Новгородский архиепископ

Новгородский архиепископ

Новгородский архиепископ Новгородский Софийский собор — старейший храм в епархии

Новгоро́дская и Старору́сская епа́рхия — современное название одной из древнейших епархий Русской Церкви с центром в Великом Новгороде в Российской Федерации. Наряду с Киевской — старейшая по времени учреждения в России.

В различные периоды включала весьма обширные и различные территории (в синодальный и советский период часто будучи объединяема с Санкт-Петербургской епархией): Санкт-Петербург, Олонецкую губернию, Эстляндию, Выборг, Великое княжество Финляндское, Поморье.

Титул правящего архиерея многократно менялся; сама же епархия до конца XX века именовалась «Новгородская»; с 1990-х годов принято название по современному титулу правящего архиерея.

История

Средние века

Учреждена в конце X века; источники разнятся в точной дате.

Первым епископом в Новгороде принято считать Иоакима, возможно, прибывшего из Корсуня вместе с князем Владимиром.

До аннексии Новгородской земли Московским княжеством в 1478 году правящие епископы избирались чрез жребий, после чего обычно получали поставление от Киевских митрополитов. Иногда в процедуре избрания принимало участие вече; считают что первым избранным в 1156 году епископом был Аркадий, а первым смещённым в 1228 году был архиепископ Арсений.

В 1155 Юрий Долгорукий сместил с Киевской митрополии незаконно (без благословения Патриарха) поставленного по воле киевского князя Изяслава Мстиславича Климента Смолятича. В конце 1156 из Константинополя был принят новый митрополит Константина I. За верность в поддержке своей политики Новгородским епископом Нифонтом во время смуты Константинопольский Патриарх предоставил Новгородской епархии некоторую автономию от киевского митрополита.

С 1165 года, при Иоанне I, Новгородская кафедра стала первой архиепископией в России. В Византии титул архиепископа обычно принадлежал «автокефальным» епископам, то есть тем, которые подчинялись не митрополиту, а непосредственно Патриарху.

Архиепископу Василию Калике в 1346 было пожаловано право ношения полиставриона («риз крещатых», то есть фелони, украшенной четырьмя крестами), каковой привилегией пользовались только самые высокопоставленные византийские иерархи.

Правящие архиереи вплоть до 1589 года носили титул «Архиепископ Великоновгородский и Псковский»; первым архиепископом был св. Иоанн (Илия).

В 1470-е Новгород стал очагом распространения в Северо-Восточной Руси ереси жидовствующих.

В конце XV века при дворе Новгродского архиепископа Геннадия был составлен первый полный корпус славянской Библии, известный как «Геннадиевская Библия» (1499).

С конца XIV века, начиная с архиеископа Иоанна, предстоятели епархии находились в частых конфликтах с экспансионистскими притязаниями московских князей.

После первого удачного похода на Новгород в 1471 году Иван III принудил новгородцев «ставить архиепископа на Москве». Последним епископом, избранным чрез жребий, был св. Феофил († 26 октября 1484): избран в декабре 1471 года и хиротонисан в Москве 15 декабря 1472 года. Впрочем, уже Феофил был сведён с кафедры 19 января 1480 года повелением великого князя и заточён в Чудовом монастыре.

Следующим серьёзным конфликтом новгородского владыки с властью московского князя было отлучение от Церкви в апреле 1509 года святителем Серапионом игумена и основателя Волоцкого монастыря преподобного Иосифа — монастырь тогда был в ведении Новгородской кафедры. Отлучение было наложено за самоуправство последнего, заключавшееся, по мнению новгродского архиепископа, в жалобе игумена напрямую к Московскому митрополиту Симону и Василию Ивановичу в 1507 году на своего удельного князя Феодора Борисовича (двоюродного брата великого князя). На Соборе 1509 года прещение с Иосифа было снято, а Серапион был заочно осуждён; впоследствии смещён и заточён в Андрониковом монастыре.

В 1589 году епархия получила статус митрополии.

В XVII веке на Новгородской кафедре находились будущие Московские Патриархи: Никон, Питирим и Иоаким.

В синодальный период

С 1721 года по 1762 на кафедре находились архиепископы с титулом «Великоновгородский и Великолуцкий».

С 1 января 1775 года, за изъятием крайне непродолжительных периодов, епархия находилась в управлении Санкт-Петербургских архиереев, титул которых в такие периоды начинался со слова «Новгородский»; в 1892 году, когда на Санкт-Петербургскую кафедру был назначен Палладий (Раев) с титулом «Санкт-Петербургский и Ладожский», а на Новгородскую — Феогност (Лебедев) с титулом «Новгородский и Старорусский», стала архиепископией с самостоятельным архиереем.

В 1892 году было учреждено Кирилловское викариатство ; в 1907 году — Тихвинское (епископы в Хутынском монастыре), при этом Кирилловские епископы получили местопребывание в Кирилло-Белозерском монастыре)

С 5 ноября 1910 во главе кафедры архиепископ Арсений (Стадницкий), номинально продолжавший оставаться правящим архиереем и во время своего заключения и ссылки — вплоть до августа 1933 года.

В XX веке

С 1924 года в епархии, как по всему СССР начиналась первая волна массового закрытия храмов; следующая последовала с 1929 года. К 1939 году было закрыто подавляющее большинство храмов и все монастыри; уничтожено почти всё духовенство епархии. К началу Великой Отечественной войны в Новгороде действовал один Михаило-Архангельский собор на Прусской улице (в храме в 1935—1936 служил протоиерей Владимир Константинович Лозина-Лозинский). Во время немецкой оккупации Новгород оказался у линии фронта, и его жители были эвакуированы — преимущественно, в Поозерье. С 1945 по 1962 год в Великом Новгороде был один действующий храм — Никольский собор, после закрытия которого в 1962 года богослужение стало совершаться в церкви св. апостола Филиппа.

В 1920—1925 временно управляющим епархией, ввиду ареста и тюремного заключения митрополита Арсения, был архиепископ Иосиф (Петровых).

В августе 1933 года во главе епархии был поставлен фактически управлявший епархией с сентября 1926 года митрополит Алексий (Симанский), с 5 октября 1933 года Лениниградский.

В 1936—1940 управляющим епархией был архиепископ Петергофский Николай (Ярушевич), викарий митрополита Алексия (Симанского), проживавший тогда под Гатчиной.

В декабре 1943 года была объединена с Ленинградской епархией.

22 ноября 1956 была выделена из Ленинградской; управляющим (с 1959 правящий архиерей) был назначен епископ Старорусский Сергий (Голубцов), который организовал в Новгороде епархиальное управление. После его перемещении с Новгородской кафедры в октябре 1967 года, епархия была вновь объединена с Ленинградской. 7 октября 1967 года управляющим Новгородской епархией с титулом «Ленинградский и Новгородский» был назначен митрополит Никодим (Ротов). При этом в храмах Новгородской области митрополит поминался как «Новгородский и Ленинградский».

20 июня 1990 года Священный Синод постановил «выделить из состава Ленинградской митрополии Новгородскую епархию» и назначил епископом Новгородским и Старорусским бывшего Ташкентского и Среднеазиатского Льва (Церпицкого). До назначения последнего, ставший 10 июня 1990 года Патриархом митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий (Ридигер) оставался правящим архиереем Ленинграда и Новгорода, а также до 11 августа 1992 года Таллина.

В настоящее время

Правящий архиерей с 20 июля 1990 — Лев (Церпицкий), архиепископ (с 25 февраля 1995) Новгородский и Старорусский.

Епархией издаётся с 1992 года журнал «София» (до 1997 года газета «София»).

Богослужения в Великом Новгороде совершаются в восьми храмах, самый древний из которых — кафедральный Софийский собор, переданный епархии в 1991 году. В большинстве районов открылись старые храмы, в ряде — построены новые. Началось возрождение монастырской жизни: на территории епархии действует 4 монастыря, из которых 2 мужских (Юрьев и Валдайский Иверский Богородицкий) и 2 женских: Варлаамо-Хутынский и ставропигиальный Николо-Вяжищский.

См. также

  • Список епископов Новгородских

Примечания

  1. Россия, разд. Северо-Восточная Россия XIII—XV веков
  2. ЖМП. 1990, № 10, стр. 4.

Ссылки

  • Новгородская и Старорусская епархия на официальном сайте МП
  • Электронная версия журнала Новгородской и Старорусская епархии «София»
  • История Новгородской епархии

Виктор Смирнов. «Особенная церковь» (из истории Новгородской епархии)

Виктор Григорьевич Смирнов — писатель, историк, первый руководитель телерадиокомпании «Славия». Автор многочисленных научно-просветительских книг и романов, посвященных истории Великого Новгорода. Ведущий телепрограмм «Лица новгородской истории», «Россия в бронзе», «Живая история». Почетный гражданин Великого Новгорода. Создатель сайта «Новгородская цивилизация».

Николай Рерих. Новгород. Спас Нередицкий. 1899
Особенная церковь
Новгородская епархия – старейшая на территории современной России. Здесь столетиями воздвигались храмы и монастыри, прославились чудотворные иконы и почивают мощи целого сонма святых угодников. История крещения новгородцев, описанная в Никоновской летописи, изобилует драматическими сценами. В отличие от Киева, который имел давние связи с христианской Византией, Новгород не был подготовлен к новой религии. В 990 году сюда прибыл первый русский митрополит грек Михаил, заложивший первую церковь Преображения, но после его отъезда большинство новгородцев вернулось к языческим обычаям своих предков. В 992-м году была предпринята вторая попытка крещения Новгорода. Но теперь вместе с епископом Иоакимом Корсунянином сюда пришло из Киева целое войско во главе с дядей великого князя Владимира Добрыней и тысяцким Путятой.
Грубое навязывание веры породило так называемое «двоеверие». На людях новгородцы были христианами, а в частной жизни втихомолку молились Перуну, Даждьбогу, Мокоши, Сварогу и Велесу, веселились на масленицу, грешили на Ивана Купалу. В укромных лесных капищах обитали кудесники-волхвы, пугая простодушных темной ворожбой. Церковные браки еще не стали традицией, женихи по старому обычаю умыкали невест на игрищах, не редкостью было и многоженство. Но время шло, проповедь любви к ближнему находила все более глубокий отклик в душах людей, и постепенно христианство превратилось в истинно народную веру, а религиозные обряды и храмовые праздники придавали стройный порядок и гармонию повседневной жизни новгородцев.
Сотрясавшие Киевскую Русь княжеские усобицы подстегнули движение к новгородской самостоятельности. Борьба за политическую независимость породила стремление к независимости церковной. Перестав оглядываться на Киев, новгородская епархия сближалась с местной паствой. И хотя новгородцы по-прежнему признавали власть киевского митрополита, но теперь они желали видеть своим владыкой не киевского назначенца, а одного из своих сограждан. Своего владыку новгородцы выбирали на вече. Епископом мог стать любой человек духовного звания. Процедура выборов была отработана до мелочей. Вече собиралось у стен Софийского собора. Если после обсуждения кандидатов мнения разделялись, все решал жребий, который вытаскивал слепой старец или малый отрок.
В эпоху татаро-монгольского ига авторитет новгородской церкви продолжал расти. Княжеская власть сильно скомпрометировала себя угодничеством перед ордынскими ханами, драками за ярлыки и расправами над новгородцами во время татарской переписи. Власть новгородского архиепископа в то время была такова, что путешественник Жильбер де Ланнуа в своих «Записках» прямо называет его главой Новгородской республики. Постановления веча вступали в силу только после благословения владыки. Этим уравновешивалась народная стихия, принятые в запале решения могли быть трезво переосмыслены. Архиепископ контролировал внешнеполитическую деятельность республики, все дипломатические приемы и переговоры происходили в его покоях. Ему же принадлежала судебная власть по гражданским, наследным и семейным делам, а также арбитражный суд, когда стороны не удовлетворялись судом светским. Владыка также распоряжался громадными финансами Софийского дома.
Из этих средств оплачивались затраты на общественное строительство, оборонительные сооружения, контрибуции, закупки продовольствия во время голода. В подчинении архиепископа находилось и самое боеспособное воинское подразделение республики — владычный полк. Наконец, тогдашние средства массовой информации — летописи и публичные проповеди — тоже контролировались церковью и ее предстоятелем. На соборах Русской православной церкви новгородского архиепископа сразу можно было выделить из прочих владык по его облачению. Только он носил на голове белый, а не черный клобук, только на его ризе были вышиты четыре креста.
В длинной череде новгородских владык были разные по масштабам и по характеру личности. Были проходные фигуры, но были и действительно яркие, незаурядные люди. Глубокий след после себя оставил епископ Иоким Корсунянин, на долю которого выпала трудная миссия обращения язычников. Лука Жидята стал вдохновителем строительства Софийского собора и создания знаменитого Остромирова Евангелия. Владыка Моисей остался в благодарной памяти новгородцев как великий миротворец, умевший пастырским словом помирить враждующие стороны. Нифонт запомнился ответами на «Вопрошания Кирика», сохранившими для нас представления о церковной морали Русского Средневековья. Великими строителями были Василий Калика и Евфимий II. Архиепископ Геннадий прославился первым полным переводом на славянский язык Библии. Макарий создал первую русскую энциклопедию — «Великие Четьи Минеи». В более позднее время новгородскую кафедру окормляли будущие московские патриархи: Никон, Питирим и Иоаким.
Новгородское духовенство также отличалось от духовенства других русских земель. Оно не являлось замкнутым сословием. Вступление в его ряды было открыто для мирян, а вчерашний дьякон или священник мог в любой момент снять с себя сан и заступить на светскую должность. У духовенства не было особых сословных прав и преимуществ, клирики наравне со всеми участвовали в городских общественных работах и строительстве оборонительных сооружений. От воинской повинности освобождались только принявшие церковный сан. Даже внешне люди духовного звания в повседневной жизни почти не отличались от мирян, их можно было отличить в толпе только по круглой шляпе, под которой скрывалось так называемое гуменцо – выстриженная на затылке тонзура.
У каждой русской земли были свои святые – люди, служившие нравственным примером для остальных. По выражению философа Федорова: «От их огня Русь зажигала свои лампадки». Древний пантеон новгородских святых по численности значительно превосходил пантеоны других русских земель. Ныне в него входят более ста угодников Божиих, и среди них Антоний Римлянин, Варлаам Хутынский, валаамские чудотворцы Сергий и Герман, Савватий, Зосима и Филипп Соловецкие, Гурий Кольский и многие другие.
На новгородской земле впервые возникло и такое своеобразное явление русской жизни как юродство. Само это слово происходит от старославянского «юрод», то есть дурак, безумный. Так называли людей, которые добровольно отказывались от привычных благ и норм поведения и принимали вид безумцев, не знающих ни приличий, ни чувства стыда. Своим экстравагантным поведением, обличительными речами, загадочными предсказаниями юродивые привлекали внимание народа к несправедливостям и человеческим порокам. Юродивые пользовались своеобразной неприкосновенностью, даже самые жестокие правители, к примеру, Иван Грозный, терпели их публичные обличения. Что же касается новгородских юродивых, то по своему поведению они мало отличались от московских, однако в зеркале их социальной критики отражалась другая действительность.
Падение вечевой республики положило конец особому положению новгородской церкви. Белый клобук с головы новгородского архиепископа переместился на главу предстоятеля Русской православной церкви, а сам новгородский владыка попал в двойную зависимость — от своей паствы, которая продолжала упорно цепляться за привычный образ жизни, и от своего церковного начальства — митрополита московского. Эта двойственность не раз поставит новгородских архиепископов перед гамлетовским выбором во время бурных событий пятнадцатого и шестнадцатого веков.
Крушение республики, распад привычного образа жизни в совокупности с новыми знаниями о мире породили в Новгороде одно из самых загадочных явлений Русского Средневековья — так называемую «ересь жидовствующих». Из Новгорода ересь перекинулась в Москву, где ее адептами стали люди из ближнего круга великого князя. В то время христианский мир жил ожиданиями конца света, который должен был наступить согласно предсказаниям святых отцов в 7000 году от сотворения мира или в 1492 году от рождества Христова. Этой неопределенностью воспользовались еретики, которые доказывали несостоятельность предсказаний о конце света. Ожесточенная борьба между ревнителями православия и еретиками завершилась публичным сожжением «жидовствующих» в Новгороде и Москве. Покорив вечевую республику, великий князь Московский Иван III отобрал у новгородской епархии большую часть монастырских земель, на которых взросло российское дворянство, ставшее главной опорой трона.
В 1570 году во время опричного погрома Новгорода Иваном Грозным новгородские монастыри и храмы были разграблены, зверски были убиты сотни священнослужителей и монахов. Печально знаменитый церковный раскол тоже начинался с новгородских земель. Заняв здешнюю кафедру, митрополит Никон сразу начал ломать порядок богослужения, требуя неукоснительного соблюдения греческих канонов. Став патриархом всея Руси, Никон принялся перекраивать русское православие теперь уже по всей стране. Началось исправление старинных богослужебных книг, ломка привычных обрядов, двуперстное крестное знамение заменялось трехперстным, вместо Исус теперь надо было писать Иисус. Никоновская реформа пользовалась полной поддержкой царя, поскольку она должна была поднять международный престиж Москвы как «Третьего Рима» и преемницы Византии.
Самое резкое отторжение «никоновские новины» встретили в новгородской епархии. Сказалась церковная демократия, сохранившаяся здесь еще с республиканских времен. К тому же новгородская епархия всегда была на особом положении, здесь веками копилась книжная мудрость. Не только монахи, но и многие миряне были искушенными богословами, да и монастырей в Новгороде насчитывалось втрое больше, чем в Москве. Огромная Новгородская епархия, объединявшая русский север, стала своеобразной метрополией раскола, а его столицей стал Соловецкий монастырь. Сюда, на Соловки, бежали от преследований образованные монахи из Новгорода. Они слали царю челобитные, в которых доказывали свою правоту в религиозном споре с никонианами. Правительство ответило своим аргументом – послав на монастырь карательный отряд. Монахи заняли глухую оборону. Пушечные ядра как горох отскакивали от сложенных из громадных валунов монастырских стен. Началась осада. «Соловецкое сидение» продолжалось восемь лет. Лишь в 1576 году с помощью перебежчика царское войско проникло в монастырь, учинив над игуменом и монахами жестокую расправу.
Подвиг соловецких страдальцев стал примером для тысяч раскольников. Люди стали толпами сниматься с обжитых мест и переселяться в глухие места, унося с собой старинные книги и иконы. В городке Пустозерске, также входившем в новгородскую епархию, слал проклятия «никонианам» духовный вождь раскола протопоп Аввакум. В Новгороде одно время проповедовал его соратник Никита Пустосвят. В 1681 году власти заживо сожгли Аввакума и его сподвижников.
Репрессии властей вызвали встречную волну так называемых «гарей» —раскольнических самосожжений, в которых гибли целые деревни. Только в одной новгородской деревне Остров сожгли себя 120 староверов. В Палеостровском монастыре погибли более двух тысяч человек. Уцелевшие раскольники ушли в подполье. В 1692 году в Новгороде состоялся их тайный собор, положивший начало так называемому «беспоповству». Официальная церковь и ее священство отвергались. Признавались только два из семи церковных таинств – крещение и покаяние, все прочие, в том числе и браки, объявлялись незаконными. Запрещалось есть и пить из одной посуды с нестароверами, для чужих держали отдельные миски и кружки. Старообрядчество оказалось поразительно живучим, оно существует и поныне. В последнее время позиция Русской православной церкви по отношению к расколу существенно поменялась. В 1971 году Поместный собор Русской православной церкви Московского патриархата признал никоновскую реформу сомнительной и отменил проклятия, наложенные на старые обряды.Ныне в Великом Новгороде действует старообрядческая община, которой передан храм Иоанна Богослова на Витке.
Так называемый Синодальный период (1721-1917 гг.), начало которому положила церковная реформа Петра I, характеризовался усилившимся стремлением государства подчинить себе Русскую православную церковь. Это вызывало враждебное отношение к Петру и его реформам большинства иерархов, стремившихся защитить русское национальное сознание от западного влияния. Но были и такие церковные деятели, которые искренне сочувствовали преобразовательной деятельности Петра, понимая, что у отсталой страны нет будущего. Одним из самых верных союзников царя-реформатора стал митрополит Великоновгородский и Великолуцкий Иов.
Когда над Новгородом нависла угроза шведского вторжения, Иов мобилизовал все новгородское духовенство на строительство укреплений, причем почтенный старец сам орудовал лопатой, как простой землекоп. Но особенно прославился Иов своей благотворительной деятельностью. На свои средства владыка устроил в городе три больницы, богадельню и два странноприимных дома. Иова можно считать также отцом-основателем детских домов. Он открыл в Колмовском монастыре первый в России дом для незаконнорожденных сирот и сам занимался воспитанием своих, как он их называл, «найденышей». Посмотрев этот дом, Петр приказал и в других городах строить дома «для зазорных младенцев, которых жены и девки рожают беззаконно, и стыда ради отметывают в разные места, отчего оные младенцы безгодно (то есть без пользы для государства— В.С.) помирают». Как видим, царь руководствовался не столько христианскими, сколько государственными соображениями.
Правление Екатерины II ознаменовалось дальнейшим наступлением государства на Русскую православную церковь, сопровождавшимся изъятием у русских монастырей их земельных владений. Взамен им назначалось государственное содержание, а упраздненные обители превращались в казармы или дома для умалишенных. Такая судьба постигла и Новгородскую епархию. Несколько древних обителей были закрыты, резко сократилось число монашествующих, а сама церковь попала в унизительную зависимость от властей, что негативно повлияло на ее моральный авторитет в глазах общества.
«Екатерина явно гнала духовенство, жертвуя тем своему неограниченному властолюбию и угождая духу времени. Лишив духовенство независимого состояния, и ограничив монастырские доходы, она нанесла сильный удар по просвещению народному, поскольку семинарии пришли в совершеннейший упадок… Многие деревни нуждаются в священниках. Бедность и невежество этих людей, необходимых в государстве, их унижает и отнимает у них самую возможность заниматься важною своею должностью».
А.С.Пушкин «Заметки по русской истории XVIII века»
Самый черный период в многовековой истории новгородской церкви начался после Октябрьской революции. Начало ему положил «Декрет о свободе совести, церковных и религиозных обществах», принятый Совнаркомом 20 января 1918 года, который лишал церковные и религиозные общества права юридического лица и запрещал им владеть собственностью. Декларируя отделение церкви от государства, большевики тут же объявляли государственной собственностью все храмы и монастыри, их земли и имущество. Объявив войну религиозному культу, власть расчищала территорию для своего нового культа, где вместо религии был коммунизм, вместо Бога — Вождь, вместо богослужений — митинги и собрания.
Даже праздничные демонстрации удивительно напоминали крестные ходы, только вместо хоругвей демонстранты несли портреты коммунистических вождей. Новгородская епархия сразу попала в зону пристального внимания новых хозяев России. У нее сразу отобрали епархиальный дом в Детинце и здание духовной семинарии в Антонове. Потом пришла очередь монашеских обителей. Новгородские чекисты облюбовали себе Десятинный монастырь, штабу 12-й стрелковой дивизии приглянулся Зверин, Иверский монастырь отдали под детскую колонию. Подверглись грабежу и разгрому Хутынский, Вяжищенский и другие старинные монастыри. Монахов и монахинь, среди которых было много престарелых и больных, выгнали на улицу. На отнятых у обителей землях стали создавать сельские коммуны, которые, впрочем, быстро разорились.
Были закрыты все церковные печатные издания, запрещена торговля иконами, крестами, ликвидирован епархиальный совет. Пострадали не только православные, но и католики, у которых отобрали костел на Петроградской улице. Настоящим глумлением над религиозным чувством стала кампания по так называемому освидетельствованию мощей. Специальная комиссия вскрывала древние раки, выставив на всеобщее обозрение останки погребенных в них новгородских святых. В 1921 году ко всем бедам России прибавился страшный голод в Поволжье, вызванный небывалой засухой вкупе с последствиями продразверстки. Погибли миллионы людей, дело дошло до массового людоедства. Русская православная церковь по собственной инициативе начала сбор ценностей для помощи голодающим. Однако у большевистской верхушки созрел замысел использовать всенародную трагедию для того, чтобы расправиться с церковью и присвоить ее богатства. Ввиду особой важности руководство акцией было поручено второму человеку в партии – Льву Троцкому. Ограбление церкви было тщательно спланировано, на местах созданы «тройки» из руководителей партийно-советских и карательных органов, в церковные приходы внедрены секретные агенты, которые должны были отслеживать реакцию прихожан, выявляя недовольных.
24 апреля 1922 года под своды Софии Новгородской, вошла большая группа людей: чекисты, партийно-советские работники, сотрудники музея. Из ризницы собора мешками тащили золотую и серебряную утварь, священные книги в драгоценных окладах, снимали иконы, обдирали иконостас. Под ударами молотков, под тяжелыми сапогами чекистов гибли замечательные произведения новгородских мастеров. Такая же вакханалия разыгралась в храмах и монастырях по всей губернии. Разграбление продолжалось четыре месяца.В конце июля от новгородского вокзала отошел битком набитый спецвагон. Общий вес золотых и серебряных изделий, вывезенных из Новгорода, составил 10 тонн. Бесследно канули сотни бесценных шедевров средневековья, по дешевке приобретенных западными коллекционерами. В результате массового выброса драгоценностей резко упали мировые цены на алмазы.
Лишь малая часть реквизированных сокровищ пошла на закупку хлеба, зато колоссальные суммы осели на секретных партийных счетах, пошли на «мировую революцию». Ограбление церкви было не единственной целью большевистского плана. Второй его частью стало физическое уничтожение духовного сословия. Ленин сформулировал эту задачу прямо и недвусмысленно: «Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся по этому поводу расстрелять, тем лучше». Аресты и бессудные расстрелы новгородского духовенства начались уже в 1918 году и продолжались вплоть до 1938 года. Убивали деревенских батюшек, крестивших и обучивших грамоте в церковно-приходских школах всю округу, убивали монахинь, дьяконов, архимандритов, настоятелей монастырей. Всего было расстреляно свыше шестисот человек.
Трагически сложилась судьба новгородского митрополита Арсения (Стадницкого), человека широких познаний, в прошлом ректора Московской духовной академии, члена Государственного Совета и Священного Синода, В 1920 году Арсений был арестован и заключен в тюрьму. Вскоре его пришлось выпустить, поскольку в Новгороде начались многолюдные сходы с требованием освободить владыку. В 1922 году Арсений снова предстал перед Ревтрибуналом по обвинению в противодействии мероприятиям Советской власти. На этот раз вмешались знаменитый адвокат Кони и писатель Горький, который лично просил за митрополита у Ленина. Владыку выпустили, но через полтора года он снова оказался в Бутырках по так называемому делу патриарха Тихона. Дело вел следователь Яков Агранов, на совести которого уже числился расстрел поэта Николая Гумилева. Арсению была уготована та же судьба, но Советское правительство в это время добивалось международного признания, и убийство известных иерархов могла иметь нежелательный резонанс. Арсения сослали в далекий Туркестан, где он и умер в 1936 году.
Разрушение епархии продолжалось. В 1929 году власти закрыли Софийский собор. Древний храм был превращен в антирелигиозный музей. Перед алтарем размещалась выставка: «Классовая сущность религии и средства религиозного дурмана». Вслед за Софией храмы стали закрывать десятками, забирая их под клубы, склады, архивы. В начале тридцатых годов прокатилась кампания по снятию колоколов. В Новгородской епархии власти сняли и отправили на переплавку 166 колоколов общим весом 66 тонн. Среди них были уникальные произведения литейного искусства Средневековья. К 1939 году были закрыты подавляющее большинство храмов и все монастыри, за малым исключением уничтожено все духовенство епархии. В Новгороде остался единственный действующий храм — Михаило-Архангельский собор на Прусской улице.
Великая Отечественная война во многом изменила идеологию сталинского режима. Власти уже не вспоминали про мировую революцию и пролетарский интернационализм. Им на смену был выдвинут лозунг национального патриотизма. Изменилось и отношение государства к Русской православной церкви, в стране стали снова открываться храмы, прекратились преследования верующих, из Гулага возвращались священники. На смену курса повлияла и тактика заигрывания с Русской православной церковью, которую проводили немцы на оккупированных территориях. Но в послевоенное время власти возобновили наступление на церковь. В Новгороде сохранялся только один действующий храм — Николо-Дворищенский собор, после закрытия которого богослужение переместилось в церковь святого апостола Филиппа.
И вот, когда казалось, что история древней новгородской церкви уже близка к завершению, началось ее чудесное возрождение. 20 июля 1990 года была восстановлена самостоятельная Новгородская епархия, ранее входившая в состав Ленинградской епархии. Возглавил старейшую кафедру России епископ (ныне митрополит) Лев (Церпицкий). Новому владыке досталось скудное наследство. Уже второе поколение новгородцев выросло в условиях официального атеизма. Однако владыка твердо верил в то, что, несмотря на десятилетия богоборчества, в душах новгородцев не угасла вера. Опираясь на широкую общественную поддержку, владыка Лев обратился к властям с просьбой о возвращении церкви главных новгородских святынь. Вскоре состоялось решение исполкома областного совета о передаче церкви в постоянное и безвозмездное пользование Софийского собора, Юрьева, Хутынского и Иверского монастырей, а также чудотворной иконы Знамения.
Ныне Новгородская епархия переживает свое второе рождение. В Великом Новгороде совершается богослужение в десяти храмах, включая Софийский кафедральный собор, в районах области открылись старые церкви и построены новые, на территории епархии действуют шесть монастырей, из которых три мужских (Юрьев, Валдайский Иверский Богородский и Михаило-Клопский Троицкий) и три женских: Варлаамо-Хутынский, Николаевский Косиновский и ставропигиальный Николо-Вяжищский). При многих приходах действуют воскресные школы, епархия издает журнал «София», при Юрьевом монастыре открылось духовное училище. Епархия участвует в благотворительных акциях, помогает больным и нуждающимся. 28 декабря 2011 года постановлением Священного Синода из Новгородской епархии была выделена Боровичская епархия и образована Новгородская митрополия, а владыка Лев был возведен в сан митрополита Новгородского и Старорусского.
Вы также можете подписаться на мои страницы:
— в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy
— в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
— в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
— в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
— в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
— в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

АФАНАСИЙ МОСКОВСКИЙ

Афанасий (+ после 1568), духовник Иоанна Грозного, митрополит Московский (1564-1566).

В миру Андрей.

Родился в городе Переяславле.

Был священником в Переславле-Залесском, с 1549 г. протопоп Благовещенского собора Московского Кремля.

В 1552 году сопровождал Иоанна Грозного в походе на Казань, будучи его духовником.

6 октября того же года освящал построенную в Казани церковь в честь Благовещения.

В 1554 году священнодействовал при крещении царевича Иоанна в Чудовом монастыре.

Принял постриг в 1562 году в Чудовом монастыре с именем Афанасий, и остался тут иноком.

24 февраля 1564 года после смерти митр. Макария избран в митрополита Московского. 5 марта 1564 года совершалась хиротония.

16 марта того же года утвердил уставную грамоту митр. Макария, данную Вологодскому Спасо-Преображенскому монастырю.

При митр. Афанасии на поместном соборе 1564 года было определено, чтобы Московские митрополиты носили белый клобук.

В конце апреля 1565 года и в 1566 году вместе с прочим духовенством ручался царю за боярина И.П. Яковлева и за князя М.И. Воротынского.

16 мая 1566 г. оставил митрополию «за немощью великою» и возвратился в Чудов монастырь.

Скончался после 1568 года. Погребен в Архангельской церкви Чудова монастыря.

Известна переписка с Иваном Грозным. Составил «Житие Даниила Переяславского», автор «Слова на перенесение мощей Николая Чудотворца», дополнил Степенную книгу, которая и после него стала дополняться таким же образом.

Занимался иконописью, поновлял икону Николая Великорецкого (совместно с митрополитом Макарием), писал копии с нее. В 1567 г. в Чудовом монастыре поновлял Владимирскую икону Божией Матери:

Того же лета (1567), июля, повелением государя царя и великого князя Ивана Васильевича всея Руси поновлен бысть образ Пречистые Владимирские Лукина письма евангелиста, златом и камением украшен многим, что стоит в Пречистой соборной в богоспасаемом граде Москве, а поновлял бывший митрополит Афонасей.

Предположительный автор иконы Благословенно воинство Небесного Царя (Церковь воинствующая).

Святитель Пи́мен, архиепископ Новгородский

До епископства был клириком Кирилло-Белозерского монастыря Новгородской епархии.

20 ноября 1552 года хиротонисан в архиепископа Новгородского и Псковского, а 6 декабря уже прибыл в Новгород и сразу же проявил себя как деятельный и рачительный иерарх: «Еще смертоносное поветрие не престало в Новегороде, он же нача служити во святей Софеи и поставляти по обителемь игумены, а по всем церквам священники, и оттоле нача милость Божия быти, помале и поветрие преста».

За семнадцать с лишним лет правления архиепископ Пимен много сделал для преуспеяния вверенной ему епархии. Энергичный иерарх закладывает и освящает новые церкви и устраивает монастыри. В 1554 году архиепископ Пимен, как почитатель памяти блаженного Николая Кочанова, Христа ради юродивого, Новгородского († 1392; память 27 июля/9 августа), выстроил над гробом его храм во имя святого великомученика Пантелеймона, память которого празднуется в день кончины блаженного Николая, 27 июля. 30 апреля 1558 года им открыты мощи святителя Никиты, епископа Новгородского, затворника Печерского († 1108; память 31 января/13 февраля и 30 апреля/13 мая), по особому видению. Во сне явился ему муж с едва заметной бородой и сказал ему: «Мир тебе, возлюбленный брат! Не бойся, я предместник твой, шестый епископ Новгорода, Никита. Приспело время, и Господь повелевает открыть мощи мои народу». Проснувшись, Пимен услышал звон к утрени и поспешил в собор. На пути встретился ему благочестивый новгородец Исаакий, который в ту же ночь также видел во сне святителя Никиту, повелевшего ему передать владыке, чтобы не медлил с открытием мощей. Услышав от Исаакия о бывшем ему видении, архиепископ немедленно приступил к открытию святых мощей. Когда была поднята крышка гробницы, увидели священные сокровища благодати: не только тело угодника Божия, но и ризы его сохранились в нетлении. По распоряжению архиепископа Пимена игумен Московского Даниловского монастыря Иоасаф написал вторую редакцию Жития святителя Никиты. В 1560 году архиепископ Пимен основал Введенский Тихвинский женский монастырь. В 1566 году освятил новую церковь Рождества Богородицы на Волотовом погосте, а в 1568 году – новую церковь Николая Чудотворца. Заботился владыка Пимен и о старых храмах: в 1557 году «обложил» Никитинскую церковь, в 1558 году поновил придел Иоакима и Анны в Софийском соборе, а через два года устроил в соборе царское и святительское места, в 1560 году освятил придел Космы и Дамиана в Андреевской церкви на Щитной улице. В 1558 году архиепископ Пимен организовал доставку и торжественную встречу чудотворных икон, взятых царским войском в Нарве, в 1561 году провожал три образа, затребованных царем из Софийского собора. Для Софийского собора был отлит самый большой новгородский колокол-благовестник в 500 пудов, который в 1570 году царем Иваном Грозным был перевезен в Александровскую слободу.

Согласно Житию митрополита Филиппа, архиепископ Пимен первым внял клевете, порочившей митрополита Филиппа (Колычева, † 1569; память 9/22 января, 3/16 июля), и изрек вместе с другими: «Како царя утвержает, самому же неистовая творящу». В ответ гонимый митрополит будто бы пророчески заявил архиепископу Пимену: «И тщишися чужий престол восхитити, но и своего помале извержен будеши». Однако мучения, которые претерпел архиепископ Пимен во время новгородского похода Ивана Грозного, оправдали его в глазах современников. Резкий в своих оценках А. М. Курбский не решается безоговорочно осудить главу новгородской Церкви: с одной стороны, «глаголют его похлебовати мучителю, и гонитель был вкупе на Филиппа митрополита», но, с другой стороны, «был Пимин чистаго и зело жестокаго жительства». В течение длительного времени «царь мирволил к Новогородскому владыке». Будучи в Русской Церкви вторым лицом после митрополита, архиепископ Пимен должен был принимать участие в ответственных государственных делах. В начале 1565 года архиепископ Пимен, наряду с архимандритом Московского Чудова монастыря Левкием, возглавил делегацию в Александрову слободу, которая просила Ивана Грозного вернуться к власти.

По доносу архиепископ Пимен был обвинен в намерении «Новгород и Псков отдати литовскому королю». Царь прибыл в Новгород и в продолжение шести недель, со 2 января по 13 февраля 1570 года, совершал свои страшные казни, от которых погибло несколько тысяч новгородцев и окрестных поселян. Ограблены были не только жилища граждан, но и все монастыри, все церкви, начиная с Софийского собора; из них взяты были кроме казны священные сосуды, лучшие иконы, ризы, колокола и отправлены в Москву. До пятисот игуменов, иеромонахов, иеродиаконов и старцев собраны были из всех новгородских монастырей, всенародно поставлены на правеж и по повелению царя забиты палицами до смерти, а потом развезены по своим монастырям для погребения. При въезде в Новгород царь не только отказался принять благословение архиепископа, но и публично обвинил его в измене. Расправа Ивана Грозного с опальным владыкой произвела большое впечатление на современников, о чем свидетельствуют не только летописные известия, но и рассказы иностранцев. Если верить сообщению Альберта Шлихтинга, царь, надругавшись над саном Пимена, сказал, что ему не пристало быть архиепископом, но следует стать скоморохом и жениться. Воплощая в жизнь свою жестокую шутку, царь велел посадить архиепископа на кобылу, которую назвал его женой, вручил святителю бубны и волынку – атрибуты скомороха. Так владыку, как шута, возили по улицам города. В таком же виде отправили архиепископа в Александровскую слободу, а затем, лишив сана, сослали в Николаевский Веневский монастырь под Тулой, где он вскоре скончался. А. М. Курбский в своей «Истории» утверждал, будто царь еще в Новгороде повелел утопить архиепископа в реке.

Ссылку свою святитель провел в посте и молитве.
Скончался 25 сентября 1571 года.
Архиепископ Пимен почитаем народом за свою праведную, богоугодную жизнь.

Список епископов Новгородских

Основная статья: Новгородская епархия

Епископская кафедра в Новгороде была учреждена в конце X века после крещения Руси князем Владимиром. Первым новгородским архиереем стал прибывший с князем из Корсуни епископ Иоаким.

До половины XII века новгородского епископа назначал и рукополагал митрополит Киевский и всея Руси с собором епископов в Киеве. Со второй половины XII века новгородцы начали выбирать из местного духовенства и своего владыку, собираясь «всем городом» на вече и посылая избранного в Киев к митрополиту для рукоположения. Первым таким выборным епископом был игумен одного из местных монастырей Аркадий, избранный новгородцами в 1156 году.

В 1165 году новгородские архиереи получили сан архиепископов, а с 1589 года — митрополитов.

Епископы Новгородские

Архиепископы Новгородские

1509—1526 — междуархиерейство

  • Макарий I (1526—1542)
  • Феодосий II (1542—1550)
  • Серапион II (Курцев) (1551—1552)
  • Пимен (1552—1571)
  • Леонид (1571—1575)

Митрополиты Новгородские

  • Александр (Бердов) (12 сентября 1576 — 26 июня 1591)
  • Варлаам (Белковский) (20 февраля 1592 — 15 апреля 1601)
  • Исидор (6 февраля 1603 — 10 апреля 1619)
  • Макарий II (22 июля 1619 — 12 сентября 1626)
  • Киприан (20 октября 1626 — 17 декабря 1634)
  • Аффоний (8 марта 1635 — 7 января 1649)
  • Никон (Минин) (11 марта 1649 — 25 июля 1652)
  • Макарий III (8 августа 1652 — 14 ноября 1662)
  • Питирим (6 августа 1664 — 7 июля 1672)
  • Иоаким (Савёлов) (22 декабря 1672 — 26 июля 1674)
  • Корнилий (6 августа 1674 — 3 марта 1695)
  • Евфимий III (14 апреля 1695 — 6 декабря 1696)
  • Иов (6 июня 1697 — 3 февраля 1716)

1716—1721 — междуархиерейство

  • Феодосий III (Яновский) (31 декабря 1720 — 12 мая 1725), архиепископ
  • Феофан (Прокопович) (25 июня 1725 — 8 сентября 1736), архиепископ

1736—1740 — междуархиерейство

  • Амвросий (Юшкевич) (29 мая 1740 — 17 мая 1745), архиепископ
  • Стефан (Калиновский) (18 августа 1745 — 16 сентября 1753), архиепископ

1753—1757 — междуархиерейство

  • Димитрий (Сеченов) (22 октября 1757 — 14 декабря 1767)

1767—1775 — междуархиерейство 1 января 1775 — 16 октября 1799 не сливаясь с Санкт-Петербургской епархией, находилась под управлением Санкт-Петербургских митрополитов

  • Гавриил (Петров) (16 октября 1799 — 19 декабря 1800)

19 декабря 1800 — 26 марта 1818 — не сливаясь с Санкт-Петербургской епархией, находилась под управлением Санкт-Петербургских митрополитов

  • Амвросий (Подобедов) (26 марта — 6 апреля 1818)

26 июня 1818—1892 — не сливаясь с Санкт-Петербургской епархией, находилась под управлением Санкт-Петербургских митрополитов

  • Феогност (Лебедев) (21 ноября 1892 — 13 августа 1900), архиепископ
  • Гурий (Охотин) (13 октября 1900 — 17 октября 1910), архиепископ
  • Арсений (Стадницкий) (5 ноября 1910 — 11 августа 1933)

В связи с нахождением митрополита Арсения с лета 1922 под арестом и в ссылке епархия до 1933 имела временно управляющих епископов (Серафим (Велицкий), Иосиф (Петровых), Алексий (Симанский))

  • Алексий (Симанский) (11 августа — 5 октября 1933)

Следующие новгородские архиереи до января 2012 не имели сан митрополита

  • Венедикт (Плотников) (5 октября 1933 — август 1936)
  • Сергий (Васильев) (1936—1937) — управляющий епархией
  • Николай (Ярушевич) (1937—1940) — управляющий епархией

1943 — 1956 — объединена с Ленинградской епархией

  • Сергий (Голубцов) (1959 — 23 октября 1967) (в/у с 1956)

1967 — 1990 — объединена с Ленинградской епархией

  • Лев (Церпицкий) (с 20 июля 1990)
  • Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский
  • Здравомыслов К. Я. Иерархия Новгородской епархии от древнейших времен до настоящего времени: Краткие биографические очерки. Новгород, 1897. , 255 с.
Епископы Новгородские
Епископы
Новгородские
Иоаким Корсунянин • Ефрем Грек • Лука Жидята • Стефан • Феодор • Герман • Никита • Иоанн (Папин) • Нифонт • Аркадий
Архиепископы
Новгородские
Иоанн II • Григорий • Мартирий • Митрофан • Антоний (Ядрейкович) • Арсений Чернец • Спиридон • Далмат • Климент • Феоктист • Давид • Моисей • Василий Калика • Алексий • Иоанн III • Симеон • Феодосий I • Евфимий I • Евфимий II • Иона • Феофил • Сергий • Геннадий (Гонзов) • Серапион I • Макарий I • Феодосий II • Серапион II (Курцев) • Пимен Чёрный • Леонид
Митрополиты
Новгородские
Александр (Бердов) • Варлаам • Исидор • Макарий II • Киприан (Старорусенников) • Аффоний • Никон (Минин) • Макарий III • Питирим • Иоаким (Савёлов) • Корнилий • Евфимий III (Рылков) • Иов • Феодосий (Яновский) • Феофан Прокопович • Амвросий (Юшкевич) • Стефан (Калиновский) • Димитрий (Сеченов) • Гавриил (Петров) • Амвросий (Подобедов) • Феогност (Лебедев) • Гурий (Охотин) • Арсений (Стадницкий) • Иосиф (Петровых) • Алексий (Симанский) • Венедикт (Плотников) • Николай (Ярушевич) • Сергий (Голубцов) • Лев (Церпицкий)