Православное фэнтези

Чем принципиально фантастика отличается от мистики?

Я очень люблю фантастику, можно сказать, что обожаю.

А вот мистику читать и тяжело и иногда даже неприятно,так она наполнена какими-то темными силами.

Мне кажется, что главное отличие фантастики от мистики не в том, в каком времени она оперирует, а в самом духе изложения и подачи материала.

Фантастика пишется так, чтобы мы поверили в реальность происходящего. Даже если это другая планета и если это другое измерение и если это другое время, все равно автор будет обращаться к нашему разуму, описывая все, что он пишет.

А мистику я б назвала описанием нереальности.

Для мистики главное-это воздействие на эмоции и подсознание человека. Она пронизана ощущениями жути, авторы ее не стесняются нагнать специально и сгустить.Все пугающие вас в детстве страхи обретут в мистике какую-то форму.

Я не люблю этот жанр. Даже самую великую философскую вещь «Божественную комедию» Данте с его путешествием по всем кругам Ада.

Теперь для тех, кто сказал, что фантастика отличается от мистики научностью. Нет и еще раз нет!

Есть милый жанр , называется ФЭНТЕЗИ. Это и не мистика и не фантастика. Там ни грамма науки, но она и не нагоняет жути. Она как правило обращена только к нашему воображению и отличается от обычной сказки тем, что она имеет более раскрытые и емкие человеческие характеры, они не такие обобщенные как в сказке, их нельзя назвать «архетипами», они конкретные. Этим сказка отличается от фэнтези.

Но не путайте все эти жанры с мистикой.

У мистики одно предназначение — замутит наш разум, переполнить его подсознательными страхами и чудовищами, которые у каждого свои.

Фантастика и фэнтези: разве христианам нужны эти сказки?

В редакцию «Фомы» пришло письмо от нашей читательницы:

Вопрос мой касается того, как христианину балансировать на тонкой грани между чрезмерной узостью взглядов с одной стороны — и «толерантной» широтой взглядов с другой стороны.

Вопрос родился вот как: обычно я приезжаю на новый год к родителям (они неверующие). Традиционно проводим досуг за просмотром различных фильмов (чаще фантастических). В этот раз я как-то особенно ясно поняла, что мне больше не интересно… Неинтересны фантастические теории о смысле мира и человека, неинтересно обсуждать эти идеи с мамой. У нас с ней интерес к научной фантастике всегда был общей темой, тем, о чем мы могли увлеченно беседовать, с подтекстом «а вдруг так на самом деле?…» А сейчас я просто знаю: «Нет, не так на самом деле, а только так, как учит Господь через Писание. Так и не иначе» — и я вдруг почувствовала эту уверенность как ущербность и бескрылость мысли. В конце концов, (говорит мне мысль), это просто скучно. Пусть правда у Христа, но любоваться и говорить об интересных идеях — разве преступление?

Это касается, конечно, не только фильмов, но и книг, и всего искусства.

Я художник, и для меня вопрос «свободы искусства» всегда стоит как-то особо остро, когда искусство сталкивается с верой.

Что это? Не фанатизм ли? И как правильно держать баланс в подобных вопросах?

Фрагмент из фильма «Интерстеллар». kinopoisk.ru

Ответить мы попросили редактора отдела культуры Виталия Каплана, который не только журналист, но и писатель-фантаст:

Без всякой иронии: автору письма многие верующие люди позавидовали бы — у нее, воцерковленной православной христианки, есть общая почва для общения с неверующей мамой (а именно, интерес к научной фантастике). Отталкиваясь от этой темы, можно уже постепенно переходить к обсуждению более важных вещей — этических и духовных. Когда начинающий воцерковляться человек пытается «миссионерить» своих близких, это чаще всего оборачивается неудачей — потому что говорит он с ними на языке, пока им чуждом, непонятном. А тут — есть общий язык, и если уж этим общим языком оказалась фантастика — значит, за нее и нужно зацепиться, надо обсуждать с мамой прочитанные книги, смотреть с нею вместе фильмы. А потом разговаривать об этом, стараясь ненавязчиво дать христианский взгляд на поднятые в книгах и фильмах вопросы.

Но чтобы это получилось, автору письма стоит глубже разобраться и в том, что такое фантастика как направление в искусстве, и как вообще с христианской точки зрения соотносятся свобода творчества и верность Христу.

Это важный вопрос, который стоит не только перед творческими людьми, но и перед каждым всерьез верующим человеком. Какие границы вера ставит нашему воображению? И есть ли они вообще?

Да, есть. Потому что если мы христиане, если всё, происходящее с нами и внутри нас, мы сверяем с Евангелием, с учением Церкви — неизбежно окажется, что не все наши фантазии, не все игры нашего воображения согласуются с христианским вероучением.

Фрагмент из фильма «Интерстеллар». kinopoisk.ru

Но как понять, где проходит «красная черта»? Существует ли какой-то единый, общезначимый ответ для всех? Можно ли составить список «запретных тем», «запретных идей», «запретных художественных приемов»? Очевидно, что нет — поскольку все люди разные, у каждого свой путь духовного развития, и что одному вполне допустимо, другому может оказаться вредным. Втиснуть литературу и искусство в прокрустово ложе «душеполезного» — не самая лучшая идея. Не самая лучшая — и не самая новая. На протяжении всей церковной истории то и дело происходили попытки запретить (из самых благочестивых соображений) то одно, то другое — и в конечном счете такие запреты приводили к лицемерию одних, жестокости других и безверию третьих.

Поэтому решения тут могут быть только личные. Если я осознал, что мне вот эта книга неполезна, я не буду ее читать. Если я чувствую, что если посмотрю вон тот фильм, на душе у меня будет гадко — я не стану его смотреть. Но избави меня Боже навязывать свою точки зрения другим! Конечно, я могу делиться с ними своим мнением, могу объяснять, что мне здесь не нравится, но нельзя требовать от них — апеллируя к христианству! — не читать, не слушать, не смотреть. Это и посягательство на чужую свободу, и психологическая манипуляция. Механизм тот же, что и когда подростка берут на «слабо». Там — если ты мне не подчинишься, ты ничтожество. Здесь — если ты мне не подчинишься, не поступишь, как я советую, значит, ты плохой христианин, ты позорище. А быть позорищем мало кому хочется.

Как же понять, какова именно твоя мера допустимого? Лучше, конечно, решать это с духовником — если он есть и если ты ему действительно доверяешь. Но и духовники такие не у всех имеются, и не каждый христианин способен на такое послушание, да и от ошибок никакой духовник не застрахован. Вспомним известную историю о преподобном Иоанне Дамаскине, которому его наставник в монастыре запретил сочинять духовные песнопения, и только прямое вмешательство Пресвятой Богородицы убедило наставника отменить свой запрет. Поэтому даже если мы всецело доверяемся в таких вопросах духовнику — то решение о том, чтобы ему довериться и послушаться, мы все равно принимаем сами.

А это значит, что личная мера допустимого — это всегда зона риска. Здесь нет формулы, куда подставишь свои данные и получишь правильный результат. Ориентироваться тут можно только косвенно, наблюдая за своим духовным состоянием, за отношением к людям, к Церкви, к молитве. Иногда можно, трезво взглянув на себя, заметить связь между, например, увлечением каким-то сериалом и холодностью по отношению к ближним, между привычкой к какому-то стилю в музыке — и нежеланием ходить в храм. Но такое если и увидишь, то вовсе не сразу.

Теперь от этих общих соображений перейдем конкретно к тому, что вызывает недоумения у автора письма — то есть к фантастике. Действительно, если проанализировать идеи, лежащие в основе большинства фантастических книг и фильмов, легко увидеть их несоответствие православной догматике. Будь то путешествия во времени, будь то параллельные миры, будь то альтернативная история… а уж о фэнтези и непременной для этого жанра магической составляющей я и не говорю. Вопрос, как это воспринимать с христианских позиций?

Во-первых, надо учитывать, что перед нами — не богословские трактаты. Это художественные произведения, они не претендуют на то, чтобы учить нас тому, как устроен мир. И этим они отличаются от разного рода эзотерической литературы, начиная от древних гностиков и заканчивая современными оккультистами. «Сказка — ложь». Строго говоря, большинство народных и литературных сказок тоже не очень-то соответствуют церковному вероучению. Попробуйте проанализировать с догматических позиций, например, «Сказку о царевне-лягушке» или «Дюймовочку». Следуя такой логике, отказаться нужно вообще от любой культуры, кроме церковной. Но кончится такой отказ тяжелыми духовными заболеваниями, потому что только достигшие святости совершенно не нуждаются в светской культуре. Среди нас, воцерковленных православных людей, таких, мягко скажем, маловато.

Во-вторых, если мы не просто называем себя христианами, но и хорошо знаем свое вероучение, то вряд ли нашу веру может смутить книга или фильм, в котором звучит что-то «крамольное». Напротив — такие произведения могут послужить нам пищей для ума, для духовного анализа. И речь не о том, чтобы с высот православного богословия расставить авторам оценки — тут недопонял, там ошибся, здесь в трех соснах заблудился. Речь о другом — догадаться, почему автор пришел к ошибочной, с нашей точки зрения, мысли, что могло на него повлиять, как эти ошибочные мысли связаны и с его личными особенностями, и с особенностями его эпохи, его культуры. Такие размышления нам нужны не для того, чтобы над кем-то надмеваться, а чтобы лучше понимать людей, понимать время, в которое живем, понимать прошлое. Чем лучше мы это будем понимать, тем больше застрахованы от собственных ошибок и падений.

В-третьих, в большинстве фантастических произведений самое главное — это не фантастический антураж, не звездолеты и лучеметы, не эльфы и нуль-транспортировка, а отношения людей. Воспринимая такое произведение, нужно выделять суть из фона, нужно видеть не просто сцену с декорациями, а тот спектакль, который в этих декорациях ставится. Просто декорации подчас позволяют более четко высветить какой-то межличностный конфликт, какую-то социальную проблему. «Сказка ложь, да в ней намек». Вот именно ради этого намека все и писалось/снималось/рисовалось. Фантастика, в особенности современная, вовсе не тщится рассказать нам о том, «как всё на самом деле», не раскрывает нам тайны устройства вселенной. Она о том, на самом деле происходит с нами. Как мы любим и боимся, как надеемся и предаем, как верим и теряем веру, чего ждем от будущего и как осмысляем прошлое. Да, то же самое можно раскрывать и средствами реалистического искусства, но с помощью фантастики это нередко удается лучше, доходчивее.

И, наконец, что касается «бескрылости мысли» христианского вероучения по сравнению с яркостью идей научной фантастики. С чего вдруг «бескрылость»? Такое ощущение может возникать только от недостаточного знакомства с христианским богословием. Уверяю, чем больше читать серьезной богословской литературы, чем глубже вникать в авторскую мысль, тем прекраснее покажется церковное вероучение. Вы увидите, что там есть место и сложнейшим, совершенно небанальным интеллектуальным построениям, и неожиданному взгляду на привычные наши представления о пространстве, времени, материи, и высокой поэзии. Просто это уже не уровень воскресной школы.

Религиозная фантастика

()

Смесь фантастики с апокрифами — полная духовно-философских размышлений о Боге и тому подобной гуманитарщины.

Примеры

Литература

  • «Когда не вышло у змея».
  • То, что писал Рон Хаббард до создания своей Церкви.
  • С. Лем. В «Кибериаде» в повести «Повторение» присутствуют размышления и философские разговоры короля с Трурлем и Клапауции о боге (и его скромности), о сотворении Вселенной, о возможности улучшить сотворённое и непонимании этого храмовниками. После этой беседы король делает заказ — создать (или смоделировать) общество, где каждый может исправить свои ошибки прошлого, когда захочет. Король считает, что так можно улучшить бытие.
  • Сборник «Другое небо». Половина рассказов представляет собой тот ещё вывих мозга, а половина реально заставляет задуматься.
  • Некоторые произведения покойного Рэя Брэдбери.
  • «Гимн Лейбовичу» Уолтер М. Миллер-младший — постапокалиптический роман про отношение науки и религии.
  • «Создатель Звёзд» Олафа Стэплдона, особенно раздел «Момент истины». Философско-религиозные размышления Стэплдона были столь шокирующими для 1937 г., что Клайв Льюис назвал их «чистым поклонением дьяволу».
  • Кстати, и сам Льюис — «Космическая трилогия» и «Хроники Нарнии».
  • «Безнадёга» Стивена Кинга.
  • «Танатонавты» Бернара Вербера. Однажды люди изобретают способ заглянуть на тот свет, и их там ждёт много сюрпризов…
  • Творчество Фрэнка Перетти. «Тьма века сего» — хоррор-детектив-боевик об ангелах, занятых расследованием деятельности демонов. , «Прибытие» — о явлении миру лже-Христа.
  • Роберт Силверберг:
    • «Добрые вести из Ватикана» — подробный рассказ о выборах Папы Римского робота.
    • «Пастырь» — люди наблюдают за шимпанзе, стараясь отследить зарождение цивилизации. Шимпанзе изобретают религию.
  • «Видоизменённый углерод» (и телесериал-экранизация) — католики считают, что если перенести сознание человека в новое тело (оболочку), то его душа попадёт в ад.
  • Гиперион Дэна Симмонса.
  • «Братство Талисмана» Клиффорда Саймака.
  • Метавселенная Рудазова — местами проскальзывает, причём, что характерно, не в тех книгах, где действие происходит в Раю/Аду как таковых. Но вот «Демоны в Ватикане» и первый рассказ в сборнике «Зверолов» — в чистом виде оно.

Кино

  • The Discovery (фильм 2017) — после того, как наука подтвердила, что жизнь после смерти существует, люди начали совершать массовые самоубийства.

Телесериалы

  • «Орвилл» — инопланетяне криллы считают, что душа есть только у криллов, а всё во вселенной их божество даровало им, и поэтому они имеют право распоряжаться всем, даже тем, принадлежит другим цивилизациям. При этом к друг к другу они относятся по-человечески. Ничего не напоминает?

Это незавершённая статья. Вы можете помочь, исправив и дополнив её.

Религиозные штампы
Основы

Монотеизм • Оммёдо • Политеизм (Верховный бог) • Шаманизм • Язычество против авраамизма
Нерелигиозность: Агностицизм • Атеист-диссидент • Деизм • Пантеизм • Религия без веры в бога (Церковь атеизма)

Антиклерикализм • Не в ладах с богословием

Мнения

Боги — сволочи • Вера делает вас идиотами • Все верующие — фундаменталисты • Духовность — это хорошо • Мир — игрушка богов • Наука — хорошо, а религия — плохо • Религия — это смешно • Христианство — это католичество
Религиозная крутизна: Буддизм — это круто! • Католичество — это круто! • Православие — это круто • Протестантизм — это круто! • Ислам — это круто! • Иудаизм — это круто! • Язычество — это круто! vs Атеизм — это круто!
Религиозная мудрость: Буддисты — мудрые! • Индуисты — мудрые! • Иудеи таки да • Мусульмане и прочие верующие Востока — тоже

Религия — это плохо: Буддисты плохие • Мусульмане плохие • Католики плохие • Православные плохие • Протестанты плохие • Язычники плохие • Религия Смерти vs Атеисты плохие

Высшие силы

Боги: Анти-Бог • Безумный бог • Бог во плоти (Аватар • Бог в облике человека • Бог-Император) • Бог-Творец vs Бог-Разрушитель • Единый Бог vs Злой Яхве (Злой бог, злой дьявол • Хороший Бог, плохие ангелы) • Зверобог • Каббалистический Бог • Ками • Ложный бог • Маленькая мисс Всемогущество • Прометей • Совет богов • Тёмные боги • Титаны • Тот, кто выше Бога • Фэнтези-пантеон (Аид • Арес • Афродита • Гелиос и Селена • Дионис • Зевс • Посейдон • Три лика Гекаты)

Ангелы: Жуткий ангел • Падший ангел • Пери • Совет ангелов • Шкала опасности

Демоны: Дьявол (Бог создаёт — Чёрт портит • Чёрт — второй лик многоликого бога • Чёрт — санитар леса) • Сатанинский архетип • Утренняя Звезда • Чёрт с рогами vs Демон в облике человека • Шайтан

Кальмары: Дразнить Ктулху (Не дразните Ктулху) • Завести роман с Ктулху • Ктулху уничтожил динозавров • Милый Ктулху • Набить морду Ктулху (Сломал руку о Ктулху) • Разбудить Ктулху • Ручной Ктулху • Смерть Ктулху

Jesus Christ Superstar • Бог на побегушках

Жрецы и священники Аколит • Апостол • Гроссмейстер Ордена/Магистр Ордена • Демонолог • Женское жречество • Инквизитор • Клирик (Капеллан • Клирик-прагматик • Князь Церкви (Папа Римский • Халиф) • Крутой падре • Миссионер • Монах • Пастырь вредный • Пастырь добрый • Пастырь любознательный • Пастырь недобрый • Пастырь нерадивый • Пастырь хитрый) • Мико • Мессия (Мессианский архетип • Лжемессия • Тёмный мессия) • Пророк • Проповедник • Служитель мумии • Учёный и священник • Фарисей • Экзорцист
Верующие Босоногий верующий • Верующий добряк • Верующий интеллектуал • Добрый верующий, злой верующий • Еретик • Набожный лицемер • Раб Божий • Религиозный фанатик (Ассасин • Баран Божий • Кающийся грешник (Епитимья) • Крестоносец • Мраккультист • Неверные • Отшельник • Религиозный садомазохист • Фидайин • Храмовник • Шахид) • Язычник
Явления DEUS VULT • Аватара • Ангелы, демоны и кальмары/Ангелы, демоны и эльфы • Астральная проекция (Астральная проекция, не призрак) • Аутодафе • Белый и золотой — цвета божественности • Бог покинул этот мир • Богостроительство • Божественное вмешательство • Божий суд • В Библии об этом не написано • Воинствующая церковь • Война пантеонов • Готический собор • Единая мировая религия vs Местные боги этой земли • Жертвоприношение (Пожертвовать любимыми • Ребёнок — лучшая жертва • Ритуальный клинок) • Зависть шамана • Знаки • Идолы и истуканы • Иисус одобряет • Культ карго • Мать-Земля, Отец-Небо • Медитация/Азиатские волшебные мантры • Молитвы — пища богов • Мы переросли эти глупые суеверия • На всё воля Божья vs Каббализм • Награда от Дьявола • Наказать божка (Ктулху с побитой мордой • Сломал руку о Ктулху) • Несовместимая с жизнью набожность/суеверность • Облик, недоступный пониманию • Обманная религия • Орден • Осквернение храма • Олимп • Пародийный культ • Повышение до бога • Позитивная одержимость • Приметы и суеверия • Прогнившая церковь • Просветлённый со сверхспособностями • Псевдовосточная философия • Религия зла (Злой бог, злой дьявол) • Религия — это магия • Рождество • Сакральная машина • Святыня (Священная реликвия • Священная роща • Священное животное) • Священная книга (Противоречия в священной книге • Библия • Коран) • Сделка с дьяволом • Секта • Тайна исповеди • Теократия • Технорелигия • Традиции превыше разума (и не только) • У нас не такие души • Храмовая проституция • Церковь скрывает (Апокрифы • Религиозная фантастика • Чудеса от науки) • Шкала могущества богов • Эй, вы, там, наверху! • Я не бог
Тот свет

Преддверие того света • Загробная канцелярия/Загробный суд • Рай (Воинский рай) • Чистилище • Лимб • Ад

Дофига загробных миров • Нирвана • Хаос • Шеол

СФК Незримый орёл Аллах • Хрустальный дракон Иисус • Могучий лев Яхве • Просветлённый мешок риса • Унифицированное язычество
Вымышленные религии Боконизм • Дзен-суннизм • Пастафарианство
Справочные материалы Религии: Зороастризм • Индо-персидская мифология • Ислам • Иудаизм • Христианство: Католицизм • Православие (Древние Церкви Востока • Старообрядчество) • Протестантизм • Русское сектантство
Высшие силы • Основы

Жанры

Общие

Альтернативная история • Боевик • Бояръ-аниме • Вестерн • Взрослый сюжет из детского фольклора • Городские легенды • Готика • Детектив (Псевдодетектив) • Драма (Военная драма) • Драмеди • История без мистики (ложная мистика) • Комедия • Криптоистория (Мелькор был хорошим) • Любовный роман (любовно-фантастический роман) • Мелодрама • Нуар • Приключения (Псевдоприключенческая история) • Произведение с головоломкой • Производственный роман • Робинзонада • Роман воспитания • Романтическая комедия • Трагикомедия • Триллер (психиатрический • юридический) • Ужасы (с пытками • нашего детства • детские • Джалло • Слэшер) • Уся • Чёрная комедия • Эротический хоррор от Диснея • Янг-эдалт (подростковое)

Фантастика: Антиутопия (декоративная • молодёжная) • Атомпанк • Дизельпанк • Киберпанк • Кейппанк • Космическая опера • ЛитРПГ • Манапанк • Научная фантастика • Паропанк • Постапокалипсис • Посткиберпанк • Практопия • Реал Net • Религиозная фантастика • Ретрофутуризм • Утопия • Фэнтези • Хронофантастика

Литература

Weird fiction • Бестиарий • Гонзо-журналистика • Книга-игра • Книжка-раскладушка • Лирика • Пинкертоновщина • Роман-учебник • Роман-хроника • Фанфик (Слэш • Фемслэш) • Философский диалог • Эпос

Театр

Балет • Водевиль • Кабуки • Комедия дель арте • Кукольный театр (ваянг-кулит) • Моноспектакль • Мюзикл • Но • Опера (китайская опера) • Оперетта • Пантомима (Живые картины) • Театр теней • …

Кино и ТВ

Артхаус • Байопик • Детское кино • Криминальное кино • Медицинская драма • Музыкальный фильм • Мыльная опера • Пеплум • Процедурал • Псевдодокументалистика • Роуд-муви • Семейное кино • Ситком • Скетч-ком • Теленовелла • Фильм категории Б • Фильм ужасов • Фильм-катастрофа

Аниме и манга

Дзёсэй • Кодомо • Махо-сёдзё • Меха (супермеха • реалмеха • мехаон) • Сёдзё • Сёнен • Сэйнэн • Сэнтай • Юри • Яой

Особые форматы

Аудиопостановка • Визуальный роман • Жанровый гибрид • Комиксы • Нелинейное произведение

Музыка

Авторская песня • Металл • Рок-опера • Шанти

Явления

Деконструкция задала новые каноны • Жанровая гамма

Основы

ПО ВОЛЕ НЕБЕС

Кратко о статье: Они стоят за спинами воинов и возносят руки к небу, прося богов исцелить раненых и воскресить умерших. Они служат в храмах и проповедуют истину, а если они преданы злу — повелевают мертвыми и устраивают омерзительные ритуалы. Фигуры в рясах и балахонах — непременная черта многих фантастических произведений, и именно о них мы расскажем в этом номере «МФ».

ЖРЕЦЫ, СВЯЩЕННИКИ, СЕКТАНТЫ

Великий комбинатор не любил ксендзов. В равной степени он отрицательно относился к раввинам, далай-ламам, попам, муэдзинам, шаманам и прочим служителям культа.

— Я сам склонен к обману и шантажу, — говорил он, — сейчас, например, я занимаюсь выманиванием крупной суммы у одного упрямого гражданина. Но я не сопровождаю своих сомнительных действий ни песнопениями, ни ревом органа, ни глупыми заклинаниями на латинском или церковнославянском языке. И вообще я предпочитаю работать без ладана и астральных колокольчиков.

Илья Ильф, Евгений Петров. «Золотой теленок»

Достаточно произнести эти слова вслух, чтобы убедиться: «жрец», «жертва» и «жрать» определенно имеют одни и те же корни. Основываясь только на сходстве звучания, можно дать приблизительное определение жреца — это тот, кто возносит жертвы божеству и живет благодаря этой работе.

В земной истории жрецами чаще всего называют служителей языческий религий (политеистических — подразумевающих существование большого количества богов). Появление жрецов было бы невозможно без культа — четкого представления о том, каких действий каждый из богов желает от своей паствы. Функции жречества вовсе не ограничивались проповедями и общением с богами. Помимо отправления культа, в храмах хранили летописи, вели календарь, обучали грамоте. Жрецы ацтеков были даже по сегодняшним меркам неплохими хирургами — правда, знания анатомии они использовали для человеческих жертвоприношений.

А что в фантастике? Здесь, особенно в фэнтези, религии и их служители — это целый «культурный пласт», вскрытием которого мы сейчас и займемся.

…И тебя тоже вылечат

На первый взгляд, жрецы встречаются в фэнтези-произведениях куда реже, чем бесстрашные воители, мудрые маги и даже их «сослуживцы» паладины. И это вполне объяснимо. В фэнтезийных мирах почти всегда сильно развита магия, и чудес ждут не от священников, а от волшебников. Кроме того, жрецам необходимо наличие более-менее продуманного культа, а на протяжении первой половины 20 века скрещивать фэнтези и религию было чем-то вроде табу. Впрочем, жрецы как эпизодические персонажи появились уже на страницах «Конана», правда, в весьма неприглядной роли: служители добрых богов интриговали и паразитировали на трудовом народе, а злых — мечтали с помощью темных сил непременно захватить мир (как вариант — обесчестить очередную подругу главного героя).

Авторы фэнтезийной литературы обычно находят свой образ жреца. Например, в «Песни льда и пламени» служители культа — септоны и септы, поклоняющиеся Семерым богам. Из книг Джорджа Мартина об этих персонажах известно немного, однако, по версии ролевой «Игры престолов», они могут помогать друзьям молитвами и благословлять тех, кто тоже верит в Семерых.

В отечественном фэнтези довольно часто священники представляются отрицательными или, в крайнем случае, глубоко противоречивыми персонажами. Особенно не любит церковников Ник Перумов (вспомним хотя бы отца Этлау из Эвиала). Интересную версию предложил Алексей Пехов: в романе «Под знаком мантикоры» обряд крещения необходим церкви для того, чтобы лишить паству магических способностей. На общем фоне сильно выделяется Владимир Аренев, придумавший для романа «Паломничество жонглера» полноценную религию Зверобогов со сложной системой культа и многоступенчатой иерархией жрецов.

Несмотря на то, что жрецы есть у всех гуманоидных рас D&D, чаще всего на поиски приключений отправляются клерики людей и гномов

Переворот в образе фэнтезийного жреца совершили «Подземелья и драконы» — первая ролевая игра, предлагавшая не следить за приключениями вымышленных героев, а самим погрузиться в фантастический мир. Уже в первых изданиях Dungeons & Dragons сформировался идеальный отряд искателей приключений: воин, волшебник, плут и жрец. У каждого были свои сильные и слабые стороны, однако считалось, что плечом к плечу эти четверо героев смогут пройти огонь, воду и медные трубы. Первая и основная функция жреца (или клерика, от английского cleric) в такой партии — лечение. Изначально жрец был единственным классом, обладающим заклинаниями исцеления. В третьей редакции D&D жрецы утратили монополию на магическое врачевание, однако только им под силу воскресить погибшего товарища.

Если у вас нет знакомого жреца, воскрешение товарища влетит в копеечку.

Согласно современным правилам D&D, магия делится на волшебную (arcane) и духовную (divine). Мастера первой — волшебники, второй — жрецы. Как правило, жрец получает мистическую силу от божества, которому поклоняется (впрочем, некоторые жрецы служат не божеству, а отвлеченным идеалам), и для этого должен проводить в молитвах не меньше часа каждые сутки. Список доступных жрецу заклинаний зависит и от уровня опыта персонажа, и от особенностей его небесного покровителя. Молясь, жрец решает, какими заклинаниями ему запастись на день грядущий. Впрочем, он всегда может вместо заготовленного заклинания сотворить лечение ран — в области медицины всем прочим классам все еще далеко до клерика. Жрецы злых богов лечить не умеют, зато аналогичным образом наносят раны. Другая сфера, в которой успешно работают жрецы — это отношения с нежитью. Служители добрых культов умеют изгонять и уничтожать восставших из могил, а злые клерики — управлять ими.

В каждом мире D&D, от классического Грейхока до еще малознакомого нам Эберрона, свой пантеон богов, заслуживающий отдельного исследования. Впрочем, некоторые общие черты у божеств D&D выделить можно. В пантеонах, как правило, присутствуют «общие» боги, выражающие абстрактные идеи вроде смерти, магии, природы, войны, — а также боги-покровители отдельных разумных рас. В 99 из 100 фэнтезийных миров религии языческие, более того, допускающие возможность для смертного стать полубогом или даже полноценным небожителем.

Клерик — гроза всевозможной нежити и нечисти.

Жрец и его священный символ.

Модель жреца, предложенная создателями D&D, прижилась в фэнтезийных играх — как настольных, так и компьютерных. Сам по себе жрец — персонаж не наступательный, и один в поле не воин; играть им достаточно сложно, и потому куда чаще мы делаем своего компьютерного протеже магом, рыцарем, варваром или каком-либо другим «атакующим» классом. Роль жреца сильно возрастает в тех играх, где мы управляем отрядом героев (например, компьютерные игры по D&D), а также в многопользовательских онлайновых проектах. В последних зачастую жрецы даже не обязаны служить: например, в World of Warcraft мы видим клерика, который прекрасно умеет лечить, накладывать положительные эффекты и воскрешать, но не поклоняется никаким богам и не обязан тратить время на молитвы.

Таков канон жреца для игрового фэнтези. Здесь главная обязанность клерика — помогать своим соратникам, а религиозная составляющая уходит на второй план. Совершенно другими предстают служители культа в мистических и фантастических произведениях.

В толкиновском Средиземье не было ни храмов, ни жрецов. Впрочем, в «Сильмариллионе» упоминается, что жители Нуменора поклонялись Эру и жертвовали ему первые плоды. В роли святилища выступала плоская вершина горы Менельтарма, высившейся в центре острова, а обращался к божеству сам король государства.

Ужас, летящий на крыльях ночи

Во имя Ктулху! Именем его!

В средневековье искренняя вера была нормальным положением вещей. Но научно-технический прогресс и многочисленные открытия привели к кризису мировых религий, и с конца 19 века в развитых странах махровым цветом распустились оккультизм и сектантство. Разумеется, столь значительное изменение общественного сознания не могло не отразиться в фантастике — прежде всего, в жанрах мистики и городского фэнтези.

Знаки внимания Древних богов не всегда укладываются в идеал красоты.

Первопроходцем здесь был Говард Филлипс Лавкрафт. Он заявил, что совсем рядом с человечеством, только-только начавшим осваивать научно-технические костыли, дремлют древние, бессмертные и совершенно непостижимые сущности, ничуть не похожие ни на ветхозаветного Иегову, восседающего на облаке, ни на всепрощающего Иисуса. Недалек тот час, когда эти сущности проснутся и в слепом порыве не оставят камня на камне от всех людских достижений. Разумеется, даже у таких малоприятных богов есть служители — сектанты, или культисты, — которые терпеливо ждут, пока звезды придут в нужное положение, и надеются, что очнувшиеся после этого боги их вознаградят или хотя бы пощадят.

Если верить Лавкрафту, в наши дни на Земле особенно широко представлен культ Ктулху. Ему поклоняются самые разные люди во всех уголках планеты — от эскимосов до жителей Луизианских болот. Вместе с тем, культ Ктулху самый пассивный: сектанты живут ожиданием того момента, когда им надо будет открыть двери Р’лайха и впустить своего бога в этот мир. Время от времени они собираются и устраивают омерзительные ритуалы, в которых, судя по всему, участвуют не только люди.

Среди волшебников и чародеев особенно популярен Йог-Сотот. Лавкрафт не делает различия между волшебной и духовной магией: в его мире любое колдовство — проявление воли тех или иных богов. Служители Йог-Сотота получают возможность путешествовать во времени и пространстве, — а взамен открывают своему небожителю дорогу на Землю.

Типичные поклонники Хастура.

Покровитель людей творческих (и не только их) — Хастур, Тот-Кого-Нельзя-Называть. В обмен на сверхъестественные силы он лишает своих подопечных рассудка. Кроме того, бог оставляет за собой право когда угодно воплотиться в любом из своих служителей.

Желтый дом — типичный венец сектантской карьеры.

Другие почитаемые боги — Ньярлатотеп и Шуб-Ниггурат. Оба готовы поддержать поклонников как словом — заклинанием, так и делом — послав в помощь какую-нибудь неведому зверушку. Боги могут себе это позволить — в конце концов, жалкие смертные никогда не останутся в выигрыше. Редкий служитель лавкрафтовских богов умирает в постели от старости, окруженный скорбящими родственниками. Безумие и мучительная гибель — вот плата за сверхспособности.

В ролевой игре d20 Modern есть сеттинг городского фэнтези Urban Arcana. Фактически это вариация на тему D&D в современном антураже. Присутствует в Urban Arcana и жрец — это аколит (acolyte), почти дословная копия клерика из «Подземелий и драконов».

Маяк веры

С течением времени религии могут принимать самые причудливые формы. Например, почти через сорок тысяч лет культ Бога-Императора будет сплавлен с космическими путешествиями, высокими технологиями и экстрасенсорикой. Речь идет, разумеется, о готической вселенной Warhammer 40000.

Несмотря на далекое будущее, мир «Молота войны» далек от канонов научной фантастики. Правильнее будет определить его как космическое фэнтези — а это значит, что и здесь жрецы окажутся далеко не на последних ролях. В Империуме людей сосуществуют две основные религии: Церковь Императора Спасителя и Культ Машины — не говоря о великом множестве местных верований, от доисторических пережитков и еретических течений до открытого служения Хаосу.

Дьякон Церкви Императора Спасителя.

Согласно истории Warhammer 40000, в 31 тысячелетии нашей эры Император, безымянный человек с Марса, объединил разрозненное человечество и дал решающую битву силам Хаоса. В последнем сражении Император пал от руки предателя, но не умер. Смертельно раненое тело поместили в Золотой Трон — герметичный саркофаг, оснащенный системой жизнеобеспечения. Чтобы насытить дух вечно живущего — или вечно умирающего — Императора, организовали систему жертвоприношений, в ходе которой у жертв-экстрасенсов вытягивали психическую энергию. Подпитываемый таким образом, Император поддерживал свет Астрономикана — маяка, который служит главным ориентиром для путешествий через подпространство.

Неудивительно, что после самопожертвования Императора по всему Империуму, как грибы после дождя, стали появляться обожествлявшие его культы. В конце концов, официальной стала считаться Церковь Императора Спасителя, также известная как Министорум. Во главе ее стоит Экклезиарх, входящий в число правящих Лордов Империума. Служители Императора Спасителя проповедуют по всей галактике, занимаются миссионерством, ведут споры о том, как следует отправлять культ. Но, несомненно, самое известное подразделение Министорума — Святая Инквизиция.

Для искоренения демонов любые средства хороши.

Инквизиторы «Молота войны» мало похожи на своих средневековых тезок: это не религиозные суды, а элитные воинские части. Твердая вера необходима им, чтобы сохранить разум при встрече со смертельными врагами человечества и не поддаться ереси. Инквизиция включает в себя три ордена: Ордо Ксенос противостоит угрозам со стороны нечеловеческих рас, Ордо Маллеус специализируется на борьбе с демонами Хаоса, Ордо Херетикус следит за чистотой веры как во всем Империуме, так и внутри Министорума. Инквизиторов боятся, а следовательно, уважают. Никто не откажет Инквизитору, требующему помощи, — даже если затем он казнит помощников, потому что те увидели много лишнего.

Адепты Бога-Машины не прочь приблизиться к почитаемому образу.

Культ Машины базируется на Марсе, хотя ему принадлежит множество планет-фабрик по всей Галактике. Адепты этой религии поклоняются Богу-Машине, хотя признают и руководящую роль Императора. На техножрецах держится вся наука и промышленность Империума: безостановочно работают заводы и лаборатории, непрерывным потоком поступают на вооружение новые изобретения и открытия. Технологии «Молота войны» — причудливый симбиоз кибернетики и магических ритуалов, генетики и священных песнопений, машинерии и волшебных снадобий. Во главе культа стоят Волхвы, отвечающие каждый за свою область исследований, и Генерал-фабрикатор Марса, который также является правящим Лордом Империума.

Совершенно отдельной строкой в религиозной картине 41 тысячелетия стоят космические десантники. В каждом из этих супер-воинов течет толика крови самого Императора, поэтому им сложно считать его божественным существом. В каждом отряде десантников есть свой духовный отец — капеллан. Отправляемые капелланами культы могут отличаться от подразделения к подразделению, но в одном они схожи: Император — величайший из людей, достойный бесконечного уважения и служения, но все-таки человек.

Нечеловеческие расы «Вавилона-5» могут похвастаться оригинальными религиями. Минбарцы не признают богов, но верят в бессмертную душу. Вся их жизнь подчинена строгим ритуалам, а жрецы составляют одну из трех каст минбарского общества. Центавриане поклоняются полусотне богов, причем каждый представитель этой расы выбирает себе одного небесного покровителя. У нарнов существует несколько соперничающих религий.

На службе у энергетического поля

Пару лет назад ходили слухи о том, что в результате очередной переписи джедаизм был признан официальной религией: якобы его указало в графе «вероисповедание» необходимое количество опрошенных. Но это у нас на Земле, а в далекой-далекой галактике джедаи вовсе не выглядят служителями культа. Хотя, если посмотреть непредвзято, у них есть сверхъестественный источник могущества — Сила, благодаря ей они умеют проделывать невероятные вещи, и даже главное здание Ордена называется Храмом.

Далеко не все джедаи носятся по Галактике в поисках подходящих мишеней для своих световых мечей. Владение мечом — неотъемлемая, но далеко не самая важная часть тренировки тех, кто служит Силе. Большинство идет по мирному пути, и если воинов-джедаев можно сравнить с паладинами, то «гражданских» — со жрецами.

Сфера деятельности джедайского «жречества» невероятно широка. Встречаются среди джедаев непревзойденные целители и профессиональные дипломаты, одаренные преподаватели и гениальные ученые. В состав Ордена джедаев входят три весьма специфических подразделения — медицинское, исследовательское и даже сельскохозяйственное. Можете представить себе Оби-Вана Кеноби копающимся на грядке? А ведь через это прошли все падаваны. Разумеется, приснопамятный приказ 66 не пережил ни один из «гражданских» джедаев, однако в Академии Люка Скайуокера «жрецы Силы» начали возрождаться.

Были, разумеется, в далекой-далекой галактике и «ереси». Ситхи (темные джедаи), несмотря на малочисленность, тоже не ограничивали свой круг занятий мечемахательством. Известно, что у них была сильно развита генетика, также называемая ситской алхимией. А канцлер Палпатин вообще пришел к вершинам власти, ни разу не активировав световой меч. Другой известный культ Силы — Ведьмы Датомира, исповедовавшие собственный, не светлый и не темный путь.

Джедай уважает жизнь и Силу во всех проявлениях.

* * *

Точно так же, как бытие определяет сознание, облик фантастического жреца напрямую зависит от цели, поставленной его создателем. Впрочем, будь это «добрый доктор Айболит» из компьютерной игры, безумный сектант, поклоняющийся Ктулху, безжалостный Инквизитор или рассудительный джедай — каждый из них напоминает о том, что где-то в недостижимых далях, обитает существо безмерно совершенное, могущественное и всезнающее. Возможно, разочаровавшись найти этот идеал в реальной жизни, мы переносим наши поиски в вымышленные миры — и уже поэтому разнообразные служители культа, пусть и на вторых ролях, но крепко прописались в фантастике.

Христианское фэнтези: 6 лучших авторов на все времена

Фэнтези – чемодан, куда можно запаковать что угодно

Дмитрий Емец

Каждый развлекательный литературный жанр имеет свои тайные законы. Бывают жанры-конструкторы. Это жанры, когда читатель еще книгу не открыл, а уже примерно представляет, что окажется под обложкой. Например, детектив. Книга едва куплена, а уже догадываешься, что кто-то совершит преступление, его будут расследовать (вариации сыщика от крутого супермена до рассеянной бабульки), думать не на тех, а в конце всё распутают.

Или любовная проза. Он любит ее, она любит его. Тут появляется кто-то третий и все обрушилось. Страдания, сопли, вопли. Или боевик. Тут на каждой странице гарантированно будут трещать позвоночники и летать пули.

Для писателя это одновременно и большое облегчение, поскольку жанр все за тебя решает, но и мука, потому что ужасно скучно, когда сам наперед все знаешь, точно играешь какое-нибудь учебное упражнение на пианино.

Лишь один жанр из развлекательных стоит особняком – фэнтези. Фэнтези – жанр-чемодан, то есть такая универсальная форма, в которую можно запаковать все что угодно. Хочешь – любовную историю, хочешь – греческий миф в новом прочтении, хочешь – философский трактат или серьезный городской роман. Вообще все.

Писателю это дает полную свободу. Наконец-то можно разорвать тесные объятия жанра и выразить все, что тебе хочется, не стесняясь никакими границами.

Развлечение с прорывом в вечность

Жанр фэнтези начинался как трансформация мифа, сказки и легенды – истории о героях без страха и упрека, непрерывно совершающих подвиги и крушащих своими мечами все живое и неживое. Тут же мистика, тут же где-то Чаша Грааля и рыцари короля Артура.

Но очень скоро это направление стало почти тупиковым, читателям и писателям надоело. Казалось, всё, смерть, но тут произошло скрещение фэнтези с городским реалистическим романом и романтической повестью. И тут на уровне гибридизации случилось чудо. На стыке правды и неправды, вымысла и истины стали рождаться вещи исключительно яркие и интересные.

Развлекательный жанр стал жанром серьезным, может быть, самым серьезным из существующих, даже с прорывом в вечность. По сути, к жанру фэнтези можно отнести и Гоголя с «Вием», и Булгакова с «Мастером и Маргаритой», и Гофмана, и Маркеса, и Орлова с «Альтистом Даниловым».

В колдунах, магах и всем прочем, что временами попадает на страницы книг, нет ничего дурного. Нет ничего страшного и в том, что герои выпускают из колец искры, летают на пылесосах или ныряют на двушку на пеге.

Опасный момент возникает, когда вымышленное смешивается с реальным. По сути, мистика отличается от фантастики именно этим – отсутствием четкой границы вымысла. В мистике правда и неправда всегда смешиваются.

Мой же собственный внутренний рецепт такой, что христианское фэнтези – жанр хороший и полезный, если не заигрываешься и соблюдаешь определенные внутренние законы.

Главный же закон такой, что ты только подводишь к дверям храма, потому что если ты за них переступил, будет мистика, а мистика – это всегда подмес.

Фэнтези – жанр населенный. Есть сотни его вариаций самых разных. В этой статье-списке хотелось бы остановиться на православном – или, более точно, христианском – фэнтези, поскольку два основных родоначальника этого жанра Толкин и Клайв Льюис не были православными, а без их книг нашему списку не обойтись.

1. Клайв Льюис: добро с отсылкой к Библии

Обычно все сразу вспоминают книги Льюиса о Нарнии: «Лев, колдунья и платяной шкаф», «Конь и его мальчик», «Принц Каспиан», «Покоритель зари», «Серебряное кресло», «Последняя битва». Играя в старом доме у дяди, дети находят платяной шкаф, залезают в него и через шкаф, как через портал, оказываются в чудесной стране Нарнии.

Книги замечательные, добрые. Примерно на 7-12 лет, мне кажется. Там много отсылок к Библии, к Ветхому Завету и к Новому. Но мне, как читателю взрослому, все же слишком проста «Нарния» и нравятся другие книги Льюиса: «Расторжение брака» и «Письма Баламута». Я знаю их буквально наизусть, и всем всегда советую. Особенно «Расторжение брака». Есть, кстати, прекрасная звуковая версия. Я с нее начинал, и она меня зацепила.

2. Джон Р.Р. Толкин: весомая книга

«Две крепости», «Возвращение короля» и другие «хоббитские» книжки. Хоббиты уничтожают Кольцо Власти в огне Роковой горы в Мордоре, и другие приключения. Книга замечательная и христианская. Причем лучше иметь ее одним кирпичом, в котором около полутора тысяч страниц. Очень весомая книга во всех отношениях. Просто начинаешь себя уважать, когда ее внимательно прочитаешь.

Многие теперешние священники начинали свой путь с Толкина. Во всяком случае, я встречал нескольких, которые об этом рассказывали.

3. Юлия Вознесенская: хорошие книги для девочек

Без Юлии Вознесенской наш список никак не обойдется. Мне запомнились книги «Мои посмертные приключения», «Путь Кассандры, или Приключения с макаронами», «Паломничество Ланселота». Это романы-антиутопии, которые производят сильное впечатление. Почти такое же сильное, как «Мечеть парижской Богоматери» Чудиновой.

Кроме того, у Юлии Вознесенской есть серия книг о Юлианне «Юлианна, или Игра в киднеппинг», «Юлианна, или Опасные игры», «Юлианна, или Игра в дочки-матери». У меня они вызывают, правда, не совсем однозначное чувство. Я бы определил их как хорошие книги для девочек в возрасте 8-11 лет. У нас они есть, мы их докупаем, дарим, и они занимают заметное место на детских полках. Но ключевые слова: «девочки» и «8-11».

4. Рэй Брэдбери, «451 градус по Фаренгейту»: тайный заряд и боль

Герой книги работает пожарным. А что делают пожарные? Правильно, сжигают книги, поскольку в книгах есть вредные мысли, а мыслящий человек опасен всякой государственной системе. Это тоже частично фэнтези, частично роман-антиутопия. В книге есть какой-то тайный заряд, мысль, боль. Она запоминается сразу и надолго. Сейчас же, когда человечество попало в необоримый плен к смартфону и планшету, книга просто пророческая. Кстати, 451 °F – температура воспламенения бумаги.

5. Александр Торик, «Димон»: хороший воцерковляющий эффект

У Александра Торика еще есть «Флавиан» и его продолжения, очень полезные книги для воцерковления взрослых людей, очень неназойливо знакомящие со всеми основными церковными понятиями, но мне больше нравится «Димон». Я несколько книг в свое время разным знакомым раздарил. С одной стороны, «Димон» написан как бы вообще мимо стандартов литературы, но это и придает ему особую силу. Тебя захватывает сюжет. У книги очень хороший воцерковляющий эффект, особенно если она попадет к мальчику лет 13-14-15, не слишком много читающему.

Сюжет прост. 17-летний подросток, прыщавый, неудачливый, нелепый, отправляется в ад и проходит мытарства, чтобы спасти свою одноклассницу, девицу довольно легкомысленную. Во всяком случае настолько, что она в 17 лет уже в аду. Но заканчивается все славно – свадьбой.

6. Дмитрий Емец, «ШНыр»: меньше нравоучений

«Лев, пегас и кентавр», «У входа нет выхода», «Мост в чужую мечту», «Стрекоза второго шанса», «Муравьиный лабиринт», «Череп со стрелой», «Глоток огня», «Седло для дракона».

«Шныр» – это мой самый новый проект, новее только серия «Моя большая семья»: «Бунт пупсиков», «День карапузов», «Таинственный Ктототам». Вот это, наверное, уже в чистом виде православное фэнтези, во всяком случае, так я его задумывал.

ШНыр – это не имя, не фамилия, не прозвище. ШНыр – это здание, в котором собираются шныры и которое можно найти на карте ближнего Подмосковья. Внешне это самое обычное панельное здание, похожее сверху на букву Н. Каждые сто лет его сносят и строят новое, чтобы не привлекать внимания.

Шныры не маги, хотя их способности намного превосходят всякое человеческое разумение. Если где-то в мире происходит что-то значительное или необъяснимое, значит, дело тут не обошлось без шныров. Постороннему человеку попасть на территорию ШНыра невозможно. Тому, кто хоть раз предал законы ШНыра, вернуться назад нельзя.

Если резиденция мрака находится в Москве, но ШНыр уже в Подмосковье. Им отдельная база нужна, тоже там географически все продумано. За основу поселка, который там рядом и называется Копытово, я взял Колюбакино, которое я хорошо знаю.

Концепция сериала такая. Есть три мира. Наш мир, мертвый мир – болото, и истинный вечный мир, где не существует смерти – двушка. Двушка – мир, только еще приготовленный для людей и пока незаселенный. На двушку можно проникнуть единственным образом – с помощью пега – крылатого коня, который пронесет шныра через мертвый мир.

Шныром не рождаются. Никакие сверхъестественные дарования или родство с волшебником для этого не нужны. Выбирают шныров золотые пчелы, единственный в мире улей которых находится в ШНыре. Никто, даже сами шныры, не знают, кого пчела выберет в следующий раз и, главное, почему. Случайно раздавить или убить золотую пчелу нельзя, но ее можно предать. В этом случае она умирает.

И тоже, как и «Мефодий», внешне «ШНыр» абсолютно не нравоучителен. Меня, наверное, в свое время перекормили моралистической литературой и поэтому у меня на нее аллергия. Мне кажется, мораль и идея – это нечто такое, что лучше всего работает, пока это не высказываешь явно. В самих поступках, в трактовке ситуаций и т.д. Нравоучений же должно быть как можно меньше.

Будь всё иначе, достаточно было бы пятьдесят раз подряд написать что-нибудь абсолютно правильное, типа: «Дети, хорошо учитесь и будьте чудесными людьми!», чтобы все поголовно стали отличниками и соблюдали все заповеди. Однако мозг человека работает совсем не так. Если мне сказать пятьдесят раз подряд: «Будь хорошим человеком!», всякому автоматически захочется стать плохим, а возможно, и кинуть в нравоучителя табуретом.

Я это всегда стараюсь помнить, когда что-то пишу.