Распятие Христа на кресте

dralexmd

Позор мне… позор на мою седую лысую голову или лысую седую голову. Правда, не только я ходил в этом заблуждении, но и многие православные, и в этом виноваты местные (молдавские) производители православных атрибутов. Сыплю пеплом и вырываю остатки волос…
Я всегда считал, что на наших стандартных распятиях, изготовленных из толстой фанеры, и которые есть в любом мало-мальском молдавском Св.храме, слева от Спасителя, стоит Св.Мария Магдалина с распущенными волосами.
Ну и впрямь, кто еще может стоять из благочестивых женщин с распущенными волосами у креста? Только Св.Мария Магдалина.

55 Там были также и смотрели издали многие женщины, которые следовали за Иисусом из Галилеи, служа Ему;
56 между ними были Мария Магдалина и Мария, мать Иакова и Иосии, и мать сыновей Зеведеевых.
(Матф.27:55,56) При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина.
(Иоан.19:25)
Нет, и еще раз нет… это святой апостол Иоанн Богослов, который на тот момент был юным юношей и, как часто его изображали в первые века на иконах, безбородым с длинными волосами. Кажется в ереси «Код да-Винчи» его сравнивают с девушкой.
Строгое каноническое изображение, это именно изображение Богородицы, Иисуса Христа и Св.Иоанна Богослова, сюжет которого относится к стихам, следующие за упомянутые выше:
26 Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой.
27 Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе.
(Иоан.19:26,27)
Изображение Марии Магдалины (естественно, с распущенными и непокрытыми волосами), может появляться только в купе с другими персонажами (http://iconrussia.ru/painting/iconography/398/).
Но такое ощущение, что наши производители-любители, все-таки штампуют Марию Магдалину, свято верят, что она входит в каноническое изображение у распятие, ибо Св.Иоанн больше похож на девушку, чем на юношу. Тем самым, потихоньку, потихоньку происходит незаметно подмена, которая входит в традицию и умы верующих.
Жаль, что очень мало изображений распятий молдавских храмов в инете, было бы неплохо сфотографировать в каждом храме, но есть распятие, где все-таки больше Иоанн схож на юношу (к примеру, как раз вчера специально этому уделил внимание в храме Благовещания, куда случайно зашел), а где явно, как девушка — к примеру, в Кафедральном Соборе (нужно будет проверить) и пророка Даниила (где алтарничаю) и больше храмов, где то ли девушка, то ли юноша (вот нашел одну картинку).
Кстати, вот именно распущенные волосы «Св.Марии» очень многих смущает, особенно радикальных православных — «почему у нее голова не покрыта?!». К нам в храм ходит одна бедная бабуся, которой голос нашептывает очень плохие вещи об этой фигуре (она ее считала, кажется, «псевдоБогородицей»), поэтому никогда к ней не приклоняется.
Распущенные волосы на православных иконах, на самом деле, не нонсенс. Мария Египетская всегда изображается с распущенными волосами (кстати, сегодня праздник в честь ее, с чем вас всех и поздравляю), иногда и Св.Ксения Петербужская, также изображается с распущенными волосами. И волосы Марии Магдалины особенно примечательны тем, что она ими обтирала ноги Иисуса Христа.

А у вас как с этим в храмах?
P.S. Прозрение пришло вначале моему шефу, который относительно недавно воцерковился. Он просматривал фильм об а.Иоанне и вдург воскликнул, что возле распятия Св.Иоанн, а не Мария Магдалина, как и он считал (заметьте, без чей-то подсказки). На что я авторитетно заставил его умолкнуть, типа это чушь, и что там идет речь о иконе с другим сюжетом, который тоже имеет право на жизнь. А вечером подумал, а почему именно у нас в храмах Св.Мария Магдалина, если сюжет со Св.Иоанном важнее и является одним из знаковых в новозаветном Писании.  
P.P.S. Прочие заметки по теме. Тег «Иконы».Коронование Богоматери
Икона: «Не рыдай мене, Мати»
Вася, Элла и икона Семистрельная из серии Чудеса и чудесные совпадения
Иконы: Светописанный фотография образ Богоматери на Афоне
Иконы: Афон. Икона Св.Георгия и палец застрявший в ней.
Кинокомпания Icon и икона Владимирской Божией Матери
Обсуждаем икону А.Рублева Троица

LiveInternetLiveInternet

Цитата сообщения riminamarina

Страшная пятница, великая пятница…. завершение страстей христовых. В эту пятницу Иисус умирает, тело его лежит в пещере, а душа спускается в Ад. Но он безгрешен, и Князь тьмы бессилен перед ним. Бог не уничтожил Адама и Еву, но сам стал человеком, чтобы спасти людей., «так возлюбил мир, что отдал Сына Своего Единородного». Страстная неделя была звавершенипеем человеческой жизни Иисуса.

Леонардо. Тайная вечеря

Это еще четверг, но срок принесения себя в жертву приближается…

Н. Ге. Выход Христа с учениками с Тайной вечери в Гефсиманский сад

Здесь, в саду Иисус пережил тяжелые борения с самим собой…

Ф. Бруни. Моление о чаше

Иисус просил апостолов бодрствовать с ним, но они заснули. Он остался в одиночестве и молился небесному Отцу, об избавлении его от этой чаши. Бог-Отец никога его не оставлял

А. Иванов. Христос в Гефсиманском саду

В молитвах и мысленном обращении к Отцу Иисус черпал силы…

К. Блох. Иисус в Гефсиманском саду

Несколько вольное толкование Евангелий, на мой взгляд…

М. да Караваджо. Поцелуй Иуды

Иисуса арестовывают, и сонные ученики остаются в саду, лишь Марк пытается провожать его, но вынужден бежать от стражи…

Дуччо. Христос перед Анною и Отречкение Петра

Иисус предстает перед Синедрионом, начинается суд нам ним. Апостол Петр трижды отрекается от него…

Ю. Карольсфельд. Иисус перед Каиафой

Иисуса обвиняли прежде всего в том, что он нызывал себя богом…

М. Мункачи. Христос перед Пилатом

Судя по всему, Пилат не собирался казнить Иисуса…

Н. Ге. «Что есть истина?»

Для римлянина Пилата главными приоритетами были законность, порядок, незыблемость римских устоев. О сокровищах на небесах он и не помышлял…

Я. Тинторетто. Христос перед ПИлатом (Пилат умывает руки)

Под давлением Синедриона Пилат соглашается на казнь Иисуса и символически моет руки, показывая, что его вины нет…

У. Бугеро. Бичевание Иисуса

Возможно, подвергая Христа бичеванию, Пилат все еще надеялся спасти его. По римским законам не полагалось наказывать дважды за одно преступление. Бичевание было тяжелейшим наказанием, не все выживали после него…

М. да Караваджо. Увенчание терновым венцом

Терновый венец означал злую насмешку, Иисуса не просто казнили, но и издевались над ним…

По традиции приговоренный к казни должен был нести тяжелую перекладину креста на гору. Исусу так и не удалость донести его…

П. Веронезе. Несение креста

Он был очень слаб, тяжелейшее наказание бичеванием дополнялось душевными муками…

Гертген тот Синт Янс. Несение креста

Но крестный путь нужно было пройти до конца…

В. Голынский. Распятие Иисуса

Толпа желала смерти Иисуса, не захотела его пощадить в честь праздника…

Д. А. Порденон. Распятие Христа

Распятие на кресте — одна из самых тяжелых и мучительных казней. Смерть происходит от удушения, прорванные гвоздями нервы вызывают почти шоковую боль. Стражники нередко ускоряли смерть казенных. В этот раз они особенно торопились, т.к. приближалась еврейская пасха…

Г. Феррари. Распятие Христа

Ииисус страшно мучился на кресте. Разбойники, распятые рядом с ним, слышали, как он горестно вопрошал; «Боже мой, Боже, почему ты оставил меня?»

Дуччо. Распятие

Сцена казни была излюбленнным сюжетом множества художников. Картины, иконы, фрески, книжные иллюстрации едва ли обозримы…

Тициан. Распятие

Но несмотря на существенную разницу художественного видения, все мастера подчеркивали глубокий сокровенный смысл происходящего на Голгофе…

И. Босх. Распятие

Умирая, Иисус оставлял учеников и семена веры, которые он посеял в праведных душах…

Л. Йоссе. Распятие

Приняв мученическую смерть, Иисус спас человечество, взяв на себя все грехи…

Л. Кранах Старший. Распятие

Пророчества о приходе Мессии содержатся в Ветхом Завете, но духовные лидеры иудееев не «узнали» Иисуса…

Я. Тинторетто. Распятие

Распятие и смерть Христа на кресте — одна из самых трагичесикх страниц Священной истории…

М. Грюневальд. Распятие

Целых три дня апостолы и Мария жили без Иисуса, считая его мертвым. Люди вокруг радостно отмечали пасху, а преданные Христу люди испытывали огромное горе…

А. Мантенья. Распятие

Воспоминание об этих днях сохранилось до сих пор. Не зря пятницу перед Пасхой нахывают не только Великой и Страстной, но и Страшной…

П. Перуджино. Распятие

Страшно жить без веры в душе. Эти три дня были тягчайшитм испытанием для последователей Иисуса…

Я. Беллини. Распятие

Картины старых, да и современных мастеров позволяют нам почувствовать атмосферу того далекого времени, когда христианство только начиналось…

В. Васнецов. Распятие

Казнь Христа, по словам апостолов сопровождалась наступлением тьмы, вохможно, это было полное солнечное затмение. Или горе было так велико…

Е Сорокин. Распятие

Но впереди было воскресение…

С. Дали Христос на кресте

Iconpainter’s Journal

Наряду с Шагалом и Пикассо, Cальвадор Дали – один из самых известных художников XX века. В России даже сложился своеобразный «культ» Дали. Именно его образ с усиками-антеннами и полубезумным взглядом вспоминается при словосочетании «гениальный художник». На этот образ так много налеплено, что уже и не поймешь, кто же Дали самом деле: гений-мистификатор, о котором знают даже те, кто никогда не был в музее, или жадный шарлатан (мнение некоторых арт-критиков), католик ли он, либо фрейдист? Попробуем разобраться на примере истории одной из самых известных картин мастера.

Сальвадор Дали. «Христос святого Хуана де ла Крус». 1951г.
КОНСТРУКТИВИСТЫ ПРОТИВ СЮРРЕАЛИСТОВ
Художественно-идеологическая жизнь первой половины XX столетия проходила под знаком противостояния конструктивистов и сюрреалистов.
Конструктивизм был идеологией рационального и математически-холодного искусства. Конструктивисты видели свою цель в изменении всей жизни, структуры человеческих взаимоотношений, вида бытовых предметов, квартир, домов и даже городов. Сверхзадача конструктивизма была, разумеется, утопична — создать новое общество, существующее по началам продуманного функционализма.
Если идеалом конструктивистов был инженер-конструктор, то идеалом сюрреалистов – психоаналитик. Сюрреализм делал акцент на интуитивном, сновидческом, фантастическом. У сюрреалистов человек (художник или поэт) сам оказывался машиной сновидений, механизмом с карандашиком в руке. Следовало просто заниматься спонтанным творчеством, ни в коем случае не «включая голову», дабы не мешать процессу самовыражения. Теория Зигмунда Фрейда якобы гарантировала, что шедевр получится «сам собой»…
Мечта поэта: сюрреалисты на пикнике с обнаженными моделями.
В начале 1930-х годов Сальвадор Дали активно участвовал в триумфальном шествии сюрреализма по мировым столицам, но уже в 1934 году художника со скандалом изгоняют из группы сюрреалистов. А после того как он провозглашает себя сторонником католицизма и монархии, практически все прежние друзья рвут с ним всякие личные отношения (как известно, сюрреалисты сочувствовали коммунистам, а отнюдь не Ватикану).
КАТОЛИЧЕСКИЕ ДЕНДИ
Спрашивается, зачем фрейдисту Дали (известному своими кощунствами, манией величия и цинизмом) понадобился католицизм?
Люди, близко общавшиеся с художником, утверждают, что маску сумасшедшего гения Дали надевал ради прессы и журналистов, а дома ходил с нормальным лицом.
К тому времени существовала уже достаточно почтенная традиция взаимоотношений богемного нигилизма и католицизма. Первыми дорожку здесь протоптали французские денди, стремившиеся превратить всю свою жизнь в произведение искусства. Крайность такой эстетской позиции изображает писатель Гюисманс на примере дез Эссента из романа «Наоборот». Этот герой-денди ведет ночной образ жизни, так как свет дня ему «противится». Он проводит время в постоянном поиске все новых и новых ощущений и соблазнов. Со временем, соблазны приедаются, и хочется чего-нибудь еще более остренького, «запретного». Как писал Оскар Уайльд: «Устав бродить по вершинам, я добровольно опустился в бездну. Там я искал новых очарований. Я жаждал болезни или безумия, а скорее всего — того и другого». Оскар Уайльд убедительно показал, куда ведет этот путь на примере своего литературного героя Дориана Грэя.
Сей жутковатый идеал не оставался только на бумаге, но был на практике осуществлен вполне реальным человеком, аристократом Эриком Стенбоком. Граф Стенбок жил в XIX веке, умер в возрасте 36 лет. Он был крайне эксцентричной фигурой: гомосексуалист, декадент, наркоман, алкоголик и поэт. Стенбок был одержим сатанизмом, вампиризмом и католицизмом. В последние годы своей жизни появлялся в сопровождении своего духовника и огромной деревянной куклы ростом с человека, он называл куклу «маленьким графом» и вроде бы считал ее своим сыном… Бррр!

Как пишет исследователь дендизма Отто Манн, «Падение во зло и союз со злом не являются лишь следствием неправильного шага. Перед денди возникает здесь религиозная проблема. И он может ее решить, только если вернется в религию. Такой перелом может произойти перед лицом краха «эстетствующего» бытия. В конце романа «Наоборот» денди падает, взывая к Иисусу Христу. Писатель Гюисманс же, который здесь изобразил самого себя, уходит из дендизма в аскетизм, став монахом».
Сальвадор Дали, естественно, монахом не стал (еще бы!), и я сомневаюсь в искренности его «обращения», но художник действительно был захвачен мистическими образами, часто он принимался работать над картинами сразу после пробуждения, так как очень трепетно относился к видениям и сновидениям (привет Фрейду!). Также Дали очень любил и внимательно изучал творчество старых испанских мастеров Сурбарана и Мурильо, искренне верующих католиков, черпавших свое вдохновение в религиозных сюжетах.
Наверху — фрагмент картины «Завтрак» (1617) кисти Диего Веласкеса. Внизу – фрагмент полотна Дали «Живой натюрморт» (1956).
В 1950 году монах-кармелит Бруно де Хесус, (любивший тусоваться с интеллектуалами и художниками) рассказал Дали об одном редком старинном изображении распятия. Оно принадлежало руке поэта и писателя-мистика по имени Хуан де ла Крус. Здесь стоит сделать краткий экскурс в историю католической духовности.
ИСПАНСКИЕ МИСТИКИ, «БОСЫЕ БРАТЬЯ»
XVI век, золотой век испанской мистики, был также и временем расцвета Инквизиции. В это темное время и были явлены миру те светочи, которые позже назвали «испанскими мистиками». Самые известные из них: католические святые Тереза Авильская и ее ученик Хуан де ла Крус.
Тереза Авильская начала претворять в жизнь свои реформы в семидесятые годы XVI века. Характер у нее был хоть куда: в детстве Тереза подговорила своего младшего брата бежать из дома, чтобы погибнуть за веру в стране мавров. Конечно же, беглецов вернули. В двадцатилетнем возрасте, наперекор воле отца, Тереза ушла в кармелитский монастырь.
Мысль о необходимости вернуть орден к изначальному уставу пришла к ней после выздоровления от тяжелой болезни. Монахини уже выкопали могилу, но кризис миновал. От созерцательной жизни Тереза устремилась к активной деятельности и прошла пешком сотни километров по всей Испании, лично основывая новые обители.
Любителям искусства Тереза Авильская знакома по шикарной скульптуре Бернини «Экстаз Св. Терезы»:
По признанию Терезы Авильской, херувим проколол ее сердце огненным копием. Она писала:
Что за смертная услада —
чуять в сердце рану эту!
Боль, которой равных нету;
смерть — и жизнь, что ей награда!
ХУАН ДЕ ЛА КРУС
Иоанн Креста (Хуан де ла Крус, исп. Juan de la Cruz) — католический святой, писатель и поэт-мистик. Реформатор ордена кармелитов. В 1952 был провозглашён небесным покровителем испанских поэтов. Его история такая.
Хуан родился летом 1542 года. Родители были очень бедны и Хуана отдали в приют, где он обучался ремеслам башмачника, столяра и живописца. В юности он штудировал литературу, философию и богословие у иезуитов, а средства к существованию добывал, работая в мединской больнице для сифилитиков. Вскоре, Хуан принял постриг в ордене кармелитов. В ордене был выработан очень строгий устав: бедность, аскетические упражнения, посты, долгие молитвы, физический труд. В конце XIV- начале XV века орден стал утрачивать былое влияние, и к описываемому моменту начал раскалываться на две ветви — на так называемых «обутых» и «босоногих». (Это не означает, что босоногие кармелиты в прямом смысле слова круглый год ходили босиком. Они носили сандалии на ремешках и проповедывали бедность, в отличие от «обутых», зимой надевавших теплую обувь.)
Первая встреча будущих великих реформаторов произошла летом 1567 года. Брат Хуан был очень мал ростом — Тереза, когда он впервые предстал перед ней вместе с единомышленником, воскликнула: «Слава Иисусу, у меня есть уже полтора монаха!» (Ему было тогда 25 лет, Терезе — 52 года.)
Хуан де ла Крус писал, что все видения и откровения, сколько бы их ни было, не стоят и одного смиренного поступка. Но сохранилось достоверное свидетельство об одном видении святого. Христос с келейной иконы обратился к нему и спросил: «Чего ты хочешь, брат Хуан, за твои труды?» Хуан де ла Крус ответил: «Дай мне пострадать за Тебя!». Просьба была исполнена — в тюрьме с ним обращались так, что Тереза писала испанскому королю Филиппу II: «Лучше бы он попал в руки мавров, ибо мавры были бы милосердней».
Св. Хуан с житием. Фрагмент современой католической иконы «византийского» письма.
В крохотной каморке, куда поместили брата Хуана, источником воздуха и света служила щель под потолком шириной в два пальца. Света в зимний день было так мало, что узнику приходилось вставать на табурет, чтобы читать свой молитвослов. Одежда его истлела. Летом его мучила жара, зимой терзал холод. Ждать помощи от Папы было бесполезно. Папский наместник Сега дал клятву покончить с босоногими, подчинив их обутым и освободив от «вредоносного» влияния Терезы, которую назвал «надоедливой женщиной-бродягой, посвятившей себя сочинению книг вопреки повелению апостола Павла: «жены ваши в церквах да молчат», и основанию монастырей без папской лицензии».
ТЕМНАЯ НОЧЬ ДУШИ
Наступила весна, и узнику сменили тюремщика. Новый тюремщик был подобрее. Он спросил заключенного, не нужно ли ему чего-нибудь, и тот попросил карандаш и бумагу. В тюрьме он написал одно из своих самых известных произведений: «Темная ночь души».
В Авиле, в музее монастыря Воплощения, хранится рисунок, сделанный братом Хуаном незадолго до его заточения в тюрьму. Это распятие, изображенное в очень странном ракурсе — так, сверху, увидела бы его парящая птица. Впоследствии этот ракурс и использовал Сальвадор Дали в своей знаменитой картине «Христос святого Хуана де ла Крус».
Св. Хуан де ла Крус. Распятие. Ок. 1577 г.
Рисунок святого Хуана подсказал Дали идею: взглянуть на Распятие сверху. Естественно, этот рисунок явился не единственным прототипом для картины.
* * * Художник у своего полотна.
ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ КАРТИНЫ
Возвращение Дали в любимую Каталонию связало его вновь с испанской художественной традицией, связанной с такими славными фамилиями как Веласкес и Сурбаран. В 1951 году Дали опубликовал свой «Мистический манифест». В нем он обвиняет современное искусство в атеизме, материализме и прочих грехах. Автор манифеста, Сальвадор (имя его означает «Спаситель»), обязан «спасти современную живопись от лености и хаоса». Возвратившись в Испанию, Дали вообразил себя последним в длинном ряду католических мистиков. «Я хочу, чтобы мое изображение Христа несло больше красоты и радости, чем все остальные, созданные до этого дня. Я хочу написать Христа, который будет во всех отношениях противоположностью работам материалистов и варварскому изображению Христа у Грюневальда».
Матиас Грюневальд. Изенгеймский алтарь. 1500—1508. Фрагмент. Тело выглядит истерзанным, кровь и шипы.
По традиции, в католицизме делается большой акцент на страдающем образе Спасителя, кульминацией которого является Распятие. Дали, по-видимому, хотелось переломить эту тенденцию, и дать «позитивный» взгляд на событие. Интересно, что и русские иконописцы также старались не нагнетать эмоции страха и ужаса, а подчеркнуть созерцательный, вневременный аспект евангельской истории.
Дионисий. Распятие. 1500 год. Третьяковская галерея, Москва
Годы, проведенные в Америке, были связаны у Дали с Голливудом, и он попросил студийного босса Джека Уорнера (тот самый, который «Уо́рнэр Бра́зэрс») помочь ему найти подходящего натурщика для картины. Уорнер устроил кастинг и подыскал для художника годную модель. На следующий день, натурщика подвесили в студии, подсветили софитами и сфотографировали в нужном ракурсе. Сделанные в голливудской студии снимки отослали в Испанию, где Дали использовал их в работе. Художник выполнил графический эскиз, а потом с некоторыми изменениями перенес его на холст.
Если кого-то смущает, что Дали «срисовывал» с фотографии (а не с натуры), то могу утешить, сказав, что и задолго до изобретения фотографии художники вовсю пользовались разнообразными оптическими приспособлениями для того, чтобы облегчить себе работу; да и вообще, здесь важен не процесс, а результат.
Работа над картиной продолжалась 5 месяцев. Размер холста — 2 метра 13 см на метр двадцать. В декабре 1951 года картина была выставлена в лондонской галерее, при большом скоплении народа и журналистов. Дали работал на публику: корчил рожи, нес новомодную чушь про протоны, электроны и ядерный мистицизм, называя себя «атомарным художником».
Сейчас полотно находится в музее Глазго, Великобритания. В нижней части картины, у подножья креста, художник изобразил вид из окна своего дома в порте Льигат.
Темнота и чернота фона в верхней части картины отсылает к строкам поэмы святого Хуана «Темная ночь души»:
Это ночь, о которой написано:
и ночь будет светла как день;
и ночь — свет мой в радость мне. (…)
О воистину блаженная ночь,
в которой соединяется земное с небесным,
человеческое с Божественным!(перевод Л. Винаровой)
Как проницательно заметил директор Британского музея Нил МакГрегор, мы имеем дело не с изображением самого́ Распятия, а с видением распятия святым Хуаном де ла Крус. Такой ход позволил Дали сосредоточиться не на исторических деталях голгофской казни, а представить Распятие как событие мирового, космического значения. Во многом это достигается совмещением на одной плоскости полотна различных точек зрения. Так, зрителю кажется, что он смотрит на Распятие сверху, одновременно, при этом, находясь на земле, на которую, в свою очередь, смотрит сверху Христос. Созерцание замыкается в некий «золотой треугольник»…
ДАЛИ И ВАТИКАН
«Христос святого Хуана де ла Крус» и другие религиозные картины принесли Дали славу «католического живописца». Сам он говорил, что в католицизме его пленило «редкое совершенство замысла». Свои собственные картины художник также долго продумывал и выстраивал, во многом опираясь на достижения мастеров Возрождения и старой испанской школы.

В 1949 г. Дали даже удостоился аудиенции у Папы Римского Пия XII, где его Святейшеству была показана картина «Мадонна порта Льигат». Современным «работникам культуры», конечно же, не стоит обольщаться вниманием Папы к современному искусству; искусство интересно Ватикану не само по себе, а как инструмент эффективной проповеди. Скандальный мистик Дали как нельзя лучше отвечал этим ожиданиям.
Я думаю, они нашли друг друга – послевоенный католицизм, устремленный к реформам и новизне, и Дали, с его эстетской тягой к традиции и иерархии.
С. Дали. Вознесение Христа. 1958 год. Еще одна работа «католического периода». На мой взгляд, по качеству замысла она сильно уступает обсуждаемой нами картине. Как будто, упреки некоторых арт-критиков Дали в китче и безвкусице были не лишены оснований…
ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ: СОВЕТСКИЙ СЮР
В СССР существовал определенный «культ» Сальвадора Дали, если можно так выразиться. Дали импонировал своей таинственностью, раскованностью, а также (что немаловажно) умением рисовать в академической стилистике. Как вспоминает один из художников, «нас в Академии Художеств учили как рисовать, но ЗАЧЕМ рисовать не учили». Разрыв между мечтами и реальностью переживался болезненно. Советским художникам тоже хотелось, как Дали, бывать на аудиенции, пусть не у Папы Римского, то, хотя бы, у Патриарха Всея Руси; и расписывать прекрасные капеллы и храмы, а не опостылевшие рожи вождей КПСС.
Как саркастически высказался искусствовед Борис Гройс по поводу таких живописцев, «они хотят быть серьезными художниками — не хуже, чем авторы Ренессанса и барокко. Ими владело фантазматическое представление о том, что они, сидя в СССР, как бы одновременно находятся во Флоренции XVI века. Это эдакая восточноевропейская мечтательность. Люди сидят там у себя в каком-нибудь подвале или на чердаке и говорят: ну, вокруг грязь и слякоть, советские волки воют, а я здесь сижу и размышляю о чем-нибудь возвышенном — о дзэн-буддизме или византийской теологии. Подобную психологию 60-х годов я помню очень хорошо: это было такое возвышенно-мечтательное состояние души, которое игнорировало все исторические и прочие разрывы между собственной ситуацией и ситуацией тех людей, с которыми велся «высокий диалог». Короче: я сижу в Ижевске, но беседую с Платоном!»
Сарказм Гройса понятен, но не всем таким художникам нравилась ролевая игра в башню из слоновой кости. В некоторых людях жила тяга к Смыслу, а отсутствие его в жизни приводило к саморазрушению, внутренним двигателем здесь становилась бешеная жажда освобождения от пут всего советского космоса. Обычно это оборачивалось десоциализацией, болезнью и погружением в «темную ночь души», живыми из которой выходили далеко не все…
Одна из картин, свидетельствующая о влиянии Дали на отечественных художников. 1978 год, автор неизвестен.
Закончить этот материал мне бы хотелось обширной цитатой из воспоминаний московского художника Алексея Смирнова, которые сконденсировали в себе всю суть феномена советского сюрреализма, где фантастическими становились не картины, а вся ткань жизни в безумном хороводе концентрационной вселенной, где были свои римские Папы, капеллы и, конечно же, «темная ночь души»:
«…В те годы я понял, что ни в официальном советском искусстве, ни в нонконформистском искусстве пути для меня нет. Но у меня была отдушина – предложили отреставрировать Храм на птичке, то есть около птичьего рынка на Калитниковском кладбище. Храм никогда не закрывался, это было позднеклассическое сооружение с куполом школы Матвея Казакова и с колокольней середины девятнадцатого века. … Вокруг церкви было огромное кладбище с очень частым лабиринтом могил с железными решетками. Осенью и весной на кладбище с птичьего рынка забредали пьяницы, бродяги и спившиеся проститутки. Они пьянствовали на могилах и там засыпали. Ночью, проснувшись от холода, они пытались выбраться из лабиринта могил и иногда застревали между решетками. И тогда страшно орали и выли. Им подвывали бродячие собаки. Возникала жуткая какофония. Для непривычного человека ночью на кладбище было довольно жутковато, с разных сторон раздавался человечий и собачий вой, перемежающийся матом. В храме были ночные сторожихи, пожилые женщины. Они в ужасе крестились и боялись выходить.
От птичьего рынка к кладбищу вела старая аллея. По воскресеньям вдоль нее стояли трясущиеся алкоголики и продавали краденых со всей Москвы породистых собак, которые надрывались от многособачества и незнакомого места. Каких тут только не было пород: доги, пойнтеры, сеттеры, полукровки и просто дворняжки. Непроданных собак алкоголики бросали, и они жили на кладбище, объединяясь в большие довольно опасные стаи, бросавшиеся на прохожих. Меня животные всегда любили, и я, проходя по кладбищу ночью, подкармливал собак баранками и конфетами с кануна (канун – поминальный столик с свечами и поминальной пищей), которые запасал заранее. Одна из сторожих, живших неподалеку от кладбища, рассказывала мне ужасающие истории из времен ее довоенного детства. Она и все жители соседних с кладбищем домов видели из окон, как во рвы вокруг кладбища чекисты свозили огромное количество мертвых голых мужских и женских тел. Подъезжала хлебная, обитая изнутри оцинкованным железом машина, выходило двое чекистов в кожаных черных фартуках и перчатках и специальными крючьями, чтобы не замараться, зацепляли трупы и стаскивали их в ямы. Местные могильщики присыпали трупы землей. Иногда в день приезжало пять-шесть хлебных машин-труповозок. «И всё молодые и такие гожие тела были, особенно женщины – одни красотки, – рассказывала старушка. – Лет пятнадцать возили их, почти до сорокового года, тышши тут лежат, целый город закопан».
От этих рассказов делалось как-то не по себе. По-видимому, на Калитниковское кладбище свозили перебитую московскую элиту. Здесь ОГПУ и НКВД устроили один из своих массовых могильников. Я хорошо знал эту старушку, много с ней говорил, она не была способна врать.
В Калитниковскую церковь меня пригласил реставратор высшей квалификации Борис Семенович Виноградов. Это был очень способный пролетарий из подмосковных бараков. Он воевал на фронте, потом учился в Московском художественном училище имени 1905 года, потом писал пейзажи в стиле Коровина. Цвет он хорошо чувствовал. Сдавал пейзажи в салон, неплохо зарабатывал, но потом в московской областной художественной организации появился партийный фюрер – посредственный пейзажист Полюшенко, захвативший все заказы, и очень много подмосковных живописцев осталось без куска хлеба. Тогда Борис Семенович стал жестоко пить и сделался реставратором икон. Пил он чудовищно, у Бориса Семеновича уже очень давно была белая горячка. Сидя на лесах, я со скуки внушал ему, что он последний индейский вождь из племени сиу, а кругом по лесам ползают анаконды и ягуары. Он ревел на всю церковь: «Я сиу! Анаконда, анаконда!», а церковные работники и священники говорили ему: «Она у вас, Борис Семенович, зеленого цвета». Его бы выгнали из церкви, но я всегда был трезв, моя работа их устраивала, и мы успешно сотрудничали.

В Калитниках мне разрешили работать, так как я не шумлю на лесах во время служб, и с тех пор я привык постоянно слушать церковное пение и под него писать в храмах. Вошло в привычку мешать краски, писать лики, слушая церковное пение. От этого делалось легче на душе. Уже тогда я пристрастился спать на лесах на вонючих пролетарских ватниках, где мне было вполне уютно, и понял, что кроме одичалых русских храмов для меня нет другой земли. Помогать мне приезжали мои тогдашние приятели, ныне покойный Юра Титов, заезжал и Саша Харитонов, и поэт Евгений Головин, и его друзья-мистики, и писатель Мамлеев с его маразматическими последователями. И все очень хорошо добротно закусывали и выпивали разбавленное кипятком армянское вино. Мне интересно было наблюдать и своих друзей-нонконформистов в условиях действующего храма. Сам я никогда не кощунствовал, не прикасался к престолам, реликвиям, грубо не выражался, выходя и входя в храм, всегда крестился, прикладывался к иконе Богородицы, а большинство друзей относилось к храму по-другому. Им многое было странно, они были чужды русской церковной традиции. Только некоторые чувствовали себя в храме по-другому, чем в квартире. Я бы сказал, благоговейно.
В любом храме любой конфессии имеется особая мистическая атмосфера, постоянное повторение текстов, молитв, общение верующих с Богом создает особый сгусток высшей энергии. Даже разрушенные и оскверненные большевиками храмы сохранили в себе эту особую атмосферу намоленности и благодати. В сатанинских храмах я не бывал, людей, одержимых бесом, я всегда избегал и внутренне остерегался, и поэтому все связанное с их черными культами мне неизвестно и страшно. С моей точки зрения, человек столь изначально слабое, беззащитное создание, что любой вид сатанинской гордыни противопоказан людям, чье временное пребывание на земле окружено страшными мистическими, изначально вневременными, тайнами.
Но в жизни каждого человека бывают светлые полосы, не отягощенные болезнями и предательством. У меня такой светлый период был связан с Калитниковским кладбищем и еще с двумя храмами, где я работал и где было душевно легко. А я работал в десятках храмов и в кафедральных соборах и всюду видел борьбу света и тьмы, и, как правило, побеждала тьма… Как восточному славянину, мне всегда радостно от карнавального и публичного праздника и жизни, и религии. А в Калитниках была роскошь неразрушенного храма, пышность служб, разнообразие собачьего и человеческого окружения кладбища, и эта декорация сопрягалась с ужасами расстрельных ям, душами там погибших, витавшими над этими местами. Налицо был полный комплекс всех духовных компонентов России, и мне всегда туда хотелось ехать, и работалось там легко и радостно, и кисть сама бежала по стенам храма».Tags: искусство, культур-мультур

Распятие Господне

В центре композиции на кресте изображен распятый Иисус Христос. У подножия креста стоят: Богоматерь в темно-вишневом мафории, Мария Магдалина в зеленоватых одеждах, скорбящий апостол Иоанн и сотник Лонгин в воинских доспехах. Крест утвержден на горе с пещерой, в которой изображен череп Адама (по преданию, Адам был погребен на горе Голгофе, где впоследствии был распят Христос). Над верхней перекладиной креста изображены слетающие ангелы, оплакивающие Спасителя. Крестные муки и смерть Христа описаны как в канонических Евангелиях (Мф. XXI, 33-56; Мк. XV, 22-41; Лк. XXIII, 33-49; Ин. XIX, 17-30), так и в апокрифических источниках. Изображения «Распятия» известны с раннехристианских времен и существуют в нескольких иконографических вариантах, различающихся степенью подробности изображения. Кирилловская икона принадлежит к одной из наиболее лаконичных и устойчивых иконографических схем, получивших распространение в византийском и русском искусстве с XIV века. В качестве ее ближайшей иконографической аналогии можно указать образ из иконостаса Благовещенского собора Московского Кремля начала XV века и таблетку Софийского собора в Новгороде.