Высшая любовь

Эзотерика и оккультизм [Мари Шелдон] «Любовь и выше» [2014]

Название продукта: «Любовь и выше»
Мари Шелдон
Год: 2014
ВАС ЧТО-ТО НЕ УСТРАИВАЕТ В ЖИЗНИ?
А ЧТО, ЕСЛИ ПРИЧИНА В ВАШИХ ВИБРАЦИЯХ…
Попробуйте 17 мощных инструментов, которые уже помогли сотням тысяч человек мгновенно повысить свои вибрации, избавиться от груза прошлого и, наконец, получить все, что посылает Вселенная: от любви до изобилия.
«Любовь и выше» – программа для личного развития, предназначенная для раскрытия внутренней силы и повышения вибраций, что положительно влияет на все сферы вашей жизни.
Чем «Любовь и выше» лучше других курсов личностного роста?
Предназначение программы «Любовь и выше» в том, чтобы помочь вам повысить свои вибрации и благодаря этому воплотить свои мечты в реальность. Повысив свои вибрации до уровня любви и выше, вы достигнете бо́льших успехов карьере, улучшите способности к зарабатыванию денег, победите стресс, улучшите состояние здоровья, наладите отношения и даже найдете свое жизненное предназначение.
Продажник: Для просмотра ссылок необходим Вход или Регистрация
Скрытое содержимое, доступно для группы: Премиум — Купить группу

После небольшой паузы продолжаем наш онлайн-фестиваль «Высшие формы». О том, как делать анимацию из проволоки, рисовать 3D-ручкой и бороться с гравитацией рассказывает автор фильма «Узы» Дина Великовская.

  • Дина Великовская

Мне пришел в голову образ: девушка, проходя мимо дерева, цепляется за него юбкой, но вместо юбки распускается дерево, с грохотом падают яблоки. Этот образ был долгожданным визуальным решением для темы, которая давно крутилась у меня в голове, но я не знала, как превратить ее в фильм — темы расставания с родителями. К тому моменту я уже два года жила в Германии. Переезд дался мне трудно: я переживала за родителей, да и сама чувствовала себя в новой стране не в своей тарелке. Образ нити, связывающей девушку с ее родным домом, очень точно попал в мое ощущение.

Разработка персонажейВысшие формы — «Белоснежье» Ирины Эльшанской

Это первый фильм, который не впрямую, но образно так близко касается моей жизни. В каком-то смысле это документальный фильм или фильм-дневник. Персонажи в нем вдохновлены реальными людьми. Хоть я и пыталась максимально отдалить родителей из мультфильма от моих родителей, все же они вышли очень на них похожими. Например, сцена с шарфом в начале — именно так происходит у нас дома, если я куда-то собираюсь: мои родители тысячу раз предложат взять с собой бутербродик (вдруг проголодаюсь), десять раз напомнят, что дорогу надо переходить на светофоре. Такая вот гиперопека. Мне хотелось показать эти детали, чтобы зритель понял, что переезд дочери — большая перемена для этой семьи. А вот главную героиню я списывала не с себя. Я решила, что для фильма будет лучше, если в качестве прототипа я возьму мою подругу, которую с самого начала увидела в этом образе. Она аниматор, и я позвала ее анимировать саму себя, но у нее родился ребенок, и она успела разработать только походку героини. Этот интересный эксперимент не получилось продлить, зато походка вышла замечательной. Это правда, что художник рисует сам себя, а аниматор сам себя анимирует.

Рабочий момент И хоть обычно, материализуясь, образы уплощаются и теряют свой первый шарм, все равно интересно видеть, как они продолжают свое развитие уже в ином виде.Высшие формы — проект «Анимация и я»

Я задумывала эту историю в рисованной технике, так как хотелось показать живых персонажей с эмоциями. Рисованная анимация для этого подходит лучше всего. Но в процессе разработки аниматика я поняла, что рисовать «развязывающиеся» предметы очень сложно. Тогда сопродюсер фильма и по совместительству мой муж подкинул идею делать предметы из проволоки и распускать их по-настоящему под камерой. Идея мне понравилась, но оставался вопрос: как делать персонажей? Из проволоки они получились бы не такими живыми как рисованные. Тогда мой муж бросил в воздух фразу: «Ну, рисуй 3D-ручкой» (она действует по принципу клей-пистолета, только нагревает не клей, а пластик, который очень быстро застывает, позволяя, таким образом, рисовать). Я повертела пальцем у виска. Как я буду рисовать одинаковые фазы персонажей? Как вообще можно нарисовать что-то похожее на предыдущий рисунок, если рисовать в воздухе? И как закреплять рисунки? Как совмещать их с проволочными предметами?

Эскиз

Но мысль застряла в голове. Может быть, потому что я очень люблю стоп-моушн анимацию, в которой чувствую себя как рыба в воде. Большая часть моих фильмов — кукольные. Может, потому что мое первое образование — художник-постановщик театра, и я очень любила делать макеты к спектаклям. Может, потому что я не очень хорошо рисую и чувствую себя неуверенно, когда сажусь за чистый лист бумаги. Мне легче сделать куклу или декорацию. А, может, потому что я — кинестетик: обязательно щупаю предмет, который встречаю впервые. У меня в голове библиотека поверхностей «на ощупь».

И уж очень эта идея с проволокой подходила к сюжету фильма. Я начала думать, как это осуществить, и, в конце концов, нашлись ответы на все вопросы.

Рабочий моментВысшие формы — «Голоса» Дарьи Благовой, Александры Косухиной, Анастасии Ворониной и Марины Верик

По моим лэйаутам — рисункам главных поз — создавалась анимация, сразу в компьютере. Мне повезло, на фильме работала целая команда замечательных мультипликаторов. Потом анимация обводилась 3D-ручкой. Я положила на стол обычный компьютерный экран, приклеила на него стекло — у меня получилось что-то вроде «просвета», который используют аниматоры, когда работают на бумаге. И прямо по этому стеклу я рисовала 3D-ручкой. Каждую фазу подписывала, чтобы не потерять и не перепутать. Получилось огромное количество рисунков, которые можно держать в руках. Самым важным моим изобретением было использование швейных булавок для стабилизации рисунков. Эти булавки служили «штифтами». Когда снимаешь рисунки кадр за кадром, нужно каждую следующую фазу положить точно на то же место, где лежала предыдущая. Чтобы это осуществить, аниматоры специальным аппаратом пробивают дырки в листах и во время съемки нанизывают листы с рисунками на штифты. В моем случае штифтами были булавки, которые были приклеены на одном и том же месте у всех персонажей. Пол в макете, в котором я снимала, был из пенопласта, и я просто вкалывала в него фигурки, совмещая их с проволочными предметами. Такая техника позволяет импровизировать под камерой. Персонажи были санимированы заранее, но при совмещении с проволочной анимацией приходилось молниеносно реагировать на непредсказуемые моменты. Особенно мне понравилось совмещать объем и плоскость, играть с пространством. Получился очень интересный эффект, такая обманка — рисованная анимация, отбрасывающая тени: предметы и персонажи хоть и выглядят плоскими, ведут себя как объемные — например, оказываются в расфокусе, когда находятся вдалеке.

Рабочий момент Я до сих пор люблю, когда оживает!

Меня замучила борьба с гравитацией. В фильме постоянно падают и расплетаются проволочные предметы. Снимать такие падения покадрово было нелегко: приходилось подвешивать предметы на тонких лесках и подпирать подставочками. Проволока не слушалась, норовила упасть, не принимала ту позу, которая была нужна. Я намучилась во время съемок и потом, когда чистила кадры в постпродакшне — все эти подпорочки и лесочки надо было стирать в каждом кадре. Но результат стоил трудов.

Высшие формы — «Селезень, веревочка и желудь» Алины Титоренко

Мне очень нравится переносить увиденное в голове в реальный мир, когда то, что могла представить только я, может увидеть кто-то еще. В воображении все неконкретно и быстро ускользает. Делая фильм, я фиксирую эти уплывающие образы, даю им форму. Мне очень нравится этот процесс переноса из головы в наш мир. Я до сих пор люблю, когда оживает! Нарисованный персонаж или кукла — это неживые объекты. И вот приходит аниматор или я сама… и после нескольких часов труда, пота и слез (не всегда, но бывает) это уже не объект и не картинка, а живое существо — он дышит, чувствует, у него есть цели и желания. Это мой драйв — то, что заставляет меня работать дальше. Когда мне представился образ распускающегося как пряжа дерева, нестерпимо захотелось увидеть его на экране и показать зрителям. И хоть обычно, материализуясь, образы уплощаются и теряют свой первый шарм, все равно интересно видеть, как они продолжают свое развитие уже в ином виде.

Ситуация с расплетанием предметов вела меня, диктовала свои правила, сценарные узлы запутывались и распутывались. Было очень интересно распутывать этот клубок — и в прямом, и в переносном смысле. Много раз мне хотелось все бросить и сделать какой-нибудь другой фильм — попроще. Но тот первый импульс, желание увидеть на экране всю эту ситуацию держали меня. Кстати, дерево как раз и не получилось таким, как мне хотелось. Мне жаль, но так часто бывает.

Финал фильма много раз менялся. Ясно было одно: девушка должна каким-то образом найти связь с родителями. Не помню, как придумался этот вариант с качелями, но он кажется мне самым элегантным.

Свойства любви

Свойства любви

Любовь долготерпит, милосердствет, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине, все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит…» 1Кор. 13, 4 — 7.

«Мы много поем гимнов Христу, а на стоящий гимн Ему есть жизнь, полная Его любви». Г. С. Петров

Любовь — это сложное духовное явление Оно так же сложно, как сложен луч солнечного света. В немногих словах апостола Павла мы имеем то, что можно назвать описанием любви. Посмотрите на составные части этого описания и вы увидите хорошо знакомые вам понятия, обыденные житейские добродетели. О них можно слышать каждый день, они доступны каждому человеку в любом жизненном положении. Не взирая на свою простоту, эти добродетели дают вместе полный, единый луч любви, то высшее благо, к которому устремлены наши желания, то есть составляют самое великое в мире.

Свойств любви по представлению апостола Павла девять

  1. терпение — любовь долготерпит,
  2. доброта — любовь милосердствует,
  3. великодушие — любовь не завидует,
  4. смирение — любовь не превозносится, не гордится,
  5. учтивость или приличие — любовь не бесчинствует;
  6. бескорыстие — любовь не ищет своего,
  7. благодушие — любовь не раздражается,
  8. простодушие — любовь не мыслит зла;
  9. искренность — любовь не радуется неправде, а сорадуется истине.

Терпение, милосердие, сочувствие, смирение, бескорыстие, кротость, искренность и простота сердца — вот слагаемые высшего блага, свойства и качества души возрожденного человека. Вы видите, что все эти светлые проявления души не есть достояние неведомой еще нам вечности, а настоящая наша жизнь на земле, наши обыденные отношения между собой, которые касаются настоящего дня и недалекого завтра.

Мы много говорим о любви к Богу. Христос же, поучая этой любви, много говорил о любви к людям. Преимущественно мы заботимся о примирении с небом, но Иисус Христос принес для этого небесный мир на землю, дал его людям и завещал его, как Свой мир (Иоан. 14, 27).Христианская религия не есть что-либо отрешенное от жизни, но есть вдохновение свыше для самой жизни. Это освящение нашей повседневной жизни, творимое в нас Духом Христа, приобретение образа вечного во временном нашем мире. Для нас высшее благо — это рост, это просвещение всего того, из чего слагается наша земная жизнь.

Скажем вкратце о каждой добродетели, составляющей часть любви.

1. Терпение. Это существенное свойство любви, без которого она и не может быть. Любовь долготерпит. Она не только всегда готова отозваться на первый призыв, но она и ждет. Она терпелива, не навязчива и носит на себе украшение кроткого и покойного духа. Любовь все переносит, всему верит, на все надеется, все покрывает. Любовь ждет, потому что все понимает.

2. Милосердие. Любовь деятельна. Вы, вероятно, замечали, на сколько жизнь Христа полна добрых дел. Проследите Его жизнь и вы увидите, что вся она прошла в делах милосердия. Большую часть Своего времени Христос употребил на то, чтобы делать людей счастливыми. Высшее счастье — святость. Но освятить человека не в наших силах. Тем не менее, счастье окружающих нас Бог в значительной мере отдал нам, отдал в руки милосердствующей любви. Случаи к милосердию, к деланию добра являются ежеминутно. Поэтому любите, творите дела любви, творите их без различия, без расчета, без замедления, и главное — любите, даруя любовь в изобилии каждому. В любви все победа, счастье, энергия, сила жизни, награда. Где любовь, там я Бог. Кто пребывает в любви, тот пребывает в Боге и Бог в нем. Бог есть любовь.

Особенно же дарите любовью равных себе, что часто бывает совсем нелегко для тех, с кем нам приходится жить, мы, может быть, менее всего делаем добра. Заметьте при этом, что угодливость не есть действительная забота о пользе и счастье ближнего. Живите же на радость других, не пропускайте ни одного случая доставить им счастье. Такая жизнь — одно из лучших украшений любви. Я только однажды пройду через этот мир. Поэтому, что для меня на этом пути возможно — здесь доброе дело, там доброе слово, — пусть я сделаю это теперь, вторично мне никогда не придется проходить этим путем.

3. Великодушие. Любовь не завидует. Любовь не соперничает, она бесстрастна, спокойна. Мы часто видим, делая добро, что-то же самое делают и другие и даже, может быть, лучше нас. Им завидовать не следует. Зависть есть чувство недоброжелательности к тем, которые идут таким же путем, как и мы. И как мало ограждает нас от этого чувства даже наш труд для Христа! Это самое презренное настроение, которое омрачает душу христианина. Совершив доброе дело, берегитесь этого недостойного поведения и подкрепитесь великодушием. Нужно ревновать об одном, о великой, богатой великодушием душе, которая не завидует, не ревнует.

4. Научась всему этому, надо позаботиться о смирении. Оно более совершенно. Любовь не превозносится, не гордится. Понимать это следует так положите печать на ваши уста и забудьте о том, что вы сделали доброго. Явили вы милосердие, оказали доброту, сделали свое чудное дело — скройте все это, останьтесь в тени, не говорите об этом. Истинная любовь даже сама себя скрывает. Любви чуждо чувство самодовольства она не тщеславится, не превозносится.

5. Может показаться несколько странным в ряду добродетелей пятое свойство любви — вежливость, приличие или уступчивость. Это любовь самая обыденная, любовь общежития, любовь по отношению к добрым нравам. Любовь не бесчинствует. Кто-то назвал учтивость, вежливость — любовью в мелочах. Единственная тайна учтивости, вся сила ее приветливости — в любви, в любящем сердце Любовь не может быть неучтива. Между прочим, есть разница между тонченным и сердечным обращениями.

6. Бескорыстие. Любовь не ищет своего. Заметьте любовь не ищет даже того, что принадлежит ей. Всякий из нас дорожит свои ми преимуществами и это совершенно естественно. Но бывают случаи когда мы обязаны отказаться от них для блага других людей. Однако, апостол Павел говорит не об отречении Любовь требует большего, проникает гораздо глубже, ей хочется научить нас совсем исключить свою личность из наших соображений Отдать себя трудно. Но еще труднее не искать для себя ничего. Ты просишь себе великого, не проси, — говорит пророк (Иер. 45, 5). Велика лишь одна бескорыстная любовь. Даже самоотвержение, если оно не имеет любви, само по себе ничто тогда оно не более, как заблуждение, ошибка. Только высокая цель, только могучая любовь могут оправдать и возвеличить жертву. Для любви нет ничего невозможного, нет трудностей, ничто для нее не составляет жертвы. Я верю, что бремя Христа легко (Матф. 11, 30). А что такое иго Христа, как не жизнь в Его Духе. Я уверен, что Его путь легче всякого другого пути. Я знаю также, что это более счастливый путь, чем всякий другой. И Христос ничего так ясно и отчетливо не показал нам, как-то, что счастье наше заключается не в обладании, а в даянии. Некоторые думают, что счастье состоит в обладании, в добывании денег и в том, чтобы пользоваться услугами других. Счастье же заключается в том, чтобы делиться своим с другими, в том, чтобы служить другим. Кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою, — сказал Христос. Для счастья есть один только путь оказывать услуги другим и помогать им, а не самим пользоваться услугами их и получать что-нибудь от них. Блаженнее давать, нежели принимать.

7. Благодушие. Любовь не раздражается. Это свойство любви весьма замечательно Мы привыкли смотреть на вспыльчивый, раздражительный характер, как на невинную слабость и не придаем ему серьезного значения при оценке человека. В то же время эта слабость в Библии часто осуждается, как одно из самых вредных начал человеческой природы Замечательно, что эта слабость, это, так называемое, дурное расположение духа, нередко встречается именно у людей прекрасных во всех других отношениях. Совместимость дурного рас положения духа с высоким нравственным характером есть одно из самых странных и грустных явлений человеческой жизни, есть одна из загадок жизни.

Дело состоит в том, что существует два рода грехов — грехи плоти и грехи духа. Блудный сын может быть взят как представитель первого рода грехов, а старший брат как представитель второго. Обычно, без всяких пояснении, непременно заклеймят блудного сына. Но правильно ли это? Мы не можем взвешивать грехи друг друга, потому что нам только видно внешнее обращение людей, которое в одних грубее, в других благороднее. Но грехи духовные могут быть менее простительны, чем грехи плоти. А в глазах Того, Кто есть любовь, грех против любви может казаться в тысячу раз более низким, чем нам. Никакой порок — суетность, жажда к деньгам, даже пьянство не в coстоянии настолько повредить христианству, сколько именно дурной нрав, недостатки характера. Ничто не может так ожесточить жизнь, посеять вражду, разорвать священнейшие семейные узы, лишить детей ласкового слова, как дурное обращение, плод так называемого раздражительного нрава. Посмотрите на старшего брата блудного сына, нравственного, работящего, терпеливого, почтительного — мы не лишаем его заслуженных похвал. Но вот посмотрите на него в то время, когда он, как упрямый ребенок, полный досады, стоит у дверей отцовского дома. Он осердился и не хотел войти, — сказано в Евангелии (Лук. 15, 28). Посмотрите и на то действие, которое произвел этот по ступок на отца, на слуг, на веселое настроение приглашенных гостей,, и как дико оно должно было показаться блудному сыну! Судите же теперь, сколько таких заблудших сыновей не решаются вернуться под кров Отца, боясь суровой неприветливой встречи со стороны благочестивых братьев, открыто заявляющих, что они на пороге Царства Божия. Изучая характер старшего брата, бросьте взгляд на грозную тучу, собравшуюся вокруг его чела. Из чего составилась эта туча? Ревность, недоброжелательство, гнев, высокомерие, жестокость, самодовольство, упрямство — вот что вошло в эту темную, непривлекательную душу. Всякий дурной характер более или менее имеет все это, все это более или менее сказывается в каждом отдельном случае дурного расположения духа. Судите же, разве эти грехи не хуже грехов плоти? Сам Христос ответил на этот вопрос: Истинно говорю вам, что мытари и блудницы вперед вас идут в Царство Божие (Матф. 21, 31). И действительно, на небе нет места такому характеру — своим настроением он мог бы только омрачить небо. Если в душе своей такой человек не изменится — он просто не может войти в Царство Небесное, потому что для того, чтобы войти на небо, человек должен иметь его в себе. И не скажут: вот, оно здесь (Царство Божие), или: вот, там. Ибо вот, Царствие Божие внутрь вас есть (Лук. 17, 21). Понятно, почему недостатки характера имеют такое важное значение: в них обнаруживается внутренний сокровенный мир человека. Надо заметить еще, что наш характер — своего рода пробный камень любви: по нему можно узнать, пребывает ли она в нас или отсутствует. Дурной характер требует об работки, но не внешней: следует обращать внимание на самые основы его. Сердце наше необходимо обновить и тогда дурные выходки характера прекратятся сами собой. Но мы можем смягчить душу не тем, что отнимем от нее горечь, а тем, что вложим в нее дух любви — Дух Христа: Он обновляет, очищает, перерождает все наше существо. Только Духом Христа могут быть искоренены дурные начала нашей природы, только Им может быть возрожден, восстановлен внутренний человек. Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе (Фил. 2, 5). Некоторым из нас может быть остается для этого преобразования очень немного времени.

8. Простодушие. Любовь не мыслит зла. Простодушие — благодатный дар и обладание этим свойством составляет великую тайну личного влияния. Подумав немного, вы найдете, что люди, которые влияют на вас, именно те, которые вам верят. Окруженный недоверчивыми людьми человек замыкается сам в себе. Но там, где ему верят — он раскрывается, изливает сердце, поддается влиянию простосердечия. Слава Богу, что в мире встречаются благородные души, которые не мыслят зла. О них можно сказать, что хотя они и в мире, но не от мира сего. Любовь не мыслит зла, она не доискивается ничего нехорошего, видит во всем одну хорошую сторону. Какое счастье жить в таком душевном мире! Как благотворно, благодатно встретить незлобивость в ближнем, хотя бы и на короткое время! Как побуждает это качество души ко всему доброму! Доверие — наше спасение. Если мы стараемся влиять на других, воспитывать других к лучшему, то успех наш зависит от взаимного доверия, потому что уважение личности есть начало восстановления утраченного человеком уважения к самому себе.

9. Искренность. Любовь не радуется неправде, а сорадуется истине. Искренностью я это назвал потому, что кто носит любовь в сердце, тот любит правду так же, как и своего ближнего, то есть сорадуется правде. Но словами: не радуется неправде, но сорадуется истине — указывается на известного рода самоограничение, не позволяющее извлекать выгод из слабостей других. Любовь не радуется, не наслаждается, когда согрешают другие. Желающий искренно добра радуется, находя поступки других лучшими, нежели их представляют люди под влиянием недоверчивости или клеветы.

Таково в общих чертах содержание любви, ее свойства. Но узнав эти свойства, делом нашим должно быть усвоение их душою, чтобы они отразились в нашем характере. Мы должны изучать любовь и это высшая наша обязанность в этом мире. Кстати, ежедневная жизнь представляет тысячи поводов научиться любви. Мир не место для игры, мир — школа. Наша жизнь — не праздник, а рабочий день, воспитание, и единственный вечный урок этой школы для нас всех — как научиться лучше любить. Но что нужно, чтобы научиться этому? — Нужно упражнение, нужен навык. Хороший живописец, скульптор, музыкант, чтобы сделаться искусными художникам, чтобы достичь успеха в своей специальности, упражняются, приобретают навыки. Точно так же и в от ношении религии. Если человек не упражняет свою душу, он не приобретает духовных сил не получает силы характера, нравственного роста. Любовь — не минутное возбуждение. Это — богатое, сильное, благородное и мужественное проявление цельного христианского характера в его развитии. Проявление это может быть создано только путем постепенного усовершенствования, непрестанного навыка. Что делал Иисус в доме на реченного отца Своего, Иосифа плотника! — Он приучал Себя к труду, и, Совершенный, учился послушанию, был в повиновении, преуспевал в премудрости и в любви у Бога и человеков (Лук, 2, 51 — 52). Поэтому не ропщите, не жалуйтесь на постоянные заботы жизни, на мелочность, окружающую вас, на низость людей, с которыми вам иногда приходится сталкиваться, — и самое главное — не ожесточайтесь против искушений, не тревожьтесь тем, что они, по-видимому, постоянно усиливаются, не уступая ни борьбе, ни страданиям, ни даже молитвам. Именно в этом и состоит предназначенный вам Господом подвиг, тут действие Духа Божия, Который хочет сделать вас терпеливыми, скромными, великодушными, бескорыстными, добрыми и учтивыми. Не ропщите на Того, Кто желает создать в вас Свое подобие, подобие Творца. Хотя слабы и бледны в вас очертания этого образа, но красота Его не видимо для вас растет, а каждое испытание может только способствовать его укоренению. Поэтому не уходите из мира со всеми его тревогами, не удаляйтесь от препятствий и трудностей жизни. Гёте сказал: Талант зреет в тишине, характер — в водовороте жизни. Дар веры, молитвы, дар созерцания невидимого развивается в уединении, характер же крепнет в потоке жизни мира. Тут именно люди научаются любить.

Хотя я для большей ясности и назвал некоторые составные части любви, но это не более, как части, сама же любовь не поддаются определению. Соединением в себе всех добродетелей человек, разумеется, становится добродетельным, но любви создать он не может, так же, как не может создать света соединением всех цветов. Как же можем мы перенести это возвышенное, чудное в наши души? Указать ли мне вам источник любви? — Апостол любви, Иоанн Богослов, говорит: Будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас (Иоан. 4, 19). Потому чтo — обратите на это внимание. Слова потому что указывают на причину. Он прежде возлюбил нас, следствием чего является то, что мы любим Его и, любя Его, любим людей. Любовь Его имеет такую силу, что пробуждает в нас полную, взаимную любовь, — и потому сердце наше постепенно преобразуется. Вдумайтесь в любовь Христа — и вы научитесь любить! Станьте ко Христу так, чтобы в вашем сердце отражалось Его существо, чтобы вы сами сделались Его образом, и вы будете возрастать в любви — от любви, через любовь, к любви. Кроме этого нет другого средства, нет другого пути. Любить по приказанию нельзя. Любовь не предписывается, но можно, всматриваясь в любимое вами существо, развиться так, что вы уподобитесь ему. Поэтому созерцайте совершенного Человека, смотрите на совершенную жизнь Иисуса Христа. Созерцайте Его великую жертву, взирайте на то, как Он предавал Себя в течение всей Своей жизни до креста на Голгофе, и вы сознаете долг свой любить Его. Любя Его, вы сделаетесь Его подобием. Любовь порождает любовь это неизбежное следствие. Положите кусок железа возле магнита и этот кусок сам превратится в магнит. Оставаясь близ Того, Кто возлюбил нас и отдал Себя за нас, вы приобретете свойство, которое можно уподобить притягательной силе магнита подобно Ему вы будете привлекать всех людей к себе, подобно Ему вы будете привлечены ко всем людям. Таково неизбежное следствие божественной любви. Любовь приходит к нам не случайно, а по высокому закону: мы любим своего ближнего, по тому что Он прежде возлюбил нас.

Полностью читать в PDF формате — Журнал «Братский вестник» 1948, № 4

Любовь – это высшая форма познания

Символы супружеского союза

Семейный очаг в древности был символом святости семьи: его огонь возжигался от огня святилища. Хранение его было священным служением женщины: погасший огонь был знаком величайшей беды. Так понимали люди связь каждой семьи с жизнью общества и всего мироздания.

В религиях, мифах, эпосе и сказках разных народов брачующиеся соотносятся с небом и землей, солнцем и луной, связанными между собою брачными отношениями. Брак считался священным союзом.

В Древней Греции покровительницей брака была сама Гера — супруга верховного бога Зевса. Так высоко почиталась святость брака.

Любовь — главная тема искусства. Не потому ли, что она— самая сильная потребность души человека? Именно об этом говорит миф об Амуре и Психее, рассказанный Апулеем.

У одного царя было три дочери. Младшая была красивее всех, ее звали Психея. Слава о ее красоте пролетела по всей земле, и многие приезжали только затем, чтобы полюбоваться ею, но Психея страдала оттого, что ею только любуются: она хотела любви. Отец Психеи, по обычаю того времени, обратился к оракулу за советом, и оракул сказал, что Психея, одетая в погребальные одежды, должна быть отведена в уединенное место для брака с чудовищем. Несчастный отец выполнил волю оракула. Оставшись одна. Психея почувствовала порыв ветра, который перенес ее в чудесный дворец, где она стала женой невидимого супруга. Загадочный супруг Психеи взял с нее обещание, что она не будет допытываться, кто он, не будет стремиться увидеть его лицо— иначе им грозит разлука, многие беды и мытарства. Но злые сестры, сжигаемые завистью, подговорили доверчивую Психею разглядеть супруга, когда он заснет. Ночью, сгорая от любопытства. Психея зажгла светильник и, увидев своего супруга, узнала в нем бога любви — Амура. Пораженная красотой его лица. Психея любовалась Амуром — и тут капля горячего масла светильника упала на плечо его, и Амур проснулся от боли.

Оскорбленный, он улетел, а покинутая Психея пошла искать своего возлюбленного. После долгих мытарств Психея оказалась под одной крышей с Амуром, но не могла с ним видеться. Мать Амура — Венера — задала ей невыполнимые работы; только благодаря чудесной помощи Психея справлялась с ее заданиями. Когда Амур исцелился от ожога, он обратился с мольбой к Зевсу разрешить ему брак с Психеей: видя их любовь и подвиги Психеи во имя любви, Зевс согласился на их брак. Психея получила бессмертие и была причислена к сонму богов. Такова притча о боге любви и душе человека.

Об универсальности этой темы говорят мифы и сказки различных времен и народов. Таковы и известные нам русские народные сказки “Финист — ясный сокол”, “Царевна-лягушка” и, наконец, “Аленький цветочек” — сказка, рассказанная С.Т.Аксакову ключницей Пелагеей; здесь повторяется тема мифа об Амуре и Психее. Но есть в сказке и другие грани этой темы.

Меньшая дочь купеческая полюбила чудище безобразное за любовь его и доброту к ней. Любовь к невидимому другу помогла ей преодолеть страх и отвращение к его видимому образу (вспомним о наличном Я и духовном Я). Уродство, безобразие того состояния, в котором находится человек, побеждается любовью. И тогда совершается чудо преображения; “зверь лесной, чудо морское” становится “принцем молодым, красавцем писаным, на голове со короною царскою, в одежде златотканой”.

Это — типичный финал народных сказок: пройдя через смертельные опасности, преодолев и искупив свои ошибки. Он и Она обретают царское достоинство в браке, венчаются царскими коронами. Не символизируют ли эти венцы победу духовного в супружеской любви?

Мудрость любви

Многие мои собеседники верят “в судьбу”. Будучи людьми нерелигиозными1, они — верующие люди: их жизненный опыт, опыт окружающих, не говоря уж об искусстве, выражающем вечные законы душевной жизни, — все свидетельствует о существовании иного плана бытия, превышающего разумение и волю человека: его можно лишь предчувствовать. В слове “суженый” выражается эта вера в неслучайность встречи со своим избранником: с ним “суждено” было встретиться. И когда двое встретились, они “узнают” друг друга (“любовь с первого взгляда”). Люди ищут друг друга, как герой сказки “Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что”.

Обратимся снова к “Аленькому цветочку”. Его алый цвет символизирует любовь, и просьба к отцу меньшой дочери выражает в скрытой форме просьбу о возлюбленном женихе. Об этом говорит и сон купца во время поиска аленького цветочка: он увидел дочерей своих старших, у которых женихи богатые, и собираются они выйти замуж, не дождавшись его благословения отцовского, а меньшая дочь его любимая “о женихах и слышать не хочет, покуда не воротится ее родимый батюшка”. Таково символическое сплетение аленького цветочка с будущим женихом — “суженым” меньшой дочери.

Трудно найти купцу то, о чем просит его любимая дочь: “Коли знаешь, что искать, то как не сыскать, а как найти то, чего сам не знаешь? Аленький цветочек не хитро найти, да как же узнать мне, что краше его нет на белом свете?” И хотя разуму купца это непонятно, он узнает тот единственный аленький цветочек. “Находил он во садах царских, королевских и султанских много аленьких цветочков такой красоты, что ни в сказке сказать, ни пером написать; да никто ему поруки не дает, что краше того цветка нет не белом свете, да и сам он того не думает”. “Порука”, внешнее доказательство требуется, когда нет радостного озарения, непреложной уверенности: “Нашел!”. Но вот так это происходит: “У честного купца дух занимается: подходит он ко тому цветку: запах от цветка по всему саду ровно струя бежит; затряслись и руки и ноги у купца, и возговорил он голосом радостным: “Вот аленький цветочек, какого нет краше на белом свете, о каком просила меня дочь моя любимая”. Аленький цветочек объединяет жениха и невесту, потому что для каждого из них — он самый желанный. Это сама Любовь, соединяющая и венчающая их царскими коронами.

“Браки совершаются на небесах”. А.С. Пушкин с прекрасной простотой самой жизни рассказал об этом в повести “Метель”. Вспомним рассказ ее героя Бурмина о том, что случилось с ним. “Поднялась ужасная метель, и смотритель, и ямщики советовали мне переждать. Я их послушался, но непонятное беспокойство овладело мною: казалось, кто-то меня так и толкал. Между тем метель не унималась, я не вытерпел, приказал опять закладывать и поехал я самую бурю”. Метель, преградившая путь к венцу одному, привела к нему другого, “случайно” попавшего в церковь. “Старый священник подошел ко мне с вопросом: “Прикажете начинать?” “Начинайте, начинайте, батюшка”, — отвечал я рассеянно. Девушку подняли. Она показалась мне недурна… Непонятная, непростительная ветреность…”. Все происходит как-то помимо сознания и воли Бурмина, непонятно для него самого. Может быть, не случайно и то, что у героя нет имени: ведь главное действующее лицо в повести не он, а Промысел, приведший его к ногам Марьи Гавриловны.

Слово “промыслительность” и по этимологии, и по смыслу отличается от слова “судьба”. В последнем корень “суд”: в первом — “мысл”. Карающая судьба — персонаж древнегреческого миросозерцания. От нее не уйти герою античной трагедии. Промыслительность высшего Разума, Логоса не насилует волю человека. Человек, наделенный даром свободы, может действовать вопреки промыслу, против голоса совести и интуиции и, наконец, стать глухим к своему внутреннему наставнику—духовному Я. Своевольное наличное Я, следуя сиюминутным влечениям, теряет духовную чуткость, проходит мимо своего призвания, не узнает “суженого”.

В консультацию для разводящихся нередко приходят совсем юные молодожены, не выдержавшие и одного месяца супружеской жизни. Они были влюблены друг в друга, но жизнь показала, что они “совсем чужие люди”, они “ошиблись”. Распространенности таких ошибок выбора сопутствует свобода добрачных сексуальных связей. Перефразируя слова Вяземского, хочется сказать: “И жить торопятся, и ощущать спешат”, еще не научившись чувствовать.

Так мы подходим к заповеди добрачного целомудрия. Слово это, к сожалению, почти забыто и обесценено. Если вникнуть в его смысл, “реставрировать” его, то, согласно этимологии, “целомудрие” означает, во-первых, целостность, во-вторых, мудрость: полнота мудрости. Человек, лишенный целомудрия, теряет свою целостность. А для того, чтобы сохранить целостность, необходима мудрость. В слове “целомудрие” выражено единство целостности и мудрости. Ошибочно отождествлять это слово с безбрачием; целомудрие характеризует не сколько физиологическое, сколько нравственное состояние. Можно быть целомудренным в браке, если он основан на любви и верности, но можно быть душевно развращенным, несмотря на физиологическую девственность.

Что означает слово “разврат?” П. А. Флоренский писал об этом: “Противоположностью целомудрию является состояние развращенности, разврата, т. е. раз-вороченности души: целина личности разворочена, внутренние слои жизни (которым надлежит быть сокровенными даже для самого Я — таков по преимуществу пол) вывернуты наружу, а то, что должно быть открытым, — открытость души, т. е. искренность, непосредственность, мотивы поступков, — это-то и запрятывается внутрь, делая личность скрытною… Развращенный человек — как бы вывороченный наизнанку человек, человек, кажущий изнанку души и прячущий лицо ее. Глаза такового избегают встречного взгляда, но уста извергают гнилое слово… Хамовское2 и хамское высматривание наготы родительства — это и есть тот вывих душевной жизни, который именуется развращенностью”.

На страже целомудрия стоит чувство стыда. “…Бесстыдство — указатель порчи, “испорченности” ее (личности) и признак растленности души… “Тло” значит “дно”, исподь… Очевидно, глаголы “тлеть” и “тлить” относятся к процессам тления, разрушения и сопревания… рас-тление… — нарушение законного порядка слоев душевной жизни”.

Об этом “законном порядке душевной жизни” современная психология говорит как о “иерархическом строе мотивов или ценностей личности”, т. е. соподчинении их низших уровней высшим. Нарушение психического строя, порядка, приводит сначала к “непорядочности” человека, а в конечном итоге — к распаду личности. Таким образом, стыд — эмоциональное проявление совести — служит сохранности, целостности, жизнеспособности личности.

Становление цельного человека идет рука об руку с обузданием биологических влечений. Вспомним снова скульптуры клодтовских коней, обуздываемых всадниками (что на Аничковом мосту в Санкт-Петербурге). Конь олицетворяет естество человека с его могучими инстинктами, всадник — человека, управляющего своей природой и покоряющего ее сознанием и волей.

Известно, что у подростков чувства и влечения обычно не совпадают. Предмет романтической мечты оказывается несовместимым с сексуальными влечениями — и наоборот. Задача окультуривания чувства состоит в таком разрешении этого противоречия, когда высшее чувство становится ведущим по отношению к биологическому влечению. Тогда чувство становится чистым, а влечение перестает быть низменным, постыдным. Но этот процесс преобразования сложен и порою драматичен. Самому подростку он может оказаться не под силу, если он не воспитан жизненным укладом, впитавшим в себя нравственные идеалы, нормы, традиции, на которых держатся семейные отношения. Вот как пишет об этом В. Белов в книге “Лад. Очерки о народной эстетике”.

“Для молодых людей сдерживающим началом является стыд. В любом возрасте, начиная с самого раннего, стыдливость украшала человеческую личность, помогала выстоять пол напором соблазнов3.

Особенно нужна она была в пору физического созревания. Похоть спокойно обуздывалась обычным стыдом, оставляя в нравственной чистоте даже духовно неокрепшего юношу… До свадьбы свобода и легкость новых знакомств отнюдь не означала сексуальной свободы и легкомысленного поведения. Можно ходить гулять, знакомиться, но… Девичья честь прежде всего… Худая девичья слава катилась очень далеко, ее не держали ни леса, ни болота. Грех, совершенный до свадьбы, был ничем не смываем… Ошибочно мнение, что необходимость целомудрия распространялась лишь на женскую половину. Парень, до свадьбы имевший физическую близость с женщиной, считался испорченным, ему вредила подмоченная репутация, и его называли уже не парнем, а “мужиком”.

Так в русском народе понимали любовь, честь, целомудрие. И в наши дни еще можно услышать: “честная девушка”, т. е. чистая, целомудренная, сохранившая девичью честь…

Целомудренный человек не растрачивает легкомысленно свои чувства, но мудро бережет их для одного, как бы заранее храня ему верность, веря в него. Стыдливость стоит на страже целомудрия: проявлять преждевременно свои “естественные” влечения нехорошо, потому что они естественны в браке, для рождения детей и не оправданы как проявление несдержанности, как желание удовольствий.

Идеал и идеализация

Первоначальное, еще не отравленное горьким опытом жизненных травм чувство любви (“первая любовь”) отличается вдохновенностью, восхищенностью человеком. Он представляется самым прекрасным, необыкновенным, исключительным. Обычно это называют “идеализацией”, и нередко это действительно так. Возлюбленный является проекцией своего идеала, будучи совсем другим, реально далеким от этого идеала. Потом обычно следует разочарование, возникает чувство обманутости и даже враждебное отношение к ранее любимому. Но здесь скрывается проблема: в чем же суть этой идеализации? Какая потребность стоит за ней? Почему эта потребность так сильна, что толкает человека на трагические жизненные ошибки? Почему даже горький опыт порой не останавливает от дальнейшего поиска своего идеала?

В диалоге Платона “Пир”, беседуя с друзьями о смысле любви. Сократ сказал, что за ней стоит потребность “родить в прекрасном”. Из всех речей слово Сократа было признано друзьями самым убедительным. Хотя для нас эстетический аргумент менее убедителен, чем для древнего грека, но в словах Сократа легко угадываются такие свойства любви, как ее творческий характер (“потребность родить”) и устремленность к совершенству, абсолюту (проявлением которого является красота). Эта тема устремленности ввысь развита в том же диалоге Платона в его речи о восхождении эроса от любви телесной к красоте как таковой.

В любви пробуждается духовное начало человека, и оно ищет встречи с духовным Я другого. Любовь является условием и путем духовного развития личности. И именно одухотворенность супружеской любви необходима для жизни и возрастания самой любви.

Идеал в любви не всегда иллюзия. У любви есть свойство, присущее только ей: прозревать неповторимость любимого, его духовное Я, скрытое от него самого и окружающих. Значит, любовь является высшей способностью познания. Она видит в другом то, что недоступно интеллекту, закрыто от психологической науки, ориентированной на рассудочное мышление. Но прозрение любви возможно лишь в том случае, если есть доминанта на Собеседнике, т. е. способность отрешиться от своих предвзятых представлений, эгоцентрических притязаний. Любовь открывает красоту духовного Я человека. Он воспринимается совершенно особым, необычным. Поэтому в любви есть изумление, восхищение.

Но это неизбежно приводит к противоречию идеала и реальности. Если начало любви — подъем всех жизненных сил человека, в котором сливаются идеал и конкретный несовершенный человек (наличное Я), то повседневная последующая жизнь любви неизбежно наталкивается на противоречие. Известный русский философ Владимир Соловьев так охарактеризовал это противоречие любви: “…Высшая задача любви уже предсказана в самом любовном чувстве, которое неизбежно прежде всякого осуществления вводит свой предмет в сферу абсолютной индивидуальности, видит его в идеальном свете, верит в его безусловность”. Но обычно на вспыхнувший свет любви “смотрят как на фантастическое освещение краткого любовного “пролога на небе”, которое затем природа весьма своеобразно гасит как совершенно ненужное для последующего земного представления. На самом деле этот свет гасит слабость и бессознательность нашей любви, извращающей истинный порядок дела. ”

Извращением любви является подмена высшей цели этого чувства — реализации идеала — самодовлеющей телесностью.

Когда личность человека отождествляется с его физическим телом, происходит подмена любви к человеку любовью к телу, что неизбежно ведет к разочарованию. Это соответствует массовой динамике любви от головокружительного взлета до охлаждения, в лучшем случае — до привязанности и привычки.

Любовь – высокое чувство или осознанное поведение?

Определение понятия любовь, или в чем ее отличие от влюбленности

В отличие от истинной любви, влюбленность – действительно чувство, переживаемое человеком, – и только. Объяснить состояние влюбленности и, особенно, ее возникновение, не всегда возможно, да и редко когда необходимо. Мы просто влюблены – и все. А это значит, что человек, в которого мы влюблены, нами желаем, что он вызывает у нас положительные эмоции, что мы остро переживаем его и свое отношение друг к другу. Не стараясь объяснить самим себе: почему? Не меняя своего поведения и не обращая внимания на поведение человека, в которого влюблены.

Влюбленность – чувство прекрасное и легкое, а любовь — высокое чувство, настолько же сильное и постоянное, насколько и трудное. Влюбленность не требует душевной работы и компромиссов. Любовь без осознания себя в этом чувстве и своей ответственности за него – невозможна. Влюбленность – всегда на уровне подсознания, любовь – всегда осознанна. Именно поэтому определение понятия любовь включает сразу две психологические категории – чувство и поведение.

Настоящая любовь осознанна и требует не столько жертв, сколько кропотливого душевного труда.

Несколько десятилетий назад существовавшую тогда страну под названием Советский Союз, а следом за ней и весь мир, в буквальном смысле слова всколыхнул революционный по тем временам фильм «Влюблен по собственному желанию», в котором главные роли сыграли недавно ушедший от нас гениальный актер Олег Янковский и не менее прекрасная актриса Евгения Глушенко. Мнения зрителей по поводу достоверности ситуации, обыгранной в фильме, разделились практически пополам. Одни считали, что любовь — высокое чувство, которое контролировать невозможно, что в фильме – все неправда, что влюбиться по собственному желанию — нельзя. Вторые были уверены, что придуманная режиссером Микаэляном история не сказка, а реальность, доступная всем, стоит только захотеть. И те и другие были правы. Влюбиться по собственному желанию у вас вряд ли получится, полюбить – получится наверняка. Герои фильма Микаэляна не были влюблены друг в друга, но они друг друга полюбили. По собственному желанию, со всей ответственностью, осознанно, на всю жизнь.

Понятие любви в психологии описывает данное переживание как умение, которым можно и нужно овладеть, и привычку, без которой невозможны ни одни продолжительные человеческие отношения. Не хотите потерять любовь? Готовьтесь к постоянной работе над собой, не бойтесь, что любовь перейдет в привычку, стимулируйте этот переход. Привычка любить – замечательна, она – главное условие вашего счастья. И будет очень печально, если вы привыкнете жить без любви.