Пятикнижие автор

Что такое Пятикнижие Моисея — Хумаш, Тора?

Пятикнижие (Пятикнижие Моисея), или «Хумаш» на иврите (от слова «хамеш» — «пять») — те пять книг Торы, которые были записаны пророком Моисеем (Моше) после Синайского откровения, во время странствий еврейского народа по пустыне. Часто, когда говорят слово «Тора», подразумевают именно Пятикнижие (хотя в широком смысле «Тора» — это все Учение и законы иудаизма). Пятикнижие является первой частью ТаНаХа и состоит из пяти книг: Берешит (Бытие в русск. традиции), Шмот (Иход), Ваикра (Левит), Бемидбар (Числа), Дварим (Второзаконие).

С тех пор, как Тора была дана Моше-рабейну, Хумаш разделен на пять частей — так это следует из высказывания мудрецов в трактате Недарим (22 б): «Если бы не согрешил Израиль — были бы им даны только пять книг Торы и книга Йеошуа, потому что это книги Страны Израиля» .

Берешит, Шмот, Ваикра, Бемидбар, Дварим —
книги, которые составляют Хумаш

Пять книг Торы не пишутся отдельными свитками. Пишется один свиток, разделённый на пять частей. Каждая часть отделяется от следующей четырьмя пустыми строками. Эти части называются сифрей Тора — «книги Торы».

Эти «книги» — части Пятикнижия — называют по тому слову, с которого книга начинается (или по одному из первых слов) — Берешит, Шмот, Ваикра, Бемидбар, Дварим. Но, хотя названия даны по первому слову книги, они глубоки и содержательны.

Мидраш говорит (Тадше, часть 2): «В названиях всех священных книг — мудрость, и понимание, и постижение того, что написано в книге. Почему первая книга Торы называется Берешит («В начале»)? Потому, что в ней сказано о сотворении всего мира, и она глава всему. И будут знать все поколения, что Всевышний, благословен Он, существовал прежде мира и по воле Своей создал мир и все создания его, а не по желанию какого-либо из творений этого мира, и Он Сам в славе Своей управляет миром».

Но в книгах мудрецов и книгах комментаторов ранних поколений мы находим «дополнительные» названия книг Торы. Так, например, книгу Берешит иногда называют Сэфер а-Йашар («Прямая Книга», т.к. большую её часть занимает рассказ о праотцах — Аврааме, Ицхаке и Яакове — людях прямых. Книга Ваикра называется Торат Коаним («Устав коэнов»), потому большая часть её посвящена законам служения коэнов. Книгу Бемидбар иногда называют Сэфер Пкудим («Книга исчислений»), потому что в начале её говорится об исчислении сынов Израиля.

Пятикнижие, пятикнижие моисея, книги пятикнижия, пятикнижие моисеево, первая книга пятикнижия, вторая книга пятикнижия, третья книга пятикнижия, четвертая книга пятикнижия, пятая книга пятикнижия, документальная гипотеза

Пятикнижие Моисеево — первые пять книг Еврейской и христианской Библии (Бытие, Исход, Левит, Числа и Второзаконие). Согласно еврейской традиции эти пять книг именуются Тора (учение, закон).

История, рассказанная в Пятикнижии.

Единство Пятикнижия исходит из единства истории, рассказанной в пяти книгах. Бог творит мир и рай для человека, человек съедает плод с дерева познания, за что Бог изгоняет его из рая, но благословляет его потомство. Человеческая раса растет, владения человека расширяются, однако его дурное поведение провоцирует Бога послать Великий Потоп, чтобы стереть с лица земли всех грешников, кроме праведного Ноя с семьей. После потопа, мир вновь населяется потомками трех сыновей Ноя — Хама, Сима и Иафета. От них произошли все народы цивилизованного мира. Потомок Ноя Авраам получает обетование от Господа – землю Ханаанскую. Несмотря на все испытания, сын Авраама Исаак получает право собственности на Ханаанские земли. Потомок его Иаков становится отцом двенадцати сыновей (из-за чего его впоследствии называют “Исраэль”).

Это история в целом, давайте рассмотрим ее развитие по книгам.

Первая книга Пятикнижия.

Первая книга Пятикнижия Моисея — БЫТИЕ. Здесь описаны:

История сотворения мира

История сотворения человека

История Адама и Евы

История Каина и Авеля

История Великого Потопа

Вавилонское столпотворение

История Авраама

Историюя жертвоприношения Исаака

Историю Исаака и Ревекки

Содом и Гоморра

История Лота и его дочерей

Вторая книга Пятикнижия

Вторая книга Пятикнижия – Книга Исход. Здесь описаны:

10 казней Египетских

Странствия Моисея и Исход из Египта

История о Манне небесной

10 заповедей

Третья книга Пятикнижия

Третья книга Пятикнижия – Книга Левит. Здесь описаны:

Постройка Скинии в первый день первого месяца во втором году освобождения израильтян из египетского рабства

Приказ Бога Моисею провести перепись населения «в первый день второго месяца, во второй год по выходе их из земли Египетской»

Четвертая книга Пятикнижия

Четвертая книга Пятикнижия – Книга Числа.

Пятая книга Пятикнижия

Пятая книга Пятикнижия – Книга Второзаконие.

Кто и когда написал Пятикнижие?

Вплоть до семнадцатого века, практически единогласный ответ иудеев и христиан на данный вопрос был “Моисей”. Моисей написал Пятикнижие, так говорит Давид в Псалтири, и никто не смел в этом сомневаться, хотя уже тогда многие замечали нестыковки и дубли в повествовании. Долгое время все объяснялось теорией боговдохновения: Бог вдохновил Моисея, и он писал словами Бога. Однако, если посмотреть на конец Пятикнижия, то мы увидим, что Книга Второзаконие заканчивается описанием смерти Моисея. Как Моисей смог бы описать собственную смерть? Данное несоответствие обычно объясняли одним из вариантов:

  • Моисей описал собственную смерть под диктовку Бога,
  • Последние строки Пятикнижия Были описаны Иисусом Навином.

С подъемом исторической критики, ученые стали использовать дубли и несоответствия в тексте в качестве аргумента того, что Пятикнижие имеет нескольких авторов.

К концу девятнадцатого века, ведущей теорией авторства Пятикнижия была следующая: Пятикнижие было записано в эпоху судей (ок. 1220-1020 до н. э.) по устной традиции.

На сегодняшний день основной версией происхождения является версия 4 источников (ДОКУМЕНТАЛЬНАЯ ВЕРСИЯ), которые были сведены во едино и подверглись нескольким (как минимум трем) редакциям. В пользу данной точки зрения свидетельствуют следующие аргументы:

  • Наличие повторений – их в Пятикнижии более 25. Повторения иногда противоречивы в деталях, иногда версии дополняют друг друга.
  • Различная терминология в разных книгах и частях книг.
  • Различие в теологической концепции просматривается на протяжении всех 5 книг.

Документальная гипотеза происхождения Пятикнижия.

Согласно данной гипотезе, Пятикнижие Моисеево было написано исходя из 4 источников:

  • Яхвист
  • Элогист / Элохист
  • Второзаконие
  • Жреческий кодекс

Давайте рассмотрим источники Пятикнижия и их особенности.

ЯХВИСТ или источник J — древнейшая часть Пятикнижия. Яхвист датируется IX—X веком до н. э. Название источник получил от имени Бога Яхве. Для Яхвиста характерно:

  • Бог – антропоморфен физически и духовно,
  • Положительное отношение к Иудейскому Царству и критика других колен Израиля,
  • Много заимствований из вавилонского эпоса о Гильгамеше

Именно яхвист дает нам истории о Творении Мира и Человека, о грехопадении, о Каине и Авеле, а также о Вавилонской Башне. Яхвист также содержит детали Великого Потопа и Исхода из Египта.

ЭЛОХИСТ или источник Е — его название происходит от слова Элохим, термина, используемого в иврите и Ханаанейских языках для именования Бога. Источник принято датировать концом IX до н.э. История источника Элохист начинается, по-видимому, с истории Авраама. Более того, считается, что согласно данному источнику, Авраам принес Исаака в жертву, а вмешательство ангела стало результатом более поздней редакции уже после того, как перестали практиковаться человеческие жертвоприношения.

Для Элохиста характерно:

  • Абстрактное представление о Боге,
  • Положительное отношение к Северному Царству,
  • Большая роль ангелов

Элохист дает более подробный и детальный рассказ об исходе из Египта, нежели Яхвист.

ВТОРОЗАКОНИЕ. Авторство книги приписывается иерусалимскому духовенству. Эта книга рассматривается, как целое и неделимое, в отличие от четырех других книг Пятикнижия Моисеева. Весьма вероятно, что Второзаконие датируется XIV-XIII вв. до н. э. Второзаконие выделяется из всего Пятикнижия и стилем, и содержанием, и жанром, представляя собой скорее проповедь, нежели рассказ.

ЖРЕЧЕСКИЙ КОДЕКС. Жреческий кодекс включает в себя генеалогические списки, описание заключение Заветов Бога с Ноем и Авраамом. Он же стал основой книги Левит.

Особенности Жреческого Кодекса:

  • Бог – антропоморфен.
  • Основное внимание здесь отводится культу.

Считается, что источники были объединены воедино после падения Северного Царства. Второзаконие было добавлено несколько позже.

Однако, следует сказать, что документальная гипотеза на сегодняшний день также подвергается критике. Ученые говорят, что данный подход сильно упрощает ситуацию, что источников и редакций Пятикнижия Моисея было намного больше.

Традиционный иудаизм и сегодня отрицает наличие нескольких источников Пятикнижия Моисея. Иудеи воспринимают текст Пятикнижия как единый и неделимый.

Личность Моисея в Пятикнижии.

С еврейской точки зрения, доминирующей фигурой Пятикнижия является Моисей. Авраам также играет важную роль, однако даже его личность не может конкурировать с Моисеем. Хотя Моисей родился в обычной еврейской семье, воспитывался он дочерью фараона и получил образование, достойное дома фараона. Забота Моисея о своем народе в более поздний период его жизни привело к его изгнанию из Египта. После 40 лет скитания по пустыне Мадиамской, он говорил с Богом и предстал в роли пророка. Причем он был пророком особого толка. Бог говорил не через него, но с ним, лицом к лицу.

Важны в пророческой роли Моисея были «знамения и чудеса», которые Господь совершил через него, сначала в Египте, а затем в пустыне. Пророк также был человеком молитвы, ходатайствующим от имени других лиц. Заступничество Моисея от имени Израиля наглядно демонстрирует его роль как посредника между Богом и Израилем. На горе Синай Моисей также сыграл важную роль в создание национального культа под руководством священников и левитов. Моисей совершил рукоположение священников, которые совершали предписанные жертвоприношения, необходимые согласно Левитского закона. Таким образом, прежде чем Аарон был утвержден в качестве верховного жреца, Моисей был первым священником Израиля.

ХРОНОЛОГИЧЕСКИЕ РАМКИ ПЯТИКНИЖИЯ—ОТ БЫТИЯ ДО ВТОРОЗАКОНИЯ

Хронология является основой истории. Без понимания хронологии не может быть историчности. Установлении хронологических рамок событий, описанных в Пятикнижии, важно для понимания Истории Ветхого Завета.

Установление хронологических рамок Пятикнижия проблематично в абсолютном смысле, то есть в соотнесении определенного события с точным годом, однако библейских данных достаточно, чтобы соотнести временные рамки одного события с временными рамками другого, — это так называемая относительная хронология. Обычно, абсолютным ориентиром для Нового Завета считается рождение Христа.

В установлении абсолютного ориентира для Ветхого Завета, включая Пятикнижие, есть много проблем.

Источниками датировки считаются следующие:

  • Библейские повествования,
  • Археологические находки,
  • Астрономические наблюдения

Если соотносить современную хронологию, с описанными в Пятикнижии событиями, можно получить следующую хронологию основных событий:

  • Сотворение первых людей – ок 4000 лет до н.э,
  • Великий Потоп – 2300 г. до н. э,
  • Рождение Авраама – около 2000 до н.э,
  • Жизнь Моисея — XVI—XII вв. до н. э.

Прообразы Христа в Пятикнижии

Определение основных богословских тем и акцентов является важным аспектом правильного понимания книг Библии. Эти темы являются производными для каждой книги Пятикнижия и представлены в анализе и синтезе этой книги. Существует, однако, один аспект темы, который мы можем проследить на протяжении Пятикнижия. Это тема духовных прообразов Христа.

Библейский тип может быть определен как историческая личность, объект, деятельность или событие, которое имеет, помимо своего исторического значения, божественно предполагаемое значение.

Ниже приводится краткое описание типов Христа или прообразов Христа в Пятикнижии.

АДАМ

Адам признается прообразом Христа. Адам является главой старого творения, Христос – нового творения. Через согрешение Адама, в результате, осуждение вынесено всем людям; посредством одного акта Христовой праведности оправдание получили все верующие.

МЕЛХИСЕДЕК

Мелхиседек (праведный царь Салимский) объявляется прообразом Христа в Послании к Евреям. Мелхиседек видится прообразом Христа как первосвященника.

ИСААК

Бог повелел Аврааму принести своего сына Исаака в жертву всесожжением. Если к данному факту добавить то, что Исаак родился благодаря чудесным обстоятельствам и являлся наследником всех обетований Божьих, то сходство его с Иисусом станет неоспоримым.

ИОСИФ

Иосиф символизирует в некотором смысле пришествия Христа. Иосиф, как и Христос, был отвергнут своими братьями. Как и Христос, Иосиф страдал от гонений и трудностей, прежде чем возвысится. Как и Христос, Иосиф пережил несколько уровней унижения превратившись из любимого сына в раба.

МОИСЕЙ

Моисей является прообразом Христа хотя бы уже потому, что он единственный, помимо Христа, исполнял функции пророка, священника и царя.

Пятикнижие

ПЯТИКНИ́ЖИЕ (חֲמִשָּׁה חֻמְשֵׁי תּוֹרָה — хамишша хумшей Тора, буквально: `пять разделов Торы`, חֲמֵשֶׁת סִפְרֵי תּוֹרָה — хамешет сифрей Тора, буквально: `пять книг Торы`, или חֻמָּשׁ — хуммаш), так называемый Моисеев закон (см. Моисей), пять первых книг канонической еврейской Библии (Бытие, Исход, Левит, Числа и Второзаконие), в совокупности образующие ее первую часть — Тору в узком смысле (в более широком смысле Тора означает Библию в целом, а иногда Божественное откровение, еврейский религиозный закон вообще).

Деление на пять книг, осуществленное задолго до разрушения Второго храма, возможно, продиктовано техническими соображениями (например, размерами свитков, чтобы они были удобны для чтения), однако не было механическим. Так, книга Бытие обладает содержательной целостностью (история евреев как семьи, а не как народа), книга Исход имеет пролог и эпилог (1:1–7; 40:36–38), отделяющие ее от других книг, книга Левит посвящена священническому законодательству, а в основе книги Числа — скитания израильтян по пустыне после исхода.

Русские названия книг Пятикнижия — перевод греческих названий, в то время как в еврейской Библии книги названы по первым значимым словам, соответственно: Брешит («В начале»), Шмот («Имена»), Ва-икра («И воззвал»), Бе-мидбар («В пустыне»), Дварим («Слова»). Такой способ называния практиковался в Месопотамии с древнейших времен и потому можно предположить, что это — изначальные названия книг Пятикнижия. Однако существовали и другие названия. В Мишне книга Левит также называется Торат коханим («Законодательство кохенов»; Мег. 3:5), книга Числа — также Хуммаш ха-пкудим (буквально «Пятая часть исчисленных»; Иома 7:1 и др.), а книга Второзаконие — также Мишне Тора («Повторный закон»; Сиф. Втор. 160; ср. Втор. 17:18).

рус. назв. перевод произн. евр. назв.
Бытие `в начале` Брешит בְּרֵאשִׁית
Исход `имена` Шмот שְׁמוֹת
Левит `и воззвал` Ва-йикра וַיִּקְרָא
Числа `в пустыне` Бе-мидбар בְּמִדְבָּר
Второзаконие `слова` Дварим דְּבָרִים

Впервые о публичном чтении священного текста «Книги Торы» упоминается в Библии в связи с реформой Иошияху (622 г. до н. э.; II Ц. 22–23; II Хр. 34:14–33). Контекст, в котором упоминается «Книга Торы», позволяет предположить, что речь идет не о Пятикнижии в целом, а лишь об одной из его книг — Второзаконии. Точно так же, когда в литературе периода пленения вавилонского говорится о «Книге Торы» или «Книге Моисея», контекст свидетельствует о том, что подразумевается книга Второзаконие (ср. ИбН. 1:8 с Втор. 17:19–20; ИбН. 8:32, 34 с Втор. 27:8 и 31:11–12; ИбН. 23:6 с Втор. 5:29 и 17:20; II Ц. 14:6 с Втор. 24:16). Четыре другие книги Пятикнижия были канонизированы, по всей видимости, во времена Эзры и Нехемии. «Книга Торы (Моисеевой)», введенная Эзрой (Нех. 8:1–3) в дополнение к Второзаконию (ср. Нех. 13:1–2 с Втор. 24:4 и др.), включала также тексты, известные нам из книги Левит (ср. Нех. 8:14–15, 18б с Лев. 23:39 и след.) и книги Числа (ср. Нех. 10:38–39 с Чис. 15:20 и 18:8 и след.). В самом Пятикнижии название «Книга Торы» встречается только во Второзаконии и всегда подразумевает само Второзаконие. Лишь после того, как Пятикнижие составило единый корпус с четырьмя остальными книгами, название «Книга Торы» стало относиться ко всему этому корпусу.

Традиционное представление о Пятикнижии

Согласно традиционному взгляду, Пятикнижие, то есть собственно Тора в узком смысле, представляет собой единый документ Божественного откровения, с начала и до конца записанного самим Моисеем. Исключением являются последние восемь стихов Второзакония (где рассказывается о смерти Моисея), относительно которых существуют два мнения: первое — и эти стихи также были продиктованы Богом и записаны Моисеем; второе — были дописаны Иехошуа бин Нуном (ББ. 15а). Каким способом Бог сообщил Моисею текст Пятикнижия, невозможно постичь разумом, а человеческий язык способен только выразить сам факт откровения, а не его сущность. В Чис. 12:6–8 указывается, что способ, каким Бог общался с Моисеем, отличен от того, каким все другие пророки (см. Пророки и пророчество) получали Его откровение: других пророков в эти мгновения покидали реальные человеческие чувства, и только Моисею откровение было дано, когда он находился в полном сознании, «устами к устам… и явно, а не в гаданиях…» (Чис. 12:8); более того, «и говорил Господь с Моисеем лицом к лицу, как бы говорил кто с другом своим» (Исх. 33:11). Но весь этот присущий человеческому языку антропо­морфизм — лишь метафора, без помощи которой невозможно говорить о таинстве откровения Моисею.

Традиционный иудаизм отвергает историко-критический подход к Пятикнижию и научно-филологический анализ текста. Масоретский текст (см. Масора) принимается как единственная авторитетная и авторизованная версия Пятикнижия (хотя и допускается, что в этот текст могли вкрасться незначительные описки). Об установлении законоучителями господствующего чтения рассказывает мидраш: «в Храме были найдены три свитка; в одном из них было написано так: , а в двух других — так: ; законоучители отвергли чтение первого свитка и приняли чтение двух других, и в конце концов единый согласный текст был передан в храмовые архивы» (Сиф. Втор. 356). Особая коллегия, состоявшая на храмовом содержании, периодически проверяла текст (ТИ. Шк. 4:3, 48а). С великим прилежанием и любовью к своему делу последующие поколения переписчиков заботились о точном воспроизведении оригинала. Во избежание возможных ошибок при копировании текста были разработаны детальные правила для переписчика (см. Софрим). Исследование библейских текстов, обнаруженных среди Мертвого моря свитков, которые на тысячу лет старше стандартного масоретского текста, установленного в 10 в. Ахароном Бен-Ашером, подтвердило его аккуратность и показало неправомерность многочисленных «поправок», предложенных за последние два века.

Историко-критический анализ Пятикнижия

Содержание Пятикнижия отражает историю еврейского народа от ее начала до смерти Моисея. В этот период Бог открылся патриархам и заключил с ними Завет; Он освободил Свой народ от египетского рабства и дал ему Свой Закон на горе Синай; Он привел народ Израиля в Землю, обетованную праотцам — Аврааму, Исааку и Иакову. Пятикнижие базируется на многовековой устной, а возможно, частично письменной традиции, включающей в себя элементы различных фольклорных жанров, правовых и сакральных установлений и т. п. Однако в Пятикнижии эта традиция опосредована рядом письменных источников, результатом компиляции и взаимной адаптации которых и является этот литературный корпус.

Основные усилия исследователей Пятикнижия были изначально сконцентрированы на проблеме происхождения этого текста. Нет сомнения, что Пятикнижие формировалось постепенно на протяжении поколений на основе более древних текстов и устных традиций. Вместе с тем Пятикнижие образует структурно-мировоззренческое целое, в центре которого стоит «священная история» еврейского народа. Историческая концепция Пятикнижия не имеет параллелей в литературе древнего Ближнего Востока; для этой концепции характерно внимание к причинно-следственным связям событий на протяжении длительных периодов и усмотрение в этих связях реализации Божественного провидения. Эта концепция определяет отбор материала и структуру повествования Пятикнижия. Отсюда уникальность характера этой истории — истории процесса, в ходе которого евреи стали народом, становления геополитической сущности «народ Израиля». Этот процесс представлен как проявление воли Творца, и лишь благодаря ей евреи стали народом.

Структурно книги Исход, Левит и Числа образуют три больших повествовательных блока: от египетского рабства до дарования Торы в Синае (Исх. 1–18); дарование Торы и данные Израилю законы (Исх. 19 — Чис. 10); от событий в Синае до вручения Богом израильтянам в Моаве Земли обетованной (Чис. 11–36). Таким образом, описание дарования Торы и связанные с этим культовые и правовые установления (2-я часть книги Исход, вся книга Левит и 2-я часть книги Числа) составляют количественно бо́льшую часть и смысловой центр Пятикнижия. Итак, общая структура Пятикнижия состоит как бы из введения (книга Бытие), главного повествования (Исход, Левит, Числа), в котором выделяется основной повество­вательный блок, и заключительной речи (Второзаконие).

Согласно распространенной в современной науке гипотезе, выдвинутой Ю. Вельхаузеном, в основе Пятикнижия лежат четыре основных письменных источника, которые исследователь условно назвал Яхвист (Jahwist, сокращенно J), Элохист (Elohist, сокращенно Е), Девтерономист (Deuteronomist, то есть связанный со Второзаконием; сокращенно D) и жреческий кодекс (Priestercodex, сокращенно Р). Предложения некоторых исследователей постулировать дополнительные источники не нашли поддержки среди библеистов. В основе выделения четырех вышеуказанных источников лежат лингвистические и содержательные критерии.

J и Е различны в наименовании Бога: Яхве (принятая огласовка тетраграмматона) — в J, Элохим (Бог) — в Е. Это различие — не формальное, а связано с интерпретациями истории еврейской религии. Согласно J, Бог Израиля, Яхве, почитался уже во времена Эноха (Быт. 4:26), согласно Е, это имя Бога Израиля было впервые возвещено лишь Моисею из неопалимой купины (Исх. 3:6 и след.). Р (жреческий кодекс), принимая концепцию Е, формулирует ее эксплицитно: «Являлся Я Аврааму, Исааку и Иакову как Эль Шаддай; а с именем Моим Яхве не открывался им» (Исх. 6:3). В дополнение к этому Р рассматривает откровение на горе Синай как великий религиозный перелом между эпохой патриархов и эпохой Моисея и потому не допускает существования законосообразного культа (жертвоприношений) до Синайского откровения. Наконец, источник D представляет собой прощальное обращение Моисея в виде автобиографии (Втор. 1–31).

Различие между J и Е в наименовании Бога с наибольшей очевидностью прослеживается в книге Бытие. В последующих книгах Пятикнижия это различие проследить гораздо труднее, так как после рассказа о том, как Бог открыл Свое подлинное имя (книга Исход), в Е используется и тетраграмматон. В ряде случаев, когда четкое различение между J и Е невозможно или спорно, ученые говорят об источнике JE. Дополнительная трудность в различении J и Е вызвана тем, что компилятор стремился согласовать эти два источника и сплавить их в единое целое. Компиляция J и Е приводит к повторам и непоследовательностям в книге Бытие, например, к двойным версиям событий; так, Авимелех дважды совершает одну и ту же ошибку: один раз в отношении Сарры (Быт. 20, источник Е), второй — в отношении Ревекки (Быт. 26, 11, источник J), дважды заключает союз: один раз с Авраамом (Быт. 21:22–33), второй — с Исааком (Быт. 26:26–33). J и Е различно именуют Иакова (Иаков — в J, Исраэль — в Е). Обнаруживаются и определенные различия в религиозных представлениях: J представляет общение между Богом и патриархами как непосредственный контакт, Е тяготеет к представлению, что Бог обращался к патриархам при помощи снов или ангела-посредника (Быт. 20:3 и следующие; 28:12; 31:11–13 и т. п.).

Фактически, все тексты книг Бытие, Исход и Числа, восходящие к Р, как и вся книга Левит, подчеркивают святость Израиля и его религиозно-общественных институтов. В центре внимания Р — скиния и все, связанное с нею. Интерес к культу настолько доминирует, что, в отличие от JE, Р не упоминает теофанию на горе Синай и заключение Завета между Богом и народом Израиля, однако описывает теофанию во время освящения скинии (Лев. 9:24), символи­зирующую снисхождение на Израиль Шхины (Божественного присутствия). Материал, относящийся к Р, содержит законы, касающиеся святости и ритуалов (жертвоприношений — Лев. 1–10; ритуальной чистоты — Лев. 11:16; праздников и торжественных дней — Лев. 23; Чис. 28–29; субботнего и юбилейного годов — Лев. 25; святости земли — Чис. 32 и т. п.). Хотя Р излагает лишь события после исхода и не освещает сотворение мира, Ноев завет (см. Ной и Ноевых сынов законы), Завет Авраама и сам Исход, — все эти события находят отражение в священных установлениях Израиля, приведенных в Р: суббота, запрет употребления крови в пищу, обрезание и пасхальное жертвоприношение (см. Песах). В тех случаях, когда Р трактует гражданские и семейные установления (Лев. 18, 20; Чис. 27, 36), они выступают в качестве законов, гарантирующих сохранение святости страны и семьи.

Источник D с литературной точки зрения представляет собой цельное произведение — прощальное слово Моисея (Втор. 1–31), с характерным стилем и специфическими фразеологическими оборотами, которые, вместе с идейной установкой Второзакония, оказали сильное влияние на редактора книг Ранних пророков (книга Иехошуа бин Нун, Судей Израилевых книга, I и II Самуил, I и II Царей), а особенно — на редактора книг Царей и Иеремия. Источник D позволил установить относительную датировку источников Пятикнижия.

В 1805 г. В. М. Л. де Ветте выдвинул концепцию, признанную затем большинством исследователей, согласно которой по форме и содержанию книга Второзаконие (в терминах концепции Вельхаузена — источник D) отражает эпоху правления иудейских царей Хизкияху и Иошияху. За основу де Ветте принял упомянутый выше рассказ из II Ц. 22–23 о том, что в царствование Иошияху в Храме была найдена «Книга Торы», описание содержания которой позволяет заключить, что это была книга Второзаконие. Доказательством принадлежности D этой эпохе служит тот факт, что Второзаконие — единственная книга Пятикнижия, где излагается требование централизованного отправления культа и содержатся основанные на этом законы. Известно, что именно Хизкияху провел революционную реформу, централизовав культ Бога Израиля в Иерусалимском храме (II Ц. 18:4), из чего можно заключить, что эти законы кристаллизовались в царствование Хизкияху и были письменно зафиксированы в «Книге Торы» в правление Иошияху. Наряду с централизацией культа есть еще два основания, по которым D следует датировать этим периодом. Во-первых, литературный стиль, характерный для D, не встречался до царствования Иошияху, а начиная с этого времени стал доминирующим в библейской литературе. Во-вторых, Второзаконие имеет типичную для Ассирии (см. Месопотамия) 8–7 вв. до н. э. структуру договора между владыкой и вассалом (историческое введение, условия договора, обязательства сторон, благословения в случае соблюдения договора и проклятия за его нарушение); это сходство прослеживается также и на уровне фразеологических оборотов.

На основании датировки D устанавливается библейская хронология: тексты, допускающие децентрализованный культ (Исх. 20:24–26), должны относиться к периоду, предшествующему правлению Хизкияху и Иошияху, а тексты, в которых отражен централизованный культ, — к периоду их царствования. Согласно этому критерию, J и E древнее D. Более точная датировка JE основывается на их содержательных и формальных особенностях.

Источники J и E рассматривают национально-религиозное бытие народа Израиля в стране Израиля как реализацию обещаний, данных Богом патриархам, и исполнение того, что Он возвестил Моисею. Обещание Бога дать Ханаан во владение потомкам патриархов (книга Бытие), равно как и Его обещание сделать потомство патриархов великим, то есть многочисленным и победоносным народом, становится реальностью в эпоху царства Давида и Соломона (так называемое Объединенное царство), с распадом которого реальность совершенно меняется. Именно в царствование Давида границы еврейского государства достигали Евфрата (II Сам. 8:3; I Хр. 18:3; ср. I Ц. 5:1, 4), как то было обещано Аврааму (Быт. 15:8); в этот период Израиль господствовал над «народами и племенами», как было предсказано в благословении Исаака Иакову (Быт. 27:29) и Иакова — своим сыновьям (Быт. 49:10). Обещание потомства, многочисленного, как морской песок (Быт. 22:17 и др.), прямо упоминается в I Ц. 4:20 при описании царства Соломона. Хотя частично такие выражения и могут восходить к предшествующему периоду, они более понятны в связи с эпохой военно-политического величия еврейского государства.

В отличие от JE, источник D не содержит упоминании о величии Израиля и его господстве над другими народами. В этот период еврейский народ хорошо сознает, что он — «малочисленнее всех народов» (Втор. 7:7), и потому «величие» Израиля, согласно Второзаконию, — в законах и установлениях и в его близости Богу (Втор. 4:6–8), а не в многочисленности, мощи народа и обширности территории. Второзаконие требует уважения к правам других народов и предостерегает от попыток овладеть их землями. Так, отказ израильтян от завоевания Аммона объясняется не трудностью завоевания (как в Чис. 21:24), а тем, что эта земля была дана в удел потомкам Лота (Втор. 2:19), то есть принадлежит аммонитянам по праву.

В целом датировка JE ранним царским периодом является несомненной: аллюзии на эту эпоху обнаруживаются большей частью в страте J книги Бытие, но литературное и хронологическое соотношение между J и Е (в особенности в книгах Исход и Числа) нуждается в дальнейшем исследовании, поэтому отнесение всего корпуса JE ко времени Объединенного царства условно.

Де Ветте, датировавший D временем правления Хизкияху и Иошияху, считал Второзаконие хронологически самой поздней частью Пятикнижия. Однако Вельхаузен выдвинул теорию, согласно которой Р (жреческий кодекс) возник позднее D в жреческих кругах Второго храма (руководивших еврейским обществом в период отсутствия своего царя). Эта точка зрения хорошо согласуется с его концепцией развития еврейской религии от поклонения силам природы к идее транснатуральной Божественной силы: в рамках этой концепции Р образовывал высшую и заключительную точку эволюции религии Древнего Израиля. Против этой концепции выступил И. Кауфман, который, не будучи связан позитивистской концепцией религиозной эволюции и располагая накопившимся к этому времени более широким сопоставительным материалом, во многом опроверг аргументацию Вельхаузена. Кауфман показал, что Р не находит удовлетворительного объяснения на фоне действительности, существовавшей в эпоху Второго храма. Дальнейшее исследование литературы древнего Ближнего Востока окончательно выявило ошибочность концепции Вельхаузена: в Месопотамии, у хеттов и в Угарите были обнаружены тексты, содержащие детальные инструкции относительно отправления культа, проведения религиозных церемоний и т. п., аналогичные библейским.

Для объяснения характерного для P сакрального подхода к еврейской истории нет необходимости постулировать отсутствие политической независимости и теократическое устройство общества и, как следствие, датировать P столь поздней эпохой. P содержит ряд свидетельств своего древнего происхождения. Так, Завет с Авраамом в P сопровождается обещаниями типа «Я сделаю тебя отцом множества народов» и «цари произойдут от тебя» (Быт. 17:4–6; ср. 28:3; 35:11; 48:4). Подобные обещания гораздо более соответствуют реальности времени Объединенного царства, чем той, что существовала в эпоху после пленения вавилонского. В центре правовых установлении P находится скиния и все, что связано с ее строительством и отправлением в ней культа. Все это, однако, обретает смысл лишь благодаря Божественному присутствию в среде Израиля, то есть в святилище. Если убрать Божественное присутствие, P в целом утратит свой смысл: не только богослужение должно прекратиться, но и законы, относящиеся к социальной сфере, утратят силу. Так, законы о городах-убежищах предполагают наличие первосвященника (Чис. 35:25); законы о войне невыполнимы, если в ней не принимают участие жрецы, шествующие впереди и трубящие в священные трубы (Чис. 31:6; ср. 10:9); закон о проверке подозрений в супружеской неверности невозможно применять без святилища (Чис. 5:11 и след.), и т. п. Эти законы не предполагают существования теократии, характерной для эпохи Второго храма (как считал Вельхаузен). Иудея в эту эпоху не вела войн, и ее лидеров не назначала община (адат Исраэль).

Реальность, отраженная в Р, гораздо более соответствует древнему периоду еврейской истории, описываемому в повествовательных разделах Библии. Так, Саул и Давид ведут свои военные кампании в соответствии с предписаниями, полученными при помощи урим (см. Урим и туммим); священные войны сопровождаются звуками труб (ИбН. 6; Суд. 7:18), жрецы участвуют в походах (ИбН. 6; Суд. 10:28 и след.; I Сам. 4), а добыча доставляется в святилище (ИбН. 6:24; II Сам. 8:11; II Ц. 12:19; ср. Чис. 31:50–54). Из этих и других примеров можно заключить, что правила святости и табу, стоящие в центре Р, — не продукт теологических умозрений жреческих кругов сравнительно поздней эпохи, а отражение реальной практики, существовавшей в домонархический и раннемонархический период. Более точная датировка Р весьма затруднительна: этот источник содержит законы, священные традиции и генеалогические списки как домонархического, так и монархического периодов. По всей видимости, кристаллизация P длилась несколько столетий. Согласно мнению большинства ученых, P и JE редактировал один человек, который жил не ранее, чем сформировались J и Е (10–9 вв. до н. э.). Но поскольку в P не обнаруживается влияния D, он не может быть датирован позднее 7 в. до н. э. Поздняя датировка P исключается также в свете новейших исследований языка и стиля этого источника, которые установили, что язык P древнее языка книги Иехезкель, — переходного от языка литературы Первого храма к литературе Второго храма. При сравнении Р и D заметна подчеркнутая сакральность обоснования законов в первом.

Из сказанного видно, что четыре основных источника Пятикнижия отличаются не столько традициями, сколько различными интерпретациями единой исторической и правовой традиции. Некоторые исследователи даже постулируют существование древнего письменного источника, из которого развились JE, P и D. Несомненно, что такие повторяющиеся темы, как обещание, данное Богом патриархам, исход, Моисеев закон и Завет у горы Синай, поселение в Земле обетованной, относятся к древнему священному преданию, сформировавшемуся еще в домонархический период. Выдвигалось предположение, что это предание, служившее своего рода национальной идеологией, регулярно пересказывалось в священных городах Древнего Израиля, в первую очередь, в северном религиозном центре Шхеме, где Иехошуа бин Нун заключил с Богом Завет (ИбН. 24) и где проводились различные религиозные церемонии (Втор. 27; ИбН. 8:30–35). Пересказы событий прошлого в Иехошуа бин Нуне 24 и Второзаконии 26:5–9 — обещание Бога дать Ханаан потомкам патриархов, порабощение Израиля в Египте, чудесное избавление от ига и, наконец, приход в Землю обетованную — могут быть приняты как свидетельства в пользу такого предположения.

Концепция источников как авторских произведений, позволяющих сделать заключения относительно мировоззрения, личности, стиля и времени деятельности составителя, была подвергнута критике вследствие расширения и углубления понимания сущности литературы древнего Ближнего Востока. Выяснилось, что к этой литературе неприложимы понятия литературного сочинения и авторства в современном смысле. Древнее литературное произведение — особенно анонимное — содержит в себе устные и (или) письменные традиции, которые были известны сочинителю; он ставил своей целью представить читателю не собственную концепцию, а древние традиции, которые он оформил и добавил собственные замечания. Более того, в рамках тех же источников (J или Е) соседствуют друг с другом произведения различных типов — повествования, своды законов, генеалогии и т. п., каждый из которых создан в особой, отличной от других «мастерской». Этот подход был сформулирован в исследованиях Германа Гункеля, а затем — Гуго Гроссмана и получил название критики форм. Критика форм не отвергает теорию источников, а стремится проникнуть глубже путем их анализа с целью выделения стоящих за ними письменных и устных традиций различных периодов и различных общественных кругов. Эти традиции играли важную роль в жизни общества и строились в соответствии с постоянными моделями, исследование которых предположительно позволяет идентифицировать круги общества (например, жречество, пророки, мудрецы и т. п.) и общественные условия, которые вызвали к жизни данную традицию, то есть «мастерскую», где было создано произведение.

Метод выделения традиций, стоящих за источниками Пятикнижия, и поиск их «мастерских» в культовой сфере получил широкое распространение после исследований фон Рада повествовательного цикла об исходе. Он пришел к выводу, что этот цикл является самодостаточной единицей, детерминированной культовой практикой общества, то есть пасхальной жертвой. Фон Рад предположил аналогичную детерминацию повествований о Земле обетованной, которые, согласно этой концепции, концентрируются вокруг принесения первых плодов на алтарь Бога и возносимой земледельцем молитвы. Земледелец благодарил Господа за то, что Он даровал страну народу Израиля, и связывал это дарование с уходом Иакова в Египет и с исходом Израиля оттуда.

См. также Земля Израиля (Эрец-Исраэль). Исторический очерк. Религиозная и культурная жизнь в эпоху Первого храма. Литературное творчество.

Самаритянское Пятикнижие, древнееврейский текст Пятикнижия, использующийся самаритянами. Написано палеоеврейским письмом. Первое знакомство европейских исследователей с этим Пятикнижием относится к 1616 г., когда Пьетро делла Балле привез в Европу приобретенную им в Дамаске рукописную копию (первое печатное издание — в составе Парижской многоязычной Библии, 1629–45 гг.). Началась дискуссия исследователей Библии о сравнительных достоинствах самаритянского и масоретских текстов Пятикнижия. Наиболее полный сравнительный анализ осуществил Г. Ф. В. Гезениус в труде «О происхождении самаритянского Пятикнижия» (на латинском языке; 1815 г.). Гезениус доказал, что масоретский текст ближе к оригиналу, чем самаритянский. Последний всегда предпочитает более простые слова там, где первый дает архаическую или сложную форму.

Традиционное произношение, сохраняемое при чтении самаритянами Пятикнижия, обнаруживает близость к языку Мертвого моря свитков. Наиболее значительное текстуальное отличие самаритянского Пятикнижия от масоретского — вставка после Исх. 20:14 (и Втор. 5:18) длинного отрывка, представляющего собой главным образом стихи Втор. 27:2–7 (27:3 не полностью, 27:4 с изменением) и 11:30. Нет сомнения, что это сознательное видоизменение текста, которое вместе с рядом других, менее значительных изменений призвано подтвердить утверждение самаритян, что гора Гризим близ Шхема — «избранное место», то есть место центрального святилища. Большинство исследователей сходятся на том, что самаритянское Пятикнижие существовало уже в 3 в. до н. э.

См. также Наука о еврействе. Предтечи науки о еврействе.

Древняя Палестина в правление Давида и Соломона.

Древняя Палестина располагалась между побережьем Средиземного моря и Иорданским озером (Мертвым морем). Наиболее крупными городами были Арад, Угария и Библ (последний в 3-м—2-м тысячелетиях до н.э. был са­мым крупным, от его имени произошло греческое название лыка папирусного растения), а также Тир и Сидон.

Финикийцы строили корабли из древесины лимонных дере­вьев и до появления соперников из греков торговали со всеми прибрежными городами Средиземноморья и надежно распределяли свои поселенческие колонии по южному и северному морскому побережью. Они основали города Утика и Карфаген (XII в. до н.э.) в Северной Африке, Палермо в Сицилии, Гаденс в Испании. Для расчетов и долговых писем изобрели азбуку из 22 звуков и букв, которая впоследствии была заимствована греками и римлянами и частично присутствует в церковно-славянском и современном русском алфавите.

Южнее финикийцев проживали филистимляне, которые при­шли в Палестину в конце 2-го тысячелетия до н.э. Они также при­надлежали к «народам моря», и именно отсюда произошло название «Палестина».

Своеобразие древней истории евреев (на иврите это слово означает «живущие по ту сторону реки»), состоит в том, что ис­тория народа излагается как предание об одной большой семье. Ро­доначальником ее считается Авраам из шумерского города-госу­дарства Ура, который, согла-сно легенде, привел своих соплемен­ников из Месопотамии в землю Ханаанскую (Палестину). Авраам имел сына Исаака и внука Иакова. Второе имя Иакова — Изра­иль — и дало название народу в новом месте его обитания (израилиты, израильтяне). Слово «иудеи» происходит от названия ре­лигии.

У Иакова было несколько сыновей, но самым любимым стал Иосиф. Завистливые братья продали его в рабство купцу, шедше­му с караваном в Египет. Он прославился в окружении фараона своими мудрыми советами и толкованием снов. Затем к Иосифу приехали многие род­ственники.

Согласно библейскому преданию, все еврейские племена, прибывшие в Израиль, были обращены в ра­бов и выведены в Египет. Через несколько поколений, если не веков, им все же удалось вернуться в Ханаан, и проделали они все это под предводительством пророка Моисея и при содействии бога Яхве.

ПророкМоисей жил в. XIII в. до н.э. Его почитают как самого выдающегося в истории евреев человека, создателя всех установлении для справедливой судебной деятельности и отправления культа. Он скончался, по преданию, в возрасте 129 лет, из которых 40 лет вел борьбу, включая и вооруженную за освобождение народа Израиля от рабства и за вытеснение сземли ханаанской соперничавших племен и народов.

По возвращении из Египта 12 колен (племен) израилевых усилились за счет завоеваний, находясь сначала под предводительством судей (фактически военных вождей с судейскими полномочиями), которые подчинили народ единому богу Яхве (Иегове).

Социально-политическая история древних евреев распадается на следующие периоды.

Ок. 1800 г. до н.э. — исход патриархов из Месопотамии в Ханаан.

1320 г. до н.э. — исход евреев из Египта, сорокалетнее блуждание по Синайской пустыне, сообщение богом Яхве на горе Синай через пророка Моисея 10 заповедей для избранного им народа.

1200—1025 гг. до н.э. — период правления судей.

В 1025 г. первый иудейский царь Саул объединяет 12 колен (племен), чьи предки считались родственниками человека по имени Израиль. С 1004 по 999 г. до н.э. Давид из колена Иуды победил фили­стимлян и стал царем в Хэвроне, а с 997 по 965 г. до н.э. правил царством со столицей в Иерусалиме. Его младший сын Соломон правил с 965 по 926 г. до н.э. Он уделил большое внимание уст­ройству государства и сооружению в Иерусалиме храма богу Яхве. Он же способствовал тому, что торговля стала царской монополией.

После его смерти произошел распад царства на Израиль (на севере) и Иудею (на юге). В 722 г. до н.э. Израиль был завоеван и уничтожен как самостоятельное государство ассирийцами. Населе­ние 10 колен израилевых было изгнано с этой земли либо уведено в плен. Иудея отстояла свою независимость, однако в 586 г. до н.э. произошло покорение Иерусалима вавилонянами, которые разру­шили храм Яхве и увели в плен многие знатные семейства (так называемое вавилонское пленение). В 538 г. до н.э., в правление Кира Великого, был восстановлен город Иерусалим и возведен второй храм в честь бога Яхве. Канонизация Ветхого Завета про­изошла в VI—V вв. до н.э., в правление царя Осии.

Государственность стала для древнееврейских племен мощным фактором сплочения и регулирования. Государство было много­функциональным учреждением — светским и религиозно-культо­вым. У царя из 17 титулов ключевыми были 5—6, например ука­зание на богорожденность царя Давида и основанной им династии.

Правовые принципы в Торе. Первые пять книг Библии соста­вили одно целое и получили по-еврейски названиеТора, т.е. За­кон. По верованиям позднего иудаизма, поми­мо письменной Торы Моисею была дана также устная Тора. Тора состоит из пяти книг. Отсюда другое название Торы —Пятикни­жие Моисея (наряду с названиемЗакон Моисея). В христианской традиции название это относится к первым пяти книгам Ветхого Завета.

Пять книг Моисея имеют следующую структуру изложения:

1-я книга —Генезис (Книга бытия). В 11 главах содержатся сведения о происхождении мира и рода человеческого. В книгах 12—50 изложена история предков народа Божьего, избранного народа, народа Израиля.

2-я книга называетсяИсход (40 глав). Она повествует об уходе евреев из Египта, о странствиях по пустыне и о заключении ими Договора (Завета, Союзного Соглашения) с богом Яхве на горе Хориве (Синай), где он сообщает им свои заповеди.

3-я книга (Левит) содержит собрание общеобязательных норм для священнослужителей из колена Левиина. Иногда для краткости книга именуется Кодексом святости.

4-я книга (Числа) начинается с описания переписи народа, содержит дополнительные сведения о его странствиях по пустыне и о правилах и нормах законодательного характера.

5-я книга (Второзаконие) воспроизводит в более пространном изложении законы, данные на Синае.

В беседе на священной горе в Синайской пустыне бог Яхве якобы еще раз подтверждает Моисею обещание, данное им в свое время Аврааму. Взамен Яхве требует исполнения своих заповедей. Моисей запечат­левает их поначалу на двух каменных досках (скрижалях).

Всего заповедей 10, из них первые 4 учат и требуют от лю­дей должного отношения к Богу, к его почитанию и его наставле­ниям на сей счет.

Шесть остальных заповедей посвящены тому, как относиться по-доброму к людям и не обижать их, не причинять им вреда.

В Пятикнижии помимо запове­дей изложены также сведения о судебных решениях, об обязан­ностях перед Яхве и соплеменниками, о мотивах отдельных по­ступков. После получения 10 заповедей Моисей был выбран посред­ником между народом и Богом, поэтому часть Пятикнижия, воспринимается своеобразной кни­гой законодательных установлении. Эта часть и получила наимено­вание Книги Договора. Книга Договора предстает собранием установлений и требований самого разного назначения — морального, юридического, обрядового и т.д.

Книга Договора содержит следующие конк­ретные установления, имеющие основополагающее значение для правопонимания и применения заповедей и конкретных законода­тельных установлений.

Прежде всего это принцип равного возмездия (ответной справедливости), известный как принцип «око за око». Следующий принцип — равенство перед установлениями Бо­жьими (равнозаконие) для соплеменников и для гостя (иноземца). Сюда же следует причислить и принцип «сын за отца не отвечает» в делах преступных. О рабстве сказано, что рабами надо пользоваться по законам. Вору, который не в состоянии уплатить штраф, грозило об­ращение в рабство.

Весьма своеобразными предстают законы о седьмом дне и седьмом годе и праздниках. Седьмой день — день отдыха для че­ловека, рабочего скота и гостей хозяина. Седьмой год — отдых для земли, которую шесть лет засевали и собирали урожай. В году три раза празднуются дни с чествованием Господа — день исхода из Египта (праздник опресноков — семь дней вкушают пресный хлеб}, затем праздник жатвы первых плодов и праздник собирания плодов.

Изложение законодательных установлении, регулирующих лично-имущественные права и обязанности и кары за преступления, носит казусный характер. Требование закона изложено как решение конкретной частного конфликтного случая (казуса).

Царь считался высшей административной и судебной инстанцией. Он не мог быть иноземцем, который «не брат тебе».

Имущественные права в Торе относятся преимущественно и области купли-продажи, аренде, залогу (натуральному и денежному). Земля не продавалась навсегда — она считалась обетованной (полученной в пользу по обету). Продавалось обычно «известное число жатв» до так называемого юбилея (каждого 50-го года), и таким образом фактически оформлялась аренда. Участок, отошедший владельцу за долги, подлежал возврату в тот самый юбилейный год, когда происходило «прощение долгов». До истечения 50-летнего срока можно было выкупить участок на известное число жатв. Строения в городах продавались навсегда.

Рабов из числа евреев также надлежало отпускать в юбилейном году, если они были в рабстве за долги. При этом надлежало их вместе с семьей и наделами снабжать «от стад твоих и от гумна твоего». Закон предписывал не допускать жестокости и предусматривал возможность досрочного (до юбилейного года) выкупа с помощью родственников. Рабы-иноплеменники могли быть в вечном владении.

Ростовщичество серебром и хлебом полагалось применять только по отношению к иноземцу и запрещалось к «брату» (еврею). Благим деянием считалось давать бедным взай­мы и на 7-й год прощать такой долг. В каждом доме предписывалось иметь «точную и правильную гирю и ефу» (меру объема).

Наследование производилось по следующим правилам: пер­венцу — двойную долю, дочерям — только в виде приданого и в том лишь случае, если они становились женами в колене отца сво­его. Отец вправе отказать сыну, но по решению суда и в том лишь случае, если сын «буен и непокорен, мот и пья­ница», суд вправе приговорить сына к смерти.

Брак оформлялся по воле родителей. Отец имел право про­дать свою дочь. Муж мог дать развод с процедурой, включающей составление «разводного письма», после чего жена могла вступать во второй брак.

По обычаю бездетная вдова становилась женой деверя, что­бы рожденный в этом браке первенец считался сыном умершего. Если же деверь отказывался от вдовы брата, то он подвергался публичному посрамлению. Невестка должна была снять с него са­пог и плюнуть в лицо, после чего род его именовался «домом ра­зутого».

Карательные законы предусматривают наиболее тяжкие на­казания за религиозные преступления: непочитание субботы, под­стрекательство к идолопоклонению, к хуле на Бога, принесение жертвы другим богам.

Широко применялся принцип равновозмездности — соразмер­ности наказания с причиненным вредом («око за око»). Лжесвидетель должен был нести ту же ответственность, которая полагалась обви­няемому. Принимался к учету также умысел, либо неосторожность и случайность. Виновным в случайном убийстве предписывалось иметь в виду три города-убежища, где они могли укрываться от кровной мести. Убийство ночного вора на месте преступления можно считать древней разновидностью не­обходимой обороны. Срывать и есть ягоды в чужом винограднике дозволялось, но запрещалось собирать их в сосуд. Если вол забодает человека, то его хозяин достоин предания смер­ти, если он знал, что «вол бодлив и не стерег его». Виновный в ссо­ре в состоянии сильного душевного волнения обязывался к «плате за остановку в работе» и расходов на лечение.

В законах о наказаниях за убийство различаются убийство «с намерением» (оно влечет предание виновного смерти) и без злого умысла — в этом случае убийца может бежать в укрытие (к жерт­веннику). Смертью карались похищение и продажа в рабство со­племенников. Такое же наказание полагалось за удар своего отца или своей матери, а также для того, «кто злословит отца своего или свою мать». Смертная казнь, осуществлялась путем побивания камнями, пронзания копьем, повешения. Телесные нака­зания, если виновный будет достоин побоев, — 40 ударов плетью перед глазами судьи, и не больше: «…чтобы не был обезображен пе­ред глазами твоими брат твой…». Отсечению руки подвер­галась женщина, оскорбившая своего мужа действием.

Санкция судейская на основании законодательных установле­нии часто дополнялась религиозной с указанием неблагоприятных последствий в потустороннем мире.

Наказанию в виде проклятья подвергался нарушающий межу ближнего своего, превратно осудивший пришельца, сироту и вдо­ву, а также сбивающий слепого с пути.

За кражу барана ущерб возмещался четырьмя баранами, за кражу вола — пятью волами. Санкции для воров: вор должен заплатить вдвое за украденное или быть проданным в раб­ство. Безнаказанно можно было убить ноч­ного вора, но нельзя было убить его после восхода солнца — тог­да вступало правило о воздаянии за пролитую кровь.

Помимо обычного наказания существовала обязанность при­носить в храм для всесожжения жертву за грех и жертву повин­ности — в зависимости о тяжести проступка. Приносили в жерт­ву тельца, мелкий рогатый скот, двух горлиц либо ефу муки. Подобную жертву должен был приносить и тот, кто «был свидетелем, видел, знал, но не объявил», «поклялся сделать ху­дое дело», «по неведению согрешил».

Суд проходил публично вблизи жертвенников и осуществлялся назначенными должностными лицами.

Значительная часть Пятикнижия посвящена правилам праведного образа жизни, отправления священнических обязанностей. Предписания в этих частях напоминают предписания закона. В этой массе законоустановительных тре­бований выделяется фрагмент книги, содержащий особый свод законоустановлений, который и получил условное название «Кодекс святости».

Пятикнижие Моисея — это часть первых книг Библии. Оно является первой и древнейшей ее частью, называемой в христианстве Ветхим Заветом. В нём по православному канону — 50 книг (39 книг канонических и 11 неканонических, в которых, согласно православной доктрине, есть важные назидательные и повествовательные сведения). Существует также вторая часть Библии, именуемая Новым Заветом, которая состоит из 27книг (четырех Евангелий, Деяний и Посланий апостолов и Откровения апостола Иоанна).

Лекция : Государства и право Древней Греции.

План лекции:

1. Государство и право в Афинах.

2. Спартанское государство и право.

Происхождение Пятикнижия. Часть 2

Предание утверждает, что в основном Пятикнижие написал Моисей в той форме, в которой мы теперь его имеем, за исключением нескольких стихов в конце, описывающих его смерть, и сделанных переписчиками некоторых поясняющих вставок. Несмотря ни на что, Пятикнижие является историческим документом.
Современная критика заявляет, что Пятикнижие было составлено около Vlll века до н.э. различными школами священников, преследовавших свои интересы и основывавшихся в своих работах на устных преданиях; а основными редакторами Пятикнижия были так называемые «ягвист» (J) и «элохист» (E), и дополнительно использовался «священнический кодекс» (P). И хотя критики широко расходятся между собой во мнениях о том, какие части книг Пятикнижия приписать этим составителям, всё же они заверяют, что эта теория является «общепринятым результатом» исследований «современной науки». По их мнению, Пятикнижие не является исторической книгой, а лишь «лоскутным одеялом, составленным из разрозненных легенд.»
Что же говорит по этому поводу археология? В последнее время археология стала изменять своё мнение в сторону консервативного взгляда на Пятикнижие. Тот взгляд, что письменность во дни Моисея была неизвестна, потерпел крах. И с каждым годом всё больше и больше открывается в Египте, Палестине и Месопотамии письменных и материальных свидетельств, что повествования Ветхого Завета являются исторически верными. И «наука» всё больше и больше склоняется в сторону взгляда, что книга Бытие написана именно Моисеем.
В том, что Пятикнижие написал Моисей, можно быть уверенным. Он получил образование во дворце фараона. Возможно, что он больше, чем кто-либо другой, знал об истории мира. Он был вождём и организатором движения, веря, что оно будет важным для всего будущего человечества. Был ли он настолько неразумным, чтобы обосновать принципы своего движения на народных преданиях? Моисей широко использовал письменность (Исх.17:14;24:4;34:27;Чис.17:2,Вт.6:9;24:1,3;27:3,4;31:19,24). Что же касается книги Бытие, то,по всей вероятности, он воспользовался записями, переданными ему предыдущими поколениями (древнееврейское и христианское предания утверждают, что Моисей, руководимый Богом, составил книгу Бытие по древним документам, существовавшим в его время), а книги Исход, Левит, Числа и Второзаконие, в которых описывается его жизнь и труды, несомненно были написаны им. Видимая неоднородность в записях может быть объяснена использованием ранних документов такой древности и святости, что Моисей, включая их, воздержался от изменения в порядке повествования в ущерб целостности.
На каком языке было написано Пятикнижие? По всей вероятности, на архаическом древнееврейском языке, которым пользовались израильтяне во дни Моисея. Записи делали на свитках из кожи или папируса. Можно допустить, что писали на клинописном языке Палестины и Сирии, на глиняных табличках, с последующим переводом на древнееврейский язык. Отрывочный и повторяющийся стиль Бытия в некоторых местах книги наводит на мысль, что это перевод с табличек, которые, каждая сама по себе, были книгами. А что случилось с оригинальными экземплярами? Если бы они были написаны на коже или папирусе, то износились от употребления и были заменены новыми. А если они были записаны на табличках, то могли быть уничтоженными некоторыми еврейскими идолопоклонническими царями.
Некоторые из Божьих «заповедей», постановлений и законов были известны ещё во дни Авраама, за столетия до Моисея (Бытие 26:5).
Моисей идеально подходил на роль получателя Пятикнижия-«слов Господа Бога» (Дан.9:10-12)-«заповедей Господних» (Суд.3:4)- моей точке зрения по этому вопросу тождественно мнение известного египтолога профессора Ф.Беттекса- и Сам Иисус Христос говорит о писаниях Моисея (Иоан.5:46;Луки 24:27 и т.д.). Благодаря полученному воспитанию в качестве приёмного сына дочери фараоновой «научен был Моисей всей мудрости фараоновой» (Деян.7:22), включая и литературное образование, и располагал (в отличие от предполагаемых более поздних авторов из Палестины),точными сведениями о климате и географии Египта и пустыни Синай (книга Второзаконие говорит тут сама за себя- Второзаконие написано именно Моисеем (но это говорю не о рассказе о смерти Моисея, который ещё в древности (историк первого века н.э. Иосиф Флавий-«Иудейские древности» Vl,326; Талмуд: Мишна (210 г.н.э.): Незикин: Бава Батра,14 в) приписывался Иисусу, сыну Навину-преемнику Моисея (Иосиф Флавий говорит, что Моисей описал свою смерть, прежде чем взошёл на гору Нево (см.Пс.102:7).)). От пятой книги Моисеевой ещё веет Египтом, пустыней, безпокойным образом кочевой жизни, в ней только ещё слышатся надежды на успокоение в земле обетованной; в ней встречаются слова и выражения, которые совсем вышли из употребления после времени Моисея (таковы: «колос» или «месяц жатвы» (abib) (16:1), «приложиться к народу своему» (ne-esat’el-ammav) 32:50. Есть во Второзаконии и целый ряд указаний и намёков на Египет и его обычаи и положение во времена Моисея. Так,в 4:15-18 находится запрещение произведений скульптуры, чтобы евреи не прельстились. Перечисление запрещаемого ясно указывает на скульптуру Египта. 7:15 и 8:60 говорят о болезнях (язвах), которые видели и знали евреи в Египте. 11:10 ясно предполагает знание у тех, к кому обращена книга, условий египетского земледелия, его системы орошения при помощи каналов Нила. В 17:16 запрещается царю возвращать народ израильский в Египет. В 20:5 говорится о надзирателях-schoterim; эти надзиратели часто египетского происхождения. В 25:2-3 закон о палочных ударах явно принадлежит к раннему послеегипетскому периоду Исхода. В 27:1-8 евреям повелевается написать слова закона на камнях, обмазанных известью; такие камни употреблялись для письменности в Египте. В эпоху Исхода в Египте была широко распространена проказа, и Второзаконие даёт относительно неё предписания. Второзаконие (как и вообще Пятикнижие) не знает городов, которые стали входить в силу и с которыми евреям приходилось считаться со времени преемничества Иисуса Навина. Таковым был Тир. Нет во Второзаконии упоминания о Иерусалиме. В дальнейших древнейших книгах Библии имеются указания на существование Второзакония (напр.ср.Суд.2:1-3 и Втор.7:2-5;1 Цар.2:13 и Втор.18:3), а его богодухновенность подчёркнута Самим Иисусом Христом: когда диавол искушал Иисуса в пустыне, оно служило Ему оружием против врага, и взятыми из него словами Он каждый раз возражал искусителю (8:3;6:16;6:13 согл. с 10:20/Матфея 4:4,7,10)).
Кроме того,Моисею была известна история отцов еврейского народа. Будучи духовным и политическим предводителем двенадцати колен Израиля, он был человеком, очень подходящим для принятия от Бога этих книг. Времени в течение сорокалетнего скитания народа по пустыне у него также было предостаточно. И более поздние книги Библии подтверждают авторство Моисея (см.напр.Иис.Н.8:31-34;3 Цар.2:3;2 Пар.25:4;35:12;Неем.8:1-2;Мар.12:19;Иоан.5:45-47;Рим.10:5). Авторство Моисея указывается у историков Филона и Иосифа Флавия, в апокрифических книгах, в Талмуде, в трудах многих отцов Церкви и в старых апокрифических списках. Утверждения некоторых современных теологов, что Пятикнижие написано почти на тысячу лет позже, противоречат, в частности, интересному открытию, что лингвоструктура пятой части книги Моисеевой и формы его наставлений характерны для второго тысячелетия до н.э., но не для первого. Это, кроме прочего, выявлено и из сравнения Пятикнижия с информацией хеттских архивов. Общий стиль и употребляемые географические названия соответствуют временам Моисея. В описании странствий израильского народа по пустыне есть множество мелких деталей, имевших для евреев огромное символическое значение (например,порядок формирования колонн, тип и способ разбивки лагеря: Чис.1-4 и 10). Кто, читая такие точные описания, мог бы допустить мысль, что автор смог записать их, живя на 800 лет позже происходивших событий? Практически невозможно было бы объяснить и разнообразные, типично египетские описания, идёт ли речь здесь о географии или об оборотах речи: для этого пришлось бы допустить, что автор Пятикнижия получил из неизвестных источников обширные сведения о Египте второго тысячелетия до н.э. Упоминание очень древних обычаев (как заключение завета в Бытие 15) и оригинальная разбивка слов на слоги также указывает на глубокую древность этих книг.
На основании новейших археологических открытий известно что искусство письма не только было широко распространено в Израиле за сотни лет до Давида (даже уличные мальчишки умели читать и писать! см.Суд.8:14), и что письменность существовала на Востоке ещё за полтора тысячелетия до Моисея (напр. находки в северной Сирии группой итальянских археологов тысяч табличек царства Эблы показали, что в тех же местах, где жили Моисей и патриархи, за тысячелетие до них законы, обычаи и события фиксировались в письменном виде). Существование древних культур Египта, Шумера, Аккады и Эблы было бы немыслимо без подробной письменной фиксации всех дел: это видно из текстов многих тысяч найденных табличек. Археология не только убедительно опровергла самоуверенные утверждения критиков, но и доказала, сверх того, глубокую древность Пятикнижия (подтвердив тем самым авторство Моисея). В качестве примеров привожу три события: 1)Полученные благодаря археологии знания о древнем Востоке показывают, что автор Пятикнижия должен был быть хорошо знаком с Египтом того времени, прежде всего, что касается географических описаний, личностей и особых традиций. В Первой и Второй книгах Моисеевых есть больше египетских слов, чем в остальных книгах Ветхого Завета. Это всё становится намного понятнее, если исходить из того, что эти книги были написаны человеком из числа вышедших из Египта евреев. 2) Точка зрения автора Пятикнижия касательно 2-й-4-й книг ясно указывает на него как на человека, жившего вне Палестины (обстоятельства, флора и фауна по 2-й-4-й книгам типично египетские или синайские, но не палестинские). Кроме того, сам стиль этих книг ясно свидетельствует о том, что они написаны для блуждающего по пустыне народа, а не для палестинских земледельцев, живших на добрую тысячу лет позже. Это, кроме прочего, проявляется в детальном описании скинии и разбивки лагеря (Чис.2), порядка движения (Чис.10) и правил гигиены для жизни в пустыне (Втор.23:11-14; ещё Чис.19:11-22). 3)Прежде всего в книге Бытие встречаются многочисленные архаичные традиции, которые, по мнению археологии, характерны для второго тысячелетия до н.э., но не для более поздних времён. Архаизмы встречаются и в языке (устаревшие слова и правописание), что, без сомнения, также указывает на глубокую древность Пятикнижия. Обобщая сказанное, нельзя не прийти к выводу, что автор Пятикнижия первоначально должен был жить в Египте (не в Палестине), быть хорошо воспитанным, высокообразованным и наделённым литературным даром человеком, к тому же проделавшим с израильским народом весь путь из Египта через пустыню. Как можно после всего сказанного утверждать, что мы не имеем права считать автором Пятикнижия Моисея? Но Пятикнижие суть писания Моисея, ибо таково свидетельство Самого Христа.
В последнее время имеются безчисленные архаические свидетельства в пользу большой древности Пятикнижия. Так, например, археология предоставила информацию о лингвоструктуре Пятикнижия и пролила свет на исторический и культурный фон эпохи его написания. Благодаря археологии известно, что истории о библейских патриархах- вовсе не легенды. (Она же позволила подтвердить глубокую древность Пятикнижия сравнительным анализом найденных кодексов и законоположений других народов этой эпохи. Письменность была широко распространена ещё за сотни лет до Авраама, это безспорно подтвердили многочисленные находки цивилизаций Шумера, Вавилона, Египта, и, недавно, Эблы.) Истории библейских патриархов объявлялись критиками недостоверными и часто неисторическими. Некоторые ставили под сомнение даже существование Авраама. И здесь открытия ХХ-го века обвинили критиков во лжи. Об этом свидетельствуют в частности, раскопки в Уре Халдейском, раскопки в окрестностях Сихема и Вефиля и многих других селений Палестины, знаменитые глиняные таблички Мари, Нуци и Телль-Мардиха, содержащие множество подробностей из истории предков еврейского народа, далее, обнаружение хеттского свода законов, проливающего свет на ритуал купли-продажи,описанный в Бытии 23; открытия,сделанные в 1975 году в Телль-Мардихе,позволяют воссоздать образ древнего Ханаана, полностью совпадающий с библейским, а ещё показывают, что истории, похожие на описание сотворения мира в книге Бытие, существовали ещё за столетия до Моисея: они записаны на найденных табличках- это в новом свете представляет поразительную теорию П.Виземана (см. «Открытия, связанные с первой книгой Моисея»,Де Хаан,Гронинген,1960),- на основании анализа различных литературных особенностей книги Бытие пришедшего к заключению, что эта книга, вероятно была записана на глиняных табличках, и именно праотцами, наилучшим образом посвящёнными в события тех древнейших времён. Существует выразительный факт, который проходит как-то незамеченным в истории Ветхого Завета, который имеет великое значение для понимания многих событий: все праотцы от Адама до Ламеха, отца Ноева, включительно,- жили одновременно; Адам мог, и, по-видимому, это так и было, беседовать с Ламехом в течение 60 лет его жизни, равно как и с дедом Ноя Мафусалом, мог рассказывать им непосредственно всё, что сам знал о рае и сотворении мира, а Ламех и Мафусал всё это, вне сомнения, передали Ною; вавилонский историк Берос ок.300 г.до н.э. говорит о предании, что Ксисутр (так именуется Ной в вавилонском источнике) перед Потопом закопал в Сиппаре Священные Писания на обожжённых глиняных табличках, которые позже откопал; среди евреев и арабов существует предание, что Енох изобрёл письменность и после себя оставил несколько книг; один из вавилонских царей писал, что он «любил читать писания допотопного времени»; Ашшурбанипал, основатель большой библиотеки в Ниневии, допускал, что «эти писания были допотопными»; в раскопках Киша,Ура и Фары (д-рами Лэнгдоном,Вулли и Шмидтом) найдены некоторые допотопные записи; несомненно, что Авраам получил сведения о сотворении мира, грехопадении человека и о Потопе от Сима, сына Ноя; Авраам сам непосредственно был призван Богом быть родоначальником народа, через который в своё время благословятся все народы; он жил в просвещённом обществе, где было обилие книг и библиотек; Авраам был человеком с убеждением и способностями к руководству; весьма возможно, что он тщательно и аккуратно вёл записи повествований, переданным ему предками, к которым он добавлял сведения о своей жизни и о Божьих обетованиях. Эти записи могли быть сделаны клинописными письменами на глине и сохранены для будущего народа, основоположником которого Бог избрал Авраама; при внуках и правнуках Ноя появилась шумерская клинопись, то есть,по археологическим данным,за ||| тысячелетия до н.э., что соответствует возрасту внуков Ноя; то есть,кроме Богооткровенного знания, все повествования о рае, грехопадении, о дереве жизней, десяти праотцах, о Потопе, Ное и трёх его сыновьях могли быть известны людям все имена праотцов и дико напутаны все даты и события.
В имеющей хорошую научную аргументированность теории Виземана говорится о вероятном составлении Моисеем по глиняным табличкам праотцов книги Бытия и о вероятном указании Моисеем в книге, из каких источников взято её содержание- например, предварением важнейших из генеалогических списков своего рода заголовками- словами «вот перечень потомков такого-то» (евр. толедот); в Бытия 5:1 вместо обычного толедот встречается сефер толедот- не просто «повесть об Адаме и его потомках», а «книга об Адаме и его потомках»- не исключено, что этот заголовок воспринимался как относящийся не только к Быт.5:1-6:8, но ко всему дальнейшему повествованию книги Бытия; ни в одной другой книге Библии нет такой всеобъемлющей и продуманной системы заголовков, которая является частью оригинального текста.
Пятикнижие записано Моисеем тысячелетия тому назад, его богодухновенность строго математически доказана Иваном Паниным, а научный уровень надёжности текстов Пятикнижия опережал науку на тысячелетия, чему приведу пример. В ознаменование союза с Авраамом Бог сказал: «Восьми дней да будет обрезан у вас в роды ваши всякий младенец мужского пола». Позже это требование было провозглашено повторно перед израильским народом (Бытие 17:12; Левит 12:2-3). Почему был выбран именно восьмой день, не объяснялось, но в последнее время можно понять, почему. Медицинские исследования обнаружили, что фактор свёртывания крови, витамин К, достигает достаточного уровня лишь к этому времени. Другой важный элемент свёртывания крови, протромбин, имеет на восьмой день концентрацию выше, чем в любое другое время жизни ребёнка. На основании этих данных д-р С.И.Макмиллен заключил: «Восьмой день идеален для обрезания» Было ли это случайное совпадение? Отнюдь нет. Это было знание, переданное знающим Богом.
Примечания автора:
И заслуживает внимания то,что в Библии нет суеверных высказываний (в отличие от иных древних книг,в т.ч. египетских), а медицинские предписания Пятикнижия радикально противоречат опасным для здоровья методам лечения у древних египтян, -описанным напр.в их документе- папирусе Эберс (см.Ч.П.Брайан,»The Papyrus Ebers»,1931,pp.73,91,92).
Напр., допотопные печати, которые были ранними формами письменности, представляющими имя владельца, доказывающими принадлежность,и употреблявшимися для подписи писем, договоров, расписок и др.документов. Печати эти искусно вырезались пилами или буравами из маленьких кусочков дерева, камня или металла. Они накладывались на глиняные таблички, когда глина ещё не была обожжённой.
None of These Diseases,1963,p.23.