Православие о мате

Почему сквернословие – огромное зло?

Увы, уровень культуры речи сегодня так катастрофически низок, что к «ненормативной лексике», как именуется брань в лингвистике, не стыдятся прибегать ни политики в публичных выступлениях, ни журналисты, что уж говорить о «простых смертных»: многие по-матерному разговаривают, умудряясь почти не прибегать к иным словам. Все это очень печально, особенно потому, что сквернословие – это не только и не столько проблема культуры. И менее всего проблема культуры. О том, почему сквернословие – зло, чем оно опасно с духовной точки зрения, к каким силам взывает ругающийся, говорят пастыри Русской Православной Церкви, давая и советы, как воздерживаться от сквернословия, как противостоять искушению выругаться.

Мытарство 1-е, грех языка

Сквернословие – это порабощение бесовским силам

Игумен Нектарий (Морозов):

– Слово – это универсальный инструмент, который дан нам для общения с людьми, но в словесную форму мы обращаем чаще всего и свою молитву к Богу. Бывает, конечно, такая молитва, как говорит святитель Феофан Затворник, когда мы молимся не словами, а чувством, какой-то мыслью, в слово не оформившейся. Но чаще всего мы всё же обращаемся к Богу словесно. Когда человек использует данный ему дар слова настолько нерассудительно, небрежно, что позволяет себе произносить гневные слова, это и нелогично, и неестественно, ибо, как указывает апостол Иаков, не может из одного источника истекать и горькая, и сладкая вода (ср.: Иак. 3: 11–12). Не может человек одними и теми же устами и Бога прославлять, и кого-то хулить.

Когда человек сквернословит, он оскорбляет не столько свои уста, сколько свое сердце, и потом бывает очень трудно по-настоящему к Богу обращаться.

Протоиерей Сергий Правдолюбов:

– Слова не нейтральны. Они взаимосвязаны с окружающим нас миром. В отличие от животных, которых называли в древности безсловесными, человек обладает высшей степенью словесности, разумности. Он может прославить языком Бога, а может кого-то обругать или проклясть. Можно произнести простые слова: «Не знаю этого Человека», – и отречься от Него. А можно сказать: «Я верен Ему даже до смерти!» – и стать мучеником.

Употребляемые многими людьми сквернословия – это эвфемизмы, то есть не договоренные до конечного смысла слова, только намеки, полуназвания. А откровенная ругань без прикрас – страшна и ужасна!

Один заключенный Соловецкого лагеря особого назначения рассказывал с трепетом о том, как он слышал полноценные ругательства больших мастеров такой ругани среди заключенных в 1936 году. Он говорил, что человек, который так виртуозно ругался, не учился ни в семинарии, ни в духовном училище, но ругался с такими тонкостями и почти невозможным для простого человека знанием догматики и богословия, что становилось видно, что это трансляция мыслей и слов тех страшных сил, которые борются с Богом всегда. Повторение таких слов есть присоединение к той силе, которая именно так воспринимает Бога. Облегченные смыслы и эвфемизмы не устраняют самой сути и силы этих слов. Вот почему надо твердо и ответственно беречься от употребления таких слов и избегать сначала подчинения, а потом порабощения этим бесовским силам.

Протоиерей Максим Козлов:

Сквернословя, мы погрешаем против одной из черт подобия Божиего в нас – способности слова

– Грех сквернословия, на мой взгляд, страшен тем, что мы погрешаем против одной из черт подобия Божиего в нас. Этой чертой является, по преподобному Иоанну Дамаскину, способность слова. Соответственно, враг рода человеческого более всего желает исказить в человеке то, через что человек становится Богу подобным. Исказить любовь, исказить чистоту, простоту души. Стремится он исказить и употребление дара слова, отличающего нас от всего иного видимого творения. И борьба против сквернословия – это не борьба против вредной привычки. Это борьба за то, чтобы оставаться христианином.

Как не поддаться искушению сказать гнилое слово

Протоиерей Олег Стеняев:

– В Священном Писании говорится о том, что надо опасаться праздных слов, надо опасаться гнилых слов. Так, в Послании к Ефесянам апостол Павел пишет: «Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим. И не оскорбляйте Святаго Духа Божия, Которым вы запечатлены в день искупления» (Еф. 4: 29–30).

Совет людям гневливым: если раздражение подходит, то старайтесь говорить как можно медленнее

Человек должен очень аккуратно относиться к своим словам, поэтому я обычно даю такой совет людям гневливым: если раздражение подходит, то старайтесь говорить как можно медленнее. Как в Послании апостола Иакова сказано: кто может обуздать язык, обуздает и все тело (ср.: Иак. 3: 2). Когда человек переходит на медленную речь, ему легче ее контролировать. Он сможет избегать праздных и гнилых слов, клеветнических высказываний.

Мы должны контролировать нашу речь, насколько это возможно. Даже когда мы что-то выговариваем людям, мы должны четко понимать, для чего мы это делаем. Хотим ли мы помочь человеку? Или мы хотим опозорить его или даже погубить? Нам заповедали, что со словами обличения нельзя подходить ни к какому грешнику, если у нас нет слов исправления для этого человека. Вот об этом всегда надо помнить.

Протоиерей Александр Кузин:

– Сквернословие – следствие обуревания сердца нечистыми страстями, «ибо от избытка сердца говорят уста» (Мф. 12: 34). Бывает, что в общем-то чистый человек попадает в среду, где господствует сквернословие, – в армию, на стройку и т.п. Требуется употреблять усилие, чтобы не поддаться искушению. Поддался – кайся. Не поддаешься – несешь свой крест исповедания Христа – и помоги тебе, Господи.

Протоиерей Павел Гумеров:

– Сквернословие – это большой грех. И не только сквернословие, но и любое грубое, бранное слово. Апостол Павел говорит: «Никакое слово гнилое да не исходит из уст ваших» (Еф. 4: 29). Совершенно недопустимо засорять свою речь матерной бранью – не только для христианина, но и для человека, у которого просто есть совесть.

Но это не только тяжелый грех, но еще и преступление. Административный Кодекс Российской Федерации нецензурную брань в общественных местах рассматривает как правонарушение – «мелкое хулиганство», которое карается штрафом или административным арестом до 15 суток. Статья эта очень редко применяется, но если найдутся свидетели или попадется дотошный полицейский, то человека могут оштрафовать или отправить на 15 суток. А если нецензурная брань будет высказана в адрес конкретного лица, то это уже оскорбление – преступление не административное, но уголовное. Статья 130 Уголовного Кодекса предусматривает наказание за оскорбление с употреблением нецензурной брани. Как видим, все очень серьезно.

Нельзя легкомысленно относиться к брани. Это всегда оскорбление чувств другого человека, а ведь если кто-то хочет другого человека оскорбить, то оскорбляет что-то для него святое. А самое святое для человека – это его мать или его вера. Оскорбление веры карается у нас теперь по закону. Но и оскорблением матери ты наносишь человеку очень серьезную обиду.

Употребляя матерную брань, мы участвуем в языческом призывании темных сил

Почему сквернословие для христианина – серьезный грех? Потому что, как, например, пишет епископ Варнава (Беляев), корни сквернословия – в языческом фаллическом культе. Этот культ поклонения всяким мерзостям присутствовал у многих языческих народов. Так что если человек эти слова произносит, даже не желая кого-то обидеть, просто для связки слов, он мало того что оскорбляет мать того человека, к которому обращается – и не только его мать, но, как говорили еще наши предки, он оскорбляет Матерь Божию и нашу землю – три сразу оскорбления. Так вот, он еще волей-неволей читает языческие заклинания фаллического культа. Этот культ связан с языческим поклонением силам плодородия и сопровождался всякими непотребствами. Он был или есть у всех языческих народов, в славянском язычестве в том числе. Он и сейчас практикуется различными родноверами, когда они около фаллического столба пляшут. Так что употребляя матерную брань, мы участвуем в языческом призывании нечистой силы.

Сквернословя, ты, как христианин, отрекаешься от веры и служишь всяким нечистым инфернальным сущностям. Так что это очень страшное дело.

В течение дня фиксировать, сколько раз ругнулся, а вечером класть за каждое гнилое слово 10 поклонов

Избавиться от привычки к брани сложно. Это страсть, устойчивая греховная зависимость. Один военный дал такой очень хороший совет – а среди военных, к величайшему сожалению, эта страсть распространена. Так вот, он говорил так: «Я в течение дня старался фиксировать, сколько раз ругнулся матом, а потом, придя вечером в казарму, клал за каждый мат 10 поклонов. И когда сделаешь 100 поклонов, мне уже в следующий раз ругаться не хочется». Вот так человек сам себя исправлял. Мне кажется, очень эффективно, когда ты сам фиксируешь свой грех и потом хочешь сам себя наказать за него. Конечно, фиксировать сложно; может быть, стоит какой-то блокнот завести, чтобы в нем отмечать, сколько раз ты не удержался. Но совет мне кажется хорошим.

Невозможно сквернословить и молиться!

Протоиерей Алексий Уминский:

– Грех сквернословия имеет двойную злую особенность. Прежде всего, это грязное осквернение себя самого. Потому что слово велико само по себе. Потому что мы знаем, что слово есть Бог. Бог есть Слово. И «словом Господним небеса утвердишася, и духом уст Его вся сила их» (Пс. 32: 6). Потому что даже само слово «человек» – русское слово, неправильно иногда трактуемое как составное от «чело» и «век», – значит «словесный». Человек – это значит: «словесный». И славяне – от слова «словесный». Слово – это то, что делает человека человеком, то, что отличает человека от животного. То, что делает человека образом и подобием Божиим. И когда человек это слово начинает унижать, уничтожать, опустошать, то человек самого себя опустошает.

Второе: слово имеет силу. Об этой силе слова прекрасно написал наш великий русский поэт Николай Гумилев:

В оный день, когда над миром новым
Бог склонял лицо Свое, тогда
Солнце останавливали словом,
Словом разрушали города.

И орел не взмахивал крылами,
Звезды жались в ужасе к луне,
Если, точно розовое пламя,
Слово проплывало в вышине…

Сквернословие – это разрушение мира. Бог созидает – а человек разрушает

Слово может созидать, и слово может разрушать. Слово Божие – созидательно. И слово человеческое может быть созидательно. Слово святых созидательно. Слова добра и любви очень созидательны. А вот мат и сквернословие – разрушительны. Они несут в себе призрак страшнейшего разрушения мира. Бог созидает, а человек разрушает; Бог строит, а человек уничтожает. И потому сквернословие имеет эти два смысла. А может быть, даже и больше смыслов. Но мне кажется, эти два, о которых я сказал, наиболее опасны.

Священник Александр Шумский:

– Лучше апостола Иакова об этом никто не сказал: «Так и язык – небольшой член, но много делает. Посмотри, небольшой огонь как много вещества зажигает! И язык – огонь, прикраса неправды; язык в таком положении находится между членами нашими, что оскверняет все тело и воспаляет круг жизни, будучи сам воспаляем от геенны» (Иак. 3: 5–6).

Действительно, лучше не скажешь. Черное слово произнес – и все оскверняется: и тело, и душа. И люди, которые это слышат, тоже оскверняются. Сам не ругаешься матом, например, но находишься среди тех, кто сквернословит, – и через какое-то время чувствуешь себя так, будто тебя дерьмом облили из пульверизатора, – хочется пойти в душ помыться. Потому что, хочешь, не хочешь, но ты все равно эти слова в себя вбираешь, хоть и не произносишь их.

По слову апостола, язык, воспаляясь от геенны, воспаляет и круг жизни. Это воспаление, это гной – духовный гной, который накапливается в ране, потом прорывается. Страшная вещь.

Сквернословие – это антимолитва, это жертва сатане по сути дела. Раз я одному сквернослову сказал: «Вот ты можешь часами ругаться матом, не испытываешь никакой трудности, чтобы эти слова произносить. А попробуй хотя бы одну минуту говорить: “Господи, помилуй!” Два слова – всего одну минуту!» И он не смог. Он разозлился и еще меня матом обругал после этого. Вот такой печальный эксперимент. Попроси человека пару минут вместо сквернословия помолиться – хотя бы на спор. Ведь не произнесет даже короткую Иисусову молитву. Будет еще злиться и драться полезет.

Невозможно материться и молиться!

Диакон Владимир Василик:

– Сквернословие страшно тем, что человек погружается в мир бесовской одержимости. Произнося скверные и хульные слова, он становится бесовским сосудом и бесовским рупором. Один философ сказал, что мы становимся тем, что мы едим, и мы становимся тем, что мы произносим. Поэтому страшны и сквернословие, и злословие. Потому что человек, говоря гадкие вещи, сам становится подобен им – проще говоря, сам становится гадом.

Я понимаю, почему люди сквернословят. Они сквернословят для того, чтобы не драться, для того, чтобы не набивать друг другу физиономии, но это плохой выход. Это называется черная исповедь, это вывод пара, вывод эмоций, которые на самом деле никуда не уходят, а оседают еще глубже в человеке и его отравляют. В конечном счете могут при определенных условиях спровоцировать его и на преступление.

Единственное средство, чтобы не гневаться и не сквернословить, – это исповедь и молитва. Тем более что Дух Божий и Дух Святой не совместимы со сквернословием, как несовместима с дымом пчела.

И еще один момент: произнося матерные слова, мы унижаем и оскорбляем свою мать; и во-вторых, оскорбляем Матерь Божию. А известно, что Господь наказывает за это. Как шли русские воины на поле Куликово? С молитвой, с духовным песнопением. И в день Рождества Пресвятой Богородицы, Божией Матери, Бог даровал им победу. Почему мы сплошь и рядом проигрывали в сражениях в XIX и XX веках? Потому что шли с матюгами. Вот и получаем по полной программе за это. За неумение хранить свои уста.

Для современного человека, как никогда, важен личный аскетизм, умение воздерживаться. Как никогда, при нынешнем продовольственном изобилии важны посты. И поэтому, слава Богу, проект решения Всеправославного Собора по посту, совсем недавно обнародованный, никак не посягает на его основу. Если при прежнем рискованном земледелии, при том голоде, который периодически начинался, люди находили в себе силы поститься, то нам стыдно не поститься. Понятно, почему люди сквернословят. От обжорства и пьянства. От пьянства, конечно, больше. «Отчего согрешила сестра твоя, Содома, если не оттого, что ела хлеб свой досыта и пресыщения?» – спрашивает Иезекииль.

Вот явные причины сквернословия: распущенность, обжорство, пьянство, ущемленная гордыня, большое количество отрицательных эмоций, с которыми дисциплинированный и нравственный человек с Божией помощью сможет и должен разобраться.

Именем матери

Предлагаем вниманию читателей статью из журнала «Православный паломник».

«За всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда: ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься».

(Мф. 12, 36-37)

Ничто в наше время не обесценено больше слова. Так и хочется вслед за св. праведным Иоанном Кронштадтским воскликнуть: «Что у нас пользуется меньшим уважением как слово? Что у нас изменчивее как слово? Что мы бросаем подобно грязи поминутно как не слово?»

Докатились

Сквернословие, а проще говоря, мат стал в последнее время явлением повсеместным и распространенным в самых широких слоях общества. Появились даже специальные курсы для детей, где за деньги их родителей (!) малышей учат ругаться матом и устраивают отчетные концерты перед мамами и папами, где ребятишки со сцены читают совсем не детского содержания стишки, написанные исключительно нецензурными словами. Все это происходит официально в стенах досуговых культурных центров! И чего еще ждать, когда мат по-хозяйски расположился на страницах газет, книг и модных журналов, когда его можно услышать с театральной сцены, экрана телевизора, когда почти во всех кинофильмах последнего времени (особенно иностранных) герои говорят на этом мерзком наречии.

Спорт и мат стали почти синонимами. Чтобы понять это, достаточно один раз побывать на футбольном матче или пожить рядом со школьным стадионом. В интернетовских соцсетях существуют целые сообщества так называемых самодеятельных (и не очень) литераторов, творящих на языке гениталий.

Так что же это за зараза такая? Откуда она взялась? И так ли уж она страшна?

Светский взгляд на проблему

Есть много мнений о том, что представляет собой мат. Так, некоторые ученые считают, что это просто невинные слова, которые раньше употреблялись без постыдного оттенка, а потом вдруг (с чего бы это?) стали неприличными. Например, на русской свадьбе пели так называемые корильные песни, в которых содержались непристойные на современный взгляд оскорбления жениха, чтобы невесте потом не пришлось корить избранника. Или крестьянин отпугивал нечистую силу нецензурной лексикой, уверенный в том, что «черт матюгов боится».

Однако как бы наши предки не относились к «невинным» словам, думается, что и они понимали, что это сквернословие. В XVII веке один анонимный автор написал даже «Поучение о матерной брани», где объяснил, что такой бранью оскорб­ляются три матери: Матерь Божия, родная мать каждого человека и Мать-сыра Земля. Как вы думаете, чего хорошего может ждать от жизни человек, который постоянно нарушает Божию заповедь: «Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле…» (Исх. 20, 12)? Правильно– ничего!

Светские психологи утверждают, что использование мата является свидетельством низкого уровня контроля собственных эмоций, повышенным уровнем агрессии.

А что думает об этом Церковь?

«Сквернословие – гнусный порок, который в Священном Писании приравнивается к смертному греху (Еф. 5, 4-5), – пишет епископ Васильсурский, викарий Нижегородской епархии Варнава (Беляев). – Срамо­словие присуще всем векам, местам и народам. Порок этот есть наследие чисто языческое. Он всецело коренится в фаллических культах Древнего Востока, начиная с “глубин сатанинских” (Откр. 2, 24) и темных бездн разврата в честь Ваала, Астарты и прочих и кончая классическими наследниками библейского Хама. Причем порок этот и какое-то тайное странное тяготение к нему находятся в прямой зависимости от того, насколько близко стоит человек к Богу. И если он отодвигается от Божества, то тотчас же начинает входить в область сатанинскую и приобретать эту скверную привычку – призывать вместо Бога имя лукавого и вместо божественных вещей поминать срамные».

Вопрос о сквернословии Церковь выносила даже на обсуждение своих соборов и считала необходимым обращаться к содействию государственной власти, особенно в тех случаях, когда язычники позволяли себе непристойно выражаться в священных для христиан местах. Вот выписка из решения Карфагенского собора 419 года: «В сии дни, что и изрещи стыд есть, совершают на полях и на стогнах непристойныя плясания, и непотребными словами оскорбляют честь матерей семейств, и целомудрие других безчисленных благочестивых жен, собирающихся во святый день, так что от прибежища самыя святыя веры почти убегати нужно бывает» (71 правило).

Бесы рукоплещут

Святитель Иоанн Златоуст огромное значение придавал словам, выходящим из наших уст, и предостерегал: «Подлинно, есть много путей погибели чрез уста, например, когда кто сквернословит, когда насмехается, когда пустословит, когда тщеславится как фарисей…»

Употребляя нецензурные слова, подумайте, кому вы служите вместо Бога, кому «молитесь». «Ты не просто совершаешь легкомысленное дело, не простую грубую шутку допускаешь, – говорит епископ Варнава (Беляев), – слова твои не простое колебание воздушных волн. Но ты произносишь – хотя, несчастный, и не веришь в это – страшные заклинания, ты накликаешь и привлекаешь гнуснейших бесов, ты в это время сатане приносишь противоестественную словесную жертву. Ты делаешься, посредством самых смрадных приемов, колдуном, магом, чародеем, быть может, не зная и не хотя того. Однако дело остается делом – и бесы тебя окружают и рукоплещут».

Святые отцы о сквернословии

Апостол Павел пишет: «Блуд и всякая нечистота не должны даже именоваться у вас, как прилично святым. Также сквернословие и пустословие и смехотворство не приличны вам, а напротив благодарение, ибо знайте, что никакой блудник, или нечистый… не имеет наследия в Царстве Христа и Бога» (Еф. 5, 3–5). В Послании к Колоссянам тот же Павел призывает: «А теперь вы отложите все: гнев, ярость, злобу, злоречие, сквернословие уст ваших» (Кол. 3, 8).

Климент Александрийский еще в конце II века по Рождестве Христовом на своих лекциях поучал слушателей катехизаторской школы в Александрии, готовившихся к принятию Крещения: «От неблагопристойных речей мы не только сами должны воздерживаться, но строгостью своего взгляда, отворачиванием головы, так называемым морщением носа, а часто и жестким словом намордник набрасывать на уста и тем, кто вдается в такие речи. Ибо исходящее из уст, говорится, оскверняет человека» (Мф. 15, 18).

А вот Иоанн Златоуст: «Хочешь ли знать, сколь великое зло – говорить срамное и постыдное? Всмотрись, как краснеют от твоего бесстыдства те, которые тебя слушают. В самом деле, что может быть хуже и презреннее человека, бесстыдно срамословящего?.. Как же ты можешь научить целомудрию жену, когда бесстыдными глазами возбуждаешь ее идти в распутство? Лучше извергать гнилость изо рта, нежели сквернословие. Если у тебя дурно пахнет изо рта, то ты не прикасаешься к общей трапезе; но когда в душе твоей такой смрад, скажи мне, как ты дерзаешь приступать к Тайнам Господним?.. Ничто так не прогневляет Его, Святейшего и Чистейшего, как такие слова; ничто не делает людей столь наглыми и бесстыдными, как когда они говорят и слушают подобные слова; ничто так легко не расстраивает нервы целомудрия, как возгорающийся от таких слов пламень. Бог вложил в уста твои благовоние, а ты влагаешь в них слова, зловоннее всякого трупа, убиваешь самую душу и соделываешь ее нечувствительною».

Как спасаться

Во-первых, обратиться умом к Богу и вооружиться Иисусовой молитвой. «Если ты научишься не говорить ничего лишнего, – советует Иоанн Златоуст, – но постоянно ограждать и мысль и уста свои беседою из Божественных Писаний, то хранение твое будет крепче адаманта… Видел ли наказываемых за злословие? Посмотри на получающих награду за благословение. Благословящии тя благословени, и проклинающии тя прокляти (Чис. 24, 9). Благословите изгоняющия вы, молитеся за творящих вам напасть, да будете подобни Отцу вашему, Иже есть на небесех (Мф. 5, 44-45)…

Но ты болтлив, ты имеешь этот недостаток? Говори лучше о своих делах Богу, – и это не будет недостатком, а будет приобретением… Хочешь быть далеким от скверных слов? – избегай не только скверных слов, но и беспорядочного смеха и всякой похоти…

Прежде всех других членов умерим этот (язык), его обуздаем и изгоним из уст ругательства и брани, и сквернословие, и злоречие, и злую привычку к клятвам. Поучимся побеждать злого беса. Он обыкновенно вредит нам всеми мерами, но особенно посредством языка и уст. Ибо никакой другой член так не пригоден ему для обольщения и погибели нашей, как невоздержанный язык и необузданные уста».

Галина Дигтяренко

«Бог вложил в уста твои благовоние, а ты влагаешь в них слова, зловоннее всякого трупа, убиваешь самую душу и соделываешь ее нечувствительною».

Иоанн Златоуст

«Сквернословие – гнусный порок, который в Священном Писании приравнивается к смертному греху».

(Еф. 5, 4-5)

«Положи Господи хранение устом моим, и дверь ограждения о устнах моих».

Правда о «русском» мате. Епископ Митрофан (Баданин)

Увы, мат в России стал чуть ли не национальным достоянием. Услышать его можно везде и всюду, от людей всех возрастов и профессий. Причем одни матерятся потому, что уже не умеют говорить по-другому, другие делают это, подражая окружающим или, как подростки, назло учителям с родителями.

По мнению владыки Митрофана (Баданина), епископа Североморского и Умбского, матерясь, неверующий народ купается в словесной скверне, которая разрушает его душу изнутри. Казалось бы, владыке, в прошлом — офицеру Северного флота, мат не должен быть чужд, но позиция у архиерея жесткая!

— Если Бога нет, то все позволено, а значит, можно говорить эти ужасные слова, которые пришли к нам из язычества, — рассказывает владыка Митрофан на страницах своей книги «Правда о русском мате». — Человек привыкает к ним потому, что в них энергия зла. Эта зависимость подобна наркотической. Без мата сквернослов уже не может ни мыслить, ни действовать. Сила мата придает ему кураж и … подчиняет Князю Тьмы. Мат с духовной точки зрения – это антимолитва.

До революции почти не матерились

Епископ Североморский изучил множество документов и пришел к выводу, что мат укоренился в нашей стране после гибели Российской империи. До 1917 года русским людям не было свойственно материться, так как они были верующими, а религия строго запрещала им сквернословить.

— Мой прадед 12 лет отслужил со знаменитым адмиралом Макаровым, был в его специальной команде, в которой разрабатывались новейшие типы вооружения – морские мины, торпеды. Он прошел две кругосветки, начинал с простого матроса. Так для него самое страшное ругательство было слово «чумичка». То есть поварешка! Вот когда прадеда уже выведут окончательно, досадят, он назовет тебя чумичкой. Вот все, что он мог себе позволить. Потому что люди были верующие, и греха сквернословия совершать им было нельзя, — продолжает владыка.

Это словесное проклятье!

— Сейчас отдельные защитники матерного слова любят ссылаться на берестяные грамоты древнего Новгорода, где была замечена обсценная лексика. Но сразу заметим: из тысячи с лишним грамот, найденных археологами, эти нечистые слова найдены только в четырех. Это совсем немного, — пишет владыка Митрофан.

– Те словосочетания, которые сохранились как матерщина, использовались в языческих обрядах как магические заклинания, средство привлечения нечистых духов. Одним из важнейших предназначений этих слов было наведение порчи на врага, проклятие его рода. Недаром все эти слова были так или иначе связаны с детородынми органами и процессом воспроизводства. В болгарской хронике XIII-XV веков слово «изматерили» означает вовсе не «обругали», а именно «прокляли».

Водораздел между жизнью и смертью – по нецензурщине

Епископ Митрофан уверен, что советская власть специально внедряла мат в жизнь народа. Во-первых, для того, чтобы разрушить его духовность. А во-вторых, матерщина служила инструментом принуждения людей к изнуряющей работе во время коллективизации и индустриализации.

— Это была позиция! Глубокая духовная позиция советской власти. Об этом писал еще академик Лихачев: свой – это тот, кто матерится! Как в лагерях отличали — кто не матерится, тот не наш. Их и расстреливали в первую очередь, потому что такой человек не поддерживает этот режим. То есть, он затаившийся враг. Вот где проходил рубеж между жизнью и смертью. Материшься, тебе должность дадут. А некоторые стояли до конца и были расстреляны, — печалится автор. — Лихачев знал, о чем писал, так как сполна хлебнул лагерей.

«Матюки превратят тебя в москаля»

— Тяжелое грязное слова мата почти победило российский народ. Грех языка, похотливых, скабрезных слов обрел в России статус нормы. И уверенно и нагло претендует на некий героический символ российской духовной традиции, — сокрушается епископ. – На этом нашем печальном заблуждении успешно спекулируют националистические силы бывших республик СССР, умело разыгрывая, надо признать, справедливое утверждение: «Жить с Россией, значит, жить в матерщине», «В России матом не ругаются – на нем разговаривают», «Матюки превратят тебя в москаля».

В армии и на флоте нет стержня веры

— С печалью следует признать, что наиболее стойкие традиции повседневной матерщины сложились в армии и на флоте. Сейчас, когда идет речь о введении института войсковых священников, о необходимости духовной перемены в армейских коллективах, возвращении чистоты в души воинов, самым явным препятствием этому процессу станет привычка материться, — уверен бывший флотский командир ,а ныне священник. – Просто диву даешься, с каким упоением моряки российского флота изливают друг на друга эту словесную грязь. Этот ублюдочный язык страшно не вяжется с мужественной красотой морской службы, старинными морскими традициями, благородной строгостью морской формы.

Современная армия и флот стоят перед огромной проблемой – духовной пустотой бытия. Та составляющая веры Христовой, которой так была сильна русская армия в прошлом, сегодня практически полностью отсутствует. Ребята лишены самого главного оружия воина – стрежня веры… Почему все таки этак гнусная традиция мата, принесенная революционными матросами, опьяневшими от офицерской крови и вседозволенности 1917 года, оказались для нас дороже традиций российского офицерства, традиций святого адмирала Федора Ушакова, генералиссимуса Суворова, адмиралов Нахимова, Синявина, Макарова?

Слово спасения

«В январе 1994 года группа разведки спецназа ВДВ, уходя от преследования отрядов чеченских сепаратистов, укрылась в полуразрушенном здании университета Чечни. Здесь спецназовцы обнаружили нашу пехоту – несколько пацанов-срочников с капитаном во главе. Объединившись заняли круговую оборону и приняли бой. Через сутки стало понятно: подмоги не будет. Патроны практически у всех закончились. И нас все сильнее стало охватывать чувство обреченности.

Тут же пришла мысль: надо решаться на прорыв. Мы, офицеры, хорошо понимали, что эта попытка безнадежна, тем более со срочниками, совсем еще детьми… Все приготовились к броску в вечность. Вокруг нас враг постоянно голосил свое «Аллах акбар!», давя на психику и пытаясь парализовать волю. И тут мы как-то разом решил, что будем кричать «Христос Воскресе!» Это было странное, подсказанное извне решение. Не секрет, что во всех предельных ситуациях той войны мы обычно орали диким яростным матом.

А тут освсем противоположено – святое «Христос Воскресе!» И эти удивительные слова лишили нас страха. Мы вдруг почувствовали такую внутреннюю силу, что все сомнения улетучились. С этими словами мы бросились в прорыв, началась страшная рукопашная схватка… Выстрелов не было, лишь звуки страшных ударов. В результате мы прорвались. Все до единого! Да мы все были ранены, но все были живы. И я точно знаю, что если бы пошли на прорыв с нашим традиционным матерным криком – все бы там полегли».

Эти воспоминания бывшего бойца спецназа ВДВ Николая Кравченко, а ныне священника православной церкви, работающего в войсках, епископ Митрофан не зря поместил в книгу. По его мнению, эта история — один из признаков того, что на Руси завершается период духовного безвременья, что пора всем вернуться к истокам нашей великой страны. А начать надо хотя бы с отказа от мата.