миг вызывает недоумение, требует дополнительного объяснения, – зритель будет отвлечен от весьма важных событий. Развлечен, но отвлечен». Читатель и зритель пьес Шварца мог делать выводы о позиции автора, исходя из конкретных образов и ситуаций, из последовательного раскрытия драматургом психологии персонажей. При наличии глубокого философского подтекста, пьесы Шварца «Голый король» (1934), «Красная Шапочка» (1936), «Снежная королева» (1938), «Золушка» (1946), «Обыкновенное чудо» (1954) и другие антидидактичны; необыкновенное, сказочное сочетается в них с реальным, узнаваемым. По аналогии с «комедиями характеров» критики называли их «сказками характеров».

После войны общественное положение драматурга было нелегким. Об этом свидетельствует его Автобиография, написанная в 1949 и изданная в 1982 в Париже. При жизни Сталина пьесы Шварца не ставились. За возвращение их на сцену выступила в 1954 Ольга Берггольц, назвав Шварца на съезде писателей самобытным, своеобразным и гуманным талантом. В 1956 был издан первый сборник его пьес, по ним снова начали ставить спектакли – и в СССР, и за рубежом.

В 1955–1956 Шварц вел дневниковые записи, ставшие основой его «Телефонной книжки» – уникальной формы мемуаров, изобретенной им самим. «Телефонная книжка» (впервые полностью опубл. 1997) – это миниатюрные портреты современников, с которыми сводила Шварца творческая судьба, а также меткие характеристики всевозможных советских учреждений – творческих союзов, издательств, театров, вокзалов и т.п. Цель ведения «Телефонной книжки» Шварц определил в ней же самой: «Я пишу о живых людях, которых рассматриваю по мере сил подробно и точно, словно явление природы. Мне страшно с недавних пор, что люди сложнейшего времени, под его давлением принимавшие или не принимавшие сложнейшие формы, менявшиеся незаметно для себя или упорно не замечавшие перемен вокруг – исчезнут…. Мне кажется, что любое живое лицо – это историческое лицо… Вот я и пишу, называя имена и фамилии исторических лиц».

И.Эренбург охарактеризовал Шварца как «чудесного писателя, нежного к человеку и злого ко всему, что мешает ему жить». В.Каверин называл его «личностью исключительной по иронии, уму, доброте и благородству».

Шварц написал около 25 пьес, не все они изданы. По его сценариям поставлены фильмы «Первоклассница», «Золушка», «Дон-Кихот», в которых снимались блистательные актеры Э.Гарин, Я.Жеймо, Ф.Раневская, Н.Черкасов, Ю.Толубеев и др.

Умер Шварц в Ленинграде 15 января 1958.

К/Ф «ОБЫКНОВЕННОЕ ЧУДО» * сл. Ю.Михайлова
4. Пошел я к девушке…
— 1. Песня фрейлин о немытой голове
Кошмар!, Позор!, Кабак!, Бедлам!
Да, что же это в самом деле?
Порядочных женщин, воспитанных дам
Держать буквально в черном теле?
Чтоб он подох, так черта с два,
Добра не жди от паразита.
На кой мне дьявол моя голова,
Когда она три дня не мыта?
Где мыло?, где мочалка?, где?
Где крем хотя бы для бритья?
Кто экономит на чистоте,
Тот или вор, или свинья!
еще раз хором.
— 2. Воробушек, бабочка…
— Вы сумасшедший?
— Напротив я так нормален, что порой сам удивляюсь.
— Вы негодяй?
— Да, а кто нынче хорош? Вот я например, вижу летит бабочка,
головка крошечная, безмозглая, крылышками бяк-бяк-бяк,
бяк-бяк-бяк… ну дура-дурой! Воробушек тоже не лучше. Береза
тупица, дуб — осел, речка — кретинка, облака — идиоты(ржание
лошади: и-го-го), лошади — предатели, люди мошейники, а что
делать? Весь мир таков тут уж стесняться нечего…
(Вступают трубы 2 такта):
Хорошо когда женщина есть
Леди, дама, сеньора, фрейлина!
А для женщины главное честь,
Когда есть у ней рядом мужчина.
И повсюду, особенно здесь,
Где природа тиха и невинна…
А ба-бо-чка крылышлами бяк-бяк-бяк-бяк,
А за ней воробушек прыг-прыг-прыг-прыг,
Он ее голубушку шмяк-шмяк-шмяк-шмяк,
Ам ням-ням-ням, да и шмыг-шмыг-шмыг-шмыг.
2 раза: все вместе забыв о невзгодах.: ))
Вы мой Ангел, вы мой идеал,
Моя звездочка, ягодка, рыбка.
Зубы — жемчуг, а губки — коралл
Хороши также грудь и улыбка.
Я таких никогда не видал(истречал)
Пусть исправится эта ошибка!
Пр.
; На финал, а финал почти симфонический.
— Ну, как?, придете?
— И не подумаю, а еще пожалуюсь мужу и он превратит вас в
крыыысу.
— А кто у нас муж?
— Волшебник.
— Предупреждать надо!: (((, Был неправ, вспылил. Ну теперь
считаю свое предложение безобразной ошибкой, раскаиваюсь, прошу
дать возможность загладить, и искупить! Все, ушел!…
— 3. Эмиль и Эмилия
— Ах, сударыня, вы, верно, согласитесь,
Что погода хороша, как никогда?
— Право, сударь, я скажу,
Я и вправду нахожу,
Что погода не такая, как всегда.
— Ах, сударыня, скажите, отчего же
Этот вечер удивительный такой?
— Право, сударь, может быть,
Это трудно обьяснить
Но, наверно, потому что вы со мной.
— Ах, сударыня, когда мы с вами вместе,
Все цветочки расцветают на лугу!
— Я скажу вам, сударь мой:
Мне бы надо бы домой,
Но цеточки я обидеть не могу!
Как приятно и забавно,
Что я очень нравлюсь вам,
Ну, а вы мне и подавно!
Вот и славно, трам-пам-пам.
— 4. Пошел я к девушке, пошел задумавшись
— Рассказывай толком, а то убью !
— С удовольствием.
— Люблю рассказывать о делах, которые удались. Ну, прихожу
я к девушке, открываю дверь, думаю убьет, и умирать не хочется,
как любому из здесь присутствующих (и тут рассказ выливается в
песню, ибо душа дельца переполнилась… )
Пошел я к девушке, пошел задумавшись
Иду и думаю настал мой смертный час
А жить так хочется,
А жить так хочется,
А жить так хочется,
Как каждому из вас.
(отступление в прозе)
Метнулась девушка, вскочила бедная, ну, я за пистолет
пальнул в нее, пальнул в хорошую, а что делать?
(И тут, забывшись и придавшись мечтам о будущем, делец
продолжил петь)
Пальнул я в девушку, пальнул в хорошую
По обстоятельствам, а не со зла
Она не дрогнула и не заметила,
А нежным голосом произнесла:
«Я» — говорит — «Выйду замуж за первого встречного, кто
мне подвернется под руку. Вы» — говорит — «и подвернулись» —
так и сказала.
(Воспользовавшись произведенным эффектом, он запел)
Сказала девушка, сказала милая —
«Вы, первый встречный мой, я ваша навсегда!»
И подарил я ей, в дыму и пламени
Одно лобзание в цветущие уста.
Замолчите, пожалуйста, я могу убить Вас. (С) Медведь
Давайте негромко.
C Em C Em Am G# D7 Dm7 G7
Давайте негромко, давайте в полголоса, давайте простимся светло.
C Em C Em F# Am H7 E E7
Неделя, другая, и мы успокоимся, что было, то было, прошло.
A C#m A C#m F#m F E Hm7 E7
Конечно ужасно, нелепо, бессмысленно, о как-бы начало вернуть.
Fm G Cm G# D# G C
Начало вернуть невозможно, немыслимо. Ты даже не думай, забудь.
Займемся обедом, займемся нарядами, заполним заботами быт.
Так легче, не так ли? Так проще, не правда ли? Не правда ли, меньше болит?
Не будем грустить, и судьбу заговаривать, ей богу, не стоит труда.
Да-да, господа, не авось, ни когда-нибудь, а больше уже никогда.
C F? Fm C C F Fm C
Ах как это мило, очень хорошо. Плыло, и уплыло, было и прошло…
— Песня Волшебника
сл.Ю.Михайлова, муз.Г.Гладкова
Приходит день, приходит час,
Приходит миг, приходит срок —
И рвется связь;
Кипит гранит, пылает лед, и легкий пух сбивает с ног
Что за напасть?
И зацветает трын-трава, и соловьем поет сова
И даже тоненькую нить не в состояньи разрубить
Стальной клинок!
Смешно, безрассудно, нелепо, безумно — волшебно!
Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад — совершенно!
Приходит срок — и вместе с ним
Озноб и страх и тайный жар,
Восторг и власть!
И боль, и смех, и тень, и свет —
В один костер, в один пожар!
Где смысл? Где связь?
Из миража, из ничего,
Из сумасбродства моего —
Вдруг возникает чей то лик
И обретает цвет и звук,
И плоть, и страсть!
Пр.
— Стрелок
Палатка. Винтовка. Ружье.
Сохатый. Куница. Лисица.
Природа. Я знаю ее.
Она меня ждет. И боится.
Трепать языком не люблю.
Всю жизнь — начеку и на взводе.
Найду. Догоню. Застрелю.
И морду повешу при входе.
Соперников жалких моих
Клеймлю я презреньем во взоре:
Я знаю получше других,
Как фауна рыщет по флоре!
— Диалог Волшебника и Медведя
— Ой-ей-ей! Я привел их в эту гостинницу, я завалил
сугробами все входы и выходы, я так радовался этой своей
выдумке, а ты не поцеловал ее… Как ты посмел не поцеловать
девушку ?!?!!! Как же ты посмел ?!…
— Вы ведь знаете, чем это кончилось бы.
— Нет, не знаю! Ты не любил ее!
— Неправда!!!
— Ты не любил ее, иначе великая сила безумства охватила бы
тебя. Кто смеет рассуждать или предсказывать, когда высокие
чувства овладевают человеком?
Нищие, безоружные люди сбрасывают королей с престола из-за
любви к ближнему. Из-за любви к родине солдаты попирают смерть
ногами, и та бежит без оглядки. Мудрецы поднимаются в небо и
бросаются в самый ад из-за любви к истине.А что сделал ты из-за
любви к девушке?
— Я отказался от нее!
— А ты знаешь, что только раз в жизни выпадает влюбленным
день, когда у них все получается? Ты прозевал свое счастье.
Прощай, я тебе больше не буду помогать, ты мне не интересен.
Формула любви.

Для того ли я оставил свет, убежал из столицы, чтоб погрязнуть в болоте житейском!

Ну женюсь, что будет. Стану я целыми днями ходить в халате, а жена моя — особа, которая должна служить идеалам любви, закажет при мне лапшу и начнет её кушать!

— Русская речь не сложнее других. Вон Маргадон — дикий человек — и то выучил. Маргадон!
— Учиться всегда сгодится, трудиться должна девица, не плюй в колодец — пригодится… и как говорится.

— Для чего живёт человек на земле? Скажите.
— Как же так сразу-то? И потом, где живёт? Ежели у нас, в Смоленской губернии — это одно, ежели в Тамбовской губернии — это другое.

Ма тант, не будем устраивать эль скандаль при посторонних!

— Никакое это не произведение, а Содом с Гоморрой!
— Разве их две? Вроде одна…
— Чего одна?
— Одна Гоморра…

— Это Жозель. Француженка. Я признал её. По ноге.
— Не-е, это не Жозель. Жозель была брунетка, а эта вся белая.

— На что жалуемся?
— На голову жалуется.
— Это хорошо. Лёгкие дышат, сердце стучит.
— А голова?
— А голова — предмет тёмный, исследованию не подлежит.

Коли доктор сыт, так и больному легче.

Ипохондрия есть жестокое любострастие, которое содержит дух в непрерывном печальном положении. Тут медицина знает разные средства, лучшее из которых и самое безвредное — беседа.

Слово лечит, разговор мысль отгоняет.

— Хотите беседовать, сударь?
— О чём?
— О чём прикажете. О войне с турками, о превратностях климата или, к примеру, о графе Калиостро.
— О ком?
— О Калиостро. Известный чародей и магистр тайных сил. Нынче в Петербурге шуму много наделал. Газеты пишут — камни драгоценные растил, будущность предсказывал. А ещё говорят, фрейлине Головиной из медальона вывел образ покойного мужа, да так, что она его осязала и теперь вроде как на сносях…

— Карета сломалась, кузнец в бегах, так он в Васильевской гостинице сидит, клопов кормит.
— Клопов? Великий человек, магистр — и клопов?
— Так они, сударь, не разбирают, кто магистр, а кто не магистр.

Жуткий город: девок нет, в карты никто не играет. Вчера в трактире украл серебряную ложку — никто даже не заметил: посчитали, что её вообще не было.

— Варварская игра, дикая местность — меня тянет на родину.
— Где ваша родина?
— Не знаю. Я родился на корабле, но куда он плыл и откуда никто не помнит. А вы где родились, Жакоб?
— А я вообще ещё не родился.
— Не родились?
— Нет.
— И как вы дальше думаете?

Сердце подвластно разуму. Чувства подвластны сердцу. Разум подвластен чувствам. Круг замкнулся. С разума начали, разумом кончили. Вот и выходит, что всё мироздание — это суть игра моего ума. А если вы со мной согласитесь, то и вашего тоже.

Тогда она сняла с себя последнюю одежду и тоже бросилась в бурное море. И сия пучина поглотила ея в один момент. В общем, все умерли.

— Маргадон! Почему открыта дверь?
— Экскьюз ми, магистр!
— Что экскьюз ми?
— Варварские обычаи: ключи раздают, а замков нет.

Не умеете лгать, молодой человек. Все люди разделяются на тех, которым что-то надобно от меня, и на остальных, от которых что-то нужно мне. Мне от вас ничего не нужно. Выкладывайте, что вам угодно.

Не надо громких слов, они потрясают воздух, но не собеседника.

Сильвупле, дорогие гости! Сильвупле… Жевупри… авек плезир… Господи прости, от страха все слова повыскакивали.

— Понравилось, видать. Молодец…
— Хороший человек…
— Солонку спёр…
— И не побрезговал.

— Дядь Степан, ихний кучер на меня в лорнет посмотрел. Чего это он, а?
— Чего, чего… Зрение слабое.
— Бедненький!..

— Степан! У гостя карета сломалась.
— Вижу, барин. Ось полетела. И спицы менять надо.
— За сколько сделаешь?
— За день сделаю.
— А за два?
— Ну… За… Сделаем и за два.
— А за пять дней?
— Ну, ежели постараться — можно и за пять.
— А за десять?
— Ну, барин, ты задачи ставишь! За десять дён одному не справиться, тут помощник нужен — хомо сапиенс!
— Бери помощников, но чтобы не раньше!

Ален ноби, ностра алис! Что означает — ежели один человек построил, другой завсегда разобрать может.

Это зачем же они её так крепют?

А́нглинская вешь!

— Надолго гостить-то собрались?
— Тут всё от мине́ зависит.

Кто ест мало, живёт долго, ибо ножом и вилкой роем мы могилу себе.

Обо мне придумано столько небылиц, что я устаю их опровергать.

У нас в уезде писарь был. Год рождения в пачпорте одной циферкой записывал — чернила, шельма, экономил. Потом дело проянилось — его в острог. А пачпорта уж переделывать не стали — документ всё-таки.

— У меня воз сена стоит десять рублей.
— Стоить-то оно стоит, да никто ж его не покупает.

Фимка, ну что ж ты стоишь! Неси бланманже с киселём!

— Господин Калиостро, а как насчёт портрета?
— Погодите вы, голубчик, с портретом! Дайте ему со скульптурой разобраться.

— Узнаёшь, Маргадон!
— Натюрлих, экселенц! Отличная фемина!

Теряю былую лёгкость.

Вчера попросил у ключницы три рубля — дала, мерзавка, и не спросила, когда отдам.

— Откушать изволите?
— Как называется?
— Оладушки.
— Оладушки… оладушки… Где были? У бабушки. Селянка, у тебя бабушка есть?
— Нету.
— Сиротка, значит.

— Подь сюды. Хочешь большой, но чистой любви?
— Да кто ж её не хочет…
— Тогда приходи, как стемнеет, на сеновал. Придёшь?
— Отчего ж не прийти? Приду. Только уж и вы приходите. А то вон сударь тоже позвал, а опосля испугался.
— А она не одна придёт, она с кузнецом придёт.
— С каким кузнецом? <…> Не, нам кузнец не нужен. Что я, лошадь, что ли?
— Благословлять. Вы ж предложение изволите делать…
— Так, свободна. Не видишь, играем.

— И быть тебе за это рыбой, мерзкой и скользкой!
— Да, но обещали котом!
— Недостоин!

Меня предупреждали, что пребывание в России действует разлагающе на неокрепшие умы.

— А потом вас там публично выпорют, как бродяг, и отправят в Сибирь убирать снег…
— Весь?
— Да. Снега там много.

— Чё он меня всё пугает? Что меня пугать? У меня три пожизненных заключения. А как он с вами разговаривает? Вы, человек, достигший вершин лондонского дна! В конце концов, вы собираетесь быть принцем?
— Йес, итыс!

Огонь тоже считался божественным, пока Прометей не выкрал его. Теперь мы кипятим на нём воду.

Для бегства у меня хватит мужества!

— Мы договорились?
— Да, принц!
— Значит, я ставлю ультиматум…
— Да. А я захожу сзади.

Все пришельцы в Россию будут гибнуть под Смоленском.

— Liberation est perpetuum mobile…
— Мерзавец, а, мерзавец, ты, значит, здесь вместо работы латынь изучаешь?

Дядя Степан, помог бы ты им, а? Ну грех смеяться над убогими. Ну ты посмотри на них! Подневольные ж люди, одной рыбой питаются. И поют так жалостно!..

Статуя здесь ни при чём. Она тоже женщина несчастная. Она графа любит…

На двух лошадях скакать — седалища не хватит!

— Маргадон, один надо было зарядить…
— А вы, оказывается, бесчестный человек, Маргадон.
— Конечно! Если б я был честный человек, сколько бы народу в Европе полегло! Ужас!

Если когда-нибудь в палате лордов мне зададут вопрос: зачем, принц, вы столько времени торчали под Смоленском? — я не буду знать, что ответить

— …И с барышнями поаккуратней. Мраморные они, не мраморные — наше дело сторона. Сиди на солнышке, грейся.
— Травами хорошо бы ещё подлечиться. Отвар ромашки, мяты… У вас в Италии мята есть?
— Ну откуда в Италии мята? Видел я их Италию на карте: сапог сапогом, и всё.

— Ему плохо?
— Не-ет, ему хорошо.
— Хорошо?
— Живым всё хорошо.

— Алёша! Алёш, ну до того ли сейчас господину Калиостро?
— До того, до того. Ну, как там наш папенька? Папенька согласился.

— Погоня?
— Погоня, Ваше сиятельство.
— Это замечательно. Когда уходишь от погони, ни о чём другом уже не думаешь.

— Жакоб.
— Жакоб! Дое партяьо! Чистаболо эс питандо!
— Ва марира мацато, стронцо!
— Аршафарэ кретино шеймо!
— Виканоно урлале бурто фача!
— Вико, баста! Баста! Баста! Камило!
— Но! Но! Но! Престо, синьоре! Дезоро мио! Санта мария бергарито переме аморе манон дементи кейре!

Я вернусь к тебе. Я обязательно вернусь к тебе. Только другим. Правда-правда. Вот те крест. Совсем другим.

Река жизни утекает в Вечность. При чем тут «окуньки»?

— Я, Джузеппе Калиостро, верховный иерарх сущего, взываю к силам бесплотным, к великим таинствам огня, воды и земли. Я отдаюсь их власти и заклинаю перенести мою бестелесную субстанцию из времени нынешнего в грядущее, дабы узрел я лики потомков, живущих много лет тому вперед… Вас, сударь, хочу вопрошать о судьбах людей, собравшихся здесь, в Санкт-Петербурге, сего числа лета 1780-го… Готовы ли вы ответствовать?
— Вопрошайте.
— Готовы ли вы сказать нам всю правду?
— Ну, всю — не всю… А что вас интересует?
— Обо мне спроси, граф! Сколько мне на роду написано?
— В твою судьбу хочу вчитаться, но неразборчива строка. Лишь вижу цифру 19… Пока…
— А как понять сие?
— Век грядущий, век девятнадцатый, успокоит вас, сударыня.
— А я-то, дура, помирать собралась. Спроси, батюшка, может, замуж еще сходить напоследок?

— Вы получите то, что желали, согласно намеченным контурам.
— К чёрту контуры! Я их уже ненавижу.

Это что, ложка! У нас вот один вилки ел. И фарфором закусывал! Могу предложить вам тарелочку!

Любовь, Фимка, это у них «амор». Амор, и глазами так — у-у-у!

— От светлейшего князя Потемкина имею предписание задержать господина Калиостро и препроводить его в канцелярию для дачи объяснений.
— Это невозможно. Он в грядущем.
— Достанем из грядущего. Не в первой.
К/Ф «ФОРМУЛА ЛЮБВИ» * сл. Ю.Михайлова
Uno momento Народная итальянская песня. сл.Г.Гладкова
Am
Mare bella donna,
F
Che un bel canzone,
Dm E7
Sai, che ti amo, sempre amo.
Am
Donna bella mare,
F
Credere, cantare,
G
Dammi il momento,
F(Hdim?) E7
Che mi piace piu’ !
C G
Uno, uno, uno, un momento,
C
Uno, uno, uno sentimento,
Uno, uno, uno complimento
E sacramento, sacramento, sacramento…
/*
Hdim — в данном случае — ум.трезвучие 2-й ступени: си-ре-фа
*/
Одино моменто Il cancone popolare italiano.
; Подстрочный перевод Алексея Разыграева
Море. Красивая девушка.
Какая красивая песня!
Знай, что я тебя люблю, всегда люблю.
Девушка. Красивое море.
Верить, петь.
Дай мне момент,
Который мне нравится больше всего.
Одино, одино, одино, один момент.
Одина, одина, одина, одно чувство.
Одино, одино, одино, один комплимент.
И проклятье, проклятье, проклятье-е-е-е…

Биография

Сегодня актуальна проблема выбора молодыми людьми своей будущей профессии. Зачастую из-за отсутствия планов на будущее, талантов, увлечений или из-за незнания предрасположенности, выпускники школ поступают в ближайший вуз, вуз, в который отправляют родители, или в тот же вуз, в который идут их друзья. Чтобы после 5 лет просиживания штанов на парах пойти работать не по специальности.

Евгений Шварц

Но так ли это плохо на самом деле? Ведь есть же в мировой истории примеры, когда отучившись по одной специальности, человек добивался значительных результатов на другом поприще. Взять, к примеру, Евгения Шварца…

Детство и юность

Родился будущий советский писатель и драматург 9 октября 1896 года. Произошло это в Казани. Родители маленького Жени были медиками: отец Лев Борисович – хирургом, а мать Мария Федоровна – акушеркой. По отцовской линии у мальчика были еврейские корни, от которых он отрекся в возрасте семи лет, после крещения в православной церкви.

Евгений Шварц с родителями и братом

После ареста Льва Борисовича в 1898 году по подозрению в тайной революционной деятельности семью подвергали гонениям, из-за чего Шварцам пришлось переезжать с одного места на другое.

Побывав в Дмитрове, Армавире, в Рязани (у родителей Марии Федоровны) и Ахтыри, семейство остановилось в Майкопе (ныне – столица Республики Адыгея), где прошли детство и юность Жени. Там же в 1902 году у него родился младший брат Валентин.

Евгений Шварц в детстве

После школы мальчик поступает в местное училище. Окончив его в 1913 году, Евгений едет поступать в Московский народный университет имени Альфонса Леоновича Шанялавского (ныне – Российский государственный гуманитарный университет).

По наставлению родителей поступает на юридический факультет, позже переводится на юрфак Московского государственного университета имени Михаила Васильевича Ломоносова. В это время его семья перебирается в Екатеринодар (ныне – Краснодар).

Евгений Шварц в юности

Осенним призывом 1916 года попадает на службу в армию, а весной следующего года был направлен из Царицыно (ныне – Волгоград) обратно в Москву, чтобы отучиться в военном училище. В том же году получает сначала звание юнкера, а после – прапорщика.

В 1918 году приехал к родным в Екатеринодар, где позже подался в Добровольческую армию. В ее составе участвовал в первом Кубанском походе под руководством генерал-лейтенанта Виктора Леонидовича Покровского, а также держал оборону Екатеринодара в марте того же года. Был контужен, что в качестве напоминания о себе оставило легкий тремор рук, усилившийся в последние годы из-за сильных волнений.

После восстановления в военном госпитале Евгений был демобилизован. Устраиваться работать по специальности Шварц не хочет, поэтому поступает в Ростовский университет, параллельно работая с «Театральной мастерской», на актрисе которого женится в 1920 году.

Так и недоучившись, в 1921 году Шварц вместе с женой и театральной труппой перебирается в Петроград (Санкт-Петербург). Там Евгений продолжает играть эпизодические роли в постановках. Чтобы было на что жить, устраивается работать сначала в книжный магазин, а после – личным литературным секретарем Корнея Чуковского.

Литература

Писать самостоятельно Шварц начинает только через два года. Под псевдонимом Дед Сарай публикует фельетоны во «Всероссийской кочегарке». Летом того же года издательство отправляет его в Бахмут, чтобы пройти стажировку в издательстве литературного приложения к «Кочегарке» — газеты «Забой».

Вернувшись в Петроград, Евгений пишет и издает свое первое детское произведение «Рассказ старой балалайки» (июльский номер альманаха «Воробей» за 1924 год). Этот рассказ замечает Самуил Маршак и в 1924 году приглашает писателя на работу в детское отделение «Госиздата» в качестве редактора. Писатели, которым довелось сотрудничать со Шварцем в это время, лестно отзывались об этом опыте, утверждая, что Евгений Львович делал важные замечания и давал ценные советы.

Писатель Евгений Шварц

Тогда же кто-то из молодых писателей предлагает Шварцу вступить в литературную общину ОБЭРИУ, сотрудничающую с детскими журналами вроде «Чиж» и «Еж». В них Евгений Львович публикует свои рассказы, сказки, а также некоторые стихи.

В 1928 году он пишет свою первую пьесу, которую называет «Ундервуд». Через год она уже ставится ленинградским Театром юного зрителя. В этом же году у писателя рождается его единственный ребенок — дочь Наташа. Когда девочке исполняется два месяца, Евгений уходит из семьи, чтобы жениться вновь.

Книги Евгения Шварца

С 1930 и до начала Великой Отечественной войны Шварц работает очень плодотворно. В 1931 году пишет сценарий к фильму «Товарный 717». В следующем году издает пьесу «Пустяки». В 1934 году одна за другой пишутся пьесы «Принцесса и свинопас», «Голый король» и «Клад», а также сценарий к фильму «Разбудите Леночку». Помимо этого в 1934 Шварц становится членом Союза писателей СССР. 1936 год – пьеса «Красная Шапочка» и сценарии «Леночка и виноград» и «На отдыхе».

В следующем году в журнале появляется сказка «Новые приключения Кота в сапогах». В 1939 году Шварц пишет пьесы «Снежная королева», по которой в 1966 году поставят фильм, и «Кукольный город». На следующий год Евгений Львович дописывает пьесу «Тень», ставшую второй частью трилогии пьес-памфлетов, в которую также входят «Голый король» (1934) и «Дракон» (1942-1943). В 1971 и 1991 году выходят одноименные экранизации «Тени». В 1940 году умирает отец писателя.

Евгений Шварц на репетиции спектакля «Тень»

Последними довоенными произведениями Шварца становятся «Сказка о потерянном времени», «Два брата» и антифашистская пьеса-памфлет «Под липами Берлина». Во время войны автор остается в блокадном Ленинграде, работая в радиоцентре. В 1941 году его эвакуируют в Киров, где он устраивается работать в местный театр. В 1942 году вслед за эвакуированным ленинградским ТЮЗом перебирается в Сталинабад (ныне – Душанбе, столица Таджикистана). ;

Там Евгений Львович пишет пьесы «Далекий край» и «Одна ночь», посвященные эвакуированным детям и защитникам Ленинграда соответственно. В том же 1942-ом умирает его мать. Спустя два года писатель перебирается в Москву, где издает пьесу «Дракон» и возобновляет сотрудничество с режиссерами театра и кино. В 1945 году выходит мультфильм «Зимняя сказка», снятый по его сценарию, и печатается сказка «Рассеянный волшебник».

Евгений Шварц с юными читателями

В 1947-ом выходит культовый фильм «Золушка», снятый по одноименной пьесе Шварца. Главные роли в этом фильме исполняют Янина Жеймо, Василий Меркурьев, Фаина Раневская, Эраст Гарин и Алексей Консовский. Кинопостановка возымела успех и на родине, и за рубежом. В 1948 выходит повесть Шварца «Первоклассница», ставшая основой для одноименного фильма.

Янина Жеймо в фильме по пьесе Евгения Шварца «Золушка»

В 1953 году умирает Сталин, который в тридцатых годах запретил публиковать произведения Шварца. Благодаря стараниям Ольги Берггольц этот запрет снимается. В тираж поступают первые авторские сборники.

В 1956 году писатель получает звание кавалера ордена Трудового Красного Знамени (до этого Шварца награждали медалями «За оборону Ленинграда» и «За доблестный труд в ВОВ»). Тогда же он заканчивает работу над самым известным своим произведением «Обыкновенное чудо». Годом позже выходит экранизация пьесы «Дон Кихот».

Евгений Шварц и Ольга Берггольц

Постановки на основе произведений Евгения Шварца можно было увидеть в московском и ленинградском Театрах юного зрителя, в петербургском Театре комедий, в московском академическом молодежном театре, в московском государственном Театре киноактера, в театрах «Современник» и «Свободный театр», в питерском театре «Дождь» и московском драматическом театре имени Константина Сергеевича Станиславского. Экранизации произведений автора выходили как при жизни, так и после смерти Шварца. В 1989 году были опубликованы «Дневники» писателя.

Личная жизнь

Евгений Львович был дважды женат. Первой женой стала актриса Гаянэ Холодова (1898-1983). С ней Шварц познакомился во время работы в ростовской «Театральной мастерской». Поженились они в 1920 году.

Евгений Шварц и его первая жена Гаянэ Холодова

Через год пара переехала в Петроград, где в 1929 году у них рождается дочь Наталья. В том же году Шварц бросает семью, чтобы жениться на другой женщине. Для Гаянэ это становится настоящей неожиданностью.

Евгений Шварц с дочерью и внуками

Второй женой Евгения Шварца становится Екатерина Ивановна Обух (1902-1988). С ней писатель знакомится на одном из творческих вечеров 1927 года, устроенном в доме друга по ОБЭРИУ. Для того чтобы выйти замуж за Шварца, Екатерина тоже уходит из семьи.

Екатерина Обух, вторая жена Евгения Шварца

С Екатериной Ивановной Евгений Львович живет до самой смерти, но назвать этот брак счастливым сложно – Шварц по поводу и без ревновал свою жену, что негативно отразилось на его здоровье.

Смерть

Умер писатель и драматург 15 января 1958 года. Официальная причина – инфаркт, ставший следствием сердечной недостаточности, которая мучила Шварца в последние годы жизни.

Последнее фото и могила Евгения Шварца

Похоронен был в Ленинграде на Богославском кладбище.

Библиография

  • 1924 год – «Рассказ старой балалайки»
  • 1928 год – «Ундервуд»
  • 1931 год – «Товарный 717»
  • 1932 год – «Пустяки»
  • 1934 год – «Принцесса и свинопас»
  • 1934 год – «Голый король»
  • 1936 год – «На отдыхе»
  • 1938 год – «Доктор Айболит»
  • 1940 год – «Тень»
  • 1940 год – «Сказка о потерянном времени»
  • 1943 год – «Дракон»
  • 1947 год – «Золушка»
  • 1956 год – «Обыкновенное чудо»
  • 1957 год – «Дон Кихот»

Шварц Евгений Львович (1896 — 1958), драматург.

Родился 21 октября 1896 г. в Казани в семье врача. Отроческие годы провёл в Майкопе. Учился на юридическом факультете Московского университета (1914— 1916 гг.).

В печати впервые выступил в 1923 г.; сотрудничал в детских юмористических журналах «Ёж» и «Чиж». С 1926 г. вёл дневники.

В конце 20-х — 30-х гг. работал в Ленинграде заведующим детской редакцией Госиздата и издательства «Радуга», готовил радиопередачи. Некоторое время был секретарём у К. И. Чуковского. Тонким пониманием детской психологии, юмором, живым ощущением поэзии ранней поры жизни отмечены повести Шварца «Приключения Шуры и Маруси», «Чужая девочка» (обе 1937 г.), «Первоклассница» (1948 г.).

Эксцентрический вымысел, остроумная игра со словом проявились в первых пьесах Шварца («Ундервуд», поставлена в 1929 г., издана в 1930 г.; «Клад», поставлена в 1933 г., издана в 1934 г.; сатирическая комедия «Приключения Гогенштауфена», 1934 г.). Писатель использовал сюжеты народных сказок, а также сказок X. К. Андерсена для создания собственного художественного мира (пьесы «Голый король», 1934 г., опубликована в 1960 г.; «Красная шапочка», 1937 г.; «Снежная королева», 1938 г.; «Тень», 1940 г.).

В годы Великой Отечественной войны Шварц создал антифашистскую пьесу-памфлет «Дракон» (1944 г., поставлена в 1962 г. режиссёром М Н. П. Акимовым в Ленинградском театре комедии).

В послевоенные годы в его драматургии усилилось внимание к психологическим и бытовым подробностям жизни современного человека (пьесы «Обыкновенное чудо», 1956 г.; «Повесть о молодых супругах», 1958 г.). По сценариям Шварца сняты фильмы «Золушка» (1947 г.),
«Дон Кихот» (1957 г.; по роману М. де Сервантеса) и др.

Умер 15 января 1958 г. в Ленинграде.

Еще из рубрики «Советские писатели» Комментарии

  • Аноним 31 Март 2020 в 15:36

    Спасибо,очень полезная и информативная статья))

  • admin 12 Январь 2020 в 12:54

    Фатима, спасибо!

  • Фатима спасибо большое за ответ 12 Январь 2020 в 00:07

    Я вам очень благодарна за ответ спасибо большое огромное спасибо

  • Никки Алопова 25 Декабрь 2019 в 19:48

    Спасибо в школе 5-ка

  • admin 24 Декабрь 2019 в 23:54

    НЕВЕДИМКА, спасибо!

  • НЕВЕДИМКА 24 Декабрь 2019 в 19:44

    Спасибо огромное, очень помогли! Желаю развиваться!

  • НЕВЕДИМКА 21 Декабрь 2019 в 15:13

    нужно всё самое необходимое а так нормально

  • admin 18 Декабрь 2019 в 23:54

    Валерия, удачи!