Ростислав Владимирович

antimasonry

Подпольная антисоветская организация. Создана в 1930 году в Югославии на базе так называемого «Национального союза русской молодежи», существовавшей при монархической белоэмигрантской организации «Российский общевоинский союз» (РОВС). Участники НТС — это главным образом изменники Родины или проходимцы из белоэмигрантских семей.
В свое время НТС находился на службе у немецко-фашистских специальных органов, после окончания второй мироном войны — сначала у английской, а затем и у американской разведки. НТС построен и действует на конспиративной основе.
Члены НТС принимали активное участие в шпионской деятельности и в организуемых империалистами акциях идеологической диверсии против СССР. НТС принимал активное участие в подрывной деятельности капиталистических разведок, направленной против советских граждан и учреждении, находящихся за рубежом.
Со времен горбачевской перестройки начал легально действовать на территории Советского Союза. На постсоветском пространстве организации НТС существуют в России и на Украине, в том числе в Крыму.
После развала СССР НТС продолжает работать в тесном контакте со структурами мировой закулисы. Результатом деятельности НТС были попытки привести к власти в России генерала Лебедя (1995), на Украине Юлию Тимошенко (2010) – агентов влияния тайного международного правительства.
«Оранжевый» и другие «цветные» перевороты в бывших социалистических странах были организованы при активном участии НТС по разработанной еще в 50-х годах XX века концепции «молекулярных революций».
Многие недооценивают влияние НТС на события, происходящие на постсоветском пространстве. Однако свидетельства бывших членов организации и авторитетных экспертов свидетельствуют об обратном. Приведем несколько цитат из материалов, которые будут выложены на блоге:
«Сразу бросается в глаза структура НТС, — эта структура аналогичная структуре многих других масонских лож. Руководство НТС само этот факт не отрицает. НТС это не просто орден, но и братство. Вступление в НТС типично масонское. Десять процентов членов многотысячного НТС являются представителями правящего слоя».
Сергей Кургинян об НТС: «В России организация, состоящая из трех тысяч человек, сплоченных дисциплиной, не является декоративной. Поэтому я бы стал здесь говорить об НТС не как о декорации, а как о верхушке айсберга, на глубине — достаточно крупные западные элитные группы с полумонархической ориентацией».
«Среди посвященных члены НТС расшифровывают его название не как «Народно-Трудовой Союз», а как «Новые Тамплиеры Сиона», что указывает на их связь с могущественной тайной организацией тамплиеровского толка «Приорат Сиона».
Цель нашего блога показать всю опасность этого передового отряда тайного мирового правительства для жителей славянских стран.

Tags: Кургинян, Лебедь, НТС, Тимошенко, Ющенко, заговор против СССР, конспирология, масонство, мировое правительство, оранжевая революция, оранжизм, сионизм, солидаризм, цветные революции

Ростислав Владимирович

Обстоятельства смерти Ростислава Владимировича, внука Ярослава Мудрого, навсегда остались в истории как пример самого низкого предательства. Вот как описывает его гибель «Повесть временных лет», к которой обращались все поколения историков.

К Ростиславу в Тмутаракань приехал некий греческий чиновник. Случилось это в 1066 году. Летопись называет этого чиновника котопаном, а Н.М. Карамзин добавляет в своей «Истории государства Российского», что эта должность соответствует положению префекта. Дальше лучше предоставить слово непосредственно летописцу: «Однажды, когда Ростислав пировал с дружиною своею, котопан сказал: “Князь, хочу выпить за тебя”. Тот же ответил: “Пей”. Он же отпил половину, а половину дал выпить князю, опустив палец в чашу; а под ногтем был у него яд смертельный, и дал князю, обрекая его на смерть не позднее седьмого дня».

Личность Ростислава Владимировича всегда привлекала к себе внимание историков и литераторов своим особым трагизмом. Щедро одаренный от природы доблестью, воинским талантом и красотой, он смог не запятнать себя каким-либо неблаговидным поступком. Но он не успел и прославить себя подвигами или что-то совершить для родной земли, безвременно умерев в 29 лет.

Отец его, кстати, тоже умер молодым, всего лишь в возрасте 32 лет.

Родился Ростислав в 1037 году, когда его отцу, Владимиру Ярославичу, было всего 17 лет. Таковы были обычаи того времени, детей обычно женили рано. В суровых условиях жизни надо было обеспечить преемственность поколений, закрепить за своим родом достигнутое состояние, а по возможности обеспечить своим потомкам более благоприятное положение. Ничего этого не вышло у Владимира. Он умер на два года раньше своего отца, Ярослава. По существовавшим тогда правилам его единственный пятнадцатилетний сын не имел доли в наследстве Владимира Ярославича. Благополучие Ростислава зависело сначала от деда, а потом от доброй воли его дядей, к которым перешла власть в Русской земле.

Владимир Ярославич княжил в Новгороде с 1036 года до самой своей смерти, которая случилась 4 октября 1052 года.

Исходя из этого, можно сделать вполне определенный вывод, что Ярослав безоговорочно доверял своему старшему сыну. Сам Ярослав достаточно долго был новгородским князем, с 1012 по 1019 год. Именно благодаря поддержке новгородцев он смог одолеть в тяжелых сражениях своего брата Святополка, с которым воевал с переменным успехом четыре года после смерти своего отца, Владимира, в 1015 году. Передать управление самым сильным и богатым краем Русской земли Ярослав мог только тому из своих сыновей, в чьей преданности и в чьих административных способностях он не сомневался.

Конечно, Владимир Ярославич хотел бы, чтобы единственный сын унаследовал его власть и положение. Но этому не суждено было случиться. Занявший согласно завещанию Ярослава великий киевский стол князь Изяслав стал править Новгородом через своих посадников.

Как же складывалась дальнейшая судьба Ростислава после смерти отца?

«Повесть временных лет» ничего не сообщает о жизни Ростислава до 1064 года, но историки смогли реконструировать основные события его жизни.

Вряд ли после смерти своего старшего сына Ярослав Владимирович стал куда-то переводить своего пятнадцатилетнего внука. Скорее всего Ростислав так и продолжал жить в Новгороде до того момента, когда через два года его судьбу стали решать дяди, среди которых официальным преемником Ярослава считался Изяслав Ярославич.

Итак, с 1052 по 1054 год Ростислав живет в Новгороде. Годы юности ? это время мужания молодого князя, время обретения верных друзей, период, когда определяются перспективы своей жизни. Выросший в обстановке, когда его отец был правителем обширной и развитой в хозяйственном и финансовом отношении Новгородской земли, Ростислав невольно предполагал, что он займет в будущем не менее значимое положение. Есть еще одно обстоятельство, которое объясняет во многом действия Ростислава в последующем. Новгород находится от Киева на значительном удалении. Связь его со столицей была затруднена. Считается, что даже с парой сменных лошадей всадник мог преодолеть в день в среднем 60 километров, потому что в пути надо было предусматривать перерывы на отдых и питание. Затрудняли движение различные препятствия: реки, овраги, лесные завалы и т. д. Тогда от Киева до Новгорода сообщение шло около 20 дней. Если же использовались речные пути, то время увеличивалось. В этих условиях управляемость отдаленными землями из центра была невысокой, а это значит, что правители отдаленных земель неизбежно обладали высокой степенью независимости. Владимир был верным сподвижником своего отца, но практически во всех вопросах он осуществлял собственную политику. Чем ближе был тот или иной город к Киеву, тем, соответственно, на меньшую долю самостоятельности мог рассчитывать правящий там князь. Ощущение свободы и самостоятельности от центральной киевской власти наверняка с детства вошло в характер Ростислава.

В 1054 году умирает великий киевский князь Ярослав Владимирович. Перед Изяславом Ярославичем и его братьями Святославом и Всеволодом встала задача закрепления русских земель за членами уже разросшегося рода Рюриковичей.

Как писал С.М. Соловьев, Ростиславу братья Ярославичи выделили Ростов. В.О. Ключевский считал, что Ростовский край был «выделен Ростиславу среди владений Всеволода Переяславского».

Само по себе владение Ростовом было не так уж плохим для семнадцатилетнего сына умершего новгородского князя. Ранее Ростовом владел сам Ярослав Мудрый до своего перевода в Новгород. Позже в этом городе княжили Юрий Долгорукий и Андрей Боголюбский, про которых никак нельзя сказать, что они не были честолюбивы и не стремились к власти. Конечно, колонизация славянами этого края, населенного по преимуществу финно-угорскими племенами, в то время только развивалась. Ресурсы Ростова не шли ни в какое сравнение с ресурсами не только Новгорода или Чернигова, но также и Переяславля или Смоленска.

Не исключено, что Ростислав выражал недовольство своей ростовской «ссылкой». Возможно, что и Всеволоду не хотелось в своих землях иметь анклав, управляемый племянником. Поскольку мы знаем, что впоследствии ростовские земли перешли к Святославу (в 1071 году от его имени воевода Янь Вышатич вершил здесь расправу над волхвами), то интерес в удалении Ростислава из Ростова мог быть и у Святослава.

Летопись дает друг за другом два кратких сообщения:

«В год 6565 (1057). Преставился Вячеслав, сын Ярослава, в Смоленске, и посадили Игоря в Смоленске, выведя его из Владимира…

В год 6568 (1060). Преставился Игорь, сын Ярослава».

С.М. Соловьев считал, что после смерти Вячеслава Ярославича а затем и Игоря Ярославича, княживших друг за другом в Смоленске, Ростислав мог надеяться на то, что смоленские земли достанутся ему. Но этого не случилось. Историк писал: «По смерти Вячеслава Ярославичи перевели Игоря в Смоленск, а на его место во Владимир-Волынский перевели племянника Ростислава; но теперь Игорь умер в Смоленске: Ростислав мог надеяться, что дядья переведут его туда, но этого не последовало; Ростислав мог оскорбиться».

Г.В. Вернадский предполагал, что на юго-западе Ростислав захватил на какое-то время Галич. Трудно совместить мнения обоих авторитетных историков друг с другом. Несомненно, что Владимир-Волынский в то время был более привлекателен по сравнению с Галичем. Возможно, Г.В. Вернадский имел в виду, что Галич был захвачен Ростиславом во время его нахождения во Владимире-Волынском. Однако, по мнению Г.В. Вернадского, из Галича он был изгнан своими дядьями, старшими сыновьями Ярослава, которые в то время согласованно управляли Русью.

Как указывается в «Славянской энциклопедии» В.В. Богуславского, В.Н. Татищев полагал, что Ростислав после смерти Ярослава получил во владение Ростов и Суздаль, а затем был переведен во Владимир-Волынский.

Видимо, именно во время своего пребывания на юго-западе Руси Ростислав женился на Анне Ланке, дочери короля Венгрии Андрея (Эндре). «Повесть временных лет» так характеризует его: «Был Ростислав муж доблестный, воинственный, прекрасен сложением и красив лицом и милостив к убогим». Венгерская принцесса родила мужественному русскому князю дочь и троих сыновей: Рюрика, Владимира (Володаря) и Василия (Василько). Внук Ярослава был благодарен своей жене: какой отец не будет счастлив, имея трех сыновей. Ведь сыновья ? это его защита в старости, это помощь друг другу в то суровое и неспокойное время.

Будущее показало, что сыновья Ростислава унаследовали его качества. Они были смелы, отважны, предприимчивы, не шли против понятий о княжеской чести и достоинстве. Они всегда помогали другу, и именно им и их потомкам обязано своим появлением впоследствии могущественное Галицкое княжество.

После Волыни Ростислав оказывается в Тмутаракани. Это был уже 1064 год. Летопись однозначно характеризует появление Ростислава как побег: «бежал Ростислав, сын Владимира, внук Ярославов, в Тмутаракань». Откуда бежал Ростислав? В чем заключались причины побега? Обо всем этом можно только строить предположения.

Тмутаракань находилась во владении Святослава, самого честолюбивого и деятельного из всех троих братьев Ярославичей. Его наместником там был родной сын Святослава, Глеб.

Из этого ясно, что Ростислав бежал в Тмутаракань не по причине недостатка смелости, а совсем наоборот. Он наверняка понимал, что своим появлением в Тмутаракани вступает в конфликт с могущественным и властным дядей Святославом. Но это не остановило внука Ярослава.

Короткая летописная фраза о побеге Ростислава в Тмутаракань содержит очень много информации, которая нуждается в расшифровке и комментариях. В ней далее говорится: «…И с ним бежали Порей и Вышата, сын Остромира, воеводы новгородского».

Сын новгородского посадника, назначенного Изяславом, Вышата Остромирич, был заодно с Ростиславом. С одной стороны, это легко объяснимо. Детские годы Ростислава и Вышаты, возможно, прошли в Новгороде вместе, и они были заодно. Но как они могли согласовать свои действия, если перед побегом в Тмутаракань Ростислав находился во Владимире-Волынском (или Галиче), а Вышата ? в Новгороде? Для того, чтобы связаться друг с другом, им надо было предпринять длительное и нелегкое путешествие. Однако они оказались в Тмутаракани вместе. Получается, что Ростислав перед Тмутараканью был в Новгороде, откуда и бежал на юг. В «Славянской энциклопедии» говорится, что записи об этом имеются в ряде русских летописей. Даже беглый взгляд на карту показывает всю сложность такого маршрута. В этом же источнике высказано предположение, что, возможно, из Владимира-Волынского Ростислав хотел овладеть Новгородом, но потерпел неудачу и должен был вместе с единомышленниками бежать на юг.

Возможен и другой вариант объяснения факта присутствия в Тмутаракани вместе с Ростиславом выходцев из Новгорода. Друзья и единомышленники Ростислава, среди которых был и Вышата, сопровождали его при всех перемещениях по городам Русской земли.

Придя в Тмутаракань, Ростислав, по словам летописца, «выгнал Глеба из Тмутаракани, а сам сел на его место».

Скорее всего это происходило не таким образом, что Ростислав прискакал со своими двумя друзьями, Пореем и Вышатой, открыл дверь княжеского терема в Тмутаракани и стал гнать из него Глеба. Хотя нигде не сообщается о вооруженном столкновении, но, конечно, Глеб был вынужден уступить превосходящим силам Ростислава. При этом Глебу нельзя отказать в личном мужестве. Когда в дальнейшем Глеб столкнется с волнениями в Новгородской земле, он лично выйдет к мятежникам и топором зарубит волхва, который подстрекал народ.

Отсюда следует, что к Ростиславу примкнули достаточные вооруженные силы, чтобы оказать давление на Глеба. Так что это был не столько побег лишенного своего удела Ростислава, сколько военный поход. Можно сказать, что это была демонстрация силы, правильно понятая Глебом Святославичем.

В следующем году на выручку сыну пришел из Чернигова Святослав Ярославич. Ростислав удалился из Тмутаракани, «не потому, что испугался Святослава, но не желая против своего дяди оружия поднять».

По уходе Святослава история с изгнанием Глеба повторилась. Ростислав опять стал княжить в Тмутаракани. Видимо, Ростислав сумел обеспечить себя большим количеством сторонников и, казалось, мог считать Тмутаракань своим владением. Но смог он править Тмутараканью всего только год. В 1066 году и произошла детективная история с отравлением ядом замедленного действия русского князя на пиру с его дружиной.

Хитроумный грек, опустивший в чашу с вином свой палец, под ногтем которого был спрятана отрава, поплатился за свое предательство жизнью. Возвратившись в Херсонес из Тмутаракани, он объявил, в какой день умрет отравленный им Ростислав. Так и случилось. Жители Херсонеса забили котопана камнями.

Понятно, что котопан предпринял морское путешествие из Херсонеса в Тмутаракань, чтобы отравить Ростислава, не по своей инициативе. Лично ему Ростислав был скорее безразличен. Грек выполнял чье-то задание, причем, выполнив его, считал себя за пределами Тмутаракани уже в безопасности.

Чье поручение выполнил котопан? Можно этот вопрос поставить по-другому. Кому была выгодна смерть Ростислава?

Основных версий может быть выдвинуто три.

Первая версия изложена непосредственно в «Повести временных лет», и ее придерживаются практически все историки, начиная от Н.М. Карамзина.

Предоставим слово летописцу: «Когда Ростислав был в Тмутаракани и брал дань с касогов и с других народов, этого так испугались греки, что с обманом подослали к нему котопана».

Греки, имевшие владения в Крыму, были отделены от Тмутаракани Керченским проливом. Касоги, с которых стал брать дань Ростислав, находились в противоположной стороне, в Закавказье, и никогда не входили в сферу влияния византийцев. Завязав с ними отношения, Ростислав возродил политику по отношению к кавказским народам, которую проводил еще Мстислав Владимирович, чьим внучатым племянником был Ростислав. Греки, конечно, могли настороженно относиться к Ростиславу, считая, что если тот мог совершить тысячеверстный «побег» (на самом деле это был поход, да еще с участием новгородских сил), то Керченский пролив для него преодолеть будет несложно. Однако направление политики Ростислава было совсем другим ? на восток, по пути Мстислава Владимировича, своего двоюродного деда. Был ли смысл для Ростислава ликвидировать присутствие греков в Крыму? С точки зрения здравого смысла ? нет. Греческие города в Крыму являлись пунктами торговли с Византией, ради развития которой русские князья в большинстве случаев и предпринимали свои походы. Уничтожить греческие поселения в Крыму означало нанести удар по торговле, обеспечивавшей благополучие русских князей, в том числе и Ростислава. Кроме экономических факторов надо учитывать и военные. Почти все вооруженные столкновения русских с греками кончались закономерным их поражением. Одно из немногих исключений ? легендарная история с прибиванием Олегом своего щита на воротах Царьграда. Был ли смысл у Ростислава вступить в военный конфликт с Византийской империей? С точки зрения здравого смысла и собственных экономических интересов смысла в этом не было.

Вторая версия дополняет предыдущую и наиболее полно сформулирована Г.В. Вернадским. Он не высказывает сомнений в том, что решение об отравлении Ростислава было принято византийцами, но дополняет эту версию предположением о согласованных действиях Ростислава и Всеслава Полоцкого против триумвирата братьев Ярославичей, правивших в то время Русью. Ростислав захватил в первый раз Тмутаракань в 1064 году, а Всеслав выступил под Новгород зимой 1067 года. Неожиданная смерть Ростислава оставила Всеслава без союзника, что и привело его в конечном счете к поражению от Ярославичей. Если согласиться с Г.В. Вернадским, то получается, что в смерти Ростислава были заинтересованы все трое сыновей Ярослава: Изяслав, Святослав и Всеволод. Из этого следует возможность принятия решения об отравлении племянника, что называется, на семейном совете.

Третья версия, объясняющая смерть Ростислава, полностью исключает заинтересованность государственных византийских структур в отравлении Ростислава. Упомянутый греческий котопан, если он был, выступал просто в качестве наемника, который не вызвал подозрений Ростислава и легко мог осуществить задуманное. Кто мог нанять грека? Давайте вспомним, кому Ростислав по меньшей мере дважды больно наступил на ногу. Два раза он изгонял из Тмутаракани Глеба Святославича, даже несмотря на то, что его дядя Святослав лично предпринял за сотни верст поход из Чернигова на юг, пытаясь с оружием в руках объяснить племяннику недопустимость его действий. Итак, мог ли Святослав принять и осуществить такое страшное решение об отравлении Ростислава? Никогда мы не узнаем, его ли рук это дело. Но очевидной является заинтересованность Святослава в ликвидации не в меру предприимчивого племянника. Святослав был очень властолюбив и проявил себя очень хитроумным политиком. Это показали последующие события, когда он свергнул своего старшего брата с киевского престола и почти на четыре года обрек его на скитания за границей. В ситуации со старшим братом Святослав не ограничивал себя особенно выбором средств для достижения своей цели. Могло его что-то удержать от устранения Ростислава?

После смерти Ростислава в Тмутаракань опять вернулся Глеб Святославич.

О том, что греки вряд ли были заинтересованы в отравлении Ростислава, говорит и то, что не в меру хвастливый исполнитель убийства был забит камнями на улицах греческого города греческими же гражданами. Интереса у греков в устранении русского князя не было, а таким образом они выразили свое отвращение и непричастность к подлому поступку наемника.

Очень даже может быть, что казнь отравителя была проявлением не стихийного возмущения граждан, а осуществлена по приговору городского суда Херсонеса и показывает, что официальные властные органы Византийской империи провели следствие и осудили преступника, посягнувшего на жизнь члена правящего на Руси рода Рюриковичей. Тем самым они попытались свести к минимуму ущерб добрососедским отношениям Византии и Руси.

Ростислав умер 3 февраля 1066 года и был похоронен в церкви Святой Богородицы, построенной еще Мстиславом в ознаменование его победы над правителем касогов князем Редедей. Внучатому племяннику Мстислава Владимировича не удалась попытка продолжить дело своего предка.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

100 лет со дня рождения Р.В.Полчанинова

Ростислав Владимирович Полчанинов родился в 1919 году в Новочеркасске в семье полковника штаба Верховного главнокомандующего, участника Белого движения. 16 ноября 1920 года из Севастополя и далее через Константинополь Полчаниновы прибыли в Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев (с 1929 года — Югославия). В 1922 году семья поселилась в Сараеве, где Ростислав окончил русскую начальную школу. «Только сейчас я понял, какое значение это имело для моего сознания, что я русский», — много лет спустя он так отозвался об этом периоде своей жизни. Он учился в югославской гимназии, а завершил образование на юридическом факультете Белградского университета.

В 1931 году Ростислав вступил в организацию югославских скаутов, а потом с друзьями Борисом Мартино и Святославом Пелипцом записался в русские одиночные скауты и очень скоро стал сам разрабатывать методику подготовки скаутских вожаков и руководителей. Деятельность скаутов была разнообразной и насыщенной: летние лагеря, слеты, творческие занятия. Полчанинов писал скаутские песни: и серьезные («Мы знаем цель»), и шуточные («Попугай»). Приходилось отстаивать в скаутском движении русское направление. Когда в 1934 году в Сараеве было организовано общество «Русский сокол», Полчанинов и его друзья из отряда скаутов-разведчиков «записались в сокола», как писал Ростислав Владимирович в автобиографии.

Важным этапом в жизни Полчанинова стало участие с 1936 года в деятельности Национально-трудового союза нового поколения (НТСНП, впоследствии — НТС). В газете этой организации «За Россию» обсуждались проблемы преобразований в дореволюционной России, причины поражения Белой армии, методы, которыми создавались колхозы в СССР и многие другие вопросы, которые, как писал Полчанинов в автобиографии, «должен был знать эмигрант для идейной борьбы с коммунизмом». Но во время Второй мировой войны «НТСНП (ныне НТС) не возлагала надежды ни на нацистов, ни на японцев, ни на западную демократию, а только на русский народ». Когда 22 июня 1941 года Германия напала на СССР, НТС призвал своих членов пробираться на оккупированные немцами территории, чтобы помогать русским. В начале 1940-х годов Полчанинов координирует работу организаций скаутов-витязей в Чехии и Германии, потом его направляют в Польшу. В Варшаве он работает в Доме молодежи, а в Генеральной Губернии проводит летний лагерь для русских детей. Через некоторое время при помощи НТС переправляется в Ригу, а оттуда — в школу при Псковской православной миссии, где преподает Закон Божий, занимается с молодежью.

С раннего детства Ростислав Полчанинов увлекся коллекционированием. Позже одним из многих его увлечений стало краеведение и, в частности, собирание книг о Пскове и Псковском крае, которые он покупал в годы войны… на барахолке. Журналы и газеты, издававшиеся на русском языке в то время, также вошли в его коллекцию. Многое из собранного ему удалось впоследствии привезти с собой в Америку; коллекцию псковских книг он, много лет спустя, отправил через комитет «Книги для России» в псковскую Краеведческую библиотеку.

Летом 1944 года Полчанинов вместе с семьей оказался в Нидерзахсверфене (Тюрингия). Однако по окончании войны эта область отходила к советской зоне, и Полчаниновы перебрались в лагерь для перемещенных лиц «Менхегоф», где находились центр НТС и издательство «Посев». Ростислав Владимирович активно участвовал в деятельности ОРЮР и НТС. Работая в издательстве «Посев», он начал собирать книги, издававшиеся в 1945–1951 годах, зачастую кустарным способом и небольшими тиражами. Эту коллекцию он впоследствии отправил через тот же Комитет в Москву, в Библиотеку-фонд «Русское Зарубежье».

В 1951 году Ростислав Полчанинов переехал с семьей в США. В Нью-Йорке работал рабочим на фабрике, позже на радио «Свобода».

В 1985 году Нью-Йоркская публичная библиотека получила от него в дар около ста книг, выпущенных вскоре после окончания войны в западных оккупационных зонах Германии. К этой коллекции Полчанинов добавил несколько своих книг и составил каталог по издателям и издательствам. Статью об этой редкой коллекции он поместил в нью-йоркской газете «Новое русское слово» (29 и 30 ноября 1985 года), впоследствии она вошла в его сборник «Заметки коллекционера» (Лондон (Канада): Заря, 1998). Всего Ростиславу Владимировичу Полчанинову принадлежит более 2000 статей в разных газетах и журналах.

Одновременно он продолжал заниматься общественной деятельностью. Был членом инициативной группы по созданию организации американских граждан русского происхождения (позднее — Конгресс русских американцев (КРА)) и одним из организаторов возвращения русского разведчества на родину. В 1992 году участвовал в проведении курсов для скаутских руководителей в Сиверском и Гатчине (под Санкт-Петербургом). Он и сейчас оказывает помощь дружинам и отрядам русских скаутов в России, коллекционерам и исследователям русского зарубежья. Издает листок «Письма друзьям», в котором высказывает мысли о текущих событиях, о молодежных организациях и книжных новинках.

Ростислав Владимирович Полчанинов — один из самых давних и преданных наших друзей. В разные годы архивные, музейные и библиотечные фонды ДРЗ (ранее Библиотеки-фонда «Русское Зарубежье») пополнялись его дарами. Обладая интереснейшей информацией в различных областях знаний, он никогда не отказывал в помощи сотрудникам Дома в подготовках выставок, в работе с описанием фондов. Документы и материалы, переданные им в Москву, — одни из самых ценных в собрании ДРЗ, особенно по истории русского скаутского движения в зарубежной России.

М.Котенко, Т.Приходько

27 января 2020 года Ростислав Владимирович Полчанинов отметил 101-й день рождения>>>

Историк, общественный деятель русского зарубежья, коллекционер. Родился в семье полковника Белой армии.

Его отец, Владимир Павлович Полчанинов служил в штабе Николая II. После отречения императора, подал в отставку и отбыл в Киев, короткое время врем находился в Южной Армии, затем присоединился к Деникину. Так семья Полчаниновых оказалась в Новочеркасске, где 27 (13) января 1919 года родился сын Ростислав Владимирович Полчанинов.

В 1922 году семья перебралась в Сараево, а с 1929 года осела в Югославии. Ростислав Полчанинов окончил русскую начальную школу, затем гимназию и завершил образование на юридическом факультете Белградского университета.

Учась в университете, в 1931 году вступил в Национальную организацию русских скаутов (НОРС), а в 1934 году в общество «Русский сокол». Увлекся скаутской, или, как он русифицировал название «разведческой» работой. Активно занимался общественной и организационной работой с русскими детьми, стал одним из руководителей НОРС в Европе.

Во время Второй мировой войны, избегая призыва в армию, был направлен на работу в Германию, где нелегально продолжал скаутскую деятельность. Ростислав Владимирович смог нелегально перебраться в Варшаву, где занимался работой с молодежью при Русском общественном комитете. Этот комитет защищал интересы русской эмиграции: до войны – перед польскими властями, во время войны – перед немецкими оккупантами. В это время стало известно, что в Псков для православной миссии нужны преподаватели. Ростислав Полчанинов немедленно отправился в Ригу, где заявил о своем желании работать в России. Пропуск через границу из Риги в Псков ему помог получить сам митрополит Сергий (Воскресенский), глава Миссии.

Полчанинов оказался в оккупированном Пскове. На вокзале его задержали и ночь он провел в городской тюрьме и только утром смог увидеть Псков, Россию – родину о которой долго мечтал. Нужный ему адрес находился на Плехановском посаде, где при церкви Дмитрия Солунского была школа. В одном из интервью Ростислав Владимирович вспоминал: «Я пошел – и вот кончились эти городские европейские дома и пошли избушки. Какое у меня чувство! Родина! То, о чем я мечтал! Я иду, а все кругом говорят по-русски! Это особое чувство».

С 1943 года работал с детьми и молодежью в составе Псковской православной миссии, преподавал Закон Божий в церковных школах. Ростислав Владимирович говорит о том, что провел в Пскове всего год, но это самое яркое воспоминание жизни. Для человека, который рос мечтой о России, считанные месяцы в провинциальном российском городе оказались очень значительным событием.

Кроме церковных школьных занятий Полчанинов, удивленный тем, что, дети, живя в Пскове, почти ничего не знают об истории своего города занялся с учениками и краеведением: «Я купил путеводитель по городу, который был предназначен для немцев. На уроках мы в том числе говорили о псковских святых и о связанных с ними памятниках. Устроить детям экскурсию по городу мне не разрешили, поэтому мы с ребятами забирались на колокольню псковского кремля и, рассматривая город с высоты, разговаривали о его истории». Учебников не было и литургию, например, пришлось объяснять по православному календарю на 1943 год, изданному Псковской миссией.

В Пскове Полчанинов женился на Валентине Петровне Наумовой. Девушка работала переводчицей в ветеринарной клинике в Пскове. Главный врач и сам прекрасно говорил по-немецки, но, чтобы спасти девушку от отправки в Германию, нанял ее переводчицей.

С детства Ростислав Полчанинов увлекся коллекционированием и именно в Пскове одним из многих его увлечений стало краеведение, в частности, собирание книг о Пскове и Псковском крае, которые он покупал в годы войны на барахолках. Журналы и газеты, издававшиеся на русском языке в то же время, также составили его коллекцию. Многое из собранного ему удалось впоследствии привезти с собой в Америку; коллекцию псковских книг он, много лет спустя, отправил через комитет «Книги для России» в областную библиотеку.

Работа в Пскове продолжалась около года. Полчанинов рассказывает: «В январе 1944 года Красная армия под Ленинградом перешла в наступление. Немцы в срочном порядке начали эвакуироваться. Православная миссия тоже получила приказ готовиться к эвакуации, которая была назначена на середину февраля. Но я решил не ждать – вы сами понимаете, чем грозило мне и моей семье разбирательство с советскими властями, останься я в Пскове – и вместе с женой и тещей уехал сначала в Ригу, потом в рабочий лагерь в Вене, а затем в рабочий лагерь в Тюрингии».
Ростислав Владимирович вместе с семьей попал в лагерь для перемещенных лиц, откуда был освобожен после прихода американских войск. Снова работал в движении скаутов — был скаутмастером Организации русских юных разведчиков в Германии сначала в городе Нидерзахсверфен, потом Менхегофе.

Работая одно время в издательстве «Посев», начал собирать книги, издававшиеся в 1945-1951 годах. Эту коллекцию он впоследствии отправил в Москву, в Библиотеку-фонд «Русское Зарубежье».
В 1951 году семья Полчанинова переехала в США, где сначала пришлось трудится на фабрике. Затем он занялся общественной и эмигрантской журналистикой. С 1967 по 1983 годы работал на радио «Свобода», в частности с 1968 по 1972 год вел еженедельную передачу «Духовная музыка всех времен и народов».

Уже на пенсии сосредоточился на работе по истории русского зарубежья. Среди его многочисленных статей, исследований и эссе — воспоминания о Псковской миссии.
В настоящее время, в 2019 году, проживает под Нью-Йорком. Всего Ростиславу Владимировичу Полчанинову принадлежит более 2000 статей, учебники по истории и географии России, истории русской Америки и русского искусства. Он продолжает заниматься изданием журнала «За свободную Россию: Сообщения местной организации НТС на Востоке США» и листка «Письмо друзьям». Одновременно продолжает заниматься общественной деятельностью: член Конгресса Русских Американцев, один из организаторов возвращения русского разведчества на родину, оказывает помощь дружинам и отрядам русских скаутов в России, коллекционерам и исследователям, занимающимся Русским Зарубежьем.

В 1992 году посетил Россию, посетил Псков, участвовал в проведении курсов для скаутских руководителей в Сиверском и Гатчине под Санкт-Петербургом.
Коллекционер и библиофил много лет пополняет различные библиотеки, архивы и фонды дарами из своих бесценных коллекций.

В фонде Регионального центра по работе с редкими и ценными документами Псковской областной научной библиотеки хранится дар — личная (владельческая) коллекция книг из собрания Ростислава Владимировича Полчанинова. 220 документов: книг, рукописей, журналов, вырезок из периодических изданий, ксерокопированных материалов, относящихся к периоду с 1778 до 2006 года.
Тематика коллекции достаточно широка – это издания по русской истории, истории русской Америки, православию, истории псковского края. В Псковском государственном объединенном историко-архитектурном и художественном музее-заповеднике также находятся издания, подаренные Полчаниновым.

В 2009 году вышел фильм режиссера Владимира Хотиненко «Поп» о деятельности Псковской православной миссии. Журналисты обращались с вопросами о картине к Полчанинову. Ответ непосредственного свидетеля событий был таким: «Нет, я не смотрел этот фильм. Просто потому, что редко сейчас смотрю фильмы. Я знаю, что он о Псковской миссии и что прототипом главного героя был отец Алексий Ионов. Именно отец Алексий венчал меня в Пскове с моей женой. Он же потом служил одно время здесь, на Лонг-Айленде в храме города Сиклифф».

Полчанинов Р. В. Автобиография >>>
«Православный мир». Ростислав Полчанинов: Я рос с мечтой о России >>>

Книги из коллекции Р. В. Полчанинова в ЭБ:



Свидетельство . — 1 л. — Рукоп. текст. Свидетельство . — 1 л. — Рукоп. текст. Свидетельство . — 1 л. — Рукоп. текст. . — 17 открыток . — Подборка фот.: Гремячья башня на реке Пскове; Псков. Паромоуспенская церковь; Псков. Вид на Запсковье; Псков. Крыльцо купеч. дома XVII века («Солодежня») / Изд. Псковского О-ва краеведения; Привет из Гдова. Вид имения Верхоляне. Ручьевская улица / Изд. Г. А. Калинова; Псков. Гремячая башня (1525 г.) / Изд. Псковского О-ва краеведения; ; Псков. Октябрьская улица / Изд. Псковского О-ва краеведения; Псков. Троицкий мост / Изд. фотографа М. И. Герасимова ; Псков. Крестный ход; Псков. Троицкий собор / Писчебумажный магазин В. Каплан; Привет из Гдова. Вид Афанасьевской церкви ; Привет из Гдова / Изд. Г. А. Калинова ; Привет из Гдова / Фототипия Шерер, Набгольц и К; Георгиевские ворота. Изборск, Псков. губ. / Изд. фотографа М. И. Герасимова ; Остров. № 8. Спасо-Казанский женский монастырь на р. Великой / Изд. Т-ва «Контрагент печати»; Псков. Вид на собор и крепость / изд. фотографа М. Герасимова. Прибавление к владенной записи — Псков : Типография Псковского губернского правления, 1888. — 1 л. План Пскова, изображенный на образе сретения Богородицы сохраняющемся в часовне Владычного креста близ Пскова ; Орнаментика армянских рукописей ; Владимирский клад — отд. л. Владенная запись Псковской губернии, Опочецкого уезда, Синенекольской волости, селения Куницина — . — Текст печат. и рукоп. Ведомость, составленная священноцерковнослужителями Опоч. уезда, пригорода Воронич, Воскресенской церкви, о числе прихожан при оной за 1854 год — 8 с. Город Порхов Псковской губернии, 1387-1887: (исторический набросок) : в память 500-летия Порховского крепостных стен / составил Е. Е. Лебедев. — Псков : Типография Губернского правления, 1887. — 22 с. Псковские сказания о Св. равноапостольной княгине Ольге : / Богородице-Владимирская женская обитель ; . — Сан-Франциско : Looch, . — 20 с. Памятники просветительной деятельности святой благоверной великой княгини Ольги Российской в Псковской стране / издание Псковского археологического общества. — С.-Петербург : Типография М. М. Стасюлевича, Вас. Остр., 2 л., 7, 1883. — 24 с. Спутник экскурсанта и туриста / . — Псков : Издание Псковского экскурсионно-лекционного бюро при Партпрофполитпросветкабинете, 1929. — 23, с. Покровский Николай ВасильевичЗаметки о памятниках псковской церковной старины / Покровский Николай Васильевич / профессор Н. В. Покровский. — Москва : Издание журнала «Светильник», 1914. — 38, л. ил. — Из содерж.: Музей церковных древностей в Пскове ; Старая ризница Троицкого собора в Пскове ; Псково-Печерский монастырь ; Древности Успенской Пароменской церкви ; Спасо-Мирожский монастырь. Снетогорский монастырь. Евгений (Болховитинов Е. А. ; митрополит ; 1767-1837)Описание Святогорского Успенского монастыря / Евгений (Болховитинов Е. А. ; митрополит ; 1767-1837) — . — 9 с. Березский АлександрИсторико-археологический очерк Псково-Градского Георгиевского со Взвоза храма : посвящается незабвенной памяти Псковского губернатора, Тайного Советника Михаила Борисовича Прутченко / Березский Александр / собрал по документам и составил священник Псков-градской Николаевской соусохи церкви Александр Березский. — Псков : Типография Губернского Правления, 1887. — 36, с. — Цифровая копия с разрешением 300 dpi. Евгений (Болховитинов Е. А. ; митрополит ; 1767-1837)Описание Псково-Печерского первоклассного монастыря ; Описание монастырей Иоанно-Богословского Крыпецкого и Рождество-Богородицкого Снетогорского с прибавлением списка преосвященных архиереев псковских ; Описание Иоанно-Предтечева Псковского монастыря ; Описание Святогорского Успенского монастыря ; Описание Благовещенской Никандровой пустыни / Евгений (Болховитинов Е. А. ; митрополит ; 1767-1837) — Дерпт : В типографии Иог. Христ. Шинмана, 1821. — 60, 54, 15, 8, 32 с. — Цифровая копия с разрешением 300 dpi. Аполлос (Беляев Иван Георгиевич)Псково-Печерский монастырь / Аполлос (Беляев Иван Георгиевич) — издание второе . — Новгород, 1864. — 149 с. — Цифровая копия с разрешением 300 dpi. 0

  • историк
  • Псковская православная миссия
  • общественный деятель
  • Полчанинов Ростислав Владимирович